Культура русского зарубежья (1917-1930-е годы) (стр. 4 из 7)

В апреле 1920 г. по инициативе В.В. Зеньковского в Белграде было создано Общество русских ученых в Королевстве СХС, которое объединило около 80 ученых из России. Среди них: Е.В. Спекторский, бывший ректор Киевского университета; Ф.В. Тарановский, бывший профессор славянского права Петербургского университета; философ В.В. Зеньковский и другие признанные ученые, ранее работавшие в самых известных российских университетах. Судьба многих ученых-эмигрантов была тесно связана с учебными и научными учреждениями Югославии. Членами Сербской академии наук стали А.Д. Билимович, С.М. Кульбакин, И.Н. Салтыков и другие. Правительственными наградами были отмечены академики Г.А. Острогорский и К.П. Воронец. Послевоенная Сербия испытывала острый недостаток в инженерно-технических кадрах, поэтому преподавать специальные дисциплины в Белградском университете были приглашены русские специалисты: профессор химии Н.А. Пушкин, известный математик Н.Н. Салтыков, геолог и почвовед, профессор В.Д. Ласкарев, геодезист и топограф, профессор И.С. Свищев.20 лет преподавал в университете русский язык и литературу специалист в области славянской филологии А.Л. Погодин. Он опубликовал в Югославии ряд работ по древнерусской истории и археологии, а в 1939 г. закончил свое основное исследование эмигрантского периода - "Русско-сербскую библиографию". Заслуженной славой пользовались работавшие в Белградском университете историки А.В. Соловьев и В.Ф. Тарновский. В круг их научных интересов входили вопросы русско-югославских связей, письменные памятники средневековой Сербии и Хорватии, история Византии. В коллективной монографии, посвященной 100-летию философского факультета университета, названы имена и фамилии 32 русских ученых, внесших свой вклад в подготовку национальных кадров Королевства СХС.

Значительным событием в научной жизни русских эмигрантов Югославии стал четвертый съезд академических организаций (сентябрь 1928 г.), который проходил под знаком "свободной научной мысли". Работа велась в 12 секциях, было прочитано 145 докладов. При поддержке короля Александра было решено основать в Белграде Русский научный институт, своего рода Российскую академию наук за рубежом. Целью новой организации являлся подъем и развитие тех граней жизни, "без которых особенно русский интеллигентный человек считает себя вычеркнутым из культурной жизни - науки, литературы и искусства, в которых он занимает достойное к общей чести Славянства место". Русский научный институт имел пять отделений: философии, социальных и исторических наук, языка и литературы, естественных и математико-технических наук. Позднее было создано отделение военных наук. Предусматривалось издание научного журнала, поддержка молодых ученых. С 1930 по 1941 г. институт подготовил 17 томов "Записок Русского научного института в Белграде", издало два тома "Материалов для библиографии русских научных трудов за рубежом", в которых были учтены 7038 работ 472 российских ученых со всего мира. Большую часть составили исследования по философии, истории, богословию, юриспруденции. Ученые изучали новую и древнюю историю России и ее культуру, разрабатывали методические проблемы страноведения и краеведения.

Заметный вклад в развитие науки и образования внесли русские ученые в Чехословакии. Благодаря государственной программе поддержки беженцев ("русской акции"), известные научные деятели из России создали свои школы, открыли направления в науке, проводили публичные лекции и печатались в местных, иностранных и русских эмигрантских журналах и отдельных изданиях. С 1924 г. в Праге после двухлетнего пребывания в Берлине начал активно работать известный еще до революции экономист и статистик С.Н. Прокопович. Он создал экономический кабинет для изучения экономического и социального развития Советского Союза, публиковал аналитические заметки, выполнял научные заказы других учреждений, например, Фонда Карнеги из США. Публикации кабинета и самого профессора Прокоповича и по сей день являются ценными источниками по социально-экономической истории СССР 20-30-х годов.

Оставил заметный след в византистике и западной славистике известный ученый-медиевист Н.П. Кондаков. Создав свой семинар, ученый преследовал две цели: собственно исследовательская деятельность и работа со студентами по русской иконописи, византийской истории, средневековой истории славян. Единомышленниками и учениками Кондакова были Г.В. Вернадский (с 1928 г. в США), Н. Андреев, Г. Острогорский, А. Грегуар, которые сами впоследствии стали известными учеными. Семинар издавал научные сборники - Архивы Кондакова, помог становлению чешской научной школы медиевистов. На базе семинара был впоследствии создан Институт византинологии имени академика Н.П. Кондакова Академии Наук Чехословакии.

Прага поддержала многих российских историков: А.А. Кизеветтера, Е.Ф. Шмурло, В. Францева, Г.В. Вернадского. Получили образование в Русском университете молодые ученые-историки Г. Флоровский, Н. Андреев, С. Пушкарев. Акция помощи правительства помогла открыть в Праге Русское историческое общество, председателем которого стал профессор Е.Ф. Шмурло. В 1927-1930 гг. Общество издавало свои "Записки", принимало деятельное участие в подготовке "Ученых записок, основанных русской учебной коллегией в Праге", "Ученых записок" Русского университета. Ученым была предоставлена возможность для научно-исследовательской работы по избранной проблематике: Е. Шмурло продолжил в эмиграции изучение русско-итальянских связей, Г. Флоровский - богословские проблемы и историю общественной мысли в России, евразийскую теорию начал исследовать Г. Вернадский.

С 1923 г. при поддержке Земгора началась работа по сбору, хранению и систематизации документов о русской эмиграции. Был создан Русский Заграничный Исторический Архив (РЗИА), в состав совета которого вошли многие известные эмигранты: политик и ученый-экономист П.Б. Струве, профессор истории В.А. Мякотин, князь П.Д. Долгоруков. Благодаря профессиональной деятельности, удалось сохранить и систематизировать много ценных источников: документы штабов и войсковых частей Белой армии, гражданских, правительственных, общественных организаций и учебных заведений в Турции, Болгарии, Югославии, личные материалы политиков, деятелей науки и культуры Зарубежья. В фондах Архива были размещены документы Российского общества Красного Креста и Земгора. В РЗИА находились дела Донского казачьего архива, материалы украинской и белорусской эмиграции. В 1928 г. Архив был передан в ведение МИДа Чехословакии, а с 1948 г. большая часть его фондов была передана в СССР.

К середине 20-х годов после берлинского периода эмиграции многие известные ученые продолжили свою деятельность во Франции, внося особый русский элемент в культурную и научную жизнь западного общества. Наибольшей известностью пользовался Н.А. Бердяев. Его работоспособность вызывала удивление. Он продолжал руководить духовной академией, главной задачей которой считал просветительство. Уже с первых дней после своего приезда в Париж, 9 ноября 1924 г., Бердяев выступил на открытии парижского отделения академии с докладом "Религиозный смысл мирового кризиса".18 ноября открыл семинар по истории русского национального и религиозного сознания.13 декабря участвовал в публичном диспуте о кризисе культуры. Кроме этого он в 1925-1940 гг. редактировал религиозно-просветительский журнал "Путь". И так продолжалось годами до оккупации Парижа фашистской Германией в 1940 г. Н.А. Бердяев издал десятки книг и сотни полемических статей, которые находили неизменный отклик в Зарубежье и у иностранного читателя. Привлекательность его сочинений, причина большой популярности - в тесной связи философских размышлений ученого с историей России и ее культурой. Выход каждой новой книги ("Смысл истории", "О назначении человека", "Философия свободного духа", "Судьба человека в свободном мире", "Самопознание" и др.) сопровождался в эмиграции бурными спорами. Правые считали его чуть ли не большевиком, левым не нравилась его критика западной "формальной демократии" и парламентаризма, буржуазных свобод и морали.

Философскую культуру Русского Зарубежья создавали и другие мыслители: С.Н. Булгаков, Б.П. Вышеславцев, В.В. Зеньковский, И.А. Ильин, Л.П. Карсавин, Н.О. Лосский, В.Н. Лосский, П.И. Новгородцев, Ф.А. Степун, Г.П. Федотов, С.Л. Франк, Л.И. Шестов. Они продолжали тот плодотворный этап в развитии русской философии, который начался на рубеже ХІХ-ХХ веков и получил название "серебряного века". В то время, когда многие их коллеги были репрессированы (А.Ф. Лосев, П.А. Флоренский, Г.П. Шпет), философы-эмигранты сохранили возможность мыслить и говорить свободно. Основное внимание в первые годы изгнания было сконцентрировано на осмыслении самого феномена русской революции и ее влияния на судьбу России. Большинство из философов признавали историческую неизбежность революционного взрыва как следствие своеобразного развития России на рубеже ХІХ-ХХ веков, но были категорически против теоретического и нравственного оправдания революции как способа решения социальных проблем.

Особую вину за происшедшее в России Зарубежье возлагало на российскую интеллигенцию. Философы Вышеславцев, Ильин, Лосский и другие доказывали невозможность уничтожения зла путем уничтожения носителей зла. Только постоянное, ежедневное преодоление зла в себе способно утвердить добро между людьми. С.Л. Франк писал, что даже малое, но доброе дело сегодня гораздо важнее и значительнее, чем подготовка себя к великому подвигу завтра.