регистрация / вход

Право на жизнь в Российской Федерации

Характеристика Конституции, которая закрепляет наиболее важные и социально значимые для отдельного человека, общества и государства права и свободы. Право на жизнь и анализ смертной казни. Соотношение моментов начала и окончания права на жизнь человека.

Содержание

Введение

1. Общая характеристика Конституционного права на жизнь

1.1 Право на жизнь в системе основных прав и свобод человека, его свойства

1.2 Смертная казнь в Российской Федерации

2. Характеристика Конституционного права на жизнь

2.1 Определение момента начала и окончания права на жизнь

3. Обеспечение права на жизнь

Заключение

Глоссарий

Список использованных источников

Введение

конституция право жизнь смертный казнь

Актуальность выбранной темы. Временная протяженность - важнейшая характеристика правовых явлений и процессов. Время влияет на юридические отношения не само по себе, а через те или другие юридические факты, которые им обусловливаются или ограничиваются, по этому юриспруденция использует категорию срока, под которым понимает отрезок или момент времени, определяющие временные пределы осуществления и защиты субъективных прав и обязанностей. Нормы права, закрепляющие общие положения о сроках, содержащиеся в различных отраслевых законодательных актах, в своей основе имеют сходные по законодательной технике правила, однако практика применения норм о сроках как в различных отраслях российского права, так и в подотраслях гражданского права имеет существенные различия, требующие детального теоретического осмысления в целях эффективного правоприменения.

Применение сроков в гражданском праве является способом использования времени в процессе правового регулирования имущественных и связанных с ними личных неимущественных отношений

Функции сроков в правовом регулировании чрезвычайно многообразны.

Срок в гражданском праве представляет собой момент или период времени, с наступлением или истечением которого правовая норма, административный, судебный акт или сделка связывает возникновение определенных юридически значимых гражданско-правовых последствий. Без знания сроков, вообще, невозможно действовать в гражданском обороте. Сроки упорядочивают гражданский оборот, способствуют исполнению договоров.

Институт гражданско-правовых сроков представляет собой целостную сложную систему, элементами которой являются виды (подвиды) сроков, в соотношении которых складывается структура системы.

Степень разработанности темы. Научный потенциал проблем, связанных со сроками в гражданском праве многогранен. Этому вопросу посвящено ряд публикаций. В исследование данных проблем внесли вклад такие известные отечественные цивилисты и процессуалисты, а также теоретики права, как М.М. Агарков, H.A. Баринов, Е.В. Богданов, М.И. Брагинский, В.В. Витрянский, В.П. Грибанов, Т.И. Илларионов, О. С. Иоффе, O.A. Красавчиков, Е.А. Суханов, В.А. Тархов, Ю.К. Толстой, Ю.Б. Фогельсон, Б.Б. Черепахин и др.

В работах указанных авторов исследовались отдельные аспекты сроков в гражданском праве – договорные, претензионные сроки и т. д.

Проблема комплексного исследования сроков в гражданском праве, критерии их классификации не получили должного теоретического освещения.

Все выше сказанное подчеркивает особую актуальность такой темы, как сроки в гражданском праве.

Целью работы является изучение теоретических вопросов, связанных с понятием, классификацией и видами сроков в гражданском праве,

Цель работы получить более углубленное представление о сроках осуществления гражданских прав.

Основные задачи работы: выявить понятие срока в гражданском праве, охарактеризовать правила его исчисления, рассмотреть классификацию сpоков, провести анализ правового регулирования сроков осуществления гражданских прав.

Объектом исследования являются правоотношения, возникающие по поводу назначения и исполнения сроков в гражданском праве.

Предмет исследования нормы гражданского права, регулирующие особенности назначения сроков.

Методы исследования:общенаучный диалектический метод познания, предоставляющий возможность исследовать поставленные проблемы в единстве их социального содержания и юридической формы, системный и комплексный анализ, логико-теоретический, системно-структурный, сpавнительно-пpавовой при отграничении различных видов сроков.

Нормативной базой исследования послужили Конституция Российской Федерации, Гpажданский кодекс Российской Федеpации, федеральные законы, ведомственные нормативные акты.

Практическая значимость исследования заключается в том, что выводы и предложения, содержащиеся в работе, могут быть использованы: в законотворческой деятельности с целью устранения выявленных про белов и недостатков; в правоприменительной деятельности судебных органов и субъектов гражданского права; в учебном процессе при преподавании в высших учебных заведениях гражданского права, для дальнейших исследований правовых проблем.

Структура работы. Работа состоит из введения, двух глав, заключения, в котором формулируются основные выводы, списка используемых нормативно-правовых актов, литературы и материалов юридической практики, приложений в виде логически-структурных схем.


1. Общая характеристика Конституционного права на жизнь

1.1 Право на жизнь в системе основных прав и свобод человека,

его свойства

Важнейшим шагом в развитии прав человека явились буржуазно-демократические революции XVII-XVIIIв.в., которые выдвинули не только широкий набор прав человека, но и принцип формального равенства, ставший основой универсальности прав человека, придавший им подлинно демократический характер.

Дальнейшим этапом углубления и развития каталога прав человека стала вторая половина XXв. После Второй мировой войны, сопровождавшейся грубыми массовыми нарушениями прав человека, они вышли за пределы внутригосударственной проблемы и стали предметом постоянного внимания международного сообщества. Признание Всеобщей декларации прав человека, Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, Международного пакта о гражданских и политических правах, Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах, Конвенции о предупреждении преступлений геноцида и наказания за него, Международной конвенции о ликвидации всех форм расовой дискриминации и ряда других важнейших международно-правовых актов явилось неоценимым вкладом в развитие цивилизации и культуры XXв.

Конституция закрепляет наиболее важные и социально значимые для отдельного человека, общества и государства права и свободы. Для человека они являются необходимыми условиями обеспечения его достоинства и чести, присущей человеческой личности; естественного права на участие в решении вопросов устройства и управления тем обществом, членом которого он является; социальных и экономических условий, необходимых ему для удовлетворения жизненно важных для него материальных и духовных потребностей.

Определение основного права человека через его сущностное качество – правовую возможность – вполне себя оправдало, прочно вошло в конституционно-правовой оборот, в состав основных категорий конституционного института основных прав человека, выдержало испытание временем. Возможность обладать благом, являясь главным качеством всякого основного права и свободы, лежит в основе содержания и дает ключ к пониманию природы основных прав человека.

Возможность обладать каким-то благом есть качество и других, неосновных прав. И, тем не менее, основные права отличаются от неосновных. Это отличие их друг от друга дают нам их свойства.

Под свойством в философии обычно понимают такую категорию, которая отображает то, что характеризует какую-либо сторону предмета и что выявлено во взаимоотношении данного предмета с другими предметами или явлениями. Категория свойства относится к предмету в целом, характеризуя его как обладающего способностью обнаруживать те или иные стороны в определенных отношениях с другими предметами и явлениями. В диалектической логике свойство определяется как то, что обще всем вещам данного класса.

Общее между качеством и свойством основных прав заключается в том, что свойство может выступать в роли качества (качественного признака), т. е. качество – категория более широкая, включающая в себя и свойство. Качество прав не является их свойством. Изучение отдельных свойств предметов служит ступенькой к познанию их качеств.

Конституционные права и свободы являются главным элементом конституционного правоотношения, в котором участвует государство и гражданин. Для гражданина смысл такого правоотношения состоит в получении защиты своих прав, а для государства – в обязанности предоставить эту защиту.

Основные права и свободы не только признаются государством, но и защищаются им, так как значимость конституционно закрепленных прав выражается в том, что именно их реализация обеспечивает объявление государства как демократического и правового.

Конституционные права и свободы составляют ядро правового статуса личности и лежат в основе всех других прав, закрепляемых иными отраслями права. Конституция лишь устанавливает принципы, на которых должно строиться текущее законодательство.

Только конституционные права и свободы обладают неперсонифицированностью, поскольку имеют своим адресатом не конкретного человека, а распространяются на всех, отраслевое законодательство обращается преимущественно к определенным данной отраслью лицам (собственники имущества, покупатели, истцы и ответчики и т.д.).

Характерной особенностью конституционных прав и свобод также является и то, что они равны и едины для всех без исключения. Так возникновение основных прав и свобод граждан связано с принадлежностью к гражданству Российской Федерации, в связи с чем не приобретаются и не отчуждаются по волеизъявлению гражданина и могут быть утрачены только вместе с утратой гражданства.

В заключение сравнения можно добавить, что конституционные права и свободы закрепляются в правовом акте государства, имеющим высшую юридическую силу.

Итак, конституционные права и свободы человека и гражданина – неотъемлемые наиболее важные права и свободы, принадлежащие ему от рождения (в надлежащих случаях в силу его гражданства), защищаемые государством, составляющие ядро правового статуса личности и получающие высшую юридическую силу.

Перечисление в Конституции Российской Федерации основных прав и свобод не должно толковаться как отрицание или умаление других общепризнанных прав и свобод человека и гражданина. Ранее декларировалось беспредельное обладание всей полнотой социально-экономических, политических и личных прав и свобод в Конституции Российской Федерации предусматривается возможность ограничения прав и свобод человека, которое может быть применено в целях защиты конституционного строя, нравственности, здоровья, законных прав и интересов других граждан (статья 17 ч. 3 Конституции РФ).

Все права и свободы неотделимы друг от друга и взаимосвязаны, поэтому такое разделение носит чисто условный характер.

Безусловно, высшей ценностью для любого человека является жизнь. Именно поэтому право на жизнь – важнейшее из всех прав человека, именно это право подлежит первоочередной защите со стороны государства.

Статья 20 Конституции РФ гласит: «Каждый имеет право на жизнь. Смертная казнь впредь до ее отмены может устанавливаться федеральным законом в качестве исключительной меры наказания за особо тяжкие преступления против жизни при предоставлении обвиняемому права на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей».

Провозглашение в нашей Конституции права на жизнь требует от государства и правоохранительных органов решительной борьбы с террористическими акциями и другими преступными посягательствами, в результате которых гибнут тысячи людей.

Серьезной гарантией права на жизнь служит обеспечение техники безопасности и предупреждение несчастных случаев на производстве, в результате которых в России ежегодно погибает свыше 8 тыс. человек. Это же относится и к профилактике дорожно-транспортных происшествий, ежегодно уносящих десятки тысяч жизней. В конечном счете меры, направленные на развитие здравоохранения, в частности борьба с детской смертностью, также служат гарантиями провозглашенного в Конституции права на жизнь.


1.2 Смертная казнь в Российской Федерации

Немного в современном мире сохранилось таких устойчивых ко времени и здравому смыслу предрассудков, как представление многих людей о смертной казни. В ней видят социально оправданное, допустимое и даже необходимое и эффективное средство борьбы с преступностью.

Обыденные представления, естественные чувства подталкивают людей, узнавших об очередном страшном преступлении, к выводу – «убивать надо этих злодеев». Но это не более чем эмоциональная реакция, в основе ее лежат понятные чувства возмездия. Когда же приводят аргументы такого рода – «все общество против отмены смертной казни», а «глас народа – глас Божий» (vox populi, vox dei), то с этим согласиться просто нельзя, ведь глас народа и Христа распял.

Проблема смертной казни должна обсуждаться и решаться на основе всестороннего анализа и взвешенных оценок, свободных от устоявшихся мифов и иллюзий.

Прежде всего нужно развенчать распространенное заблуждение о том, что смертная казнь может сдерживать преступность. Наука и трезвые исторические оценки свидетельствуют о другом.

Ни одно серьезное криминологическое исследование не подтверждает, что смертная казнь (или введение более строгих наказаний) приводит к снижению преступности, и, естественно, не может подтвердить то, чего нет. Усиление карательных мер и рост преступности обычно идут параллельно. Известно, что в странах, где существуют строгие наказания, высок уровень преступности, и, напротив, нередко там, где повышается уровень преступности, появляются более жестокие наказания, расширяются масштабы их применения. Если предположить, что здесь есть зависимость, то необходимо решить: что от чего зависит – рост преступности ведет к более строгим наказаниям, расширению их применения или, наоборот, чем больше людей наказывают, чем больше их проходит «тюремные университеты», тем больше криминогенный потенциал общества.

Возникает вопрос: о лишении каких прав говорит законодатель? О лишении права на жизнь или на исправление и возвращение в общество? Если проанализировать ст. 44 УК РФ 1996 года, которая закрепляет систему наказаний, то найдем подтверждение этому: среди прочих наказаний есть смертная казнь и пожизненное лишение свободы, которые никак не соответствуют провозглашаемым целям, а именно исправлению осужденных.

Чтобы как-то оправдать свои действия, законодатель допускает возможность замены смертной казни в порядке помилования пожизненным лишением свободы или лишением свободы на срок в двадцать пять лет. Но и эти замены напрочь отвергают цель исправления осужденных. Если лицо осуждено к пожизненному лишению свободы, то вопрос о его исправлении теряет смысл. Для «чего и кого» будет исправляться осужденный, если он лишен возможности вернуться в общество? И все же законодатель «верит» в исправление этой категории осужденных и допускает возможность возвращения их в общество. Но эта возможность иллюзорна, в чем легко убедиться. «Возвращение» основано на праве условно-досрочного освобождения осужденного от дальнейшего отбывания наказания, если судом будет признано, что он не нуждается в дальнейшем отбывании этого наказания и фактически отбыл не менее 25 лет лишения свободы (ч. 5 ст. 79 УК РФ). Уголовно-исполнительное законодательство тут же вносит дополнительные условия реализации этой возможности.

Первое: условно – досрочное освобождение применяется лишь при отсутствии у осужденного злостных нарушений установленного порядка отбывания наказания в течение предшествующих трех лет (ч. 1 ст. 176 УИК РФ).

Второе: в случае отказа суда в условно-досрочном освобождении осужденного повторное внесение представления может иметь место не ранее чем по истечении трех лет со дня принятия такого решения (т.е. через 28 лет) (ч. 3 ст. 176 УИК РФ).

И третье: к условно-досрочному освобождению не представляются осужденные, совершившие новое тяжкое или особо тяжкое преступление в период отбывания наказания (ч. 2 ст. 176 УИК РФ).

Вместе с тем практика показывает, что, отбывая длительные сроки лишения свободы, осужденные не столько исправляются, сколько деградируют.

Необходимо отметить и тот факт, что деградируют не только осужденные, но и те, кто призван их исправлять. Проблема профессиональной деформации сотрудников уголовно-исполнительной системы как никогда актуальна и также настоятельно требует разрешения.

Законодателю следует четко определиться, что он видит в наказании и какие цели преследует, применяя его. Если признать, что есть категория «неисправимых» преступников, то смертная казнь, пожизненное лишение свободы и длительные сроки лишения свободы вполне закономерны и логичны (хотя морально, на мой взгляд, и не обоснованы). Тогда наказание будет карой, возмездием за содеянное, а целями наказания станут: защита общества от преступных посягательств вплоть до применения к виновному пожизненного лишения свободы или смертной казни; создание условий, способствующих самосознанию осужденными в необходимости правопослушного поведения.

В ч. 2 ст. 20 Конституции изложены важнейшие положения, относящиеся к самому суровому наказанию за уголовные преступления – смертной казни. В прежних конституциях нашей страны, в том числе и в Конституции 1978 г., не было нормы, подобной ч. 2 ст. 20, где бы определялись круг преступлений, за которые может быть назначена смертная казнь, и особые условия, при соблюдении которых может быть вынесен смертный приговор.

Следует подчеркнуть, что положения ч. 2 ст. 20 соответствуют нормам международного права, регулирующим вопросы смертной казни. Движение в пользу отмены смертной казни, усилившееся в странах Запада после Второй мировой войны, постепенно привело к включению соответствующих положений в ряд важнейших международно-правовых документов. При этом в документах, одобренных к настоящему времени ООН, подчеркивается прежде всего необходимость ограничения круга преступных деяний, караемых смертной казнью. Например, в Международном пакте о гражданских и политических правах говорится: «В странах, которые не отменили смертной казни, смертные приговоры могут выноситься только за самые тяжкие преступления» (ч. 2 ст. 6). В этих актах особо подчеркнута также необходимость тщательного соблюдения процессуальных гарантий законности в отношении лиц, приговариваемых к смертной казни.

Положения ч. 2 ст. 20 Конституции 1993 г., относящиеся к смертной казни, получили дальнейшее развитие в Уголовном кодексе Российской Федерации, принятом Государственной Думой 24 мая 1996 г. и вступившем в силу с 1 января 1997 г.

Существенным ограничением возможности вынесения приговора к смертной казни служит и положение ст. 59 нового УК РФ, согласно которому смертная казнь не назначается женщинам. Она не может быть также назначена мужчинам, достигшим к моменту вынесения судом приговора 65-летнего возраста. Следует отметить, что такого рода ограничения существуют в уголовных кодексах лишь очень небольшого числа иностранных государств. Напротив, предусмотренный в той же ст. 59 нового УК РФ запрет назначения наказания лицам, совершившим преступление в возрасте до 18 лет, широко распространен в законодательной практике государств, сохраняющих смертную казнь среди мер наказания. Известным исключением служит нынешняя позиция Верховного суда США, допускающего применение смертной казни к 17-летним. Лицо, приговоренное к смертной казни, вправе обратиться с просьбой о помиловании к Президенту России.

В ч. 2 ст. 20 говорится о допустимости применения смертной казни «впредь до ее отмены». Отсюда следует, что наше общество и государство ставят в перспективе цель – отмену смертной казни, к чему призывают и международно-правовые документы, однако при принятии Конституции предполагалось, что такая отмена возможна лишь в будущем, когда будут созданы необходимые предпосылки, в частности, когда с этим будет согласно значительное большинство граждан.

Начавшийся в январе 1996 г. процесс вступления России в Совет Европы создал в отношении к проблеме смертной казни новую правовую ситуацию. Дело в том, что 28 апреля 1983 г. страны, входившие в Совет Европы, подписали Дополнительный протокол № 6 к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, касающийся отмены смертной казни. Статья 1 этого Протокола гласит: «Смертная казнь отменяется. Никто не может быть ни приговорен к этому наказанию, ни казнен». В ст. 2 Протокола государствам-участникам разрешено введение смертной казни за преступления, совершенные во время войны либо в условиях, когда грозит ее приближение. В момент составления Протокола его подписали не все государства – члены Совета Европы, а представители лишь 13 из 21 входивших в него государств (некоторые из них не подписали и не ратифицировали его и поныне). В нем, в частности, Конституционный Суд отметил следующее: «В соответствии со статьей 20 (часть 2) Конституции Российской Федерации смертная казнь впредь до ее отмены может устанавливаться федеральным законом в качестве исключительной меры наказания за особо тяжкие преступления против жизни при предоставлении обвиняемому права на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей.

Из данной конституционной нормы в ее взаимосвязи со статьями 18 и 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации следует, что в этих случаях право обвиняемого на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей выступает особой уголовно - процессуальной гарантией судебной защиты права каждого на жизнь (как основного, неотчуждаемого и принадлежащего каждому от рождения), прямо установленной самой Конституцией Российской Федерации; оно является непосредственно действующим и в качестве такового должно определять смысл, содержание и применение соответствующих положений уголовного и уголовно - процессуального законодательства, равно как и деятельность законодательной власти по принятию, изменению и дополнению этого законодательства, и обеспечиваться правосудием.

Согласно абзацу первому пункта 6 раздела второго «Заключительные и переходные положения» Конституции Российской Федерации впредь до введения в действие федерального закона, устанавливающего порядок рассмотрения дел судом с участием присяжных заседателей, сохраняется прежний порядок судебного рассмотрения соответствующих дел.

Из данного конституционного положения и статьи 20 (часть 2) Конституции Российской Федерации следует, что в течение некоторого переходного периода, конкретные временные границы которого в Конституции Российской Федерации не указаны, законодатель должен был внести изменения в действующее законодательство, с тем чтобы в любом случае предоставленное обвиняемым в особо тяжких преступлениях против жизни, за совершение которых федеральным законом в качестве исключительной меры наказания установлена смертная казнь, право на рассмотрение их дел судом с участием присяжных заседателей было обеспечено на всей территории Российской Федерации; в течение этого переходного периода на территориях, где суды присяжных не созданы, производство по таким делам могло осуществляться в прежнем порядке.

После принятия Конституции Российской Федерации прошло более пяти лет, т.е. срок, достаточный для выполнения законодателем предписания абзаца первого пункта 6 ее раздела второго «Заключительные и переходные положения» о принятии федерального закона, обеспечивающего реализацию закрепленного статьей 20 (часть 2) Конституции Российской Федерации права обвиняемого в преступлении, за совершение которого установлена смертная казнь, на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей.

По смыслу статьи 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации и корреспондирующих ей положений статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 года, а также статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 года, каждый при рассмотрении предъявленного ему уголовного обвинения имеет право на справедливое и публичное разбирательство дела в разумный срок компетентным, независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона. Статья 47 (часть 1) Конституции Российской Федерации гарантирует, что никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом. Это означает, в частности, что рассмотрение дел должно осуществляться именно законно установленным составом суда.

Итак, казалось бы, справедливость торжествует: усилиями Конституционного Суда восполнен пробел в деятельности законодательной власти, упорно игнорирующей окончательное решение судьбы смертной казни в России. Однако возможности Конституционного Суда не безграничны и решение его носит промежуточный характер. Последнее слово должен сказать законодатель.

Ежегодно в Российской Федерации от насильственной смерти гибнут десятки тысяч людей. Ужасающие своей жестокостью убийства стали обыденными явлениями нашей жизни. У законопослушных граждан возникают страх и безысходность, потому что преступники, с легкостью отнимающие жизни у наших сограждан, убивающие ни в чем не повинных детей, могут уйти от наказания, соответствующего тяжести их злодеяний, и через короткое время оказываются на свободе, продолжая угрожать жизни людей.

Согласно пункту 5 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 2 февраля 1999 г. № 3-П единственным препятствием для применения смертной казни в Российской Федерации является отсутствие соответствующего федерального закона, обеспечивающего на всей территории Российской Федерации каждому обвиняемому в преступлении, за совершение которого федеральным законом в качестве исключительной меры наказания установлена смертная казнь, право на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей.

Многочисленные обращения граждан с требованиями возобновить применение смертной казни в Российской Федерации не позволяют дальше откладывать решение этого вопроса. Недопустимо игнорировать в угоду внешнеполитическим интересам волю народа, который не приемлет отмену смертной казни.

В связи с вышеизложенным Государственная Дума считает преждевременной ратификацию Протокола № 6 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод (Относительно отмены смертной казни) от 28 апреля 1983 года».

Мнение автора дипломной работы таково. В нашей стране действительно тяжелая криминогенная обстановка. Суровое наказание должно присутствовать в УК РФ. Но только не смертная казнь, достаточно и пожизненного лишения свободы за особо тяжкие преступления. Позиция Государственной Думы, на мой взгляд, чистейшей воды популизм. Отмена смертной казни в нашей стране – это не «угода внешнеполитическим интересам», а путь к признанию человеческой жизни высшей ценностью, что является показателем цивилизованности общества.


2. Характеристика Конституционного права на жизнь

2.1 Определение момента начала и окончания права на жизнь

В 1972 г. американский биолог В. Поттер ввел в научный оборот понятие «биоэтика». Он понимал под ней новую научную дисциплину, объединяющую биологическое знание и человеческие ценности. Первоначально биоэтические проблемы связывались с проблемами искусственного прерывания беременности, эвтаназии, сексуальных отношений, медицинского обслуживания, пересадки органов. В дальнейшем их число было расширено. Традиционно биоэтика права рассматривается в трех аспектах:

- соотношение биологической сущности и правовой личности человека;

- взаимодействие соматических составляющих при решении правовых вопросов;

- фактор опасности, вызванной неопределенностью и риском многих неконтролируемых научных исследований.

В настоящее время правовое регулирование искусственного прерывания беременности (аборта) осуществляется посредством двух федеральных законов. Речь идет об Основах законодательства РФ об охране здоровья граждан и Уголовном кодексе РФ.

В соответствии со ст. 36 Основ «незаконное проведение искусственного прерывания беременности влечет за собой уголовную ответственность, установленную законодательством РФ». Таким образом, ст.36 Основ отсылает к УК РФ. B силу ст.123 Уголовного кодекса РФ «незаконное производство аборта лицом, не имеющим высшего медицинского образования соответствующего профиля, наказывается штрафом в размере от 100 до 200 МРОТ или в размере зарплаты или иного дохода осужденного за период от 1 до 2 месяцев, либо обязательными работами на срок от 100 до 240 часов, либо исправительными работами на срок от 1 года до двух лет». При сопоставлении ст.36 Основ и ст.123 УК РФ обнаруживается их несоответствие. Во-первых, в ст.36 Основ используется исключительно термин «искусственное прерывание беременности», слово «аборт» не употребляется. В ст.123 УК РФ об «искусственном прерывании беременности» не сказано ни слова, употребляется термин «аборт». Во-вторых, исходя из смысла ст. 36, а также ст. 31 Основ незаконное прерывание беременности имеет место в случае нарушения сроков, произвольного расширения медицинских и социальных показаний, отсутствия необходимой и достоверной информации о последствиях аборта и т.п.

Согласно ст. 36 Основ искусственное прерывание беременности при сроке беременности до 22 недель допускается по социальным показаниям. Впервые социальные показания для искусственного прерывания беременности были утверждены 31 декабря 1987 г. приказом Минздрава СССР № 1324, в котором содержался перечень немедицинских (т.е. социальных) показаний для прерывания беременности на сроках от 13 до 28 недель: смерть мужа во время беременности жены, пребывание женщины (ее мужа) в местах лишения свободы, лишение прав материнства, многодетность (число детей свыше пяти), развод во время беременности, инвалидность у ребенка. Этот перечень намного уже, чем тот, который действует в наши дни.

Характерно, что российское законодательство не предусматривает права врача на отказ от прерывания беременности. Действительно, закрепленное в ст.58 Основ право лечащего врача на отказ от «наблюдения и лечения» пациента может быть реализовано лишь при наличии следующих оснований. Во-первых, такой отказ допустим только в случае несоблюдения пациентом предписаний и правил внутреннего распорядка ЛПУ. Во-вторых, отказ врача от наблюдения и лечения пациента не должен угрожать жизни пациента и здоровью окружающих. Очевидно, что нежелание врача умерщвлять зародившуюся жизнь не вписывается в очерченные законом рамки отказа от «наблюдения и лечения больного». Тем не менее представляется, что ст. 58 Основ не является препятствием на пути законодательного закрепления права врача на отказ от производства аборта.

Нормативные акты Министерства здравоохранения с 1955 г. разрешают производство абортов только врачом и в соответствующих лечебных стационарных учреждениях, при наличии согласия беременной женщины на операцию и соответствующих медицинских показаний о возможности проведения операции. Медицинские источники дают более точное и емкое понятие преступного аборта, в частности как аборта, «произведенного лицом, не имеющим врачебного звания, а также хотя и произведенного врачом, но без надлежащим образом оформленных медицинских показаний, или при наличии последних, но вне больниц или специальных лечебных заведений».

Однако такая позиция не нашла отражения в современном уголовном законодательстве. Общеизвестно, что уголовный закон имеет высшую юридическую силу и, если он в диспозитивном порядке предусматривает только один конструктивный признак, характеризующий общественно опасное деяние как преступление, ведомственный акт юридически не правомочен «дополнить» и расширить данный перечень. Соответственно во всех случаях производства аборта с грубейшими нарушениями медицинских требований (за исключением установленного в законе) и фактически являющегося криминальным, виновные если и наказываются, то лишь в дисциплинарном порядке.

Кроме того, целесообразно ужесточить и меру уголовной ответственности за незаконный аборт, дополнив санкцию ч. 1 ст. 123 наказанием в виде лишения свободы до двух лет (сегодня максимальное наказание за это преступление составляют исправительные работы на срок от одного года до двух лет), при квалифицирующих признаках – то же деяние, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшей либо причинение тяжкого вреда ее здоровью, – до семи лет лишения свободы.


3.Обеспечениеправанажизнь

Сегодня система обеспечения конституционных прав и свобод граждан в регионах России представляет собой довольно пеструю картину, причем не только по организационным формам, но и по темпам продвижения к конституционной модели устройства государственно-правового механизма охраны основных прав и свобод.

Особенность состояния этого важнейшего института демократии сегодня заключается в том, что задача государственных органов по обеспечению охраны и защиты основных прав и свобод граждан выступает как внутренняя задача обеспечения прав, прежде всего, самих чиновников государственного аппарата, а не населения, как это должно быть по определению.

Наличие правовых норм, закрепляющих возможность гражданина беспрепятственно пользоваться конституционными правами и свободами, вовсе не означает, что каждому гражданину автоматически гарантируется их реализация или охрана и защита. Наличие таких норм является необходимым, но отнюдь не достаточным условием для реализации личностью своих прав и свобод в практике общественных отношений.

Исключение составляют лишь те случаи, когда гражданин вынужден прибегать к защите, например к необходимой обороне. В таких ситуациях гражданин сам осуществляет активные, юридически значимые действия по осуществлению и защите своих конституционных прав и свобод.

Представляется, что охрана и защита государством конституционных прав и свобод граждан от противоправных посягательств являются стадиями процесса реализации конституционных прав и свобод граждан. Именно в наличии этих двух стадий проявляется специфика реализации прав и свобод.

Особое внимание необходимо обратить именно на стадию охраны основных прав граждан, поскольку специфическая функция охраны права состоит в превентивном характере. «Мудрый законодатель, – отмечал К. Маркс, – предупредит преступление, чтобы не быть вынужденным наказать за него». От эффективности охраны основных прав и свобод граждан зависит полнота их реализации (например, права на жизнь, здоровье и физическую свободу).

Вместе с тем, как отмечают многие исследователи, в науке и практике нет единства взглядов на роль предупреждения, профилактики нарушений прав и свобод граждан. Так, И.В. Ростовщиков отмечает, что профилактику традиционно рассматривают в рамках средств и мер защиты (охраны) прав и свобод. По его мнению, она, отличаясь от защиты прав и свобод, не всегда связана с уже совершенными конкретными нарушениями, обычно проявляется в виде мер общей и перспективной превенции. Он справедливо подчеркивает, что предупреждение посягательств на права и свободы личности есть особая разновидность гарантий их реализации, которая, в принципе, действует как через социальные, юридические, организационные факторы обеспечения прав и свобод (иногда даже путем применения поощрительных норм), так и через собственно правоохранительные меры компетентных органов.

Только государство и его органы обладают правом, государственно-властными полномочиями по осуществлению в масштабах всей страны мер по охране и защите конституционных прав и свобод. У общественных организаций и формирований, массовых правозащитных движений и иных организаций отсутствуют необходимые полномочия, силы и средства для того, чтобы обеспечить полноценную охрану и защиту прав и свобод человека и гражданина.

Возникает вопрос: так ли уж необходимо особое внимание к этому направлению правоохранительной и правозащитной деятельности государственных органов, к его выделению из общего комплекса задач по осуществлению власти и управления. Высказывается мнение, что выделить из всего комплекса государственной деятельности подсистему государственно-правовой охраны конституционных прав и свобод невозможно, так как вся деятельность государства и его органов как бы представляет или должна представлять в широком смысле их охрану и защиту.

Государственная статистика последних лет свидетельствует о непрерывном росте количества обращений граждан в государственные органы за охраной и защитой своих прав и свобод. Показательны, в частности, данные работы Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации за последние три года. В 1998 г. (начиная с мая) в его адрес поступило 6978 жалоб и обращений граждан, в 1999 г. – 22815, в 2000 г. – 24985. Аналогичная динамика отмечается в работе Администрации Президента РФ, Государственной Думы Федерального Собрания РФ, аппарата Правительства РФ, Конституционного Суда РФ, других федеральных судов, Прокуратуры РФ, Министерства внутренних дел Российской Федерации.

Дальнейшее совершенствование системы государственных гарантий основных прав и свобод граждан предполагает уяснение некоторых теоретических положений, определяющих сущность и особенности института государственно-правовой охраны конституционных прав и свобод граждан, лежащего в основе концепции механизма охраны.

Конституция РФ устанавливает целый комплекс правовых норм, которые определяют сущность государственно-правовой охраны как института правового государства, представляющего ведущее направление деятельности органов государственной власти.

Конституция РФ определяет, что права и свободы граждан являются высшей ценностью, а государство обязуется признавать, соблюдать и защищать эти права и свободы (ст. 2). Эта норма более подробно раскрывается в других статьях Конституции РФ и в текущем законодательстве России. Признавая конституционные права и свободы, государство в своих законах конкретно определяет их содержание, объем, пределы, гарантии их соблюдения, а также обязанности человека (например, уплата налогов) и гражданина (военная служба и др.)

Охрана основных прав и свобод есть одновременно и их регулирование. Отнесение к ведению Российской Федерации конституционно-правового регулирования в сфере прав и свобод не только подчеркивает приоритет этой сферы, но и обеспечивает единство в подходе к правам и свободам человека и гражданина на всей территории России.

Конституция РФ закрепляет положение о Президенте РФ как гаранте прав и свобод человека и гражданина (ч. 2 ст. 80). Выполняя это положение, Президент РФ обеспечивает согласованное функционирование и взаимодействие органов государственной власти, причем как федеральных, так и субъектов РФ.

Конституция РФ в ст. 114 возлагает на Правительство РФ полномочия по осуществлению мер по обеспечению законности, прав и свобод граждан, охране собственности и общественного порядка, борьбе с преступностью. В соответствии со ст. 12 Федерального конституционного закона «О Правительстве Российской Федерации» на Правительство возлагается полномочие по осуществлению государственного контроля за соблюдением прав и свобод граждан федеральными министерствами и ведомствами. В этой связи Закон уполномочивает Правительство РФ отменять акты федеральных органов исполнительной власти или приостанавливать их действие, применять меры дисциплинарного воздействия вплоть до увольнения к назначаемым Правительством РФ должностным лицам.

Конституция РФ в ст. 129 закрепляет положение о статусе Прокуратуры РФ как системы государственных органов, осуществляющих надзор за исполнением действующих на территории России законов.

Конституция РФ в ч. 1 ст. 103 предусматривает введение института Уполномоченного по правам человека в РФ, необходимого для образования целостной системы защиты основных прав граждан. Принятие Федерального конституционного закона «Об Уполномоченном по правам человека в РФ» явилось важной вехой на пути укрепления законности и гарантий прав личности в России.

Конституция РФ в ч. 1 ст. 45 гарантирует государственную защиту прав и свобод человека и гражданина. В ч. 2 ст. 45 Конституция устанавливает право на обжалование в суд решений и действий (или бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц.

Конституция РФ и действующее законодательство закрепляют целый ряд положений, посвященных юридическим процедурам, формам и методам охраны основных прав и свобод человека и гражданина.

Указанные правовые нормы как первичные правила поведения составляют живую ткань закона. От их правильного определения и «набора» в тех или иных видах актов зависит очень многое.

Эти разновидности норм предопределяют в основных чертах классификацию норм всего института государственно-правовой охраны основных прав и свобод граждан. Конституционные нормы-дефиниции либо воспроизводятся в последующих законах полностью, либо служат основой построения закона и формулирования его норм.

Включение норм-запретов в институт охраны основных прав и свобод рассчитано на их превентивное действие для сохранения правомерного поведения юридических и физических лиц. Они служат своеобразными индикаторами возможных противоправных действий.

Думается, несмотря на многообразие видов обеспечения (охраны и защиты) основных прав и свобод граждан, необходимо говорить об общих принципах, целях, задачах его осуществления, характерных для всех сфер правообеспечительной деятельности и для всех органов, ее осуществляющих. Учитывая всевозрастающую роль прав и свобод человека и гражданина в государственной и общественной жизни, в обеспечении устойчивого развития современного мира, представляется возможным говорить об особой роли охраны прав и свобод, предупреждения их нарушений как важной функции государственных органов, и в первую очередь правоохранительных органов.

Заключение

Итак, подведем черту под нашим скромным исследованием. Все права человека неделимы, составляют единый комплекс, из их совокупности нельзя исключить хотя бы одну составляющую в ущерб другим. Недопустимо противопоставление какого-либо одного права или свободы какому бы то ни было другому. Это замечание совершенно справедливо, поскольку в противном случае будет нарушен общий принцип уважения прав человека и основных свобод, принцип универсальности прав человека. Признание неделимости прав человека не исключает определенной их систематизации.

Бесспорно, что приоритетным правом является право на жизнь как важнейшее право, без обеспечения которого бессмысленно ставить вопрос о соблюдении остальных прав и свобод человека. С другой стороны, соблюдения лишь одного права на жизнь, конечно, недостаточно для полноценного существования и развития личности в обществе. Для этого требуются уважение и соблюдение и других прав и свобод. Иначе мы обнаружим не право на жизнь, а лишь право на существование, блестящие примеры которого известны из русской и советской классической литературы.

Следует признать, что сегодня в российской правовой системе функции государства по обеспечению права на жизнь урегулированы недостаточно, не создан необходимый механизм эффективной реализации полномочий государственных органов по охране основных прав и свобод личности. Усиление правозащитной функции государственных органов требует расширения их компетенции, внесения необходимых изменений в действующее законодательство, совершенствования организации системы органов государственной власти и административно-юридических процедур.

Нарушения основных прав и свобод граждан возможны в различных областях общественных отношений, когда закон прямо предусматривает возможность административного и судебного разрешения правового спора. Сфера применения правового принуждения в деятельности правоохранительных органов также требует определения пределов правового контроля со стороны институтов административной и судебной власти.

Для классификации условий и обстоятельств, лежащих в основе нарушений основных прав и свобод граждан, целесообразно использовать, прежде всего, нормотворческие отклонения (принятие законодательных или иных нормативных актов, не соответствующих установлениям Конституции РФ, гарантирующим основные права и свободы). Так, Федеральные законы о милиции и об оперативно-розыскной деятельности допускают несанкционированное проникновение в жилые помещения граждан, использование электронных средств получения информации. По роду и виду правоохранительной деятельности такие обстоятельства возможны: 1) при пресечении правонарушений и применении мер административного воздействия (административный произвол); 2) в уголовном судопроизводстве (как в стадиях предварительного расследования, так и непосредственно в судебных стадиях); также нередки случаи неисполнения должностными лицами правоохранительных органов их обязанностей по обеспечению условий осуществления процессуальных прав участников судопроизводства: на доступ к правосудию, на право на защиту и др.; 3) в сфере гражданского судопроизводства (отказ в приеме исковых заявлений, нарушение правил о подсудности и подведомственности, несоблюдение сроков рассмотрения дел, необоснованное приостановление судами производства по делу и др.).

В целом нарушения основных прав и свобод человека можно разделить на две группы: 1) нарушения, которые не имеют массового характера, затрагивают интерес отдельных лиц, не совершаются систематически. Например, незаконный арест в результате допущенной ошибки. Борьба с такими нарушениям происходит, как правило, с помощью средств, которыми располагает государство (законодательство, органы суда, прокуратуры и т.д.); 2) массовые и грубые нарушения прав человека, затрагивающие интересы ряда стран или всего мира. Например, преступления германского фашизма, нарушения прав и свобод человека в ходе современных вооруженных конфликтов международного и немеждународного характера, актов терроризма. Борьба с подобными нарушениями возможна только с использованием как национальных государственно-правовых средств, так и средств международно-правового характера.

В современных условиях право на жизнь все чаще подвергается испытаниям на прочность. Легализация абортов, возможная легализация эвтаназии, усиление террористических и антитеррористических инцидентов по всему миру тому подтверждение. Кроме того, государство не обеспечивает должную защиту этого права, не обеспечивает безопасность личности в современном мире со всеми его многочисленными угрозами. С другой стороны, смертная казнь во многих государствах уже отменена или не исполняется, что, однако, может служить лишь слабым утешением


Глоссарий

Новое понятие Содержание
1 Безопасность Состояние защищенности жизненно важных интересов (совокупность потребностей, удовлетворение которых надежно обеспечивает существование и возможности прогрессивного развития) личности, общества и государства от внутренних и внешних угроз (совокупности условий и факторов, создающих опасность жизненно важным интересам).
2 Государственный орган Единоличный или коллективный субъект (независимо от его гражданско-правовой и иной правосубъектности), на который возложено исполнение публичных функций и деятельность которого в силу этого полностью либо частично финансируется за счет государственного бюджета.
3 Естественное право Система правовых норм, содержание которых обусловлено природой человека, общества или Вселенной и не подлежит произвольному изменению волей государства или отдельных лиц
4

Жизнь

Форма бытия биологических существ, характеризующаяся обменом веществ и другими видами деятельности
5 Закон

Акт высшей юридической силы, регулирующий наиболее важные общественные отношения, как правило, имеющий нормативный характер.

6 Защита права Правовой механизм, обеспечивающий условия для реализации субъективного права.
7 Конституционный закон Закон, вносящий изменения в конституцию и составляющий часть некодифицированной конституции
8 Конституция Нормативный правовой акт высшей юридической силы, устанавливающий принципы и порядок функционирования государства, а также взаимоотношения государства и личности, в соответствии со сложившимися в обществе представлениями о характере и содержании такого регулирования.
9 Поправка Предложение об изменении или дополнении юридического документа, в том числе нормативного акта или проекта нормативного акта.
10 Правосудие Деятельность по разрешению споров между гражданами и (или) юридическими лицами, состоящая в толковании и обязательном применении к спорным правоотношениям норм права, а также и установление фактов, имеющих юридическое значение. П. осуществляется от имени государства специальными органами (судами) в установленном законе процессуальном порядке.
11 Суд Государственный орган (в некоторых случаях – также общественный орган, например, третейский), осуществляющий рассмотрение и разрешение споров между гражданами и (или) юридическими лицами.
12 Судебная власть Правосудие, осуществляемое посредством гражданского, административного, уголовного и конституционного судопроизводства.
13 Эвтаназия Удовлетворение просьбы больного об ускорении его смерти какими-либо действиями или средствами, в том числе прекращением искусственных мер по поддержанию жизни.
14 Юрисдикция Пределы распространения властных полномочий (территория, на которую распространяется ю., круг лиц, подпадающих под ю.).
15

Язык официальный

Язык населения местности компактного проживания нации, не имеющей своих национально-государственных и национально-территориальных образований, который используется в официальных сферах общения в данной местности.

Список использованных источников

1.Конституция Российской Федерации [Текст]: [офиц. текст от 12 декабpя 1993 г. принята всенаpодным голосованием, по состоянию на 12 июля 2006 г. № 2-ФКЗ]// Российская газета. - 1993. - 25 декабря. - №237; 2006. - 15 июля.- № 153.

2.Гражданский кодекс Российской Федерации. [Текст]: [федеральный закон: принят Часть первая 30 ноября 1994 г. № 51-ФЗ. Часть вторая 26 января 1996 г. № 14-ФЗ; Часть тpетья 26.11.2001 № 146-ФЗ; Часть четвертая 18 декабря 2006 г. № 230-ФЗ, по состоянию на 23 июля 2008 г. № 160-ФЗ] // Собрание законодательства РФ. - 1994. - №32. - cт.3301; 1996. - №5. - Ст.410; 2001.- № 49. - Ст. 4552; 2006. - № 52 (часть I). - Ст. 5496: 2008. - № 30 (часть II). - Ст. 3616.

3.Уголовный кодекс Российской Федерации [Текст]: [офиц.текст от 13.06.1996 N 63-ФЗ // Собрание законодательства РФ, 17.06.1996, N 25, ст. 2954.

4.Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации [Текст]: [офиц.текст от 08.01.1997 N 1-ФЗ // Собрание законодательства РФ, 13.01.1997, N 2, ст. 198.

5.Указ Президента РФ «О поэтапном сокращении применения смертной казни в связи с вхождением России в Совет Европы» [Текст]: [принят 16июня1996 № 724] // СЗ РФ от 20.05.1996, № 21, ст. 2468.

6.Постановление Правительства РФ «О Перечне социальных показаний для искусственного прерывания беременности» [Текст] : [от 11.08.2003 № 485 ] // СЗ РФ от 18.08.2003, № 33, ст. 3275.

7.Иногатова – Хегай А.В. Уголовное право России [Текст] / А.В. Иногатова – Хегай // М.: ИНФРА – М – Контракт, 2006 ISBN: 378-5-377-01859-5

8.Каламкарян Р.А., Карпец И.И., Блищенко И.П. Международное уголовное право[Текст]/ Под ред. Кудрявцева В.Н.// М.: Наука, 2000

9.ISBN: 978-5-397-08346-4

10.Кочои С.М. Геноцид: понятие, ответственность, практика [Текст]/ С.М Кочои // М.: Юристъ, 2004 ISBN: 528-5-397-05666-4

11.Барихин, А. Б. Большой юридический энциклопедический словарь [Текст] /Авт.-сост. А. Б. Барихин. - М. :Книжный мир,2008. -792 с. - ISBN 978-5-8041-0301-0.

12.Батянов, М.В. Срок действия договора и защита гражданских прав [Текст] / М.В. Батянов // Защита гражданских прав: Сборник научных статей / Под ред. М.В. Немытиной, В.А. Хохлова. Сер. «Права человека: сферы реализации». Вып. 1.-Саратов: Изд-во Сарат. ун-та, 2003. -С. 117-134.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий