Смекни!
smekni.com

Судебное следствие в уголовном процессе (стр. 11 из 22)

Далее суд последовательно оглашал все данные подсудимым показания, одновременно выясняя подтверждает или нет он их в судебном заседании.

….Государственный обвинитель: После оглашения ваших показаний на предварительном следствии ваша позиция по поводу того, что вы не взламывали принесенной с собой металлической трубой дверь сарая потерпевшей, и не видели во дворе дома потерпевшую, не изменилась?

Подсудимый Киселев: Нет, не изменилась. Я действительно дверь не взламывал, когда уходил из двора дома не помню встречу с потерпевшей Мезеневой.

Государственный обвинитель: В какой стадии алкогольного опьянения вы в тот день находились?

Подсудимый Киселев: Наверно, в средней.

Государственный обвинитель: В этом состоянии вы бывало, что забывали или плохо помнили, что с вами происходило?

Подсудимый Киселев: Да, есть такое.

Государственный обвинитель: Вы не исключаете, что могли забыть конкретные обстоятельства данного дела?

Подсудимый Киселев: Нет. Я помню, что замок от дверей сарая Мезеневой лежал вмерзший в тропинку, остальное я тоже все помню.

Председательствующий: В связи с чем 3 апреля 2008г. вы давали повторные объяснения участковому Смирнову, где сказали, что взяли кусок металлической трубы и сорвали запорное устройство на двери сарая потерпевшей?

Подсудимый Киселев: Первые объяснения я давал утром 3 апреля, а другие - вечером. В тот день я целый день просидел в Дежурной части РОВД, т.к. сотрудники милиции ездили изымать бензопилы и шлифовальную машинку, осматривали место происшествия. Вторые объяснения 3 апреля 2008г. я давал под «нажимом» сотрудников милиции, их было человек 8.

Председательствующий: Что за « нажим» был применен в отношении вас?

Подсудимый Киселев: Я начал говорить им, как все было. Но они стали на меня орать: « Мы знаем, как все было на самом деле». Принесли трубу, стали говорить мне: « Мы имеем право, упрятать тебя в тюрьму на 8 лет, да и в Галиче у нас есть свой человек».

Председательствующий: В чем же заключался «нажим»? Вас били?

Подсудимый Киселев: Нет, никакого физического принуждения на меня не было оказано. Просто, когда на меня кричат, я плохо себя чувствую.

Председательствующий: В судебном заседании был оглашен протокол вашего допроса от 15.04.2008г. на л.д.36-38. вы пояснили, что в данном протоколе имеются ваши подписи, вы допрашивались в присутствии защитника, ни вы ни ваш защитник замечаний по протоколу не высказали. Кто вам мешал отказаться от показаний, полученных под принуждением о том, что вы взломали запорное устройство на двери сарая металлической трубой?

Подсудимый Киселев: Если бы это было последним, что от меня требовалось, то я именно так и сделал бы, но после этого допроса мне предстояло ехать в Галич, поэтому я опасался, что высказанные в мой адрес угрозы сотрудников милиции могут примениться реально.

Председательствующий: Назовите конкретно фамилии тех сотрудников милиции, кто принуждал вас дать эти показания, и каким образом они действовали?

Подсудимый Киселев: Фамилии я не знаю. Физического насилия ко мне не было применено.

Председательствующий: В качестве подозреваемого вас допрашивал следователь Смирнов С.В. в присутствии вашего защитника. Кто и каким образом при этом на вас «нажимал», и в чем заключался данный «нажим»?

Подсудимый Киселев: Следователь Смирнов никогда не нажимает.

Председательствующий: То есть записанные в протоколе вашего допроса в качестве подозреваемого показания вы повторили следователю добровольно?

Подсудимый Киселев: Да.

Председательствующий : Такие же показания вы дали следователю Смирнову в присутствии вашего защитника при допросе вас в качестве обвиняемого. Почему же вы не изменили свои показания после того, как на вас прекратился «нажим» со стороны сотрудников милиции?

Подсудимый Киселев: Да, я мог отказаться от показаний.

Председательствующий: Вы говорили своему защитнику, что сотрудники милиции оказывали на вас давление?

Подсудимый Киселев: Нет.

Председательствующий: Почему вы сделали этого?

Подсудимый Киселев: Ответа нет.

Председательствующий: Участковый Смирнов В.М. оказывал на вас давление, когда брал с вас объяснения 3 апреля 2008г?

Подсудимый Киселев: Нет.

Председательствующий: Вы настаиваете, что дали свои показания на предварительном следствии под нажимом неизвестных вам сотрудников милиции?

Подсудимый Киселев: Ответа нет

Председательствующий: Как вы относитесь к вмененному вам квалифицирующему признаку – незаконное проникновение в хранилище?

Подсудимый Киселев: Согласен с ним, но взлома с моей стороны не было.

Председательствующий: С какой целью вы проникли в хранилище потерпевшей?

Подсудимый Киселев: С целью кражи инструментов.

Председательствующий: Потерпевшая Мезенева вам давала разрешение зайти в сарай?

Подсудимый Киселев: Нет.

Председательствующий: Вы согласны со стоимостью украденной бензопилы в сумме 1500 руб. и шлифовальной машинки в сумме 500 руб.?

Подсудимый Киселев: Бензопила стоит этих денег, а шлифовальная машинка думаю, что не стоит 500 руб.

Председательствующий: Сколько, по-вашему, может в настоящее время стоить шлифовальная машинка?

Подсудимый Киселев: Я ее не покупал, не знаю.

Председательствующий: Вы считаете, что сейчас ее можно купить за 500 руб.?

Подсудимый Киселев: Наверно, да.

Председательствующий: По-вашему мнению, новая машинка стоит менее 500 руб.?

Подсудимый Киселев: Наверно, нет. Я согласен с оценкой шлифовальной машинки в 500 руб. По сумме похищенного у меня возражений нет.

Председательствующий: Совершая данное преступление, вы понимали, что у вас испытательный срок по приговору суда от 23.01.2008г?

Подсудимый Киселев: Не осознавал.

Председательствующий: После вынесения приговора 23.01.2008г. суд вам разъяснил значение испытательного срока, порядок и условия отбывания условного осуждения. По какой же причине вы так легкомысленно отнеслись к назначенному испытательному сроку?

Подсудимый Киселев: В пьяном виде я не контролирую свое поведение.

Подсудимый Киселев: Да, я похитил у потерпевшей бензопилу и шлифовальную машинку. Но я их не продал и никуда не реализовал. Значит, я совершил не оконченное преступление, а покушение на преступление.

Председательствующий: Взяв бензопилу и шлифовальную машинку, вы унесли их от дома потерпевшей?

Подсудимый Киселев: Да.

Председательствующий: У вас была реальная возможность ими распорядиться?

Подсудимый Киселев: Да.

Председательствующий: Вы распорядились по своему усмотрению похищенной бензопилой?

Подсудимый Киселев: Я только на хранение передал ее Баракову.

Председательствующий: Значит, вы распорядились бензопилой потерпевшей как владелец?

Подсудимый Киселев: Да.

Председательствующий: Вы раскаиваетесь в содеянном?

Подсудимый Киселев: Да и уже давно сожалею о произошедшем.

Председательствующий: В судебном заседании были оглашены показания свидетеля Баракова А.Н. У вас есть возражения по его показаниям?

Подсудимый Киселев: Возражений нет.

Председательствующий: В судебном заседании так же были оглашены показания потерпевшей Мезеневой В.Н. У вас есть какие-либо возражения по ее показаниям?

Подсудимый Киселев: Возражений, замечаний нет.

Председательствующий: У вас есть какие-либо дополнения к показаниям?

Подсудимый Киселев: Нет.

Допрос окончен….»

При допросе подсудимого в суде как нигде остро проявляется вопрос о допустимости доказательств. Хотя данный аспект проблемы представлен в первой главе настоящей работы, я считаю необходимым в аспекте исследования показаний подсудимого остановиться на нем несколько подробнее.

Согласно пункта 1 части 2 статьи 75 УПК РФ, к недопустимым доказательствам относятся показания подозреваемого, обвиняемого, данные в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника, включая случаи отказа от защитника, и не подтвержденные подозреваемым, обвиняемым в суде.

Итак, статья 76 УПК РФ показания подозреваемого определяет как сведения, сообщенные им на допросе, проведенном в ходе досудебного производства в соответствии с требованиями статей 187 - 190 УПК РФ.

В статье 77 УПК РФ установлено, что показания обвиняемого - сведения, сообщенные им на допросе, проведенном в ходе досудебного производства по уголовному делу или в суде в соответствии с требованиями статей 173, 174, 187 - 190 и 275 УПК РФ.

Эти сведения отражаются в протоколе допроса, составленном в соответствии со статьей 190 УПК РФ.

Следовательно, показания подозреваемого, обвиняемого, данные в ходе досудебного производства, - это сведения, полученные от них на допросе, а не в ходе какого-либо иного следственного действия. Сведения же, сообщенные подозреваемым, обвиняемым, например, в ходе очной ставки, следственного эксперимента, проверки показаний на месте, осмотра, выемки, показаниями в том смысле, в котором их определяет закон, не являются и отражаются в протоколах указанных следственных действий.

Справедливость такого вывода подтверждается статьей 74 УПК РФ, определяющей понятие доказательств по уголовному делу: согласно части 2 указанной статьи показания подозреваемого, обвиняемого выделены в отдельный вид доказательств (пункт 1), а протоколы следственных действий - в другой (пункт 5). Поэтому нельзя распространять положения пункта 1 части 2 статьи 75 УПК РФ на иные, кроме допроса, следственные действия, выполненные в отсутствие защитника, если подозреваемый, обвиняемый отказался от защитника и отказ оформлен надлежащим образом.

Вместе с тем, поскольку указанная норма (пункт 1 часть 2 статья 75) действует, необходимо учитывать, что такие следственные действия, как очная ставка, следственный эксперимент, проверка показаний на месте, производны от сведений, сообщенных подозреваемым, обвиняемым на допросе. Поэтому протоколы указанных следственных действий следует признавать недопустимыми доказательствами, если допрос был произведен в отсутствие защитника. Если же подозреваемый, обвиняемый допрошен с участием защитника, то последующие следственные действия, выполненные в его отсутствие, будут являться недопустимыми доказательствами лишь при наличии одного из следующих условий или их совокупности: