регистрация / вход

Антисоциальные сделки

Определение сущности антисоциальной сделки, как одного из видов ничтожной сделки, установленной действующим гражданским законодательством. Основные признаки данной сделки, условия ее недействительности. Судебная практика, применение карательных санкций.

Оглавление

Введение

Понятие и сущность антисоциальной сделки

Условия недействительности антисоциальной сделки

Квалифицированный состав антисоциальной сделки

Последствия антисоциальной сделки

Судебная практика и антисоциальные сделки

Заключение

Список использованной литературы и нормативных источников

Введение

Одним из правовых вопросов, регулируемых гражданским законодательством является вопрос о недействительности сделок. Недействительность сделки означает, что действие, совершенное в виде сделки, не обладает качествами юридического факта, способного породить те гражданско-правовые последствия, наступления которых желали субъекты.

О недействительности сделки можно говорить в тех случаях, когда нарушено одно из условий действительности сделки.

Легальное определение недействительности сделки дается в норме п. 1 ст. 166 ГК, согласно которой сделка считается недействительной по основаниям, установленным законом и иными правовыми актами, в силу признания таковой судом (оспоримая сделка), либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Новейшее российское гражданское законодательство в качестве нормативно-правовой дефиниции закрепило господствовавшее в юридической литературе деление недействительных сделок на ничтожные и оспоримые. Вместе с тем классификация недействительных сделок на ничтожные и оспоримые на протяжении веков была предметом жестких теоретических дискуссий. Уже в конце XIX века один из классиков немецкой цивилистики Г. Дернбург констатировал: «Еще недавно в резком разграничении ничтожности и оспариваемости усматривали новое доказательство величия римского права. Однако в настоящее время многие отрицают внутреннее юридическое значение такого противоположения». В те времена и поныне противники разделения недействительных сделок на ничтожные и оспоримые считали и считают такую классификацию уязвимой как логически, так и по существу. «Противопоставление ничтожным сделкам оспоримых сделок не покоится на принципиальной основе: если оспаривание осуществляется, оно приводит к «ничтожности» сделки, притом не с момента оспаривания, а, по общему правилу, с момента совершения сделки, т.е. с обратной силой» — писал видный российский цивилист И.Б. Новицкий. В связи с этим он предложил классифицировать недействительные сделки на абсолютно недействительные, т.е недействительные непосредственно в силу закона, и относительно недействительные, которые становятся недействительными в силу признания суда по специальному заявлению заинтересованного лица. Как видно, к абсолютно недействительным сделкам отнесены те, которые именуются действующим законом ничтожными, а к относительно действительным сделкам — именуемые оспоримыми. Предложенная классификация является более корректной, так как она опирается на объективный критерий, а именно на различную степень противоправности действий, совершенных в форме недействительных сделок.

Ничтожность сделки означает, что действие, совершенное в виде сделки, не порождает и не может породить желаемые для ее участников правовые последствия в силу несоответствия его закону.

Одной из таких сделок является антисоциальная сделка.

Цель данной работы состоит в определении сущности антисоциальной сделки, как одного из видов ничтожной сделки, установленной действующим гражданским законодательством.


1. Понятие и сущность антисоциальной сделки

Понятие «антисоциальная сделка» было введено в гражданский кодекс как реакция законодателя на явно выраженное неправомерное поведения граждан, нарушающих основы правопорядка и нравственности. Так, ст. 169 ГК РФ выделяет особо опасную для общества группу недействительных сделок, противоречащих основам правопорядка и нравственности, признает такие сделки ничтожными и определяет их последствия, которые носят конфискационный характер.

Антисоциальную сделку вполне справедливо можно приравнять к противоправным действиям, которые запрещены другими отраслями права. Возникает вопрос, можно ли понятие «антисоциальная сделка» приравнять к понятиям «преступление» и «правонарушение». Говоря о преступлении мы обращаемся непосредственно к нормам уголовного права. В частности в соответствии со ст. 14 УК РФ преступлением признается виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное уголовным законом под угрозой наказания. Из данного определения мы видим, что преступления обладает повышенную общественную опасность и влечет за собой наказание, предусмотренное уголовным кодексом. Последствиями же антисоциальной сделки, в зависимости от наличия умысла у обеих или лишь у одной из ее сторон, являются, недопущение реституции или односторонняя реституция. Таким образом, за совершение антисоциальной сделки, наступает гражданско-правовая ответственность.

Если же взять административный проступок, то в административном законодательстве он рассматривается как посягающее на институты государственной власти, частную, государственную, муниципальную и иные виды собственности, права и свободы граждан, противопровное, виновное (умышленное или неосторожное) действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое федеральным законом предусмотрена административная ответственность. Смысл данного определения состоит в том, что говоря об административном правонарушении мы имеем в виду проступок посягающий на государственные интересы и на различные виды собственности, за которые предусмотрена административная ответственность.

Иными словами указанные понятия схожи между собой, имеют одинаковую специфику, но отождествлять их нельзя.

Объединяет данные понятия такой признак как противоправность, т.е. во всех случаях указанные действия носят противоправный характер. Другим общим признаком, данных понятий является виновность, в форме умысла или неосторожности, который также делает данные понятия похожими между собой. Все перечисленные действия нарушают нормы действующего законодательства. Однако, в каждом конкретном случае имеется виду норма права различных отраслей права (административного, уголовного, гражданского), что и отличает данные понятия друг от друга.

Определим, в чем же состоит суть антисоциальной сделки, как одного из вида противоправного неправомерного поведения. Прежде всего, заметим, что Гражданский кодекс отнес данные сделки к ничтожным. А ничтожны потому, что представляют собой серьезные и опасные нарушения действующего законодательства, носящие антисоциальный характер и посягающие на существенные государственные и общественные интересы. Именно публичный характер интересов, нарушаемых подобными сделками, позволяет говорить о них как об антисоциальных сделках. Очевидна яркая антисоциальная направленность сделок, создающих угрозу экономической безопасности государства, например, сделок, нарушающих монопольное право государства на продажу отдельных видов вооружения. Аналогичную антисоциальную направленность имеют сделки, совершение которых создает угрозу общественной безопасности, например, сделки купли-продажи боевого вооружения, взрывчатых материалов, боеприпасов, совершаемые неуполномоченными лицами; сделки, направленные на производство и сбыт товаров и продукции, обладающих свойствами, опасными для жизни и здоровья потребителей и т.п. Антисоциальны и сделки, создающие угрозу моральному здоровью нации и нарушающие требования нравственности, например, сделки с целью распространения на рынке литературы, пропагандирующей войну, национальную, расовую или религиозную вражду и т.п.

Из вышеуказанных примеров мы видим, что изначальная цель совершения такой сделки носит общегражданский характер. Так, заключение сделки купли-продажи оружия гражданскими лицами, не имеющими соответствующих полномочий на заключение такой сделки, подразумевает под собой, по сути, заключение гражданской сделки. Однако противоправной делает такую сделку отсутствие установленного законом права на заключение такой сделки гражданскими лицами, не имеющими соответствующего разрешения. Если бы каждый мог совершать такие сделки без каких либо ограничений, то трудно было бы говорить о существовании правопорядка в нашей стране вообще. Исходя из чего, совершение подобных сделок, прямо запрещено законом.

На основании изложенного можно сделать вывод о том, что антисоциальная сделка отличается от аналогичного действия, предусмотренного нормами УК, их гражданско-правовой направленностью. Если же взять уголовное преступление, предусмотренное ст. 22 УК РФ, то суть его имеет несколько иную направленность. В частности объективная сторона ст. 222 УК РФ подразумевает под собой незаконное приобретение, передача, сбыть, хранение, перевозку ношение оружия, его основных частей, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывчатых устройств.

Как мы видим, смысл данной нормы лишен гражданско-правовой направленности, он устанавливает сам факт наличия перечисленных действий, для признания лица виновным и привлечения его к уголовно ответственности.

Более того, говоря об антисоциальной сделке, мы не имеем цели привлечь лицо к уголовному наказанию, основная цель гражданского законодательства, в данной ситуации защита имущественных интересов государства, а не защита общественной безопасности.

Заметим, что при определении сущности антисоциальной сделки, возникает немало трудностей. Как мы уже неоднократно отмечали, антисоциальная сделка является ничтожной.

Ничтожная сделка, являясь неправомерным действием,порождает лишь те последствия, которые предусмотрены законом на этот случай в качестве реакции на правонарушение. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе (п. 1 ст. 166 ГК). Противоправность абсолютного большинства действий, совершенных в виде ничтожных сделок, весьма очевидна, как, например, в случае совершения сделки купли-продажи взрывчатых вещей несовершеннолетними гражданами. Поэтому функции суда в таких случаях сводятся к применению предусмотренных законом последствий,связанных с недействительностью сделок.

Вместе с тем противоправность действий, совершенных в виде ничтожных сделок, может быть неочевидной всилу различных причин — противоречивость законодательства, сложный, запутанный характер фактических отношений участников сделки, возможность неоднозначного толкования законоположений в силу их неопределенности и т.п. Например, купля-продажа психотропных медикаментов, оборот которых ограничен. Трудно в данной ситуации определить, производится ли такая сделка в целях сбыта психотропных средств, и ли в целях реализации его как лекарства, от тяжелых форм заболевания, по предписанию врача.

В подобном случае неизбежна необходимость установления судом ничтожности сделки по правилам искового производства.

2. Условия недействительности антисоциальной сделки

Для применения ст. 169 ГК необходимо наличие следующих квалифицирующих признаков:

- сделка нарушает требования правовых норм, обеспечивающих основы правопорядка, т.е. направленных па охрану и защиту основ конституционного строя, прав и свобод человека и гражданина, обороноспособности, безопасности и экономической системы государства (например, сделки, направленные на ограничение передвижения товаров по территории РФ, незаконный экспорт оружия и иных товаров, экспорт которых запрещен или требует специального разрешения, уклонение от уплаты налогов либо нарушение требований валютного законодательства; сделки, результат которых создает угрозу жизни и здоровью граждан, и т.п.), либо одновременно с нарушением правовых норм сделка противоречит основам общественной нравственности, т.е. грубо нарушает сложившиеся в обществе представления о добре и зле, хорошем и плохом, пороке и добродетели и т.п. (например, авторский договор па создание порнографического произведения);

- наличие у обеих или одной из сторон сделки прямого или косвенного умысла в отношении противных основам правопорядка или нравственности ее последствий, т.е. осознание именно такого характера последствий и желание или сознательное допущение их наступления.

Заметим, что ГК не содержит определения умысла; доктрина и судебная практика исходят из его общепринятого определения, как оно трактуется в современном праве. Умысел означает понимание противоправности последствий совершаемой сделки и желание их наступления (прямой умысел) или хотя бы допущение таких противоправных последствий (косвенный умысел). Наличие умысла не может предполагаться, а должно быть доказано.

3. Квалифицированный состав антисоциальной сделки

Сделки, совершаемые с целью, заведомо противной основам правопорядка и нравственности, представляют собой квалифицированный состав недействительной сделки, не соответствующей требованиям закона.

Объектом антисоциальных сделок является основы правопорядка и основы нравственности.

Термин «основы правопорядка, повторенный в ст. 1193 ГК, известен ряду действующих в Российской Федерации законов (например, ст. 167 Семейного кодекса), причем используется также его синоним – «публичный порядок» (ст. 412 ГПК, ст. 244 АПК). Толкование и понимание этого термина представляют известные трудности ввиду отсутствия по этому вопросу устойчивых решений судебных инстанций.

Основы правопорядка - это установленные государством основополагающие нормы об общественном, экономическом и социальном устройстве общества, направленные на соблюдение и уважение такого устройства, обеспечение правовых предписаний и защиту основных прав и свобод граждан. Главные основы правопорядка закреплены в Конституции РФ. Они определяют общественную, политическую и экономическую организацию общества. На их базе формируется публичный порядок.

По одному из споров Судебная коллегия по гражданским делам ВС РФ, отменяя решения нижестоящего суда, указала, что понятие "публичный порядок" не совпадает с содержанием национального российского законодательства; под публичным порядком Российской Федерации понимаются основы общественного строя Российского государства.

Основы нравственности — господствующие в условиях конкретного общества представления о добре и зле, плохом и хорошем, справедливом и несправедливом. Здесь речь идет о нравственных идеалах, сформировавшихся в общественном сознании.

Нравственные или моральные устои, которым не должна противоречить гражданско-правовая сделка, включают сложившиеся в обществе представления о добре и зле, справедливом и должном. Требования нравственности, в отличие от права, не закреплены в системе писаных норм. Они получают свое выражение в общепризнанных представлениях о должном поведении, сложившихся в результате длительного общественного развития, в т.ч. общих принципов права и деятельности высших судебных инстанций.

В ст. 169 речь идет о нравственности общества, а не о моральных представлениях отдельных его социальных слоев или групп.

Объективную сторону антисоциальных сделок составляют серьезные и особо опасные нарушения закона, чаше всего являющиеся преступными действиями, посягающими на основы правопорядка и нравственности.

Субъективная сторона антисоциальных сделок характеризуется прямым или косвенным умыслом одной или обеих сторон, вступающих в такую сделку. Круг сделок, относимых к сделкам, противным основам правопорядка и нравственности, формируется судебной практикой, взгляды которой в этих случаях как никогда сильно зависят от политических, социально-экономических факторов, господствующих в обществе, от политического режима в государстве.

Говоря об антисоциальной сделке, следует добавить, что в данном случае, к составу данной недействительной сделки добавляется квалифицирующий субъективный момент — цель. Следовательно, при установлении факта нарушения требований закона в условиях сделки такая сделка признается недействительной, но если при этом сделка была совершена с целью, заведомо противной основам правопорядка и нравственности, то наступают более жесткие последствия, предусмотренные законом,— взыскание всего полученного в доход государства.

На первый взгляд состав, предусмотренный ст. 169 ГК, имеет самостоятельный характер и не требует условия несоответствия сделки требованиям закона, достаточно лишь установитьналичие противоправной цели — и сделка недействительна ее всеми вытекающими последствиями. Однако это не так. Гражданское право не имеет целью устанавливать меры ответственности за нарушение основ правопорядка и нравственных устоев общества.

Иными словами редакция статьи 169 ГГ РФ дает основание для нескольких выводов. Во-первых, из нее следует, что цель сама по себе может быть достаточной для отнесения сделки к данному виду недействительных сделок. Сделка вроде бы может быть вполне законной и по содержанию, и по форме, но цель делает ее особо опасной недействительной сделкой. Во-вторых, очевидно, что основы правопорядка и основы нравственности рассматриваются законом в качестве равнозначных критериев оценки опасности цели сделки. То есть для признания сделки недействительной по этому основанию достаточно, чтобы она была совершена с целью, противной основам нравственности.

Представляется, что это не юридическая цель, обычная для сделки. Речь идет о том, что стороны для получения правового результата по сделке (вероятно, вполне законного при других обстоятельствах) умышленно совершают действия, образующие состав преступления либо иного опасного правонарушения (административного проступка либо деликта). Поскольку данное действие и есть тот самый «опасный результат», который необходим для исполнения сделки, постольку сделка считается совершенной с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности. Сама же по себе цель, как и сделка, никаких последствий не влечет. Они связываются с действиями по исполнению такой сделки. Речь идет, таким образом, о гражданско-правовой квалификации последствий преступных действий, административных проступков и других грубых правонарушений.

Так, если заключенная сделка покупки оружия с соблюдением всех предусмотренных законом процедур совершена с целью убийства, то меры гражданского законодательства не в состоянии предотвратить это деяние или наказать виновного. В данном случае эта цель находится за пределами сделки по приобретению оружия. Законное приобретение оружия — действительная сделка, использование же этого оружия для убийства — состав уголовного преступления. В данном квалифицированном составе недействительных сделок довольно часто гражданский закон пересекается с составами различных уголовных преступлений и административных проступков. Роль гражданского закона, и в частности ст. 169 ГК, — устранение неблагоприятных имущественных последствий такого рода действий.

4. Последствия антисоциальной сделки

Последствиями антисоциальной сделки, в зависимости от наличия умысла у обеих или только у одной из сторон, являются, соответственно, недопущение реституции или односторонняя реституция.

Итак, недопущение реституции и обращение всего, что было передано в исполнение или должно быть передано по сделке, в доход государства (действующее законодательство имеет в виду Российскую Федерацию), является особым видом последствий признания антисоциальной сделки недействительной.

Допустимы различные варианты этих последствий в зависимости от того, обе или одна сторона действовали умышленно, а также в зависимости от того, обе из них или одна исполнили сделку. Так, если обе стороны действовали умышленно и обе исполнили сделку, все исполненное ими взыскивается в доход государства. Если обе стороны действовали умышлено, но сделку исполнила только одна из них, в доход государства взыскивается все, что было получено по сделке, и то, что получившая исполнение сторона должна была передать другой стороне с целью исполнения. Наконец, если умышленно действовала только одна сторона, все полученное ею по сделке должно быть возвращено другой стороне (односторонняя реституция), полученное же другой стороной или причитающееся ей по сделке от виновной стороны взыскивается в доход государства.

Таким образом, только сторона, действовавшая без умысла, может требовать исполненного обратно. Если при наличии умысла у одной стороны сделка исполнена другой, последняя имеет право получить исполненное обратно. Виновная сторона должна передать в доход государства все, что с нее причиталось. Если же сделка исполнена только умышленно действовавшей стороной, невиновная сторона должна передать в доход государства все, что получила по сделке, а сама не должна ее исполнять. Если полученное израсходовано, в доход государства передается возмещение в деньгах.

При наличии умысла лишь у одной из сторон такой сделки все полученное ею по сделке должно быть возвращено другой стороне, а полученное последней или причитавшееся ей в возмещение исполненного взыскивается в доход государства (односторонняя реституция). Если при наличии умысла у одной из сторон сделка исполнена только виновной стороной, то с невиновной стороны взыскивается в доход государства все полученное ею по сделке.

При этом заметим, что применение предусмотренных в ст. 169 последствий к сделкам, связанным с временным предоставлением за плату другой стороне имущества, следует понимать как обращение в доход бюджета такой платы, но не самого имущества (взыскание незаконно установленной арендной платы, но не арендуемого имущества).

Арбитражный суд Московского округа применил правила ст. 169 при рассмотрении дела с участием чекового инвестиционного фонда, который передал приватизационные чеки в пользование под проценты. Отметив, что согласно Указу Президента РФ от 07.10.92 № 1186 фонд обязан использовать чеки в процессе приватизации и своими действиями он нарушил права граждан, суд охарактеризовал действия фонда как антисоциальные и взыскал на основании ст. 169 полученное им по сделке в доход бюджета. Президиум ВАС РФ признал решение суда правильным.


5. Судебная практика и антисоциальные сделки

Заметим, что поскольку решение зависит главным образом от того, что будет считаться целью, противной основам правопорядка и нравственности, а для понимания этого вопроса норма статьи 169 ГК дает очень мало, арбитражный суд занимает взвешенную позицию, предпочитая применять ст. 168 ГК там, где, по мнению налоговых органов, например, имеются явные признаки антисоциальных сделок.

Так, юридическое лицо с целью избежать поступления на его расчетный счет средств за выполненные работы и тем самым уклониться от уплаты налогов совершает комбинацию из сделок, каждая из которых законна сама по себе, но все они, по мнению налоговой инспекции, преследовали одну антисоциальную цель, противную основам правопорядка: выдача векселя банком в счет оплаты работ; выдача кредита этим же банком на выплату заработной платы работникам подрядчика; передача банку векселя в качестве отступного по кредитной сделке с погашением кредитного обязательства. Арбитражный суд признал эту сделку недействительной по мотиву противоречия Указу Президента РФ от 18.08.96 N 1212, применив к ней ст. 168 ГК. Признаков, свидетельствующих о ее заключении с целью, заведомо противной основам правопорядка и нравственности, он не установил.

Аналогичную позицию арбитражный суд занял и в другом случае, когда поставщик уступил банку свои права к покупателям, так что деньги за продукцию поступали на ссудный счет, минуя расчетный счет. Несмотря на спорность данного вывода, его справедливость все же обосновывается, возможно, и несоразмерностью последствий характеру нарушения, и защитой интересов государства, поскольку деньги в обоих случаях в порядке реституции по недействительным сделкам поступили на расчетный счет недоимщика, так что стало возможно удержание задолженности по налогам.

Гораздо труднее объяснить другую ситуацию. Занятие определенными видами деятельности требует получения в установленном порядке разрешения (лицензии). Делать это без лицензии запрещено под угрозой уголовной ответственности за незаконное предпринимательство (ст. 171 УК). Поэтому совершение сделки, исполнение которой предполагает совершение действий, нарушающих этот запрет, должно, вероятно, подпадать под признаки ст. 169 ГК РФ, если хотя бы одна из сторон совершает такую сделку умышленно.

Дело, однако, в том, что ст. 173 ГК выводит категорию «безлицензионных сделок» из-под действия рассматриваемой статьи, поскольку возможность признания их недействительными ставится в зависимость не от цели лица, умышленно нарушающего Закон о лицензировании (и, таким образом, если и не уголовный закон, то как минимум законодательство об административных правонарушениях), а от того, знала ли другая сторона по сделке об отсутствии лицензии у юридического лица.

Все дело в откровенно неудачной, если не сказать более, ст. 173 ГК. Она относится к специальной правоспособности юридического лица, к случаям совершения сделок, противоречащих целям деятельности, определенно ограниченным его учредительными документами. О таких ограничениях другая сторона вовсе не обязана знать. Нарушение таких ограничений представляет злоупотребление полномочиями органа юридического лица по отношению к учредителям. Учредители могут потребовать признать такую сделку недействительной, если другая сторона знала или заведомо должна была знать о ее незаконности. Такая позиция законна и справедлива, поскольку риск выбора органа должен лежать на учредителе.

Лицензирование же должно рассматриваться как ограничение, установленное не в интересах учредителя, а в интересах публичных, в интересах правопорядка. То, что ст. 173 приравняла их друг к другу по правовым последствиям, делает невозможным применение конфискационных последствий к таким сделкам. Безлицензионный публичный показ фильмов, например, не сопровождается информацией для зрителей о пиратском характере таких действий. В арбитражном процессе (а такие дела рассматриваются по искам налоговых органов) другая сторона в сделке (зритель) показаний не дает. Абсурдно предположить, что кто-то ведет поименный учет таких лиц. А если бы их и приглашали, то вряд ли от них можно было получить подтверждение того, что им было известно о том, что предприниматель действовал без лицензии.

Между тем в решениях арбитражных судов в качестве оснований отказа налоговым органам в таких исках приводится ссылка на отсутствие по делу показаний другой стороны в сделке и, как следствие, недоказанность факта совершения сделки с целью, заведомо противной основам правопорядка и нравственности.

Арбитражный суд признал антисоциальной сделку чекового инвестиционного фонда "по предоставлению в кредит" приватизационных чеков. Данная сделка, по мнению суда, "нарушала права граждан на получение доходов от приватизации", поскольку фонд обязан был использовать эти чеки в процессе приватизации государственных и муниципальных предприятий.

В практике судов общей юрисдикции сделкой, совершенной с целью, заведомо противной основам правопорядка и нравственности, суд был согласен признать продажу квартиры с нарушением прав несовершеннолетнего ребенка, проживавшего в этой квартире: он в результате такой сделки оказался лишенным жилой площади. Согласие органов опеки и попечительства на совершение такой сделки было дано с грубым нарушением закона. Сама сделка была совершена под угрозой насилия, деньги за квартиру продавцу не передавались

Представляется, что судебная практика по данному вопросу окончательно еще не сложилась, вследствие чего невозможно дать удовлетворительный ответ на вопрос о том, какие сделки можно считать совершенными с целями, заведомо противными основам правопорядка и нравственности. Несомненно, для применения таких суровых санкций необходимо наличие веских доказательств (например, установление факта совершения преступления, подтвержденного вступившим в законную силу приговором суда по уголовному делу). Осуждение за сбыт наркотиков по ст. 228 УК дает основание для применения к сбытчику последствий ст. 169 ГК; приговор суда, установивший виновность лица в совершении коммерческого подкупа, дает основание для взыскания с него в доход государства сумм, полученных за продажу сведений (документов), составляющих коммерческую тайну. Если бы вышеуказанным искам налоговых инспекций о применении последствий комментируемой статьи предшествовало бы осуждение за уклонение от уплаты налогов с организаций лиц, выполняющих в них управленческие функции, решение арбитражного суда могло бы быть иным.


Заключение

Итак, как мы выяснили в процессе нашего исследования, что действия, предусмотренные статьей 169 ГК РФ, образуют самый «опасный», наиболее вредоносный состав недействительных сделок. Они относятся законом к категории ничтожных сделок с особо жесткими последствиями. На практике и в теории такие сделки именуются антисоциальными.

Данная сделка нарушает требования правовых норм, обеспечивающих основы правопорядка, т.е. направленных на охрану и защиту основ конституционного строя, прав и свобод человека и гражданина, обороноспособности, безопасности и экономической системы государства, либо противоречит основам общественной нравственности, т.е. грубо нарушает сложившиеся в обществе представления о добре и зле, хорошем и плохом, пороке и добродетели и т.п.

Основными признаками данной сделки являются, во-первых, цель: сделка свершается с целью, противной основам правопорядка или нравственности; во-вторых, умысел хотя бы у одной стороны, совершившей такую сделку. Последствием недействительности антисоциальных сделок является взыскание всего полученного и причитавшегося по ней в доход Российской Федерации при наличии умысла у обеих сторон сделки или у одной из них. В отношении другой стороны применяется односторонняя реституция. При этом, карательные санкции к одной или к обеим сторонам могут быть применены при наличии следующих условий. Во-первых, карательные санкции применяются при наличии умысла хотя бы у одной из сторон. Во-вторых, для применения карательных санкций достаточно, чтобы хотя бы одна из сторон произвела исполнение или, во всяком случае, приступила к исполнению по такой сделке. В-третьих, карательные санкции применяются к стороне, умышленно совершившей такую сделку, причем независимо от того, произвела ли она сама исполнение или ограничилась принятием исполнения от другой стороны.

Список использованной литературы и нормативных источников

1. Конституция Российской Федерации от 12 декабря 1993 г.

2. Гражданский кодекс Российской Федерации от 26 января 1996 г. с изменениями и дополнениями по состоянию на 10 июня 2006 г.

3. Гражданское право: в 4 т. Том I. Общая часть: Учебник/ Отв. Ред. проф. Е.А. Суханов. – М.: Волтерс Клувер, 2007 г.

4. Гражданское право: учебник/ Под ред. С.П. Гришаева. М., Юристъ, 2004 г.

5. Гражданское право: Учебник/ Н.Д. Егоров, И.В. Елисеев и др. отв. Ред. А.П.Сергеев, Ю.К. Толстой. – М.: ТК Велби, Изд-во, Проспект, 2008 г.

6. Комментарий к гражданскому кодексу РФ (постатейный), под ред. Т.Е. Абовой, А.Ю. Кабалкина. Издательство «Юрайт», 2004 г.

7. Комментарий к гражданскому кодексу РФ, части первой (постатейный), под ред. О.Н. Садикова. Юридическая фирма "КОНТРАКТ", Издательский Дом "ИНФРА-М", 2008 г.

8. Комментарий к гражданскому кодексу РФ, части первой (постатейный), под ред. С.П. Гришаева, А.М. Эрделевского. Подготовлен для публикации в системах Консультант Плюс, 2006 г.

9. Научно-практический комментарий к гражданскому кодексу РФ, части первой (постатейный), под ред. В.П. Мозолина, М.Н. Малеиной. Издательство "НОРМА", 2007 г.

10. Кожаева Ю.Б. Преступления, правонарушения и антисоциальные сделки//Законность 2006 № 4

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий