Смекни!
smekni.com

Афины. Перикл и Фукидид (стр. 4 из 4)

В 433/32 г. Афины предпринимают решительные шаги, чтобы проложить себе дорогу на запад. Заключаются договоры с Леонтинами, постоянным противником дорийских Сиракуз на Сицилии, и Регием, стратегически важным городом в южной Италии, находящимся на берегу Мессанского пролива. На Мегары, отложившиеся от афинского союза в 445 г., но необходимые для выхода в Коринфский залив, оказывается жесточайшее экономическое давление. Еще в 434 г. им был запрещен доступ на афинский рынок, а в 432 г. была принята знаменитая мегарская псефисма, закрывавшая для Мегар все рынки союза, что неминуемо должно было привести их к голоду. Наконец, в 433 г. был заключен оборонительный союз с островом Керкирой, обладавшим сильным флотом и, что главное, лежавшим на полпути между Италией и Грецией. Это привело к вооруженному столкновению с Коринфом в битве при Сиботах, в которой принял участие и афинский флот. Теперь дело было только за Мегарами, и дорога в Италию через мегарскую гавань Пеги, Навпакт, дружественный афинянам, после того как они переселили туда вышедших из Итомы илотов, и Керкиру была бы открыта. Коринф, конечно, никак не мог допустить этого. Ко всему вышеизложенному добавляется также начатая в 432 г. осада Потидеи, коринфской колонии на Халкидике, отпавшей от Афинского морского союза.

Коринф являлся ближайшим союзником Спарты, поэтому спартанцы, конечно, не могли оставаться безучастными ко всему происходящему и к дальнейшему росту могущества Афин, особенно же после того, как коринфяне пригрозили своим выходом из Пелопоннесского союза в том случае, если Спарта не пожелает вмешиваться в борьбу. Их поддержали и другие союзники и тайно прибывшие послы с Эгины. С другой стороны, на Спарту, очевидно, оказывал давление Дельфийский оракул, враждебно настроенный по отношению к Афинам и особенно к Периклу за поддержку фокидян в их борьбе с Дельфами за контроль над оракулом. Именно по совету Дельфийского оракула Эпидамн обратился за покровительством к Коринфу в борьбе с Керкирой, спартанцам же оракул дал прорицание, что они победят афинян, если будут вести войну всеми силами, а Аполлон, званый или незваный, будет оказывать им помощь. Коринфяне, очевидно, не без основания, рассчитывали на финансовую поддержку Дельф при организации флота. Наконец, можно с большой долей вероятности предполагать, что требование спартанцев изгнать из Афин всех "оскверненных", под каковыми подразумевался, прежде всего, Перикл, в котором, вероятно, видели основную преграду к мирному исходу, было также выдвинуто с подачи Дельф.

Небо над Аттикой дышало войной, это и побудило противников Перикла из олигархического лагеря развернуть столь бурную активность против политической фигуры, которую они, как и пелопоннесцы, считали основным препятствием к миру, стремясь убрать его или, по крайней мере, ослабить влияние. Не следует также упускать из виду, что на Перикла оказывалось давление и с другой стороны с целью заставить его действовать более решительно. Многие историки, с древности до наших дней, упрекают Перикла в том, что он развязал войну с целью упрочить свое пошатнувшееся положение. Об этом трудно судить, но если такое желание у него и присутствовало, то оно не являлось определяющим. Историческая истина состоит не в том, что Перикл стремился удержаться во главе государства и не в его патологической ненависти к Мегарам, а в том, что при сохранении прежнего внешнеполитического курса Афин война была неизбежна.

Тем не менее, сторонники лаконофильской олигархической группировки не собирались так просто сдаваться. Фукидид сообщает, что летом 430 г. после второго вторжения в Аттику пелопоннесцев афиняне, удрученные начавшейся в городе эпидемией и разорением страны, попытались, в обход Перикла, находившегося в это время в походе вместе с флотом, заключить договор с лакедемонянами и даже отправили для этого посольство, но не сумели ничего добиться. Нам неизвестно, какими полномочиями обладали послы и на каких условиях они предлагали мир. Видимо, условия эти были слишком умеренными, чтобы лакедемоняне согласились на них. Однако само отправление посольства не могло обойтись без участия сторонников олигархии.

В одной из речей Перикл упоминает о "некоторых людях", убеждающих, видимо, отказаться от притязаний на Мегары или даже от владычества над союзом. Конечно, мысль о мире любой ценой не могла разделяться ни демосом, ни даже большинством сторонников олигархии, разве что кучкой радикалов. Неудача посольства и старания Перикла в конце концов убедили афинян в неизбежности продолжения войны; в этой связи показательна позиция ахарнян, состоятельных земледельцев, ставших теперь, после разорения Аттики Архидамом, ярыми противниками мира. Тем не менее, раздражение афинян против Перикла, которого винили во всех постигших город несчастьях, не уменьшалось до тех пор, пока его не привлекли к суду и не отрешили от должности, присудив к денежному штрафу.

Об этом сообщают Фукидид и Плутарх, однако, согласно Плутарху, еще раньше, по-видимому, еще до начала войны, была сделана попытка предать стратега суду. Вопрос этот весьма сложен. Большинство ученых либо отрицает факт первого процесса над Периклом, полагая, что Плутарх допустил хронологическую путаницу, либо вообще игнорирует такую возможность. Однако сообщение Плутарха - единственное, где приводится подробный рассказ о судебном преследовании Перикла. Платон просто упоминает вынесенный ему приговор, Фукидид же, как известно, гораздо больше интересовался внешней политикой и боевыми действиями, чем обстоятельствами внутриполитической борьбы в Афинах. Ярким примером этому может служить то, что первое упоминание о Клеоне у него относится лишь к 427 г. и связано с митиленскими событиями. Поэтому Фукидид мог просто умолчать о первой попытке выдвинуть обвинения против Перикла. Вероятно, она была предпринята в 432 г., одновременно с процессом Фидия, или сразу после его завершения, как это следует из логики обвинения. Драконтид добился постановления, согласно которому Перикл обязан был представить пританам финансовый отчет за годы исполнения своей должности.

Как мы знаем из того же Плутарха, прежде ничего похожего не делалось, и он распоряжался казенными деньгами настолько свободно, что мог позволить себе издержать 10 талантов "на необходимое", не вдаваясь в объяснения, и, вероятно, делал подобные траты неоднократно, поэтому теперь стратег мог оказаться в весьма затруднительном положении.

Согласно псефисме Драконтида, Перикла должны были судить на Акрополе, причем судьи при голосовании должны были брать камешки с алтаря Богини (оскверненного некогда Алкмеонидами), однако Гагнон предложил, чтобы дело разбиралось судьями в количестве 1500 человек, то есть в тройном составе, что придавало суду исключительное значение, причем Гагнон конкретизировал обвинение, назвав кражу, взяточничество или вообще злоупотребление должностным положением. Ю.Белох и Г.Свобода считают вполне реальной угрозу смертного приговора Периклу. В этом случае подобное предложение могли внести только олигархи, а не крайние демократы, которые не стали бы требовать смерти политика, придерживающегося жесткой линии по отношению к требованиям Пелопоннесского союза.

Оба лица, возбудивших преследование Перикла, - аристократы. Драконтид был одним из военачальников, командовавших афинской эскадрой, отправленной к Керкире, Гагнон, отец Ферамена, был стратегом одновременно с Периклом, давал клятву при заключении Никиева мира в 421 г. и избирался членом коллегии пробулов в 413 г.

Плутарх не сообщает, чем закончилась эта история, был ли Перикл оправдан, или судебное разбирательство вообще не состоялось, возможно, вследствие начала войны. Согласно ему, Перикл опасался суда в связи с делом Фидия. В своей речи у Фукидида Перикл лишь вскользь намекает на подозрения в финансовой нечистоплотности. Платон в "Горгии" упоминает, что стратег в конце жизни был осужден за воровство и едва избежал смертного приговора, однако это, скорее, относится к судебному процессу 430 г., так как до этого срока он точно не был отрешен от должности.

Что касается данного процесса, то его инициаторами были совершенно другие люди. Плутарх приводит три различных версии, согласно которым, обвинителями на нем выступали или Клеон, или Симмий, или Лакратид, который выведен у Аристофана как предводитель разъяренных попыткой заключения мира ахарнян. Это указывает на то, что смещение Перикла было, очевидно, инспирировано "партией Пирея", раздраженной его вялой, по их мнению, военной политикой, и, в частности, стремящимся к власти Клеоном, но, во всяком не лаконофильски, а милитаристски настроенным элементом. Каковы были выдвинутые обвинения, мы точно не знаем. Согласно Платону, это было казнокрадство; весьма возможно, особенно если первый суд над Периклом так и не состоялся, что в 430 г. против него были выдвинуты прежние обвинения, или что Платон просто объединил оба процесса. Во всяком случае, известно, что Перикл был лишен полномочий стратега и наказан штрафом от 15 до 50 талантов.

Впрочем, если Перикл действительно надеялся, что в случае войны он станет для афинян незаменимым, то его расчет полностью оправдался, так как вскоре он вновь был выбран стратегом, но уже ненадолго, так как в 429 г. умер от чумы, свирепствовавшей в городе. В его лице Афины потеряли не только талантливого политика и полководца, но и ту силу, которая стояла между двумя враждебными политическими движениями, сдерживая их благодаря своему огромному авторитету и популярности. После ее исчезновения афинское государство уже не могло выдерживать ровную политическую линию, бросаясь из крайности в крайность, что в конце концов едва не привело его к окончательной гибели.

Список литературы

1. Владимирский М. Ю. Афинская олигархия