Смекни!
smekni.com

Составление лаврентьевской летописи (стр. 4 из 5)

Радзивиловская летопись — лицевая (украшена более чем 600 миниатюрами), и этим определяется ее выдающееся значение в истории русской культуры. В настоящее время наиболее обоснованной представляется версия о западнорусском происхождении Радзивиловской летописи, в зоне контакта белорусского и великорусского наречий — скорее всего, в Смоленске (А. А. Шахматов, В. М. Ганцов)[15]. К тому же мнению склоняет анализстилистических особенностей миниа тюр (испытавших значительное западно европейское влияние) и их содержания.

Характер приписок на полях летописи показывает, что рукопись была создана в городской среде, в которой пользовались одобрением вечевые порядки старинных русских городов, их свободы и привилегии. Более поздние записи конца XVI — начала XVII в. на старобелорусском языке свидетельствуют о том, что рукопись в то время принадлежала представителям мелкой шляхты, жителям Гродненского повета. В конце рукописи есть запись, что летопись была подарена Станиславом Зеновевичем князю Янушу Радзивиллу. Следовательно, около середины XVII в. летопись от мелких держателей перешла во владение высшей прослойки белорусской знати[16]. Через посредство князя Богуслава Радзи вилла, имевшего тесные родственные связи с прусскими магнатами, летопись в 1671 г. поступила в Кенигсбергскую библиотеку. Здесь с ней в 1715 г. ознакомился Петр I и приказал снять с нее копию (ныне: БАН, 31.7.22). В 1761 г., когда русские войска заняли Кенигсберг, летопись была взята из Кенигсбергской библиотеки и передана в Библиотеку Академии наук в Петербурге.

Радзивиловская летопись доводит изложение до 6714 г., причем из-за того, что листы были перепутаны в оригинале, события с конца 6711 по 6714 г. оказались изложенными ранее известий 6711—6713 гг. По исследованию Н. Г. Бережкова, статьи 6679—6714 гг. в Радзивиловской летописи (как и в Лаврентьевской) обозначены по ультра мартовскому стилю[17], следовательно, 6714 г. переводится как 1205 г.

Сравнение Лаврентьевской летописи с Радзивиловской и Летописцем Перея славля Суздальского показывает, что сходный текст этих летописей продолжается как раз до 1205 г. (6714 г. в ультрамартовской датировке). Вслед за окончанием общего источника в Лаврентьевской повторена дата 6714 г., но уже в мартов ском обозначении, и далее следует текст, существенно отличающийся от Летописца Переяславля Суздальского; Радзивиловская же вообще обрывается на статье 1205 г. Можно поэтому полагать, что с 1205 г. связан определенный этап в истории владимирского летописания. Вместе с тем из наблюдений А. А. Шахматова над статьями за 70-е гг. XII в. следует, что в основе Лаврентьевской лежал более ранний вариант свода 1205 г. (в Радзивиловской и Летописце Переяславля Суздальского внесены тенденциозные добавления имени Всеволода Большое Гнездо к известиям о его брате Михалке).

Возможность реконструкции Троицкой летописи обосновал А. А. Шахматов, обнаруживший, что Симеоновская летопись с самого начала (но начинается она только с 1177 г.) до 1390 г. сходна с Троицкой (судя по цитатам Н. М. Карамзина). Капитальный труд по реконструкции Троицкой летописи предпринял М. Д. Приселков[18], но в свете последних открытий новых древнерусских летописных памятников реконструкция Троицкой летописи должна быть пересмотрена и уточнена.

Троицкая летопись по характеру своих известий, очевидно, составлена при Московской митрополичьей кафедре, но по пристрастию летописца к внутренней жизни Троице-Сергиева монастыря опознается рука инока именно Сергиевой обители. Анализ стилистической манеры и идейной направленности работы сводчика позволяет более точно определить личность составителя летописного свода 1408 г. — им оказался выдающийся писатель Средневековой Руси Епифаний Премудрый, который, будучи монахом Троице-Сергиева монастыря, выполнял обязанности секретаря митрополита Фотия[19].


Заключение

лаврентьевская летопись рукопись

Со времени открытия для науки Лаврентьевская летопись постоянно привлекала внимание историков. Ею широко пользовался (наряду с двумя другими «харатейными» летописями — Летописью Новгородской первой по Синодальному списку и Троицкой) Н. М. Карамзин в «Истории государства Российского» (именуя ее «Пушкинской» — по имени владельца). До конца XIX в. исследователей летопись особенно привлекала ее начальная часть — содержащаяся в ней Повесть временных лет в редакции Сильвестра. Первой работой, посвященной ей в целом, было исследование И. А. Тихомирова, пытавшегося определить отдельные источники— «сказания» и «походные заметки»; он пришел к заключению, что в Л., «кроме Повести временных лет и южнорусских летописей, вошли известия, записывавшиеся сначала по преимуществу во Владимире (до смерти Всеволода III), а потом в Ростове, Суздале и Твери; есть также несколько известий костромских и ярославских, переяславских и рязанских».

Двойственное — владимирское и ростовское — происхождение Л. сказалось и на Повести о нашествии Батыя 1237—1239 гг. Рассказ этот состоит из различных элементов — владимирских и ростовских записей (двойственное происхождение привело к тому, что о некоторых событиях здесь рассказано дважды), литературных «общих мест», особого рассказа о гибели ростовского князя Василька Константиновича и т. д. Объединение этих различных элементов в единый рассказ могло произойти в разное время: вскоре после завоевания, когда Владимир был разгромлен и центр летописания перенесен в Ростов, в 80-х г. XIII в., когда, по-видимому, были соединены в общую летопись владимирские своды конца XII в. и начала XIII в. (отразившиеся в Радзивиловской летописи), или в 1305 г. при создании оригинала Л. Представляются неубедительными попытки датировать этот рассказ концом XIV в. — временем написания списка Лаврентия. Реконструкция текста Троицкой летописи позволяет с достаточной уверенностью утверждать, что рассказ о нашествии Батыя совпадал в ней с Л. Если бы мы предполагали, что рассказ Батыя создан в 1377 г., при написании списка Лаврентия, то необходимо было бы возводить Троицкую летопись к списку 1377 г. или к ее последующим отражениям. Но в ряде случаев Троицкая передает общий текст до 1305 г. лучше, чем список Лаврентия (в ней не было пропусков Л. за 6406—6430, 6596, 6705, 6711—6713, 6771—6791, 6795—6802 гг., она включает имена, пропущенные в Л. Л., в частности, имена деятелей XIII в.) — следовательно, она восходит не к списку 1377 г., а к своду 1305 г.

Изучение Л. еще требует ряда дальнейших исследований. Не решен вопрос о происхождении нескольких известий Л., совпадающих с новой Лаврентьевской летописью (предполагалось, что они — рязанского происхождения, но возможно, что их источником было новгородское летописание), о времени соединения владимирской и ростовской летописной традиции. Заслуживают также внимания кодикологические особенности списка 1377 г. (несколько листов в Л. явно вклеено задним числом, но это могло объясняться случайными обстоятельствами — порчей листов при переписке).


Список использованных источников

1 Арциховский А.В. Древнерусские миниатюры как исторический источник. М., 1944.

2 Бережков Н.Г. Хронология русского летописания. М., 1963, с. 41—123.

3 Комарович В. Л. Из наблюдений над Лаврентьевской летописью // Труды Отдела древнерусской литературы. Л., 1976, т. 30, с. 27—57.

4 Лимонов Ю.А. Летописание Владимиро-Суздальской Руси. Л., 1967.

5 Лурье Я.С. Лаврентьевская летопись — свод начала XIV в. // Труды Отдела древнерусской литературы. Л., 1974, т. 29, с. 50—67.

6 Лурье Я.С. Общерусские летописи XIV — XV вв. Л., 1976, с. 17—36.

7 Лурье Я.С. О происхождении Радзивиловской летописи // Вспомогательные исторические дисциплины. Л., 1987, т. 18, с. 64—83.

8 Лурье Я.С. Летопись Лаврентьевская // Словарь книжников и книжности Древней Руси. Вып. I (XI — первая половина XIV в.). Л., 1987, с. 241—245.

9 Лурье Я.С. Летопись Радзивиловская // Там же, с. 248—251.

Муравьева Л.Л. Летописание Северо-Восточной Руси конца XIII — начала XV века. М., 1983, с. 52—83.

10 Насонов А. Н. История летописания XI — начала XVIII в. М., 1969, с. 80—225.

11 Перфецкий Е.Ю. Русские летописные своды и их взаимоотношения // Труды философского факультета университета им. Коменского, № 1. Братислава, 1922, с. 29—56.

12 Подобедова О.И. Миниатюры исторических рукописей. К истории русского лицевого летописания. М., 1964, с. 49—101.

13 Приселков М.Д. Летописание XIV в. // Сборник статей по русской истории, посвященный С. Ф. Платонову. Пгр., 1922, с. 28—39.