Смекни!
smekni.com

История освоения Зауралья (стр. 2 из 2)

Путь по Вишере и Лозьве был длинным и тяжелым. Памятуя о зимнем переходе чердынского воеводы Никифора Траханиотова через "Верхотурье" на Тобол, Иртыш, Обь, в результате которого был построен Бордов, московское правительство издало в 1595 г. указ, по которому желающим предлагалось "проведывать" прямую дорогу в эти места. Удача улыбнулась крестьянину деревни Верхняя Усолка Соликамского уезда Артемию Сафоновичу Бабинову, проложившему новую сухопутную дорогу от Соликамска на верховья Туры.

Уже летом 1597 г. по царскому указу были "посыланы из Перми с вожом с Ортюшкою Бабиновым 2 целовальника, а с ними посошных людей (крестьян. - Авт.) 40 человек, новые Сибирские дороги чистить и мостов мостить; и те целовальники с пашенными людьми Сибирскую дорогу чистили и мосты мостили худо, для того, чтоб вперед той новой Сибирской дороге не быти".

Нежелание пермичей приводить в порядок Бабиновскую дорогу объяснялось очень просто: Чердынь и его округа оставались теперь в стороне от нового короткого пути в Сибирь, что неизбежно должно было привести эти земли к экономическому упадку. Ненужным становился и Лозьвинский городок, зато возникала настоятельная необходимость в строительстве в верховьях Туры нового города, который бы взял на себя его функции.

Начало Верхотурья

Еще австрийский посол Сигизмунд Герберштейн, дважды - в 1517 и 1526 гг. побывавший в России, писал в своих "Записках о московитских делах", что за горной цепью, разделяющей Европу и Азию, "находятся две крепости - Ером и Тюмень, которыми управляют властелины князья югорские, платящие (как говорят) дань великому князю московскому".

"Крепость Ером" - это, несомненно, "Неромкар", старинное вогульское городище, расположенное в верховьях Туры. Его название можно превести как "Каменный город" ("нером" по-мансийски означает "камень", "кар" по коми-пермяцки - "город" или "крепость").

В 1597 г. сюда для его осмотра прибыл по заданию правительства чердынский воевода Сарыч Шестаков. В начале октября того же г. он послал в Москву "городовому и острожному делу роспись городищу Неромкуру", к тому времени уже заброшенному (в начале XVII века вогульский юрт "Неромкары" кочевал довольно далеко от этих мест). В росписи сообщалось, что для строительства нового города здесь есть все условия, "потому что то место добре крепко, никоторыми делы влести не мошно.

Осенью 1597 г., но еще до получения шестаковской "росписи", из Москвы в Сибирь были посланы Василий Петрович Головин и Иван Васильевич Воейков. В соответствии с царским наказом им повелевалось быть на государевой службе "на новой на сибирской на Верхотурской дороге - на старом на чюцком городище на Неромкуре поставити город". Вслед за этим стрельцов для лозьвинского гарнизона велено было "полати на Верхотурье для городового дела и для их строенья, потому что лозвинским людем тамо быти".

В Москве настолько были уверены в неукоснительном выполнении распоряжений, что другая грамота от того же 15 декабря 1597 г. адресовалась уже непосредственно на Верхотурье. В ней речь шла о посылке В Сибирь хлебных запасов, собранных с Перми, Вятки, Выми, Соли Вычегодской и Устюга Великого и предназначенных для раздачи служилым людям и "ямским охотникам" сибирских городов. Вместе с людьми, сопровождавшими груз за Урал, на Верхотурье направлялись 50 плотников, которые должны были построить суда для перевозки запасов и амбары для их хранения.25

Уже стучали топоры. Помимо пермичей и лозьвинских служилых людей, к строительным работам были также привлечены пленные татары, присланные из Казани.

Возведенный на левом берегу Туры между речками Свиягой и Дернейкой, город Верхотурье с трех сторон был обнесен деревянными стенами, с четвертой, выходящей к скалистому обрыву над рекой, были поставлены, согласно рекомендациям Сарыча Шестакова, избы в ряд, а по углам были срублены сторожевые башни. Следом к городу был пристроен еще и острог.

В 1599 г. внутри города была воздвигнута холодная Троицкая церковь (для службы в ней использовались иконы, утварь и книги, привезенные с Лозьвы). Кроме того, здесь стояли дворы воевод и священника, съезжая изба, уездная канцелярия, а также жилые постройки служилых людей. В первые гг. верхотурский гарнизон, помимо нескольких детей боярских, состоял из 46 лозьвинских стрельцов и казаков. В начале сентября 1598 г. их атаманом был назначен переведенный из Тобольска Пинай Степанов, начавший свою службу в Сибири еще в составе дружины Ермака.26 Большая часть гарнизона постоянно находилась в посылках и разъездах. "А в городе и остроге на караулех и по сторожам, - жаловались по этому поводу в 1607 г. верхотурские воеводы, - оставаетца стрельцов по десяти человек и меньши, а служивых людей мало...".

Опасность для Верхотурья действительно существовала: еще продолжали активные боевые действия против русских сыновья Кучума, да и местное ясачное население не отличалось миролюбием. Так, соляной промысел, заведенный верхотурцами еще в 1600 г. на речке Негле, неоднократно пытались уничтожить сосьвинские вогулы. А весной 1604 г. лялинские и тагильские вогулы склоняли сосьвинских к совместному выступлению. В их планы входило "русских людей побить и к Верхотурью под город с войною приходить, и город сжечь, и по дорогам и на пашнях русских людей побивать было".

Первые воеводы, В.Головин и И.Воейков, управляли Верхотурьем до весны 1599 г.. Особой дружбы между ними, похоже, не было. Об этом, в частности, свидетельствует извет Василия Петровича на своего товарища в том, что когда через Верхотурье везли попавших в плен сибирских цариц и царевичей, то Иван Воейков, назначенный в тот период первым воеводой (очевидно, именно это и подтолкнуло обиженного Головина на донос), не устроил им предписанной встречи, после чего царевичи сидели у него на подворье "до полуночи, а играл де Иван с ними зернью", то есть в кости. И вообще, по словам Головина, Воейков ведет себя неподобающими образом: ездит за город "с собаками", ночует вне города, "пьет безпрестанно", в съезжую избу не ходит, служилым людям "чинит тесноту великую..., велит им на себя солоды ростить и пива варить", берет у них подводы для своих нужд, позволяет торговым людям проезжать мимо Верхотурья без уплаты таможенных пошлин, раздает без царского указа "государев запас" плотникам и т.д.29

В результате проведенного разбирательства Воейкова велено было посадить на неделю в тюрьму и "доправить" на нем растраченные казенные средства, а Головин вернулся к исполнению обязанностей первого воеводы.

До второй четверти XVII века в Верхотурье направлялось по два воеводы, а с 1613 г. им в помощь стали назначать из Москвы подъячих с приписью (то есть с правом подписывать документы), иногда - дьяков. И лишь с 1627 г., начиная с князя Семена Никитича Гагарина, город управлялся лишь одним воеводой.

Заменив Лозьвинский городок в качестве главного перевалочного пункта на пути в Сибирь, Верхотурье вскоре становится не только военно-административным центром нового уезда, в состав которого вошла значительная часть лесного Зауралья с рядом ясачных волостей, но и важнейшим экономическим центром региона с развитым пашенным земледелием. Уже в 1600 г. здесь были поставлены новый Гостиный двор и "татарский двор" для торговли с ясачными людьми. Сюда стали переселяться торговые люди из Перми и Вятки. Кроме того, в городе было организовано производство водки, заведен кабак и появились казенные ремесленники. С самого начала в Верхотурье была организована ямская гоньба - в Ямскую слободу, возникшую здесь в 1600 г., перевели ямщиков из Поволжья и Вятской земли.

Грузы через Верхотурье шли нескончаемым потоком как сухопутными дорогами, так и водным путем. Однако из-за мелководья суда не могли подходить к самому городу, поэтому ниже по Туре была построена в районе возникшего здесь села Меркушино пристань. Невдалеке от нее располагалась верфь.

Уже в первых царских грамотах строго предписывалось "мимо Верхотурья не пропускать никого", а в связи с чем в 1600 г. здесь была официально устроена таможня. А в 1607 г. воеводы Степан Годнов и Алексей Загряжский получили из Москвы первую городовую печать. "И вы б тою нашею печатью, - указывалось в сопроводительной грамоте, - печатали наши всякие дела и нашу казну, хлеб и деньги и пушечные запасы, и всякую мяхкую рухлядь и у торговых и у проезжих людей, которые приедут в Сибирь, на Верхотурье..., и нашу ясачную казну присылали к нам, к Москве, за нашею печатью..., и держали б есте нашу печать в съзжей избе бережно...".30 Согласно Росписи 1635 г. на этой круглой печати имелось следующее изображение: "Соболь под деревом, а около вырезано: "Печать государева земли Сибирския города Верхотурья"". Позднее сюда добавили букву "В".

В 1689 г. в связи с учреждением здесь особого разряда (в ведение Верхотурья перешли Туринский и Пелымский уезды), изображение на печати было изменено: вместо прежнего рисунка появился соболь со стрелой, а рядом буква "В".

В XVIII веке Верхотурский уезд входил в состав Тобольской губернии, а в 1781 г. его переподчинили Пермскому наместничеству (позднее - губернии). Поэтому герб Верхотурья, Высочайше утвержденный 17 июля 1783 г., выглядел следующим образом: "В верхней части щита герб Пермский (на нем в красном поле был изображен серебряный медведь, на котором было поставлено Евангелие в золотом окладе, а над ним серебряный крест. - Авт.). В нижней - в серебряном поле соболь со стрелою и буквою В, означающую имя сего города".

По мере освоения новых земель территория Верхотурского уезда продолжалла расширяться. Во второй половине XVII века южная его граница продвинулась до рек Исети и Миасса. Росло и его население: только с 1624 по 1680 г. число дворов в уезде увеличилось более чем в 7 раз. Делился он на русские "присуды" (слободы или остроги с прилегающими деревнями и починками, управлявшиеся приказчиками, назначавшимися верхотурскими воеводами) и ясачные волости.

На протяжении долгого времени город Верхотурье являлся главными воротами в Сибирь. Во многом это делалось искусственно, ибо, стремясь направить основной поток людей и грузов через его таможенную заставу, правительство всякую новую дорогу "мимо Верхотурья" приказывало "засечь накрепко, чтобы отнюдь конным людем проезду, а пешим проходу не было". И только лишь в 1763 г. это давно уже не действовавшее на практике распоряжение формально было отменено.