Смекни!
smekni.com

Крестьянская реформа 1861 г. (стр. 4 из 5)

Между тем, народ, трудящиеся в 60-х годах были абсолютно равнодушны к политическим преобразованиям, как и крайние революционеры типа Чернышевского. А эти реформы изменили лицо России ничуть не меньше, чем крестьянская реформа. Результатом политических реформ было полное изменение условий политической жизни. Вернее - появление этой политической жизни, партий со своими идеологиями, организациями, прессой и другими орудиями пропаганды, их борьбы и прямого влияния этой борьбы на политику правительства. Ничего подобного не было до реформ; нельзя же считать политической жизнью появление произведений Пушкина, Гоголя, Белинского, совершенно не касавшихся прямо, непосредственно, ни одного политического вопроса. А ведь кроме этих произведений да единичных тайных кружков ничего не было до реформ. Реформы политические дали возможности, хотя и очень ограниченные, для политического и культурного воспитания нации, для борьбы за прогресс, против феодализма в России. Ведь достаточно сказать, что с 1855 года в России читали "Колокол", легально выходили произведения Чернышевского, Добролюбова, Писарева, Некрасова, Щедрина и журналы, редактируемые этими представителями крайних направлений, резко радикальных, революционных; печатались произведения Маркса и Энгельса.

Как и в Германии, в России в 6О-х годах произошла настоящая "революция сверху", она привела к перелому не менее крутому и резкому, чем в Германии, но так как исходные позиции были совершенно разного уровня в этих двух странах, то и результаты очень сильно различались.

Этот переворот внутри коренным образом изменил и внешнюю политику России. Внешняя политика Николая I - это Венский конгресс, союз с Пруссией и Австрией при дружеской поддержке английских консерваторов в целях изоляции "беспокойной" Франции и удушения революции, в расчете, что за роль европейского жандарма эти благодарные союзники отдадут Турцию. Вместо этого дипломатия Александра II уже в 1859 году во время австро-французской войны провозглашает дружественный Франции и Пьемонту нейтралитет. В период войн за воссоединение Германии Россия оказывает поддержку Бисмарку (и в 1866, и в 1870 году), способствуя тем самым воссоединению Германии, Италии, краху и реформе после этого краха Австрии. Наконец, позиция России приближала конец бонапартизма, когда он в конце шестидесятых годов изжил себя. Во время гражданской войны в Америке Россия совершенно открыто поддерживает Линкольна против южан, поддерживаемых Англией и Францией. В общем, внешняя политика Александра II в первый раз (и в последний до 1917 года) за XIХ век, да и значительную часть XVIII, не только не носила реакционного характера, который, казалось, был постоянной сущностью внешней политики России, но играла прямо прогрессивную роль. Даже стремление России к проливам, этот вечный конек реакции в России всех веков и формаций во внешней политике, теперь привело к освобождению Болгарии и коренным буржуазно-демократическим преобразованиям в ней.

В крестьянской России со второй половины прошлого века основным средством модернизации и ускорения социально-экономического развития стали аграрные преобразования - реформы и революции. С начала 1860-х годов они заняли - и сохранили до сих пор - совершенно особенное место в историческом процессе, определили характер не только аграрной эволюции, но и общий ход истории России.

Исторические судьбы страны второго или даже третьего "эшелона" рыночной модернизации, связанные с ее социально-экономической отсталостью, толкали Россию на путь догоняющего развития, усиливали роль и без того гипертрофированной государственной власти.

Придавленность общества государственной властью, ограниченная возможность спонтанных изменений многое объясняют в ходе и исходе российских реформ. Бросается в глаза сильнейшее влияние посторонних интересов государственных, господствующих классов и т.п.) - посторонних тем задачам, которые реформы были призваны решать. Характерна их вынужденность разного рода политическими факторами: военными поражениями, социальными конфликтами, отставанием в "соревновании" стран, идеологическими устремлениями - самодержавно-патриархальными, социалистическими или либеральными.

Названные особенности в полной мере проявились в реформе 1861 г., положившей начало ликвидации крепостной зависимости крестьян от помещиков. Если обратиться к историческим реалиям, то перед нами возникает картина растянутого, неопределенного в стадиях и формах, мучительного для крестьян процесса. Из многих ущемлений крестьян в пользу их бывших владельцев решающее значение имели "отрезки" и "временнообязанное состояние", создавшие систему полукрепостной с сильнейшей примесью кабальности эксплуатации крестьян Ни помещичьи, ни крестьянские хозяйства не встали и не могли встать на путь подъема и модернизации. Эгоизм дворянства, неспособность отказаться от феодального "права ничего не делать", хозяйственная бездарность привели к замораживанию системы отношений, которая мыслилась как переходная к новому, а оказалась продолжением старого. Неурожаи, голодовки не позволили крестьянам в массе своей начать выкупные платежи. "Временнообязанное состояние" затянулось надолго, пока 28 декабря 1881 г. не был издан закон об обязательном выкупе с 1 января 1883 г. Выплата "выкупных" была рассчитана на 49 лет и продолжалась бы до начала 30-х годов.

С прекращением "временнообязанного состояния" встал вопрос о дальнейших путях и формах развития сельской жизни. Именно тогда министром финансов Н.Х.Бунге было предложено предоставить крестьянству возможность выхода из общины и организации подворно-участкового землепользования - то, что впоследствии стало главным в земельной реформе П.А.Столыпина. Реализации этой большой реформаторской идеи весьма способствовали бы меры, уже осуществленные Бунге в 1882 г. - отмена подушной подати и, в особенности, учреждение крестьянского банка, призванного способствовать" распространению частной поземельной собственности между крестьянами" путем покупки земли у помещиков и государства.

Имеется достаточно оснований считать, что реализация предложений Н.Х.Бунге могла быть успешной. Впереди было время, необходимое для того, чтобы заложить основы новых социально-экономических структур в деревне, выйти на путь спонтанной капиталистической модернизации сельского хозяйства. Однако это обрекало бы дворянство на довольно быстрое вытеснение из экономической жизни деревни. За 20 лет "временнообязанного состояния" крестьян оно ничего не поняло и ничему не научилось. Предложения Н.Х.Бунге были отвергнуты. Начиналась полоса контрреформ.

Об осуществленных и предлагаемых мерах Н.Х.Бунге не принято говорить как о реформе. Между тем перед нами практически начатая крупнейшая аграрная реформа, направленная на создание условий для органического развертывания процессов модернизации крестьянского хозяйства - основной формы сельскохозяйственного производства в России. Характерно, что контрреформы были направлены именно против новых тенденций в аграрном вопросе. Контрреформы для деревни означали укрепление власти общины над своими членами через ужесточение круговой поруки и ограничение выхода крестьян из общины. Они являлись фактическим прикреплением крестьянина к земле, что должно было, по мысли царской бюрократии, предупредить образование "язвы пролетариатства" и связанной с ней революционной угрозы. В 1893 г. было отменено даже весьма ограниченное разрешение на выход крестьян из общины, предоставленное в 1861 г. Это вполне соответствовало экономическим интересам помещиков.

Конечно, не нужно впадать в крайность и утверждать, что только правительству Александра II и либеральному дворянству страна была обязана реформами. Они были бы проведены и значительно более умеренным правительством, но это были бы не совсем те реформы. Достаточно прибавить к реформам Александра II "поправки" его сына, чтобы представить себе другой, очень сильно отличающийся вариант преобразований. А эти "поправки" могли появиться на 20 лет раньше, вместе с самими реформами. Этого не случилось только потому, что помешало правительство. А без двадцатилетия свобод, либерализма, быстрого роста революционных организаций, развития культуры (это было величайшее двадцатипятилетие в истории русской культуры) был бы невозможен 1905 год, не говоря уже о 1917-м.

Период от Крымской войны до первого марта 1881 года начался "Колоколом" Герцена, а кончился "Социализмом и политической борьбой" Плеханова. Это период, к которому принадлежат Тургенев, Некрасов, Щедрин. Без опыта этого периода не было бы Льва Толстого и Достоевского, Репина, Чайковского. Это период "Современника", "Русского слова", "Могучей кучки", передвижников. Короче говоря, в политике и экономике эта четверть века не может быть сравнена ни с чем, а в культурном отношении - только со всеми предшествующими полутора столетиями развития. В области же революционной борьбы это время и сравнить не с чем. Ничего подобного по высоте развития не было до сих пор.