Смекни!
smekni.com

Специфика и тенденции развития рыночных отношений в РФ (стр. 2 из 5)

К началу 1996 г. было приватизировано 125,4 тыс. предприятий. Него­сударственным сектором экономики производится около 70% ВВП.1 Но ни одна из первых шести поставленных программой приватизации целей не была достигнута. Среди них структурная перестройка даже не предусмат­ривалась. Зато в соответствии с односторонними представлениями о мо­нополизме допущена возможность создания крупных финансово-промыш­ленных структур, ставших основой экономики развитых стран и способ­ных решить ряд насущных задач построения смешанной экономики в Рос­сии.

Более того, был нанесен серьезный ущерб существовавшим промыш­ленным объединениям. Разукрупнялись предприятия, образующие единый технологический комплекс, разрывались сложившиеся технологические цепочки.

2. Проблемы формирования в России конкурентной среды

Для цивилизованной конкуренции почва в нашей стране образовалась крайне неблаго­приятная. Административно-командная систе­ма фактически культивировала монополизм, более того, довела его до невиданной степени. К началу 1990 г. доля государственной собст­венности в основных производственных фон­дах превышала 86%1, внешняя торговля была монополизирована полностью, существовала и валютная монополия.

По-видимому, лидеры первых реформа­торских устремлений рассчитывали на то, что трансформация собственности в сочетании с либерализацией всех сфер экономики возро­дит и активизирует конкуренцию как бы авто­матически. Однако сейчас уже ясно, что на деле так не получилось. Несмотря на появление аль­тернативных форм собственности доля госу­дарственного сектора в ВНП России все еще остается значительной (по различным оцен­кам, в пределах трех четвертей, а то и еще боль­ше). Лишь в очень небольшой степени удалось расшатать мощную корневую систему моно­полизма. Она основывается на самой организации производства. Индустриальное развитие СССР шло под знаком ориентации на создание крупных предприятий с вытекающей отсюда громадной концентрацией производ­ства, неизбежно приводящей к монополизму. Непомерной оказалась и концентрация сель­скохозяйственного производства, построен­ного на полном искоренении индивидуальных хозяйств (исключая так называемые личные подсобные).

В 1993 г. одна пятидесятая часть промыш­ленных предприятий России, каждое из ко­торых имело свыше 5 тыс. работников, вы­пустила более 40% всего объема продукции и получила свыше половины всей принесенной российской индустрией прибыли. В большин­стве отраслей промышленности 80% продук­ции (а иногда и еще больше) выпускается одним-двумя предприятиями.1 Немало приме­ров концентрации всего российского произ­водства того или иного изделия всего лишь на одном предприятии. Так, мотороллеры полно­стью выпускает Тульский машиностроитель­ный завод, киносъемочные любительские ап­параты — Красногорский механический завод, трамвайные рельсы — Новокузнецкий метал­лургический комбинат, электромоторы для подъемных кранов — московский завод «Дина­мо», все типы машин для контактной сварки — завод «Электрик» (Санкт-Петербург). Точно такая же картина с производством троллейбу­сов, картофелеуборочных комбайнов, врубо­вых машин, проходческих комбайнов, кинофо­топленки и ряда других видов продукции. Во всем этом множестве случаев мы имеем дело, по существу, с абсолютными монополистами.

Еще более распространена олигополия, при которой выпуск значительной части одно­родной продукции сосредоточен всего лишь на двух — четырех крупнейших предприятиях. К примеру, динамную сталь производят три предприятия, полистирол — четыре, шины для сельхозмашин — тоже четыре, магнитную лен­ту — два, автогрейдеры — три предприятия.

Существует и своеобразная двусторонняя монополия, складывающаяся тогда, когда на рынке определенной продукции выступают один продавец и один покупатель, т.е. здесь со­четаются монополия и монопсония. Такая ситуация сложилась в выпуске двигателей для газовых автомобилей (производит Заволж­ский моторный завод, а единственный потре­битель ПО «ГАЗ»); магистральных электрово­зов (изготовляет только Новочеркасский элек­тровозостроительный завод, полностью заку­пается МПС России). В некоторых случаях ны­нешняя ситуация в российском монополизме даже хуже той, что была в прежнем СССР: в нем какие-то предприятия-дублеры были, а сейчас они оказались за границей.

Усугубляется положение спецификой сложившихся в СССР технологических и хо­зяйственных связей между предприятиями. В материальном производстве подавляющая их часть жестко привязана друг к другу и факти­чески не имеет возможности выбирать пос­тавщиков сырья, комплектующих изделий, оборудования и других средств производства. В такой ситуации складываются идеальные ус­ловия для произвольного взвинчивания цен по всей технологической цепочке, причем для этого даже не требуется вступать в какой-то сговор. В конечном счете происходит непре­рывное удорожание как промежуточных про­ектов, так и продуктов конечного потребле­ния, что, естественно, еще более отягощает современную экономическую ситуацию.

Как практически обстоит дело с созда­нием в России цивилизованной конкурентной среды? В ряде сфер, прежде всего в розничной торговле, конкуренция обнаруживается все бо­лее явственно: не одинаковы цены на одни и те же товары в разных торговых предприятиях, больше разнообразия в ассортименте по каче­ству, видам, фасонам, расцветкам и т.п. Поку­патель обрел достаточно реальное право выбо­ра, к пользованию которым начинает привыкать.

Несомненное оживление конкурентных начал отмечается и в сфере услуг, хотя ее исключительно низкое развитие в советское время и оказывает весьма сильное влияние: крайне мало соответствующих предприятий, они не осна­щены минимумом необ­ходимого оборудования и т.п. Все это продлевает жизнь системе «бери что дают».

Конкуренция доволь­но настойчиво пробивает себе дорогу и в банковской сфере. Количество бан­ковских учреждений очень резко возросло, и это уже само по себе вызывает борьбу за клиентуру с вы­текающими отсюда пос­ледствиями в ее обслуживании.

Активизацию конкуренции любой житель России легко устанавливает по рекламе. Если раньше, до становления рыночных начал, она практически вообще отсутствовала, то сейчас, пожалуй, даже «вышла из берегов», вызывая справедливые нарекания из-за ее неотвяз­ности, усугубляемой и тому же очень часто крайним примитивизмом. Но при всем этом несомненно: реклама ширится и ведет насту­пательные бои за покупателя и клиента.

Важный аспект рассматриваемой в темы — конкуренция между отечествен­ными и зарубежными товаропроизводителями на российских рынках. В условиях преимуще­ственно закрытой экономики и государствен­ной монополии внешней торговли такая кон­куренция была крайне ограничена. Теперь обстановка стала существенно иной. В резуль­тате либерализации внешней торговли на российский рынок хлынули иностранные това­ры. Их везут и крупные оптовые торговые фир­мы, и непрерывно снующие между Россией и зарубежьем «челноки», которые действуют в порядке индивидуального предприниматель­ства. За 1998 г. в Россию было завезено 116 тыс.т. масла (животного и растительного), 2,5 млн.т. сахара, 103,5 тыс.т. мяса, на 1,7 млрд. долл. одежды и обуви.1

Последствия такого импорта для россий­ских производителей не однозначны. С одной стороны, появление на наших рынках ино­странных товаров расширило базу конкурен­ции; следовательно, чтобы сохранить свои позиции, отечественные производители долж­ны повышать качество предлагаемых покупа­телям товаров, снижать издержки их произ­водства, гибче маневрировать ценами, короче, делать все, что требуется для противостояния достойному конкуренту. Но справиться с такой задачей наши участники конкуренции могут далеко не всегда, и это другая сторона дела, означающая возможность (и отнюдь не только гипотетическую) выбытия, по крайней мере частичного, российского товаропроизводите­ля из «игры». В данной связи весьма остро вста­ет вопрос об осуществлении государством действенных протекционистских мер во благо отечественного предпринимательства.

Активная государственная политика, на­правленная на формирование и развитие здо­ровой конкурентной среды, служит также мощным средством преодоления монополиз­ма. Главная цель государственной антимоно­польной политики состоит в поддержании оптимального сочетания стихийных и админи­стративно-регулирующих сил на основе анти­монопольного законодательства. Как извест­но, еще 22 марта 1991 г. был принят Закон Российской Федерации «О конкуренции и ограничении монополистической деятельно­сти на товарных рынках».1 По своему характеру этот закон примыкает к антимонопольным за­конам западноевропейского типа, построен­ным на принципах регулирования и ограни­чения монополистической деятельности.

Хотя указанный закон во многом учиты­вал особенности перехода к рынку, более чем двухгодичный опыт его применения показал, что в нем не предусмотрено регулирование многих проявлений монополизма произво­дителей и торговцев. Уже к концу 1991 г. стало ясно, что основную угрозу успешному осуще­ствлению реформы несут монопольно высо­кие цены, устанавливаемые при уменьшении объема и снижении качества производимых товаров. В таких условиях становится целесо­образным непосредственное воздействие го­сударства на уровень цен. Ничего по сути «антирыночного» в такое мере нет. Известно, что к ней прибегают во многих развитых госу­дарствах с рыночной экономикой. Например, во Франции законодательство о свободе цен и конкуренции предусматривает возможность их прямого регулирования в тех случаях, когда ценовая конкуренция ограничена, а также су­ществует неоправданное повышение цен. Прерогативой правительства Франции является установление цен на энергоносители, услуги общественного транспорта, телефонной свя­зи, правительство же ввозит тарифы на проезд по автодорогам. По многим другим ценам ус­танавливаются пределы роста.