Смекни!
smekni.com

Диада Мать-дитя (стр. 1 из 2)

МГППУ

Реферат на тему:

«Диада: мать – дитя»

Подготовила:

Студентка 1 курса

Мусаелян Н.Ю.

Москва,2010

«Диада: мать – дитя»

В толковых словарях термин «диада» рассматривают как: (двоица) - 1) единство, образуемое двумя раздельными членами или частями;

2) термин пифагорейско-платонической философии, используемый для обозначения принципа неопределенности, неформальности, множества и материальной текучести в противоположность монаде ("единице") как принципу единства, стабильности и формы;

3) женское божество, мировая душа, "матерь богов", т. е. "светил" и "космоса.

Р. Шпиц ссылается на работы Г. Земмеля, который еще в 1908 году обратил внимание на то, что источником всех социальных отношений личности являются ранние отношения в группе «мать – дитя». Этой группе Земель и дал имя «диада». Еще ранее З. Фрейд обозначил отношения ребенка с матерью как прототип всех последующих отношений человека с миром (Фрейд, 1989). Р. Шпиц пишет, что З. Фрейд «назвал эту пару “массой из двоих”, я ради краткости применяю термин “диада”» (Шпиц, 2000, с. 132). По мнению Шпица, отношения в диаде фундаментально отличаются от всех остальных социальных отношений. Они не симметричны, вклад матери и ребенка в эти отношения не одинаков. Для ребенка окружающая среда сводится к матери (или лицу, ее заменяющему); мать и ребенок образуют «закрытую систему», состоящую из двух элементов. Разумеется, в то время, когда Р. Шпиц формулировал основные положения своей теории (вторая четверть ХХ столетия), системный подход в науке, в целом, а тем более в психологии, еще находился в стадии становления. Сейчас с полным основанием можно утверждать, что понятие «диада» (включая представление об ее элементах, взаимосвязях между ними, процессах их функционирования, стадиях развития и т. п.) полностью соответствует принципам и положениям системного подхода.

С точки зрения психоанализа в отношениях «мать-дитя» любой третий становится врагом: нерасторгнутая диада. Мы можем обобщенно констатировать, что когда выделение из симбиоза воспрещается как непослушание с применением силы (или наказания в виде равнодушного или холодного отношения), то ребенок остается привязанным к единственному лицу, сохраняющему его жизнь. Он имеет право чувствовать и действовать «только в диаде»(6). Он имеет право существовать только симбиотически приспосабливаясь к любимому человеку, чтобы уйти от своего изначального страха перед наказанием: он страдает от конфликта нерасторгнутого симбиоза.

В настоящее время понятие «диада» используется в ряде направлений, изучающих раннее развитие личности: в теории объектных отношений, теории привязанности, теории социального научения, в теориях раннего когнитивного развития, в младенческой психиатрии и психоанализе и других. Общим для всех этих направлений является представление о системном характере взаимоотношений в диаде, стадиальном развитии диадических отношений, об их феноменах, закономерностях и механизмах как основе всех сторон психофизического развития ребенка. Особенности диадических отношений рассматриваются как определяющие развитие различных психосоматических и психических нарушений и используются в психотерапии и психологическом консультировании в диагностических, коррекционных и терапевтических целях. Такое положение позволяет говорить о том, что диадический подход приобрел статус самостоятельного методологического подхода в современной психологии.
С позиций диадического подхода ребенок на ранних стадиях развития воспринимает внешний мир (и себя самого) и взаимодействует с миром не как самостоятельный субъект, а опосредованно, через взаимосвязь с матерью. Постепенно у него формируется восприятие себя, матери и других объектов внешнего мира как отделенных друг от друга, имеющих самостоятельный физический статус и независимое существование. Такое понимание особенностей психики ребенка на ранних стадиях развития (до трех лет) в современной психологии обнаруживается практически во всех подходах (в том числе, отечественных). «Партнер», с которым взаимодействует ребенок в диаде, обозначается как «материнский объект». Материнский объект – это взрослый, который выполняет по отношению к ребенку материнские функции. Это может быть и отец, и «множественный» материнский объект, когда в этой роли совместно выступают мать и отец (и другие близкие взрослые). Таким образом, отец на ранних этапах развития диадических отношений дублирует и расширяет материнские функции (уход, забота, удовлетворение физических и психических потребностей ребенка, защита и поддержка, эмоционально-личностное общение и т. п.).
На конференциях по перинатальной психологии, психотерапии и медицине неоднократно обсуждалась проблема «границ» и определения перинатальной психологии – доклады Г.И. Брехмана (Брехман, 1998), И.В. Добрякова (Добряков, 2000; Он же, 2001; Он же, 2002), Г.Г. Филипповой (Филиппова, 1999).

Основываясь на выше рассмотренных подходах, можно охарактеризовать современную перинатальную психологию как область исследования, занимающуюся изучением развития ребенка и его взаимосвязей с родителями (в первую очередь с матерью) в период от подготовки родителей к зачатию до завершения процесса сепарации ребенка от матери. Наиболее широким в этом случае будет выделение временного периода от подготовки к зачатию (вне зависимости от его планируемости) до трехлетнего возраста ребенка, более узким – от зачатия до конца первого года жизни.

Онтогенез материнской сферы и диада «мать-дитя» отражены в работах Г. Г. Филипповой.(5)

Под материнством традиционно понимается феномен, который связывается с физиологическим появлением ребенка и всем спектром взаимоотношений в диаде «мать - дитя» в последующий период его развития. Последние исследования материнства позволили отечественным и зарубежным психологам говорить о формировании материнства, как о сложном процессе, который проходит онтогенетический путь развития на протяжении всей жизни женщины [1, 2, 3, 4]. Причем исследователи отмечают неоспоримую важность этапа, объединяющего период от пренатального развития самой матери и до ее беременности.

Механизм образования эмоциональных связей между матерью и ребёнком, или связывание (bonding), включается сразу же после рождения малыша. По мнению ряда авторов, процесс взаимодействия начинает малыш, своим видом и поведением вызывая отклик у матери или другого замещающего её взрослого. Используя особое поведение, мама в ответ на активность ребёнка начинает взаимодействие с ним. Ей еще не известен оптимальный уровень и объем стимуляции, и поэтому со стороны младенца нужна подсказка в виде обратной связи. Младенец отвечает матери, регулируя определенными сигналами необходимый ему уровень стимуляции. Если поведение мамы полностью соответствуют его потребностям, малыш демонстрирует положительную реакцию.

Постепенно процесс настраивания становится взаимным, малыш синхронизирует свои движения с голосом и движениями матери, и можно ясно увидеть чередование сигналов матери и младенца. Многие исследователи сравнивают этот процесс с танцем. Оба члена диады заражаются друг от друга положительным эмоциональным состоянием, всё это доставляет им огромное удовольствие. В более позднем возрасте (второе полугодие жизни) малыш начинает делиться и своими отрицательными эмоциями.

К году такое эмоциональное, ситуативно-личностное общение сменяется ситуативно-деловым, где оба члена диады демонстрируют совместно-разделенное или референтное внимание по отношению к объекту совместной деятельности. На этом этапе от отношений субъект-субъект они переходят к отношениям субъект-субъект-объект. По мере взросления, в процессе совместных игр малыш усваивает дальнейшие закономерности социального взаимодействия (очередность, инициатива в игре, соблюдение правил и т. д.). Дети постепенно начинают использовать навыки, которые они получили при общении с матерью, с другими взрослыми, а позже и с детьми. Изучение взаимоотношений младенцев с отцами показывает существование некоторых отличий отцовского стиля поведения: общение, по большей части, происходит в играх с ребёнком, а не в процессе ухода за ним; игры носят активный характер, где отцы проявляют больше физической силы, тормошат, подкидывают малышей. Несмотря на разницу материнской и отцовской модели поведения, отец, часто взаимодействующий с ребёнком, является такой же значимой фигурой привязанности, а впоследствии становится важнейшим посредником в социализации своего малыша. Итак, мы видим, что при формировании привязанности для каждого члена диады важно, как партнер воспринимает его сигналы и отвечает на них.

Кроме того, поведение матери и младенца должно отличаться предсказуемостью, а сигналы считываемостью. Это приводит к предположению, что при нарушении хотя бы одной из составляющих взаимодействия есть вероятность нарушения гармоничных связей внутри диады.

Список литературы

1. Батуев А. С. Психофизиологическая природа доминанты материнства

// Психология сегодня. Ежегодник Рос. психол. общ. 1996. Т. 2. Вып. 4.

2. Варга А. Я. Структура и типы родительского отношения: Автореф. канд. due. M., 1987.

3. Ивакина В.В. Феноменологические особенности латентного этапа формирования материнства.Автореф.М.,2009.

4. Мещерякова С. Ю. Психологическая готовность к материнству//Вопросы психологии, 2000. №5.

5. Филиппова Г. Г. Психология материнства. М.: Институт психотерапии, 2002.

6. Фрейд З. Психология бессознательного. М., 1989.
7. Шпиц Р. Первый год жизни. М., 2000.