Смекни!
smekni.com

Представительство по российскому гражданскому праву (стр. 8 из 14)

По общему правилу, волеизъявление, направленное на возникновение, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей, может быть совершено в языковой (словесной) форме, устно или письменно (в простой или квалифицированной форме), а также путем совершения так называемых конклюдентных действий, то есть таких, когда из поведения лица явствует его воля совершить сделку. Поскольку абз. 1 п. 1 ст. 182 ГК РФ указывает на доверенность как на сделку, являющуюся основанием представительства и полномочия, а в п. 1 ст. 185 ГК РФ говорится о доверенности как о документе, подтверждающем наличие полномочия представителя и его объем, то можно сделать вывод о предусмотренном гражданским законодательством общем правиле, устанавливающем простую письменную форму уполномочия. При этом уполномочие может быть совершено как в виде отдельной сделки, так и включено в состав другой сделки (договора) таким образом, что доверенность может содержаться в отдельном документе, отвечающем требованиям ст. 160 ГК РФ, или являться частью другого документа, например, договора поручения.

В настоящее время абз. 1 п. 3 ст. 184 ГК РФ указывает на то, что полномочие представителя при коммерческом представительстве подтверждается договором, заключенным в письменной форме и содержащим указания на полномочия представителя, а при отсутствии таких указаний в договоре - также и доверенностью. Согласно п. 2 ст. 1044 ГК РФ в отношениях с третьими лицами полномочие товарища простого товарищества совершать сделки от имени всех товарищей удостоверяется доверенностью, выданной ему остальными товарищами, или договором простого товарищества, совершенным в письменной форме. Некоторые авторы считают, что функции доверенности могут выполняться и некоторыми другими письменными документами, например, служебным удостоверением директора филиала, страхового агента, путевым листом, выдаваемым водителем, и т.п.. Однако такие документы могут быть признаны доверенностью, только если они содержат указание на наличие полномочия представителя и его объем, а также предусмотренный гражданским законодательством реквизит доверенности - дату ее совершения. Таким образом, гражданское законодательство, по общему правилу, предусматривает необходимость совершения уполномочия в простой письменной форме.

Необходимо рассмотреть вопрос и о том, каковы могут быть последствия несоблюдения предусмотренной гражданским законодательством письменной формы уполномочия. Е.Л. Невзгодина указывает на то, что последствия несоблюдения требуемой законом формы уполномочия должны определяться, во-первых, требованиями, предъявляемыми к форме уполномочия, а во-вторых, требованиями, предъявляемыми к форме сделок, на совершение которых дается полномочие. Первое утверждение не вызывает возражений.

Так, в соответствии с п. 2 ст. 162 ГК РФ несоблюдение простой письменной формы сделки влечет ее недействительность в случаях, прямо указанных в законе или в соглашении сторон. Во всех остальных случаях несоблюдение простой письменной формы сделки согласно п. 1 ст. 162 ГК РФ лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и иные доказательства. Следовательно, поскольку гражданское законодательство не предусматривает в качестве последствия несоблюдения простой письменной формы уполномочия недействительность уполномочия, то такое уполномочие будет являться действительным. Несмотря на то, что п. 5 ст. 185 ГК РФ устанавливаются дополнительные требования к форме уполномочия некоторых представляемых (выдача доверенности юридическим лицом с приложением его печати, выдача доверенности на получение или выдачу денег и других имущественных ценностей юридическим лицом, основанном на государственной или муниципальной собственности, за дополнительной подписью главного (старшего) бухгалтера такого юридического лица), несоблюдение таких дополнительных требований, а равно как и несоблюдение ими простой письменной формы уполномочия влечет за собой также наступление последствий, предусмотренных п. 1 ст. 162 ГК РФ, то есть невозможность в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, так как в соответствии с абз. 3 п. 1 ст. 160 ГК РФ последствия несоблюдения простой письменной формы сделки применяются и в том случае, если законом установлены дополнительные требования, которым должна соответствовать форма сделки (совершение на бланке определенной формы, скрепление печатью и т.п.), но не предусмотрены последствия несоблюдения этих требований. Последствием же несоблюдения нотариальной формы уполномочия является в силу п. 1 ст. 165 ГК РФ его недействительность. Утверждение же о том, что последствия несоблюдения требуемой законом формы уполномочия должны определяться также и требованиями, предъявляемыми к форме сделок, на совершение которых дается полномочие, на первый взгляд, вызывает сомнение, поскольку в этом случае речь идет не о форме уполномочия, а о форме сделок, совершаемых представителем с третьими лицами на основании правоотношения представительства и имеющегося у него полномочия. Однако правоотношение представительства, в содержание которого входит полномочие представителя и соответствующая ему обязанность представляемого, и юридические действия, совершенные представителем в пределах полномочия, - элементы юридического состава (сложного юридического факта), являющегося при его завершении основанием возникновения, изменения или прекращения гражданских правоотношений между представляемым и третьим лицом. Элементы юридического состава остаются только фактами, то есть не влекут за собой юридические последствия, которые нормы гражданского права связывают с таким юридическим составом, пока он не завершен не только в полном объеме и содержании, но и в предусмотренной гражданским законодательством форме. Именно этим и обусловлена необходимость совершения уполномочия в той форме, которая требуется гражданским законодательством для сделок, на совершение которых дается полномочие. В частности, это правило в отношении сделок, совершаемых в нотариальной форме, прямо закреплено в п. 2 ст. 185 ГК РФ, а в отношении сделок, совершаемых в простой письменной форме под страхом недействительности, может быть выведено в соответствии с предусмотренной п. 1 ст. 6 ГК РФ аналогией закона из п. 2 ст. 185 ГК РФ. Следовательно, несоблюдение простой письменной формы уполномочия в отношении сделок, которые должны быть совершены в простой письменной форме под страхом недействительности (например, внешнеэкономическая сделка, договор залога, договор поручительства), влечет за собой недействительность уполномочия. Права Е.Л. Невзгодина, указывая, что несоблюдение требуемой законом простой письменной формы уполномочия влечет за собой его недействительность лишь в случаях, когда полномочие дается на совершение сделки, для которой письменная форма установлена законом под угрозой ее недействительности; в иных случаях отсутствие письменно выраженного уполномочия на совершение сделки, требующей по закону письменной формы, должно иметь своим последствием лишение стороны права в случае спора ссылаться на свидетельские показания как на доказательство наличия полномочия, его содержания и пределов. При этом бремя доказывания наличия полномочия должно ложиться на представителя или третьих лиц, требующих признать действительной заключенную представителем от имени представляемого сделку.

Уполномочие также может быть совершено посредством конклюдентных действий. Наиболее типичным случаем такого уполномочия является постановка работника организации, оказывающей публичные услуги населению (торговые, бытовые, транспортные, социально - культурные организации и т.д.), на определенное рабочее место (например, продавца, кассира и т.д.). В.А. Рясенцев обосновал наличие правоотношения представительства в этом случае следующим образом: 1) предприятия действуют при заключении сделок через представителей; 2) каждое предприятие, из числа названных выше, систематически совершает сделки определенных видов; 3) эти сделки заключают работники данного предприятия, занимающие определенные должности. Соответственно предположение, что лицо, заключающее типичную для данного предприятия сделку в помещении магазина, склада, конторы и т.д., не является должностным лицом, обладающим соответствующим полномочием, лишено основания; и следовательно, каждый гражданин или юридическое лицо вправе считать, что работник, совершающий сделки в обстановке, нормальной для деятельности данного предприятия, занимает соответствующую должность, которая ставит его в положение представителя. Более того, в данном случае существует презумпция того, что любое лицо, действующее в соответствующей обстановке, должно рассматриваться в качестве представителя организации, и соответствующий риск несет лицо, создавшее такую обстановку. Именно это имеется в виду в абз. 2 п. 1 ст. 182 ГК РФ, когда говорится о полномочии, явствующем из обстановки, в которой действует представитель, хотя, как представляется, в данном случае имеет место уполномочие, совершенное посредством конклюдентных действий.

Следующим основанием представительства и полномочия в соответствии с абз. 1 п. 1 ст. 182 ГК РФ является указание закона. Данная формулировка представляется не совсем удачной, поскольку и другие основания представительства и полномочия являются таковыми также именно в силу указаний закона. Как справедливо указывал О.А. Красавчиков, закон участвует при возникновении каждого правоотношения, поэтому вряд ли можно говорить о законе (указании закона) как о юридическом факте, являющемся основанием возникновения представительства и полномочия. В данном случае необходимо говорить как об основаниях представительства не об указании закона, а об указанных в гражданском законодательстве иных юридических фактах, чем уполномочие и акт государственного органа или органа местного самоуправления. Таким наиболее распространенным юридическим фактом является возникновение семейного правоотношения между родителем и ребенком. При этом представительство и полномочие возникают с момента рождения ребенка (п. 2 ст. 17 и абз. 1 п. 1 ст. 28 ГК РФ) и прекращаются по достижении ребенком четырнадцати лет (п. 2 ст. 40 ГК РФ) или по иным основаниям, предусмотренным гражданским или семейным законодательством. Другим примером является такой юридический факт, как назначение лица на должность капитана судна, который в соответствии со ст. 71 Кодекса торгового мореплавания Российской Федерации в силу своего служебного положения признается представителем судовладельца и грузовладельца в отношении сделок, необходимых в связи с нуждами судна, груза или плавания, а также исков, касающихся вверенного капитану судна имущества, если на месте нет иных представителей судовладельца или грузовладельца. Некоторые авторы предлагают включить в эту группу также такие юридические факты, как усыновление или наряду с усыновлением еще и установление опеки. Такой подход обусловлен опять-таки неудачной формулировкой п. 1 ст. 28 ГК РФ, который называет родителей, усыновителей и опекунов "законными представителями". Вместе с тем необходимо указать, что несмотря на то, что последствием усыновления в соответствии с п. 1 ст. 137 СК РФ является полное приравнивание прав и обязанностей усыновленного и усыновителя к правам и обязанностям родного ребенка и родителя, основанием такого приравнивания является согласно абз. 1 п. 2 ст. 125 СК РФ решение суда об установлении усыновления ребенка, то есть акт уполномоченного на то государственного органа. Точно так же основанием возникновения представительства и полномочия при установлении опеки является назначение органом опеки и попечительства опекуна, то есть акт органа местного самоуправления (п. 1 ст. 35 ГК РФ). Следовательно, при включении в эту группу таких юридических фактов, как усыновление или установление опеки, теряет всякий смысл предусмотренное абз. 1 п. 1 ст. 182 ГК РФ выделение в отдельную группу таких оснований представительства и полномочия, как акт уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления.