Смекни!
smekni.com

Криминалистическая характеристика грабежей и разбойных нападений (стр. 3 из 5)

Это не означает, что имущество в момент его хищения обязательно должно находиться у его собственника. Оно может быть во временном владении, ведении или под охраной другого лица. Хищение находящегося у отдельных лиц государственного, муниципального, частного и др. имущества должно рассматриваться как посягательство на соответствующий вид собственности. Одного факта присутствия кого бы то ни было недостаточно для наличия в преступлении состава грабежа. Так, например, не будет грабежом хищение имущества в присутствии других лиц из вагона железной дороги, из палатки, где продаются товары, когда похититель делает вид, что выполняет служебные обязанности или берет имущество по поручению собственника или владельца. Не будет грабежа и тогда, когда присутствующие видят и сознают, что совершается хищение, но виновный убежден, что его действия остаются незамеченными. Другими словами, открытый характер хищения при грабеже должен сознаваться и виновным, и потерпевшим или присутствующими. Во всех вышеуказанных случаях в содеянном содержатся признаки не грабежа, а кражи.

Объективная сторона грабежа предусматривает деяние в форме действия - открытого хищения, совершенного против воли граждан. Объективная сторона грабежа сформулирована законодателем как материальный состав преступления, то есть состоит из общественно опасного действия и наступившего преступного результата, а также причинной связи между ними. Это обязательные признаки рассматриваемого состава преступления.

Характерной особенностью объективной стороны состава грабежа как формы хищения является способ его совершения. В соответствии со смыслом закона грабежом признается и такое хищение чужого имущества, которое совершается не только в присутствии собственника или других лиц, ведающих, распоряжающихся, пользующихся имуществом, но и в присутствии третьих лиц, посторонних по отношению к изымаемому имуществу, за исключением, конечно, соучастников преступника, укрывателей или лиц, обещавших не донести о преступлении.

При открытом хищении потерпевший, как правило, сознает, что у него изымается принадлежащее ему имущество. Наличие такого сознания у потерпевшего вызывает у него желание воспрепятствовать хищению. Попытка воспрепятствовать, в свою очередь, вызывает применение похитителем насилия над обладателем имущества для того, чтобы изъять последнее. Сказанное в известной степени относится не только к потерпевшим, но и к третьим лицам, которые наблюдают и осознают факт хищения.

Открытость хищения чужого имущества определяют три основных момента: 1) хищение всегда совершается в присутствии потерпевшего или третьих лиц, посторонних по отношению к изымаемому имуществу; 2) преступник сознает, что он действует открыто, с незаконным проникновением в жилище, т.е. он понимает, что вся ситуация совершения преступления дает возможность потерпевшему или третьим лицам не только осознать противоправный характер его действий, но и воспрепятствовать хищению имущества, даже задержать его, однако игнорирует это; 3) потерпевший или третьи лица, посторонние по отношению к изымаемому имуществу и не являющиеся соучастниками преступника, укрывателями или лицами, обещавшими не донести о преступлении, осознают, что имущество похищается.

Вместе с тем необходимо подчеркнуть, что для квалификации хищения как грабежа вовсе не обязательно наличие одновременно всех указанных моментов. Первые два признака являются главными, решающими, третий же играет вспомогательную роль и в ряде случаев может вообще отсутствовать.

Согласно пункту 16 Постановления Пленума Верховного Суда РСФСР от 22 марта 1966 г. "О судебной практике по делам о грабеже и разбое" грабеж признается оконченным с момента завладения имуществом. В Постановлении Пленума Верховного Суда СССР "О судебной практике по делам о преступлениях против личной собственности граждан" от 5 сентября 1986 г. в редакции от 30 ноября 1990 г. вносится уточнение по вопросу о моменте окончания грабежа: данное преступление считается оконченным, если имущество изъято и виновный имеет реальную возможность пользоваться и распоряжаться им по своему усмотрению. Эту же позицию Пленум ВС РФ N 29 не изменил.

Если виновный задумал совершить тайное хищение чужого имущества, но, будучи застигнутым потерпевшим или посторонними лицами, осознавшими факт хищения, продолжал реализовывать преступное намерение, то при условии полного завладения имуществом речь может идти о перерастании кражи в грабеж. Действия же лица, пытавшегося совершить хищение тайно, но застигнутого на месте преступления и ради спасения от преследования бросившего похищенное, не могут квалифицироваться как грабеж.

В тех случаях, когда незаконное изъятие имущества совершено при хулиганстве, изнасиловании или других преступных действиях, необходимо устанавливать, с какой целью лицо изъяло это имущество.

Если лицо преследовало корыстную цель, содеянное им в зависимости от способа завладения имуществом должно квалифицироваться по совокупности как соответствующее преступление против собственности и хулиганство, изнасилование или иное преступление (абзацы 2 и 3 пункта 7 Постановления Пленума ВС РФ N 29).

Если организатор, подстрекатель или пособник непосредственно не участвовал в совершении хищения чужого имущества, содеянное исполнителем преступления не может квалифицироваться как совершенное группой лиц по предварительному сговору. В этих случаях в силу части третьей статьи 34 УК РФ действия организатора, подстрекателя или пособника следует квалифицировать со ссылкой на статью 33 УК РФ.

Пленум ВС РФ указывает, что при квалификации действий виновных как совершения хищения чужого имущества группой лиц по предварительному сговору суду следует выяснять, имел ли место такой сговор соучастников до начала действий, непосредственно направленных на хищение чужого имущества, состоялась ли договоренность о распределении ролей в целях осуществления преступного умысла, а также какие конкретно действия совершены каждым исполнителем и другими соучастниками преступления. В приговоре надлежит оценить доказательства в отношении каждого исполнителя совершенного преступления и других соучастников (организаторов, подстрекателей, пособников) (п. 9 Постановления Пленума ВС РФ N 29).

Исходя из смысла части второй статьи 35 УК РФ уголовная ответственность за кражу, грабеж или разбой, совершенные группой лиц по предварительному сговору, наступает и в тех случаях, когда согласно предварительной договоренности между соучастниками непосредственное изъятие имущества осуществляет один из них. Если другие участники в соответствии с распределением ролей совершили согласованные действия, направленные на оказание непосредственного содействия исполнителю в совершении преступления (например, лицо не проникало в жилище, но участвовало во взломе дверей, запоров, решеток, по заранее состоявшейся договоренности вывозило похищенное, подстраховывало других соучастников от возможного обнаружения совершаемого преступления), содеянное ими является соисполнительством и в силу части второй статьи 34 УК РФ не требует дополнительной квалификации по статье 33 УК РФ.

Действия лица, непосредственно не участвовавшего в хищении чужого имущества, но содействовавшего совершению этого преступления советами, указаниями либо заранее обещавшего скрыть следы преступления, устранить препятствия, не связанные с оказанием помощи непосредственным исполнителям преступления, сбыть похищенное и т.п., надлежит квалифицировать как соучастие в содеянном в форме пособничества со ссылкой на часть пятую статьи 33 УК РФ.

При квалификации действий двух и более лиц, похитивших чужое имущество путем кражи, грабежа или разбоя группой лиц по предварительному сговору или организованной группой, судам следует иметь в виду, что в случаях, когда лицо, не состоявшее в сговоре, в ходе совершения преступления другими лицами приняло участие в его совершении, такое лицо должно нести уголовную ответственность лишь за конкретные действия, совершенные им лично (п. 11 Постановления Пленума ВС РФ N 29).

Субъект грабежа общий. Им является лицо, совершившее данное деяние и способное нести за него уголовную ответственность. Система обязательных признаков, характеризующих субъект грабежа, образует соответствующий элемент состава преступления. Таких признаков, характеризующих лицо как общий субъект преступления, три: а) физическое лицо; б) вменяемое лицо; в) лицо, достигшее возраста уголовной ответственности за грабеж.

Согласно ст. 20 УК РФ возраст, с которого наступает уголовная ответственность за совершение грабежей, установлен в 14 лет. Таким образом, речь идет об общем субъекте - физическом лице, вменяемом, достигшем возраста 14 лет.

Субъективная сторона грабежа. Грабеж является таким умышленным преступлением, при совершении которого вина преступника выражается только в виде прямого умысла, направленного на завладение чужим имуществом с корыстной целью. Совершая грабеж, виновный сознает общественно опасный характер своих действий, направленных на открытое хищение чужого имущества, предвидит общественно опасные последствия этих действий в виде нанесения ущерба собственнику или иному лицу и желает наступления такого ущерба. В этом проявляется единство сознания и воли виновного, являющееся необходимым условием наличия субъективной стороны грабежа.

В частях 2 и 3 ст. 161 УК РФ речь идет о квалифицированных составах грабежа. В п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 11 июля 1972 г. под хищением, совершенным по предварительному сговору группой лиц (п. "а" ч. 2 ст. 161 УК РФ), предлагалось понимать такое хищение, в котором участвовали два или более лица, заранее договорившихся о совместном его совершении. Все участники должны обладать признаками субъекта этого преступления, т.е. быть вменяемыми и достигнуть 14-летнего возраста. Все участники группового грабежа по предварительному сговору выступают в качестве соисполнителей. Соисполнитель и тот, кто взламывает дверь, и тот, кто шарит по шкафам, отыскивая ценные вещи, и тот, кто выносит вещи из квартиры, и тот, кто транспортирует похищенное, ибо все они по частям выполняют объективную сторону кражи. Способ совершения преступления, говорится в п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 5 сентября 1986 г. "О судебной практике по делам о преступлениях против личной собственности", - важный признак объективной стороны преступления. Поэтому действия преступников, непосредственно на месте обеспечивающих изъятие имущества, входят в объективную сторону грабежа (см. также коммент. к п. "а" ч. 2 ст. 158 УК).