регистрация / вход

Традиционное в современной хозяйственной деятельнсти коренного оленеводческого населения

А. Б. Спеваковский ТРАДИЦИОННОЕ В СОВРЕМЕННОЙ ХОЗЯЙСТВЕННОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ КОРЕННОГО ОЛЕНЕВОДЧЕСКОГО НАСЕЛЕНИЯ СЕВЕРА ДАЛЬНЕГО ВОСТОКА В свете возрастания роли общественных наук в разработке проблем развитого социализма особое внимание этнографической науки сейчас направлено па изучение современности и, в част­ности, на исследование традиций в хозяйственной деятельности, их значения в развитии современной экономики.

А. Б. Спеваковский

ТРАДИЦИОННОЕ В СОВРЕМЕННОЙ ХОЗЯЙСТВЕННОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ КОРЕННОГО ОЛЕНЕВОДЧЕСКОГО НАСЕЛЕНИЯ

СЕВЕРА ДАЛЬНЕГО ВОСТОКА

В свете возрастания роли общественных наук в разработке проблем развитого социализма особое внимание этнографической науки сейчас направлено па изучение современности и, в част­ности, на исследование традиций в хозяйственной деятельности, их значения в развитии современной экономики. Перед этно­графами встают задачи сбора и сбережения информации о традиционной производственной культуре, учета ее особенностей, в том числе и у коренных народов Сибири, с целью, как отмечалЮ. В. Бромлей, повышения практической роли этнографии, усиления ее конструктивных и управленческих функций.

Социалистические преобразования, начавшиеся уже с первых лет Советской власти, и широкомасштабное освоение пространств Сибири, которое осуществляется особенно интенсивно в последние десятилетия, оказали существенное влияние на все стороны жизни коренного населения Севера. На основе закономерностей общественного развития в эпоху социализма произошла трансформация в материальной и духовной культуре эвенов, эвенков, кoряков, чукчей и других северных этносов, изменился их быт. В значительной степени преобразования коснулись и хозяйственных занятий местных жителей. На смену старому хозяйству пришли новые, отличные в социальном плане, иные в качественном отношении социалистические формы хозяйствования, повлиявшие па устойчивость экономики, навсегда освободившие аборигенов Севера от сезонных голодовок и позволившие повышать производительность труда. Мероприятия по укреплению организационно-экономической базы коллективных хозяйств и укрупнению колхозов, многие из которых преобразованы в совхозы, повысили техническую оснащенность- традиционных промысловыми позволили развивать новые отрасли хозяйства — земледелие, жи­вотноводство и др.

Однако, несмотря на нововведения, многие традиционные особенности хозяйства и культуры, которые в совокупности образуют этнические традиции, вырабатываемые целенаправленной деятельностью каждого этноса в ходе его исторического развития, все же показывают большую степень устойчивости. В первую, очередь это можно отнести к оленеводству, практикуемому в ряде: областей Севера, в том числе на северо-востоке Сибири у рассматриваемой группы этносов.

В качестве одного из главных обстоятельств, обеспечивающих сохранение оленеводства как отрасли хозяйства, выступает его приспособленность к экстремальным северным условиям. Оно, как правило, практикуется в такой климатической зоне, где невозможно разведение крупного рогатого скота и земледелие. В этой связи следует особенно отметить неприхотливость северного оленя, его способность круглый год добывать корм в суровом климате.

Мероприятия, проводившиеся Советской властью с первых лет ее существования, содействовали сохранению оленеводства, кото­рое приобрело государственное значение, способствуя тем самым ^развитию экономики народов Севера. Внедрение в эту главную отрасль хозяйства коренного населения новых методов выпаса животных, организации труда оленеводов. достижений ветеринарии и обеспечение ее транспортными средствами и радиосвязью не мешает тем не менее характеризовать оленеводство как занятие, в котором наличествует ряд традиционных элементов. В традиционном крупностадном оленеводстве корякско-чукотского типа, заимствованном у палеоазиатов; также эвенами в связи с их этническими контактами на Чукотке, Камчатке и севере Охотского побережья и признанном сейчас наиболее рентабельным хозяйственным занятием коренного населения, как и прежде, практикуется круглогодичный выпас оленей в соответствии с издавна выработанным годичным циклом. Обслуживание животных базируется па использовании народных знаний, а быт оленеводов во многом определяется самобытными традициями.

Сохранение традиционного объясняется и тем, что производственное кочевание осуществляется на территориях, значительно удаленных от центров современной культуры. Нередко оленьи стада откочевывают от поселков на 300 км и даже дальше. Необходимость такой отдаленности обусловлена тем, что рядом с крупными поселками, предприятиями и местами разработок по­лезных ископаемых, как правило, отсутствует корм для оленей.

Производственный опыт оленеводов, накопленный в течение многих веков, прекрасное знание природных условий таежных тундреных районов имеют непреходящее значение и в наши дни. Многие традиционные приемы ухода за животными, выработанные коренным населением северо-востока Сибири и практикуемые сейчас, наиболее эффективны и единственно приемлемы. Вряд ли целесообразно полностью заменять их другими. Допус­тимо лишь привнесение в них новаций, усовершенствований и улучшение их отдельных сторон.

В традиционных отраслях хозяйства и в оленеводстве в том числе живет и развивается родной язык аборигенов. Кстати, тер­минология, связанная с оленеводством, настолько богата, что ее очень трудно выразить на другом языке.

В оленеводческом хозяйстве рассматриваемого региона и в подчиненных ему сферах в настоящее время занято большинство представителей аборигенных этносов. В табл. 1 показано распределение коренного населения по профессиям на примере взятых выборочно нескольких наиболее типичных оленеводческих поселков разных районов северо-востока Сибири.


Таблица 1

Профессия

Охотский р-н Xaбаровского края

(пос. Арка)

Быстринский р-н Камчат­ской обл. (пос. Эссо, Ашшгай) Поселки Пенжинского р-на Корякского автономного округа Камчатской обл.
Аянка Слаутное Манилы

Оленеводы (пастухи и чум-

работницы)

114

47

104

112

103

Методисты агиткультбригад 0 0 3 1
Ветеринары 4 4 2 3
Охотники 3 20 3 0
Рабочие (колхоза или совхоза) 44 12 14 10 13
Мастера меховых мастерских 2 0 30
Прочие 40 38 42 31 27.

Примечание. Данные таблицы, взятые из нехозяйственных книг перечисленных поселков, учитывают только взрослое население

Бытованию традиций способствует также и то, что многие семьи коренных жителей северо-восточных районов продолжают держать личных оленей. Согласно полевым материалам 1978— 1982 гг., в четырех солениях Камчатка — Аянке, Слаутном, Манилах и Эссо — 173 семьи имеют оленей, вкаждой в среднем но 14—15 голов. В личном пользовании эвенских, корякских и чукотских семей, издавна занимавшихся оленеводством, также есть олени. Их имеют не только оленеводы, работающие в бригадах, но и живущие в поселках лица других профессий, а также пенсионеры. Олени переходят по наследству, дарятся ребенку прирождении, а невесте как свадебный подарок. В то же время огородничеством занимается очень незначительное аборигенов. В пос. Эссо. например, лишь за четырьмя эвенскими семьями закреплены приусадебные участки, в Аянке — за тремя (две эвенские семьи и одна чукотская) и т. д.

Таким образом, традиционное оленеводство — по сути дела ведущий и пока практически ничем незаменимый вид деятельности коренных жителей, обеспечивающий своей продукцией как местное, так и пришлое население северо-востока и тем самым вносящий определенный вклад в осуществление Продовольственной программы. Оленеводство можно рассматривать как своеобразную хозяйственную основу, от которой во многом зависит со­хранение этнического своеобразия аборигенов северо-востока Си­бири.

Традиции сохраняются не только в производственной деятельности, но и охватывают почти все сферы жизни коренных жите­лей, образуя традиционный комплекс. Традиционное оленеводческое хозяйство непосредственно связано и с существованием са­мобытной материальной культуры. Во время производственного кочевания с оленьими стадами эвены, эвенки, коряки и чукчи используют оленей как верховой и нартенный транспорт, живут в переносных каркасных жилищах типа чумов, яранг, приспособ­ленных к роду их занятий, носят, особенно зимой, национальную одежду и обувь, сшитую из оленьих шкур, обрабатываемых преж­ними способами, употребляют традиционную пищу, используют утварь, приспособленную для этой пищи и кочевого быта. Заня­тие оленеводством обусловливает специфику быта не только во время производственного кочевания, но также и в поселках, где живут не занятые выпасом оленей члены семей оленеводов. Оле­неводческое хозяйство во многом определяет характер духовной жизни коренного населения (искусство, фольклор, а также веро­вания, культы и др.), обусловливает бытование народного опыта, морально-этических норм и т. д.

Традиционное в оленеводстве не препятствует совершенство­ванию этой важной в условиях Севера отрасли хозяйства, а при­сутствует в ней как органическая часть, сосуществующая с совре­менными элементами. Нарушение правильного соотношения тра­диционного и современного может причинить ущерб. В частности, увеличение количества оленей в стадах при ограниченности кор­мовых ресурсов угодий, которые находятся в распоряжении от­дельных оленеводческих совхозов, не всегда оправдывает себя из-за быстрого истощения пастбищ. Поэтому учет особенностей хозяйства аборигенных этносов северо-востока Сибири при вве­дении новшеств в первую очередь необходим для их развития, что создает наиболее оптимальные возможности осуществления ленинской национальной политики в современных условиях.

Из вышесказанного вытекает необходимость первоочередного изучения традиций в области хозяйственной деятельности, рас­смотрение которой, по мнению F. Е. Маркова, лежит в основе исследование всех прочих этнографических явлений.

.К числу наиболее важных производственных традиций корен­ного населения северо-востока Сибири, которые ярко характери­зуют основу оленеводческого хозяйства, прежде всего относятся традиции использования определенных территорий, выбора в со­ответствии с народным опытом и местными условиями маршру­тов перекочевок, оленьих стад в пределах прежних районов, учтен­ных и закрепленных за хозяйствами землеустройством; выпаса оленей и ухода за животными. Традиционное воспитание молодого поколения в духе уважения кисконным видам занятий также имеет прямое отношение к хозяйственной деятельности.

Традиция ведения хозяйственной деятельности в течение дли­тельного времени в пределах одной территории и соответственно хорошего ее знания зависит в основном от расселения отдельных этнических групп. Так. потомки представителей ряда эвенкийского и эвенских родов. Охотского побережья, отмеченные еще в исто­рических документах XVTI в. до сих пор живут и выпасают оленей в тех же районах горной тайги, что и их предки. Это отно­сится, например, к эвенам бассейнов рек Охоты, Кухтуя, Инн и Ульи, причислявшим себя ранее к родам Горбикаы, Годникан, Уяганкан, Кила (Килар) н др.

То же можно сказать и об эвенах Камчатки, переселившихся туда с материка более 150 лет назад (прежние роды Долган, Уяганкан, Деллянкан) и занимающихся в настоящее время оле­неводством на западных отрогах Срединного хребта и частично на севере полуострова. Аналогичная ситуация характерна для за­нимающихся оленеводством коряков нынешних Пенжинского, Олюторского и других районов Корякского автономного округа, а также для расселяющихся севернее чукчей. При этом оленеводы разных этносов имели раньше и имеют теперь довольно четкое представление о кочевых территориях соседних родственных и иноэтнических групп, расселявшихся в смежных районах. Нарушение хозяйственных территорий в прошлом нередко приводило к межэтническим столкновениям. Особенно частыми они были между коряками и эвенами, когда последние в поисках объекта охоты и новых пастбищ для оленей вторгались в места, издавна принадлежавшие представителям корякского этноса.

В послереволюционный период традиции расселения и веде­ния хозяйства на соответствующих каждой локальной группе территориях были соблюдены при землеустройстве, проводившемся с начала 30-х гг. в районах Севера. В результате современ­ные угодья совхозов и колхозов во многих случаях совпадают с прежними территориями, на которых сейчас работают потомки кочевавших здесь ранее оленеводов. Оленеводы 2-го участка сов­хоза «Пенжинский» (Пенжинский район Корякского автономного округа, пос. Слаутное), например, многие десятилетия кочуют по р. Импенвеем по одному маршруту. На пути их следования, в ча­стности на р. Мухоморной, впадающей в Импенвеем, до сих пор можно видеть остатки старинных и более поздних стойбищ, где размещались яранги коряков.По традиции стада этих же олене­водов выпасаются не только в пределах Пенжинского района, но и переходят на другие административные территории — в Олюторский район, пересекая, его до побережья Тихого океана. Зна­ние исконных участков отражено также в топонимике обширных районов, передаваемой коренным оленеводческим населением из поколения в поколение. Почти каждый оленевод может изобра­зить на бумаге карту того или иного района во всех его подроб­ностях, включая особенности рельефа, с названиями сопок, озер, рек и ручьев.

Районы кочевок и маршруты, выбираемые оленеводами для выпаса стад, свидетельствуют о прекрасном знании аборигенами природных условий и местности. Выбор маршрутов на выделен­ных для каждого хозяйства при землеустройстве территориях производится правлениями совхозов и колхозов совместно с бри­гадирами оленеводческих звеньев, на должность которых назна­чаются, как правило, опытные и уважаемые люди. Следование по определенному маршруту обусловливается многими факторами. Основным здесь является наличие кормов для животных, в соот­ветствии с чем для стад определяются пастбища четырех кате­горий: зимние с незначительным снежным покровом, скрываю­щим мох, весенние, летние и осенние, изобилующие травой, кото­рой питаются олени. У эвенков и эвенов побережья Охотского моря и Камчатки, а также у коряков Пенжннского и Олютор­ского районов Корякского автономного округа, как и прежде, практикуются перекочевки по большому замкнутому кругу про­тяженностью в один конец до 200 км и более. Весной стада перегоняются вверх по течению реки в горные районы пли в тундру, где достаточно кормов и меньше кровососущих насекомых, изнуряющих оленей и препятствующих повышению их живого веса. Здесь стада выпасаются в течение всего лета. В начале осени на­чинается движение в обратном направлении — к побережью моря, па зимние пастбища. На этом отрезке пути определяются как место для разделения на маточное стадо и стадо самцов-произво­дителей, так и отдельные маршруты для двух стад, выбирается хорошо защищенное от ветров место для отела важенок, происхо­дящего в апреле. Прежде разделение на стадо самцов и маточное происходило весной в специально устроенных загонах из нарт. Внастоящее время для отбивки используются корали из брезента, огораживающие отдельные участки местности. Раньше у ко­ряков исчисление года начиналось после отела, что и сейчас еще сохраняется в традициях старшего поколения.

В низовьях рек невдалеке от побережья осенью иногда ловят лососевых, что служит для оленеводов подсобным занятием.

Эвены Быстринекого района Камчатской области за время перекочевок по круговому маршруту делают примерно 40 стоянок, срок пребывания на которых зависит от кормовой площадки пастбища и погодных условий. Во время сильного снегопада или метели перекочевки не проводятся. Как правило, оленеводы задерживаются на стоянках от 1—2 дней до недели, редко больше. В течение этого времени олени пасутся в районе стойбища. На пути продвижения по маршруту эвены и эвенки обычно устраивают систему традиционных подсобных сооружений. амбаров, предназначенных для хранения зимних видов транспорта и некоторых продуктов питания. В этих амбарах хра­нятся нарты, лыжи, зимняя одежда и обувь, сушеное оленье мясо, мука, соль и т.п. Подсобные сооружения устанавливаются на пути следования оленьего стада с таким расчетом, чтобы во время прохождения маршрута именно к началу зимних холодов Оленеводы были обеспеченытеплой одеждой и средствами пере­движения. Обычно на пути следования стада ставятся четыре-пять таких амбаров. Аналогичная традиционная система хозяй­ственных построек сохраняется также у живущих на стыке севера Камчатки и Чукотки чересполостно с эвенами и коряками чукчей, что, очевидно, является результатом заимствования у гусоязычных обитателей региона.

В отличие от эвенов у оленеводов-коряков существуют и долговременные летние базовые стоянки, называемые летниками, на которых живут старики, занимающиеся охотой, рыбной ловлей, ремонтом упряжи, нарт, и женщины. Основное занятие женщин — шитье одежды, спальных мешков, выделка шкур. На летниках сохраняются также запасы продуктов и транспортные средства, ненужные в летнее время. Как и раньше, обитатели летников кочуют мало. В то время как женщины и старики остаются на летниках, оленеводы со стадами продвигаются по намеченным маршрутам. Такая разница между эвенами и коряками объясняется традициями крупностадного оленеводства коряков и чукчей, отличавшегося от оленеводства тунгусоязычных этносов, более мобильных в силу того, что до революции у них одним из главных занятий являлась охота на мясного и пушного зверя. Стада оленей эвенов и эвенков в основном были меньше, чем у чукчей и коряков, и почти все имущество перевозилось при перекочевках с помощью вьючных животных.

Коряки периодически устраивают летники и зимники на одном и том же месте, что связано с прохождением оленьими стадами определенных маршрутов и наличием кормов на пастбищных участках.

У эвенов с прохождением из года в год но одному маршруту, кроме установки на пути следования стада амбаров связана также заготовка на местах стоянок топлива, обычно кедрового стланика. Стланик рубят осенью, с тем чтобы он высох и был пригоден для использования через год.

Однако движение по замкнутому кругу характерно не для всех оленеводческих бригад, работающих в определенных для них районах. Многие, если позволяет наличие кормов для оленей, передвигаются со стадами только в сопках и долинах горных рек, вне четкой системы передвижения к побережью и обратно, и не спускаются в низовья рек. Отсутствие кровососущих насекомых в удаленных от низменностей местах обеспечивает прибавку у животных в весе.

У охотских эвенков и эвенов, в частности аркинских, практикуется другая форма выпаса оленей, которая сохранилась и получила развитие в советское время, — выпас животных на огороженных, изгородями (дарпйрами) участках. В дореволюционное время тунгусоязычные этносы Охотского побережья часто использовали рельеф для устройства огороженных "пастбищ, с тем чтобы сохранить стадо от потерь. Согласно С. К. Патканову, эвенки, кочующие вдоль Оймяконского тракта, делали в ущельях завалы, которые препятствовали уходу животных за пределы отведенного им участка. В настоящее время применение эвенами и особенно эвенками изгородей, отгораживающих пастбищные участки, на Востоке Сибири широко практикуется в Охотском. Тугуро-Чумикапском и других районах Хабаровского края. Огороженные уча­стки для выпаса позволяют даже при небольшом числе пастухов наблюдать за большим стадом, дают животным возможность относительно свободного передвижения и предохраняют их от нападения хищников, особенно волков, которых отпугивает запах человека, медикаментов, сохраняющийся на древесине изгороди.

Как правило, для огороженных пастбищ выбираются части долин горных рек с хорошими водопоями и богатой растительностью, что требует знания пастбищных территорий, а также традиционных знаний о сезонных миграциях оленей в определенное время года и в определенном районе. По мере истощения кормовых ресур­сов участка стадо перегоняется на другой, заранее подготовлен­ный. Изгороди не снимаются, так как после естественного вос­полнения кормов через год на них снова пригоняют стада. Эвены и эвенки устраивают в загонах теневые навесы, предназначенные для защиты животных от солнца в жаркое время года. Ранее у тунгусов также существовали подобного рода сооружения, которые строились летом. Эти навесы имели вид по­лучума и назывались калтака.

В соответствии с традициями осуществляются также собст­венно выпас и уход за животными на базовых стоянках. Со стадом оленеводы дежурят в течение суток, сменяя друг друга по очереди через каждые 8—12 часов. В зависимости от количества оленей в стаде и времени суток с животными могут находиться один-два и более человек. В обязанности дежурных входит по­стоянное наблюдение за стадом во время пастьбы и при перегоне на новое место выпаса и разыскивание оленей в случае, если не­сколько животных отобьются от стада, охрана их, особенно мо­лодняка, от хищников, и т. п. За отбившимися животными летом следуют пешком, а зимой на лыжах или на нартах. Пастухи, долгое время работающие в стадах, наблюдательны и хорошо знают особенности животных, что позволяет быстро отобрать в стаде верховых или упряжных оленей или заметить отсутствие даже небольшого их числа.

Круглосуточное обслуживание оленьего стада подчиняется традиционным правилам, главное из которых — строгое возраст­ное разделение труда. Согласно этому разделению, время дежурства делится на две смены — дневную и ночную. У эвенов Охотского побережья и Камчатки дневная смена носит название кусчи, т. е. «дневная пастьба», а пастух, пасущий оленей днем называется кусчилэн. У коряков выпас днем именуется коян-так — «дневное дежурство». Производное от этого слова коян-талг'ын, т. е. «дневной пастух». Дневные пастухи обычно пожи­лые оленеводы. Молодежь по традиции находится со стадом ночью. Такое дежурство называется у эвенов зёвчац или зёвчач Ночной пастух именуется хвчй.щъ. Коряки называют ночное дежурство с табуном йыюк, юлен или канъюлен. Соответственно ночной пастух именуется йыюлг'ып. Деление на смены вызвано трудностью работы. Для оленеводов старшего поколения дневное дежурство менее утомительно. Пожилые люди часто пасут оленей вдвоем или втроем. Это облегчает наблюдение за стадом. Прежде у коряков люди старше 40 лет уже считались пожилыми и рабо­тали меньше молодежи.20 Молодые пастухи, более выносливые и сильные физически, обслуживают стадо в одиночку. Вдвоем они работают в том случае, если один из них, более знающий и опытный, обучает другого.

Снаряжение дежурного пастуха во многом соответствует тра­диционному. Оно состоит обычно из огнестрельного оружия, пояса, к которому прикрепляется нож в ножнах. — обязательная принадлежность каждого оленевода, иногда из. кресала, кремня и стружек трута (в основном у лиц пожилого возраста), используемых в случае намокания спичек, чайника, кружки, небольшого количества чая и- продовольствия (при значительном удалении от базовой стоянки), нередко также из деревянного посоха. Деревянный посох, имеющий навершие, исполь­зуется оленеводами как опора при ходьбе, им погоняют оленей, защищаются в случае неожиданного нападения волка или росо­махи. У каждого пастуха непременно есть также аркан длиной около 15 м, сплетенный из шкуры лахтака. Зимой снаряжение дополняется традиционной зимней одеждой., и обувью, которые шьются из шкур оленя а также лыжами-ракетками ступательного типа (у коряков) или подбитых (у эвенов).

Традиционны также ежедневный осмотр оленей, лечение ко­пыт, кастрация (весной), отпиливание верхних ветвей рогов сам­цам перед гоном (в конце лета—начале осени), с тем чтобы они не повредили друг друга в брачный период, и обслуживание ново­рожденных телят в конце апреля после отела важенок. В тради­ционном оленеводстве эвенков и эвенов в период отела семьи оленеводов - родственников объединялись для совместного ухода за важенками и телятами. В настоящее время в бригады в этот период посылаются помощники.

Забой оленей на мясо, являющееся основной повседневной пищей оленеводов, а также животных, раненных хищниками или больных, производится на базовых стоянках. У эвенов в соответствии с традицией животное забивают ножом, которым, после того как оленя повалят на правый бок, прорезают сначала сердечную мышцу, а затем колют в мозжечок, что вызывает мгновен­ную смерть. Поражение оленя в сердце и мозжечок — основной способ забоя. Другие способы, особенно забой огнестрельным, т. е. промысловым, оружием, традиционно считаются неприемлемыми. Еще в прежние времена эвены и эвенки считали, что использование для забоя лука или ружья может принести неудачу.

Разделка оленьей туши производится также традиционным способом за очень короткое время. В качестве орудия свежевания используется только нож. Эвены до сих пор считают, что ни одна капля крови разделываемой туши не должна упасть на землю, так как это может повлиять на воспроизводство домашних жи­вотных. Поэтому под тушу всегда подкладывают ветки, мох или брезент. После этого приступают к снятию шкуры, которая отделяется от жировой прослойки и мышц при помощи кулака, энергично вводимого под кожу. Затем вскрывается брюшная полость, с нее последовательно извлекаются желудок, кишечник, сердце, легкие с дыхательным горлом, печень, почки и т. д., после чего приступают к разъединению суставов, позвонков, отделению ре­бер и срезанию кусков мяса. При этом кости никогда не рубят и не дробят, а рога и копыта ни в коем случае не разбрасываются беспорядочно на месте разделки или около стойбища. В основе этих правил лежат древние представления о том, что душа забитого оленя может «обидеться» за плохое отношение к животному, которое не возродится в другом. В них заключен и рациональный момент: олени, подходя близко к стоянке, могут поранить конеч­ности лежащими на земле рогами. Поэтому рога и копыта либо аккуратно складываются в одном месте, либо укрепляются в развилках стволов или на ветках деревьев.

Во время разделки оленьей туши многое по традиции едят тут же в сыром виде. Сырыми употребляют в пищу печень и почки, нарезав их мелкими кусками, измельченные до консистенции каши легкие, глаза, хрящи носовой полости, головной и костный мозг, сухожилия ног. Объясняется это тем, что перечисленные части туши освежеванного оленя, особенно внутренности, счи­таются полезными для человека и даже излечивающими некоторые болезни. Например, по мнению оленеводов, теплая оленья кровь помогает страдающим болезнью легких.

Традиции коллективизма, взаимопомощи сильны до сих пор и имеют глубокие корни. В прошлом кочевая группа состояла из нескольких семей и по обычаю уважения к старшим содержала больных и немощных стариков на своем иждивении. В настоящее время эта взаимопомощь проявляется в том, что родственники или соседи усыновляют детей погибших, морально и материально поддерживают престарелых, выпасают в колхозных и стадах личных оленей пенсионеров.

Оленеводческая бригада комплектуется обычно из двух-трех семей, нередко связанных отношениями родства. Количественный состав бригады почти идентичен кочевой группе прошлого; объединявшей в основном представителей одного рода. В подобных бригадах иногда живут родственники-пенсионеры, не принимающие непосредственного участия в трудовой деятельности. В среднем в оленеводческих бригадах при стаде и 1000—1500 го­лов занято примерно пять-восемь человек. Из них три-пять работают пастухами, две-три чумработницы, как правило, жены олене­водов, числящиеся в штатных расписаниях как вспомогательный персонал, обслуживающий членов бригады. Преимущество родственных бригад состоит в том, что в них глубже и полнее происходит обмен опытом, а присутствие жен оленеводов обеспечивает необходимые удобства. На должность бригадира назначают: авторитетного, опытного и заслуживающего уважения человека, обычно из числа лиц старшего поколения. Его распоряжениям следуют и в повседневном быту. Особое положение бригадира в оленеводческих бригадах проявляется в том, что он никогда не пасет стадо ночью. Это, как уже отмечалось, продиктовано заботой о людях старшего поколения, стремлением облегчить их Как правило, именно бригадир или кто-либо из старшего поколения забивает животных, мясо которых предназначено для членов бригады, хотя это может сделать любой пастух, так как забою обучают с детства. После забоя, считающегося ответственным и важным делом, бригадир уходит. Разделывают тушу женщины или молодежь.

В Охотском районе Хабаровского края, в Быстринском районе Камчатской области и fдругих местах, где подавляющее большинство работающих в. колхозах и совхозах составляют эвены, оленеводческие бригады, как правило, представляют собой однонациональные объединения. Оленеводы из числа лиц других национальностей встречаются здесь редко. Представители пришлого населения работают в оленьих стадах в основном зоотехниками, ветеринарами.

На севере Камчатки, в Пенжинском и Олюторском районах Корякского автономного округа, где тунгусоязычное населенеи в ходе своей истории и миграций на северо-восток Сибири пришло в контакт с палеоазиатами – чукчами коряками, в настоящее время встречаются оленеводческие бригады смешанного состава – эвенско-корякские, эвенско-чукотские, корякско-чукотските, реже корякско-эвенксочукотские. Бригады смешанного национального состава – явление, присущее уже послереволюционному периоду. Но и в наши дни наблюдается стремление работать в бригаде с представителями только своего этноса, что объясняется, в частности, желанием говорить на родном языке. Характерно, что эвены, работающие в одних бригадах с коряками и чукчами и живущие в административных районах и округах с по­давляющим преобладанием последних (например, в Анадырском районе), не утратили элементов своей национальной культуры. На стоянках они ставят традиционные эвенские жилища,используют верховой оленный транспорт, пользуются наряду с за­имствованными от палеоазиатов предметами материальной куль­туры эвенов и т. д.

До сих пор у коряков и чукчей сохранились традиционные оленеводческие праздники, отражающие основные этапы годового цикла производственной деятельности. К их числу относятся ве­сенний «праздник рогов» (килвэй), который отмечается после отела важенок и сброса ими рогов, и осенний праздник «перегон оленей» (коянайтатгыйнын). проводимый после выбраковки и за­боя слабых животных перед перекочевками на зимние пастбища.

К числу наиболее важных, связанных с хозяйственной дея­тельностью оленеводов относятся традиции воспитания молодого поколения, имеющие большое значение в деле поддержания оле­неводческого хозяйства на должном уровне, для обеспечения пре­емственности и передачи навыков его ведения. В то время как пожилые люди предпочитают жить в соответствии с традициями, касается это трудовой деятельности или быта, молодые эвены, коряки и чукчи все больше отступают от традиционных норм и часто стремятся работать не в стадах, а в поселках. Эта тенден­ция наблюдается у молодых людей 18—20 лет и особенно у деву­шек и молодых женщин чумработниц оленеводческих бригад. Занятость в оленеводстве мужчин и женщин разных возрастов из коренного населения в некоторых взятых выборочно хозяйствах Камчатской области отражена в табл. 2. Отток молодежи из традиционного хозяйства в ряде районов Севера, в том числе ис­следуемых, создает проблему кадров.

Таблица 2

Поселки Возраст, лет
До 20 20-30 30-40 40-50 свыше 50
м ж м ж м ж м ж м Ж
Пенжинский район
Аянка - 1 17 5 13 4 9 6 12 9
Слаутное 3 1 28 7 6 4 11 5 14 9
Манилы 4 - 25 4 17 6 17 9 15 4
Быстринский район
Эссо 3 - 20 1 2 3 5 5 13 7

Несмотря на то что во многих поселках при наличии в интер­натах кабинетов профориентации приобщение к оленеводческим профессиям осуществляется в соответствии с комплексным пла­ном трудового обучения и воспитания, большую роль в подготовке молодежи к работе в оленеводческом хозяйстве играет в лице старшего поколения.

Обучение навыкам производственной деятельности является постепенно и начинается обычно уже в раннем детстве. Как правило, оленеводы рассматриваемого региона летом заби­рают своих детей из детских садов и интернатов, где они живут на государственном обеспечении, в бригады. Все лето дети вместе с родителями проводят в оленьих стадах, участвуют в перекочевках и наблюдают за работой.

Самые первые сведения о профессии оленевода и специфике оленеводческого хозяйства дети получают и из рассказов пред­ставителей старшего поколения, а также пользуясь игрушками, которые делают для них родители или родственники. У эвенов и эвенков игрушки, цель которых приобщить ребенка к тради­ционному хозяйству, — это фигурки оленей, лошадей, собак, из­готовленные из рога горного барана или из дерева, игрушечные арканы и т. п. Игрушки в данном случае становятся как бы сим­волами, говорящими о будущей хозяйственной деятельности. Обы­чай дарения таких игрушек известен у подавляющего большин­ства народов мира.

Большое значение в деле пробуждения у детей школьного и дошкольного возраста интереса к профессии оленевода имеют традиционные игры, во многом копирующие хозяйственную деятельность взрослых и формирующие производственные навыки у детей. В играх находит отражение и быт коренного населения, они воспитывают любовь к природе, укрепляют здоровье, способ­ствуют выработке ловкости, выносливости, твердости и настойчи­вости как качеств, особенно необходимых при занятиях оленеводством.

В большинстве игр дети оленеводов используют аркан — необходимый предмет в снаряжении каждого пастуха, которым он обычно очень дорожит. Аркан, уже побывавший в употреблении или новый, вручается мальчику отцом или старшим братом. Смысл большинства игр с употреблением аркана — овладение техникой его набрасывания на рога оленя с целью отлова животного, выработка реакции я координации движений. Для тренировок, используются ветки лиственницы или настоящие рога оленя, ко­торые дети держат над головой, изображая животных. Один или два «пастуха» ловят их арканами, с тем чтобы потом запрячь в нарты. У эвенов такая игра называется оропэвидакун иди .мавутлактак, укоряков — коячетык. В другой эвенской игре с оленьими рогами (гаун'акачак) аркан набрасывают на рога, которые един из играющих тащит за собой на ремне. К числу уп­ражнений с арканом относятся такие игры, как монэкан или муколовын у эвенов и вопханеьоченам у коряков. В эвенской игре к длинному шесту прикрепляется ремень с небольшим бруском дерева на конце. Затем шест начинают вращать. Задача играю­щих, стоящих вокруг, — набросить аркан на вращающийся кусок дерева. Победителем считается тот, кто сделает это первым. Корякский вариант игры заключается в том, что вместо куска дерева к веревке прикрепляются оленьи рога. Нередко в подобных играх детьми создается ситуация, типичная для оленеводче­ской практики, — уход части оленей из стада. В этом случае «оле­неводы» ищут потерявшихся «животных», т. е. спрятавшихся де­тей.

Кроме упражнений сарканом большое внимание в воспитании мальчиков уделяется бегу наперегонки, езде на оленях, прыжкам в длину и в высоту, борьбе, игре в кожаный мяч, набитый оленьим волосом, которая распространена у коряков, и т. п. Девочки играют в такие игры, как постановка чума, раскладывание разноцветных камушков в определенной последовательности, что означает подготовку ка­раванов оленей к перекочевке, и т. д.

Постепенно от игр с рогами и другими предметами мальчики переходят к тренировкам по набрасыванию арканов на живые объекты — телят оленя — около базовых стоянок, куда пригоняют стадо для отдыха в середине дня. Одновременно с играми и различными упражнениями происходит и посильное приобщение Ь труду детей оленеводов. Мальчики 8—10 лет, например, участвуют на временных стоянках в сборе топлива для очагов, девочки учатся шить промысловую одежду и разделывать туши забитых Тюленей. Приблизительно с 9—10 лет мальчики во время летних каникул начинают ходить со взрослыми на выпас оленьих стад, где молодежь ближе узнает повадки животных и учится искусству оленевода.

В итоге можно отметить, что многие традиции в области хозяйственной деятельности коренного населения северо-восточных ионов Сибири продолжают существовать в наши дни. В сово­купности с новым хозяйственные традиции образуют органическое единство — основу жизнедеятельности аборигенов Сибири.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий