Смекни!
smekni.com

Анна, жена Иоанна III Ватаца, и ее время (стр. 2 из 3)

Дальше эта история начинает напоминать жития святых. Свита возмущена унижением их госпожи, вооруженные люди из свиты призывают к мести, а их начальник Дримис заявляет, что после такого оскорбления игумен недостоин жить, и хочет обнажить свой меч. Но тут, - о, чудо! - меч остается намертво зажатым в ножнах, и Дримису никак не удается извлечь его. Обезумевший от гнева офицер продолжает шуметь и оскорблять Влеммида, но тот спокойно заявляет, что скорее умрет, чем позволит нарушить христов закон. Посрамленной свите не остается ни чего иного, как удалиться, но императору поступает жалоба на непокорного и дерзкого монаха, который осмелился выступить против фаворитки.

Часть III. Отстранение маркизы. Дела военные.

Страсти стали разгораться: маркиза требует мщения, утверждая, что в ее лице было оскорблено само императорское достоинство (!). Дримис заявляет, что тут не обошлось без колдовства, так как иначе не объяснить причину того, что он не смог извлечь свой меч из ножен. Влеммид уже начал опасаться последствий за свой смелый поступок и разослал всем монахам и священникам империи письмо, в котором подробно изложил обстоятельства дела, объяснял свое поведение и в резких выражениях восставал против фаворитки. Он как бы проводил опрос общественного мнения среди священнослужителей и монахов. Свое письмо он закончил так:

"Вот по каким побуждениям мы, не колеблясь, изгнали нечестивую из святого места, ибо не могли дать святое причастие женщине бесстыдной и нечестивой, равно не могли и ронять пред той, что погрязает в пороке и нечестии, драгоценные и дивные слова божественной литургии".

Однако император не стал потакать мстительным призывам своей фаворитки, несмотря на всю свою страсть. Он обнял свою любовницу и со слезами на глазах сказал ей:

"Зачем ты хочешь, чтобы я наказал этого праведника? Если бы я сам сумел жить без позора и без стыда, я сумел бы и уберечь императорское величество от всякого посягательства на него. Но я сам дал повод ко всяким оскорблениям, которые сыпятся теперь на мою особу и на мое достоинство. Поэтому я только пожинаю то, что сам посеял".

После этого случая никаких известий о прекрасной маркизе больше не сохранилось. Очевидно, император удалил ее, но враги Влеммида добились того, что непокорный монах впал в некоторую немилость, которая длилась до 1250 года.

Что думала обо всем этом императрица Анна, осталось неизвестным, а ее отца Фридриха II эти проблемы не волновали вовсе. В переписке с Иоанном III Ватацем он говорит о своих победах, об общих делах, предостерегает против происков курии, но ни словом не упоминает о своей дочери, кроме как в тех случаях, когда, упирая на их близкое родство, он говорит об их прочном союзе и общих успехах в борьбе с врагами. Дела в Италии в этом очерке нас интересуют мало, а вот о военных успехах Никейской империи за этот период надо сказать несколько слов.

Еще в 1246 году Иоанн III Ватац захватил почти всю Македонию, а также болгарские города Серес и Мельник. Также легко он захватил и Салоники. Эпирский деспотат он пока оставил в покое, но вскоре вторгся во Фракию и осадил Цурул. Как тесен мир! Начальником крепости был барон Ансельм де Кайе, женатый на дочери Феодора Ласкаря и, следовательно, приходившийся свояком Иоанну III Ватацу. Барон убыл в Константинополь, оставив город под защитой своей жены. Но Иоанн не проявил родственных чувств и, взяв город, посадил родственницу на лошадь и отправил к мужу. Взяв затем и Визу, он окончательно отрезал Константинополь с суши от Запада.

В 1248 году генуэзцы захватили остров Родос у местного деспота Иоанна Гавалы. Иоанн III Ватац поспешил в Смирну и занялся организацией десанта на Родос. Генуэзцы же получили от Виллардуэна Ахейского сотню французских рыцарей для защиты острова, которые немедленно занялись грабежом острова, а сами укрылись крепости Родоса, где решили наслаждаться обильными запасами и красивыми женами горожан. Но их идиллия длилась недолго. Присланный десант быстро захватил остров. Французских рыцарей перебили всех до одного, а генуэзцам разрешили сдаться в плен на определенных условиях, так как Никейский император всегда искал союза с врагами Венеции, которая хозяйничала в Константинополе. В 1250 году Иоанн III Ватац мог бы уже и сам захватить Константинополь, сил для этого хватало, но он опасался вызвать в Европе бурю возмущения и спровоцировать новый крестовый поход. Вот об этих-то своих успехах и сообщал в письмах Иоанн III Ватац Фридриху II, хотя его первые контакты с курией относятся еще к 1249 году.

Фридрих II конечно поздравлял своего союзника с этими победами, но гораздо больше его волновали начавшиеся контакты между папской курией и Никейской империей. В 1250 году папа Иннокентий IV послал в Никею посольство с целью порвать союз двух императоров и восстановить единство церквей. Фридрих II был обеспокоен этими шагами папы и предупреждал Иоанна III Ватаца, что эти шаги предпринимаются только с целью разрыва союза двух императоров. Но главной целью жизни Никейского императора был захват Константинополя любой ценой, и он заинтересовался предложениями папы и отправил в Италию своих уполномоченных для переговоров с папой.

Часть IV. Конец германо-византийского союза. Последние годы жизни.

Фридрих II незадолго до смерти жаловался в письме союзнику на его нелояльность:

"Как это папа послал к твоему царскому величеству монахов - миноритов и доминиканцев, что не только моей пресветлости, но даже детям покажется чудным и странным? Как этот рекомый архиерей архиереев, при всех ежедневно отлучающий тебя и твоих ромеев, бесстыдно называя еретиками православнейших ромеев, от коих вера христиан разошлась до концов вселенной, как он не устыдился посылать своих духовных лиц к твоему царскому величеству?.. Как это исстари врожденную, по дьявольскому наваждению, у римских архиереев злобу против ромеев, которую не удалось искоренить многим великим архиереям и служителям Христа ни словом, ни делом, ни постоянной молитвой за долгое прошедшее время, - как этот папа обещает исправить в одно мгновение несерьезными словами и лукавыми толкованиями простецов, после того как вновь выразил свою злобу на всякий лад?"

Далее Фридрих II напоминал своему союзнику, что он имеет опыт относительно дел Запада, но никогда не позволил бы себе решать что-нибудь относительно дел Востока, не посоветовавшись с Иоанном III Ватацем, который знает их лучше него. В конце письма он добавил, что намерен принять у себя этих уполномоченных прежде, чем они отправятся дальше. И действительно посольство Иоанна III Ватаца находилось в плену до смерти Фридриха II в декабре 1250 года. После его смерти стало ясно, что германо-византийский союз доживает свои последние дни.

В начале 1251 года миссия из Никеи, наконец, добралась до Рима и получила там заманчивые предложения. Но Иоанн III Ватац решил прервать переговоры с папой и приступил к осаде Константинополя. Папа в свою очередь пообещал защитникам города денежную помощь и стал призывать к крестовому походу против греков. Тогда Иоанн III Ватац снял осаду и возобновил переговоры с папой, которые завершились в 1254 году заключением соглашения. По этому соглашению Никейский император получал полную свободу действий в отношении Латинской Империи и Константинополя, но обещал обеспечить единение церквей. Я не буду подробно останавливаться на подробностях этой договоренности, хотя здесь и есть масса интересных моментов. Но в конце 1254 года умерли и папа Иннокентий IV, и Иоанн III Ватац, и Конрад IV, и дело единения церквей опять рухнуло. Со смертью Иоанна III Ватаца закончилась и краткая эпоха германо-византийского союза.

А что же наша героиня? Взрослея, она постепенно начала приобретать некоторое влияние на своего мужа. Про маркизу уже никто и не вспоминал: где она? что она? Вот они тайны Никейского двора! А в 1253 году в Никее произошел любопытный эпизод. Дело в том, что преемником Фридриха II на троне стал его сын от первого брака Конрад IV, который велел изгнать из империи всех Ланчиев, то есть родственников Анны (Констанции) и Манфреда. Изгнанники отправились в Никею, где и были очень радушно встречены. Иоанн III Ватац оказывал дяде своей жены, Гальвано Ланчию, и другим ее родственникам такое явное покровительство, что вызвал этим гнев Конрада IV. Тот счел себя оскорбленным и стал жаловаться на поведение Никейского императора. На Восток со специальной миссией отбыл маркиз Бертольд Гогенбургский, который оставил в Никее о себе очень сильное впечатление. Иоанн III Ватац выслушал предъявленные требования и вынужден был уступить, но отношения его с Гогенштауфенами от этого не улучшились. Впрочем, они уже и так дышали на ладан.

Оставшись вдовой, Анна охотно вернулась бы на родину, но не тут то было. Она оставалась как бы знатной пленницей при Никейском дворе. Новый император Феодор II Ласкарь был сыном Иоанна III Ватаца от первого брака. Он ненавидел свою мачеху и очень плохо с ней обращался. А так как преемник Конрада IV Манфред стал проводить враждебную по отношении к Никее политику, то Анна становилась в руках Феодора II ценной заложницей.