Смекни!
smekni.com

Учение о личности в психологии (стр. 4 из 6)

Проблема знаков обсуждалась в литературе до Л. С. Выготского и после него. Его заслуга заключается в том, что он эмпирически, на большом фактическом материале прослеживает роль знака и слова в психологическом развитии ребенка и обосновывает положение о ≪знаковой организации≫ или знаковой функции сознания и всех психических процессов.

Л.С. Выготский затем перешел к изучению ≪внутренней стороны≫ знака, т. е. его значений, и исследовал этапы развития значений у ребенка. Таким образом, благодаря знаковой организации сознания формируется его семантика, система значений и смыслов. Автор развивает учение о системном и смысловом строении сознания, подчеркивает его целостность. Л. С. Выготский мечтал и прогнозировал развитие ≪вершинной≫ психологии. Его учение о знаковой организации или знаковосимволической функции сознания — значительный шаг в этом направлении и фундаментальный вклад в разработку теоретических основ гуманитарной психологии.

Другой круг проблем в исследованиях Л. С. Выготского — это психология развития ребенка. Он много занимался изучением мышления, речи, прочих психических процессов, рассматривал общий ход психического развития ребенка и обосновал положение о социальной ситуации развития, о новообразованиях, характеризующих этапы возрастного развития, о зоне ближайшего развития ребенка, опережающем характере обучения и пр. Эти положения определили ведущие направления исследований в области возрастной и педагогической психологии, которые были продолжены учениками.

Л.С. Выготского критиковали за преувеличение роли знака в формировании сознания, за идеализм, за недостаточный вклад в марксистскую психологию, за участие в педологических исследованиях. Работы его не публиковались, он был запрещен, но не забыт.

А. Н. Леонтьев, затем и ряд других сотрудников Л. С. Выготского учли резкую критику в его адрес, отошли от него и стали искать новый подход к изучению сознания, который был назван психологической теорией деятельности. А. Н. Леонтьев (1903—1979) в течение тридцати лет фактически возглавлял ≪официальную≫ психологию.

В теории деятельности уделяется большое значение описанию структуры этого процесса, в котором выделяются три компонента: деятельность — мотив; действие — цель; операция — условие. В характеристике сознания автор выделяет роль значения и смысла. Последний рассматривается как соотношение мотива и цели. Смысл деятельности, т. о., структурирует сознание. Предметная, практическая деятельность в целом является важнейшим источником формирования сознания и личности в целом. Каким образом? Основным инструментом, или орудием предметной деятельности, является, по А. Н. Леонтьеву, действие. В процессе реальной предметной деятельности происходит интериоризация действий во внутренний план деятельности. Встает более сложный вопрос, как дальше развивается этот внутренний план деятельности, ведь он осуществляется без видимого влияния предметной деятельности? Какие внутренние процессы обеспечивают дальнейшее развитие внутреннего плана деятельности?

Деятельностный подход рассматривался как ведущее направление в психологии 40—80-х гг. В этом плане выполнены циклы интересных исследований. Деятельностную трактовку психических процессов развивали С.Л. Рубинштейн, А. В. Запорожец, П. И. Зинченко, А. П. Смирнов. Этот подход использовали при изучении способностей, разработке эффективных методов обучения (П. Я. Гальперин), новейших концепций развивающего обучения (В. В. Давыдов), развитии учения о личности (А.Г. Асмолов).

В конце 80-х гг. в России развернулась дискуссия о статусе понятия деятельности, его месте среди других гуманитарных понятий, об объяснительных возможностях теории деятельности и теорий ≪недеятельного≫ типа. Теорию деятельности в варианте А. Н. Леонтьева упрекали в том, что она упрощает духовный мир человека, редуцируя его к предметной деятельности, что она бездуховна, механистична. Вместе с тем в психологической литературе предпринят опыт переосмысления теории деятельности и определения ее дальнейшей перспективы в русле гуманитарной психологии. Здесь следует выделить одну из последних публикаций В. В. Давыдова и блистательные статьи В. П. Зинченко.


4. Развитие конкретно-психологических подходов к личности в отечественной психологии

В отечественной психологии советского и постсоветского периода проблема личности выдвигается в центр исследовательского внимания. Но в понимании ее природы, сущности развивались и сталкиваются несколько подходов. Первый подход ставил акцент на социальной сущности личности. Он опирался на марксистское учение о личности, выражал позицию ≪официальной≫ психологии. По существу, это был социологизаторский подход: личность сводилась к ее социально значимым свойствам, рассматривалась как продукт деятельности и конкретно-исторических условий развития общества. В литературе бытовало определение личности как субъекта труда, познания, общения, который формируется в конкретно-исторических условиях общества.

Второй подход ставил акцент на природном, биологическом в личности. Он стал робко пробиваться, затем утверждаться в психологии 60—70-х гг. XX в., рассматривался как более широкий взгляд на человека и в известной степени стал жестко ограничивать социологизаторский подход. Было переосмыслено отношение к ранее запрещенной педологии, которая связывала психическое развитие с развертыванием наследственности. Появился интерес к огромному описательному материалу в трудах Э. Кречмера, У. Шелдона, к материалам близнецового метода и другим психогенетическим исследованиям. Расширилось понимание природы человека. Личность стала рассматриваться как социальное и биологическое существо.

Акцент ставился на социальном в личности, но ее психическое развитие и становление связывалось также и с развертыванием наследственности и присвоением социального опыта, процессами социологизации. Основные результаты этих исследований подведены в монографии В. М. Русанова.

Третий подход ставит акцент на духовном в личности. Понятия духа, души, как известно, были за бортом ≪официальной≫ психологии. Понятие духовности бытовало в литературе в усеченном виде. Но понимание человека как духовного существа характерно не только для российского менталитета. В отечественной психологии оно имело сильные культурные традиции, глубокие корни. Учение о духовном измерении и нравственно-духовной сущности человека, которое развивалось в работах В.С. Соловьева, А.Ф. Лосева, М.М. Бахина, П.А. Флоренского и других представителей серебряного века в российской культуре, оставалось созвучным многим представителям всех поколений профессиональных психологов. Духовно-ориентированный подход к личности последовательно осмыслен в работах Г.И. Челпанова, А.Ф. Лазурского, других ученых, которые не переиздавались, но были хорошо известны психологам. Данный подход по существу противопоставлен «официальной» психологии, развивался фактически подпольно и настойчиво искал прямые и окольные пути выхода на исследовательское поле психологии. Вопрос о духовной сущности человека осторожно, но ставился на дискуссиях и симпозиумах по проблемам предмета психологии, личности, креативности, воли, потребностей. Окольные пути были непростыми. Отдельные авторы стремились легализировать свои теоретические позиции и выработали прием «разведения» идеологического и конкретно-психологического подходов к феноменам личности. Может быть, впервые Н. Д. Левитов в 50-х гг. предложил различать «широкое» (идеологизаторское) и «узкое» (конкретно-психологическое) понимание характера. Л. И. Божович в 60-х гг. обосновала толкование направленности как идеологического и психологического образований. Складывается новая платформа конкретно-психологического подхода к личности. На арене психологических знаний появляется целый ряд теоретических учений о личности, среди которых наиболее разработаны концепции Л. И. Божович, В. С. Мерлина, Б. И. Додонова. В центре внимания этих авторов — категория внутренней позиции личности, отношений, диспозиций, преобладающих переживаний, страданий, жизненных ценностей, счастья. Проблематика по существу гуманитарная. Исследуются внешние проявления душевной жизни. Но категория духовности в этих работах не обозначается, она как бы прикрывается, камуфлируется более принятыми в те же годы понятиями: внутренние мотивы, побуждения, склонности, осознанные стремления и т. д.


5. Гуманистические и духовно-ориентированные теории личности

Гуманистическая психология возникла в Америке в конце 60—70-х гг. XX в. и заявила о себе как о третьем, новом направлении в психологии. Она противопоставила себя психоанализу и бихевиоризму, возвратила в психологию давние представления о духовной природе человека и традиции общечеловеческих ценностей.

Наиболее выдающиеся ее представители: У. Олпорт, А. Маслоу, К. Роджерс, Р. Мей. Их концепции формировались под влиянием экзистенциальной философии (С. Кьеркегор, М. Хайдегер, К. Ясперс и др.), а также имели глубокие корни в традициях феноменологической психологии, в работах у. Джемса, В. Штерна.

Исходные положения гуманистических психологов. Первое. Они развивают оптимистическое представление о природе человека как существе разумном, свободном, саморегулирующемся, творческом. Второе. Гуманистические психологи рассматривают человека в конкретной жизненной ситуации и контексте его жизненного пути. Предметом психологического пути является субъективный опыт человека, его субъективное сознание и поведение. Третье. Гуманистические психологи глубоко осознали ограниченность объективных методов и раскрывали возможности субъективных подходов, искали пути их синтеза.