Смекни!
smekni.com

Значение Ивана III Великого в русской истории (стр. 6 из 6)

Начало формирования идеологии единого Московского государства относится к периоду княжения великого князя Ивана III (1462 – 1505 гг.) и его сына Василия (1505 – 1533 гг.). Именно в это время были сформулированы две основные идеи, остававшиеся неизменными на протяжении нескольких столетий, — идеи богоизбранности и независимости Московского государства. Теперь всем предстояло узнать, что на востоке Европы появилось новое и сильное государство — Россия.

Иван III и его окружение выдвинули новую внешнеполитическую задачу — присоединить западные и юго-западные русские земли, находившиеся под властью Великого княжества Литовского. В политике далеко не всё решается одной военной силой. Стремительное возвышение власти великого князя московского привело его к мысли о необходимости искать достойные обоснования своим действиям. Следовало объяснить вольнолюбивым новгородцам и гордым тверичам, почему именно московский князь, а не тверской или рязанский великий князь, является законным "государем всея Руси" — единственным владыкой всех русских земель. Нужно было доказать чужеземным монархам, что их русский собрат ни в чём не уступает им — ни в знатности, ни в могуществе. Надо было, наконец, заставить Литву признать, что она владеет древними русскими землями "не по правде", незаконно.

Тем золотым ключом, который подобрали создатели идеологии единого Русского государства сразу к нескольким политическим "замкам", стало учение о древнем происхождении власти великого князя. Об этом думали и раньше, но именно при Иване III Москва со страниц летописей и устами послов громко заявила, что власть свою великий князь получил от самого Бога и от своих киевских прародителей, владевших в Х – XI вв. всей русской землёй. Подобно тому, как возглавлявшие русскую церковь митрополиты жили сначала в Киеве, затем во Владимире, а позднее в Москве, так и киевские, владимирские и, наконец, московские великие князья самим Богом были поставлены во главе всех русских земель в качестве наследных и полновластных христианских государей. Именно на это ссылался Иван III, обращаясь в 1472 г. к непокорным новгородцам: "Вотчина моя это, люди новгородские, изначала: от дедов, от прадедов наших, от великого князя Владимира, крестившего землю Русскую, от правнука Рюрика, первого великого князя в вашей земле. И от того Рюрика и до сегодняшнего дня знали вы единственный род тех великих князей, сначала киевских, и до самого великого князя Дмитрия-Всеволода Юрьевича Владимирского (Всеволод Большое Гнездо, владимирский князь в 1176 – 1212 гг.), а от того великого князя и до меня... владеем мы вами..."

Тридцать лет спустя, во время мирных переговоров с литовцами после удачной для России войны 1500 – 1503 гг., посольские дьяки Ивана III подчёркивали: "Русская земля от наших предков, из старины, наша отчина... хотим за свою отчину стояти, как нам Бог поможет: у нас Бог помочник и наша правда!" "Старину" дьяки вспомнили не случайно. В те времена это понятие было очень важным.

Именно поэтому великому князю было очень важно заявить о древности своего рода, показать, что он — не выскочка, а правитель русской земли по "старине" и "правде". Не менее важна была и мысль о том, что источником великокняжеской власти является воля самого Господа. Это ещё больше возвышало великого князя над его подданными, которые, как писал один иностранный дипломат, побывавший в начале XVI в. в Москве, постепенно начинали верить, что "воля государя есть воля Божья". Провозглашаемая "близость" к Богу накладывала на монарха ряд обязанностей. Ему надлежало быть благочестивым, милостивым, заботиться о сохранении его народом истинной православной веры, творить справедливый суд и, наконец, "боронить" (защищать) свою землю от врагов. Конечно, в жизни далеко не всегда великие князья и цари соответствовали этому идеалу. Но именно такими хотел их видеть русский народ.

Новые идеи происхождения власти великого князя московского, древности его династии позволили ему уверенно заявить о себе среди европейских и азиатских правителей. Русские послы давали понять иностранным владыкам, что "государь всея Руси" — независимый и великий правитель. Даже в отношениях с императором Священной Римской империи, который в Европе признавался первым монархом, Иван III не желал поступаться своими правами, считая себя равным ему по положению. По примеру того же императора он приказал вырезать на своей печати символ власти — увенчанного коронами двуглавого орла. По европейским образцам был составлен и новый великокняжеский титул: "Иоанн, Божиею милостию государь всея Руси и великий князь Володимирский, и Московский, и Новгородский, и Псковский, и Тверской, и Югорский, и Вятский, и Пермский, и Болгарский, и иных". При дворе начали вводиться пышные церемонии. Своего внука Дмитрия, впоследствии попавшего в немилость, Иван III венчал на великое княжение по новому торжественному обряду, напоминавшему обряды венчания византийских императоров. О них Ивану могла рассказывать его вторая жена — византийская принцесса Софья Палеолог...

Так, во второй половине XV в. в Москве создавался новый образ великого князя — сильного и полновластного "государя всея Руси", равного по своему достоинству императорам. Вероятно, в последние годы жизни Ивана III или вскоре после его смерти в придворных кругах было написано сочинение, призванное ещё больше прославить род московских князей, наложить на него отблеск величия древних римских и византийских императоров. Это сочинение получило название "Сказание о князьях владимирских". Автор "Сказания" старался доказать, что род русских князей связан с самим царём "веса вселенныа" Августом — императором, правившим в Риме с 27 г. до н. э. по 14 г. н. э. У этого императора, говорилось в "Сказании", был некий "сродник" (родственник) по имени Прус, которого он послал правителем "на берега Вислы-реки в города Мальборк, и Торунь, и Хвоини, и преславный Гданьск, и во многие другие города по реке, называемой Неманом и впадающей в море. И жил Прус очень много лет, до четвёртого поколения; и с тех пор до нынешних времён зовётся это место Прусской землей". А у Пруса, говорилось дальше, был потомок, которого звали Рюрик. Этого-то Рюрика и позвали новгородцы к себе на княжение. От Рюрика произошли все русские князья — и великий князь Владимир, крестивший Русь, и правнук его Владимир Мономах, и все последующие — вплоть до великих князей московских. Связать свою родословную с древними римскими императорами стремились почти все европейские монархи того времени. Великий князь, как мы видим, не стал исключением. Однако на этом "Сказание" не кончается. Далее оно повествует о том, как в XII в. древние царские права русских князей были особо подтверждены византийским императором Константином Мономахом, приславшим великому князю киевскому Владимиру (1113 – 1125 гг.) знаки императорской власти — крест, драгоценный "венец" (корону), сердоликовую чашу императора Августа и другие предметы. "И с тех пор, — гласит "Сказание", — великий князь Владимир Всеволодыч стал именоваться Мономахом, царем великой Руси... С тех пор и доныне тем венцом царским, который прислал греческий царь Константин Мономах, венчаются великие князья владимирские, когда ставятся на великое княжение русское". У историков достоверность этого предания вызывает большие сомнения. Но современники отнеслись к "Сказанию" иначе. Его идеи проникли в московское летописание XVI столетия и сделались важным звеном официальной идеологии. Именно на "Сказание" ссылался Иван IV (1533 – 1584 гг.), добиваясь признания за собой царского титула.

Центром, где создавалась новая идеология, была Москва. Однако о новом значении Московского государства задумывались не только в Кремле. Долгими бессонными ночами при дрожащем свете лучины думал о судьбе России, о её настоящем и будущем монах Псковского Елеазарова монастыря Филофей. Свои мысли он изложил в посланиях великому князю Василию III и его дьяку Мисюрю Мунехину. Филофей был уверен, что Россия призвана сыграть в истории особую роль. Она — последняя страна, где сохранилась истинная православная вера в своём первоначальном, неиспорченном виде. Вначале чистоту веры сохранял Рим, но постепенно вероотступники замутили чистый источник. На смену Риму пришёл Константинополь, столица Византии, — "второй Рим". Но и там от истинной веры отступили, согласившись на унию (объединение) с католической церковью. Произошло это в 1439 г. А в 1453 г. в наказание за этот грех древний город был предан в руки "агарян" (турок). "Третьим" и последним "Римом", центром мирового православия, стала с тех пор Москва. "Так знай, — писал Филофей Мунехину, — что все христианские царства пришли к концу и сошлись в едином царстве... и это — российское царство: ибо два Рима пали, а третий стоит, а четвёртому не бывать!" Из этого Филофей сделал вывод, что русский государь "во всей поднебесной есть христианам царь" и является "сохранителем... святой вселенской апостольской церкви, возникшей вместо римской и константинопольской и существующей в богоспасаемом граде Москве". Однако Филофей отнюдь не предлагал великому князю силою меча привести все христианские земли под свою власть. Чтобы Россия стала достойна этого высокого предназначения, он призвал великого князя "хорошо урядить своё царство" — искоренить в нём несправедливость, немилосердие и обиды. Идеи Филофея в совокупности составили так называемую теорию "Москва — третий Рим". И хотя эта теория не вошла в официальную идеологию, она подкрепила одно из важнейших её положений — о богоизбранности России, став вехой в развитии русской общественной мысли.

Идеология единого Московского государства, основа которой была заложена во второй половине XV – начале XVI вв., продолжала развиваться в XVI – XVII столетиях, приобретая более законченные и вместе с тем неподвижные, окостеневшие формы. О первых же десятилетиях её создания напоминают величественные соборы Московского Кремля и гордый двуглавый орёл, в начале 90-х гг. XX столетия вновь ставший государственным гербом России.

Библиографический список

  1. Сахаров А. Н., Буганов В. И. История России с древнейших времен до конца 17 века. М: Просвещение, 1995.
  2. Костомаров Н. И. Русская история в жизнеописаниях ее главнейших деятелей. М: Мысль, 1993.
  3. Харенберг Б. Хроника человечества. М: Большая энциклопедия, 1996.
  4. Отечественная история /под ред. Мунчаева Ш. М./. М, 1994.
  5. Советская историческая энциклопедия.
  6. Чизхолм Д. Мировая история в датах. М: Росмен, 1994.
  7. Энциклопедия для детей: т. 5, ч. 1 (История России и ее ближайших соседей) /сост. С. Т. Исмаилова/. М: Аванта+, 1995.