Смекни!
smekni.com

Политлкбез по шизофрении (стр. 1 из 4)

Шишова Т. Л.

Среди установок, которые настойчиво транслируются современному обществу, важнейшее место занимает пропаганда индивидуализма. "Ты этого достойна!" - твердит реклама. "Побалуй себя!" - шепчут глянцевые журналы. "Но чем плохо, если ребенок вырастет эгоистом?" - изумляется ведущий телепрограммы по воспитанию. "Зачем тебе семья? Поживи для себя, - говорит мать 28-летнему сыну. – Успеешь еще ярмо на шею повесить. Хватит того, что мы с отцом в жилу ради вас тянулись. Ты-то хоть дураком не будь". Вообще, выражение "для себя, любимого", недавно употреблявшееся в ироническом контексте, сейчас может звучать и вполне серьезно. А почему бы и нет? Ведь говорят же всерьез, что главное – самому себя любить и принимать. Даже на специальных психологических тренингах учат "любви к себе".

Западные мудрецы пророчат, что грядущее общество будет состоять из миллиардов (или из одного "золотого миллиарда"?) атомизированных индивидуалистов. Этаких кочевников, "граждан мира", освободившихся от химеры под названием Родина и только ищущих, где им лучше. Наши либералы тоже, помнится, внушали, что патриотизм – последнее прибежище для негодяя, и Родина не там, где ты родился, а где тебе комфортно. В последние годы, правда, накал антипатриотической пропаганды несколько снизился, но в либеральных СМИ патриоты по-прежнему высмеиваются как люди недалекие, экзальтированные, не совсем (или совсем!) ненормальные. Ну, конечно! Разве не безумие - так не любить себя, чтобы отдать жизнь за совершенно незнакомых тебе людей, каких-то "соотечественников"? Слово-то какое нелепое, пафосное…

Однако психиатр с 30-летним стажем работы ТАТЬЯНА АЛЕКСАНДРОВНА КРЫЛАТОВА утверждает прямо противоположное: установка на эгоизм и индивидуализм чревата развитием глубокой психической патологии, близкой к шизофрении. Конечно, если она реализуется в достаточно полном объеме. (А ведь именно этого и требует от нас общество потребления, бесконечно возгревая потребности непомерно раздутого "эго"!)

Для шизофрении характерны значительные изменения в эмоциональной сфере. Причем они носят двоякий характер. С одной стороны, наблюдается прогрессирующее обеднение эмоциональных реакций, а с другой – их неадекватность, парадоксальность. Сначала страдают высшие эмоции – сострадание, альтруизм, эмоциональная отзывчивость. Потом, если шизофрения прогрессирует, больные становятся все более холодными, эгоцентричными. Человек аутизируется, уходит в себя. Ему уже вообще ни до чего нет дела, кроме каких-то своих, узко понятых интересов. Что называется, не до жиру, быть бы живу. Кроме того, при шизофрении человек перестает фильтровать нужное и ненужное. На него наваливается все подряд. Он не может оценить, что для него хорошо, а что плохо, и либо воспринимает все как крайне важное, либо вообще ничего не воспринимает, наглухо отгораживается от мира. Когда он воспринимает все без разбору, будучи не в состоянии выделить главное и второстепенное, в голове у него возникает хаос. Соответственно, хаотизируется и поведение. Он начинает совершать несуразные поступки, утрачивает адекватное восприятие реальности. Или же – это второй вариант – больной впадает в бесчувствие и бездействие. Оба варианта непродуктивны.

А что происходит с личностью больного?

Ее целостность нарушается. Вообще, целостность личности возникает не от рождения, а формируется в среде. Когда отношения со средой складываются благополучно, - т.е. субъект принимает среду, а она – его, – то формируется нормальная, непротиворечивая, цельная личность. При шизофрении же возникает расщепление, диссоциация личности. А затем, по мере развития болезни, может произойти и распад личности. Основа психоза – деперсонализация и дереализация. Деперсонализация – это когда человек теряет свою персону. Ему кажется, что это уже не он, а кто-то другой. А при дереализации утрачивается понимание реальности. Человек перестает фильтровать информацию, она накапливается в переизбытке и как бы взрывает его изнутри. Возникает внутренний хаос, разрушается ощущение самостийности (деперсонализация) и утрачивается адекватное восприятие реальности (дереализация). Это пагубно отражается на отношениях больного как с микро-, так и с макросоциумом.

Под микросоциумом мы понимаем прежде всего семью. Чем характеризуется отношение шизофреника к своей семье?

Одной из особенностей шизофрении является снижение психической активности. Больных утомляет умственное напряжение, утомляет и общение с другими людьми. Особенно тяжело им дается общение не формальное, не поверхностное, а связанное с проявлением глубоких чувств – любви, привязанности, душевной близости. Такое общение затрагивает ядро их личности, а личность шизофреника, как я уже сказала, повреждена. Любовь же возникает прежде всего в семье, по отношению к ближайшим родственникам: матери, отцу, братьям и сестрам. Поэтому для шизофреника семейные взаимоотношения - самая болезненная сфера. Именно она в первую очередь перенапрягается и отторгается.

Шизофреник начинает отторгать близких людей?

Да, ведь любовь требует больших эмоциональных затрат. А у шизофреника с эмоциональностью большие проблемы. Конечно, у некоторых больных могут сохраняться какие-то узкие, избирательные привязанности к одному из членов семьи, к другу, к ребенку. Но в целом эмоциональность - их слабое место, и чтобы удержаться в каких-то рамках, они (разумеется, на бессознательном уровне) начинают отторгать то, что для них наиболее энергетически затратно – то есть, любовь. Но с другой стороны, отношение к близким у них двойственное, амбивалентное. На самом деле потребность в любви есть, поэтому ситуация отторжения травматична. И этот внутренний конфликт вызывает агрессию. В результате у шизофреника возникает агрессивное отторжение близких при том, что без них он существовать не может.

Выходит, больные шизофренией испытывают к близким этакую "любовь-ненависть"?

Да. Для душевнобольных людей это большая драма. И семья их от этого очень страдает. То же самое происходит и по отношению к Родине. Ведь "Родина" есть некое устоявшееся понимание макросоциума, где человек любим, принят, защищен. И он, в свою очередь, начинает любить этот уже не узкосемейный, а гораздо более широкий социальный круг. Он готов его отстаивать, защищать. Если же теряется взаимопонимание с макросоциумом, то опять-таки идет отторжение. Человек перестает включать его в категорию "мое" и относится к Родине негативно.

Любовь к Родине предполагает и любовь к предкам, поскольку это место, где они жили, за которое воевали, проливали кровь, погибая, в том числе и за своих потомков - за нас.

Да, этот альтруизм, эта забота, этот своеобразный аванс, выданный нам предками, чтобы мы могли спокойно жить в своем доме, на своей Родине, очень важны для того, чтобы мы почувствовали себя защищенными, собрались с силами и сами проявились в мире как личности. Это фундаментальные опоры. Можно сказать, почва, на которой человек стоит и не падает. И если она вдруг выбивается из-под ног, то человек, естественно, начинает колебаться. У него возникает чувство тревоги, от которого болезненное состояние только усиливается. В детской психиатрии широко известен такой тест. Он применяется, когда ребенок испытывает сильное беспокойство, и необходимо провести тонкую диагностику, понять: то ли у него развивается шизофрения, то ли это просто невротические реакции. Ребенку предлагают представить некую критическую ситуацию, связанную с посягательством на то, что теоретически должно быть ему дорого. Допустим, хулиган обижает его сестру. Или враги напали на его Родину. И ребенок должен сказать, на чьей он будет стороне. Если компенсаторные механизмы не нарушены, то ребенок, даже находясь в психотическом состоянии, будет волноваться за родных, скажет, что защитит сестру и пойдет воевать за Родину. Он и сам не будет плохо отзываться о своем отце или матери, и другим не даст, даже намеком, а наоборот, начнет расписывать, какой у него папа необыкновенный водопроводчик или великий компьютерщик. То есть, он будет всячески подчеркивать какие-то свои преимущества. Это, конечно, будет свидетельствовать о том, что ребенок несколько невротизирован, поскольку ему надо доказать, что он силен в этом мире и у него все в порядке. Но глубокой патологии тут нет. Если же такой тест применить к ребенку с более глубокой патологией, мы получим совсем иные результаты. Защитные кордоны у него прорваны, все, что близко, он защитить не в состоянии. И потому будет говорить: "Это не мое, мне это не нужно". Поэтому шизофреник будет в этом тесте заступаться за противоположную сторону: за оскорбителей сестры, за врагов.

Значит, если ребенок, не будучи иностранцем, а, будучи русским, воспитывающимся в России, скажет, что в войне 1812 года он поддержал бы французов или в Великую Отечественную войну воевал бы за немцев, у психиатров есть веские основания заподозрить у него шизофрению?

Да.

А если враги будут представлены ему в самом что ни на есть отвратительном виде, он их все равно предпочтет своим близким?

При глубокой патологии - да. Мы ему скажем: "Парень, который обижает твою сестру, противный, мордатый, лохматый, страшный". А он в ответ: "Все равно он хороший". Я думаю, тут много общего с синдромом заложника, когда террорист, человек для тебя далекий, вредный, враждебный, становится тебе ближе тех, кто пытается тебя спасти, и ты начинаешь его воспринимать как защитника. На самом деле он тебе никакой не защитник, он тебя завтра или даже сейчас убьет. Но ты настолько погружен в состояние ужаса, что утрачиваешь адекватное восприятие реальности и начинаешь солидаризироваться со своим палачом. Мне кажется, тут-то и заключена основная проблема шизофрении как тяжелого, глубокого заболевания, когда невозможно выстроить нормальные человеческие связи и все идет под откос.