Смекни!
smekni.com

Бюрократия государственного управления Республики Беларусь (стр. 7 из 8)

Мне уже приходилось писать о том, что бюрократ-буржуазия – это явление, типичное для постколониальных стран, где сначала колонизаторами была создана бюрократическая администрация, а после ухода колонизаторов эта администрация прибрала к рукам колониальную собственность[34]. В отличие от «нормальной» буржуазии, бюрократ-буржуазия в создании своей собственности не участвовала, с феодализмом не боролась, и потому не имеет никакого исторически прогрессивного прошлого. Неудивительно, что бюрократ-буржуазия прославилась чудовищным казнокрадством и коррупцией (Маркос и его семья на Филиппинах, Мобуту в Заире, Бокасса в Центральноафриканской республике (империи), Сухарто и другие генералы в Индонезии, Иди Амин в Уганде, династия Сомос в Никарагуа, династия Дювалье на Гаити, президенты на Кубе – вплоть до Батисты и т.д., и т.д.).

Наша, отечественная коррупция, таким образом – естественное явление. И она неустранима, поскольку напрямую связана с тем, из какого социального слоя и каким путем сформировался существующий правящий класс. Вернее, она устранима только вместе с этим правящим классом.

2.3. Дебюрократизация в Республике Беларусь

C точки зрения системного анализа бюрократизм – это излишние элементы и взаимосвязи в государственной административной системе. Как только переводишь данную проблему в плоскость системного анализа, сразу становятся понятными многие вещи.

Нельзя побороть бюрократию только административными методами. Издание дополнительных актов приводит к возникновению новых элементов и взаимосвязей в бюрократической системе, невзирая на то, что они направлены на разрушение отдельных взаимосвязей. Это обусловлено тем, что бюрократическая система является социальной, а не технической. В любой социальной системе присутствует значительная инерция, и поэтому даже номинально упраздненные взаимосвязи будут еще существовать долгое время, если не контролировать их отсутствие. Однако для такого контроля необходимо создавать дополнительные взаимосвязи и элементы в рамках системы, то есть будет происходить трансформация бюрократической системы без ее сокращения [10,с.89].

Форсированное разрушение взаимосвязей и принудительное удаление элементов может привести к саморазрушению государственной системы. При устранении тех или иных взаимосвязей и элементов, появляется повышенный риск того, что будут прерваны жизненно важные цепочки взаимосвязей. А это может привести к разрушению или дестабилизации всей государственной системы. Система государственного администрирования превращается в бюрократическую, когда сложность взаимосвязей системы превышает возможность познания, и поэтому любые насильственные действия могут привести к непредсказуемым последствиям.

Решение проблемы отсутствия саморегулируемости бюрократической системы лежит в понимании того, что регулировать эту подсистему общественных отношений можно через активные взаимосвязи с другими социальными подсистемами. Дав возможность другим социальным подсистемам взаимодействовать с государственным аппаратом по поводу необходимости тех или иных взаимосвязей, общество само инициирует отмену тех или иных взаимосвязей и элементов бюрократического аппарата.

Учитывая слабую степень влияния других социальных подсистем на современную подсистему государственного администрирования, необходимо создание процедур взаимодействия подсистем и выделение «независимого арбитра» в лице полностью независимой судебной системы. Для активизации процесса дебюрократизации необходимо в качестве ведущей оппонирующей подсистемы выбрать наиболее активную из всех социальных подсистем. Обозначив приоритетные сферы реформирования и наиболее приемлемые пути решения, государству достаточно будет осуществлять лишь общий контроль над процессом дебюрократизации, который будет стимулироваться активностью оппонирующих подсистем. То есть необходимо запустить процесс саморегуляции системы общественных взаимоотношений через сбалансированные отношения социальных подсистем. Любые волевые решения по дебюрократизации, инициированные самой государственной административной системой, вряд ли приведут к положительному результату, так как саморегулирование данной системы весьма проблематично в силу ее внутренней специфики.

Кроме общих структурных проблем, белорусская бюрократия имеет некоторые особенности. Белорусские чиновники, работая в условиях не всегда однозначного законодательства, вынуждены страховать себя от возможных ошибок и их последствий, перекладывая риски и ответственность на других чиновников либо на просителей. Происходит это путем требования огромного количества справок из других источников, затягивания решений даже по простым вопросам. В основе данного поведения лежит всего два фактора:

· Сложность, запутанность и непостоянство законодательства;

· Страх чиновников перед возможными последствиями, которые являются следствием п.1., и строгостью наказания за ошибки [12,с.47].

То есть дебюрократизация должна сопровождаться наведения порядка в законодательстве и его правоприменении. Непозволительно, когда некорректное правоприменение превалирует над содержанием законодательства, что зачастую имеет место в Республике Беларусь. Концентрация всех властных полномочий в руках исполнительной власти привела к атрофии судебной системы. Суды зачастую лишь формально утверждают решения, вынесенные исполнительной властью, искажая суть нормативных актов. Такое положение вещей приводит не только к бюрократии, но и коррупции.

Отсутствие свободы действия у чиновников приводит к тому, что многие вопросы, которые можно решить на основе житейской мудрости, не решаются, так как не находят своего отражения в инструкциях. Ни одна инструкция не в состоянии отразить все многообразие общественных отношений, возникающих по поводу, ею регулируемому.

Дебюрократизация является важным процессом на пути к процветанию Республики Беларусь. Однако необходимо осознание того, что дебюрократизация вне контекста взаимоотношений отдельных социальных подсистем невозможна. Только комплексный подход позволит разрешить данную проблему и расчистить путь для процветания Республики Беларусь.


ЗАКЛЮЧЕНИЕ

В классовом обществе все привилегированные классы, социальные группы и слои в силу самого факта своей привилегированности оказываются классами, группами и слоями общественно паразитическими – и речь может идти лишь об их большей или меньшей паразитичности, о соотношением между размером их общественной полезности и общественной же паразитичности.

Бюрократия, разумеется, не является исключением. Специальная общественно полезная функция бюрократа – управленческая функция – не упраздняет паразитизм бюрократии. Более того, чем больше численность и влияние бюрократии, тем больше привилегий (де-факто или даже де-юре) бюрократия присваивает себе, то есть тем более паразитической она становится. Это общее правило, распространяющееся на любую бюрократию вообще – с момента возникновения бюрократии как общественного феномена. Джон Уилсон, например, обнаруживает абсолютно ту же картину в столь архаичном обществе, как древнеегипетское: «…должности множатся, далеко выходя за пределы личной подотчетности, целью становится синекура, обеспечивающая потенциально высокие доходы».[1]

Всякая бюрократия сколько-то успешно функционирует только потому, что перекладывает собственно работу со всех своих членов вообще на меньшинство аппарата – на трудоголиков и «рабочих лошадок», которые, конечно, встречаются на всех ступеньках бюрократической лестницы, но чем выше – тем реже и реже. То есть почти весь объем необходимой работы (не действительно необходимой, а необходимой по внутренним, извращенным бюрократическим представлениям) все более перекладывается на «простых исполнителей», на бюрократические низы, то есть, как правило, на людей, обладающих ограниченным опытом (в том числе и ограниченным опытом функционирования внутри бюрократической системы), ограниченными знаниями, ограниченными способностями. По сути, бюрократические низы – это «средние слои» («средний класс»), то есть малопривилегированные (хотя и привилегированные все-таки) служащие, для которых статус, образ жизни (более паразитический, чем их собственный) и привилегии бюрократических верхов становятся предметом вожделения.