регистрация / вход

Международное сотрудничество в сфере прав человека

Ценности человеческой личности, ее достоинства в неразрывной связи с необходимостью обеспечения минимальных гарантий существования и свободного развития индивида. Особенности становления и развития международного сотрудничества в сфере прав человека.

Министерство образования и науки Российской Федерации

Федеральное агентство по образованию

Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования

Российский государственный торгово-экономический университет

Уфимский институт (филиал)

Факультет юриспруденции и заочного обучения

Курс 2

Специальность «Юриспруденция» Форма обучения заочная

Контрольная работа

По дисциплине «Обеспечение прав человека»

На тему: «Международное сотрудничество в сфере прав человека»

Выполнил:

Савичева Ольга Владимировна

Ф.И.О. преподавателя: Шамсутдинов Р.К.

Уфа 2011


Содержание

Введение. 3

Становление и развитие международного сотрудничества в сфере прав человек 5

Заключение. 18

Использованная литература. 20

Введение

Значительным прогрессом в развитии мирового сообщества в XX веке явилось понимание ценности человеческой личности, ее достоинства в неразрывной связи с необходимостью обеспечения минимальных гарантий существования и свободного развития индивида. Практическим выражением этого стало стремление передовой мировой общественности определить общечеловеческий минимум прав и свобод, который был бы обеспечен любому человеку и в любой стране. Основным средством утверждения этих прав и свобод стали разработка и принятие соответствующих международно-правовых документов, обязательных для исполнения государствами, добровольно признавшими их юридическую, политическую и моральную силу.

В 1945 году был принят Устав ООН, провозгласивший в качестве одной из целей этой организации осуществление международного сотрудничества в гуманитарной сфере, поощрение и развитие уважения к правам человека и основным свободам всех людей без исключения. Этот документ явился политическим и юридическим фундаментом для последующего сотрудничества суверенных государств и народов в области прав и свобод человека. Другим важным документом явилась Всеобщая Декларация прав человека 1948 г. Декларация определила минимальный объем прав и свобод, которым должен обладать любой человек в политической, экономической, социальной и культурной сферах общественной жизни. Дав перечень конкретных прав, создатели Декларации провозгласили некий общечеловеческий минимум прав и свобод, исходя из своего понимания уровня развития человеческой цивилизации в целом. Декларация не является юридически обязательным документом и имеет характер рекомендации всем народам и государствам мира. Тем не менее ее практическое значение очень велико. Именно на основе Декларации и в развитие ее положений в последующем были приняты юридически обязательные международные документы по правам человека. Самыми значительными из них являются Пакт о гражданских и политических правах и Пакт об экономических, социальных и культурных правах. Оба пакта приняты в 1966 году и вступили в силу, в том числе для СССР и России, в 1976 году. В настоящее время действуют и многие другие международные соглашения по правам человека.

Становление и развитие международного сотрудничества в сфере прав человек а

Как свидетельствует опыт современных международных отношений, проблема международного сотрудничества в области поощрения и защиты прав и свобод человека (и в равной степени сопряженный с ней вопрос о международном контроле в правозащитной сфере) является наиболее сложной и противоречивой. Пожалуй, ни одна другая дискуссия в рамках ООН не характеризуется таким накалом страстей, такой степенью политизации, как полемика по правозащитным вопросам. Для того чтобы убедиться в справедливости данного тезиса, достаточно взглянуть на деятельность Комиссии ООН по правам человека, а также так называемых "договорных органов по правам человека" - специальных контрольных механизмов, созданных в целях проведения мониторинга соблюдения государствами своих обязательств по основным универсальным международным правозащитным договорам.

Так, Комиссия ООН по правам человека (далее - Комиссия) является главным межправительственным органом системы Организации Объединенных Наций, призванным содействовать развитию международного сотрудничества в сфере поощрения и защиты прав и свобод человека. Более того, Комиссия является единственной из числа так называемых "функциональных комиссий" Экономического и Социального Совета ООН (ЭКОСОС), создание которой было предусмотрено уже в самом Уставе Организации.

Ежегодно в Женеве в марте - апреле проводятся очередные сессии Комиссии продолжительностью 6 недель. В ходе указанных сессий принимаются более ста резолюций и решений по широчайшему кругу проблем, который за последние несколько лет неуклонно увеличивается. Причем многие из таких проблем с большой натяжкой можно отнести к строго правозащитным. Например, перевозка токсичных отходов, разоружение, доступ к легкому и стрелковому оружию, международная торговля и т.д. Подобное стремление со стороны отдельных государств "объять необъятное" и заставить Комиссию, по сути, выйти за пределы своей компетенции, тем самым нарушить собственный мандат, далеко не всегда способствует повышению авторитета этого органа, а также эффективности его деятельности.

Кроме того, внесение на рассмотрение Комиссии заведомо конфронтационных проектов резолюций и решений неизбежно приводит к политизации дискуссии, усилению взаимного недоверия государств. Возникает ситуация, при которой обсуждение проблематики поощрения и защиты прав и свобод человека содействует не объединению, а разобщению стран, результату, прямо противоположному целям и принципам ООН. Более того, это противоречит и мандату, и предназначению самой Комиссии. Такая ситуация является, несомненно, парадоксальной и неприемлемой.

Анализ деятельности так называемых "договорных органов по правам человека" - контрольных институтов, созданных для осуществления мониторинга выполнения государствами своих обязательств по основным международным договорам в сфере прав человека[1] , - рисует следующую картину. По сути, ни один из названных договоров не является подлинно универсальным по количеству участвующих в нем государств. Следовательно, не являются универсальными и созданные в соответствии с такими договорами контрольные механизмы. Более того, согласно большинству указанных договоров отдельные контрольные функции соответствующих механизмов являются факультативными. В частности, согласно Международному пакту о гражданских и политических правах полномочия Комитета по правам человека получать и рассматривать индивидуальные петиции регулируются положениями Факультативного протокола к данному Пакту. Согласно Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания такой же факультативной является функция Комитета против пыток проводить расследование на территории государства - участника Конвенции.

Таким образом, международная система в области поощрения и защиты прав человека носит во многом "мягкий" характер. Многие наблюдатели, в частности представители неправительственных правозащитных организаций (НПО), аналогичную мягкость ассоциируют с неэффективностью этой системы. Даже, скорее, говорят о "мягкости" в качестве синонима неэффективности. Но такая характеристика, с точки зрения автора данной публикации, является преувеличенной и в значительной степени эмоциональной. Ведь в условиях, когда тема прав и свобод человека активно используется в политических целях, в том числе в качестве рычага давления в международных отношениях, иная ситуация просто невозможна.

Вместе с тем изложенное отнюдь не умаляет того, чего удалось добиться международному сообществу в сфере поощрения и защиты прав и свобод человека в мировом масштабе. Действительно, еще в 50-х гг. XX века вряд ли кто-нибудь мог предположить, что государства смогут не только согласовать тексты важных международных договоров в правозащитной области, но и создать независимые международные контрольные механизмы, в функции которых входило бы осуществление мониторинга деятельности государств, в той или иной степени затрагивающей права человека. Тогда это казалось чем-то из области фантастики. Но жизнь доказала, что консенсус возможен и в данной сфере.

Приступая к анализу современного состояния международного сотрудничества в правозащитной сфере, следует прежде всего сделать несколько замечаний общего характера.

Во-первых, взаимодействие государств в области поощрения и защиты прав человека осуществляется на двух основных уровнях: универсальном и региональном. В первом случае речь идет прежде всего об Организации Объединенных Наций. Во втором - о различных региональных организациях, таких, как Совет Европы, Организация американских государств, Африканский Союз (ранее - Организация африканского единства), Организация по безопасности и сотрудничеству в Европе и др.

Во-вторых, даже на универсальном уровне степень сотрудничества и его эффективность по отдельным аспектам имеют ярко выраженную специфику. Во многом это детерминировано тем, что определенные проблемы всегда считались более "деликатными", "чувствительными", чем другие. Поэтому и координировать свои действия, договариваться о контроле по данным вопросам и для правительств соответствующих государств было куда сложнее, чем по другим.

Ранее уже говорилось о том, что к настоящему моменту международное сообщество выработало значительный массив нормативных документов в области поощрения и защиты прав человека. В контексте ограниченного объема данной статьи не представляется оптимальным подробное описание содержания всех базовых международных правозащитных договоров, а также раскрытие сущности закрепленных в них стандартов. Это уже в достаточной степени комплексно и всесторонне отражено в трудах отечественных и зарубежных ученых и практиков. Думается, что более интересной (и куда менее изученной) является проблема международного контроля в сфере прав человека, на которой автор настоящей публикации хотел бы остановиться более подробно.

Необходимо подчеркнуть, что проблема международного контроля в целом и тема контроля в области поощрения и защиты прав и свобод человека в частности являются одними из наиболее актуальных в международном праве. Известно, что одним из общепризнанных принципов международного права является принцип добросовестного выполнения международных договоров. В этой связи международный контроль следует рассматривать в качестве одного из основных способов применения, реализации данного принципа на практике.

Любой международный договор, в том числе касающийся проблематики прав и свобод человека, останется не более чем декларацией о намерениях, если не будет предусмотрен механизм мониторинга выполнения положений первого участвующими в таком договоре государствами. О возрастающем значении института контроля для достижения эффективности международно-правовых норм свидетельствует тот факт, что практика заключения международных договоров, в особенности многосторонних, стала в последние десятилетия всецело развиваться путем закрепления в них норм соответствующих положений о контроле за их соблюдением. Это же отмечает, в частности, известный юрист-международник Р.М. Валеев в своем всеобъемлющем исследовании, посвященном теме осуществления и создания действенных механизмов контроля в современном международном праве[2] .

Необходимо подчеркнуть, что рассмотрение проблемы международного контроля исключительно в аспекте развития и эволюции договорного права было бы намеренным сужением предмета. В частности, речь идет о том, что международное сообщество движется по пути параллельного развития договорных (комитеты по правам человека) и внедоговорных (Комиссия ООН по правам человека и ее специальные процедуры, Подкомиссия по поощрению и защите прав человека и т.д.) институтов контроля в области поощрения и защиты прав человека.

До недавнего времени российская (советская) правовая наука уделяла недостаточно внимания рассматриваемой проблематике. Ей посвящались в основном отдельные статьи в журналах и различных сборниках, а также фрагментарные упоминания в трудах, посвященных другим вопросам и проблемам.

В концептуальном плане это было обусловлено тем, что в отечественной (советской) науке международного права в недавнем прошлом преобладало негативное отношение к теме прав человека. Достаточно привести следующие примеры: "Права человека как таковые лежат за пределами международного права. Предоставление этих прав своему населению и конкретным лицам - внутреннее дело государств". "Только при грубых и массовых нарушениях прав человека сами эти нарушения, представляя угрозу международному миру, перестают быть внутренним делом государств и влекут за собой международную ответственность".

Ранее любые попытки активизировать международное сотрудничество в области поощрения и защиты прав человека, в частности путем усиления международного контроля и развития соответствующих институтов, неизбежно "натыкались" на ссылки о приоритете принципа невмешательства во внутренние дела государств. Говоря о сочетании данного принципа с указанным аспектом межгосударственного сотрудничества, Я.А. Островский отмечал, что "ни одна из... форм сотрудничества, составляющих международный аспект проблемы защиты основных свобод и прав человека, в свете требований статьи 2 (7) Устава, не должна приобретать характера вмешательства во внутренние дела государств и затрагивать их суверенные прерогативы. Поэтому никакая деятельность в рамках ООН не может подменять или дополнять юрисдикцию государств. Она может лишь способствовать тому, чтобы их юрисдикция в данной области осуществлялась должным образом в соответствии с положениями Устава ООН и других международных документов относительно защиты основных свобод и прав человека".

В данный момент все большее количество стран, в том числе и Россия, заявляют о стремлении построить правовое демократическое государство, одним из основных принципов которого должно стать неукоснительное соблюдение прав и свобод человека. Более того, в Конституции РФ (1993 г.) предусматривается возможность при соблюдении определенных условий обращения в международные органы по защите прав человека, а само наше государство является участником значительного числа универсальных и региональных договоров в правозащитной области. Таким образом, в настоящее время Россия на практике признает важность международного контроля в сфере поощрения и защиты прав и свобод человека.

Вряд ли кто-нибудь станет оспаривать тот факт, что система контроля в современном международном праве прав человека (в силу своей природы и выполняемых функций) является весомой гарантией соблюдения государствами своих обязательств по основным международным правозащитным договорам. В определенной степени она играет роль фактора стабильности в межгосударственном сотрудничестве в гуманитарной сфере.

С учетом того, что нормативную базу в международном праве прав человека можно считать в основном сформировавшейся, акцент в межгосударственном сотрудничестве будет со временем (данный процесс можно считать уже начавшимся) все больше смещаться в сферу обеспечения выполнения государствами своих обязательств в правозащитной области. В этой связи следует ожидать повышения важности контрольного аспекта в функционировании основных международных систем и договоров в сфере прав человека. В частности, нельзя исключать активизации разработки новых договоров, основной целью которых будет не дополнение нормативного содержания уже закрепленных прав и свобод человека, а создание дополнительных органов контроля либо расширение функций уже имеющихся контрольных механизмов. В последнем случае речь идет, в частности, о так называемых "договорных органах по правам человека", созданных в соответствии с Международным пактом о гражданских и политических правах, Международной конвенцией о ликвидации всех форм расовой дискриминации, Конвенцией о правах ребенка и др.

Современная система контроля в области прав человека находится в значительной степени в кризисном состоянии. Ее более или менее сносное функционирование связано (хотя это и звучит парадоксально) с тем, что государства-участники основных международных правозащитных договоров не соблюдают свои обязательства по своевременному представлению периодических докладов о выполнении положений указанных договоров. Такую ситуацию следует признать однозначно неприемлемой, поскольку система должна функционировать не вопреки, а в силу заложенных в нее принципов.

В то же время следует ожидать, что постепенно будет расти количество контрольных органов, выполняющих схожие либо дублирующие функции, или же контрольных органов, занимающихся анализом аналогичных групп прав и свобод человека. В этой связи возрастет значение деятельности, направленной на максимальное снижение дублирования и параллелизма в функционировании таких контрольных механизмов.

Как показывает практика, на региональном уровне зачастую удается принимать международные договоры в сфере прав человека, в соответствии с которыми создаются весьма эффективные и сильные контрольные механизмы. Кроме того, на региональном уровне удается намного лучше учитывать специфические интересы тех или иных отдельных государств или групп государств, в связи с чем они готовы пойти на существенные уступки в плане закрепления и установления механизмов такого контроля.

Однако любые попытки механически перенести опыт, пусть даже самый положительный, на "неготовую" для этого почву или же попытки навязать свои представления о "наилучшей и более современной форме контроля" способны обернуться неудачей. Более того, подобным путем невозможно будет достичь универсальности разрабатываемых документов. Напротив, в таком случае (это подтверждает пример принятого не так давно Факультативного протокола к Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания) участниками указанных договоров становится достаточно ограниченное число государств, причем зачастую речь идет о государствах, уже участвующих в аналогичном договоре, но на региональном уровне. Расширения круга участников не получается.

В контексте изложенного думается, что единственный путь достижения универсальности, в том числе универсальности контроля, - наиболее скрупулезный учет точек зрения всех заинтересованных сторон на стадии разработки соответствующих механизмов.

Еще один путь заключается в увеличении количества факультативных положений по наиболее сложным и "чувствительным" аспектам контроля, что было показано на примере уже упоминавшегося Факультативного протокола к Конвенции против пыток. В подобном случае государства с большей готовностью пойдут на подписание, ратификацию и присоединение к тем или иным международным договорам в области прав человека. В этом же ряду находится и предложение о том, чтобы соответствующими договорами допускались оговорки к ним (например, США никогда не становятся участниками договоров, если ими не предусмотрена возможность делать к ним оговорки).

Как представляется, международный контроль в области прав человека подчиняется, в сущности, тем же принципам, что и контроль в других областях международного права (разоружение, экологическое право и другие). Вместе с тем он имеет целый ряд отличительных черт, характерных только для контрольной деятельности в правозащитной сфере. Как показывает практика, формы, способы и методы контроля в области прав человека во многом взаимосвязаны и взаимозависимы. Данный тезис означает, в частности, что одни формы, способы и методы могут применяться и использоваться одновременно с другими, а на определенном этапе - и переходить (трансформироваться) в другие.

Международный контроль в области прав человека всегда был и остается одной из основных сфер, в которых наблюдаются зачастую непримиримые противоречия между различными государствами и группами государств. О причинах такого противостояния уже говорилось ранее, поэтому хотелось бы добавить, что по мере развития международных отношений эта тенденция будет сохраняться, хотя и в таком случае будет наблюдаться все более усиливающаяся взаимосвязанность государств, региональных и субрегиональных объединений.

Безусловно, большинство современных механизмов контроля в области прав человека не являются наднациональными по своей природе. Пожалуй, единственным исключением является Европейский Суд по правам человека. Вместе с тем очевидно, что по мере эволюции международной системы защиты прав и свобод человека могут появиться новые контрольные механизмы, которые будут обладать чертами наднациональности. Изложенное может относиться как к новым механизмам, так и к уже существующим, если в силу модификации имеющейся договорно-правовой базы им будут придаваться дополнительные функции, свойственные наднациональным механизмам.

Как показывает практика, одной из основных функций международного контроля в области прав человека является выработка единых представлений, критериев, стандартов о содержании тех или иных договорных норм в сфере прав и свобод человека. Иными словами, контрольные органы и механизмы выполняют задачу определения целей, к которым государства должны стремиться в процессе реализации своей "правозащитной политики".

Необходимо подчеркнуть, что в действительности добиться от всех государств приверженности неким общим правозащитным ценностям, даже в рамках одного международного договора в области прав человека, вряд ли возможно. Для этого необходима унификация целого ряда факторов, что представляется недостижимым на многостороннем уровне. Как показывает анализ реализации правовых норм в рамках отдельного государства, уровень такой реализации будет неодинаков даже на межобластном, межрайонном уровнях.

Одной из современных тенденций эволюции контроля в области прав человека является, по сути, отказ от такого его основополагающего качества, как субсидиарность. Контрольные органы и целый ряд государств выступают за то, чтобы международные контрольные механизмы и институты были задействованы на как можно более ранней стадии, фактически еще до вынесения последнего решения национальными органами. Думается, что данная тенденция противоречит сущности международного контроля в области прав человека - тем принципам, на основе которых эта система создавалась изначально. Именно в данном контексте следует рассматривать, в частности, предложение Парламентской Ассамблеи Совета Европы о создании поста Прокурора при Европейском Суде по правам человека, который был бы наделен целым рядом контрольных функций и полномочий в рамках механизма по Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Эволюция международной контрольной деятельности в области прав человека ясно свидетельствует если не об отказе, то, по крайней мере, о существенном ограничении действия и сужении сферы применения принципа невмешательства во внутренние дела государств в том, что касается международного права прав человека. Следует предположить, что данная тенденция будет сохранена и в будущем. К любом случае политика и практика государства в правозащитной области уже не могут рассматриваться как относящиеся исключительно к сфере внутренней компетенции. Функционирование систем контроля в области защиты прав человека является подтверждением правильности вывода Всемирной конференции по правам человека 1993 г. о том, что "поощрение и защита прав человека являются предметом законной обеспокоенности международного сообщества".

В последние десятилетия наблюдается процесс появления новых государств - субъектов международного права. Одновременно как "старые", так и "новые" государства все активнее рассматривают вопрос об участии в международных договорах в сфере прав человека. По мнению автора данной публикации, включение новых государств в диапазон действия различных систем международного контроля в области прав человека приведет или же может привести к трем основным последствиям. Во-первых, это будет способствовать процессу гармонизации их внутреннего законодательства и правоприменительной практики в соответствии с общими для данной конкретной системы стандартами. Во-вторых, новым участникам системы придется проходить названную ранее адаптацию за достаточно короткий период, что потребует значительных национальных усилий и помощи со стороны других участников системы. В-третьих, различия в историко-правовом развитии и правовых традициях старых и новых участников системы способны привести к ее определенному "обогащению". С другой стороны, отставание отдельных стран в опыте защиты прав и свобод человека может вылиться в увеличение нагрузки на контрольные органы. Не исключено, что указанное различие в развитии и традициях сможет отчасти "затормозить" развитие той или иной системы международного контроля.

Нельзя также не упомянуть, что одной из основных проблем современного международного контроля в области прав человека является отсутствие подлинной универсальности соответствующей категории межгосударственных договоров. Как представляется, с учетом усиливающейся тенденции глобализации международных отношений, без достижения цели универсального участия государств в основных международных правозащитных договорах (такая цель в рамках ООН уже провозглашена) речь не может идти о создании подлинной системы международного контроля в данной сфере. Исключением из этого правила является региональная система защиты прав человека в рамках Совета Европы, когда участие государств в его главных соглашениях (прежде всего в Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод) является одним из условий членства в данной Организации.

Автор настоящей статьи уже не раз указывал, что, по его мнению, региональный формат защиты прав человека (в том числе в рамках Совета Европы) в настоящее время с наибольшей полезностью и эффективностью позволяет выполнять указанную задачу защиты, потому что региональная модель позволяет лучше учитывать особенности конкретных участников международного общения, а также их динамику развития.

Заключение

В заключение хотелось бы еще раз подчеркнуть, что важное значение, которое придается государствами защите и поощрению прав и свобод человека, делает необходимым тесное международное сотрудничество в этой области, в том числе при помощи укрепления режима международного контроля. Такое сотрудничество на данный момент стало важным фактором международных отношений и одним из компонентов всеобщей безопасности.

Одновременно следует иметь в виду, что современные институты и механизмы международного контроля в области прав человека, за исключением, пожалуй, регионального измерения, являются продуктом правового, а зачастую и политического компромисса. На специфику такого контроля сильнейшее воздействие оказало деление мира на два полюса, противостояние между социалистической и капиталистической системами - в прошлом, а также развитых и развивающихся стран - в современный исторический момент. В этой связи международный контроль в области прав человека в настоящих условиях носит во многом мягкий, непревентивный характер (своеобразный контроль post-factum). Думается, что данная особенность развития международных контрольных правозащитных механизмов будет сохраняться до тех пор, пока на практике, в действительности не изменится подход различных государств и групп государств к межгосударственному сотрудничеству в рассматриваемой области.

В последние годы все более актуальным вопросом становится реформа договорных органов ООН по правам человека, которые представляют собой краеугольный камень международного контроля в русле универсальной системы защиты прав и свобод человека. Вместе с тем автор настоящей статьи убежден, что любые меры, направленные на реформирование соответствующих механизмов, не должны вести к трансформации договорных органов в квазисудебные или (тем более) в судебные органы. Всегда следует помнить, что главное назначение правозащитных конвенционных комитетов заключается в оказании содействия государствам - участникам основных международных договоров в области прав человека в выполнении ими добровольно взятых на себя обязательств. В этом - основа и будущее развития международного сотрудничества в правозащитной сфере.

Для воплощения в жизнь внутри государства юридических норм, содержащихся в международных соглашениях по правам и свободам человека, необходима не только трансформация их содержания во внутреннее законодательство страны, но и, прежде всего, требуется проведение соответствующей социально-экономической политики, направленной на создание условий для фактического осуществления содержащихся в них требований. В противном случае ценность международно-правовых норм о правах человека остается минимальной, а соответствующее государство, не обеспечивающее условий для реализации прав и свобод, должно оцениваться государствами - участниками соглашения как уклоняющееся от взятых на себя обязательств.

Использованная литература

1. Бирюков П.Н. Нормы международного уголовно-процессуального права в правовой системе Российской Федерации. Воронеж, 2000.

2. К.Ф., Ковалев М.А. Правоохранительные органы: Учебник / Под ред. К.Ф. Гуценко. М., 2006.

3. Правоохранительные органы Российской Федерации: Учебное пособие. В 2 – х томах. Т.1. / Под общ. Ред Ю.Ф. Кваши. М., 2000.

4. Международное право: Учебник / Под ред. Г.В. Игнатенко и О.И. Тиунова. М., 2009.

5. Гуценко К.Ф., Ковалев М.А. Указ. соч.

6. Губанов А.В. Полиция зарубежных стран. Организационно – правовые основы, стратегия и тактика деятельности. М., 1999.


[1] К основным международным договорам в сфере прав человека относятся следующие: Международный пакт по гражданским и политическим правам; Международный пакт по экономическим, социальным и культурным правам; Международная конвенция о ликвидации всех форм расовой дискриминации; Международная конвенция о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин; Международная конвенция против пыток и других жестоких, бесчеловечных и унижающих достоинство видов обращения или наказания; Конвенция о правах ребенка и Международная конвенция о защите прав всех трудящихся-мигрантов и членов их семей.

[2] См.: Валеев Р.М. Контроль в современном международном праве. Казань, 2001. С. 6.

Изложенное в полной мере относится к международному праву в области прав человека относительно развития договорного права в этой сфере, поскольку ни один современный договор в области поощрения и защиты прав и свобод человека не обходится без закрепления в нем соответствующих статей и разделов. Данная черта характерна и для упомянутых ранее семи правозащитных договоров, которые принято квалифицировать в качестве основных.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий