регистрация / вход

Международный правопорядок и международная законность

Характеристика основных концепций международного правопорядка. Принципы международного права как критерии законности всей системы международно-правовых норм. Общая концепция международно-правовой ответственности. Содержание международного правонарушения.

Содержание

ВВЕДЕНИЕ

ГЛАВА 1. КОНЦЕПЦИИ МЕЖДУНАРОДНОГО ПРАВОПОРЯДКА

1.1 «Примитивистская» концепция

1.2 Бихевиористская концепция

1.3 Либеральная концепция

1.4 Концепция позитивизма

ГЛАВА 2. МЕЖДУНАРОДНАЯ ЗАКОННОСТЬ И ЕЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ

2.1 Принципы международного права

2.2 Международно-правовая ответственность

2.3 Содержание международного правонарушения

2.4 Виды международных правонарушений

2.5 Система международного правосудия

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

ЛИТЕРАТУРА


Введение

Позитивный взгляд на современное сообщество государств заключается, как представляется, в том, что это сложный, развивающийся социальный организм. Он обладает структурой, определенной наличием в разной степени связанных между собой государств или групп государств и их организаций, объединяющихся на разных основах и взаимодействующих с другими государствами и группами и их организациями и, наконец, всех государств мира и их объединений и организаций, взаимодействующих и сотрудничающих. Все эти элементы структуры группируются вокруг организационного ядра — общей универсальной межгосударственной организации ООН и специализированных организаций ее системы. Жизнь этой структуры — в мириадах отношений, устанавливаемых между ее звеньями. Отношения эти системны, они в большей или меньшей степени организованы, упорядочены. Чем больше степень упорядоченности, организованности элементов структуры сообщества и действующих в нем отношений, тем более органичным и жизнеспособным оно является.

Право же исторически стало тем инструментом, которое служит формированию системности и упорядоченности сообщества. Как структурный элемент, оно опосредует сложившийся и развиваемый порядок (политический, экономический, социальный и т. д.) отношений внутри сообщества, превращая его в правопорядок. От того, насколько эффективно право будет регулировать международную жизнь, зависит устойчивость и стабильность развития на нашей планете.

Объектом данной работы являются международный правопорядок и международная законность.


Глава 1. Концепции международного правопорядка

1.1 «Примитивистская» концепция

Традиционно для западной доктрины является то течение международно-правовой мысли, которое в своем отрицании правопорядка исходит из оценки международного права как "примитивного", не способного обеспечить реальный порядок. Теоретические посылки этих концепций стали классическими: в международном сообществе отсутствует наднациональная законодательная власть, нет и аппарата, который обеспечивал бы поддержание правопорядка, международное право "примитивно". Американский исследователь У. Коплин считает: поскольку отсутствует какое-либо официальное учреждение, создающее законы для государств и применяющее санкции, международное право остается децентрализованной или "примитивной системой права", что позволяет, по мнению автора, сомневаться в его юридическом характере.

Свою трактовку "примитивности" международного правопорядка дает американский юрист социологической школы М. Баркун. По его мнению, социальная среда международного сообщества, в котором нет наднациональной власти, системы принуждения, не допустит полноценного применение правовых предписаний, а потому международное право не может рассматриваться как действительно правовая система.

По сути аналогичны воззрения М. Рейсмэна, также оспаривающего правовой характер международного права:

«...право в каком-либо социально значимом смысле требует наличного бытия, самого незначительного минимума ожидания эффективности...», чем не обладает международное право. Существенная особенность рассуждений Рейсмэна — тезис о необходимости санкционного принуждения в международной системе вообще, но лишь в форме односторонних действий отдельных государств при отсутствии каких-либо критериев правомерности мер принуждения (этот тезис развивается им во многих работах, вплоть до настоящего времени, применительно к современной американской политике).

Нигилистической и субъективистской представляется позиция современного американского исследователя Н. Онафа. Выступая сторонником силы в международных отношениях, он считает, что правопорядок может быть установлен только наднациональной властью, основанной на силе, "поскольку отсутствует международный правопорядок, гарантируемый властью, то имеется лишь порядок, обусловленный равновесием силы" т. е. всего лишь некие "правила игры". Не нормы международного права, а "правила игры", что и предполагает отношение к международному правопорядку как к "порядку, имеющему видимость правового характера, т. е. полностью лишенному власти, которая необходима для установления порядка путем права". Не затушевывает, а лишь подтверждает нигилистическое отношение к международному праву и правопорядку заявление автора о том, что международное право все же есть право, а международный порядок — все же правовой порядок, но только потому, что "на страже правопорядка стоят юристы".

Стремление видеть в международном правопорядке аналог внутригосударственного без учета коренного отличия социальной среды, в которой функционирует первый по сравнению со вторым (со всеми вытекающими отсюда последствиями), приводит к искаженной оценке современного международного права и основанного на нем порядка. Британский юрист Э. Карти в монографии "Упадок международного права", вышедшей в 1986 г., строит свою систему доказательств на том, что в международном праве, основанном на соглашении государств, неизбежны пробелы, неурегулированности в важнейших сферах межгосударственных отношений. Следовательно, делает он вывод, не может быть и "не существует никакого международного правового порядка, а просто имеется ряд конвенций, договоров и обычаев, охватывающих ряд сфер, но не обязательно связанных между собой".

1.2 Бихевиористская концепция

С других методологических позиций отрицают правовой порядок сторонники теорий бихевиоризма, активно выступающие в США. Известный глава школы "ориентированного на политику права" М. Макдугал говорит о "мировом публичном порядке", под которым он понимает борьбу конкурирующих действий учасников международного общения, вовлеченных в "процесс властных решений..., в ходе которого создаются и распространяются ценности". При таком подходе, по мнению автора, "на современной мировой арене не заметно такого международного права или публичного порядка, который эффективно бы применялся в глобальном масштабе". Вне зависимости от общих деклараций, провозглашаемых сторонниками этого течения, узкая предопределенность бихевиористского анализа приводит к искаженному толкованию действительности. Так, американец А. Дор заявляет, что он считает ошибочным утверждения об отсутствии международного правового порядка или господстве анархии по концепции Гоббса. В то же время нормы права возникают, по его мнению, из "суровой действительности сосуществования, т. е. из поведения государств в конкретных ситуациях, в которых замешаны их противоположные интересы и цели". Сходные типы поведения сходных по социальному, политическому строю, по идеологии государств и их союзов продолжают свои собственные правопорядки, которые в своей основе могут качественно отличаться от общего правопорядка и быть противопоставленными ему.


1.3 Либеральная концепция

Особый интерес представляют широко распространенные в американской литературе взгляды на правопорядок либерально настроенных разработчиков утопических проектов наднационального миропорядка будущего. Их исходная позиция — в доказывании того, что в современном сообществе существует порядок, почти не изменившийся со времен Вестфальских мирных договоров середины XVII в., т.е. господство абсолютного государственного суверенитета, порождающее конфликты, анархию, неспособность разрешать противоречия, находить взаимоприемлемые решения общих проблем и т. п. В стремлении сконструировать идеальный правопорядок будущего, установлению которого мешает государственный суверенитет, юристы-футурологи резко и в основном обоснованно критикуют пороки правопорядка современного. Суть отношения фолковской школы создателей "проектов моделей миропорядка будущего" к современному правовому порядку ясно выражена в известной работе К. Мэрфи. "В поисках мирового порядка. Исследование теории и практики"; "С 17 века юристы тщатся доказать, что миром правит право. Но последнее само по себе не может установить порядок. Оно не создает международного сообщества... Акцент на примате права может только косвенно вызвать нестабильность. Попытки контролировать политические конфликты при помощи правовых норм и процедур вызывают эскалацию применения принудительных средств с целью восстановить равновесие силы" [2, c. 62-63]. Отталкиваясь от этого сверхпессимистического анализа, автор предлагает спасение в разрушении межгосударственной системы и строительстве сообщества, в котором будет функционировать централизованная система принуждения, такая же судебная система, централизованная система распределения ресурсов и т. п. механизмы. "Боюсь, что все это имеет очень небольшое отношение к реальному миру", заметил о подобных рассуждениях голландский рецензент книги К. Мэрфи.

В своей заданности на "осчастливливание" человечества централизованным миропорядком будущего либералы этого толка незаметно для себя становятся мизантропами, разделяющими концепцию Гоббса об изначальной склонности людей к насилию. Внеисторический, внесоциальный подхбд к международному праву как только к вещи в себе, существующей в вакууме, приводит, в соответствии с логикой этих рассуждений, к выводу о невозможности примата права. Вместо последнего в картине реального мира искусственно прочерчивается пугало примата силы. Изначально позитивные намерения приводят авторов этой концепции к выводам, сходным с высказываниями правовых нигилистов.

Весьма характерны взгляды на правопорядок французского юриста, члена французской Академии С. Бастид. Как и многие другие современные европейские юристы-международники, она связывает проблемы международного сообщества и правового порядка. Находясь на позициях позитивизма и пользуясь методологией анализа этого течения, Бастид находит, что существует лишь мираж международного сообщества, что образы международных конференций и зала Генеральной Ассамблеи ООН создают лишь впечатление единого целого. На самом же деле единства и сплоченности нет, мир разделен на союзы и блоки, среди которых нет места сообществу. Отсюда и утверждение, что в этом бессистемном, конфликтном, неорганизованном мире нет и порядка, тем более правового, ибо нет "норм, которые заслуживали бы определения "юридические"; Устав ООН — квазиуниверсальный документ, но он всего лишь "содержит изложение основ политической философии, которая может сориентировать международную жизнь в направлении, противоположном структурам, сложившимся к настоящему времени.


1.4 Концепция позитивизма

Представители международно-правового позитивизма во многих случаях вполне аргументирование указывают на реальную опасность подрыва правопорядка. Можно согласиться с М. Шемийе-Жандро, которая говорит о хрупкости правопорядка, если в сообществе будут раскол, противоборство. Тогда национальный эгоизм проявится в стремлении оправдать собственные правонарушения ссылками на нормы права, отказе от признания императивных норм, нежелании развивать судебную, арбитражную, третейскую систему решения споров.

Не углубляясь в анализ того, каковы достоинства и недостатки позитивистского метода, представляется необходимым отметить: как правило, качественный правовой микроанализ действительности не всегда дает возможность создать более укрупненное видение мира и его тенденций. В диалектическом единстве и борьбе таких крайностей, как скрупулезное исследование фактов и явлений правовой действительности, с одной стороны, и социологический макроанализ с обобщениями (понимаемый часто как "изобретательство систем") — с другой, позитивисты особенно предостерегают от второго. В результате порой получается неполная картина действительности, особенно если этот метод предлагается как самый надежный: "Следует пожелать, чтобы исследователи и практики получили в свое распоряжение основные данные для исчерпывающей оценки действительности, оценки, которая поможет им определить границы международного правового порядка, не отдавая себя во власть амбиций.

Было бы ошибочным утверждать, что в современной западной литературе преобладает отрицание правопорядка в современном сообществе государств. При этом констатация наличия правопорядка может соседствовать с утверждениями о его незрелости, неэффективности и т. п. Профессор Лондонского университета Б. Ченг пишет, что "правопорядок — это структура, обусловленная наличием и действием международной правовой системы, первичными членами которой являются государства, а вторичными — другие образования, получающие правосубъектность в результате соглашения и признания со стороны главных субъектов". При таком позитивном видении правопорядка через правовую систему (организованное международное сообщество) автор рассматривает проблему правопорядка с точки зрения характера правоприменения, в частности, роли судебных и арбитражных органов и делает функционирование этих органов (играющих еще недостаточную роль в межгосударственной системе) критерием для установления степени полноценности правопорядка. Первый уровень правопорядка "по Ченгу" — это уровень, основанный на самотолкуемом (т. е. интерпретируемом только государствами) международном праве. Это правопорядок низшего, незрелого уровня; государства даже не самые правые деяния прикрывают правовой фразеологией, конфликты решаются в пользу сильнейшего, вообщем, часто господствует закон джунглей. Выше стоит правопорядок, основанный на осуществлении права при помощи арбитража третьих сторон, к которому договариваются прибегнуть спорящие государства. Высший, полноценный вид правопорядка обеспечивается между народным и судебными органами, которые толкуют международное право.

Одно из современных течений, делающее акцент на неоднородность и разнообразие международного сообщества, квалифицирует современный правопорядок как относительный (релятивный) в противоположность абсолютному. "Конкретной картины международных обязательств государств не существует в едином объективном виде, пониманий столько, сколько существует государств",— замечают П. Ретер и Ж. Комбако. Говоря о том, что международное право критикуют за относительность содержания его норм, естественно обусловленную разнородностью членов международного сообщества, Г. де Лашаррьер подмечает: "... юридический релятивизм—это по-иному названная независимость государств" [2, c. 65]. Подчеркивая релятивный характер международного права, авторы приводят ряд факторов: отличия в подходе государств к своим обязательствам, споры по поводу содержания тех или иных правил поведения и их юридического характера. При определенных методологических и политических установках выпячивание этих фактов могло быть основой для еще одной формы отрицания международного правового порядка. Но в цитированных работах делаются совсем иные выводы: чтобы сузить поле релятивизма и взаимного непонимания, необходимо, по здравой мысли Лашаррьера, не диктовать свою волю, а вести переговоры, добиваясь общего понимания. Международный правопорядок—реальность современности, его наличие обусловлено необычайным развитием международных отношений, значительным числом международных договоров, неодолимой необходимостью сотрудничать.


Глава 2. Международная законность и ее обеспечение

О законности вообще написано очень много работ. Существует и множество различных определений этого явления. Но практически в каждом из них выделяется то главное, что и образует суть, основу законности, – строгое, неуклонное соблюдение, исполнение норм права участниками общественных отношений. Именно это присуще законности любого исторического периода независимо от условий места и времени. В конкретных исторических условиях эта сущность наполняется конкретным содержанием и приобретает соответствующие формы. Законность провозглашается, а нередко и закрепляется в законодательстве в качестве принципа, требования соблюдать правовые предписания, обращенного к субъектам общественных отношений. Но вместе с тем в силу различных причин, в том числе и мер государственного принуждения, законность (соблюдение норм права) проявляется в конкретном поведении, деятельности указанных субъектов, т.е. становится методом их деятельности. В результате возникает режим общественной жизни, выражающийся в том, что большинство участников общественных отношений соблюдают и исполняют правовые предписания.

Таким образом, исходя из вышесказанного, международную законность можно определить как принцип, метод и режим строгого, неуклонного соблюдения, исполнения норм международного права всеми участниками международных отношений (государствами, межправительственными и международными организациями и т. д. – всеми, без исключения).

Впрочем, некоторые исследователи относятся с сомнением к самой такой характеристике международных отношений, как международная законность:

Исходя из того, что международное право - это особая система юридических норм, регулирующих межвластные международные отношения методом установления взаимных прав и обязанностей независимых субъектов этих отношений, особенность нормообразования данной правовой системы состоит в том, что в этом процессе участвуют сами ее субъекты путем добровольного волеизъявления. Это позволяет считать, что международное публичное право носит согласительный, координирующий характер.

Поскольку, кроме самих субъектов данной системы права, в процессе нормообразования не участвуют какие-либо "внешние" по отношению к системе субъекты, за данной правовой системой отрицается субординарный характер. Никто не вправе установить правила поведения субъектов данной системы вопреки их согласию. Соответственно неверно употреблять применительно к международному праву такие понятия, как законодательство, международная законность" и т. п.

Тем не менее, будем исходить из того, что такое понятие все же существует. Ведь и обычный договор два субъекта чаще всего заключают в добровольном порядке, однако после заключения нарушение положений договора считается незаконным.

Критерием законности всей системы международно-правовых норм выступают принципы международного права.

2.1 Принципы международного права

Принципы международного права - это руководящие правила поведения субъектов, возникающие как результат общественной практики, юридически закреплённые начала международного права. Они являют собой наиболее общее выражение установившейся практики международных отношений. Принцип международного права - это норма международного права, имеющая обязательный характер для всех субъектов. Рассмотрим кратко эти принципы.

Принцип суверенного равенства государств. Поддержание международного правопорядка может быть обеспечено лишь при полном уважении юридического равенства участников. Это означает, что каждое государство обязано уважать суверенитет других участников системы, то есть их право в пределах собственной территории осуществлять законодательную, исполнительную, административную и судебную власть без какого-либо вмешательства со стороны других государств, а также самостоятельно проводить свою внешнюю политику. Суверенное равенство государств составляет основу современных международных отношений, что в обобщенном виде отражено в п. 1 ст. 2 Устава ООН, который гласит: "Организация основана на принципе суверенного равенства всех ее Членов".

Принцип неприменения силы и угрозы силой. Демократизация международных отношений с неизбежностью приводит к ограничению применения силы и угрозы силой. Впервые эта объективная закономерность была закреплена в качестве принципа международного права в Уставе ООН, выработанном в период освободительной борьбы против фашизма и отразившем демократические устремления и надежды народов на справедливое послевоенное устройство международных отношений.

Согласно п. 4 ст. 2 Устава, "все Члены Организации Объединенных Наций воздерживаются в их международных отношениях от угрозы силой или ее применения как против территориальной неприкосновенности или политической независимости любого государства, так и каким-либо другим образом, несовместимым с целями Объединенных Наций". Принцип нерушимости государственных границ. Принцип нерушимости государственных границ составляет одну из важнейших основ безопасности европейских государств.

Идея нерушимости границ впервые получила свое правовое оформление в договоре СССР с ФРГ от 12 августа 1970 г., а затем в договорах ПНР, ГДР и ЧССР с ФРГ. С этого времени нерушимость границ стала нормой международного права, юридически обязательной для государств - участников упомянутых договоров. В этих договорах выражены два существенных элемента: признание существующих границ и отказ от каких-либо территориальных притязаний.

Принцип территориальной целостности государств. Этот принцип утвердился с принятием Устава ООН в 1945 году. Процесс его развития продолжается. Само наименование принципа окончательно не установилось: можно встретить упоминание как территориальной целостности, так и территориальной неприкосновенности. Значение этого принципа весьма велико с точки зрения стабильности в межгосударственных отношениях. Его назначение - защита территории государства от любых посягательств. Принцип мирного разрешения международных споров. Согласно п. 3 ст. 2 Устава ООН, "все Члены Организации Объединенных Наций разрешают свои международные споры мирными средствами таким образом, чтобы не подвергать угрозе международный мир и безопасность и справедливость". Эволюция принципа мирного разрешения международных споров отмечена серией международных договоров и соглашений, которые, по мере того как они ограничивали право обращаться к войне, постепенно развивали средства мирного разрешения международных споров и устанавливали юридическую обязанность государств использовать такие средства.

Принцип невмешательства во внутренние дела. Принцип невмешательства в качестве общего принципа межгосударственных отношений формировался в процессе борьбы наций за свою государственность, то есть в эпоху буржуазно-демократических революций. Следует, однако, подчеркнуть, что в прошлом указанный принцип имел ограниченное применение, поскольку международное право во многих случаях допускало различные формы вмешательства во внутренние дела государств, включая вооруженное вмешательство.

Современное понимание принципа невмешательства в общей форме зафиксировано в п. 7 ст. 2 Устава ООН и конкретизировано в авторитетных международных документах: Декларации о принципах международного права 1970 года, Заключительном акте СБСЕ, Декларации ООН о недопустимости вмешательства во внутренние дела государств, об ограждении их независимости и суверенитета от 21 декабря 1965 г. и др.

Принцип всеобщего уважения прав человека. Становление принципа всеобщего уважения прав человека и основных свобод для всех в качестве одного из основных международно-правовых принципов относится к послевоенному времени и связано непосредственно с принятием Устава ООН, хотя само понятие прав человека появилось в политико-правовой терминологии с конца XVIII века и связано с эпохой буржуазных революций.

В преамбуле Устава члены ООН подтвердили "веру в основные права человека... в равноправие мужчин и женщин..." В ст. 1 в качестве цели членов Организации говорится о сотрудничестве между ними "в поощрении и развитии уважения к правам человека и основным свободам для всех, без различия расы, пола, языка и религии". Важнейшее значение имеет ст. 55 Устава, согласно которой "Организация Объединенных Наций содействует: а) повышению уровня жизни, полной занятости населения и условиям экономического и социального прогресса и развития;... с) всеобщему уважению и соблюдению прав человека и основных свобод для всех..." В ст. 56 предусматривается, что "все Члены Организации обязуются предпринимать совместные и самостоятельные действия в сотрудничестве с Организацией для достижения целей, указанных в ст. 55". Принцип самоопределения народов и наций. Безусловное уважение права каждого народа свободно выбирать пути и формы своего развития является одной из принципиальных основ международных отношений. Это право отражено в принципе самоопределения народов и наций.

Появлению принципа самоопределения народов предшествовало провозглашение принципа национальности, под флагом которого экономически и политически окрепшая буржуазия боролась с отживающим феодализмом. Однако принцип национальности не стал господствующим даже в международном праве эпохи буржуазных революций, поскольку предполагал самоопределение только по признаку национальности. Содержание принципа самоопределения менялось в зависимости от исторической обстановки. Было время, когда самоопределение сводилось к проблеме образования самостоятельных национальных государств, поскольку нации исторически сложились после государств. Стремление нации образовать собственное государство, следовательно, связано с конкретным этапом общественного развития.

Принцип сотрудничества. Идея международного сотрудничества государств независимо от различий в их политическом, экономическом и социальном строе в различных сферах международных отношений в целях поддержания международного мира и безопасности является основным положением в системе норм, содержащихся в Уставе ООН.

После принятия Устава ООН принцип сотрудничества был зафиксирован в уставах многих международных организаций, в международных договорах, многочисленных резолюциях и декларациях.

Представители некоторых школ международного права утверждают, что обязанность государств сотрудничать носит не правовой, а декларативный характер. Подобные утверждения уже не соответствуют реальной действительности. Разумеется, было время, когда сотрудничество представляло собой добровольный акт государственной власти, однако впоследствии требования развивающихся международных отношений привели к превращению добровольного акта в правовую обязанность.

Принцип добросовестного выполнения международных обязательств. Принцип добросовестного выполнения международных обязательств возник в форме международно-правового обычая pacta sunt servanda на ранних стадиях развития государственности, а в настоящее время находит отражение в многочисленных двусторонних и многосторонних международных соглашениях.

В качестве общепризнанной нормы поведения субъектов указанный принцип закреплен в Уставе ООН, преамбула которого подчеркивает решимость членов ООН "создать условия, при которых могут соблюдаться справедливость и уважение к обязательствам, вытекающим из договоров и других источников международного права". Согласно п. 2 ст. 2 Устава, "все Члены Организации Объединенных Наций добросовестно выполняют принятые на себя по настоящему Уставу обязательства, чтобы обеспечить им всем в совокупности права и преимущества, вытекающие из принадлежности к составу Членов Организации".

2.2 Международно-правовая ответственность

К сожалению, не всегда субъекты международных отношений в своем поведении придерживаются перечисленных выше принципов международного права. Поэтому в международном праве выработался институт международно-правовой ответственности.

Ответственность является необходимым юридическим средством обеспечения соблюдения режима законности в международном праве и восстановления нарушенных прав и отношений. Она выступает в качестве особого инструмента регулирования международных отношений и гаранта функционирования международного права.

Ответственность можно рассматривать как непременную обязанность, обусловленную неправомерным поведением. Как заявила в 1928 г. Постоянная палата международного правосудия (предшественница Международного Суда ООН), принципом международного права и, более того, общей правовой концепцией является признание того, что любое нарушение взятого на себя обязательства влечет за собой обязанность возместить ущерб. Иначе говоря, это является непременным следствием несоблюдения договоров, в связи с чем нет необходимости оговаривать это в самом договоре.

Из данного положения вытекает следующее: 1) обязанность нести ответственность за международные правонарушения есть общепризнанная норма обычного международного права; 2) в международном праве нет деления ответственности на договорную и деликтную. Независимо от того, закреплено это в договоре или нет, любое его нарушение влечет за собой право требовать возмещения, с одной стороны, и обязанность отвечать за свои действия — с другой.

Нормы, касающиеся ответственности в международном праве, составляют особый международно-правовой институт. В основном это обычные нормы, а также нормы, рассредоточенные по отдельным договорам. Комиссия международного права ООН, занимающаяся подготовкой проекта статей об ответственности, подчеркнула, что вопрос об ответственности — один из тех, для которых кодификация может сыграть особо важную роль.

Общая концепция международно-правовой ответственности такова: государство несет ответственность за действия всех своих органов, а также за действия отдельных официальных лиц, осуществляющих прерогативы государственной власти, и за непринятие необходимых мер против правонарушений находящихся под его юрисдикцией лиц [3, c. 136].

Кроме того, по некоторым договорам на государство возлагается ответственность за всю национальную деятельность — как органов государства, так и любых физических и юридических лиц. Такое правило устанавливают, например, ст. 6 — 7 Договора о принципах деятельности государств по исследованию и использованию космического пространства и небесных тел 1967 г., в соответствии с которыми государства-участники несут ответственность за ущерб, причиненный как государственными, так и частными космическими объектами.

Решение вопроса о том, является ли конкретное деяние государства нарушением международных обязательств и фактическим основанием ответственности, зависит от наличия в нем необходимых признаков правонарушения.

2.3 Содержание международного правонарушения

Международное правонарушение характеризуют следующие необходимые признаки: противоправность деяния и вред (ущерб). Неотъемлемым структурным элементом правонарушения является причинная связь между деянием и наступившими последствиями (ущербом).

Противоправность поведения проявляется в нарушении международных обязательств государства в форме действия или бездействия. Противоправность в международном праве понимается как противоречие между правовой нормой (обязательством) и поведением государства. Статья 16 проекта устанавливает: "Нарушение государством международного обязательства налицо в том случае, когда деяние этого государства не соответствует тому, что требует от него указанное обязательство".

Таким образом, противоправность будет во всяком случае, когда государство не выполняет любое свое международное обязательство. Как подчеркнул специальный докладчик Комиссии международного права профессор Р. Аго, "в международном праве понятие о нарушении обязательства можно рассматривать как совершенно точно соответствующее понятию по нанесению ущерба субъективному праву другой стороны".

Очевидно, что такое понимание противоправности в международном праве отличается от ее понятия в таких отраслях внутреннего права, как уголовное и административное право, где зафиксирован конкретный перечень правонарушений и где противоправность предполагает соответствие деяния и описания правонарушения в правовой норме. В международном праве противоправность — это, обычно, расхождение между действием и нормой.

Вред (ущерб). Любое противоправное поведение есть причинение ущерба защищаемым международным правом законным интересам государств либо всему международному сообществу. В результате ущерба государство становится потерпевшим, что дает основания ставить вопрос об ответственности.

Ущерб может быть материальным (территориальные, имущественные потери, убытки, упущенная выгода) и нематериальным (ущемление прав, чести, достоинства, престижа государства и т. д.). Нередко он причиняется в смешанной форме.

Для наступления ответственности необходима причинная связь между противоправным поведением и ущербом. Причинная связь дает возможность достаточно точно определить причастность государства к вредным последствиям, причиненным какими-либо событиями или действиями, следовательно, решить вопрос об ответственности.

Вопрос о вине как самостоятельном признаке международного правонарушения порождает различные суждения и не имеет однозначного решения.

2.4 Виды международных правонарушений

Исходя из отмеченного выше понимания противоправности, можно подчеркнуть, что в международном праве нет конкретного перечня правонарушений.

Вместе с тем международные правонарушения неодинаковы по своей направленности и степени тяжести. Необходима их обоснованная классификация, ибо от этого зависит и различный режим ответственности.

В отечественной литературе был предложен критерий степени социальной опасности международных правонарушений, из чего вытекает необходимость разграничения простых правонарушений и международных преступлений.

Особая категория правонарушений — преступления против мира и безопасности человечества — выделена в ряде международно-правовых актов: Уставе Нюрнбергского трибунала, Конвенции о предупреждении преступления геноцида и наказании за него 1948 г., Конвенции о пресечении преступления апартеида и наказании за него 1973 г., Конвенции о неприменимости срока давности к военным преступлениям и преступлениям против человечества 1968 г., а также в проекте Кодекса преступлений против мира и безопасности человечества, подготовленном Комиссией международного права ООН.

Одним из важных шагов явилось предложение КМП проводить при кодификации ответственности различие между деликтами и международными преступлениями. Данная классификация предпринята на основе анализа обширного фактического материала и международно-правовой доктрины, и, как было отмечено в самой Комиссии, позитивный вклад в разработку данной проблемы внесла советская доктрина. Статья 19 проекта статей об ответственности "Международные преступления и международные правонарушения" гласит: "1. Деяние государства, нарушающее международное обязательство, является международно-противоправным деянием, независимо от объекта нарушенного обязательства. 2. Международно-противоправное деяние, возникающее в результате нарушения государством международного обязательства, столь основополагающего для обеспечения жизненно важных интересов международного сообщества, что его нарушение рассматривается как преступление международным сообществом в целом, составляет международное преступление". В числе таких деяний названы: агрессия, установление или сохранение силой колониального господства, рабство, геноцид, апартеид, массовое загрязнение атмосферы и морей.

Деяние, которое не составляет международного преступления, — это простое международное правонарушение (деликт).

Перечень международных преступлений не считается исчерпывающим. КМП презюмирует, что в будущем могут появиться новые виды преступлений. Она подчеркивает также, что в отношении двух видов правонарушений будут применяться и два различных режима ответственности. Если при совершении ординарных правонарушений (деликтов) право на обращение в суд имеет только непосредственно потерпевшее государство, то при международных преступлениях — другие субъекты международного права, все международное сообщество [3, c. 139].

Такое разграничение правонарушений было благожелательно принято государствами на сессиях Генеральной Ассамблеи ООН и специалистами в области международного права. Традиционный для международного права режим двусторонней ответственности "потерпевший — нарушитель" не может функционировать должным образом, когда речь идет о нарушениях норм, защищающих фундаментальные интересы всех государств. Эта мысль подчеркивается и в проекте Кодекса преступлений против мира и безопасности человечества.

2.5 Система международного правосудия

Для разрешения указанных выше правонарушений и восстановления режима международной законности существует система международных судов.

Само международное правосудие имеет интересную историю. Его современное состояние характеризуется следующими положениями.

В соответствии со ст. 33 Устава ООН арбитраж, судебное разбирательство используются государствами в числе мирных средств решения межгосударственных споров.

Судебные процедуры применяются и в других ситуациях — при толковании сложных международно-правовых проблем, обеспечении международных стандартов прав и свобод человека, включая рассмотрение индивидуальных обращений, а также при осуществлении уголовного преследования лиц, совершающих международные преступления.

К настоящему времени сложились и функционируют следующие судебные учреждения:

· Международный Суд Организации Объединенных Наций;

· Международный третейский суд;

· Международный трибунал по морскому праву;

· Европейский Суд (Суд Европейского Союза);

· Экономический суд Содружества Независимых Государств;

· Европейский Суд по правам человека (в рамках Совета Европы);

· Межамериканский Суд по правам человека;

· Международный трибунал по бывшей Югославии;

· Международный трибунал по Руанде.

Названные учреждении можно классифицировать по трем основаниям:

1. По субъектно-пространственной сфере — универсальные, охватывающие международное сообщество в целом (Международный Суд ООН, Международный трибунал по морскому праву) и региональные (Европейский Суд, Экономический суд СНГ).

2. По предметному содержанию — общей юрисдикции (Международный Суд ООН, Европейский Суд) и специальной юрисдикции (Международный трибунал по морскому праву, Европейский Суд по правам человека).

3. По субъектно-юрисдикционным ориентирам — для разрешения межгосударственных споров (Международный Суд ООН, Экономический суд СНГ), для рассмотрения индивидуальных и коллективных обращений лиц (Европейский Суд по правам человека), для уголовного преследования лиц, совершивших международные преступления (Международный трибунал по бывшей Югославии).

Следует иметь в виду, что в прошлом существовали такие судебные учреждения, как Постоянная палата международного правосудия (1922—1940 гг.), Международный военный трибунал для суда над главными немецкими военными преступниками (Нюрнбергский трибунал, 1945—1946 гг.). Международный военный трибунал для суда над главными японскими военными преступниками (Токийский трибунал, 1946—1948 гг.) [3, c. 203].

Правовой основой организации и деятельности международные судебных учреждений являются, как правило, договорные акты. в форме конвенций или уставов. Несколько примеров:

Международный Суд ООН — Устав Организации Объединенных Наций и Статут Международного Суда ООН, образующий неотъемлемую часть Устава;

Международный трибунал по морскому праву — Конвенция ООН по морскому праву, включающая в себя в виде приложения VI Статут Трибунала;

Европейский Суд по правам человека — Конвенция о защите прав человека и основных свобод и Протокол № 11 к Конвенции.

Договорные акты для подобных целей применялись и в прошлом. Так, Международный военный трибунал для суда над главными немецкими военными преступниками имел в качестве учредительных актов Соглашение между правительствами СССР, США, Великобритании и Франции от 8 августа 1945 г, и приложенный к нему Устав Международного военного трибунала.

международный правопорядок законность


Заключение

Таким образом, в данной работе была сделана попытка охарактеризовать некоторые современные концепции международного правопорядка, а также элементы обеспечения международной законности.

Традиционно для западной доктрины является то течение международно-правовой мысли, которое в своем отрицании правопорядка исходит из оценки международного права как "примитивного", не способного обеспечить реальный порядок.

С других методологических позиций отрицают правовой порядок сторонники теорий бихевиоризма, активно выступающие в США.

Исходная позиция либеральной концепции — в доказывании того, что в современном сообществе существует порядок, почти не изменившийся со времен Вестфальских мирных договоров середины XVII в., т.е. господство абсолютного государственного суверенитета, порождающее конфликты, анархию, неспособность разрешать противоречия, находить взаимоприемлемые решения общих проблем и т. п.

Международную законность можно определить как принцип, метод и режим строгого, неуклонного соблюдения, исполнения норм международного права всеми субъектами, участниками международных отношений.

Критерием соблюдения международной законности выступают десять основных принципов международного права:

· принцип суверенного равенства государств;

· принцип неприменения силы и угрозы силой;

· принцип нерушимости государственных границ;

· принцип территориальной целостности государств;

· принцип мирного разрешения международных споров;

· принцип невмешательства во внутренние дела;

· принцип всеобщего уважения прав человека;

· принцип самоопределения народов и наций;

· принцип сотрудничества;

· принцип добросовестного выполнения международных обязательств.

Одним из методов поддержания международной законности служит институт международно-правовой ответственности.

Ответственность является необходимым юридическим средством обеспечения соблюдения режима законности в международном праве и восстановления нарушенных прав и отношений. Она выступает в качестве особого инструмента регулирования международных отношений и гаранта функционирования международного права. Ее несут те субъекты международных отношений, которые совершают международные правонарушения.

В качестве институционального элемента обеспечения международной законности выступает развитая система международного правосудия.


Литература

1. Голованов В. Г. Суд Союзного государства: правовые проблемы становления и развития: Монография. – Мн.: "Светоч", 2001. – 127 с.

2. Евинтов В. И. Международное сообщество и правопорядок: (Анализ современ. концепций) / АН УССР. Ин-т государства и права. – Киев: Наук. думка, 1990. – 127 с.

3. Международное публичное право: Учеб. / Под ред. Бекяшева К. А. 2-е изд., перераб. и доп. – Мн.: Проспект, 1999. – 635 с.

4. Международноеправо: Учебник / Отв. ред. Ю.М. Колосов, В.И. Кузнецов. М., 1994. - 608 с.

5. Международное право в документах: Учеб. пособие для студентов высш. юрид. учеб. заведений / Сост. сб. Блатова Н. Т., Мелков Г.М. 3-е изд., перераб. и доп. – М.: МЦУПЛ, 2000. – 822 с.

6. Мир. Развитие. Справедливость / Редкол.: Л. Ф. Евменов и др. – Мн.: БГУ, 1995. – 304 с.

7. Общая теория права и государства: Учебник / Под ред. В.В. Лазарева. – 2-е изд., перераб. и доп. – М.: Юристъ, 1996. – 472 с.

8. Оппенгейм Л. Международное право. Т. 1. Полутом 1 / Пер. с 6-го англ. изд., доп. Г. Лаутерлахтом; Под ред. и с предисловием С.Б. Крылова. – М.: Государственное издательство иностранной литературы, 1948. – 408 с.

9. Цыганков П. А. Международные отношения: Учеб. пособие для студентов вузов, обучающихся по направлениям Политология","Социология", специальности "Международные отношения". – М.: Новая школа, 1996. – 317 с.

10. Звеков В. Новое о практике Международного коммерческого арбитражного суда / В. Звеков // Хозяйство и право. - 2004. - N 12. - С. 114-116.

11. Мах И. И. К воросу о законности // ВеснIк БДУ. Сер.3, Гісторыя, эканоміка, філасофія, псіхалогія, паліталогія, права. - 2001. - N1.- С.83-86.

12. Николаев А. Н. Токийский трибунал 1946 года (из воспоминаний участника процесса) / А. Николаев // Проблемы Дальнего Востока. - 2004. - N 3. - С. 158-164.

13. Николюкин С. В. Проблемы применимого права в международном коммерческом арбитраже Николюкин С. В. Актуальные проблемы современной науки. - 2004. - N 6. - С. 202-210.

14. Орджоникидзе С. Новые задачи ООН С. Орджоникидзе Международная жизнь. - 2001. - N4.- С.43-50.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий