регистрация /  вход

География и геополитика (стр. 1 из 4)

БЕЛОРУССКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

КАФЕДРА ФИЛОСОФИИ И МЕТОДОЛОГИИ НАУКИ

РЕФЕРАТ ПО ФИЛОСОФИИ

на тему «ГЕОГРАФИЯ И ГЕОПОЛИТИКА»

Аспиранта кафедры

Минск, 2002

Введение

Геополитика, похоже, переживает сегодня свой ренессанс. Если еще совсем недавно официальная советская наука определяла ее как «направление буржуазной политической мысли, основанное на крайнем преувеличении роли географических факторов в жизни общества», как идеологическое обоснование «агрессивной внешней политики империализма», то в наши дни совсем нередкими становятся утверждения, согласно которым геополитика является последней разгадкой и объяснением многих цивилизованных процессов, которые остаются необъяснимы в чисто политических, экономических или натуралистических терминах. Геополитическая проблематика оказывается в центре внимания значительного числа публикующихся в научной периодике статей, аналитических центров, специально создающихся журналов. Политические деятели, журналисты, теле- и радиокомментаторы охотно оперируют самим термином, ставшим уже привычной деталью политического лексикона.

Такой интерес и даже своего рода мода на геополитику вполне объяснимы. Современный этап всемирной истории характеризуется мощными сдвигами в сложившемся равновесии и требует принятия целого ряда неотложных политических решений. Происходят глубокие сдвиги в соотношении сил на мировой арене, сопровождающие крушение всего прежнего международного порядка. Значимым геополитическим фактором до сих пор является развал Советского Союза, а вместе с ним и возникшая неопределенность границ постсоветских стран.


Геополитика и геополитики

Соотношение географии и политики является одной и ключевых методологических проблем геополитики. Уже в самом закрепившемся наименовании дисциплины – «геополитика» - содержится указание на синтетический характер этого научного и философского направления. Классики геополитики, очевидно, сознательно закрепили в названии понимание геополитики как результата синтеза географии и политологии.

Географы были первыми учеными, которые начали формулировать основные положения геополитики. Необходимость разграничения географии и геополитики проистекает из разных предметов исследования этих наук. Однако для определения геополитики как дисциплины не достаточно указания границы между геополитикой и географией. Также необходимо учесть еще одну устоявшуюся науку – политологию. Именно тогда, помещенная между этими двумя науками, геополитика становится очевидной и детерминированной дисциплиной.

Научные достижения основателей геополитики немедленно применялись на практике, были поставлены на службу государственной власти, конкретной политической практике, международным отношениям и военной стратегии. Однако термин, да и сама наука постоянно подвергались обструкции со стороны научной общественности, а в сознании широких масс она прочно ассоциировалась с политикой экспансии нацистской Германии. Слишком откровенное обнажение скрытых механизмов внешней политики государств не устраивало и власть предержащих, не мешая, тем не менее, пользоваться на практике открытыми законами. В СССР долгое время геополитика была под запретом, как «буржуазная наука», на Западе же за короткий срок она стала чрезвычайно популярной дисциплиной в вопросах стратегического и военного планирования, и в настоящее время преподавание этой науки является обязательным во всех высших учебных заведениях Запада, готовящих руководителей государств и ответственных аналитиков.

Предшественниками геополитики считаются Геродот и Аристотель, Н. Макиавелли и Ш. Монтескье, Ж. Боден и Ф. Бродель... Причем ее не следует считать достижением только европейской цивилизации. Созвучные идеи можно обнаружить, например, у китайского мыслителя Сун Ци еще в VI в. до н. э., оставившего описание шести типов местности и девяти типов пространства, которые должен знать стратег для успешного ведения военной политики. Интересные и имеющие отношение к геополитике суждения высказывал и Ибн Хальдуна (XVI век), который связывал между собой духовные силы человеческих объединений (социальных общностей, в современной терминологии), их способность или неспособность к сплочению и борьбе за завоевание и сохранение могущественной империи и те импульсы, которые происходят из природной среды. Некоторые геополитические концепции были сформулированы еще в 19-м веке немецким географом профессором Фридрих Ратцелем (1844 - 1904). А термин «геополитика» первым использовал, как принято считать, шведский профессор Рудольф Челлен (1864 - 1922) в книге «Введение в шведскую географию» (1900), дав ему следующее определение: «Это — наука о Государстве как географическом организме, воплощенном в пространстве».

В результате, он пришел к выводу о необходимости органического сочетания пяти взаимосвязанных между собой элементов политики: экономополитики, демополитики, социополитики, кратополитики и геополитики.

Фридрих Ратцель и его ученики создавали дисциплину, призванную изучать отношения между географией и политикой, основываясь на положении страны, занимаемом ею пространстве и ее границах. Великими являются те народы, полагал Ф. Ратцель, которые обладают чувством пространства. Следовательно, границы могут подлежать сужению или расширению, в зависимости от динамизма рассматриваемого народа. Во времена Третьего рейха подобные идеи привели соотечественника Ф. Ратцеля, известного геополитика Карла Хаусхофера (1869-1946) к теории «жизненного пространства», что надолго дискредитировало научный статус геополитики.

Широкую известность приобрела идея американского адмирала А. Т. Мэхэна (1840-1914) об антагонизме морских и сухопутных государств и о мировом господстве морских держав, которое может быть обеспечено путем контроля над серией опорных пунктов вокруг евразийского континента. Не меньшую известность получила и теория английского географа и политического деятеля X. Д. Маккиндера (1861-1947), согласно которому тот, кто правит Восточной Европой, правит Срединной землей (Heartland), кто правит Срединной землей, правит Мировым Островом (WorldIsland), кто правит Мировым Островом - тот господствует над миром. Однако уже современник Маккиндера, такой авторитет в геополитике как К. Хаусхоффер, достаточно критически относились к его взглядам.

Теория Маккиндера была поставлена под сомнение и опровергнута в рамках самой геополитики. Американский исследователь Николае Дж. Спайкмен в работе «Американская стратегия в мировой политике. Соединенные Штаты и баланс силы» (1942) сформулировал имеющее стратегическую нагрузку понятие «Римленд», которое, как он утверждал, значительно точнее известного «Heartland». Спайкмен доказывал, что если географически Хартленд и существует, то, во-первых, его неуязвимость серьезно нарушена развитием стратегической авиации и других новейших средств вооружений. А, во-вторых, вопреки прогнозам Маккиндера, он не достиг того уровня экономического развития, который дал бы ему возможность стать одним из наиболее передовых регионов мира. Решающая борьба как в Первой, так и во Второй мировой войне, утверждал Спайкмен, развернулась не в зоне Хартленда, и не за его обладание, а на берегах и землях Римленда. Мировое господство поэтому не зависит от контроля над Восточной Европой.

Поскольку с приходом к власти нацистов Германии геополитика стала активно использоваться для обоснования «расового превосходства», завоевания «жизненного пространства», «великой исторической миссии господства Германии над всем остальным миром», постольку многие исследователи как в Европе, так и в Америке стали сомневаться в научной обоснованности самого термина. При этом одна часть ученых стала рассматривать понятие «геополитика» как псевдонаучный неологизм, служащий для попыток оправдания стремлений к изменению европейского порядка, как орудие, власти, пропагандистский инструмент. Другие, не отрицая в целом сам термин, высказывают серьезный скептицизм относительно его инструментальных возможностей. Третьи полагают, что геополитика способна давать определенные научные результаты, но лишь в очень узкой сфере, отражающей взаимовлияние политики и пространственно-географических характеристик государств или их союзов. Четвертые высказывают мнение, в соответствии с которым геополитика должна рассматриваться не как наука или дисциплина, а лишь как метод социологического подхода, связывающего географическую среду и международную деятельность государств. Наконец, есть и такие, которые считают, что геополитика - это не наука, а нечто гораздо более сложное.

В последнее время в противовес термину «геополитика» появился термин "геоэкономика", введенный Эдвардом Люттваком. По мнению Люттвака, двухполюсный мир отмирает и военная мощь приобрела второстепенное значение не только в отношениях между Севером и Югом, учитывая огромное технологическое превосходство Севера, но прежде всего в отношениях Север — Север, между геоэкономическими полюсами и промышленно развитыми государствами. По Люттваку, то же экономическое соревнование между промышленно развитыми государствами отличается от прошлого именно тем, что государства уже не могут прибегать к военной силе. Однако это тема для отдельного исследования.


Геополитика – наука о безопасности социума

С момента появления глобальных технологий география перестала описывать процесс взаимодействия человека и окружающей среды. В то же время актуальность исследования процессов такого взаимодействия возросла, как никогда прежде в истории человечества. Впервые в истории, человечество стало жизненно зависеть от правильности выбора модели взаимодействия человека с окружающей средой. То есть возникла необходимость в появлении научной дисциплины, которая могла бы эффективно описать возникшую коллизию. Возникла необходимость в дисциплине, которая бы сочетала в себе политологию, социологию, философию с географией. Именно такой дисциплиной теоретически и призвана стать геополитика.