Смекни!
smekni.com

Анализ исторических путей развития методологии. Научный метод познания (стр. 1 из 6)

Институт подготовки научных кадров

Национальная академия наук Беларуси

Кафедра философии

Курсовая работа на тему:

Анализ исторических путей развития методологии.

Научный метод познания.

Выполнила:

аспирантка Кекало Е.А.

ИХНМ НАН Беларуси

Минск, 2006


Содержание:

Введение……………………………………..………………………..…..2

Методология …………………………………………………….…….….2

· И. Кант……………………………………………………………..……..4

· СССР……………………………………………………………………….5

· Ф. Бэкон………………………………………………………….…….….6

· Р. Декарт…………………………………………………………….…...8

· Э. Кондильяк…………………………………………………..…………9

· Г. Лейбниц………………………………………………………….……11

· Г. Гегель………………………………………………………………….12

· Э. Шеллинг…………………………………………………………..…..15

· К. Маркс, Ф. Энгельс………………………………………..…………17

Научные методы познания…………………………………….……….21

Литература……………………………………………………………….24

Введение.

Познавательное отношение человека к миру одно из основных.
От того, как решаются проблемы познания, зависит формирование образа мира, истинность и достоверность получаемых знаний, действительное положение человека в мире и его способности осуществлять сам процесс познания. Знания позволяют предвидеть, а на этой основе действовать - изменять природу, общество и самого человека.

Нет единого мнения и о том, что представляет собой методология как наука: является ли она философской дисциплиной или это частнонаучная область, или сама философия выступает методологией, поскольку каждое философское положение имеет методологическое значение. Есть предположение, что методология — вообще не наука, что она стоит вне науки и является искусством подбора принципов и методов исследования.

Главное назначение научной деятельности – получение знаний о реальности. Человечество накапливает их уже очень давно. Научные знания начали формироваться уже в VI в. до н.э. Формирование методов научного познания происходило почти 25 веков, однако, большая часть современных знаний получена за последние два столетия. Такая неравномерность обусловлена тем, что именно в этот период в науке были раскрыты ее многочисленные возможности, установлена диалектическая взаимосвязь методов познания.

Научные методы познания мира благодаря бурному развитию технологии оказались настолько наглядно эффективными что в течение последних ста лет потеснили в европейском культурном ареале господствовавшее на протяжении тысячелетий религиозно-мифологическое мировоззрение по целому ряду позиций.

Методология

В “Философской энциклопедии” методология определяется как философское учение о методах познания и преобразования действительности, о применении принципов мировоззрения к процессу познания, к духовному творчеству вообще и к практике. При этом имеются в виду не только общефилософские, но и конкретно-научные методы. Методологию иногда понимают также как определенную систему методов, которые применяются в процессе познания в рамках той или другой науки.

Любая конкретно-научная теория также выполняет методологическую функцию, причем не только по отношению к самой себе, — она стремится делать это и по отношению к целым областям научного знания, что, например, можно наблюдать в ситуации с классической механикой. Однако в лучшем случае теория определяет конкретно-теоретическую методологию, т.е. систему методов, характерных только для нее самой.

Ни одна философская система не предоставляет в чистом виде методологических принципов любой степени общности, основываясь на которых можно единственным образом построить конкретно-научную теорию (разумеется, опираясь при этом на определенные эмпирические результаты). Любая конкретизация философских принципов и законов, их спецификация в соответствии с конкретно-научной теорией уже предполагают определенный уровень развития этой теории, т.е. наличие конкретных методологических принципов, методологического обоснования, сформулированных прежде всего автором теории. Таким образом, обычно философская методология, философское обоснование теории идут “вслед” за развитием теории. Во всяком случае, мы не можем назвать ни одной физической теории, сформулированной явным образом на определенных философских предпосылках (даже если к ним присовокупить эмпирические основания), вытекающей из определенной философской системы.

И. Кант

Согласно Канту, относительно любого изучаемого объекта можно высказать две взаимоисключающие точки зрения, развить две концепции, каждая из которых будет находиться в полном согласии с формальной логикой и соответствовать всей совокупности эмпирических данных об исследуемом объекте. Иными словами, допустимы разные формы описания одних и тех же эмпирических данных. С этой проблемой мы самым серьезным и явным образом столкнулись на современном этапе развития физики, связанном с поисками великого и супервеликого объединения. Выбор концепции в этом случае осуществляется либо на основе методологических принципов, либо на основе косвенных проверок и экспериментов.

Если рассматривать историческое развитие научного познания, то можно зафиксировать, что в период становления научного познания философия представляла собой его непосредственную методологическую базу и основание. В этот период философские понятия, категории и представления входили в теорию непосредственным образом как ее фундаментальные составные части и одновременно как методологические принципы, определяющие сам процесс познания. Но в ходе развития научного познания, и прежде всего на этапе развития классических теорий, наблюдается своеобразная “инверсия”, когда методологической основой становится не какая-либо философская система, а конкретно-научная теория, претендующая на статус всеобщего обоснования всех остальных научных теорий. Такой теорией стала, как известно, в свое время классическая механика. Философские предпосылки в этом случае способствовали формированию классической механики, но затем они долго не играли никакой методологической роли.

Развитие науки разрушило представления об абсолютных методологических возможностях отдельной теории, даже самой высокой общности, и привело к своеобразному методологическому взрыву: методологические концепции различной степени общности и самого разного характера стали множиться с катастрофической быстротой и в огромном количестве. Можно сказать, что фактически сколько появилось теорий и сколько было ученых, столько мы имеем методологических концепций. Исключение в известной мере составило развитие советской науки.

СССР

Политизация и идеологизация науки в СССР, а вслед за этим, после второй мировой войны, и в странах Восточной Европы, привели к тому, что на роль единственно верной и единственной методологии стал претендовать диалектический материализм, в общем случае — марксистско-ленинская философия, а точнее, то, что до последнего времени ею называлось. И, как известно, дело дошло до того, что научные теории, концепции и гипотезы стали проверяться прежде всего на соответствие системе догм, объявленных политико-идеологическими органами истинами в последней инстанции. И если теория не соответствовала идеологическим представлениям власть предержащих, а то и просто их интересам, то, несмотря на ее полное эмпирическое обоснование, она объявлялась ложной, реакционной, “служанкой империализма” и т.п. Что же касается соответствия этой теории фактам объективной реальности — то тем хуже для них! В результате такой политики в области развития науки в целом и методологии в частности даже рациональные методологические “зерна” марксистско-ленинской философии стали вызывать у большинства естествоиспытателей в лучшем случае скептическое отношение. Ситуация обострялась еще и тем, как велось преподавание марксистско-ленинской философии в вузах: оно было предельно догматизированным, идеологизированным, содержание лекций не менялось годами. Игнорировалась, а порой и душилась всякая новая, нетривиальная идея, даже если она развивала идеи, заложенные классиками марксизма-ленинизма.

В конце 50-х — 60-е годы ситуация несколько изменилась. Появились работы по методологии науки, началось действительно философское осмысление и обобщение достижений науки. Но делалось это с постоянной оглядкой на идеологические соображения, в известном отрыве от достижений западной философской мысли, которую традиционно предпочитали критиковать с позиции партийности, зачастую без знакомства с критикуемыми первоисточниками. Многие философы, исследовавшие методологические проблемы науки, порой не были знакомы даже с основами научных теорий, а естествоиспытатели, активно интересовавшиеся методологической проблематикой, слабо знали философию. Большинство работ скорее носили научно-популяризаторский характер, чем были действительно научно-методологическими. Все это, к сожалению, не способствовало преодолению идеологической инерции и скептического отношения к марксистско-ленинской философии. Усилившаяся в середине 70-х годов идеологическая и политическая цензура значительно затормозила развитие советской философской мысли, превращение философии в действительную и действенную методологию науки.

Разумеется, картина развития советской методологической мысли не была столь однообразно мрачной. Работы таких крупных советских философов, как Б.М.Кедров, Э.М.Чудинов, М.Э.Омельяновский, А.Д.Урсул, П.В.Копнин, Л.Б.Баженов, М.А.Ахундов, Ю.В.Сачков, М.В.Мостепаненко, Е.А.Мамчур, В.П.Бранский, О.С.Разумовский и др., зарубежных философов-марксистов Г.Херца, У.Резеберга, Т.Павлова, С.Петрова, естествоиспытателей В.И.Вернадского, В.А.Амбарцумяна, В.Л.Гинзбурга, В.А.Фока и др. значительно продвигали вперед диалектико-материалистическую методологию, очищали ее от идеологических и политических наслоений. Они сохраняли лучшие традиции и в то же время содержали потенциал для дальнейшего развития методологической мысли, позволяли поддерживать ее на мировом уровне. Но, к сожалению, в целом ситуация оставалась без принципиальных изменений; критическое и скептическое отношение к марксистско-ленинской философии в ее методологическом качестве только закрепилось у большинства естествоиспытателей, особенно у научной молодежи. Это подтверждает опыт одного из авторов данной книги по организации и проведению философских (методологических) семинаров в научных учреждениях Сибирского отделения АН СССР.