Смекни!
smekni.com

Россия в международной торговле товарами и услугами (стр. 4 из 9)

Конкурентоспособность России на национальном рынке

Концепцию национальной конкурентоспособности в рыночной системе можно определить как способность национальной экономики производить и потреблять товары и услуги в условиях конкуренции с товарами и услугами, производимыми в других странах, при этом результатом конкуренции должен быть рост уровня жизни населения при соблюдении международных экологических стандартов. Ни по­ложительный баланс внешней торговли, ни позитивный платежный баланс, ни рост золотовалютных резервов не могут являться достаточ­ными критериями конкурентоспособности, если нет интерактивных связей роста в сложной системе: образовательный уровень - экономи­ческая инфраструктура - качество жизни. Актуальность проблем ре­альной конкурентоспособности России на национальном рынке резко возросла лишь в 2000-е годы, когда реформа цен, приватизация соб­ственности и отмена монополии внешней торговли обеспечили необ­ходимые стартовые условия для вхождения страны в мировое эконо­мическое пространство и перехода к жесткой рыночной конкуренции.

КСП страны на национальном рынке может существенно отли­чаться от ее КСП на мировом рынке, особенно в случае стран с пере­ходной экономикой. Своеобразие конкуренции на отечественном рынке определяется многими социально-экономическими факторами, в том числе: низким уровнем и неразвитостью структуры платежеспособного спроса; наличием бартера, квазиденег; все еще сохраняющимся разры­вом между внутренними и мировыми ценами на аналогичные това­ры; отличными от стран-членов ВТО экспортными и импортными пошлинами; более низким качеством макро- и микроконкурентной эко­номической среды и др. Огромное влияние на КСП отечественных и зарубежных участников российского рынка оказывают монополизм, теневая экономика, коррупция, необоснованные риски. Развивающиеся рынки, к которым относится рынок России, в основном носят топливно-сырьевой характер, в то время как на развитых сегментах мирового рынка значительна доля высокотехнологичной продукции и наукоем­ких услуг. В целях сближения качества конкурентной среды нацио­нального и мирового рынков на заре реформ (22 марта 1991 г.) был принят закон РСФСР "О конкуренции и ограничении монополисти­ческой деятельности на товарных рынках", который напоминал, скорее, протокол о намерениях, в связи с чем он был кардинально переработан в мае 1995 г. и дополнен новыми положениями в мае 1998 г. С января 1999 г. эту работу возглавляет МАП - Министерство по антимоно­польной политике и поддержке предпринимательства РФ.

В России переход к конкурентной рыночной среде пока не ре­шил важнейшей задачи - повышения жизненного уровня населения страны. Основной причиной мы считаем незавершенность реформ, что выразилось в закрытости и "непрозрачности" двух главных взаимо­связанных систем в конкурентной среде: государства и бизнеса. Госу­дарство обязано четко и ясно сформулировать базовые параметры конкурентной среды - рамочные условия функционирования бизне­са, и обеспечить их стабильность (основные индикаторы налоговой, кредитной, денежной, таможенной, закупочной, трудовой, инновацион­ной, инвестиционной политики и т.п.). В свою очередь, бизнес должен открыть свои реальные финансовые потоки (хотя бы в рамках годо­вых финансовых отчетов по международным стандартам), чтобы не искажать представления о возможностях повышения конкурентоспо­собности предприятий в рыночной среде.

Конкурентоспособность российской экономики базируется главным образом на использовании сравнительных национальных преимуществ и механизма ценовой конкуренции. В настоящее время сырьевая составляющая - основа конкурентоспособности российского экспорта. Можно косвенно сопоставить сравнительные и конкурентные преимущества, проанализировав структуру национального богатства России. На начало 2005 г. стоимость основных фондов плюс запасов материальных оборотных средств и домашнего имущества, то есть национальное богатство в традиционном понимании, составила 2,5%; стоимость материальных непроизводственных активов равнялась 97,3% национального богатства в новом понимании (в том числе богатства недр - 87,7%) и стоимость нематериальных активов - 0,2%. Парадокс заключается в том, что стоимость наукоемких промышленных технологий и компьютерного программного обеспечения, оригиналь­ных произведений развлекательного жанра, литературы, искусства и прочих носителей интеллектуальной собственности составила всего 0,1% национального богатства страны. Другими словами, масштабы использования конкурентных преимуществ, связанных с формирова­нием "новой экономики", механизмов неценовой конкуренции, осно­вывающихся на новейших продуктах и уникальных технологиях, -того, что составляет основу конкурентной борьбы в глобальном эко­номическом пространстве, сегодня в России недопустимо малы.

Конкурентоспособность на микроуровне

В последние годы эксперты ВЭФ приступили к изучению про­блемы микроконкурентоспособности стран в глобальном масштабе. Наряду с общим индексом глобальной (межстрановой) конкуренто­способности (МакроКСП) в 2003. впервые были опубликованы ре­зультаты опросов экспертов стран относительно конкурентоспособ­ности на микроуровне (МикроКСП). По сути, концептуально приме­няется тот же базовый принцип оценки конкурентоспособности: чем интенсивнее страны и фирмы переходят от использования сравни­тельных преимуществ КСП к использованию конкурентных преиму­ществ, тем выше ВВП и качество жизни населения и соответственно индекс и ранг конкурентоспособности. Фирма действует в конкрет­ных условиях, определяемых в основном четырьмя факторами: ре­сурсы, внешняя конкуренция, спрос, межотраслевые связи. КСП фир­мы зависит от стратегии ее поведения и от качества микроэконо­мической предпринимательской среды. Главный вывод экспертов ВЭФ заключается в том, что здоровая микроэкономическая политика не менее важна, чем качественная макроэкономическая политика.

Глобальный индекс конкурентоспособности отличается от ин­декса МикроКСП, поскольку первый включает в себя макроэкономи­ческие, в том числе политические и другие факторы. Поэтому место одних и тех же стран может отличаться при их ранжировании по двум индексам (см. табл. 8). Обращают на себя внимание Швеция, которая в 2004 г. заняла 4 место по микроконкурентоспособности и лишь 19 - по индексу глобальной конкурентоспособности, и Герма­ния, поставившая рекорд в расхождении этих индексов (6 место по МикроКСП и 25 - по МакроКСП). Россия по МикроКСП находит­ся на 55 из 58 мест. В докладе о глобальной конкурентоспособности ВЭФ за 2000 г. таких больших расхождений нет: Россия по индексу микроконкурентоспособности переместилась на 52 место, что связано с усилением экспортной активности российских фирм в 2000-2001 гг.

Таблица 8. Сравнение индекса микроконкурентоспособности и глобальной конкурентоспособности 11стран в выборке 59стран по оценке ВЭФ[3, 45]

Страны Ранг (место) по микро-конкурентоспособности Ранг (место) по глобальной конкурентоспособности ВВП на душу насе­ления, долл. США, 2003 г.
2003 г. 2004 г. 2005 г. 2003 г. 2004 г. 2005 г.
США 1 1 2 3 2 1 31483
Великобритания 5 10 8 4 8 9 22203
Япония 18 14 14 12 14 21 24255
Норвегия 14 18 20 9 15 16 25904
Швеция 7 4 7 23 19 13 20765
Республика Корея 28 28 27 19 22 29 13469
Франция 11 9 15 22 23 22 23908
Германия 4 . 6 3 24 25 15 23313
Китай 42 49 44 28 32 41 4068
Италия 26 25 24 41 35 30 21921
Россия 46 55 52 52 59 55 4269

Общий индекс микроконкурентоспособности складывается в ходе агрегирования взвешенной суммы ряда переменных, которые объединены в две большие группы: стратегия и поведение компа­ний ("качество фирм") и микроэкономическая среда ("качество пред­принимательской среды"). Результаты расчетов ВЭФ представлены в таблице 9. По ряду стран ранг "качества фирм" выше, чем ранг "качества предпринимательской среды", по некоторым странам - ниже, что свидетельствует об определенной автономности этих из­мерений. Для фирм России эксперты ВЭФ наиболее позитивными факторами считают потенциал инноваций, товарный дизайн, нали­чие цепочек предприятий с последовательным добавлением стоимо­сти; негативными - слабый маркетинг, плохую ориентацию на по­требителя, низкое качество производственных процессов. К преиму­ществам российской предпринимательской микроконкурентной среды эксперты ВЭФ относят: высокое качество работ научно-исследовательских институтов, сравнительно неплохое развитие дорожной инфраструктуры, современный профессиональный уровень инженеров и ученых; к недостаткам - низкое качество телефонной и фак­симильной связи, слабую интенсивность местной конкуренции, недо­статочную эффективность антимонопольной политики.