Смекни!
smekni.com

Культурная революция 30-х годов (стр. 1 из 9)

План

Введение

· Культурные преобразования в России после Октябрьской революции

· Литература и искусство в СССР в 20-е гг

· Культурное развитие СССР в 30-е гг

Список использованной литературы

Введение

За тысячелетнюю историю России ее народ пережил немало войн, революций и других катаклизмов. Объяснить эту историю только с позиций марксистского тезиса "бытие определяет сознание" решительно невозможно, потому что революции начинаются в головах у людей, а затем они пытаются воплощать свой замысел в жизнь. Чаще всего это получается плохо – замысел сильно деформируется при столкновении с реальностью. Примером тому служат три пережитые страной за минувшее тысячелетие культурные революции. И уже начавшаяся четвертая.

Революция первая: крещение

Как точно заметил В.О.Ключевский, "должно быть каждому народу от природы положено воспринимать из окружающего мира, как и из переживаемых судеб, и претворять в свой характер не всякие, а только известные впечатления, и отсюда происходит разнообразие национальных складов или типов, подобно тому как неодинаковая световая восприимчивость производит разнообразие цветов. Сообразно с этим и народ смотрит на окружающее и переживаемое под известным углом, отражает то и другое в своем сознании с известным преломлением".

Славяне, как и все другие народы, создавали свою картину мира прежде всего на основе географических особенностей тех мест, где они селились и жили. Религиозные фрагменты картины мира древних славян были привязаны к пространственным и временным. Религия славян "состояла в обожании природы, – писал историк и этнограф Н.Костомаров, – в признании мыслящей человеческой силы за предметами и явлениями внешней природы, в поклонении солнцу, небу, воде, земле, ветру, деревьям, птицам, камням. <...> Верили они также в волшебство, т.е. в знание тайной силы вещей, и питали большое уважение к волхвам и волхвицам, которых считали обладателями такого знания; с этим связывалось множество суеверных приемов, как то: гаданий, шептаний, завязывания узлов и тому подобного. В особенности была велика вера в тайное могущество слова, и такая вера выражалась во множестве заговоров, уцелевших до сих пор у народа".

Древнеславянская картина мира – всего лишь первоначальное "сырье", исходный объект культурной политики, над которым потом десять веков трудились поколения Рюриковичей и Романовых. Но это еще и те корни, на которых стояли в течение тысячи лет масса российского крестьянства, городской посад и даже социальные верхи. Да и само народное искусство – сказки, хороводы и песни, былины и обряды, – все это может быть адекватно понято только с учетом древнеславянской картины мира. Протославянская картина мира сыграла также роль первоначальной основы, на которую затем наложились многочисленные иноплеменные влияния. Да и сами славяне отнюдь не были единственным народом, из которого сложилась русская нация.

Только с IX в. начинается формирование территориальной и политической общности славян, а по мере ее укрепления постепенно формируется единая национальная картина мира. Основу ее составляла, естественно, картина мира древних славян. Но не только: в этом процессе крайне важную роль сыграло мощное воздействие других народов запада, востока и юга. Славянская кровь, как и кровь многих иных народов, не может претендовать на некую "чистоту". Не только выходцы из Скандинавии – так называемые "русские" князья систематически вступали в политически выгодные браки с отпрысками иноземных владык. Многочисленные набеги, военные победы и поражения приводили к смешиванию племен, в результате которого сформировался славянский (русский) этнос. Иными словами, на формирование национальной картины мира народов России интенсивно влияли весьма своеобразные культуры юга, востока и запада.

Когда в 980 г. князь Владимир возглавил Киевскую Русь, перед ним в качестве первоочередной встала задача максимально укрепить объединение славянских племен. Но сделать это было можно только путем сближения их картин мира. Сначала Владимир попытался ввести единый для всех вариант общегосударственной языческой религии. Однако эта попытка оказалась неудачной: язычество, как слишком своеобразная картина мира, никак не стыковалось с картинами мира мировых религий – ни с мусульманской на востоке, ни с католической на западе, ни с православной на юге. Это ставило серьезные препятствия для внешних контактов и заимствований в области культуры, науки, ремесел и строительной техники. Сам будущий креститель Руси в вопросах морали отнюдь не был догматиком, что открывало перед ним широкие возможности выбора новой религии.

Согласно летописной версии, решающим аргументом в пользу выбора православного христианства послужила эстетика церковных обрядов. Однако историк русской церкви Е.Е.Голубинский приводит причину, более реалистичную и убедительную: "Владимир расположен и убежден был к принятию греческого православного христианства киевскими варягами – христианами... Он действовал... как государь, сознававший настоятельную государственную необходимость этой веры". Этот выбор позднее прокомментировал академик Б.Д.Греков: "Русь предпочла византийскую ориентацию, считая ее более выгодной, чем подчинение Риму. ...Византийская церковь была, несомненно, терпимее римской; в противоположность последней она допускала существование национальных церквей, давала значительную возможность самостоятельной жизни".

Древнерусское государство осуществило модернизацию протославянской картины мира именно с помощью христианства, к тому времени уже укоренившегося в Европе и на Ближнем Востоке и представлявшего значительную политическую и культурную силу. Однако первые греческие миссионеры – братья Кирилл и Мефодий принесли на Русь христианство не с греческой грамотой, но изобрели кириллицу – славянский алфавит, на который стали переводить богослужебные источники. Тем самым Русь оказалась отрезанной от античной культуры, которая использовала греческий или латинский языки.

Принятие христианства в его православной редакции стало первой наиболее отчетливой точкой бифуркации в "истории государства Российского", когда решение одного человека – князя Владимира – предопределило судьбу огромной страны и ее народа на много веков вперед. Так, вполне вероятное в то время принятие ислама сделало бы Россию страной преимущественно азиатской, принятие католичества ввело бы Россию в круг европейских народов, через церковную латынь сделало бы доступными античные литературные источники. Православное же христианство вместе с церковно-славянской кириллицей и спецификой русской географии – почти неисчерпаемой возможностью экстенсивного развития – сделало Россию евразийской державой, страной, соединяющей в картине мира своего народа как фрагменты восточно-степных представлений, так и ценности европейских народов.

Насильственное изменение картины мира всегда вызывает сопротивление, и христианскую веру пришлось вводить силой. Летописи зафиксировали массовые восстания ("восстания волхвов" в 1026 и 1071 гг.) против насильственной христианизации. С полным основанием Вл. Соловьев говорил о крещении Руси Владимиром как о национальном самоотречении, как о перерыве или разрыве национальной традиции.

Принятие Древней Русью православия способствовало заимствованию у Византии многого – государственного строя, науки и ремесел, техники и искусства. Но все же главным следствием крещения Руси стали кардинальные изменения в картине мира, которая стала теперь и не языческой и не христианской, а состояла из фрагментов того и другого. Это было вполне естественным, ибо ни один народ не может принять новую картину мира сразу и целиком. А потому точно так же, как сама византийская картина мира во многом носила следы античного язычества, так и новая картина мира Киевской Руси отнюдь не стала целиком и полностью византийской. Потому что изменение картины мира шло не путем полной замены старых образов новыми, а за счет наслаивания, добавления нового к сохраняемому старому.

С принятием христианства началась постепенная и крайне медленная трансформация этической системы древних славян. Историк К.Н.Бестужев-Рюмин справедливо полагал, что "самым ближайшим влиянием христианства было влияние нравственное, ибо нравственность христианская, возведенная в обязанность, существенно отличалась от нравственности языческой... Так, христианство обязывает помогать неимущим, как братьям во Христе... Приняв этих людей под свою защиту, церковь создала новую среду, стоящую выше разрозненных интересов отдельных общин и основанную на ином начале, чем княжеская дружина; выше интересов личных, племенных, практических поставила она общечеловеческий интерес – начало нравственное. То же нравственное начало внесла она в отношения семейные, дотоле составлявшие дело исключительно личное; она создала трибунал для суждения дел семейных; но кроме того она очистила семью, поставив начало единоженства, которое сменило многоженство, дотоле допускаемое… Сверх этого церковь посреди общества, поклоняющегося физической силе и обоготворявшего ее проявление в своих богатырях, выставила иное начало – начало подчинения физической силы силе нравственной; представила примеры подвигов не таких, какие до сих пор пленяли общество, – подвигов, проявляющихся в победе над собственными страстями и в противоположении гневу и раздражению – кротости, гордости земными благами и стремлению господствовать – смирения и готовности служить".

Помимо двух основных источников формирования новой картины мира – христианского и языческого – существовал еще и третий источник: византийская (и отчасти западная) народная и городская культура, которая придавала национальной славянской картине мира специфический характер. Вполне возможно, что именно влиянию этой культуры мы обязаны юродством (впоследствии ставшим на Руси одним из церковных институтов), скоморошеством (периодически то гонимым, то поддерживаемым власть имущими), городской карнавальной, ярмарочной и лубочной культурой, дожившей до Нового времени.