Смекни!
smekni.com

Теория рациональных ожиданий (стр. 4 из 4)

Взятые вместе и ориентированные на усиление инфляционных процессов перспективные планы хозяйственных агентов сдвинут кривую совокупного предложения в положение АS2, но произойдет это не после определенной временной задержки, а сразу после того, как информация о новом повороте в денежно-кредитной политике станет достоянием гласности. В результате этого, экономическая система переместится из точки Е1 в ЕЗ по пути, указанному на рисунке стрелкой В.

Таким образом, центральное место в практическом приложении этой теории занимает следующая точка зрения неоклассицистов: экспансионистская денежно-кредитная политика эффективно повышает реальный объем производства и занятость лишь тогда, когда подобные мероприятия носят неожиданный и непредсказуемый характер. Изменения в денежно-кредитной политике, которые полностью прогнозированы, не смогут воздействовать на реальный объем производства или занятость. Даже на краткосрочных временных интервалах такие действия повлияют только на уровень цен. Аналогичный результат будет наблюдаться не только в случае широко декларируемых предстоящих мероприятий, как это было рассмотрено в предыдущем примере. Этот результат с необходимостью возникнет и тогда, когда экспортеры и принимающие то или иное решение руководители смогут точно предсказать действия, которые будут предприняты в рамках проведения денежно-кредитной политики, даже если о предстоящих изменениях ничего не сообщается, или они специальным образом завуалированы с целью ввести в заблуждение.

Заключение.

Несомненно, что за последний десяток лет ТРО привлекла к себе большое внимание экономистов. Все, на кого линия рассуждений ТРО оказала влияние, склонны несколько иначе смотреть на макроэкономическую теорию. Привлекательность ТРО объясняется двумя обстоятельствами. Во-первых, как и в случае с монетаризмом, ТРО представляется концепцией, способной заполнить пробел, образовавшийся в результате того, что кейнсианство якобы не в силах объяснить и поправить с помощью политики положение, при котором инфляция и безработица существовали одновременно в 1970-х и начале 1980-х годов. Во-вторых, ТРО твердо опирается на теорию рынков, или, иначе говоря, на микроэкономическую теорию. Следовательно, ТРО стремится установить связь между макро- и микротеориями, которую экономисты давно ищут.

Однако против ТРО выдвигаются разнообразные и достаточно убедительные возражения, поэтому справедливости ради надо сказать, что в настоящий момент подавляющее большинство экономистов не согласны с ТРО. Остановимся вкратце на трех основных возражениях.[5]

1. Поведение. Многие экономисты сомневаются в том, что люди, вообще говоря, настолько хорошо осведомлены или могут быть осведомлены, как предполагает ТРО. Можно ли на самом деле думать, что потребители, производители и рабочие понимают, как функционирует экономика и каков будет, например, результат решения Федеральной Резервной Системы увеличить темп роста денежного агрегата М1 с 3% до 5% в год? В конце концов, экономисты, специализирующиеся на прогнозировании, часто неправильно предсказывают направление изменений объема производства, занятости и цен, не говоря уже о величине изменения этих показателей. На это последователи ТРО отвечают, что они исходят не из того, что люди всегда делают точные предсказания, а из того, что люди не делают постоянно ошибочных предсказаний, которые могут использоваться политиками. Кроме того, теоретики ТРО отмечают, что ключевые институты, принимающие решения — крупные корпорации, главные финансовые учреждения и профсоюзные организации, — нанимают в штат экономистов, которые помогают предсказывать результаты новой государственной политики. Следовательно, постоянно обманывать основные, принимающие решения институты экономики представляется невозможным. Однако вопрос о том, ведут ли себя люди и учреждения так, как полагает ТРО, остается очень спорным.

2. Негибкие цены. Другой важный довод, направленный против ТРО, состоит в том, что в действительности рынки — по крайней мере, многие рынки — не являются чисто конкурентными и, следовательно, не приспосабливаются мгновенно (или хотя бы быстро) к меняющимся рыночным условиям. Хотя на фондовой бирже и на определенных товарных рынках цены меняются ежедневно или ежеминутно, многие продавцы могут контролировать пределы назначаемой цены. Когда, скажем, сокращается спрос, эти продавцы препятствуют падению цен, поэтому импульс передается объему производства и занятости (см. рис.7). В особенности это относится к рынкам труда, где коллективные и индивидуальные договоры обусловливают отсутствие реакции в виде изменения ставок заработной платы на меняющиеся рыночные условия в течение установленного периода времени. Критики спрашивают: если рынки приспосабливаются быстро и полностью, как полагает ТРО, то чем объяснить десятилетие жестокой безработицы в 1930-х годах или высокий, от 7,5 до 9%, уровень безработицы, существовавший в период с 1981 по 1984 г.?[6]

3. Политика и стабильность. Последним возражением является то, что, в противоположность предсказаниям ТРО, имеется достаточно свидетельств воздействия экономической политики на реальный ВНП. Так, в период после второй мировой войны, когда государство более активно проводило стабилизационную политику, наблюдались меньшие колебания реального объема производства, чем в предшествующие периоды. Придерживающиеся общепринятой точки зрения экономисты приводят исследования, которые показывают, что кредитно-денежная и фискальная политика действительно изменяют уровни производства и занятости, а не просто поглощаются уровнем цен, как полагает ТРО.

Наш анализ коснулся различных сторон ТРО, поэтому далее целесообразно будет сделать несколько заключительных замечаний, дающих представление о современном состоянии дискуссии в макроэкономической теории.

Во-первых, кейнсианство, исторически выдвинувшееся в конце 1930-х годов на передний план, доминировало в макроэкономической теории и политике на протяжении 1950-х годов и вплоть до 1960-х. Затем, в 1960-х и особенно в 1970-х годах, ему был брошен вызов со стороны монетаризма. 1970-е годы породили и ТРО с ее критикой макроэкономической политики.

Во-вторых, большинство экономистов готово признать присущую как кейнсианству, так и монетаризму убедительность. Обе теории предлагают полезные схемы, позволяющие анализировать макроэкономику. Меньшее единодушие существует среди экономистов относительно правдоподобности и уместности ТРО. Однако следует помнить, что новые идеи, которые поначалу кажутся нереалистичными и революционными, имеют свойство становиться со временем правдоподобными и общепринятыми.

Наконец, и, может быть, это самое важное, полемика носила здоровый характер в том смысле, что она заставила экономистов всех направлений переосмыслить некоторые наиболее фундаментальные аспекты макроэкономической теории. Произошел значительный пересмотр позиций, и был достигнут важный компромисс. Сегодня очень немногие экономисты придерживаются крайнего кейнсианского взгляда, согласно которому "деньги не имеют значения", или противоположной монетаристской крайности, согласно которой "только деньги имеют значение". Иначе говоря, несмотря на важные различия между кейнсианством и монетаризмом, не следует упускать из виду тот основополагающий факт, что в обеих моделях деньги воздействуют на ЧНП в одинаковом направлении. Согласно обеим теориям, расширение денежного предложения увеличивает ЧНП, и наоборот. Полемика сосредоточена на количественном значении этих изменений. Далее, благодаря упору монетаристов на эффект вытеснения экономисты и политики более полно осознали необходимость координации кредитно-денежной и фискальной политики. Если фискальная политика порождает эффект вытеснения, сила которого понижает эффективность фискальной политики, то очевидна необходимость одновременного проведения соответствующей кредитно-денежной политики для исключения какого-либо потенциального вытеснения частных инвестиций. Кроме того, экономисты всех направлений придают теперь значение анализу как совокупного спроса, так и совокупного предложения. А благодаря ТРО экономисты и политики уделяют гораздо больше внимания возможному влиянию ожиданий на результаты изменения политики, связям между микро- и макроэкономическими теориями. Мы все больше узнаем, как совокупные уровни объема производства, занятости и цен зависят от функционирования отдельно взятых рынков продуктов и ресурсов. Таким образом, монетаризм и ТРО оказали сильное влияние на макроэкономическую теорию и политику, хотя общепринятая точка зрения остается по своему происхождению кейнсианской.

Список использованной литературы.

1. Долан Э.Дж. и др. Деньги, банковское дело и денежно-кредитная политика/ пер. с англ. В.Лукашевича и др. – СПб., 1994 г.

2. Макконнелл К.Р., Брю С.Л. Экономикс: принципы, проблемы и политика. В 2 т.: пер. с англ. Т. 1. – М., 1996 г.

3. Луссе А.В. Макроэкономика. Учебное пособие. – СПб.: Питер, 2001 г.

4. Гальперин В.М., Гребенников П.И., Леусский А.И., Тарасевич Л.С. Макроэкономика. – Спб.: Изд-во СПБГУЭФ, 1997 г.

5. Агапова Т.А., Серегина С.Ф. Макроэкономика. – М.: Дело и сервис, 1999 г.


[1] Макконнелл К.Р., Брю С. Л. Экономикс.

[2] Долан Э. Дж. и др. Деньги, банки и денежно-кредитная политика.

[3]Долан Э. Дж. и др. Деньги, банковское дело и денежно-кредитная политика.

[4]Макконнелл К. Р., Брю С.Л. Экономикс.

[5] Агапова Т. А., Серегина С.Ф. Макроэкономика.

[6]Макконнелл К. Р., Брю С. Л. Экономикс.