Смекни!
smekni.com

Поклонение богу в духе и истине (стр. 4 из 8)

4. Об иконопочитании

И вновь повторим уже цитированный выше 4-й стих 20-й главы книги Исход: "Не делай себе кумира и никакого изображения того, что на небе вверху, и что на земле внизу, и что в воде ниже земли". Означает ли этот стих абсолютный запрет на изображение святыни? Нет, ибо третья книга Царств повествует о том, что на стенах Иерусалимского храма были изображены херувимы и пальмовые деревья (3 Цар. 6, 29). Херувимы обитают на небе, а пальмовые деревья растут на земле, хотя библейская заповедь настрого запрещает делать изображения того, что на небе и на земле. Что это - противоречие? Нет, мы знаем, что богодухновенная Книга Книг не может быть внутренне противоречивою.
"Идол в мире ничто" (1 Кор. 8, 4), - читаем в Священном Писании. В природе (ни земной, ни небесной) не существует ни Зевсов, ни Астарт, ни Артемид... Есть только идолы, которые ни на что реально не указывают и которые суть ничто. Изображения Ангела, Херувима, Серафима указывают на духовную реальность горнего мира. Если идол есть ничто, то Священное изображение есть образ, указывающий на первообраз. В этом заключается принципиальное отличие идола от образа и смешивать их - значит не понимать смысла и предназначения Библии, представляя ее внутренне противоречивой книгой.
Почему в ветхозаветном храме преобладали изображения ангельских сил? Очевидно, потому, что тогда иным образом Господь не открывал Себя в Ветхом Завете.
Обратимся к встрече Авраама с Господом, Который явился в образе трех странников. Авраам, обращаясь к трем Спутникам, говорит: "Владыка! Если я обрел благоволение пред очами Твоими, не пройди мимо раба Твоего" (Быт. 18, 3).
Господь принял облик ангельский, посему евреи, зная только этот зримый образ, почитали Ангелов. Расписывая стены своих храмов, они памятовали, что сей образ принимал Сам Господь и носители Его воли - Ангелы.
Мы, христиане, знаем Бога не только в ангельском обличье. Он явил Себя человечеству в воплощении, когда, сойдя на землю, принял "зрак раба", при этом в Нем пребывала "полнота Божества телесно" (Кол. 2, 9). Чем же погрешают православные, почитая этот образ в своих храмах? Разумеется, сектанты немедленно процитируют вам из Нового Завета: "Бога никто никогда не видел" (1 Ин. 4, 12). Да, в сущность Божества никому не дано проникнуть, и Писание говорит нам здесь о сокровенном глубинном бытии Божием - Которого действительно никак невозможно изобразить. Православные и не стремятся к этому, изображают то, что дано видеть святым и Ангелам, ибо сказано: "Великая благочестия тайна. Бог явился во плоти, оправдал Себя в Духе, показал Себя Ангелам" (Тим. 3, 16). Таким, каким могли Его лицезреть Ангелы и люди после Его воплощения, православные и изображают.
Напоминают сектанты также слова Второзакония: "Твердо держите в душах ваших, что вы не видели никакого образа в тот день, когда говорил к вам Господь на Хориве из среды огня, дабы вы не развратились и не сделали себе изваяний, изображений какого-либо кумира, представляющих мужчину или женщину" (Втор. 4, 15-16). Этим нам указано только о том, что тогда на горе Синай Бог не явил Своего видимого облика (Исх. 20, 16). Зато весь народ видел гору и пламя, и в сем случае Богу не требовалось иного доказательства Своего присутствия.
Иудеи слишком легко соблазнялись, посему Господь запретил им делать изображения, которые всегда приобретали у них идольские начала. "Перед ложными изображениями они закалывали детей своих для идолов своих и в тот же день приходили в святилище Мое, чтобы осквернить его" (Иез. 23, 39).
Вскоре уже по выходе из Египта иудеи отлили себе золотого тельца и "поклонялись ему, и приносили жертвы и сказали: вот Бог твой, Израиль, который вывел тебя из земли Египетской" (Исх. 32, 4). Иудеи многажды уподоблялись язычникам, "научились делам их, служили истуканам их, которые были для них сетью. И приносили сыновей своих и дочерей своих в жертву бесам; проливая кровь невинную, кровь сыновей своих и дочерей своих, которых приносили в жертву идолам Ханаанским" (Пс. 105, 35-38). "Они прелюбодействовали, и кровь на руках их, и с идолами своими прелюбодействовали" (Иез. 23, 37). Вот откуда происходит ветхозаветное запрещение Господа делать изображения мужчины и женщины, изготавливать из дерева, золота и других материалов предметы поклонения. Из чего, однако, не следует, что Господь запрещает вообще иметь изображения. Напротив, Он является Своему народу именно среди рукотворной святыни, преклонение пред которой ограждает народ от совращения в язычество.
Вот какие повеления в связи с этим дает Господь Моисею: "Сделай из золота двух херувимов; чеканной работы сделай их на обоих концах крышки... И положи крышку на ковчег сверху; в ковчег же положи откровение, которое Я дам тебе. Там Я буду открываться тебе и говорить с тобой под крышкою, посреди двух херувимов, которые над ковчегом откровения" (Исх. 25, 18-22).
Перед ковчегом совершались поклонения и благодатные приношения. Так, Иисус Навин "разодрал одежды свои, пал лицом своим на землю пред ковчегом Господним и лежал до самого вечера, он и старейшины Израилевы и посыпали прахом головы свои" (Ис. Нав. 7, 6).
Перед ковчегом завета совершались всесожжения и приносились жертвы (3 Цар. 3, 15). Сам Господь объясняет, как следует совершать сие: "сказал Господь Моисею: возьми себе благовонных веществ: стакти, ониха, халвана душистого и чистого ливана, всего поровну. И сделай из них искусством составляющего масти курительный состав, стертый, чистый, святый, и истолки его мелко и полагай его перед ковчегом откровения в скинии собрания, где Я буду открываться тебе: это будет святыня для вас. Курения, сделанного по сему составу, не делайте себе: святынею да будет оно у тебя для Господа. Кто сделает подобное, чтобы курить им, истребится из народа своего" (Исх. 30, 34-38). Писание свидетельствует, что перед священными изображениями молились, воскуривали фимиам, воспевали, зажигали светильники.
Итак, очевидно, что ветхозаветное Писание запрещает делать изваяния ложные, но признает допустимость изображений истинных. В этом случае сектанты, предпочитая "забыть" о Ветхом Завете, апеллируют к Новозаветным текстам, в которых якобы нет прямых указаний о поклонении перед образами. Но они в Новом Завете есть, и при внимательном рассмотрении только подтверждают необходимость богопочитания через вещественные образы. Апостол Павел пишет: "Еще не открыт путь во святилище, доколе стоит прежняя скиния. Она есть образ настоящего времени, в которое приносятся дары и жертвы, не могущие сделать в совести совершенным приходящего, и которые с яствами и питиями, и различными омовениями и обрядами, относящимися до плоти, установлены были только до времени исправления" (Евр. 9, 8-10).
Ветхозаветные обряды и жертвоприношения имели место до времени Новозаветной Благодати, после наступления которой даны были обряды и жертвы, относящиеся к Духу. Новозаветные обряды и жертвы (Таинства) очищают человеческую душу от греха, чего не могли сделать ветхозаветные. Вот в чем смысл упомянутого евангельского стиха.
В том же послании Апостол пишет: Христос "отменяет первое, чтобы постановить второе" (Евр. 10, 9). Но здесь ни слова не говорится о запрете изображений и видимой святыни. Полностью прочитав 10-ю главу Послания, мы убедимся, что Апостол ведет речь о запрещении именно ветхозаветных жертв, которые не могли "сделать совершенными приходящих с ними" (Евр. 10, 1). "Ибо невозможно, чтобы кровь тельцов и козлов уничтожала грехи" (Евр. 10, 4). Ветхозаветные, не спасающие человека кровавые жертвы были заменены спасительной жертвой, принесенной на Кресте.
Исправление не есть уничтожение - но замена несовершенной части другой - более совершенной. Человек, исправляя свой дом, не разрушает его, а заменяет ветхие его части новыми [240].
Так, в Новом Завете безблагодатное ветхозаветное обрезание, указывавшее древним иудеям на необходимость "обрезания" сердечных пороков, заменено таинством Крещения. Точно так же безблагодатное священство - благодатным. Празднование субботнего дня - воскресным. Жертвы кровавые - жертвою Христа с последующим совершением бескровных жертв [241].
Чем же были заменены изображения в ветхозаветном храме? Мы знаем - ничем. Следовательно, они остались [242]. Правильнее сказать, остались не сами изображения с их смыслами, а явились изображения, раскрывающие нам суть вещей Новозаветной Церкви. Вместо образов херувимов мы обрели изображения воплотившегося Бога и Его святых, через кои прославляется вновь Сам Творец. Ветхозаветный жертвенник, где иудеи хранили скрижали завета: жезл Аарона, манну небесную, меч Голиафа, - Новым Заветом заменен жертвенником (он же престол), на котором помещен Святой Крест, Евангелие, хранятся мощи святых угодников, Святые Дары.
В Новом Завете мы поражаем врага не явным образом, как Давид Голиафа - мечом, а сокровенною силою благодати Божией и питаемся для этого не манною небесною, для телесного насыщения, а пречистым Телом и Кровию Бога, посредством коих соединяемся с нашим Творцом. В Ветхозаветные времена скрижали завета несли суть закона ветхого, который не исправлял человека, а ныне мы, новозаветные, учимся закону Божию из книги Жизни - святого Евангелия.
Обряды и Таинства Православной Церкви служат не только пользе внешнего созерцания, но и сопровождают духовное усилие спасающегося. Созерцание обрядовой стороны служения протестантов подсказывает, что за внешним действием у них нет благодатного "внутреннего омовения".
Иеговисты, а с ними их собратья-протестанты полагают, что, будучи родом Божиим, они не должны заботиться о том, что "Божество подобно золоту или серебру, или камню, получившему образ от искусства и вымысла человеческого" (Деян. 17, 19). Однако православные так не думают, ибо так думали язычники. Человек призван прославлять Бога различными своими талантами. Протестанты, исполняя на своих собраниях божественные гимны, повторяют ветхозаветных иудеев (Пс. 12, 6; 56, 8-10; 149, 1-3). Играют на музыкальных инструментах, о чем есть упоминание в Ветхом Завете, но которое совершенно отсутствует в Новом; очевидно, что в богослужебной практике они руководствуются Ветхим Заветом. Правда, в том же Ветхом Завете иудеи прославляли Бога дарами художества, но протестанты почему-то отказались от этого. Напомним, что в Иерусалимском храме священные изображения были не только на стенах и дверях храма (3 Цар. 6, 23-35), но по повелению Божию были сделаны искусной рукою на знаменитой завесе, отделяющей "святилище" от "Святого Святых" (Исх. 26, 31-33; 2 Пар. 3, 10-14).
Столь же безосновательны ссылки протестантов на послания апостола Павла, сказавшего: Христос "закон заповедей" упразднил "учением" (Еф. 2, 15). Разве эти слова отменяют обряд служения Богу? "Не думайте, что Я пришел нарушить закон или пророков; не нарушить пришел Я, но исполнить" (Мф. 5, 17). Излагая речь Господа, блаженный Иероним сказал так: "Господь приходил на землю для того, чтобы предписание закона заменить догматами (евангельской веры). Или суждение на сей счет святого Иоанна Златоуста: "Христос закон заповедей упразднил учением. Что это значит? Учением он называет здесь... веру" [243].
И в самом деле; древний закон как бы гадательный, в неясных, еще теневых очертаниях обозначил ветхому человеку события будущих евангельских времен. С Пришествием Господа тень неизбежно сменилась светом, а тусклое и гадательное в законе - божественным светом христианского священнодействия. И закон, таким образом, исполнился сообразно намерениям Самого Бога. Разумеется, произошедшее отнюдь не свидетельствует о бесполезности для нас, новозаветных людей, всего Ветхого Завета, а раскрывает нам его глубокую и прикровенную поучительность. О чем непреложно засвидетельствовал Апостол: "Все, что написано прежде, написано нам в наставление" (Рим. 15, 4), в другом Послании закон он называет "детоводителем ко Христу" (Гал. 3, 14).
Ветхозаветные святыни явились прообразовательным указанием на новозаветные. Однако в целом ветхий закон неприемлем для человека новозаветного. Обращаясь к иудеям, Спаситель говорил: "Всякий книжник, наученный Царству Небесному, подобен хозяину, который выносит из сокровищницы своей новое и старое" (Мф. 13, 52).
В новозаветный век были явлены подлинные святыни и ценности, поэтому о ветхозаветной обрядности "не нужно теперь говорить подробно" (Евр. 9, 5), - пишет апостол Павел. Они и без того были хорошо известны иудеям. Святыни Завета не истребляются совершенно, в них лишь не следует углубляться, ибо "древнее прошло, теперь все новое" (1 Кор. 5, 17). Ветхий закон был тенью настоящего образа.
Господь Сам посещает храм Иерусалимский, в котором были святые изображения. Апостолы продолжали посещать Иерусалимский храм ради поклонения (Деян. 24, 11), несмотря на то, что в нем приносились кровавые жертвы, отмененные Голгофской Жертвой. Очевидно, что так уже живущие по Новому Завету являли свое почтение храму как дому Божию. Не участвуя в мертвых ветхозаветных обрядах, Апостолы приходили сюда молиться духом. Такая их молитва в храме лишь высвечивала смирение и благочестие Апостолов. Апостол Павел советует нам: "Подражайте мне, как я Христу" (1 Кор. 4, 16).
Свидетели Иеговы, а равно и прочие, борясь с иконопочитанием, напоминают, что Антихрист по приходе своем будет требовать поклонения своему образу - "образу зверя" (Откр. 13, 15). "И схвачен был зверь и с ним лжепророк, производивший чудеса пред ним, которыми он обольстил принявших начертание зверя и поклоняющихся его изображению" (Откр. 19, 20). Отсюда сектанты делают вывод протестантского толка, что всякое изображение станет атрибутом Антихриста.
Но в каких же тогда храмах поместит свой образ Антихрист, если протестанты напрочь отвергают иконы? Очевидно в тех, где в антихристовы времена будет еще совершаться истинное обрядовое действие, но из-за догматических отступлений наряду с истинными образами будут ложные - Антихриста, в котором верующие не сумеют разглядеть личину зверя.
У протестантствующих сектантов нет храмов, поэтому грядущие "в веках" эсхатологические события их не коснутся. Поставить икону можно будет только там, где она уже есть. Так и изображение ("образ") (Откр. 19,20) Антихриста (на славянском - икона) (Откр. 19, 20) - изображение ложное и явлено оно в мир будет только на три с половиной года. Но что общего у света со тьмой? Да и возможно ли в мысли допустить появление сей, неведомой ныне личины в православном храме?
Известно, что у ветхозаветных вместе с истинной скинией была и скиния ложная. "Вы носили скинию Молохову и звезду бога вашего Ремфана, которые вы сделали для себя" (Амос. 5, 25-26).
Очевидно, и при конце мира будут на земле храмы Божии (2 Фес. 2, 4) и в них изображения святые, но будет сделан диаволом для искушения христиан и его образ, чтобы "обольщать живущих на земле" (Откр. 13, 14) тем, что этот звериный образ будет как бы живой: он будет говорить и действовать [244] (Откр. 13. 15).
Антихрист сядет в храме Божием и будет превозносить себя превыше всего, называемого "Богом или святынею" (2 Фес. 2, 4). Но что разумеют протестанты под святынею? Есть ли она у них? Священное Писание так называет святые изображения. Место, где они стояли, называлось "Святая святых" (Евр. 9, 3; Исх. 26, 33, 34).
Протестантствующие иеговисты снисходительно называют православных, поклоняющихся святым изображениям, "младенцами во Христе". Но православные при необходимости молятся, например, на работе, в дороге и т.п., не имея перед собой изображения. Желая видеть в нас внешних иконопоклонников, они не ведают и не хотят видеть духовной жизни, которая, как свидетельствуют жития святых, бесконечно превосходит их примитивную психологизированную душевную жизнь, которую они горделиво почитают за духовную. Отметим, что жития святых дают нам образцы жизни угодников Божиих, не имевших никаких священных предметов на протяжении всего своего крестного земного подвига, пример тому - житие Марии Египетской.
Более того, святой Афанасий Великий, живший в IV в. по Р.Х., писал: "Мы, верующие, поклоняемся иконам не как Богам... но только оказываем наше расположение и любовь тому лицу, которое на иконе изображается. Посему мы часто, когда лик на ней изгладится, сожигаем ее как бесполезное дерево" [245].
Там, где Священное Писание запрещает изображение, там оно противостоит идольскому нечестию. Подобное наблюдалось некогда и в Истинной Церкви. Так, в VII-VIII вв. краску от икон добавляли в вино для Еваристической жертвы и служили Божественные Литургии на святых иконах. Эти и прочие "перегибы" в духовной жизни Церкви отчасти и привели в итоге к иконоборчеству. Однако и несоразмерная разумению "благочестивость" иконоборцев в конце концов принудила Церковь к созыву седьмого Вселенского Собора.
Святой Григорий Великий (IV в.) писал по этому поводу: "Я давно уже известился, что ты, любезный брат, сокрушил и совсем вынес из Церкви иконы, увидев, что некоторые боготворят их. Услышав это, я похвалил ревность твою... но сокрушать тебе иконы не следовало. Ибо живопись для того введена в Церквах, чтобы неграмотные, смотря на стенные изображения, научились тому, о чем не могут прочитать в книгах. Посему ты обязан был и иконы оставить в целости и народ удержать от боготворения их... Ужели тебе не известно, что иное дело боготворить изображения, иное дело учиться из них, что должно боготворить" [246]. Как видим, и для великих подвижников благочестия иконы - в известных обстоятельствах как бы представляли собой Библию, писанную красками.
Итак, Православная Церковь прославляет ико-ны на основании ясных указаний слова Божиего. Апостол Павел о сем пишет: "Прославляйте Бога и в телесах ваших, и в душах ваших, которые суть Божии" (1 Кор. 6, 20). "Желаю, чтобы на всяком месте произносили молитвы мужи, воздевая чистые руки без гнева и сомнения" (1 Тим. 2, 8).
Отметим, на богослужении протестанты тоже складывают руки на груди, воздевают их гор(, а это не что иное, как участие членов бренного тела в молитве духа. Православные осеняют себя крестным знамением, молят Господа о житии в тройственном единстве своего естества. Чтобы ум (символ ума - чело), чувство (сердце), воля (плечи - руки - символ действия) всегда соглашались работать в единстве только Богу. Чтобы избежать лукавой раздвоенности природы - когда чувством хочется, а ум, сознавая греховность устремления, не желает обрезать свою волю, склоняясь к греху.
О том, что иконы почитались христианами первых веков, доказывают археологические раскопки. Таков образ Богоматери с Предвечным Младенцем на руках и звездою наверху, найденный в усыпальнице Прискиллы и датируемый учеными I в. от Р.Х. [247 ]К концу II в. или началу III в. относят изображения апостолов Петра и Павла, найденные в катакомбах Домитилы [248].
К тому же времени относится свидетельство Мефодия Потарского о том, что древние христиане имели изображения Ангелов. А преподобный Нил, принявший мучиническую смерть при императоре Декии в 252 г., на вопрос некоего Олипиодора, как ему украсить храм, отвечал, что стены его следует украшать изображениями из Ветхого и Нового Заветов [249].
Сектанты, объявляя православных идолопоклонниками, не ведают, что творят, ибо те никогда не почитали икону за Бога. "Яко Бог в тебе дивно прославился", - воспевает Святая Церковь в канонах и акафистах многим святым. При этом, конечно же, мы воспеваем хвалу и подвижникам Божиим, следуя непреложному увещеванию Писания: "Поминайте наставников ваших, которые проповедовали вам слово Божие; и, взирая на кончину их жизни, подражайте вере их" (Евр. 13, 7). Православная Церковь каждый день в своих богослужениях прославляет того или иного святого, раскрывая его жизненный подвиг.
Именно иеговисты, шумно осуждая христиан как идолопоклонников, неустанно творят себе кумиров. Журнал "Сторожевая башня" на своих страницах то и дело прославляет своих братьев по вере, помещая жизнеописание своего очередного полновременного возвещателя или, как говорят иеговисты, пионера. Отвергая истинных христианских святых, сектанты легкомысленно пробавляются соблазнительным кумиротворчеством.
В их молитвенных домах не редкость картины с изображением хлебной нивы или иных напоминаний из Евангельской истории. А ведь это тот же самый образ, возводящий верующего к первообразу, который они поносят у православных.