Смекни!
smekni.com

Несостоятельность (банкротство) отдельных юридических лиц в современных условиях (стр. 2 из 16)

Переход страны в условия рыночной экономики и интенсивное развитие предпринимательской деятельности потребовали принятия законодательной базы, защищающей интересы участников экономического оборота от последствий систематического неисполнения недобросовестной стороной принятых на себя обязательств. Помимо ответственности, в виде уплаты штрафов, пени и т.д., установленной Гражданским Кодексом РСФСР, Основами гражданского законодательства РСФСР и рядом нормативных актов, за неисполнение принятых на себя обязательств необходимы были меры более жесткого характера, такие как признание должника несостоятельным (банкротом). Правовую базу для осуществления принудительных мер, вплоть до ликвидации несостоятельного предприятия в случаях, когда проведение реорганизационных мер экономически не целесообразно или они не дали положительного результата, создал принятый Верховным Советом Федерации 19 ноября 1992 года и введенный в действие с 1 марта 1993 года Закон Российской Федерации «О несостоятельности (банкротстве) предприятий».[4]

Основная цель включенного в 1992 г. в российское право института несостоятельности заключалась в том, что из гражданского оборота исключаются неплатежеспособные субъекты (в случае их ликвидации), задерживающие развитие рыночных отношений и стимулирующие рост неплатежей.

В соответствии со статьей 3 указанного закона рассмотрение дел о несостоятельности (банкротстве) предприятий было отнесено к компетенции арбитражных судов.

Уже 1 марта 1993 г., в день вступления закона в силу, в арбитражные суды было подано большое количество заявлений от кредиторов с одинаковыми исковыми требованиями: «прошу признать предприятие банкротом...»[5]. Динамика дел этой категории выглядит следующим образом: в 2000 году было рассмотрено не многим более 100 дел; в 2002 г. – 240 дел; в 2003 г. – 1.108 дел; в 2004 г. – 2.618 дел; в 2005 г. – 4.320 дел.[6] Для рассмотрения первых дел о банкротстве привлекались американские специалисты, имеющие на тот момент наибольший практический опыт по делам данной категории.

Практика применения закона «О несостоятельности (банкротстве) предприятий» с первых шагов показала его несовершенство, значительные пробелы. Отсутствие механизма реализации создавало определенные трудности в его исполнении. Так, например, в соответствии с п.1 ст.6 закона РФ от 19.11.92 г. «О несостоятельности (банкротстве) предприятий» прежде чем подать иск в арбитражный суд, кредитор обязан направить должнику заказной почтой извещение с уведомлением о вручении. В уведомлении должны содержаться требования к должнику в недельный срок со дня его получения выполнить свои обязательства, а также предупреждение о том, что в случае их невыполнения в течение указанного срока кредитор обратится в арбитражный суд с заявлением о возбуждении производства по делу о несостоятельности (банкротстве) предприятия. И только после получения кредитором уведомления о вручении извещения он может обратиться в арбитражный суд с заявлением о возбуждении производства по делу о несостоятельности (банкротстве). А как быть в случае, если кредитор перестал получать почту (поменял адрес или просто сбежал)? Закон об этом умалчивал. Судьи же отказывались принимать заявления к производству, если не соблюден так называемый претензионный порядок, даже если на уведомлении о вручении стоит отметка почты о невозможности вручения.

Тем не менее, это не самый большой камень преткновения, содержащийся в данном законе, поскольку из этой ситуации еще можно было найти выход, обратившись в органы прокуратуры или налоговой инспекции с просьбой предъявить иск в арбитражный суд о ликвидации должника в связи с неоднократными нарушениями законодательства (осуществление деятельности без соответствующей лицензии, не предоставление бухгалтерской отчетности и т.д.). Стоит рассмотреть более существенные, на наш взгляд, недостатки закона 1992 г.

Во-первых, как отмечают большинство авторов статей, посвященных анализу российского закона «О несостоятельности (банкротстве) предприятий», такие как В.В. Витрянский, И.В. Зыкова, «само понятие и признаки банкротства, которыми оперировал прежний закон, не отвечают современным представлением об имущественном обороте и требованиям, предъявляемым к его участникам».[7] В соответствии с п.1 ст.1 закона под несостоятельностью (банкротством) понималась неспособность удовлетворить требования кредиторов по оплате товаров (работ, услуг), включая неспособность обеспечить обязательные платежи в бюджет и внебюджетные фонды в связи с превышением обязательств должника над его имуществом или в связи с неудовлетворительной структурой баланса должника. Исходя из определения несостоятельности, заложенного в законе, банкротом можно было признать предприятие только в том случае, когда кредиторская задолженность превышала балансовую стоимость имущества.

В отличие от мирового опыта, исходящего из того, что банкротом может стать тот, кто не в состоянии оплачивать долги, российский закон 1992 г. позволял крупным предприятиям, не опасаясь банкротства, длительное время не оплачивать полученные товары (оказанные услуги или выполненные работы) и использовать денежные средства своих кредиторов в качестве собственных средств с тем условием, чтобы кредиторская задолженность не превышала балансовую стоимость активов. И как показывает практика, арбитражные суды признавали банкротами в основном лишь небольшие предприятия.

Пункт 2 ст. 1 закона гласящий, что внешним признаком (несостоятельности) банкротства является приостановление его текущих платежей, тоже вызывал определенные споры. Согласно закону, если предприятие раз в месяц осуществляло платеж в размере 10 рублей и одновременно имело многомиллионную задолженность, то можно было констатировать факт отсутствия одного из основных признаков банкротства.

Неоднократно вставал вопрос, об исчислении «трех месяцев со дня наступления сроков исполнения» обязательств. Будет ли перечисление должником своему кредитору суммы в размере одного рубля означать, что с этого момента необходимо заново исчислять новый трехмесячный срок.[8]

Во-вторых, закон 1992 г., в отличие от ныне действующего законодательства, не подразделял хозяйствующих субъектов. Одинаковыми были признаки и процедуры банкротства для таких должников, хотя совершенно очевидно, насколько различными будут последствия их применения.[9]

В-третьих в законе о банкротстве 1992 года практически не содержались нормы, детально регламентирующие процессуальные отношения по разрешению споров о несостоятельности и Арбитражным судам при рассмотрении дела приходилось согласно ст. 3 закона обращаться к нормам Арбитражного Процессуального Кодекса, который в свою очередь детально регулировал только исковое производство. Но ведь дело о банкротстве, по сути, не является экономическим спором в общепринятом значении этого слова. Кредитор вправе выбрать между предъявлением обычного иска о взыскании задолженности или подать заявление о возбуждении дела о несостоятельности.

Стало ясно, что Правительству РФ, Федеральному управлению по делам о несостоятельности (банкротстве) и арбитражным судам придется самостоятельно восполнять пробелы в правовом регулировании данного института.

Так, например, большую ценность представляли собой Постановление Правительства РФ от 20 мая 1994 г. № 498 «О некоторых мерах по реализации законодательства о несостоятельности (банкротстве) предприятий»[10] и Распоряжение Федеральной службы по делам о несостоятельности и финансовому оздоровлению от 12 сентября 1994 г. «Временные методические рекомендации по оценке финансового состояния предприятий, имеющих признаки несостоятельности»[11].

Установлены три показателя для оценки удовлетворительной структуры баланса предприятия: коэффициент текущей ликвидности; коэффициент обеспеченности собственными средствами; коэффициент восстановления (утраты) платежеспособности. «Ценность критерий в определенных экономических ориентирах состояла главным образом в оценке состояния предприятия, которые полезно знать при решении судьбы хозяйствующего субъекта».[12] Поскольку они не утратили своего значения и на сегодняшний день стоит рассмотреть содержание этих коэффициентов.

Изучая вопрос становления института банкротства в России нельзя обойти вниманием и такой орган как Федеральное управление по делам о несостоятельности (ФУДН), созданное Постановлением Правительства РФ от 20 сентября 1993 № 926[13] при Государственном комитете РФ по управлению государственным имуществом.

В ходе реформирования государственного аппарата Управление получило не только новое название - Федеральная служба России по делам о несостоятельности и финансовому оздоровлению, но и статус самостоятельного федерального органа исполнительной власти. К основным задачам этого органа было отнесено: проведение государственной политики, направленной на предотвращение несостоятельности предприятий, представление интересов государства при решении вопросов, связанных с возбуждением производства по делу о несостоятельности предприятий и принятием решений о проведении санации государственных предприятий, оказание помощи предприятиям, имеющим признаки банкротства и т.д. Указом Президента от 22 декабря 1993 № 2264 «О мерах по реализации законодательных актов о несостоятельности (банкротстве) предприятий» Федеральной службе России по делам о несостоятельности и финансовому оздоровлению поручено представлять от имени государства интересы собственника при решении вопросов о несостоятельности в отношении федеральных государственных предприятий, а также организаций, в капитале которых есть доля РФ. Постановлением Правительства от 20 мая 1994 г. № 498 «О некоторых мерах по реализации законодательства о несостоятельности (банкротстве) предприятий» служба наделена полномочиями выступать от имени государства, как кредитора, при решении вопросов о банкротстве предприятий, вне зависимости от организационно-правовой формы в случае неисполнения ими обязательств по платежам в федеральный бюджет и внебюджетные фонды.