регистрация / вход

Принцип состязательности в уголовном процессе

Понятие значение и содержание принципов уголовного процесса. Осуществление судопроизводстсва на основе равноправия сторон. Задачи уголовного процесса по достижению истины. Принцип состязательности в уголовном процессе: значение и пределы действия.

ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ

Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования

ЧИТИНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

Институт переподготовки и повышения квалификации

КАФЕДРА УГОЛОВНОГО ПРАВА И УГОЛОВНОГО ПРОЦЕССА

КУРСОВАЯ РАБОТА

по дисциплине «Уголовный процесс»

на тему:

«Принцип состязательности в уголовном процессе»

Выполнил : студент группы

ЮС-06-1

Бабкин Сергей Павлович

Проверил : преподаватель

______________________

Чита – 2007

Содержание

Введение

Глава 1. Понятие значение и содержание принципов уголовного процесса

1.1. Принципы уголовного процесса

1.2. Содержание принципов уголовного процесса

1.3. Состязательность сторон (ст. 15 УПК РФ).

Глава2 Уголовный процесс России: истина и состязательность

2.1. Задачи уголовного процесса по достижению истины

2.2. Состязательность уголовного процесса

2.3. Принцип состязательности в уголовном процессе: значение и пределы действия

Заключение

Библиографический список литературы


Введение

Демократическое правовое государство, реализуя свою прерогативу
на уголовное преследование граждан, преступивших уголовно-правовой
запрет, кровно заинтересовано в меткости уголовной репрессии. Наказанию должен быть подвергнут только виновный и только в меру своей ви­новности, а также тяжести содеянного с учетом личности совершившего преступление. Чтобы обеспечить такую меткость, необходимо с достоверностью установить все существенные обстоятельства дела, а именно: в чем выражается преступное действие или бездействие; кто его совершил и дей­ствовал ли совершивший виновно (умышленно или преступно неосторож­но); в чем заключается роль каждого из соучастников; в чем выражается причиненный вред и каковы его размеры; а также отягчающие, смягчаю­щие ответственность и другие обстоятельства. На основе многолетнего опыта исторически сложилась подчиненная указанной цели строго упоря­доченная системная деятельность, оптимально приспособленная для уста­новления истины по делу о преступлении или, иначе говоря, по уголовному делу. Эта деятельность называется уголовным процессом.

Каждый участник уголовного процесса осуществляет определенную функцию, иначе говоря роль, которую он играет в данной многогранной деятельности, направление этой деятельности и соответственно предназна­чение данного субъекта. Общепринято различать три уголовно-процес­суальные функции:

а) уголовное преследование;

б) защиту;

в) разреше­ние уголовного дела.

Первая выражается в выдвижении, формулировании и обосновании обвинения в совершении конкретного преступления. Вто­рая, противоположная, представляет собой уголовно-процессуальную дея­тельность по опровержению инкриминируемого обвинения полностью или частично или по обоснованию любого изменения этого обвинения в сторо­ну, улучшающую положение обвиняемого. Третья предполагает формули­рование юридически значимого ответа на вопрос о состоятельности или несостоятельности предъявленного обвинения и вывод о виновности или невиновности обвиняемого. Эта триада в максимально сжатом виде выра­жается формулой "истина рождается в споре". Согласно такой формуле осу­ществление двух противоборствующих функций - уголовного преследова­ния и защиты - есть спор равноправных сторон в уголовном судопроизводст­ве, необходимое условие установления истины судом, возвышающимся над сторонами и осуществляющим свою собственную функцию – разрешение уголовного дела. Эта идея отражена и в Конституции Российской Федерации (часть третья статьи 123), провозглашающей, что судопроизводство осуще­ствляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Цель курсовой работы рассмотреть принцип состязательности в уголовном процессе.

Глава 1. Понятие значение и содержание принципов уголовного процесса

1.1. Принципы уголовного процесса

В уголовном судопроизводстве принципы[1] занимают главенствующее положение, всегда являются первичными нормами, не выводимыми друг из друга и охватывающими остальные нормы, в которых конкретизируется содержание принципов и которые подчинены им. Система принципов уголовного процесса основана на Конституции РФ и являет собой стройную систему требований к уголовному судопроизводству, определяющую характер уголовного процесса.

В соответствии с законом уголовное судопроизводство предназначено защищать права и интересы лиц и организаций, потерпевших от преступлений, а также личность от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения прав и свобод. Таким образом, исходя из сказанного, уголовный процесс начинает работать только тогда, когда в отношении конкретного лица, либо организации, совершено действие либо бездействие, отнесенное законодателем к разряду преступных. Уголовное преследование и назначение виновным справедливого наказания в той же мере отвечают назначению уголовного судопроизводства, что и отказ от уголовного преследования невиновных, освобождение их от наказания, реабилитация каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию.

Принципы уголовного процесса не являются застывшими догмами, они развиваются и изменяются в зависимости от уровня социально – экономического развития конкретного общества, в котором они действуют и являются основополагающими идеями, закрепленными в правовых нормах, в связи с чем распространяются на всю уголовно – процессуальную деятельность. Принципы уголовного судопроизводства, как уже говорилось выше, закреплены в Конституции РФ, поэтому УПК РФ не может противоречить основному закону. Вместе с тем, не все принципы уголовного судопроизводства закреплены в Конституции, например: непосредственность и устность (ст. 240 УПК РФ), гласность(ст. 241 УПК РФ),неизменность состава суда (ст. 242 УПК РФ) не нашли в ней своего закрепления, вместе с тем имеют принципиальное значение для уголовного процесса, определяющее руководящие правила производства по уголовному делу в суде.

Принципы уголовного процесса – это основополагающие, руководящие правовые нормы, определяющие характер уголовного процесса, содержание всех его институтов, и выражающие взгляды о построении процессуального порядка, обеспечивающего справедливое правосудие по уголовным делам, эффективную защиту личности, ее прав, свобод, а также интересов общества и государства от преступных посягательств.

Система принципов уголовного судопроизводства включает в себя:

1) законность при производстве по уголовному делу;

2) осуществление правосудия только судом;

3) уважение чести и достоинства личности;

4) неприкосновенность личности;

5) охрана прав и свобод личности в уголовном судопроизводстве;

6) неприкосновенность жилища;

7) тайна переписки, телефонных и иных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений;

8) презумпция невиновности;

9) состязательность сторон;

10) обеспечение подозреваемому и обвиняемому права на защиту;

11) свобода оценки доказательств;

12) язык уголовного судопроизводства;

13) право обжалования процессуальных действий и решений.

1.2. Содержание принципов уголовного процесса

Законность (ст. 7 УПК РФ) – неукоснительное исполнение законов и соответствующих им иных нормативных актов всеми органами государства, должностными и иными лицами.

Законность - общеправовой принцип, закрепленный в ст. 1, 15, 49, 120 и 123 Конституции РФ и заключающийся в том, что властные функции в уголовном судопроизводстве могут осуществлять лишь специально уполномоченные на то государственные органы, которые осуществляют свою деятельность в строгом соответствии с действующим уголовно – процессуальным законодательством в пределах своей компетенции и применяют в своей деятельности законы, не противоречащие уголовно – процессуальному кодексу.[2]

Осуществление правосудия только судом (ст. 8 УПК РФ). Статья 118 Конституции устанавливает, что правосудие по уголовным делам в Российской Федерации осуществляется только судом. Только судебная власть, как одна из ветвей власти осуществляет полномочия по рассмотрению и разрешению уголовных дел.

Из этого принципа следует, что только на основании приговора, вынесенного судом в порядке, предусмотренном уголовно – процессуальным кодексом Российской Федерации, гражданин может быть признан виновным в совершении преступления и в его отношении может быть назначено наказание, предусмотренное уголовным законодательством. Никто не может лишить подсудимого права в рассмотрении дела в его отношении в порядке, предусмотренном УПК РФ.

Уважение чести и достоинства личности (ст. 9 УПК РФ). В ходе уголовного судопроизводства запрещаются действия и решения, унижающие честь лица, а также обращение, унижающее человеческое достоинство либо создающее опасность для жизни и здоровья лица, участвующего в уголовном процессе.

Никто из участников уголовного процесса не может подвергаться насилию, пыткам, а равно другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению.

Неприкосновенность личности (ст. 10 УПК РФ). Данный принцип говорит о том, что никто не может быть задержан по подозрению в совершении преступления или заключен под стражу при отсутствии на то законных оснований, предусмотренных уголовно - процессуальным кодексом. Без судебного решения лицо не может быть подвергнуто задержанию на срок более 48 часов.

Охрана прав и свобод личности в уголовном судопроизводстве (ст. 11 УПК РФ). На суд, прокурора, следователя, дознавателя законом возложена не только обязанность разъяснения всем без исключения лицам, участвующим в уголовном судопроизводстве их прав и обязанностей, ответственности за несоблюдение обязанностей, но самое основное – принятие всех мер для обеспечения возможности их осуществления. Лица, обладающие свидетельским иммунитетом, при согласии дать показания предупреждаются дознавателем, следователем, прокурором и судом о том, что их показания могут использоваться в качестве доказательств в ходе дальнейшего производства по уголовному делу.

Неприкосновенность жилища (ст. 12 УПК РФ). В соответствии со ст. 25 Конституции РФ жилище является неприкосновенным, никто не может в него проникнуть против воли проживающих в нем лиц иначе как в случаях, установленных федеральным законом, или на основании судебного решения.

Тайна переписки, телефонных и иных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений (ст. 13 УПК РФ). Любое ограничение прав гражданина на тайну переписки, телефонных и иных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений допускается только на основании судебного решения (ч. 2 ст. 23 Конституции РФ).

Презумпция невиновности (ст. 14 УПК РФ).[2] Данный принцип, как все остальные, закреплен в ст. 49 Конституции РФ и означает, что никто не может быть признан виновным до тех пор, пока его виновность не будет доказана в порядке, предусмотренном УПК РФ и установлена вступившим в законную силу приговором суда.

Обеспечение подозреваемому и обвиняемому права на защиту (ст. 16 УПК РФ). В данном принципе закреплена обязанность суда, прокурора, следователя и дознавателя разъяснить право на защиту обвиняемому и подозреваемому, осуществлять свою защиту лично или с помощью защитника и обеспечить возможность защищаться любыми, не запрещенными уголовно – процессуальным законом способами и средствами.

Свобода оценки доказательств (ст. 17 УПК РФ). Содержанием данного принципа является то, что никакие доказательства не имеют заранее установленной силы, т.е. все доказательства оцениваются судьей, присяжными заседателями, а также прокурором, следователем и дознавателем только лишь по своему внутреннему убеждению, руководствуясь при этом законом и совестью.

Язык уголовного судопроизводства (ст. 18 УПК РФ). Уголовное судопроизводство ведется на русском языке, а также на государственном языке входящих в Российскую Федерацию республик. В военных судах производство по уголовным делам ведется на русском языке. В том случае, если в уголовном процессе по конкретному делу участвуют лица, не владеющие или недостаточно владеющие языком, на котором ведется производство, органами, ведущими расследование, либо судом им должна быть обеспечена возможность, пользоваться услугами переводчика бесплатно.

Право обжалования процессуальных действий и решений (ст. 19 УПК РФ). В соответствии с законом, действия и решения суда, прокурора, следователя, органа дознания и дознавателя могут быть обжалованы в порядке, установленном уголовно – процессуальным кодексом.

Непосредственность и устность (ст. 240 УПК РФ). В судебном разбирательстве все доказательства по уголовному делу подлежат непосредственному исследованию, за исключением особого порядка принятия судебного решения при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением. Суд заслушивает показания подсудимого, потерпевшего, свидетелей, заключение эксперта, осматривает вещественные доказательства, оглашает протоколы и иные документы, производит другие судебные действия по исследованию доказательств.

Гласность судебного разбирательства (ст. 241 УПК РФ). Разбирательство уголовных дел во всех судах открытое, за исключением случаев, когда судом вынесено определение либо постановление о проведении закрытого судебного заседания по мотиву того, что может иметь место разглашение охраняемой федеральным законом государственной или иной тайны.

Неизменность состава суда (ст. 242 УПК РФ). Уголовное дело рассматривается одним и тем же судьей или в одном и том же составе суда, в котором было начато рассмотрение. Если кто-либо из судей лишен возможности продолжать участие в заседании, он заменяется другим судьей, и разбирательство уголовного дела начинается сначала.

1.3. Состязательность сторон (ст. 15 УПК РФ).

Важнейший принцип уголовного судопроизводства, определяющий его характер. Требования данного принципа, как Конституционного (ч. 3 ст. 123 Конституции РФ), распространяются на весь ход производства по уголовному делу, как на досудебные, так и судебные стадии. Смысл данного принципа состоит в том, что функции защиты и обвинения строго отделены друг от друга и один и тот же орган или должностное лицо не могут совмещать эти обязанности. При этом суд создает лишь условия для выполнения этого принципа, но никак не может становиться на какую – либо сторону, т.к. обе стороны - и обвинения, и защиты - равноправны перед судом.

Из вышесказанного можно сделать вывод, что состязательность – это такое построение судебного разбирательства (а также и досудебного производства по уголовному делу), в котором обвинение отделено от суда, решающего дело, и в котором обвинение и защита осуществляются сторонами, наделенными равными правами для отстаивания своих утверждений и оспаривания утверждений противной стороны.

Состязательность в уголовном процессе означает следующее:

1. Суд не связан доводами сторон и не имеет права принимать ни сторону обвинения, ни сторону защиты, должен быть независим, рассматривать дело объективно и беспристрастно. В противном случае суд (судья) подлежит отводу в соответствии с ч. 2 ст. 61 УПК РФ.

2. Стороны в уголовном процессе обладают равными правами, при этом ни одна из сторон не может совмещать одновременно противоположные функции (т.е. одна сторона не может быть в одном и том же уголовном деле стороной обвинения и стороной защиты).

3. Суд обязан обеспечить сторонам возможность осуществления своих прав по участию в доказывании своей позиции по предъявленному обвинению.

Одним из моментов состязательности уголовного процесса является возможность государственного обвинителя полностью или частично отказаться от предъявленного обвинения, в таком случае уголовное дело подлежит прекращению соответственно полностью либо частично (ч. 7 ст. 246 УПК РФ). С другой стороны, в случае признания обвиняемым (подсудимым) предъявленного ему обвинения, это влечет за собой применение особого порядка принятия судебного решения при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением (ст.ст. 314-315 УПК РФ).


Глава 2. Уголовный процесс России: истина и состязательность

2.1. Задачи уголовного процесса по достижению истины

Решение о том, должна ли в уголовном процессе достигаться истина, какие процессуальные формы в этой связи необходимы и допустимы, связано с тем, что признается задачами уголовного процесса, связано с его назначением.[3]

1. У государства есть право применять к виновным в совершении преступления уголовно-правовые санкции.

Это право государства опосредствовано в установленных им - в нормах уголовного права - запретах совершать деяния, признаваемые преступлениями, и праве органа государства - суда - применять меры уголовного наказания к виновным в нарушении этих запретов, к виновным в совершении преступления.

Наличие у государства права на наказание виновных в совершении преступлений обусловлено его обязанностью, имеющей (в России) конституционное значение: обязанностью признавать, соблюдать и защищать права и свободы человека и гражданина (ст.2 Конституции РФ), а равно защищать и иные ценности, признанные Конституцией РФ, гарантом которых является государство (суверенитет Российской Федерации, федеративное устройство, экономические устои и др.).

Для того чтобы названные право и обязанность государства были не декларативны, а реально осуществляемыми (исполнялись, применялись), необходим особый правовой механизм, обеспечивающий раскрытие преступлений, изобличение виновных в их совершении и наказание, необходим уголовный процесс.

Наличие у государства права на наказание виновных в совершении преступлений и реализация этого права через уголовный процесс издавна признавались российской правовой теорией. Так, Вл. Случевский писал: (Цель, к достижению которой стремится уголовный процесс, заключается в том, чтобы в каждом конкретном случае совершившегося преступления дать правовое осуществление наказанию. Уголовный процесс представляет собою, следовательно, тот путь, через который применяется уголовное законодательство страны).[4]

Уголовный процесс - путь применения уголовного законодательства страны. Этот вывод принципиален. Ограничусь в этой связи следующим.

Приведенное решение оправдывает - с точки зрения личных и публичных интересов - наличие в уголовно-процессуальном праве лишь таких норм, институтов, которые необходимы для реализации права государства на наказание виновных в совершении преступлений, но - только виновных в этом.

В соответствии с тем, что в Российской Федерации высшей ценностью признан человек, его права и свободы (ст.2 Конституции РФ), изобличение виновного в совершении преступления не может достигаться любой ценой. Обеспечивая исполнение уголовно-правовых норм о преступлении и наказании, уголовно-процессуальное право, уголовный процесс предусматривают порог допустимых с этой целью действий, решений, исходя из того, что: достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию (ст.21 Конституции РФ). Эти и другие положения Конституции РФ (например, ст.49, 51, 52), международно-правовые нормы предопределяют закрепление в уголовно-процессуальном законе многочисленных запретов, призванных ограждать права человека и гражданина на пути к раскрытию преступлений, изобличению виновных в их совершении (которые отражены в УПК РФ).

Из сказанного следует, что Уголовно-процессуальный кодекс РФ (далее - УПК РФ) должен не только определить, какие ценности охраняет и защищает уголовный процесс, но и указать, каким путем осуществляется такая охрана, защита.

"Половинчатым" поэтому является решение, предусмотренное в ст.6 УПК РФ (Назначение уголовного судопроизводства), поскольку в ней не указано, каким путем достигается в уголовном процессе защита названных в этой статье ценностей; не указан путь, специфичный для уголовного процесса: расследование и разрешение компетентными государственными органами уголовных дел при соблюдении порядка, установленного законом.

Вызывает при этом возражение отказ в УПК РФ от определения задач уголовного судопроизводства. Установление на законодательном уровне задач уголовного процесса важно тем, что такие задачи:

- программируют конкретное содержание норм УПК РФ, оправдывая наличие в нем таких правил, решений, которые корреспондируют задачам уголовного процесса. Представляется, что законодательная власть государства, провозгласившего себя правовым и демократическим (см. ст.1 Конституции РФ), не приняла бы такое определение задач уголовного процесса, которое оправдывало бы отказ от полного, всестороннего, объективного исследования обстоятельств дела, которое необходимо для установления подлинных обстоятельств уголовного дела или, например, не приняло бы превращение следователя в орган уголовного преследования, который, в силу этого, не служит обеспечению прав и законных интересов обвиняемого (или, по меньшей мере, умаляет такое значение его деятельности). То и другое, как известно, в УПК РФ имеется;

- законодательное определение задач уголовного процесса программирует в каждой конкретной ситуации деятельность суда, прокурора, следователя, дознавателя для того, чтобы эта деятельность отвечала данным задачам.

Представляется, что при определении непосредственных задач уголовного процесса России должно быть отражено, что эти задачи состоят: в обеспечении реализации, при наличии к тому оснований, норм уголовного права; путем расследования и разрешения уголовных дел компетентными государственными органами и должностными лицами; в режиме строгого исполнения закона, обеспечивая этим изобличение виновного в совершении преступления, его справедливое наказание (или освобождение от уголовной ответственности или наказания), недопущение привлечения к уголовной ответственности невиновных, их осуждение либо своевременное признание их невиновности; применение мер уголовно-процессуального принуждения лишь при действительной необходимости этих мер для раскрытия преступлений, изобличения виновных, соблюдая при этом гарантии, установленные Конституцией РФ, международно-правовыми актами (прецедентами Европейского суда по правам человека), УПК РФ, иными законодательными актами Российской Федерации. Возмещение или компенсация вреда, причиненного незаконными действиями государственных органов (должностных лиц) в уголовном процессе, - также задача уголовного судопроизводства. Задачи уголовного процесса России должны отражать баланс интересов раскрытия преступлений и обеспечения прав и законных интересов граждан в уголовном процессе.

Вывод о том, что уголовный процесс - путь реализации уголовно-правовых норм, исключает решение нормами УПК РФ вопросов, относящихся к предмету регулирования уголовного права. Отступление от этого грозит разнобоем в решении одной и той же правовой проблемы, что дестабилизирует правовые основания, правовой порядок деятельности по охране и защите прав личности, общества, государства от преступных посягательств; (ломает) правосознание следователей, прокуроров, судей, которое должно служить обеспечению единства их правоприменительной деятельности.

Возможно потому, что при разработке УПК РФ отказались от определения задач уголовно-процессуального закона, задач уголовного процесса, УПК РФ многократно вторгается в область уголовного права, давая при этом иное, чем в УК РФ, решение одного и того же вопроса. Это способно повлечь указанные негативные последствия.

Ограничимся лишь одним примером.

В числе иных уголовно-правовых вопросов УК РФ решает вопрос об освобождении от уголовной ответственности (см. гл.11 УК РФ). При этом, в ст.76 УК РФ предусмотрено освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим, если (при прочих, указанных в данной статье, условиях) речь идет о преступлении (небольшой тяжести). Данной статье в УК РФ корреспондирует в УПК РФ ст.25, которая допускает названное в ст.76 УК РФ решение - путем прекращения уголовного дела - и в отношении лиц, подозреваемых, обвиняемых в совершении преступления и (средней тяжести).

При разработке и принятии УПК РФ могла быть выявлена необходимость изменения уголовно-правовой (правовых) нормы (норм). Однако такое изменение допустимо лишь путем внесения соответствующих изменений (в установленном законом порядке) в УК РФ. Поскольку это не сделано, во всех случаях, когда УПК РФ (модернизирует) уголовно-правовую норму, отходит от решения, предусмотренного в УК РФ, применяться должна соответствующая статья (часть, пункт) УК РФ.

2. Исходя из вывода о том, что государственная власть (субъект права) обязана применять уголовное наказание к виновным в совершении преступлений, и только к ним, можно утверждать, что уголовный процесс должен служить обеспечению установления истины по уголовному делу.

Он должен служить тому, чтобы вывод суда (и органа расследования) об обстоятельствах дела - было ли совершено данное деяние, кем, при каких обстоятельствах, в силу каких мотивов, виновно ли лицо в совершении предусмотренного УК РФ преступления и др. - соответствовал действительности. Важно установить истину - признать виновным того, кто действительно виновен в совершении преступления[5] . Требование установления истины в уголовном деле - гуманистическое по своей сути.

Решение о том, что уголовный процесс в России должен служить установлению истины было исторически традиционным для российской уголовно-процессуальной науки. Его придерживалось большинство ученых, исследовавших уголовный процесс России, сложившийся по Уставу уголовного судопроизводства 1864 г.

Эти ученые заложили основы отечественной российской теории уголовного процесса в условиях, сходных с существующими ныне в том смысле, что и в 1864 г., и в современной России уголовно-процессуальное законодательство реформируется. Мнение этих ученых сохраняет актуальность.

Так, И.Я. Фойницкий признавал (в нашей степени верным) соображение о том, что (задача уголовного суда есть отыскание в каждом деле безусловной истины). Установление истины в уголовном процессе расценивалось как государственный интерес. "Государство, - писал Вл. Случевский, - сосредоточившее в своих руках судебную власть, заинтересовано в том, чтобы постановленное судебное решение было согласно с истиной и чтобы оно в общественном сознании воспринималось как таковое". "Интересы государства требуют, - писал С. В. Позднышев, - чтобы наказание применялось во всех тех случаях, когда оно по закону должно быть применено... уголовное правосудие должно быть организовано так, чтобы наказание поражало лишь тех и лишь в такой степени, на кого и как оно должно падать согласно велениям уголовного закона. Для достижения вышеозначенной цели уголовный суд должен стремиться в каждом судимом деле раскрыть объективную, материальную истину...". Разделяя вывод о том, что установление истины по уголовному делу - интерес государства, важно учитывать, что это и интерес гражданина, занимающего соответствующее процессуальное положение.

Лаконично, но содержательно сформулировал свою позицию С.И. Викторский: "То, что признается судьей, должно быть согласно с действительностью, должно быть истиною". Нельзя, однако, не отметить, что "признаваемое судьею" - в силу презумпции невиновности (важность которой С.И. Викторский не умаляет), включающей требование толкования неустранимых сомнений в пользу обвиняемого, - может и не соответствовать действительности.

После 1917 г. проблема истины в уголовном процессе постоянно привлекала внимание ученых, оставляя при этом место и для дискуссий.

Известно, что А.Я. Вышинский считал, что для суда достаточна "максимальная степень вероятности". С.А. Голунский, М.А. Чельцов также полагали вероятное знание достаточным по уголовным делам. Такую позицию позднее эти ученые изменили, признав, что в уголовном судопроизводстве требуется установление обстоятельств дела в их соответствии с действительностью.

Отрицание необходимости достижения по уголовным делам истины подверглось обстоятельной, доказательной критике.

Существен тот факт, что в учебниках, курсах по уголовному процессу, написанных разными авторскими коллективами, отстаивалась и отстаивается необходимость достижения истины по уголовным делам. Этот факт важен тем, что учебная литература, позиции, отстаиваемые в ней, оказывают серьезное влияние на формирование правосознания будущих правоприменителей: судей, прокуроров, следователей.

В период разработки проекта УПК РФ возобновилась дискуссия о том, должен ли уголовный процесс обеспечивать установление истины; необходима ли она в уголовных делах. Некоторые из правоведов отвечали на этот вопрос отрицательно.

Существует мнение о том, что установление истины отвечает в первую очередь интересам государства, а не обвиняемого, что установление истины - не интерес защитника. Это мнение правильно, если презюмировать, что каждый обвиняемый - преступник, или что не бывает случаев предъявления обвинения в преступлении более тяжком, чем действительно совершенное обвиняемым. Но такая презумпция не соответствует следственной, судебной практике. Обвиняемый, его защитник могут быть заинтересованы в установлении истины. Таковы случаи чистосердечного раскаяния обвиняемого, виновного в совершении преступления. Бесспорно другое: обвиняемого, подозреваемого, защитника нельзя принуждать к сотрудничеству с лицами, осуществляющими уголовное преследование в установлении истины по уголовному делу.

В связи с проблемой истины в уголовном процессе показательны изменения, вносившиеся в проекты УПК РФ: от признания установления истины по уголовному делу принципом процесса до полного отказа даже от упоминания о ней во всех 473 статьях УПК РФ. Это - не случайность. УПК РФ не создает надежной системы гарантий установления истины по уголовному делу.

Сказанное - отнюдь не отрицание того, что многие правила, в том числе имеющие принципиальное значение, предусмотренные УПК РФ, могут служить установлению истины по уголовному делу. В их числе, например, столь важные, как наделение сторон в судебном разбирательстве равными правами (ст.244 ); решение о допустимых видах источников доказательств (ч.2 ст.74 ); правила о недопустимости доказательств (ч.1 ст.75 ); требование проверки доказательств (ст.87 ); принцип свободной оценки доказательств (ст.17 ); требование мотивированности приговора (обвинительного и оправдательного, ст.305 , 307 ); институт отводов (гл.9 УПК РФ) и др.

Наряду с этим, УПК РФ не содержит ряда необходимых для установления истины правил; вводит такие правила, действующие в досудебных и судебных стадиях процесса, которые не служат обеспечению установления истины по уголовному делу.

По УПК РФ дознаватель, следователь, прокурор, суд не несут обязанности исследовать обстоятельства дела полно, всесторонне, объективно. Между тем, названное - необходимый путь познания, если его цель - истина. Состязательность и равноправие сторон "по УПК РФ - в стадии судебного разбирательства" не могут восполнить отсутствие такой обязанности.

Пожалуй, наиболее серьезные опасения вызывает то, что УПК РФ будет надежно "работать" на установление истины, как определено законом процессуальное положение следователя, дознавателя. Следователь, дознаватель - орган обвинения, субъект, деятельность которого нацелена на изобличение обвиняемого, подозреваемого в совершении преступления. Он не вправе брать на себя функцию защиты (см. гл.6, ст.38, ч.2 ст.15 УПК РФ). Установление в законе круга обстоятельств, подлежащих доказыванию, включение в их совокупность обстоятельств, предусмотренных в п.5, 6, 7 ст.73 УПК РФ, не умаляют высказанного опасения, ибо к установлению "обстоятельств, подлежащих доказыванию", следователь будет подходить с позиции органа, осуществляющего уголовное преследование.

Отмеченное усугубляется установленными в УПК общими правилами проведения допроса "наиболее распространенного следственного действия по собиранию и проверке доказательств", которые освободили следователя от обязанности выслушать все, что известно допрашиваемому по обстоятельствам дела (т. е. от обязанности начинать допрос со свободного рассказа допрашиваемого лица), позволяя следователю ограничиться постановкой допрашиваемому соответствующих вопросов (см. ч.2 ст.189 УПК РФ). На выбор таких вопросов будет влиять, естественно, функция следователя: изобличать обвиняемого, подозреваемого в совершении преступления.

Оценивая сказанное, учтем, что при собирании, проверке доказательств в ходе расследования нет, по УПК РФ, равенства прав стороны обвинения "следователь, дознаватель" и стороны защиты "подозреваемый, обвиняемый, защитник".

Возможность установления истины умаляется также следующим.

УПК РФ вообще отказался от института возвращения дела на дополнительное расследование при его неполноте. И это при том, что в процессуальных формах судебного разбирательства не могут быть восполнены пробелы в собирании доказательств, если это связано с их поиском. УПК Франции, озабоченный установлением истины в суде, установил: "Председатель, если следствие представляется ему неполным или если по окончании следствия были обнаружены новые обстоятельства, вправе распорядиться о производстве любых следственных действий, которые он сочтет необходимым. Эти действия производятся либо председателем, либо одним из асессоров или следственным судьей" (ст.283) .

Оценивая указанное, следует учесть, что односторонность и неполнота дознания, предварительного или судебного следствия не дают ныне сторонам права (ст.369, 379 УПК РФ), в том числе потерпевшему, обжаловать приговор в апелляционном или кассационном порядке по этому основанию.

Данная ситуация не может служить и основанием для отмены приговора в кассационном порядке (ст.369, 379 УПК РФ), что противоречит задаче установления истины.

Значение апелляционного, кассационного производства (которое должно предотвращать исполнение обвинительного приговора, если доказанность вины подсудимого, установление истины по делу более чем сомнительны) снижено тем, что при названной проверке не действует ревизионное начало (ч.2 ст.369 УПК РФ).

Нельзя не отметить также, что глава 40 УПК РФ, предусматривающая особый порядок принятия судебного решения при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением, не может (в силу содержащихся в ней правил) гарантировать установление истины и притом в ситуации, когда суд признает подсудимого виновным. Установленная в главе 40 УПК РФ процедура - отход от таких принципиальных решений, предусмотренных в УПК РФ и необходимых для установления истины, как признание обвиняемым своей вины, - рядовое доказательство; оно может быть положено в основу обвинительных выводов лишь при подтверждении его виновности совокупностью имеющихся по уголовному делу доказательств; данное доказательство требует проверки и оценки, как и все другие доказательства (см. ст.17, ч.1 ст.77, ст.89, ч.1 ст.88 УПК РФ).

3. Проблема истины в уголовном процессе (как и многие другие проблемы, имеющие принципиальное значение, и прежде всего, положение личности, гражданина в уголовном судопроизводстве) связана с началом состязательности, важность которой несомненна.

2.2. Состязательность уголовного процесса

В Конституции РФ установлено: "Судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон" (ч.2 ст.123).

Предусмотрев названное принципиальное начало, Конституция РФ не определила, не раскрыла его конкретное содержание. Это - задача отраслевого законодательства, УПК РФ. Решаться она должна с учетом других конституционных решений, относящихся к правосудию, а равно с учетом того, что трактовка состязательности как в уголовно-процессуальной теории, так и в законодательстве, практике различных государств не едина. Последнее ставило перед законодателем задачу учесть эти различия, учесть исторический опыт уголовно-процессуального законодательства России и определить, что есть состязательность.

Предваряя принятие Устава уголовного судопроизводства (УУС), император Александр II повелел Соединенным департаментам Государственного совета определить "основные начала" судебной реформы, включая и уголовное судопроизводство. Основные положения "начала" были утверждены Александром II. Они предопределили разработку УУС: его направленность, понятие состязательности, всех конкретных положений этого акта. Остается сожалеть, что этот исторический российский опыт законодательных работ не был востребован. Депутатам Государственной Думы не была предоставлена возможность до принятия УПК РФ (состоящего из 473 статей со множеством частей и пунктов, отсылок) обсудить и принять компактный документ, которым могла бы быть концепция УПК РФ (которая не тождественна концепции судебной реформы), что дало бы возможность депутатам обстоятельно вникнуть в существо тех принципиальных положений, которые программировали бы содержание УПК РФ, связывая ими разработчиков проекта названного акта.

Отметим и следующее. Еще до того как данную проблему (понятие состязательности) решил законодатель, Конституционный Суд РФ принял ряд постановлений, в которых, при решении ряда конкретных уголовно-процессуальных вопросов, исходил из своего представления о состязательности. Нельзя при этом не отметить, что Конституционным Судом РФ не было реализовано право, предоставленное ему ч.4 ст.3 Закона "О Конституционном Суде Российской Федерации"; им не было дано толкование ч.3 ст.123 Конституции РФ. Таким образом, позиция законодательной власти была предопределена (применительно к началу состязательности) лишь теми конкретными решениями, которые содержатся в постановлениях Конституционного Суда РФ. За этими пределами законодательная власть была свободна в определении, в трактовке начала состязательности.

Известно, что проект УПК РФ, который стал федеральным законом, отходит от того понятия состязательности, которого традиционно придерживалось большинство ученых-процессуалистов до 1917 г., также принятого в европейских странах (Франция, Германия и др.).

В России исторически сложился (и до недавнего времени существовал) так называемый смешанный тип уголовного процесса, сближавший уголовное судопроизводство России с уголовным судопроизводством европейских стран. При таком построении процесса состязательность и равноправие сторон не исключают активности суда (и прежде всего в доказывании). У Вл. Случевского читаем: "Начало судебного состязания сторон, - рассуждали составители уставов, - не исключает самодеятельности суда... и не обязывает его решать дело только по тем данным, которые представлены сторонами, но требует единственно того, чтобы по всем сведениям, относящимся к делу, сторонам была предоставлена возможность судебного состязания. Задача уголовного суда - есть открытие в каждом деле безусловной истины. В стремлении к этой цели, суд уголовный не может принимать в уважение желания сторон, ни того, что сам подсудимый не хочет оправдывать свою невиновность, ни того, что сам обвинитель потворствует виновному...".

Состязательность - не самоцель. Она оправданна, нужна, важна потому, что состязательность равноправных сторон, не обрекая при этом суд на пассивность, - наиболее надежный правовой инструмент, обеспечивающий признание гражданина виновным в совершении преступления, если это соответствует действительности, обеспечивающий установление истины. Противоречит интересам гражданина, публичным интересам наполнение начала состязательности таким содержанием, такими конкретными, якобы вытекающими из состязательности уголовно-процессуальными решениями, правилами, которые противоречат названному.

Существен тот факт, что УПК РФ не исключает участие суда в доказывании (глава 37 (Судебное следствие)). При этом установлен порядок участия суда в допросе подсудимого, потерпевшего, свидетелей, соответствующий началу состязательности (ч.3 ст.375, ч.3 ст.278 УПК РФ). Вместе с тем, в области доказывания в УПК РФ во имя состязательности предусмотрены и такие правила, которые ставят суд в зависимое от сторон положение, что может негативно повлиять на установление истины. Так, судья удовлетворяет ходатайство сторон об исключении доказательства, если против него не возражает другая сторона, даже не вникая в то, есть ли к этому основания, предусмотренные законом (ч.5 ст.234); оглашение в судебном разбирательстве показаний подсудимого, которые были даны им при производстве расследования, допустимо лишь по ходатайству стороны (ст.276), а показаний свидетеля, потерпевшего - с согласия стороны (ст.281). Не определено, вправе ли суд по своей инициативе произвести в судебном следствии осмотр местности, помещения, следственный эксперимент, предъявление для опознания, свидетельствование (ст.287-290).

Было отмечено, что применительно к состязательности участники уголовного процесса разделены в УПК РФ на сторону обвинения и сторону защиты (главы 6, 7). Если это так, то сторона обвинения (следователь, дознаватель) и сторона защиты (обвиняемый, подозреваемый, защитник) должны пользоваться равными правами в доказывании. Это прямо предписывает ч.3 ст.123 Конституции РФ, но это не реализовано в УПК РФ.

Отходить от требований Конституции РФ нельзя. Это диктует, как представляется, необходимость выбора: или отказаться от свойственного смешанному типу уголовного процесса конструирования предварительного расследования (существующего в России с 1864 г.), или признать, что органы расследования не входят в число участников процесса на стороне обвинения.

Естественно, что ломка исторических традиций, отказ от сложившегося в России с 1864 г. порядка предварительного расследования возможны лишь при том условии, если такая необходимость будет доказательно подтверждена преимуществами досудебного производства в уголовном процессе англо-саксонского типа. Такая возможность весьма сомнительна. Нельзя также не учитывать (заимствуя зарубежный опыт) те конкретные условия, которые существуют в России и характерны для нее.

Получило достаточно широкое распространение мнение о том, что если суд своими действиями, по своей инициативе будет содействовать установлению обстоятельств дела в соответствии с действительностью, он неизбежно будет выполнять или функцию обвинения, или функцию защиты, будет раздваиваться. Так, утверждается, что (при неумении прокурора осуществлять свою работу достаточно качественно, суд не должен приходить ему на помощь, так как тем самым возлагает на себя функцию обвинения. Отсюда определенная пассивность суда в исследовании доказательств как непременный атрибут состязательности в уголовном процессе).

Хотелось бы получить ответ на вопрос: зачем нужен такой (непременный атрибут состязательности), если он содействует тому, что преступник не будет изобличен, а интересы пострадавшего не будут защищены? Не следует забывать, что ст.6 УПК РФ, определяя назначение уголовного судопроизводства, усматривает его и в защите потерпевшего... Утверждается далее, что если при бездеятельности прокурора, суд своими действиями способствует объективному (!) исследованию обстоятельств дела, тем самым "он приходит на помощь" прокурору. Таким образом, исключается сама мысль о том, что, содействуя своими действиями установлению истины, суд не приходит на помощь прокурору, в другом же случае - защитнику, подсудимому (осуществляя то функцию уголовного преследования, то функцию защиты): он приходит на помощь истине, действуя (в соответствии со ст.118 Конституции РФ) как орган правосудия.

Сказанное свидетельствует о необходимости определить в УПК РФ не только функцию обвинения (уголовного преследования) и функцию защиты, что сделано. В УПК РФ необходимо определить, какова функция суда, конкретно при этом ее раскрыв. Статья 8 УПК (Осуществление правосудия только судом) эти задачи не решает.

Представляется, что УПК РФ нуждается в изменениях для того, чтобы установленный им порядок уголовного судопроизводства надежно служил установлению истины (соблюдая при этом баланс интересов личных и публичных), что не исключает необходимости состязательности и равноправия сторон.

2.3. Принцип состязательности в уголовном процессе: значение и пределы действия

В УПК РФ возобладал принцип "чистой" состязательности. Исключен существовавший ранее принцип всесторонности, полноты и объективности исследования обстоятельств дела (ст. 20 УПК РСФСР). Следователь (дознаватель) осуществляет лишь уголовное преследование. Суд не вправе по собственной инициативе совершать какие-либо исследовательские действия - даже в рамках предъявленного обвинения (исключение сделано лишь для судебной экспертизы - ст. 283 УПК РФ). И вообще суд не обязан предпринимать каких-либо мер к установлению истины по делу, он лишь "создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав" (ч. 3 ст. 15 УПК).[6]

Хорошо ли это? Всякий принцип должен максимально содействовать достижению конечных целей уголовного процесса, именно для этого он и существует. Таких целей ровно три (можно, конечно, насчитать и больше, но это будет дробление указанных трех).

Первая цель - установление истины по делу и принятие на этой основе правильного и справедливого решения. Это именно первая и основная цель уголовного процесса. Если истина не достигнута, то ни о какой справедливости или иной пользе не может быть и речи. Виновный уйдет от ответственности, причиненный вред не будет возмещен либо, что еще хуже, будет привлечен к ответственности невиновный. Как бы мы такой результат ни назвали - формальной истиной, юридической или какой-то иной, это ровным счетом ничего не изменит. Знание останется неполным (в лучшем случае) или ошибочным (в худшем). Поэтому все это игра в слова, иллюзия, самообман.

Вторая цель - соблюдение прав личности при осуществлении судопроизводства.

Восстановление нарушенного права, назначение справедливого наказания - все это охватывается первой целью, выполняется автоматически при ее достижении. Тем не менее вторая цель - самостоятельная задача уголовного процесса. Истина должна быть достигнута не любой ценой, а лишь соразмерными средствами, не ущемляющими без необходимости права личности (хотя полностью избежать принуждения невозможно, в том числе и к лицам, заведомо не причастным к преступлению, например к свидетелям).

И третья цель - воспитательно-предупредительное значение уголовного процесса (общая и частная превенция).

Указанные цели не являются абсолютными и неизменными, они менялись в различные исторические эпохи и могут различаться в разных странах. В средневековом процессе, например (особенно в инквизиционном), фактически отсутствовала вторая цель и превалировала третья (точнее, крайняя ее форма - устрашение). С изменением целей менялись и принципы уголовного процесса, порой на прямо противоположные (так было, например, с презумпцией невиновности).

Насколько же способствует закрепленная в УПК РФ форма состязательности достижению указанных целей уголовного процесса?

Содействует ли она установлению истины? Ни в малейшей мере. Суд не вправе ступить ни шагу для пополнения совокупности доказательств без соизволения на то сторон (за исключением, как было сказано, назначения экспертизы). Таким образом, он не может восполнить даже явные и легко устранимые пробелы. (Конечно, на практике в таких случаях найдутся лазейки вроде неофициальных разговоров в перерыве с прокурором, но это именно лазейки, а не правовое решение вопроса.)

Помогает ли такая состязательность защите прав и интересов сторон?

Тоже нет. Опять же простой пример. Осужденный вследствие юридической неосведомленности не смог квалифицированно составить кассационную жалобу, не указав в ней ряд обстоятельств, свидетельствующих в его пользу. Суд кассационной инстанции не может выйти за пределы этой жалобы и принять решение в пользу осужденного даже при наличии для этого явных оснований.

И еще одно обстоятельство. Принципы уголовного процесса не должны противоречить не только его целям, но и другим принципам. В случаях же, когда такое противоречие имеется, закон устанавливает соответствующие ограничения в действии этого принципа. Так, существуют многочисленные изъятия из принципа гласности, вызванные действием других, более важных принципов (неприкосновенность личной жизни, личная безопасность и т.п.). Принцип состязательности в существующей ныне форме тоже если и прямо не противоречит, то, во всяком случае, слабо согласуется с некоторыми принципами, прежде всего с принципом оценки доказательств и принятия решений по внутреннему убеждению судьи и даже с принципом осуществления правосудия только судом. Действительно, что это за орган правосудия, по рукам и ногам связанный волеизъявлением сторон, нередко вынужденный принимать решения на основе заведомо недоброкачественного материала? Где его самостоятельность и независимость? Может ли функция правосудия быть сведена к определению сильнейшего в состязании и присуждению приза победителю, как это имеет место в спортивном судействе?

Изложенное вынуждает поставить общий сакраментальный вопрос: а нужна ли такая состязательность в уголовном процессе? Что от нее больше - пользы или вреда? И как и почему она появилась?

Начну с последнего. Основная причина - психологическая, осознанное или подсознательное стремление разрушить все старое и заменить чем-то другим, прямо противоположным. И отсюда явный перекос даже по сравнению с другими странами, в том числе США, на которые явно или неявно ориентировались разработчики УПК. В качестве грустного курьеза можно привести такой факт. Даже в гражданском и арбитражном процессах, где в отличие от уголовного превалирует не публичное, а частное начало, суд может по собственной инициативе выйти за рамки представленной сторонами совокупности доказательств и обязать их представить дополнительные, а в случае необходимости оказать им в этом помощь (ст. 57 ГПК РФ, ст. 66 АПК РФ). И только в уголовном процессе, где, казалось бы, на первом месте должен быть публичный интерес, суд не может и пальцем пошевелить, чтобы пополнить имеющуюся совокупность доказательств. Вот до чего можно дойти в разрушительном азарте!


Заключение

Какую же функцию выполняет принцип состязательности в его нынешней форме? Представляется, что мы имеем дело с интересным феноменом - когда какой-то общественный институт начинает работать сам на себя.

Такие ситуации в обществе не редкость. Так, сейчас имеется немало стран, где не армия существует для общества, а общество для армии.[7]

А уж примеров, касающихся формальных правил - тьма. И в советский период, и после существовало немало правил, смысл которых давно забыт или был неясен с самого начала и которые действовали только в силу своего существования. Но форма не может быть самоцелью. Она нужна только для того, чтобы обслуживать содержание (здесь Маркс был совершенно прав). Принцип состязательности тоже не может иметь самодовлеющего значения. Это не тот принцип, на который нужно молиться. Он не относится к числу незыблемых принципов - таких, как презумпция невиновности, осуществление правосудия только судом. Он определяет, прежде всего, технологию уголовного процесса и должен применяться только в тех пределах, в которых не противоречит конечным целям уголовного процесса и другим, более универсальным принципам. И сфера его применимости определяется только целесообразностью.

Поэтому состязательность в уголовном процессе должна не исключать, а предполагать активность суда в собирании доказательств и его обязанность принимать все меры к установлении истины по делу (подчеркну еще раз - в рамках предъявленного обвинения). Только в такой трактовке этот принцип будет находиться в гармонии с другими принципами и с конечными целями уголовного процесса.

Библиографический список литературы

1. Конституция РФ, 1993 г.

2. Уголовно-процессуальный кодекс РФ (УПК РФ) от 18 декабря 2001 г. N 174-ФЗ (с изменениями от 29 мая, 24, 25 июля, 31 октября 2002 г., 30 июня, 4, 7 июля, 8 декабря 2003 г., 22 апреля, 29 июня, 2 декабря 2004 г.)

3. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) (под общей ред. В.И.Радченко) - М.: Юстицинформ, 2004. Комментарий к статье 225

4. Уголовный кодекс РФ от 13 июня 1996 г. N 63-ФЗ (с изм. и доп. от 27 мая, 25 июня 1998 г., 9 февраля, 15, 18 марта, 9 июля 1999 г., 9, 20 марта, 19 июня, 7 августа, 17 ноября, 29 декабря 2001 г., 4, 14 марта, 7 мая, 25 июня, 24, 25 июля, 31 октября 2002 г., 11 марта, 8 апреля, 4, 7 июля, 8 декабря 2003 г., 21, 26 июля 2004 г.)

5. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Под ред. Ю.И. Скуратова и В.М. Лебедева. М., 1996. С. V.

6. Безлепкин Б.Т. Уголовный процесс в вопросах и ответах: Учеб. пособие – 2-е изд. – М.: ТК Велби, Изд-во Проспект, 2003;

7. Бражник Ф.С. // Уголовное право. 2000. N 3. С. 6-10.

8. Власова Н.А. Уголовный процесс – М.: ИД «Юриспруденция», 2003;

9. Жуйков В. М. Судебная защита прав граждан и юридических лиц. — М.: Юридическое бюро “Городец”, 1997. — 320 с.

10. Закон: создание и толкование / Под ред. А. С. Пиголкина. — М.: Спарк, 1998. — 283 с.

11. Лупинская П. А. «Уголовно-процессуальное право», М., 1997.

12. Ожегов С.И. Словарь русского языка: Ок. 57000 слов/ Под ред. чл.-корр. АН СССР Н.Ю. Шведовой. – 20-е изд., стереотип. – М.: Рус. яз., 1988. – С. 483.

13. Краткий юридический словарь / М.Е. Волосов, В.Н. Додонов, В.Е. Крутских, В.П. Панов. – М.: ИНФРА-М., 2003. – С. 79.

14. Уголовный процесс России: истина и состязательность (Э.Ф. Куцова, "Законодательство", N 9, сентябрь 2002 г.)

15. Хрестоматия по уголовному процессу России: Учебное пособие / Автор-составитель Э.Ф. Куцова. М., 1999. С.15 (далее - Хрестоматия).

16. Мурядьян Э.М. Истина как проблема частного права. М., 2002.

17. Принцип состязательности в уголовном процессе: значение и пределы действия (Ю. Орлов, "Российская юстиция", N 2, февраль 2004 г.)

18. Уголовный процесс: Учебник для студентов юридических вузов и факультетов. — М.: Зерцало, 1997. — 509 с.


[1] Принцип – основное, исходное положение какой-нибудь теории, учения, науки и т.п. См. Ожегов С.И. Словарь русского языка: Ок. 57000 слов/ Под ред. чл.-корр. АН СССР Н.Ю. Шведовой. – 20-е изд., стереотип. – М.: Рус. яз., 1988. – С. 483.

[2] Краткий юридический словарь / М.Е. Волосов, В.Н. Додонов, В.Е. Крутских, В.П. Панов. – М.: ИНФРА-М., 2003. – С. 79.

[3] Уголовный процесс России: истина и состязательность (Э.Ф. Куцова, "Законодательство", N 9, сентябрь 2002 г.)

[4] Хрестоматия по уголовному процессу России: Учебное пособие / Автор-составитель Э.Ф. Куцова. М., 1999. С.15 (далее - Хрестоматия).

[5] Мурядьян Э.М. Истина как проблема частного права. М., 2002.

[6] Принцип состязательности в уголовном процессе: значение и пределы действия (Ю. Орлов, "Российская юстиция", N 2, февраль 2004 г.)

[7] Принцип состязательности в уголовном процессе: значение и пределы действия (Ю. Орлов, "Российская юстиция", N 2, февраль 2004 г.)

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий