регистрация / вход

Разграничение полномочий между федеральными органами государственной власти и органами власти субъектов РФ

Федерация, как форма государственного устройства. Исторические этапы развития Российского федерализма. Проблемы взаимоотношений центра и регионов. Федерация, как форма государственного устройства. Две основные формы: унитарная и федеративная.

МИНИСТРЕРСТВО ЮСТИЦИИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ГОСУДАРСТВЕННОЕ ОБРАЗОРВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ

ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ

«РОССИЙСКАЯ ПРАВОВАЯ АКАДЕМИЯ

МИНИСТЕРСТВА ЮСТИЦИИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ»

Уральский филиал

Кафедра: Конституционное право Российской Федерации

Курсовая работа

на тему:

«Разграничение полномочий между федеральными органами государственной власти и органами государственной власти субъектов Российской Федерации»

Выполнил: студент II курса

группы 204 «З» Головин С.К.

Руководитель:

Екатеринбург

2007


Содержание

Введение 3

Глава 1. Федерация, как форма государственного устройства 4

Глава 2. Исторические этапы развития Российского федерализма 8

Глава 3. Проблемы разграничения полномочий между

федеральными органами государственной власти и органами

государственной власти субъектов Российской Федерации 13

Заключение 18

Список использованных источников и литературы 19

Приложения 21


Введение

Поскольку любое федеративное государство состоит из частей, для него очень важно достичь баланса в отношениях частей и целого. Федерацию всегда подстерегают две опасности: скатиться к унитаризму или распасться на независимые государства. Каждая из этих опасностей, как правило, имеющих какую-то объективную основу, эксплуатируется различными политическими силами, согласование интересов которых возможно только в четких правовых рамках, как в отношении самой федерации, так и ее субъектов. Эту проблему и решает конституция, закрепляющая статус Федерации и ее субъектов, то есть основы их взаимоотношений между собой.

Управление любым государством – дело сложное, требующее не только анализа текущего момента, но и составление прогнозов. Как правило, во всех государствах существуют органы, занятые таким анализом и прогнозом. Это особенное важно для российского государства, переживающего в настоящий момент серьезные трудности, естественные для периода перехода к рыночной экономике. Кроме того, наше государство характеризуется разнообразием природных условий, этнического состава населения. «Именно поэтому к ведению Федерации п. «е» ст. 71 Конституции РФ отнес установление основ федеральной политики и федеральной программы в области государственного, экономического, экологического, социального и культурного развития России»[1] .

Тема взаимоотношений центра и регионов нашла свое отражение в работах многих российских ученых в области конституционного права РФ. Процесс развития федеративных отношений в России нового времени изучали и анализировали Зиновьев А.В., Саленко А.В., Баглай М.В., Торшенко А.А. и многие другие. Актуальность проблемы федеративного устройства и перспективы развития отношений Федерации и ее субъектов мы постараемся раскрыть в своей работе.

Глава 1. Федерация, как форма государственного устройства.

Под государственным устройством понимается политико-территориальная организация власти, определяющая правовое положение региональных частей государства и их взаимоотношения с центральной властью. Государственное устройство определяет меру централизации и децентрализации власти. Эта проблема достаточно просто решается в территориально небольших государствах, но она становится сложной и приобретает политическую окраску в более крупных государствах.

Различаются две основные формы государственного устройства: унитарная и федеративная.

Унитарное государство – это единое государство, внутри которого нет государственных образований, а административно-территориальные единицы не обладают политической самостоятельностью. Большинство государств мира приняли именно эту форму государственного устройства.

Территориально крупные государства (Россия, США, Канада, ФРГ, Австралия, Аргентина, Мексика, Нигерия, Индия, ЮАР) принимают иную форму государственного устройства - федеративную, то есть государственных образований, каждое из которых обладает определенной самостоятельностью. Субъекты определенной самостоятельностью. Субъекты такого союзного государства имеют одинаковый статус и равные права.

Определение оптимальной формы государственного устройства особенно важно для многонационального государства. Чтобы называться многонациональным, государству недостаточно иметь среди своих граждан лиц различной национальности (такими являются большинство развитых стран мира). Речь идет об исторически сложившихся национальных группах населения, компактно проживающих на различных частях территории государства. Такие национальные группы обычно носят коренной характер, то есть проживают на данной территории с далеких времен. Проблемы межнациональных отношений являются очень непростыми. Особенно ярко это проявилось в новой России на фоне общего глубокого кризиса, переживаемого страной. Ошибочным был вывод ХХVII Съезда КПСС о том, что «национальный вопрос, оставшийся от прошлого, в Советском Союзе успешно решен»[2] .

Каждая нация имеет естественное право на сохранение самой себя, своих национальных особенностей: языка, национальной культуры, традиций и т.д. К сожалению, в РФ заметно политическое, экономическое, финансовое и социально-культурное неравноправие субъектов Федерации и их граждан. По мнению А.В.Зиновьева при подписании Федеративного договора и составлении проекта Конституции РФ сработал стереотип старого советского мышления. Если в СССР субъекты делились на четыре сорта, то субъекты РФ делятся на три: 1) суверенные республики, обладающие всей полнотой власти; 2) несуверенные и неравноправные территориально-политические образования (края, области, города федерального значения); 3) несуверенные и неравноправные территориально-политические образования (автономная область, автономные округа)»[3] .

Действительно, разве можно говорить о равноправии, когда одни субъекты РФ могут иметь свои конституции, а другие – только уставы? О политическом неравноправии свидетельствуют и претензии некоторых республик на верховенство своих законов над федеральными. Например, в ст. 59 Конституции Республики Татарстан зафиксировано: «Законы Республики Татарстан обладают верховенством на всей ее территории, если они не противоречат международным обязательствам Республики Татарстан»[4] .

Политическое неравноправие граждан проявилось в момент их самоопределения. Было провозглашено, что республики, самоопределяющиеся на основе волеизъявления народа, к которому относятся только лица коренной национальности, а все другие, проживающие на территории республики – население, а не народ, и воля населения в расчет не принимается. Так в ст. 69 Конституции Республики Башкортостан говорится: «Республика Башкортостан образована в результате права башкирской нации на самоопределение…»[5] .

Федеративное государство – это только общая форма государственного устройства, а ее конкретное содержание – политическое и правовое – весьма неоднородно. Самих федерации, правовой статус и объем полномочий их субъектов формировалось в разных условиях и с разными целями, а поэтому во многом не одинаковы. Исторически идея федерализма была выдвинута в ХVIII веке как средство децентрализации управления, а, следовательно, для демократизации государственного строя. Ни в одной западной стране, где утвердился федерализм, он не рассматривался и сейчас не рассматривается как форма решения национального вопроса (США, ФРГ, Бразилия, Австралия и др.). И дело здесь не в том, что какие-то круги преследуют цель угнетать другие народы, а в том, что демократическое правовое государство перекрывает цели национальной государственности. Хотя некоторые государства (Франция, Италия, ФРГ и др.) остаются национальными по названию, их правовая система исключает какие-либо привилегии граждан по национальному признаку. Государства же, избравшие федерацию, как способ решения национального вопроса, распались (СССР, Югославия, Чехословакия). Межэтнические противоречия разрушили федерации в Индонезии, Южной Аравене, Йемене, ОАР и др.) В тех государствах, где федерация сохраняет национальную основу (Канада, Индия), развивается кризис федерализма и сильны сепаратистские тенденции.

Федеративные государства юридически закрепляют добровольность объединения народов, но, как правило, не предусматривают право выхода того или иного субъекта федерации из союза. Распад федерации обычно происходит в ходе революционных восстаний, то есть в неформальных формах. В спокойной обстановке субъекты федерации добровольно ограничивают свою компетенцию в пользу федерации и признают высшую юридическую силу федеральной конституции и законов. Сами эти субъекты являются унитарными государствами, хотя внутри их могут создаваться автономные образования.

Труднейшей проблемой федеративного устройства является распределение компетенции между федеральной властью и властью в субъектах федерации. Трудности связаны с тем, что субъекты федерации порой претендуют на статус государственных образований с суверенитетом. «Теории и практике, - как пишет А.В.Зиновьев, - известны три разновидности понятий суверенитета: народный, национальный и государственный»[6] .

Принципиальное значение приняла трансформация национального суверенитета в государственный. Ярким примером может служить ситуация в Чеченской республике в 1994-1996 г.г.

Мировой опыт показывает, что федеративное государственное устройство более прочно в тех странах, где ликвидирована дискриминация по национальному признаку, укоренилась политическая культура. «Мощным фактором достижения единообразного правового регулирования и равенства граждан является успешное экономическое развитие, общий рынок»[7] .

Федерация не может исключить всех кризисов, разногласий и различий в способах решения общегосударственных проблем, но она, особенно в крупных государствах, создает единственно возможную демократическую основу этих решений, способных удовлетворить интересы всех политических, экономических и националистических сил.


Глава 2. Исторические этапы российского развития федерализма.

В своем развитии российский федерализм прошел три основных этапа:

1) создание основ социалистического федерализма (1918-1936 г.г.);

2) утверждение фактического унитаризма в государственном устройстве России (1937 – 1985 г.г.);

3) реформы государственного устройства перед принятием Конституции 1993 года.

Федерализм в России возник и развивался по идеологическим схемам большевизма, положившего в основу федерации не реальную демократизацию власти, а преодоление «национального гнета». В федерации, кроме того, виделся государственно-правовой базис мировой социалистической революции, которую проповедовали большевики. В.И. Ленин прямо назвал советскую федерацию переходной формой к полному единству трудящихся разных наций.[8] Оснований для цивилизованного федерализма в стране, до 1917 г. бывшей унитарным государством, не было, ибо подавляющую часть населения составляли русские, и поэтому РСФСР могла сложиться только как федерация, основанная на автономии небольшого числа других наций с произвольными границами.

Российская Федерация была провозглашена на III Всероссийском съезде Советов в январе 1918 года. Этим устанавливалось не только новое государственное устройство не только собственно России (как мы ее понимаем сегодня), но и всей бывшей Российской империи, на территории которой впоследствии был создан СССР. Но на первых порах федерации всех бывших окраинных территорий Российской империи не получилось. Была провозглашена независимость Финляндии, Польши, Литвы, Латвии, Эстонии и Тувы, а Украина, Белоруссия, Туркестан и Закавказские республики, также объявленные независимыми, вступили в договорные отношения с Российской Федерацией.

На собственно российской территории начался хаотичный процесс создания автономий (республик и областей) по национальному или географическому признаку, хотя ясных границ национального расселения не существовало, да и население в национальном отношении было смешанным. Тем не менее, этот процесс активизировался после принятия Конституции РСФСР 10 июля 1918 г. Были созданы Башкирская, Татарская, Дагестанская и другие АССР, а также ряд автономных областей (Чувашская, Карельская, Марийская и др.). Ясного представления о различиях между республикой и областью (а были еще трудовые коммуны и округа) не было, так как разграничения компетенции между центральным правительством и автономией не проводилось. Поэтому они часто меняли статус, а в ходе Гражданской войны некоторые автономии вообще прекратили свое существование. Но большинство административно-территориальных частей России оставались в статусе областей и губерний, в которых были созданы административные органы для решения вопросов национальных меньшинств. Всего в 1923 году в составе РСФСР находилось 11 автономных республик, 14 автономных областей и 63 губернии и области.

Процесс создания автономий, изменения их границ и полномочий продолжается и после принятия в 1925 году новой Конституции РСФСР. Принятая за год до этого Конституция СССР закрепила создание союзного государства, в котором РСФСР стала одной из равноправных республик; статус ее автономий и административно-территориальных единиц не изменялся, подчиняясь проявившейся общей тенденции движения к фактическому унитаризму.

Созданный в 1922 г. СССР являл собой совершенно иное федеративное государство, ибо состоял из равных субъектов с правом выхода из федерации. Это объединение народов было тесно увязано с антидемократической сущностью тоталитаризма и являло собой фиктивную федерацию.

Ко времени принятия Конституций СССР (1936 г.) и РСФСР (1937 г.) государство стало уже, по существу, унитарным. В наше время тенденция к унитаризму в федеральном демократическом государстве не является парадоксом. Еще в 1962 г. немецким правоведом Конрадом Хессе Федеративная Республика Германия была охарактеризована как «унитарная федерация»[9] . Этот вывод связывается с неуклонным возрастанием инициативы и влияния Федерации в сфере законодательной, исполнительной и судебной властей, и, сегодня, несмотря на существующую в Основном Законе Германии презумпцию законодательной компетенции земель, практически вся законодательная власть сосредоточена в руках федерального центра. К исключительному ведению законодательных органов субъектов немецкой Федерации относится лишь правовое регулирование вопросов культуры (Kulturrecht), полицейское право (Polizeirecht) и право общин (Gemeinderecht).

Унитаризация, - по мнению Саленко А.В., - в определенной степени свойственна и России, которая в отдельных аспектах еще более унитарна, Чем Германия[10] .

В России унитаризация проявляется, в первую очередь, в сфере законодательства. Законодательная компетенция все больше концентрируется в руках центра. Сфера предметов совместного ведения Федерации и субъектов все больше приближается к сфере предметов ведения одной лишь Федерации. На первый взгляд ст. 72 Конституции РФ предоставляет не только центру, но и всем субъектам РФ право участвовать в законодательном регулировании вопросов совместного ведения Федерации и регионов. Однако «совместность» вовсе не означает того, что центр обязан путем совместной работы с субъектами Федерации разрабатывать законопроекты и проводить их через Российский парламент. Сегодня под совместным ведением центра и регионов понимается «отнесение определенных вопросов к компетенции в равной степени, как Федерации, так и ее субъектов»[11] .

В настоящее время очень сильно сократилось договорная практика разграничения компетенции между Федерацией и ее субъектами. Во-первых, ограничено число случаев, когда заключается договор, а во-вторых, действует приоритет положений Конституции РФ, Федеральных конституционных законов, Федеральных законов перед положениями таких договоров.

Еще одним признаком унитаризации России в наше время служит существование иерархической организованной вертикали как исполнительных, так и законодательных органов государственной власти. Если раньше только исполнительные органы власти составляли единую вертикаль, то принятие Закона от 29 июня 2000 г. о внесении изменений и дополнений в Федеральный закон «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов РФ» ознаменовало собой создание единой вертикали власти и в законодательных органах государственной власти субъектов РФ. Отныне Президенту РФ предоставляется право при наличии определенных в Законе условий (п. 4 ст. 9 Закона) выносить предупреждение законодательным (представительным) органам власти субъектов РФ. В исключительных случаях Президент РФ вправе внести в Государственную Думу проект федерального закона о роспуске того или иного законодательного органа субъекта РФ. «Унитаризация России - объективная реальность и она носит объективный характер и вызвана следующими причинами: строительством социального государства с одинаковыми условиями жизни на всей территории РФ, стремлением к единому правовому пространству, к экономической интеграции регионов»[12] .

Опыт государственного устройства советского периода ясно, указывает, что тоталитаризм и федерализм несовместимы. Идеи преодоления «национального гнета» и утверждения «национальной государственности» служили средством отвлекающим народы от создания подлинной демократии и правового государства.

Мощная демократическая волна, вызванная перестройкой и последующими реформами, обострила процессы государственно-правового развития страны в целом и России в частности. Народ поддержал меры по преодолению наследия тоталитаризма, ликвидации формализма федеративного устройства. Неумение властей найти адекватные политические ответы на этот вызов времени в соединении с нараставшими объективными потребностями в демократизации государственного устройства привели к распаду СССР и «параду суверенитетов».

В 1990-1991 г.г. большинство автономных республик и многие автономные области России провозгласили себя суверенными государствами в составе РСФСР. В ряде республик (Чечня, Татарстан и др.) сепаратисты стали требовать выхода из состава Федерации. В условиях усилившихся центробежных тенденций, создававшихся опасность распада РФ, большое значение имело заключение 31 марта 1992 г. Федеративного договора.


Глава 3. Проблемы разграничения полномочий между

федеральными органами государственной власти и органами

государственной власти субъектов Российской Федерации

В 90-е г.г. прошлого века многие важнейшие для России вопросы федеративных отношений решались исключительно путем заключения договоров между органами власти Российской Федерации и ее субъектов. Такие договоры устраняли некоторые текущие проблемы в правовом регулировании и государственном управлении, но вместе с тем, порождали другие, поскольку многие положения договоров не соответствовали Конституции и федеральному законодательству. «Особенность этих документов в том, что они стремились подчеркнуть договорный, а не конституционных характер современной России, как бы принизить значение норм Конституции РФ 1993 г., тем более, что некоторые из них приняли несколько раньше свои конституции (Республика Башкортостан, Республика Татарстан, Саха, Кабарда), многие нормы которых нередко противоречили и продолжают противоречить Конституции РФ»[13] .

Оценить роль договоров в реализации федеративных отношений весьма не просто. Они нередко способствовали решению конкретных практических вопросов жизни субъектов РФ, заметно снижали конфликтность отношений, но зато усилили «ассиметрию субъектов РФ и в целом центробежные процессы в стране»[14] .

Развитие российской государственности потребовало поиска рациональных путей реализации положений Конституции РФ, затрагивающих вопросы разграничения предметов ведения и полномочий между Российской Федерацией и ее субъектами. Цель заключается в том, чтобы решение публичной властью стоящих перед ней задач осуществлялось на том уровне, который способен сделать это наиболее эффективно, с обеспечением вытекающих из Конституции РФ принципов, гарантий и стандартов. В этой связи вопрос о разграничении предметов ведения и полномочий – центральный вопрос федеративных отношений.

Президент РФ в своих Посланиях Федеральному Собранию отмечал важность разграничения полномочий федеральных органов власти и органов власти субъектов Федерации по предметам совместного ведения Российской Федерации и ее субъектов. Здесь еще немало проблем, что «связано, прежде всего, с вертикальной разбалансированностью исполнительной власти, когда между ее уровнями нет четкого разграничения полномочий, а, следовательно, и ответственности перед населением за их осуществление»[15] .

Так, в сфере исполнительной власти осуществляется взаимодействие между Президентом РФ и главами исполнительной власти субъектов РФ, или Правительством России и органом исполнительной власти субъектов РФ.

Часть 2 ст. 85 Конституции РФ предусматривает право Президента РФ приостанавливать действие актов органов исполнительной власти субъектов РФ в случае противоречия этих актов Конституции РФ и федеральным законам, международным обязательствам России или нарушения прав и свобод человека и гражданина доя решения этого вопроса соответствующим судом.

По мнению А.В.Безрукова, «дело в том, что ст. 77 Конституции РФ устанавливает единую систему исполнительной власти лишь в пределах ведения РФ и полномочий РФ по предметам совместного ведения РФ и ее субъектов. Однако согласно ч.4 и 6 ст.76 Конституции РФ в случае противоречия между федеральным законом и нормативно-правовым актом субъекта РФ, изданным в пределах его ведения, действует нормативно правовой акт субъекта РФ»[16] .

Нельзя согласиться с мнением А.В.Безрукова о том, что «Президент вправе реализовывать свои полномочия лишь в указных пределах, тогда как ч.2 ст. 85 значительно расширяет его прерогативу»[17] .

Мы считаем, что в этом вопросе данное право Президента РФ закрепляется в ст. 29 Федерального закона от 6 октября 1999 года «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти в субъектах Российской Федерации». Согласно этой статье Президент РФ вправе приостанавливать действие акта высшего должностного лица субъекта РФ, а также действие акта органа исполнительной власти субъекта РФ в случае противоречия этого акта Конституции РФ. Данное право Президента России проистекает из его статуса гаранта Конституции, прав и свобод человека и гражданина (ч. 2 ст. 80), из принципов единства системы государственной власти (ч. 3 ст. 5) и единства системы исполнительной власти (ч.2 ст. 77).

Взаимодействие в сфере исполнительной власти осуществляется не только Президентом РФ и Главами регионов, но и между главами других органов государственной власти субъектов РФ. Здесь речь идет о месте и роли института полномочных представителей Президента РФ в федеральных округах.

Во время проведения реформ меры по укреплению властной вертикали, касающиеся непосредственно сферы исполнительной власти, проводимые главой государства, приобретают исключительную актуальность.

Определенный общественный резонанс вызвал Указ Президента РФ № 819 от 13 мая 2000 г. о полномочном представителе Президента в федеральном округе и Положение о нем, утвержденное данным Указом[18] .

Проведение данной реформы нельзя рассматривать как попытку нарушения административно территориального устройства России, поскольку статус и целостность субъектов Федерации сохраняются. Но вызывает сомнение то, что данная мера направлена на укрепление вертикали исполнительной власти в Российской Федерации, что соответствует ст. 77, 78 Конституции РФ. Это признал сам глава государства в своем Послании Федеральному Собранию России, где говорится о том, что суть данного решения не в укрупнении регионов, а в укрупнении структур президентской вертикали в пределах территорий, не в ослаблении региональной власти, а в создании условий для упрочнения федерализма[19] .

Конституция Российской Федерации указывает на три способа разграничения предметов ведения и полномочий – конституционный, договорный и законодательный. Основной закон России определяет предметы ведения Российской Федерации, предметы совместного ведения, а также полноту государственной власти субъектов Российской Федерации.

В Конституции России не используется термин «исключительное» ведение Федерации, но содержание вопросов ст. 71 Конституции, раскрывающие содержание суверенитета Российской Федерации, позволяет их оценивать именно в этом качестве. «Исключительность» предметов ведения Российской Федерации, согласно ст. 76 Конституции российской Федерации, выражается, прежде всего, в том, что по предметам ведения Российской Федерации принимаются федеральные конституционные законы и федеральные законы, имеющие прямое действие на всей территории Российской Федерации. Поэтому органы государственной власти субъектов Российской Федерации могут осуществлять по предметам ведения Российской Федерации лишь в исполнительно-распорядительные полномочия, но только в случаях и пределах, установленных Федерацией.

Проблема разграничения полномочий органов государственной власти особенно актуальна для сферы совместного ведения Федерации и ее субъектов.

Конституция Российской Федерации не содержит перечня предметов ведения субъектов Российской Федерации. Формулировка ст. 73 Конституции говорит о полноте государственной власти субъектов Российской Федерации, которой они обладают вне пределов ведения Российской Федерации и полномочий Российской Федерации по предметам совместного ведения.

Сами предметы ведения в Конституции РФ сформулированы не совсем удачно - они не разграничены по характеру оказываемого воздействия на сферы правового регулирования и сферы государственного управления, в которых осуществляются полномочия органов государственной власти.

В результате все смешалось: федеральная государственная собственность и гражданское законодательство, природопользование и земельное, водное, лесное законодательство и т.д. Если для предметов ведения Российской Федерации это «переплетение» терпимо, то для совместных предметов ведения такая структура неприемлема.

Некоторые предметы ведения сформулированы слишком пространно, неконкретно, что позволяет толковать их расширительно, - например, «федеративное устройство и территория Российской Федерации», «кадры судебных и правоохранительных органов».


Заключение

В условиях политической и экономической нестабильности, нечеткого размежевания в федеральном законодательстве полномочий федеральных органов государственной власти и органов власти субъектов Российской Федерации определенными достоинствами, несомненно, обладают способ установления исчерпывающего перечня предметов ведения субъектов федерации или способ определения вопросов, которые не могут никоим образом быть урегулированы субъектами федерации. Однако важна не констатация проблем конституционного разграничения предметов ведения и полномочий, перечень которых можно было бы продолжить, а определение содержательных подходов к понятию «разграничение предметов ведения и полномочий между федеральными и региональными органами государственной власти»[20] .

Более того, необходимо особо подчеркнуть, что конституционная модель разграничения предметов ведения и полномочий, которая сейчас действует рассчитана на стабильное функционирование государства, на устоявшуюся систему государственного управления. Ключ для решения проблемы мы видим в том, чтобы, не трогая конституционную модель, наполнить Конституцию Российской Федерации, ее потенциал, который еще до конца не реализован, содержанием, которое она сама предусматривает. Речь идет о том, чтобы просмотреть все законодательство, внести необходимые изменения и дополнения, а возможно приять и новые акты.


Список использованных источников и литературы

1. Источники

а) нормативно-правовые акты

1. Конституция Российской Федерации//Российская газета. 1993 г. 25 декабря.

2. Конституция республик в составе РФ: сборник документов. М., 1995. С.293.

3. Федеративный договор от 31 марта 1992 г. – М., 1992.

4. Указ Президента РФ от 13 мая 2000 г. «О полномочном представителе Президента РФ в федеральном округе»//СЗ РФ. 2000. №21.

2. Литература

а) учебники и монографии

1. Постатейный комментарий к Конституции Российской Федерации //под ред. Л.А.Окунькова//»БЕК», 1994.

2. Материалы ХХVII Съезда КПСС. М., 1986. С.156.

3. М.В. Баглай. Конституционное право Российской Федерации. М., Норма. 2005.

4. Ленин В.И. Полное собрание сочинений. Т. 41. С.164.

5. Hesse K. 1) Der unitarische Bundesstaat. Karsruhe. 1962. Rdn. 221; 2) Grundzuge des Verfassungsrecht der BRD. Hudelberg. 1995. § 711. S 99. Rdn. 221.

3. М.В. Баглай. Конституционное право Российской Федерации. М., 1999. С.309.

б) статьи из периодических изданий

1. Зиновьев А.В. Федеративное устройство России: проблемы и перспективы//Правоведение. 1997. №3.

2.Саленко А.В. Россия – унитарная федерация: парадокс или реальность//Правоведение. 2001. №2

3. Торшенко А.А. Конституционность договоров о разграничении предметов ведения и полномочий между органами государственной власти РФ и органами государственной власти субъектов РФ//Чиновникъ: Информ.-аналит. вестник Уральской Академии государственной службы. 2004. №8.

4. Чертков А.Н. Договоры между органами государственной власти РФ и ее субъектами//Журнал российского права. 2004. №8.

5. Проблемы разграничения полномочий между федеральными органами государственной власти и органами государственной власти субъектов РФ.//Д.К.Козак. Журнал российского права. №5. Май 2002 г.

6. Проблемы взаимодействия РФ и ее субъектов в сфере исполнительной власти. А.В.Безруков. Журнал российского права. №1. Январь 2001 г.

7. Путин В.В. Какую Россию мы строим. Послание Федеральному собранию Российской Федерации. 8 июля 2000 года//Российская газета. 2000 г. 11 июля.


[1] См., Постатейный комментарий к Конституции Российской Федерации //под ред. Л.А.Окунькова//»БЕК», 1994.

[2] См.: Материалы ХХVII Съезда КПСС. М., 1986. С.156.

[3] См.: Зиновьев А.В. Федеративное устройство России: проблемы и перспективы//Правоведение. 1997. №3.

[4] См.: Конституции республик в составе Российской Федерации: Сб. документов. М., 1995. С.293.

[5] То же

[6] См.: Зиновьев А.В. Федеративное устройство России: проблемы и перспективы//Правоведение. 1997. №3.

[7] См.: М.В.Баглай. Конституционное право Российской Федерации. М., Норма. 2005.

[8] См.: Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 41. С.164.

[9] См.: Hesse K. 1) Der unitarische Bundesstaat. Karsruhe. 1962. Rdn. 221; 2) Grundzuge des Verfassungsrecht der BRD. Hudelberg. 1995. § 711. S 99. Rdn. 221.

[10] См.: Саленко А.В. Россия – унитарная федерация: парадокс или реальность//Правоведение. 2001. №2.

[11] См.: Баглай М.В. Конституционное право Российской Федерации. М., 1999. С.309.

[12] См.: Саленко А.В. Россия – унитарная федерация: парадокс или реальность//Правоведение. 2001. №2.

[13] См.: Торшенко А.А. Конституционность договоров о разграничении предметов ведения и полномочий между органами государственной власти РФ и органами государственной власти субъектов РФ//Чиновникъ: Информ.-аналит. вестник Уральской Академии государственной службы. 2004. №8.

[14] См.: Чертков А.Н. Договоры между органами государственной власти РФ и ее субъектами//Журнал российского права. 2004. №8.

[15] См.: Проблемы разграничения полномочий между федеральными органами государственной власти и органами государственной власти субъектов РФ. Д.К.Козак. Журнал российского права. №5. Май 2002 г.

[16] См.: Проблемы взаимодействия РФ и ее субъектов в сфере исполнительной власти. А.В.Безруков. Журнал российского права. №1. Январь 2001 г.

[17] См.: Проблемы взаимодействия РФ и ее субъектов в сфере исполнительной власти. А.В.Безруков. Журнал российского права. №1. Январь 2001 г.

[18] См.: Указ Президента Российской Федерации от 13 мая 2000 г. Российская газета. 16 мая. 2000 г.

[19] См.: Путин В.В. Какую Россию мы строим. Послание Федеральному собранию Российской Федерации. 8 июля 2000 года//Российская газета. 2000 г. 11 июля.

[20] См.: Проблемы разграничения полномочий между федеральными органами государственной власти и органами государственной власти субъектов Российской Федерации//Д.Н.Козак. Журнал российского права. №5. Май 2002 г.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий

Все материалы в разделе "Государство и право"