Смекни!
smekni.com

Принципат Октавиана Августа (стр. 2 из 11)

В августе 43 г. до н. э. войска Октавиана подошли к столице, и вскоре 19-летний юноша был избран консулом. Однако, к великому разочарованию Цицерона, вторым консулом был избран не он, а дальний родственник Октавиана, во всем тому послушный[6].

Теперь Октавиан уже не нуждался в Цицероне, которого не поддерживали ни армия, ни простой народ. Однако Октавиану нужны были союзники, ведь он не был достаточно силен, чтобы править единолично. Октавиан начинает переговоры с Антонием, с Лепидом. На островке, лежащим посреди реки По, в течении трех дней шли переговоры самых влиятельных политиков Рима. Каждый предъявил свои требования. Полководцы Антоний и Лепид добивались казни своего главного врага – Цицерона. Вначале Октавиан отстаивал своего недавнего союзника, но затем все-таки сдался. Союз трех был заключен. Его назвали вторым триумвиратом.

В последних числах ноября 43 г. до н. э. войска трех полководцев торжественно вошли в Рим. В народном собрании был проведен закон, согласно которому, участникам триумвирата – триумвирам – вручалась неограниченная власть на 5 лет для «устройства государственных дел».

Войска триумвиров насчитывали около 30 тысяч пехотинцев и 40 тысяч конных воинов. Опираясь на эти силы, триумвиры захватили большинство римских провинций и разделили между собой. Октавиан получил Африку, Нумидию, а также острова Сицилию, Сардинию, Антоний – Северную Италию, а Лепид – те провинции, которые лежали за Альпами – Нарбонскую Галлию и Испанию. Италия оставалась в совместном управлении всех трех. Но самыми богатыми, восточными провинциями по-прежнему владели Брут и Кассий, а на море хозяйничал пиратский флот Секста, сына Помпея.

Для борьбы с ними триумвирам требовались большие средства. Солдаты ждали вознаграждения, а государственная казна была пуста. Триумвиры решили конфисковать и продать земли 18 крупнейших городов Италии. Кроме того, опубликовали так называемые проскрипционные списки, в которых были перечислены граждане, подлежащие казни с конфискацией имущества. Одни попали в эти списки как враги Цезаря, другие за то, что были богаты, а правительство нуждалось в деньгах. Нелегко было и простому народу. Новые власти постоянно изобретали новые налоги и пошлины[7].

После того, как три полководца обьединились во второй триумвират, и по ходатайству Октавиана было отменено постановление об амнистии убийцам Цезаря, собиравшим тем временем войска и средства в восточных провинциях, и решено было начать с ними войну.

Началось наделение ветеранов землей – было выделено 18 городов Италии, тех самых, у которых были конфискованы земли, а жители этих городов лишались земли, рабов, инвентаря в пользу новых владельцев, им же раздавались земли, конфискованные у проскрибированных. Погибло более 300 сенаторов, 2 тысячи всадников, за вознаграждение жены доносили на своих мужей, дети на родителей, рабы на господ. Время это осталось в памяти римлян как время ужаса и хаоса. Лишенные земли горожане проклинали обездоливших их «нечестивых воинов». Не лучше было положение и в восточных провинциях, где Брут и Кассий требовали людей и денег. Но война кончилась их поражением[8].

Наводить порядок на Восток отправился Антоний. Лепид вскоре был отстранен от дел. Октавиан, получивший западные провинции, остался в Италии. Секст Помпей укрепился в Сицилии, зачисляя в свой флот оптиматов и рабов. Его суда мешали подвозу зерна в Италию, а парфяне, используя ослабление Рима, захватили Сирию, и только с большим напряжением сил их оттеснил Вантидий Басс. Между тем Октавиан проводил в Италии наделение землей ветеранов. Изгоняемые собственники пытались сопротивляться. Жена Антония Фульвия и его брат Луций вели против Октавиана агитацию. Собрав лишенных своих имений землевладельцев Этрурии, Умбрии, Сабинской области и навербовав войско, они начали военные действия. Движение это было подавлено, но едва не привело к разрыву между Октавианом и Антонием. Под давлением армии мир был восстановлен, и в Брундизии было заключено соглашение между Антонием и Октавианом, которое скреплялось браком Антония с сестрой Октавиана Октавией, так как Фульвия к этому времени умерла. Италийские землевладельцы прекратили сопротивление. Некоторые перешли на положение арендаторов, многие выселились в провинции. Те, кто сохранил свои земли в Италии, стремились к возможности беспрепятственно вести свое хозяйство, владеть имуществом и рабами. Того же желали и получившие землю ветераны. Плебс требовал дешевого хлеба. Все это заставило Октавиана и Антония заключить с Секстом Помпеем соглашение, по которому ему предоставлять в управление Сицилию, Сардинию, Корсику, а также Пелопоннес, служившие у него рабы признавались свободными, бежавшая к нему знать получала право вернуться в Рим, а он обязывался не принимать более беглых рабов, доставлять в Италию зерно. Однако это соглашение оказалось непрочным, и Секст снова стал давать убежище беглым рабам. Тогда Октавиан начал с ним войну, которая была объявлена войной против беглых рабов. На деле Секст Помпей ни в какой мере не был вождем рабов. Он был политическим авантюристом, стремившимся к власти. Чтобы добиться её, он использовал имя своего отца, привлекавшее к нему остатки республиканцев, и готов был за отсутствием войска вооружать рабов, как делали это Клодий, Милон, и сам Гней Помпей Старший.

Окончилась война с Секстом победой военачальников Октавиана – Агриппы. Победе Агриппе способствовали измена начальника флота Секста, вольноотпущенника Менодора, а также переход на сторону Октавиана части солдат Помпея, которым было обещано, что они останутся свободными, и будут приняты в армию Октавиана. Но Октавиан грубо нарушил свое обещание, он разослал тайный приказ, по которому 30 тысяч рабов были в один день схвачены и возвращены господам. Это вероломство привлекло к Октавиану сердца италийских собственников. После победы над Секстом Помпеем популярность Октавиана в их среде растет. Сенат присудил ему новые почести[9].

С этого времени Октавиан стремится сблизиться со знатью, вернувшийся из Сицилии. Внешним выражением этого был его брак с Ливией Друзой, разведенной женой не менее знатного Клавдия Нерона. Октавиан объявил проскрипции оконченными, недоимки по налогам на военные нужды аннулированными. В торжественной речи он обещал, что по истечении вновь продленного на пять лет срока полномочий триумвиров и после возвращения Антония с Востока республика будет восстановлена.

Война с парфянами, которые при поддержке враждебного к Риму населения заняли тем временем Сирию, требовала присутствия Антония на Востоке. Военные действия Антония были, в общем неудачны. Правда, его войскам удалось вытеснить парфян из Сирии, но продвинуться на территорию зависимой от Парфии Антропатены Антоний не смог[10].

[11]

2. Война с Антонием

Жестокие казни и преследования потрясали Италию. Все новые лица становились жертвами проскрипций, так как доносчики получали часть конфискованного имущества. Стремясь обогатиться, либо отомстить, жены доносили на мужей, должники на своих кредиторов, сыновья на отцов. А чтобы обреченные на смерть не сумели спастись, были назначены высокие награды за доставку голов осужденных.

Триумвиры и их ближайшие сподвижники составили себе огромные состояния, скупая за бесценок имущество казнённых. Однако выручка от распродажи конфискованных имений не оправдала ожиданий новых правителей, так как много денег и имущества успели расхватать легионеры.

Насилия и грабежи, чинимые триумвирами, возбудили против них всеобщее возмущение в Риме и Италии. Тем временем положение в провинциях становилось все более опасным. Брут и Кассий переправили свои легионы в Македонию и двинули их навстречу войскам Антония и Октавиана.

Осенью 42 г. до н. э. обе армии сошлись на равнине у города Филиппы в Македонии. Здесь завязалось жестокое сражение. На правом фланге Брут внезапным нападением захватил лагерь Октавиана и обратил его воинов в бегство. Но на другом крыле Антонию удалось потеснить войско Кассия и ворвалось в лагерь республиканцев. Кассий в отчаянии покончил с собой.

Через несколько дней Антоний завязал новую битву, на этот раз против легионов Брута. Она закончилась полной победой. Не желая пережить катастрофу, Брут повторил действие Кассия и покончил с собой, бросившись на меч.

Было решено, что Антоний постарается выжать средства из восточных провинций, уже достаточно истощенных поборами республиканцев. Антоний отбыл в Малую Азию. Здесь, в киликийском городе Тарсе, он встретился с египетской царицей, знаменитой Клеопатрой, оказавшей роковое влияние на его судьбу[12].

Царица приплыла в Тарс по реке на корабле с вызолоченной кормой, с пурпурными парусами и серебряными веслами. Весла погружались в воду под звуки флейт. Царица возлежала под золотым балдахином, по сторонам ее стояли мальчики с опахалами. Красивые рабыни, изображавшие нереид, стояли у руля. Берега усеяны толпами народа, собравшегося посмотреть необычайное зрелище. Восхищенные люди верили, что на корабле плывет сама богиня красоты Афродита. Антоний устремился к царице и был встречен со сказочной пышностью.

Клеопатре было тогда 29 лет. Она не отличалась красотой, но в ней прекрасно сочетались незаурядный ум и образованность. Она умело владела своим удивительно музыкальным голосом. Антония она очаровала, и он утвердил ее власть в Египте.

В это же время в Италии Октавиан пытался с воинами, отбирая землю у мирных жителей и раздавая ее ветеранам, что вызвало против него всеобщее недовольство.