Смекни!
smekni.com

Что такое Византия (стр. 2 из 2)

Крайне развитой была традиция соправительства (соправители сидели на византийском троне в целом около двухсот лет). Власть надо было крепко держать в руках: за всю византийскую историю произошло около сорока успешных государственных переворотов, обычно они заканчивались гибелью поверженного властителя или удалением его в монастырь. Своей смертью на троне скончались только половина василевсов.

Империя как катехон

Само существование империи было для Византии скорее обязанностью и долгом, чем преимуществом или рациональным выбором. Античный мир, единственным прямым наследником которого и была Империя ромеев, ушел в историческое прошлое. Однако его культурное и политическое наследие стало основанием Византии. Империя со времен Константина была также и оплотом христианской веры. В основу государственной политической доктрины была положена идея об империи как «катехоне» – хранительнице истинной веры.

Заполонившие всю западную часть римской ойкумены варвары-германцы принимали христианство, но лишь в арианском еретическом варианте. Единственным крупным «приобретением» Вселенской Церкви на западе вплоть до VIII века были франки. Принявший никейский Символ веры король франков Хлодвиг сразу получил духовную и политическую поддержку Римского патриарха-папы и византийского императора. С этого начался рост могущества франков на западе Европы: Хлодвиг был пожалован титулом византийского патриция, а его дальний наследник Карл Великий через три века уже захотел именоваться императором Запада.

Византийская миссия того периода вполне могла поспорить с западной. Миссионеры Константинопольской Церкви проповедовали на пространстве Центральной и Восточной Европы – от Чехии до Новгорода и Хазарии; тесные контакты с византийской Церковью поддерживали английская и ирландская Поместные Церкви. Однако папский Рим достаточно рано стал ревниво относиться к конкурентам и выдворял их с помощью силы, вскоре и сама миссия на папском Западе приобрела открыто агрессивный характер и преимущественно политические задачи. Первой масштабной акцией после отпадения Рима от Православия было папское благословение Вильгельма Завоевателя на поход в Англию в 1066 году; после этого многие представители православной англосаксонской знати вынуждены были эмигрировать в Константинополь.

Внутри самой Византийской империи на религиозной почве шли острые споры. То в народе, то во власти возникали еретические течения. Под влиянием ислама императоры начали в VIII веке иконоборческие гонения, вызвавшие сопротивление православного народа. В XIII веке из стремления укрепить отношения с католическим миром власть пошла на унию, но опять не получила поддержки. Все попытки «реформировать» Православие исходя из конъюнктурных соображений или подвести его под «земные стандарты» не удавались. Новая уния в XV веке, заключенная под угрозой османского завоевания, уже не могла обеспечить даже политического успеха. Она стала горькой усмешкой истории над суетными амбициями властителей.

В чем преимущество Запада?

Господь Вседержитель. Фреска в храме святой Софии в Константинополе.

Когда и в чем Запад стал брать верх? Как всегда, в экономике и технике. В сфере культуры и права, науки и образования, литературы и искусства Византия до XII века легко конкурировала или намного опережала западных соседей. Мощное культурное влияние Византии ощущалось на Западе и Востоке далеко за ее пределами – в арабской Испании и нормандской Британии, а в католической Италии оно доминировало до эпохи Ренессанса.

Однако в силу самих условий существования империи она не могла похвастаться особенными социально-экономическими успехами. Кроме того, Италия и Южная Франция изначально были более благоприятны для сельскохозяйственной деятельности, чем Балканы и Малая Азия. В XII–XIV веках в Западной Европе происходит быстрый экономический подъем – такой, которого не было с античных времен и не будет потом вплоть до XVIII века. Это был период расцвета феодализма, папства и рыцарства. Именно в это время возникла и утвердилась особая феодальная структура западноевропейского общества с ее сословно-корпоративными правами и договорными отношениями (современный Запад вышел именно из этого).

Западное влияние на византийских императоров из династии Комнинов в XII веке было сильнейшим: они копировали западное военное искусство, западную моду, долгое время выступали союзниками крестоносцев. Византийский флот, столь обременительный для казны, был распущен и сгнил, его место заняли флотилии венецианцев и генуэзцев. Императоры лелеяли надежду на преодоление не столь давно произошедшего отпадения папского Рима. Однако усилившийся Рим уже признавал лишь полное подчинение его воле. Запад удивлялся имперскому блеску и в оправдание своей агрессивности громко возмущался двуличностью и развращенностью греков.

Тонули ли греки в разврате? Грех соседствовал с благодатью. Ужасы дворцов и городских площадей перемежались с подлинной святостью монастырей и искренней набожностью мирян. Свидетельством тому – жития святых, литургические тексты, высокое и никем не превзойденное византийское искусство. Но искушения были очень сильны.

После разгрома 1204 года в Византии прозападное течение только усиливается, молодые люди отправляются учиться в Италию, в среде интеллигенции возникает тяга к языческой эллинской традиции. Философский рационализм и европейская схоластика (а в ее основе лежала та же языческая ученость) стали рассматриваться в этой среде как более высокие и утонченные учения, чем святоотеческое аскетическое богословие. Интеллект брал верх над Откровением, индивидуализм – над христианским подвигом. Позднее эти тенденции вместе с переехавшими на Запад греками сильно поспособствуют развитию западноевропейского Ренессанса.

Исторические масштабы

Империя выжила в борьбе с крестоносцами: на азиатском берегу Босфора, напротив поверженного Константинополя, ромеи сохранили свою территорию и провозгласили нового императора. Через полвека столица была освобождена и продержалась еще 200 лет. Однако территория возрожденной империи практически сводилась к самому великому городу, нескольким островам в Эгейском море и небольшим территориям в Греции. Но и без этого эпилога Империя ромеев существовала практически целое тысячелетие.

Можно в данном случае даже не учитывать то обстоятельство, что Византия прямо продолжает древнеримскую государственность, а своим рождением считала основание Рима в 753 году до Рождества Христова. Даже без этих оговорок другого такого примера в мировой истории нет. Империи существуют годами (империя Наполеона: 1804–1814 гг.), десятилетиями (Германская империя: 1871–1918 гг.), в лучшем случае – столетиями. Империя Хань в Китае просуществовала четыре века, Османская империя и Арабский халифат – немногим больше, но к концу своего жизненного цикла стали лишь фикцией империй.

Фикцией на протяжении большей части своего существования была и основанная на Западе Священная Римская империя германской нации. Не так много в мире можно насчитать и тех стран, которые не претендовали на имперский статус и непрерывно просуществовали тысячелетний срок. Наконец, Византия и ее исторический предшественник – Древний Рим – продемонстрировали и «мировой рекорд» выживаемости: любое государство на Земле выдерживало в лучшем случае одно-два глобальных иноплеменных нашествия, Византия – намного больше. Лишь Россию можно было бы сопоставить с Византией.

Почему пала Византия?

На этот вопрос ее преемники отвечали по-разному. Псковский старец Филофей в начале XVI века считал, что Византия, приняв унию, изменила Православию, и в этом была причина ее гибели. Однако он утверждал, что кончина Византии была условна: статус православной империи был передан единственному оставшемуся суверенному православному государству – Московскому.

В этом, по мысли Филофея, не было заслуги самих русских, такова была Божия воля. Однако от русских отныне зависели судьбы мира: если и на Руси падет Православие, то вместе с ним и мир вскоре закончится. Таким образом, Филофей предупреждал Москву о великой исторической и религиозной ответственности. Унаследованный Россией герб Палеологов – двуглавый орел – символ такой ответственности, тяжкий крест имперского бремени.

Младший современник старца Иван Тимофеев, профессиональный воин, указывал на иные причины падения империи: императоры, доверившись льстивым и безответственным советникам, презрели военное дело и потеряли боеготовность. О печальном византийском примере утраты боевого духа, ставшей причиной гибели великой империи, говорил и Петр Великий: торжественная речь была произнесена в присутствии Сената, Синода и генералитета в Троицком соборе Санкт-Петербурга 22 октября 1721 года, в день Казанской иконы Божией Матери, при принятии царем императорского титула.

Как можно заметить, все трое – старец, воин и новопровозглашенный император – имели в виду близкие вещи, лишь в разном аспекте. Мощь Империи ромеев держалась на крепкой власти, сильной армии и верности подданных, но сами они в основании должны были иметь твердую и истинную веру. И в этом смысле империя, точнее все те люди, которые ее составляли, всегда балансировала между Вечностью и погибелью.

В неизменной актуальности этого выбора – удивительный и неповторимый привкус византийской истории. Иными словами, эта история во всех ее светлых и темных сторонах – яркое свидетельство правоты речения из чина Торжества Православия: «Сия вера апостольская, сия вера отеческая, сия вера православная, сия вера вселенную утверди!»