Смекни!
smekni.com

Жизненный путь и практическая деятельность Сокольникова Г.Я. (стр. 3 из 4)

Сокольников считал, что, исходя из того, что мерилом стоимости является золото, нужно было и банкноту построить как банковый билет, соответствующий определенному количеству золота. Он разработал новую систему поддержания устойчивости валютного паритета. В то время червонец опирается на то, что Государственный банк устанавливал твердый паритет между банкнотой и твердой иностранной валютой и фактически поддерживал этот паритет с минимальными колебаниями, т. е. в течение многих лет происходило чрезвычайно интенсивное развитие торговых отношений с заграницей. Банкноты Государственного банка в значительной степени эмитировались по экспортным операциям, т. е. Банк давал кредит экспортеру, экспортер, вывозя за границу товар, выплачивал выданную ему ссуду иностранной валютой.

Таким образом, происходило значительное накопление золотого резерва в Госбанке, и устойчивость банкноты, прежде всего, опиралось по самому существу именно на то, что в пределах торгового оборота с заграницей действительно Госбанк состоянии за каждый предъявленный ему червонец выдавать иностранную валюту.

Как же Сокольников предлагал обеспечивать устойчивость червонца при такой торговой политике? Безотказным обменом червонца на иностранную валюту в той мере, в какой она нужна в таком организованном торговом обороте. Для этого нужен был, конечно, золотой (валютный) запас. Если у Госбанка накопляется золотой запас, то, следовательно, он может обменивать червонцы на иностранную валюту по твердому паритету, и курс иностранной валюты не мог расти. С другой стороны, и золото, и валюта шли в накопление внутри страны. Поэтому золотой и валютный запас Госбанка, обеспечивающий поддержание твердого паритета, нужен был не только для того, чтобы во внешней торговле поддерживать курс червонца на золото, но и для того, чтобы сохранять твердое соотношение между червонцем и золотом на вольном рынке. Вольная биржа могла бы котировать иностранную валюту выше советского червонца.

В то время началось накопление денежных капиталов. Избрание системы золотого обеспечения денег Сокольников объяснял так: во-первых, система золотого обращения обозначала бы, что накопление денежного капитала в золоте происходило бы в частном обороте, между тем система золотого обеспечения обозначает, что в частном обороте денежный капитал накопляется в форме банкнот, а золото накапливается в Государственном банке. Поэтому выбор должен был быть целиком за золотую систему, потому что при этих условиях достигается концентрация в руках Советского государства наибольшей контрольной силы на денежном рынке.

Так же Сокольников разработал основные направления государственной политики в денежном обращении. Он писал: «При падающей валюте происходила перманентная экспроприация денежного капитала. Все накопленные до и особенно за время мировой войны миллиарды были аннулированы при посредстве эмиссии: одна из величайших экспроприаций, произведенных революцией, по сути дела это экспроприация денежного капитала. Революция экспроприировала путем эмиссии сумму, не меньшую в денежных капиталах, чем в фабриках, заводах, землях и т. д. Когда мы переходим к устойчивой валюте, то это имеет огромные удобства для нашего организованного хозяйства, но не только оно выиграет при этом. Нашему государственному хозяйству, нашей промышленности и торговле нужна устойчивая валюта, от падающей валюты они чрезвычайно страдают. Но если мы перейдем к устойчивой валюте, то выиграют также все мелкобуржуазные слои, потому что вместе с этим станет возможным накопление частного денежного капитала. Поэтому надо отдавать себе ясный отчет, что в этом отношении означает курс на устойчивость валюты.

Это не нужно рассматривать только так, что раньше мы очень плохо хозяйничали, у нас были падающие деньги, а теперь мы поумнели и будем стараться выпускать устойчивые деньги. Это неверно. Тут политика двух эпох – политика эпохи военного коммунизма, которая брала курс на экспроприацию денежного капитала начисто, и новая экономическая политика, которая признает, что от восстановления товарных форм хозяйственного оборота выиграет в известной степени и мелкое частное хозяйство. Уже теперь банкноты Госбанка накапливаются частными лицами. Кто больше выиграет – частный торговец, мелкий ростовщик, который хочет превратиться в банкира, или организованное государственное хозяйство, которое должно научиться маневрировать денежными капиталами, чтобы жить и развиваться больше и скорее, чем частный капиталист Новая экономическая политика ставит ставку на эту конкуренцию между государственным и частным, мелкокапиталистическим хозяйством, которое получает опять устойчивую валют.… Тут надо выбирать и принижать решение не только по линии хозяйственной политики, но исходя из нашей партийной линии. Мы идем на создание устойчивой валюты, на то, что в известной мере будет происходить накопление частного капитала. Конечно, при этом не нужно забывать, что мы обладаем средством регулирования накопления, и не плохим – это подоходно-поимущественный налог, который в новых условиях, по-новому устанавливает контроль Советского государства над процессами накопления. Поскольку в течение ближайших месяцев осуществится, по всей вероятности, полный отказ от режима падающей валюты, поскольку мы попытаемся полностью переходить к режиму устойчивой валюты, постольку сказанное будет получать все большее и большее значение…

В настоящее время стоимость нашего денежного обращения выражается в червонных рублях, т. е. в современных золотых рублях, в сумме около 400 млн. золотых руб. Я включаю в эту цифру полностью платежные обязательства Наркомфина, но если их даже выключить, то остается цифра около 350 млн. руб., составляет около 240 млн. золотых рублей.

Итак, в ноябре этого года по сравнению с ноябрем прошлого года мы имеем увеличение примерно в 2'/2 раза. Это есть процесс «оденьжения» всего нашего оборота. Интересно, между прочим, что за границей Прокопович посвятил ряд статей исследованию этого процесса о росте золотой стоимости нашего денежного обращения, причем избрал этот момент в качестве термометра, показывающего состояние всего хозяйственного процесса в целом. И это довольно правильно. Цифра золотой стоимости всей массы нашего денежного обращения действительно показывает рост или сокращение в самом общем масштабе процессов производства и обмена. Прокопович чрезвычайно торжествовал, когда после того, как эта золотая стоимость обращения шла одно время вверх, она потом в течение прошлой зимы стала несколько ниже. Теперь не может быть сомнений, что произошел чрезвычайно крупный рост этой золотой стоимости обращения и что действительно наше хозяйство находит в себе силы для того, чтобы этот совершенно необходимый ему денежный маневренный фонд выделять из своих собственных ресурсов.

Это есть определенное завоевание. Однако надо совершенно отчетливо поставить перед собой дальнейшие перспективы. Наша задача заключается в том, чтобы добиться роста этой золотой стоимости нашего обращения. Но каким же образом сделать, чтобы у нас оказалось больше денег, чем у нас есть сейчас? Ответ на этот вопрос дается историей денежного обращения за истекший год. Выпуск банкнот дал возможность поднять золотую стоимость денежной массы чрезвычайно значительно. Дальнейшее развертывание банкнотной эмиссии в соответствии с ростом внутреннего и внешнего товарооборота будет насыщать прогрессивно растущую потребность в деньгах.

Наряду с банкнотой в предстоящем году в обращение войдет и твердая казначейская валюта, выполняя разменные функции по отношению к банкноте и отвечая в свою очередь той усиленной потребности платежного оборота в деньгах, которая неминуемо вырастет из значительного увеличения роли денег в государственном хозяйстве после полного отказа от натуральных налогов в деревне.

Денежная реформа даст всему хозяйству Советской страны возможность «обзавестись деньгами» и избавиться от сохраняющегося до сих пор вопиющего несоответствия между степенью восстановления сельского хозяйства, промышленности, торговли и степенью восстановления денежного хозяйства. Ряд «экономистов» до сих пор рассматривают происходящий в советском хозяйстве товарооборот как обмен одних товаров непосредственно на другие, например крестьянской продукции на продукцию городской промышленности. (Маркс высмеивал подобную же ошибку мелкобуржуазных политиков-экономов.) В действительности оборот становится почти исключительно денежным товарооборотом, и решение валютной проблемы становится все больше предпосылкой дальнейшего хозяйственного развития. Мы здесь подходим к чрезвычайно интересному вопросу: выходит, что нужна эмиссия, а между тем нам все уши прожужжали разговорами о вреде эмиссии. Я должен признаться, что мне наиболее комичным всегда казалось при всех дискуссиях об эмиссии именно то обстоятельство, что никто из оппонентов, когда мы доказывали необходимость сокращения эмиссии, не пытался поставить хотя бы такой вопрос: «Позвольте, вы стоите за сокращение эмиссии, как же вы производите эмиссию банковых билетов?» Однако этот совершенно естественный вопрос я сформулировал и дал тогда же на него ответ еще осенью 1922 г. на Всероссийском съезде финработников. Там я отчетливо противопоставлял два вида эмиссий. Когда мы высказываемся за эмиссию банковских билетов, мы высказываемся за кредитную эмиссию твердых денег. Совсем другое дело – налоговая эмиссия падающей валюты. Я должен сказать, что вопрос об эмиссии, по которому у нас шли всегда споры, вопрос об эмиссии падающих денег в интересах покрытия бюджетного дефицита имеет свое огромное, принципиальное значение, которое состоит в следующем. Когда мы взяли власть, то бумажный станок был поставлен на службу нашей революции. Неизбежный хаос первых лет грандиозного переворота не позволял разбираться в том, что именно возможно осуществить. Бумажный станок давал средства осуществлять все – предел был только в пропускной способности станка. Это совершенно правильно в определенный период революции, но опять-таки каждая эпоха имеет свою финансовую политику. Главной задачей финансовой политики в настоящее время является: разоблачение того, что бессмысленно укрываться в бумажные вороха; доказательство того, что является иллюзией полагать, что ресурсы для бюджета создаются выпуском бумажек. Мы должны были бороться против этого самообмана и должны были поставить эту борьбу с миражем бумажных денег на первый план, потому что никакой политики, рассчитанной на собирание реальных ресурсов, которые действительно могли бы быть направлены на точно определенные Советским государством цели, при условии сохранения веры в силу бумаги вести было нельзя. Поэтому теперь, когда эмиссия для покрытия бюджетного дефицита ограничена очень узкими рамками – 15 млн. золотых рублей в месяц, можно с полной объективностью установить, что линия финансовой политики, взятая на борьбу с бюджетным дефицитом и на ограничение налоговой эмиссии, была верной, оправдала себя и необходимо довести дело до полного отказа от этого рода эмиссии путем полного сбалансирования бюджета. Но эта борьба против покрывающей дефицит эмиссии должна быть отделена от проблемы, как восстановить денежное обращение при помощи устойчивой валюты. Это две разные вещи, и поэтому необходим отказ от налоговой падающей эмиссии и нужно развитие и поддержание эмиссии банковых билетов Государственного банка с тем, чтобы сохранить их устойчивый характер путем использования их для нужд развивающегося денежного и товарного оборота, а не для штопанья дефицитов. Это должно быть отмечено в связи с этими вопросами об эмиссии».