Смекни!
smekni.com

Арык-Балык (стр. 3 из 4)

6. Арык-Балыкская: 1917—1919

Казаки станицы Арык-Балыкской приняли активное участие в борьбе против бесчинств большевиков и Советской власти.

Многие казаки станицы Арык-Балыкской, как и других станиц 1-го войскового отдела (Кокчетавского) Сибирского казачьего войска, хорошо знавшие атамана Анненкова, как по предыдущей службе в 1-м Сибирском казачьем Ермака Тимофеева, так и в 4-м Сибирском казачьих полках, составили ядро, созданной атаманом партизанской дивизии, которая с декабря 1917 по март 1920 года, была самой боеспособной воинской частью белой армии.

В октябре 1917 г войсковой старшина Б. В. Анненков командовал отдельным партизанским отрядом. Установление советской власти атаман считал незаконным, происшедшим без поддержки «не только армии, казачества, но и вообще народа». Подчиняясь армейской дисциплине, он в декабре 1917 г вместе со своим партизанским отрядом прибыл на расформирование в Омск, где к тому времени сосредоточились 8 казачьих полков. Отказавшись подчиниться приказу Совета казачьих депутатов о разоружении Анненков был объявлен вне закона и в январе 1918 г возглавил созданную в Омске казачью организацию тринадцати. Около 7 небольших групп, в том числе Анненков с 24 казаками, решивших на нелегальном собрании не подчиняться новой власти, в январе 1918 г собрались в ближайших к Омску поселках станицы Атаманской. Стремясь привлечь на свою сторону колеблющуюся часть сибирского казачества Анненков, обосновавшийся в поселке Захламино, в шести верстах от Омска, организовал налет на Омский казачий собор, похитив знамя 1-го Сибирского казачьего полка Ермака Тимофеева, войсковое знамя и знамя в честь 300-летия дома Романовых. Стоя на санях со знаменем 1-го Сибирского казачьевого полка в руках, Анненков трижды промчался по центральным улицам города и по льду Иртыша ушёл с двумя десятками конных казаков на северо-запад, сумев скрыться от погони. Он увел своих ближайших преданных друзей в Кокчетавские степи, на зимовку в станицу Арык-Балыкскую. Станица была удалена от железной дороги, и в то же время из неё достаточно легко, по руслу замерших рек, можно было перемещаться практически по всей зоне жизнедеятельности приишимского казачества, имея надежную связь в зимнее время, как с Петропавловском, так и с Кокчетавом. В апреле 1918 года отряд атамана, выросший за зиму до 200 человек, занял поселок Мельничный в 21 версте от Омска, а затем и остальные поселки и хутора, относившиеся к станице Атаманской. Хорошо организованные и дисциплинированные, казаки совершили налет на войсковой арсенал и захватили продуктовые склады, таким образом обеспечив себя не только вооружением, и амуницией, но и продуктами. Даже сомневавшиеся в успехе казаки стали присоединяться к отряду атамана. Партизанский отряд Анненкова начал быстро расти и к концу маю 1918, увеличившись до тысячи человек (численный состав двух казачьих полков пятисотенного состава), стал настолько значимой силой, что вступил в открытую борьбу с коммунистами и вместе с чехами 7 июня 1918 года занял г. Омск. Развивая наступление в составе Сибирской армии партизанский отряд Анненкова (около полутора тысяч штыков и сабель), наголову разромив красноармейскую армию Блюхера и Каширина (более 150 тысяч штыков и сабель), занял Уральск и Троицк. Деморализованные войска Блюхера, преследуемые несколькими сотнями сибирских казаков более двухсот верст, бежали далеко на север, в Архангельск. От Троицка до Архангельска, пройдя более 2500 километров, добралось менее шести сотен красноармейцев. За это бегство, по версии большевиков не знавший аналогов в мировой истории поход, Блюхер получил свой первый орден Красного Знамени (Орден Красного Знамени № 1). Партизанский отряд Анненкова захватил 58 артиллерийских орудий, 127 пулеметов, десятки тысяч снарядов, более двух миллионов патронов, более ста тысяч пар сапог, комплектов амуниции и шинелей. После занятия Троицка используя только трофейное снаряжение, Анненков сформировал партизанскую дивизию в составе 4-рех полков, артдивизиона и несколько вспомогательных подразделений, на 70 % личный состав дивизии состоял из бывших красноармейцев Блюхера. Казачий войсковой круг Сибирского казачьего войска присвоил атаману звание полковника.

Традиции и правила жизни партизанского отряда были сохранены атаманом и в годы гражданской войны. Придерживаясь выработанных во время мировой войны правил, атаман стремился к военной демократии в своих частях. Никаких «господ», «ваше благородие» и «товарищей» — обращение «брат» и «ты» независимо от звания. Офицером можно было стать, только пройдя все ступени, начиная с рядового. В партизанской дивизии под страхом смерти были запрещены употребление спиртного и игра в азартные игры. Насильников, мародеров и пьяниц придавали военно-полевому суду и вешали невзирая на любые заслуги. Характерным явлением для партизанской дивизии Анненкова было то, что она пополнялась исключительно за счёт добровольцев, значительная часть которых была из числа бывших красноармейцев.

Весной 1918, с Анненковым, из станицы и поселка Верхне-Бурлукский ушли многие казаки призывов с 1906 по 1915 год (около полутора сотен), остались только ветераны и необстрелянные призывники 1918. Призывники в 1918 пошли служить в 1-й Сибирский казачий полк Ермака Тимофеева под руководством войскового старшины Волкова. Из всех ушедших с партизанским отрядом Анненкова и 1-м Сибирским казачьим полком в 1920 и начале 1921 года домой вернулось всего несколько человек.

7. Арык-Балыкская: 1920—1921 Гибель Сибирского казачества

Западно-Сибирское восстание 1921 года.

В Приишимских станицах восстание началось 13 февраля 1921 с разгрома продотряда в станице Арык-Балыкской. Поздним вечером, 12 февраля, в станицу вернулись три брата (Андрей, Михаил и Петр Черноярцевы), служивших у атамана Анненкова. Узнав о бесчинствах творимых в станице большевиками, братья на рассвете, 13 февраля 1921, вырезали перепившихся продотрядовцев, захватив при этом пулемет и 32 винтовки. Первыми 14-15 февраля восстание поддержали выселки Верхне-Бурлукский и Нижне-Бурлукский, а до 18 февраля восстание охватило все соседние станицы: Лобановскую, Имантавскую, Акан-Бурлукскую, Якши-Янгизставскую и Аиртавскую. Восстание неуклонно распространялось на восток по тракту Кокчетав — Атбасар к станицам Зерендинской и Сандыктавской. Основными лозунгами восставших были «Довольно разверсток!», «Советы без коммунистов!»

Вот что рассказывает об этом трагическом восстании известный историк и писатель Владимир Шулдяков[6]:

"Многие руководящие работники под всякими предлогами, не слушая приказов ревтройки, ударились в бега в сторону Омска. Это подняло панику среди прокоммунистических групп населения, деморализовало рядовых агентов власти, усилило хаос.

20 февраля Кокчетав услышал выстрелы. Возможно, стреляли конные разъезды повстанцев, рыскавшие в округе. Этого оказалось достаточно. Гарнизон в 400 штыков начал разбегаться.

Поддавшись панике, в ночь на 21 февраля уездная ревтройка оставила город и отступила на северо-восток, в сторону Омска. У неё было 200 штыков и сабель при 3 пулеметах. Отряд ревтройки остановился только в немецком селе Златорунном, в 90 км от Кокчетава. 28 февраля сюда же пришло 200 коммунистов во главе с членом Казачьего отдела ВЦИК, казаком Котуркульской станицы Ф. П. Степановым, они отступили из Борового.

Отряды объединились. Степанова ввели в состав уездной ревтройки. Её председатель Т. Ф. Розенбах 1 марта писал из Златорунного в Омский губком РКП(б): «…восстание и организованно, и стихийно. Повстанцы берут нас „шапками“ и нагоняемой паникой… Казаки действуют целыми массами в несколько тысяч и нагоняют страх на наши маленькие отряды».

Двое суток Кокчетав был предоставлен сам себе. Повстанцы вступили в него лишь 23 февраля. В тот же день был создан отряд станицы Кокчетавской под началом Ф. П. Горбунова. Восстание охватило почти весь уезд. В руках восставших оказались все казачьи селения Кокчетавского уезда: 14 станиц и 2 выселка. Казаки стали ударной силой народного движения."

Однако не долог был миг свободы, красные сосредоточили все силы на подавлении восстания. Четыре пехотных дивизии и три отдельных каваллерийских бригады были брошены против восставшего Ишима. Но не только это было причиной поражения восстания, разногласия в среде восставших, умелое использование противоречий между разными группами населения. Агитация, нужно отдать должное, была поставлена у большевиков на высокий уровень. Так, в ходе восстания, большевикам удалось вбить клин между крестьянством и казачеством, не мало этому способствовало и то, что при отступлении мужики ишимских деревень оказались в пределах сибирского казачьего войска и увидели процветающие с их точки зрения казачьи станицы. Зависть к соседям привела к тому, что в марте 1921 года 534 бойца из числа восставших ишимских крестьян, восстание среди которых началось ещё январе 1921 года, перешли на сторону большевиков, оголив фронт перед красными, наступавшими на станицу Арык-Балыкскую. Предательство полка ишимских крестьян сыграло роковую роль для станицы. Во время штурма Арык-Балыкской, большевики не оставили в станице ни одного целого дома, казаки защищали родную станицу до последнего. Казачки, чьи мужья сгинули в пучине гражданской войны, взяв в руки вилы пошли в контратаку на красные пулеметы и артиллерию, расстреливающую беззащитную станицу. ЧОНовцы, бросив пулеметы с перекошенными лентами и артиллерийские орудия в панике бежали перед женской психичесой атакой.