Смекни!
smekni.com

Нужно ли было НАТО бомбить Югославию? История и последствия Косовского кризиса 1998-1999 гг. (стр. 10 из 12)

Но, безусловно для урегулирования косовского кризиса самым важным условием является стремление самого населения к мирному разрешению кризиса. И, с моей точки зрения, основными задачами международного сообщества должны были быть защита мирного населения и способствование мирному разрешению конфликта. С моей точки зрения, НАТО эти задачи не выполнило.

II часть. Акция НАТО против СРЮ

Концепция «гуманитарного вмешательства»

Для оправдания своей акции против Югославии, НАТО использовало концепцию «гуманитарного вмешательства». Официальным объяснением явилось, то что бомбардировки были «минимально возможной исключительной мерой для предотвращения гуманитарной катастрофы» Robertson G. Kosovo. An account of the crisis //www.mod.gov.uk []« По поводу этого вопроса в международном праве существует конфликт. В хартии ООН чётко определено, что силовая акция против другого государства законна лишь в случае если это является самообороной против вооружённого агрессора или если мирные методы разрешения конфликта исчерпаны, а на проведение силовой акции получено разрешение Совета Безопасности ООН. Однако Всеобщая декларация прав человека гарантирует права индивида против подавляющего его государства. Существует большое количество взглядов на эту проблему. Джек Голдсмит из Чикагской школы права утверждает, что «гуманитарное вмешательство существует как традиция в международных отношениях» New York Times 27.03.1999 "Legal Scholars Support Case for Using Force

[] " Ноам Чомски в своей статье «The current bombings»(сентябрь 1999 г.// www.znet.com) приводит мнения таких известных специалистов в области международных отношений и международного права, как Луис Хенкин и Хедли Булл. Последний писал, что «определённые государства или группы государств, которые объявляют себя способными решить, что является благом для мира, не принимая в расчёт мнения других, являются угрозой для мирового порядка». Хенкин писал, что «усилия, подмывающие запрет на использование силы являются очень опасными, а аргументы для их легитимизации опасными». Действительно, принятие или неприятие такой концепции, которую я бы назвал «международным самосудом» является очень избирательным. В частности, когда в 1995 г. Иран предложил вмешаться в боснийскую войну для предотвращения гуманитарной катастрофы, это предложение было отвергнуто, так как не было уверенности в благих намерениях Ирана. В случае с Косово, НАТО даже не предприняло попыток легитимизировать свою акцию, поставив этот вопрос на голосование Совета Безопасности или попытаться получить одобрение Генеральной Ассамблеей общей политики в отношении Косово.

Но даже если считать такую концепцию «международного самосуда» законной, аргументы в её пользу вызывают большие сомнения. В качестве преступлений против албанского населения в Косово приводились два события: убийство 45 албанцев в Рачаке (15 января 1999 г.) и планировавшаяся операция по выселению албанцев из Косово под кодовым названием «Подкова». Доклад о событиях в Рачаке был составлен финскими наблюдателями ОБСЕ 17 марта - перед самым началом бомбардировок. У многих достоверность событий в Рачаке вызывала большие сомнения. В частности, французская газета Le Figaro в статье от 21.01.1999 выражает сомнения, что сербские силы безопасности смогли бы совершить эти преступления незаметно для находившихся неподалёку наблюдателей ОБСЕ и, что сербы бы стали приглашать в район планировавшейся казни корреспондентов Associated Press. По версии Le Figaro боевики ОАК собрали в одной канаве бойцов ОАК убитых в ходе столкновений с югославскими войсками в Рачаке и объявили это результатом массовой казни. Достоверность сообщений об операции «Подкова» вызывает ещё большие сомнения. Впервые об операции «Подкова» заявил министр иностранных дел Германии Йошка Фишер 6 апреля 1999 г. По заявлению Фишера целью этой операции было выселение всего албанского населения Косово, а сама операция планировалось задолго до начала бомбардировок НАТО. Однако согласно интервью бывшего бригадного генерала Бундесвера Хайнца Локуая газете The Sunday Times от 02.04.2000 он пришёл к выводу «что такого плана никогда не существовало».[85] По его словам, германское руководство сделало этот план из расплывчатого доклада болгарской разведки о ситуации в Сербии, назвав его Potkova. Причём potkova является хорватским обозначением подковы. По сербски подкова звучит как potkovica. Однако представители НАТО отвергли эти предположения, заявив, что кампания по выселению албанцев была слишком хорошо спланирована.

Но даже если в Рачаке действительно происходили массовые казни, а план операции «Подкова» действительно существовал, а операция против СРЮ действительно была «гуманитарной», то, с моей точки зрения, она была совершенно контрпродуктивной. Мне представляется очевидным, что бомбардировки лишь способствовали развитию «гуманитарной катастрофы». Согласно докладу американского государственного департамента мая 1999 г. ‘Erasing History. Ethnic cleansing in Kosovo’ на 19 марта 1999 г. Верховный комиссариат ООН по делам беженцев (UNHCR) сообщал о 333 тыс. перемещённых косовских албанцев, из них 250 тыс. внутри Косово, 30 тыс. в других частях Сербии, 25 тыс. в Черногории, 18 тыс. в Албании, 10 тыс. в Македонии. 31 марта, спустя неделю после начала бомбардировок UNHCR сообщал о 125 тыс. беженцев, покинувших Косово после 24 марта. По состоянию на 5 апреля 560 тыс. албанцев (или 1\4 албанского населения) покинули Косово. По состоянию на 5 мая UNHCR оценивал общее число беженцев из Косово в 700 тыс.: из них 404 тыс. в Албании, 211 тыс. в Македонии, 62 тыс. в Черногории. Общее число перемещённых албанцев составляло уже 1,5 млн. чел или 90% албанского населения. Число албанцев убитых сербами в этот период оценивалось некоторыми источниками в 10 тыс., а по данным Международного Трибунала по бывшей Югославии на 27 мая составляло 340 чел. Число сербских беженцев составляло на этот момент 30 тыс. чел. Хотя утверждения официальных югославских источников о том, что население покидало Косово исключительно в результате бомбардировок, представляются мне абсолютно недостоверными, несомненно, что они тоже повлияли на поток беженцев. В интервью канадской газете The Globe and Mail от 14.04.1999 корреспондент Los Angeles Times в Приштине Пол Уотсон говорил о том, что поток беженцев был вызван как этническими чистками так и авиа ударами. Сам характер бомбардировок абсолютно не соответствовал заявленной задаче. Авиационные удары наносились с большой высоты, их целью были крупные скопления югославской армии и различные военные и гражданские объекты на территории Сербии и Черногории. Даже Збигнев Бжезински в интервью Frankufrter Allgemeine от 14.04.1999 говорил «Почему главнокомандующему вооруженными силами НАТО в Европе (Saceur) еще десять дней после начала операции отказывали в предоставлении вертолетов, в то время как весь мир мог наблюдать за массовыми изгнаниями и узнал о массовых убийствах? Мощное тактическое нападение с воздуха на наземные войска Милошевича можно ведь было провести уже в первый день налетов, даже с риском собственных потерь». Мне представляется крайне маловероятным, что стратеги НАТО не предполагали, что в случае бомбардировок против албанского населения будут проведены массовые репрессии. Ведь по циничной военной логике в случае возможной наземной операции НАТО, албанское население стало бы «пятой колонной» внутри СРЮ. Схожей логикой руководствовались СССР и США во время Второй Мировой войны, проводя массовые депортации соответственно против немцев и японцев. Я не отрицаю, что, возможно, кампания по выселению албанцев была спланирована до непосредственного начала бомбардировок, но с моей точки зрения, это скорее всего произошло после провала Парижских переговоров. Это ни в коей мере не оправдывает преступления югославской армии в Косово, но, с моей точки зрения, часть вины за начало этих событий лежит на руководителях стран НАТО, которые, с моей точки зрения, выполняли там задачи негуманитарного характера.

Отношение государств НАТО к косовской проблеме до 1998 г.

До конца 1980-х г.г. политика стран НАТО характеризовалась практически полным игнорированием межнациональных противоречий в СФРЮ. Косовская проблема не была исключением. СФРЮ занимала важное положение государства-буфера между противоборствующими блоками. Соответственно, дестабилизация в СФРЮ могла стать причиной резкого обострения в регионе с непредсказуемыми последствиями. Более того, косовская проблема была связана с судьбой Албании. А в период существования там режима Энвера Ходжи, страны НАТО были всячески заинтересованы сохранить Албанию в «герметичной упаковке».

В условиях крушения биполярного мира, политика стран НАТО в отношении распада СФРЮ отличалась крайней непоследовательностью. Администрация президента США Дж. Буша проводила достаточно сдержанную линию, выступая в целом за сохранение федерации. Страны же ЕЭС, в особенности, сильно заинтересованные в экономических ресурсах балканского региона Германия и Италия, занимали значительно более радикальную позицию. Именно Германия и Италия в 1991 г. первыми признали независимость Хорватии и Словении, легитимизировав их в качестве субъектов международного права. Только к началу 1992 г., когда балканский кризис достиг своего апогея, США и страны ЕС смогли сформулировать чёткие позиции и стали активными участниками урегулирования югославских проблем. Однако вплоть до событий начала 1998 г. косовская проблема занимала второстепенное место в их балканской политике.

Впервые о проблемах Косово на международном уровне заявил президент Албании Рамиз Алия. Выступая на сессии Генеральной Ассамблеи ООН в октябре 1990 г., заявил, что югославское руководство применяет в Косово политику и практику геноцида в отношении албанского населения, и призвал мировое сообщество обратить на это пристальное внимание (Карнеги). Но до 1996 г. США и большинство других стран НАТО лишь выражали озабоченность обстановкой в Косово. В декабре 1992 г.., накануне своего ухода в отставку, президент Дж. Буш специальной телеграммой предупредил президента Сербии С. Милошевича о том, что "в случае конфликта в Косово, вызванного действиями Сербии, США готовы использовать военную силу против сербов в Косово и в самой Сербии" [87]. Сразу после вступления в должность президента США Б. Клинтона в январе 1993 г. госсекретарь У. Кристофер от имени новой администрации повторил это "рождественское предупреждение". До 1996 г. это оставалось единственной чётко выраженной позицией США по косовскому кризису. Предпринятые в 1994 г. рядом законодателей попытки добиться принятия Конгрессом США резолюции, рекомендовавшей президенту обсудить со странами - членами Совета Безопасности ООН и Европейского Союза возможность "установления международного протектората в Косово"[88], а также одобрения закона "О мире и демократии в Косово", который позволил бы увязать вопрос о санкциях против СРЮ с "улучшением ситуации в области прав человека в Косово"[89], Президент «республики Косово» многократно посещал США и ведущие стран ЕС, но не получил от них никаких гарантий. в сентябре 1996 года администрация Б. Клинтона впервые увязала проблему снятия санкций с СРЮ с "восстановлением самоуправления и защитой прав человека в Косово»[90] Заявку на участие в урегулировании конфликта в Косово сделал и Североатлантический альянс, уже в августе 1997 г. предупредивший югославского президента о возможности вооруженного вмешательства в конфликт с целью "предотвращения дальнейшего кровопролития" (уже тогда в качестве наиболее вероятного сценария силовой акции в Косово рассматривались удары с воздуха по сербским позициям).23 февраля 1998 г. выступая в Приштине, специальный представитель Госдепартамента Р. Гелбард назвал ОАК "без всякого сомнения, террористической группой", подчеркнув, что США резко осуждают террористическую деятельность в крае.