Смекни!
smekni.com

Мировое соглашение в гражданском и в исполнительном производстве (стр. 10 из 15)

Статья 85 упомянутого Закона устанавливает штраф в размере до 200 минималь­ных размеров оплаты труда за неисполнение без уважительных причин исполни­тельного документа, обязывающего должника совершить определенные действия или воздержаться от их совершения, в срок, установленный судебным приставом-исполнителем (п. 1).

В случае последующего нарушения должником без уважительных причин новых сроков исполнения исполнительного документа размер штрафа каждый раз удваива­ется (п. 2).

Согласно п. 1 ст. 87 Федерального закона «Об исполнительном производстве» за невыполнение гражданами и должностными лицами законных требований судебного пристава-исполнителя и нарушение законодательства РФ об исполнительном произ­водстве, а равно за утрату исполнительного документа либо несвоевременное его отправление, представление недостоверных сведений о доходах и об имуществен­ном положении должника виновные граждане и должностные лица подвергаются судебным приставом-исполнителем штрафу в размере до 100 минимальных разме­ров оплаты труда, а за уклонение без уважительных причин от явки по вызову су­дебного пристава-исполнителя или к месту совершения исполнительных действий — приводу, о чем выносится соответствующее постановление.

На основании настоящей статьи граждане и должностные лица могут быть под­вергнуты штрафу за неисполнение любого законного требования судебного приста­ва-исполнителя по исполнению исполнительного документа и любое нарушение за­конодательства РФ об исполнительном производстве[66].

Ранее были рассмотрены вопросы привлечения должника к ответственности, пре­дусмотренной за неисполнение исполнительного документа должником и иными лицами, за нарушение законодательства об исполнительном производстве. Такие меры ответственности применяются к должнику (иным лицам), по сути, за «сопро­тивление» принудительной силе государственной власти.

В свою очередь, гражданское законодательство в случае неисполнения должни­ком мирового соглашения предусматривает возможность возложения на него обя­занности по уплате процентов за пользование чужими денежными средствам, если обязательство должника, вытекающее из мирового соглашения, является денеж­ным[67].

К сожалению, решения, выносимые по искам о взыскании процентов за пользо­вание чужими денежными средствами при неисполнении должником денежного обязательства, возникшего из мирового соглашения, далеко не во всех случаях мож­но признать правильными.

Судебная практика свидетельствует об отсутствии единообразия в решении данного вопроса.

Заключение

Особо стоит отметить, что мировое соглашение в процессе исполнительного производства в отличие от мирового соглашения, заключаемого в процессе судебного разбирательства, заключается в период, когда спор между сторонами уже разрешен судом. Более того, на этапе исполнения взыскатель уже обладает судебным актом, устанавливающим обязанность должника по совершению определенных действий (или воздержанию от совершения каких-либо действий). Мировое соглашение на указанном этапе представляет собой как раз механизм добровольного исполнения, основная процедурная цель которого - отказ от механизма государственного принуждения либо прекращение принудительного исполнения, если такая процедура была начата.

Необходимо отметить, что мировое соглашение по силе действия приравнивается к судебному акту, в случае неисполнения его условий добровольно оно является основанием для выдачи судом исполнительного листа и подлежит принудительному исполнению.

Судебные акты, вступившие в законную силу, являются обязательными и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации. Специфика мирового соглашения, заключаемого на стадии исполнительного производства, заключается как раз в том, что закон, допуская заключение мирового соглашения в исполнительном производстве, предусматривает исключение из указанного правила. Заключение мирового соглашения фактически отменяет все ранее вынесенные судебные решения.

Таким образом, мировое соглашение, заключенное на стадии исполнительного производства, фактически предоставляет лицам, его заключившим, возможность изменения последствий рассмотрения дела и изменения решения. Можно согласиться с М.А. Рожковой в том, что основной причиной, побуждающей стороны исполнительного производства к заключению мирового соглашения, является в отличие от судебного разбирательства не спорность права, а определенные сомнения в возможности осуществить исполнение в полном объеме.

При этом мировое соглашение, заключаемое в процессе принудительного исполнения, имеет некоторые специфические черты, которые позволяют отграничивать его от мирового соглашения в стадии судебного разбирательства или при процедуре банкротства.

а) Заключение мирового соглашения в исполнительном производстве возможно только после вынесения судебного акта, который фактически разрешает спор сторон на стадии судебного разбирательства. Именно на основании судебного решения, вступившего в законную силу, взыскателю выдается исполнительный лист, предъявляя который к исполнению, он инициирует возбуждение исполнительного производства.

Судебное решение представляет собой форму суждения суда как государственного органа по самому содержанию рассмотренного спора. Проверив спорное притязание и удостоверившись в его наличии, суд в своем решении подтверждает возможность осуществления права выигравшей стороной на принудительное исполнение. Можно согласиться с М.А. Гурвичем, что "гражданское субъективное право на принуждение, будучи подтверждено судебным решением, становится процессуально осуществимым".

При этом в соответствии со ст. 428 ГПК РФ принудительно могут быть исполнены только судебные акты, вступившие в законную силу. Законная сила судебного решения подразумевает особое качество постановленного по делу судебного решения, заключающегося в том, что решение становится обязательным как для сторон и других участников дела, так и для самого суда, а также для всех государственных учреждений и организаций, должностных лиц и граждан, даже если они не принимали участия в деле.

Анализ вышеизложенного позволяет сделать вывод, что мировое соглашение, заключаемое в исполнительном производстве, предоставляет взыскателю и должнику право изменить своим волеизъявлением решение суда, вступившее в законную силу. Здесь необходимо отметить, что даже сам суд, постановивший решение по делу, не вправе его изменить (свойство неизменности решения, вытекающее из его обязательности), за исключением прямо предусмотренных случаев дополнения и разъяснения решения и устранения явных арифметических ошибок. Отсюда можно сделать вывод, что в случае заключения мирового соглашения в процессе исполнительного производства волеизъявлению его участников (взыскателя и должника) отдается приоритет перед государственно-властным предписанием суда, содержащимся в судебном решении.

б) В силу специфики исполнительного производства, подтвержденности права взыскателя судебным решением, необходимо отметить доминирующее положение взыскателя при заключении исполнительного мирового соглашения. Если правоотношение между истцом и ответчиком является спорным, то в исполнительном производстве право взыскателя, равно как и обязанность должника, подтверждено обязательным для исполнения юрисдикционным актом - решением суда.

При этом в отличие от судебного разбирательства, где истец и ответчик находятся в равной ситуации (не имея подтверждения своего права) и идут на уступки друг другу, отказываясь от того, чего у них еще нет, взыскатель отказывается от какого-то своего блага или его части, которым он фактически обладает (пусть даже это его право закреплено только на бумаге).

Заключение мирового соглашения в процессе исполнения обусловлено тем, что "присуждение - это еще не есть полное взыскание", иногда взыскателю выгоднее получить хотя бы некоторую часть присужденного. Таким образом, причина, побуждающая взыскателя к заключению мирового соглашения с должником, - не спорность права, а определенные сомнения в возможности получить присужденное по решению суда.

в) Мировое соглашение, заключаемое в процессе исполнительного производства, не затрагивает по сути предмета спора, а касается в основном изменения условий и способа исполнения судебного решения.

Указанная черта вытекает из существа двух предыдущих и заключается в том, что в отличие от мирового соглашения, заключаемого в процессе судебного разбирательства, исполнительное мировое соглашение зачастую служит инструментом оптимизации условий исполнения должником своей обязанности. В ходе исполнительного производства стороны могут договориться об отсрочке или рассрочке платежа либо о замене способа исполнения возложенной на должника обязанности. Так, при отсутствии у должника денежных средств, достаточных для уплаты присужденной в пользу взыскателя суммы, стороны могут договориться о передаче должником взыскателю иного имущества, взамен чего взыскатель, со своей стороны, отказывается от присужденного.

Вышеизложенное позволяет сделать следующие выводы.

Во-первых, мировое соглашение, заключаемое на стадии исполнения судебного решения, составляет единый юридико-фактический состав, включающий в себя элементы как материального, так и процессуального права.

Во-вторых, мировое соглашение предлагается рассматривать как одно из проявлений частноправовых начал в области исполнительного производства, которое традиционно относится к области публичного права и которое обусловливается наличием частноправовых начал в гражданском процессуальном праве и является продолжением полномочий сторон гражданского процесса по определению судьбы иска.