Смекни!
smekni.com

Конфликт в теории К. Хорни (стр. 2 из 3)

Чтобы понять происхождение проблемы, нужно обратиться к понятию базисной тревоги. Это чувство, которым обладает ребёнок, будучи изолированным и беспомощным в потенциально враждебном мире. Большое число враждебных внешних факторов могут вызвать у ребёнка такое чувство опасности: прямое или косвенное подчинение, безразличие, неустойчивое поведение, отсутствие внимания к индивидуальным потребностям ребёнка, отсутствие руководства, унижение, слишком большое восхищение или отсутствие его, недостаток подлинного тепла, необходимость занимать чью-либо сторону в спорах родителей, слишком много или слишком мало ответственности и так далее.

Единственный фактор, на который Хорни обращает особое внимание в этом контексте, это ощущение ребёнком скрытого ханжества среди окружающих его детей: его чувства, что любовь родителей, честность, благородство могут быть только притворством. Частично то, что ребёнок чувствует, действительно представляет притворство, но кое- что из его переживаний может быть реакцией на все те противоречия, которые он ощущает в поведении родителей.

Измотанный этими тревожными факторами, ребёнок ищет пути к безопасному существованию, выживанию в угрожающем мире. Несмотря на свою слабость, и страх, он бессознательно формирует свои тактические действия в соответствии с силами, действующими в его окружении. Поступая таким образом, он не только создаёт стратегии поведения для данного случая, но и развивает устойчивые наклонности своего характера, становящиеся частью его личности. Сначала вырисовывается достаточно хаотическая картина, но со временем из неё вычленяются и оформляются три главные стратегии: ребёнок может двигаться к людям, против них и от них. Об этом уже говорилось выше, но сейчас мы рассмотрим эти стратегии поподробнее.

Двигаясь к людям, он признаёт собственную беспомощность и вопреки своему отчуждению и страхам пытается завоевать их любовь, опереться на них. Только таким образом он может чувствовать себя безопасным с ними. Если между членами семьи существуют разногласия, то он примкнёт к наиболее могущественному члену или группе членов. Подчиняясь им, он получает чувство принадлежности и поддержки, которое позволяет ему чувствовать себя менее слабым и менее изолированным.

Когда ребёнок движетсяпротив людей, он принимает и считает само собой разумеющимся состояние вражды с окружающими его людьми и побуждается, сознательно или бессознательно, к борьбе с ними. Он решительно не доверяет чувствам и намерениям других в отношении самого себя. Он хочет быть более сильным и нанести им поражение, частично для своей собственной защиты, частично из-за мести.

Когда он движется от людей, он не хочет ни принадлежать, ни бороться, его единственное желание – держаться в стороне. Ребёнок чувствует, что у него не очень много общего с окружающими его людьми, что они совсем его не понимают. Он строит мир из самого себя – в соответствии со своими куклами, книгами и мечтами, своим характером.

В каждом из этих трёх аттитьюдов один из элементов базисной тревоги доминирует над всеми остальными: беспомощность в первом, враждебность во втором и изоляция в третьем. Господствующий аттитьюд – это тот, который наиболее сильно определяет реальное поведение.

С точки зрения нормального человека, нет никаких оснований считать эти три аттитьюда взаимоисключающими. Необходимо уступать другим, бороться и охранять себя. Эти три аттитьюда могут дополнять друг друга и содействовать развитию гармоничной целостной личности. Однако при неврозе имеется несколько причин, почему эти аттитьюды несовместимы. Невротик не гибок, он побуждается подчинению, борьбе, состоянию отчуждения безотносительно к тому, соответствуют ли его действия данному конкретному обстоятельству и он оказывается в панике, если поступает иначе. Поэтому, когда все три аттитьюда выражены в сильной степени, невротик с неизбежностью попадает в серьезный конфликт.

Таким образом, конфликт, рождённый несовместимостью аттитьюдов, составляет ядро неврозов и по этой причине является базисным.


Конфликт между полами

Отношения между мужчиной и женщиной, как считает Карен Хорни, во многом напоминают отношения между родителями и детьми, в которых мы предпочитаем фокусироваться на позитивных аспектах. Нам хочется верить, что любовь является неким фундаментальным фактором, а враждебность – всего-навсего случайным обстоятельством, которое вполне можно избежать, хотя всем нам известны лозунги вроде «битвы полов», «враждебности между полами» и «конфликт полов» надо признать, что мы не склонны придавать им особое значение. Анализируя многие истории болезни, К Хорни приходит к выводу, что любовные отношения довольно часто разбиваются об открытую или скрытую враждебность. И, тем не менее, люди склонны приписывать эти трудности неведению человека, несовместимости партнёров или экономическим и социальным причинам.

К Хорни пишет, что индивидуальные факторы, которые люди считают причиной конфликтов между мужчиной и женщиной вполне могут иметь место. Однако в силу огромной распространённости неурядиц в любовных отношениях можно говорить о том, что все они имеют общий источник.

Эта атмосфера подозрительности во многом понятна, она, по-видимому, связана не с определённым партнёром, а скорее с интенсивностью аффекта в состоянии влюбленности и неспособностью с ним справиться. Известно, что подобные аффекты могут привести в экстаз, вывести человека из равновесия, отказаться от себя, то есть совершить прыжок в беспредельное и бескрайнее. Именно поэтому подлинная страсть столь редка. Как хороший бизнесмен, мы опасаемся вкладывать все деньги в одно дело. Мы стараемся быть сдержанными и всегда готовы к отступлению. Наш инстинкт самосохранения вызывает естественный страх потерять себя в другом человеке… Человек склонен не замечать, как мало он даёт другому, но с лёгкостью обнаруживает этот изъян в своём партнёре, чувствуя, что «ты никогда на самом деле меня не любил».

Каждый из нас, считает К.Хорни, склонен, в определённой мере, забывать о собственных враждебных побуждениях и, под гнётом своей нечистой совести, проецировать их на партнёра. Такой процесс, естественно, вызывает открытое или скрытое недоверие к любви партнёра, его верности, искренности или доброжелательности, а, следовательно, приводит в целом к недоверию между полами.

К Хорни выделяет ещё один источник разочарования и недоверия в любви, который едва ли можно избежать. Он состоит в том, что сама уже интенсивность чувства любви пробуждает все наши тайные ожидания и мечты о счастье, дремлющие в глубине нашей души. Все наши бессознательные желания, противоречивые по своей природе и безгранично распространяются во все стороны, ждут здесь своего исполнения. Партнёр должен быть сильным и в то же время беспомощным, вести и быть ведомым, быть аскетичным и чувственным. Он должен насиловать нас и быть нежным, отдавать нам всё своё свободное время и напряжённо заниматься творчеством. Пока мы считаем, что он действительно может осуществлять все эти ожидания, он окружён ореолом сексуальной переоценки. Масштабы этой переоценки мы принимаем за меру нашей любви, хотя на самом деле она отражает лишь наши ожидания. Сама природа наших притязаний делает их использование невозможным, а, следовательно, наступает разочарование. При благоприятных условиях мы даже не замечаем большую часть своих разочарований, точно также как и не подозреваем и о масштабах наших тайных ожиданий. Но в нас остаются следы недоверия «как у ребёнка, который обнаружил, что достать звезду с неба отец всё-таки не может».

Какие специфические факторы в ходе развития человека ведут к расхождению между ожиданиями и их осуществлением, и почему они в некоторых случаях приобретают особое значение? Рай детства – не больше чем иллюзия, которой любят тешить себя взрослые. Для ребенка этот «рай» полон различных негативных моментов. Одно из них – отрицательный опыт общения с противоположным полом. С самых ранних лет дети способны к инстинктивным, порой страстным, сексуальным желаниям, похожим на желания взрослых, и все же другим. Им трудно выразить свои желания прямо, но даже если им это удается, то обычно не принимается окружающими всерьез. Серьезность желания принимают за шалость или вовсе не замечают, отвергают. То есть ребенок проходит через болезненный и унизительный опыт отказа, предательства и лжи взрослых. Он вынужденно занимает второе место в отношениях между родителями, старшими братьями и сестрами. Он не может дать выход своей ярости полностью, или даже облегчить ее, не может осмыслить свои переживания и понять происходящее. Таким образом, гнев и агрессия оказываются запертыми внутри него, и так как ребенок не способен понять природу бушующих в нем деструктивных сил, он чувствует угрозу от взрослых (базисный конфликт, о котором говорилось выше). Именно при возникновении любви, просыпается старый детский страх пред отцом или матерью, и заставляет нас инстинктивно встать в оборонительную позицию. Другими словами, страх любви всегда проникнут боязнью того, что мы можем сделать с другим человеком, или того, что он может сделать с нами. То есть неразрешенные конфликты в детстве сказываются на отношении к противоположному полу.

Неприязнь к партнёру может возникнуть вследствие того, что он не способен дать нам то, что для нас очень важно, принимая как должное и обесценивая то, что он даёт на самом деле. Со временем недоступное превращается в завораживающую цель, ярко освещённую нашим знанием, что это и есть то, чего мы «действительно» хотим с самого начала. С другой стороны, мы можем быть настроены против него за то, что он исполнил наши желания, потому что само их осуществление оказалось несовместимым с нашими противоречивыми внутренними стремлениями.