Смекни!
smekni.com

Установление феодального общественного строя и Падения Древнеармянского Государства (стр. 4 из 4)

4. Раздел Армении между Римом и Ираном. Падение древнеармянского государства

После убийства Папа царем в Армении по выбору римлян становится один из его родственников Вараздат, которого армянские историки V в. характеризуют как великолепного атлета, но слабого правителя. В эти годы развернулась деятельность спарапета Мушега Мамиконяна. Он выдвинул широкую программу преобразований, целью которых было укрепление государства, усиление политической централизации, строительство новых городов взамен пострадавших старых. Однако, не видя внутри самой Армении достаточно сильной опоры для осуществления своей программы, он в значительной мере рассчитывал на поддержку и помощь Рима.
Программа Мушега натолкнулась на противодействие в среде армянской знати. Под ее давлением Вараэдат предъявил Мушегу обвинение в предательстве; Мушег был убит.
Вскоре против Вараздада при поддержке персидского царя восстал другой представитель рода Мамиконянов—Ман-вел. Он победил Вараздата в сражении и изгнал его из пределов страны. Царь отправился к своим покровителям римлянам, но они также были недовольны им и сослали в Британию. В Армении же воцарился сын Папа Аршак III (378— 389) при регентстве Манвела Мамиконяна. Регентство продолжалось до самой смерти Манвела, последовавшей в 385 г.
Еще при Вараздате, в 375—576 гг., в ирано-римских дипломатических офарах начали зондироваться возможности решения вопроса об Армении путем ее раздела между двумя державами. Новый император Феодосии Великий и персидский царь Шапур III (385—389) продолжал обсуждать этот вопрос и пришли к соглашению. В 387 г. Армения была разделена на две неравные части: западные области—Карин, Акилисена, Дерджан, Мананали, Даранали, Хордзена, Мзур и некоторые другие перешли к Риму, а все остальные части— более трех четвертей территории Армении—к Ирану. Аршак III предпочел перейти в римскую часть и процарствовал здесь еще два года; после его смерти в западной части Армении царь не назначался, и она была включена в провинциальную систему Римской империи. В персидской части Армении после раздела был поставлен новый царь—Хосров IV Аршакуни. Он также царствовал недолго. Недовольные им нахарары, как сообщает об этом армянский историк V в. Лазар Парпеци, обвинили его в склонности к римлянам, и персидский царь заменил Хосрова IV его братом Врамшапухом (389—415).
Длительный период правления Врамшапуха был для Армении временем внешнего и внутреннего мира. Римляне и Сасаниды считали вопрос Армении решенным, а сам Врамшапух отказался от активной политики в отношении нахараров и принял роль посредника между ними и персидским царем. В духовной жизни страны выдающуюся роль играл избранный католикосом еще при Хосрове IV Саак Партев, сын католикоса Нерсеса. В его лице род Григория Просветителя вновь обрел привилегию на сан католикоса.
Вскоре после смерти Врамшапуха царем Армении был назначен сын правившего в Иране Иездигерда I—Шапур (416—420). Он, как и следовало ожидать, оказался в Армении чужеродным элементом. Вскоре он был убит вместе со своим отцом в Ктесифоне во время дворцового переворота. В 423 г. на армянский трон был возведен сын Врамшапуха Арташес.
Шестилетний период правления этого царя ознаменовался новой вспышкой борьбы центральной власти с нахарарами. Церковь в этот ответственный период выступала рука об руку с царем, сознавая, что ее противоречия с ним менее важны, чем общие интересы. Католикос Саак Партев пытался примирить царя с нахарарами, но тщетно. Как сообщает Лазар Парпеци, нахарары уже приняли решение: «..нам более не нужен армянский царь, пусть время от времени является какой-либо персидский князь и руководит нами».
Более приемлемого и желательного решения, чем это, для Ирана не могло и быть. Арташес был лишен короны, Саак Партев—католикосата, Армения обращена в одну из провинций (марзпанств) Ирана, и править в ней был назначен персидский вельможа Вехмихршапур.
Так, в 428 г. прекратила существование династия Аршакуни, а вместе с ней древнеармянское государство как самостоятельная политическая единица. Как мы видим, его падение в большой мере было обусловлено внешнеполитической обстановкой—борьбой двух держав, разрывавших Армению на части. Что касается внутреннего кризиса государства— результата феодализации страны, то, возможно, он был бы преодолен при более благоприятной внешнеполитической ситуации, и государство, применяясь к новому феодальному строю, продолжало бы существовать, как это произошло, например, в соседней Грузии.
Лишившись самостоятельной государственности, Армения утратила и одно из средств защиты от внешнего врага, Однако именно в этот роковой период армянский народ приобрел новое, совершенно иное средство для обеспечения своего существования и сохранения своей культуры в веках. В начале V века была создана армянская письменность.

наверх^

5. Месроп Маштоц и создание армянской письменности

Еще за семь-восемь столетий до изобретения армянского алфавита в Армении начали пользоваться в качестве письменных арамейским и греческим языками, а в III—IV вв. к ним прибавились сирийский и персидский; на этих языках велись дела в царской канцелярии. Кроме того, по преданию, существовали письмена и для армянского языка, так называемые «Данииловы письмена», которые, однако, будучи, заимствованы из чужого (видимо, одного из семитских языков) алфавита, не удовлетворяли требованиям армянского-языка и потому, как и по ряду других причин, не получили распространения, оставаясь, по-видимому, лишь средством специальных записей в узком кругу армянских жрецов.
Между тем армянский язык все более обогащался, расцветало устное народное творчество—фольклор, развивалась научно-философская мысль, иноязычная армянская историография и т. п. Все это настоятельно требовало создания письмен для армянского языка, которые дали бы возможность зафиксировать достигнутое и создали бы предпосылки для. дальнейшего развития и расцвета культуры.
Разумеется, необходимость создания армянских письмен, обосновывалась современниками несколько иначе. В качестве непосредственной причины выступало соображение о необходимости донесения до народа христианской «духовной» пищи», перевода на армянский язык Библии и книг церковного богослужения. Однако в широком историческом смысле подлинным побудителем создания армянских письмен явилась, несомненно, вся совокупность указанных выше факторов.
Создателем армянских письмен был Месроп Маштоц. Жизнь и деятельность его описаны его учеником и биографом, одним из выдающихся армянских историков V в. Корю-ном. Родился Маштоц в области Тарой, в селе Хацекац, около 360 г. В царствование Хосрова IV он, владея уже греческим языком, поступил на службу при царском дворе. Здесь он освоил также принятые при дворе языки—сирийский и персидский, пополнил свое образование чтением. Маштоц хорошо изучил состояние страны и государственного аппарата, он прошел также военную службу. В дальнейшем он принял духовный сан и ушел вместе с учениками проповедовать христианское вероучение в области Гохтан, где все еще сильны; были элементы язычества. Таким образом, в широком и тесном общении с различными социальными слоями армянского общества Маштоц получил глубокое представление о его насущных нуждах. В результате всего этого у Маштоца созрела идея о необходимости создания армянских письмен как о проблеме первостепенной важности.
Вернувшись ко двору, он обретает здесь ревностного сторонника своей идеи в лице католикоса Саака Партева. Поборником ее стайовится и царь Врамшапух, предоставивший в распоряжение Маштоца большие возможности. Вспомнив о существовании армянских письмен у некоего сирийского епископа Даниила, царь отправляет за ними гонца. Получив эти письмена, Маштоц и Саак пытаются выучить писать.
Месроп Маштоц ими по-армянски группу учеников, однако двухлетние занятия не приводят к успеху; выявляется недостаточность «данииловых письмен» для выражения звукового состава армянского языка. Требовался более совершенный алфавит.
Вместе с группой учеников Маштоц отправляется в Сирию,чтобы в ее древних культурных центрах поработать над созданием письмен. Здесь он встречает доброжелательный прием и поддержку. И в то время как прибывшие с ним ученики, разбившись на две группы, изучают греческую словесность в Самосате и сирийскую—в Эдессе, сам Маштоц трудится над выполнением поставленной перед собой задачи.
Сложному делу выработки удобных письменных знаков должна была предшествовать еще более трудная работа: впервые в истории армянского языка надо было подвергнуть анализу живой речевой поток и выделить из него присущие ему отдельные фонемы. Эта задача была выполнена Маштоцем блестяще созданные им письмена полностью соответствовали фонетической системе армянского языка того времени; достаточно сказать, что в течение шестнадцати столетий, етделяющих ето время от наших дней, в армянский алфавит были внесены лишь такие изменения, которые явились результатом дальнейшего развития языка.
Далее Маштоц принялся за выработку буквенных знаков и, наметив их очертания, выбрал себе в качестве консультанта грека-каллиграфа из Самосаты Рофаноса, дабы придать буквам окончательный вид. Так в 406 г. были созданы буквы, которыми до сих пор пишут армяне. Первое испытание новосозданного алфавита Маштоц предпринял вместе со своими учениками Ованам Екехецаци и Овсепом Пахнаци, переведя и записав отрывок из Библии.
В столице Вагаршапате Маштоца встретили с ликованием. Началась благодарная, но трудоемкая работа по распространению армянского алфавита по всей стране.
Месроп Маштоц, таким образом, не только выдвинул высокую и благородную идею, исходившую из насущных нужд народа, но и посвятил ее осуществлению всю свою жазнь, которая прервалась в 440 г. Незадолго до этого скончался и его сподвижник Саак Партев.
Изобретение армянских письмен создало прочную основу для утверждения достижений армянского языка, прошедшего многовековой путь развития в устной речи, для его дальнейшего существования. Ближайшие и отдаленные, культурные и политические последствия и результаты этого события неоценимы. Непосредственно вслед за этим возникла и в течение нескольких десятилетий достигла необычайного расцвета армянская литература с ее двумя ветвями: оригинальной и переводной. Первая у самых истоков породила ряд великолепных историографических трудов—произведения авторов V века Корюна, Агатангехоса, Фавстоса Бузанда, Егише, Лазара Парпеци, наконец, «отца армянской истории» Мовсеса Хоренаци, как и многие образцы богословско-философской и научной литературы, принадлежавшие перу того же Маштоца, Езника Кохбаци, Давида Керакана (Грамматика) и других; вторая—переводная—наряду с богословскими произведениями сделала достоянием армянского народа многочисленные первоклассные творения мировой, в первую очередь, древнегреческой культуры в области науки, философии и художественной литературы.
В оригинальных произведениях, созданных после изобретения армянского алфавита, получили отражение также достижения древнеармянской культуры домаштоцевского и дохристианского периода.
Армянская литература оплодотворила все отрасли культуры, которые в это время вступили в период своего расцвета. А культура в целом стала одним из тех могучих средств, при помощи которых армянский народ смог в течение веков сохранить свою самостоятельность и самобытность.