регистрация / вход

Преступность несовершеннолетних и ёё профилактика

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ИВАНОВСКИЙ ЮРИДИЧЕСКИЙ КОЛЛЕДЖ ДИПЛОМНАЯ РАБОТА По дисциплине «Криминология» Тема: «Преступность несовершеннолетних и ёё профилактика»

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ИВАНОВСКИЙ ЮРИДИЧЕСКИЙ КОЛЛЕДЖ

ДИПЛОМНАЯ РАБОТА

По дисциплине «Криминология»

Тема: «Преступность несовершеннолетних и ёё профилактика»

Выполнил студент 65 группы ОЗО

Стулов Игорь Олегович

Научный руководитель

Назаретян Армен Михайлович

«___» _____________200__г.

Иваново 2008

Содержание

Введение

Глава 1. Характеристика преступности несовершеннолетних, личности несовершеннолетнего преступника и детерминанты преступности несовершеннолетних

§ 1.1. Понятие преступности несовершеннолетних и несовершеннолетняя преступность как объект криминологического исследования

§ 1.2 Криминологическая характеристика преступности несовершеннолетних (состояние и тенденции)

§ 1.3. Криминологическая характеристика преступности несовершеннолетних в региональном аспекте

§ 1.4. Понятие и общая характеристика личности несовершеннолетнего преступника

§ 1.5. Половозрастные характеристики несовершеннолетних, совершивших преступления

§ 1.6. Социально - демографические характеристики несовершеннолетних преступников

§ 1.7. Детерминанты преступности несовершеннолетних

Глава 2. Профилактика преступности несовершеннолетних

§ 2.1. Понятие и система профилактики преступности несовершеннолетних

§ 2.2. Понятие ранней профилактики преступности несовершеннолетних

§ 2.3. Ранняя профилактика преступности несовершеннолетних в семье

§ 2.4. Ранняя профилактика преступности несовершеннолетних в общеобразовательном учреждении

§ 2.5. Предупреждение преступности несовершеннолетних органами внутренних дел

§ 2.6. Меры профилактики, осуществляемые в нашем регионе

Заключение

Список литературы

Приложение

ВВЕДЕНИЕ

Актуальность выбранной мной темы обуславливается тем, что в общем числе преступлений растёт количество совершённых несовершеннолетними и в связи с этим перед государством и обществом встаёт задача найти и привести в жизнь наиболее эффективные методы профилактики совершения преступлений среди данного контингента. Ведь молодое поколение это наше будущее и о завтрашнем дне мы должны позаботиться уже сегодня, ведь такая криминализация молодежной среды лишает общество перспектив установления в скором будущем социального равновесия и благополучия.

Для решения этой проблемы в различное время теоретические и методологические основы предупреждения и преодоления отклоняющегося поведения в подростковой среде разрабатывали С.А.Беличева, Ю.В.Гербеев, А.И.Кочетов и другие. В педагогических исследованиях О.С.Богдановой, Е.В.Бондаревской, И.С.Марьяненко и других решение проблемы видится в воспитании нравственных отношений школьников. В работах психологов М.А.Алемаскина, Л.М.Зюбина, Д.И.Фельдштейна охарактеризованы типы отклоняющегося поведения учащихся, способы его диагностики и коррекции. Исследования юристов Ю.М.Антоняна, К.Е.Игошева, Г.М.Миньковского и других анализируют основные звенья профилактики девиантного поведения несовершеннолетних с точки зрения совершенствования деятельности правоохранительных органов.

Объектом исследования является комплекс общественных отношений, связанных с криминальной и криминогенной ситуациями, их особенностями, характеризующими преступность несовершеннолетних и общественные отношения, связанные с факторами преступности несовершеннолетних, а также предупреждением данных негативных явлений.

Предметы данного исследования причины преступности среди несовершеннолетних и профилактика противоправного поведения несовершеннолетних.

Целью дипломной работы является изучение данной проблемы.

Задачи:

1. Изучение криминологической характеристики преступности несовершеннолетних, выявление её состояния и тенденций;

2. Рассмотрение личностной характеристики несовершеннолетних преступников;

3. Изучение и анализ причин и условий совершения несовершеннолетними правонарушений;

4. Обоснование необходимости в современных условиях реализации концепции Ранней Профилактики Преступности Несовершеннолетних задолго до того, как возникает опасность социально-опасного поведения ребенка;

5. Проведение анализа социально-опасных условий воспитания детей в неблагополучных семьях и предложение мер по повышению педагогической компетентности и ответственности родителей;

6. Анализ трудностей современной школы как субъекта ранней профилактики.

Особое значение для темы данной работы имеет “сквозная”, объединяющая вышеназванные задачи проблема криминологического рассмотрения таких негативных доминант личности как эгоизм и эгоцентризм и предложению мер по их профилактике.

Гипотеза исследования состоит в том, что профилактику противоправного поведения несовершеннолетних целесообразно начинать с младшего школьного возраста, направляя воспитательную работу школы и семьи на формирование высоконравственных и этических ценностей у детей.

Методы исследования: изучение и анализ научной и периодической литературы по данному вопросу, сравнительно-правовой метод, исторический, логический, статистический.

Эмпирическую базу исследования составляют статистические данные, аналитические обзоры и информационные материалы о преступности несовершеннолетних, криминологические, социологические и иные исследования, проводимые другими специалистами. В работе использованы показатели, полученные другими авторами по проблемам, имеющим отношение к теме исследования.

Новизна дипломной работы заключается в предложении новых способов и мер по профилактике преступности несовершеннолетних

Состав:

Работа состоит из двух глав. Первая глава носит название «Характеристика преступности несовершеннолетних, личности несовершеннолетнего преступника и детерминанты преступности несовершеннолетних». Она содержит семь параграфов. Первый посвящена понятию преступности несовершеннолетних как объекта криминологического исследования. Второй освещает состояние и тенденции преступности несовершеннолетних, а третий – состояние и тенденции в региональном аспекте. В четвёртом параграфе даётся понятие и общая характеристика личности несовершеннолетнего преступника. В пятом – половозрастная характеристика. В шестом – социально-демографическая. Седьмой параграф содержит детерминанты преступности несовершеннолетних.

Вторая глава называется «Профилактика преступности несовершеннолетних». Она содержит шесть параграфов. Первый из них даёт понятие профилактике преступности несовершеннолетних, а второй параграф – ранней профилактике. Третий параграф посвящён ранней профилактике в семье, а четвёртый в общеобразовательном учреждении. В пятом параграфе освещена деятельность органов внутренних дел по предупреждению преступности несовершеннолетних. А шестой параграф о том, какие меры по профилактике предпринимаются у нас в городе и области.

Глава 1. Характеристика преступности несовершеннолетних, личности несовершеннолетнего преступника и детерминанты преступности несовершеннолетних

§ 1. 1. Понятие преступности несовершеннолетних и несовершеннолетняя преступность как объект криминологического исследования

Прежде чем перейти к конкретному рассмотрению преступности несовершеннолетних как объекта криминологического исследования необходимо дать понятие несовершеннолетней преступности. Очевидно, что в понятии несовершеннолетней преступности скрыто два термина, во-первых, это понятие преступности и, во-вторых, это понятие несовершеннолетнего преступника. Определений преступности бесчисленное множество. Они несут в себе отпечаток философских взглядов авторов, социологических школ и направлений, правовых воззрений и даже религиозных. Прежде всего, преступность есть форма социального поведения людей, нарушающая нормальное функционирование общественного организма. Но такими нарушениями являются и аморальные поступки, и то, что называют отклоняющимся поведением. Из всех нарушений преступность наиболее опасна для общества. Кроме того, преступность - социально-правовое явление, ибо сама цифра преступности складывается из суммы совершенных в данном обществе и в данный период времени преступлений. Однако преступность есть не простая сумма совершенных преступлений, а явление, имеющее свои закономерности существования, внутренне противоречивое, связанное с другими социальными явлениями, часто ими определяющееся. Понятие «преступность» чаще всего употребляется в тех случаях, когда речь идет о множестве преступлений, об их определенной статистической совокупности.

«Преступность - это относительно массовое, исторически изменчивое социальное, имеющее уголовно-правовой характер, явление классового общества, слагающееся из всей совокупности преступлений, совершаемых в соответствующем государстве в определенный период времени»[1] - писала Н.Ф. Кузнецова в конце 60-х годов.

Заметим, что определение начинается с указания на массовость характера и заканчивается упоминанием о конкретной совокупности преступлений.

Это, казалось бы, наиболее простой и понятный подход к определению преступности. Действительно, преступность наиболее очевидно проявляет себя через массу преступлений. Здесь подчеркивается такой отличительный признак преступности по сравнению с отдельным преступлением, как массовость.

Одно из значений слова «масса» - множество, большое число чего-либо. Как правило, о массе говорят, когда число каких-то явлений подлежит статистическому анализу, при котором выявляются определенные статистические закономерности.

Вот почему, когда речь идет о преступности просто как о множестве, массе преступлений, внимание акцентируется на статистическом анализе данных о ней. Исследуются, как отмечается в учебной литературе по криминологии, состояние, структура, динамика преступности. И если обратиться к первым определениям преступности после возрождения криминологии в стране, то можно увидеть, что фактически они отражали понятие преступности именно как массового явления. «Преступность включает в себя всю совокупность конкретных преступлений, совершенных в определенный период времени в данном обществе, но не является простой суммой этих преступлений»[2] ,- указывалось в первом учебнике по криминологии. А далее выделялись состояние, структура, динамика преступности. Одновременно подчеркивалось, что преступность социальное явление.

Однако изучение преступлений, как и любых других явлений, в массе показывает, что именно в массе они обнаруживают немало новых свойств. Отмечаются определенные строгие соотношения между разными преступлениями. Например, при снижении числа выявляемых и регистрируемых фактов легких телесных повреждений, истязаний, побоев, преступлений, связанных с ношением оружия, увеличивается число тяжких преступлений против жизни и здоровья.

Связь преступности и преступлений стали трактовать как связь общего и отдельного. Общее, как известно, не повторяет характеристики отдельного.

За множеством преступлений просматриваются и устойчивость преступного поведения (рецидив), и организованность (групповое совершение преступлений), и общественная опасность уже массы преступлений, измеряемая, в том числе определенным соотношением преступлений разной тяжести.

При диалектическом рассмотрении проблемы соотношения преступления и преступности как общего и отдельного (единичного) можно изменить угол зрения и поставить следующий вопрос: если мы соглашаемся с тем, что преступления - это конкретизированные проявления преступности, то правомочно ли утверждение, что преступность представляет собой только их множество? Только ли преступления служат проявлениями преступности?

Другими словами, надо продолжать искать ответ на вопрос, что стоит за отдельными преступлениями и преступной деятельностью конкретных субъектов? Во-первых, как отмечалось в литературе, преступность нам является не только в виде факторов преступных деяний. Она проявляет себя и в лицах, совершающих преступления.

Нельзя разрывать деяния и деятелей, субъектов деяний. В настоящее время статистический учет преступности осуществляется и по фактам, и по лицам.

Академик В.Н. Кудрявцев высказал мысль, что преступность включает всю совокупность совершенных преступлений и наступивших общественно опасных результатов.

Во-вторых, речь идет не просто о множестве преступлений, не связанных друг с другом, а о сложной системе.

Исследования указывали на то, что между различными преступными актами существуют многообразные взаимосвязи. Они бывают очевидны уже при анализе преступной деятельности.

Поэтому в 60-70 годы отечественные криминологи стали подчеркивать, что преступность - это сложная совокупность преступлений и их субъектов.

В конце 70-80х годов в криминологии все более стал утверждаться взгляд, согласно которому преступность носит системно-структурный характер. Однако до сих пор этот взгляд не является общепризнанным.

В учебнике "Криминология", изданном МГУ в 1994 году, можно прочитать: "Преступность - это исторически изменчивое, социальное и уголовно-правовое явление, представляющее собой систему преступлений, совершенных в соответствующем государстве (регионе) в соответствующий период." Далее подчеркивается, что преступность - не просто множество преступлений, а именно явление, целостная совокупность система преступлений, имеющая определенные системные свойства, т.е. устойчивые зависимости преступлений внутри целостности и между ней и другими социальными явлениями[3] .

Авторы "Криминологии" Московской юридической академии (1995) отмечают, что "преступность - отрицательное социально-правовое явление, существующее в человеческом обществе, имеющее свои закономерности, количественные и качественные характеристики, влекущие негативные для общества, людей последствия и требующие специфических и общественных мер контроля за ней." Здесь нет ни слова о системно-структурном характере преступности, как и о совокупности преступлений. Вообще данное определение не выделяет особенности преступности как отрицательного явления.

Понятие преступности несовершеннолетних принято свя­зывать с возрастом субъекта преступления. Одни авторы объединяют детей и подростков, устанавливая лишь верхнюю границу подросткового возраста, равную 17-ти годам[4] , другие устанавливают его нижнюю границу равной 14-ти годам, а верхнюю — 19-ти годам включительно[5] или 18-ти включительно[6] , третьи считают нижней границей этого возраста 12 лет, верхней — 16 лет[7] , четвёртые к подростковому возрасту относят тот, который согласуется с понятием «несовершеннолетние», принятым, судом, прокуратурой, МВД, а именно 14–17 лет[8] .

По данному вопросу нет единства мнений и среди социологов, Так, Т. М. Ярошенко на основании опроса 85-ти экспертов-социологов приходит к выводу, что началом подросткового периода является 12-летний возраст[9] . В. Г. Алексеева относит сюда возраст 14–16 лет[10] , а И. С. Кон вообще не определяет чётких границ подросткового возраста: в одном случае он относит к нему возраст 12–14 лет, а возраст 15–18 лет называет периодом ранней юности[11] , в другом — к периоду ранней юности относит 16–18 лет[12] (следовательно, к подростковому относится возраст 12–15 лет).

Сам вопрос о том, какой именно возраст считать подростковым, является дискуссионным. А в графах официальной отчётности всё-таки следует использовать наиболее устоявшиеся понятия. Таковым является понятие «несовершеннолетние». Согласно ст.87 УК РФ «несовершеннолетними признаются лица, которым ко времени совершения преступления исполнилось четырнадцать, но не исполнилось восемнадцати лет».Они отличаются от лиц более старшего возраста многими характеристиками личности и пре­ступного поведения.

Исходя из всего вышесказанного, попробуем дать наиболее полное определение понятию преступности несовершеннолетних. И так, преступность несовершеннолетних – это исторически изменчивое, отрицательное социально-уголовно-правовое явление, представляющее собой целостную совокупность системы преступлений, совершенных лицами, которым ко времени совершения преступления исполнилось четырнадцать, но не исполнилось восемнадцать лет, в соответствующем государстве (регионе) в соответствующий период, имеющая определенные системные свойства, свои закономерности, количественные и качественные характеристики, влекущие негативные для общества, людей последствия и требующие специфических и общественных мер контроля за ней.

Основания выделения преступности несовершеннолетних как особого объекта исследования можно разделить на две группы:

1.Общеправовые — наличие специальных глав в Уголовном, Уголовно-процессуальном, Уголовно-исполнительном кодексах, содержащих особенности привлечения к уголовной ответственности, расследования данной категории дел, назначения и исполнения наказания;

2.Криминологические — специфика:

а) самих преступлений (виды, формы, мотивы);

б) личности (ограниченный период ее формирования, ограниченная дееспособность, динамика содержания социальных функций);

в) причин и условий преступности;

г) мер профилактического воздействия.

Все это делает не только возможным, но и необходимым кримино­логическое изучение преступности несовершеннолетних, ее основных характеристик, причин и условий, способствующих совершению пре­ступлений лицами в возрасте до 18 лет, разработку мер по их предуп­реждению.

Дав определение понятию преступности несовершеннолетних, и выявив основания для выделения преступности несовершеннолетних как особого объекта исследования, считаю необходимым дать криминологическую характеристику этой преступности, раскрыв её состояние и тенденции развития.

§ 1. 2. Криминологическая характеристика преступности несовершеннолетних (состояние и тенденции)

Необходимость выделения для самостоятельного криминологического исследования преступности несовершеннолетних объясняется многими причинами.

Во-первых, важностью и масштабностью задач по охране жизни и здоровья подрастающего поколения и формированием в этой связи государственной политики по защите прав и законных интересов детей и подростков как самостоятельного направления деятельности государственных органов и общества в целом.

Во-вторых, особенностями в генезисе и мотивации совершаемых несовершеннолетними преступлений, обусловленными спецификой их воспитания и жизнедеятельности (относительно ограниченный период формирования личности, интенсивность социальных позиций, круга и содержания социальных функций, ограниченная дееспособность и др.), особенностями личностных, социально-групповых и иных характеристик.

В-третьих, тесно связанной с этими особенностями спецификой уровня и структуры преступности, ее причин и динамики, высокой преступной активностью подростков.

Лица, совершающие противоправные действия в раннем возрасте, позже, как правило, значительно труднее поддаются исправлению, в итоге составляют основной резерв для взрослой и рецидивной преступности. Напротив, наиболее ранние выявление и своевременное принятие необходимых профилактических мер к подросткам, совершающим первые, не представляющие большой общественной опасности правонарушения, в значительной степени позволяют не допустить формирования у этих лиц стойкой направленности на совершение в дальнейшем каких-либо преступлений. Все это вместе обуславливает необходимость всестороннего анализа преступности несовершеннолетних как относительно самостоятельного феномена, проработки мер по ее предупреждению, т.е. анализ должен заключаться в особенностях подхода, а не в особом подходе, изолирующем изучение преступности несовершеннолетних от изучения других ее видов. Именно поэтому в предмет изучения преступности несовершеннолетних криминологами обязательно включаются вопросы о ее месте во всей преступности, о соотношении преступности молодежи и взрослых (в том числе о влиянии возраста начала преступной деятельности на рецидив, о влиянии взрослых преступников на несовершеннолетних и т.п.).

В целом по России уголовная статистика на протя­жении длительного периода времени фиксировала тенденцию постоян­ного, но в то же время относительно плавного роста преступности несо­вершеннолетних — по числу выявленных лиц, совершивших преступ­ления, в среднем на 11—12% каждые пять лет.

Начиная с 1991 г. тенденция существенно изменилась. Прирост числа зарегистрированных несовершеннолетних, совершивших пре­ступления за период 1991-1995 гг. составил 43%. Ученые тенденцию начала 90-х гг. ХХ века связывают с переходным периодом в РФ. В 1998 г. было выяв­лено 189293 преступлений несовершеннолетних, в 2000 г. – 195426, в 2002 г. – 177518, в 2004 г. – 154414 преступлений. Таким образом, налицо динамика последних лет на снижение количества преступлений несовершеннолетних[13] . Но не будем забывать, что весомым криминогенным фактором современной преступности является ее латентность. Как отмечают криминологи, за прошедшее столетие преступность в среднем увеличилась на порядок. Авторы сборника “Криминогенная ситуация в Российской Федерации в начале XXI”, анализируя динамику преступности несовершеннолетних в 1997, 1998 и 1999 годах по сравнению с современным этапом, пишут о явлении синусоидного роста этого вида преступности, когда за фазой роста происходит фаза стабилизации, а через некоторый период времени снова начинается рост преступлений, но уже выше предыдущего периода (“ступенчатое восхождение” графика)[14] . Ежегодно в мире регистрируется до 450-500 млн. преступлений на 6 млрд. населения, т.е. 8 тыс. деяний на 100 тыс. населения. Реальная преступность вдвое выше. Латентная (незаявленная, неучтенная, неустановленная) преступность даже в самых развитых странах равняется регистрируемой. В России соотношение регистрируемой и неучтенной преступности составляет 1: 5, т.е. на одно учтенное преступное деяние приходится 4-5 реально совершенных, но незаявленных, остающихся безнаказанными. Безнаказанность, как показывает практика борьбы с преступностью, приводит к новым ее проявлениям[15] .

Заглянем в историю. Из данных, отражающих число осужденных несовершеннолетних, видно, что ранее наиболее интенсивный рост преступности лиц этого контингента наблюдался в послевоенный период в течение 1945— 1947 гг. Он был значительным, особенно если сравнивать соответст­вующие показатели применительно к довоенным годам. В 1945 г. было, например, осуждено несовершеннолетних почти в три раза больше, чем в 1935 г. В дальнейшем по мере устранения последствий войны, начи­ная с 1947 г. до 1960 г. в динамике преступности несовершеннолетних отчетливо прослеживается тенденция постепенного снижения. В 1960 г. было осуждено всего 13 410 несовершеннолетних. С 1961 г. все последующие годы фиксируется практически стабильный рост пре­ступности несовершеннолетних при незначительных ее снижениях в отдельные годы[16] .

Из приведенных данных (см. Таблицу 1 в Прилжении) видно, что на протяжении периода 1966-1990 гг. наблюдается постоянный, устойчивый рост количества несовершеннолетних, совершивших преступления.

Тенденция значительного роста преступности несовершеннолетних еще более наглядно проявляется по числу совершаемых ими преступ­лений в постперестроечное время. В 1996 г. в Российской Федерации было зарегистрировано 202 935 преступлений, совершенных несовершеннолетними, что в 6,6 раза больше по сравнению с 1961 г.

Преступность несовершеннолетних в России в последнее десятиле­тие росла примерно в 6 раз быстрее, чем изменялось общее число этой возрастной группы. В 1997 г. из каждых 10 тыс. подростков в возрасте 14—17 лет совершали преступления 203 человека, против 166 человек в 1985г.[17]

В результате в настоящее время несовершеннолетние — одна из наи­более криминально пораженных и наименее социально защищенных категорий населения.

По данным таблицы 2 (см. в Приложении) построим рисунки 1-3.

Рисунок 1. Количество зарегистрированных преступлений, совершенных несовершеннолетними в России

Рисунок 2. Уровень преступлений, совершенных несовершеннолетними в России на 100 тыс. жит. в возрасте 14-17 лет

Рисунок 3. Доля преступлений, совершенных несовершеннолетними в России в общей преступности, %

Как явствует из приведенных данных, коли­чество зарегистрированных в России преступлений, совершенных не­совершеннолетними или с их участием, выросло с 1987 г. по 1998 г. в 1,6 раза (по сравнению с 2004 г. — в 1,16 раза), уровень этих преступлений за 1988 – 2004 гг. вырос в 1,04 раза (уровень в 1988 – 1994 гг. вырос 1,5), тогда как в общем количестве преступлений сократилась на 36,4%. Последнее обстоятельство объясняется тем, что темпы ро­ста преступности несовершеннолетних были существенно ниже тем­пов роста всей преступности (с 1988 по 2004 г. количество и уровень всех преступлений выросло в 2,5 раза).

Характеристика отдельных видов преступлений, совершенных несо­вершеннолетними или с их соучастием, представлена в таблице 3 (См. в Приложении).

По данным таблицы 3 построим рисунок 4.

Рисунок 4. Доля несовершеннолетних, совершивших различные преступления в России, в общем количестве расследуемых преступлений

Как вид­но из приведенных данных, за указанный период времени возрастает доля несовершеннолетних в совершении таких тяжких насильствен­ных преступлений, как умышленное убийство (в 1,44 раза) и умыш­ленное причинение тяжкого вреда здоровью (в 1,6 раза) при устойчи­вом сокращении доли несовершеннолетних в изнасилованиях и всех преступлениях против собственности. «Вклад» несовершеннолетних во взяточничество и преступления, связанные с наркотиками, довольно стабилен.

Более «благоприятные» тенденции преступности несовершеннолет­них по сравнению со взрослой преступностью гипотетически могут объясняться относительно лучшей адаптацией несовершеннолетних к современным условиям российского бытия. Однако, во-первых, за счет чего происходит эта «адаптация»: в результате большей наркотизации? Ухода в криминальные структуры, латентность деятельности которых очень высока? Во-вторых, не есть ли это последствия более высокой латентности преступлений несовершеннолетних?

Приведенные статистические сведения и расчеты не отражают всех особенностей состояния и динамики преступности несовершеннолет­них, причем даже в том минимальном объеме, который необходим для разработки более эффективных мер борьбы с данным явлением. Надеж­ную дополнительную информацию для более глубокого его изучения и анализа дают многие сведения о преступности несовершеннолетних, которые за последние годы получены криминологами. Используя их, можно достаточно точно охарактеризовать преступность несовершен­нолетних как с точки зрения ее наиболее существенных территориаль­ных различий (исходя из уровня, структуры и динамики преступности в отдельных регионах страны), так и по видовым изменениям структу­ры совершаемых подростками преступных деяний[18] .

Установление региональных различий преступности несовершен­нолетних позволяет не только учитывать специфику местных условий для более целенаправленной профилактики преступности и лучшей борьбы с ней, концентрации сил и средств на наиболее неблагополуч­ных территориях, но и решать более общую задачу — конкретизировать представления о причинах преступности, о тенденциях изменений ее состояния и путях преодоления;

Статистические наблюдения показывают, что уровень преступности в различных регионах Российской Федерации меняется и в то же время в течение длительного периода существуют устойчивые различия в ряде республик, краев и областей, экономических зон страны. Имеет место не менее устойчивая дифференциация уровней преступности по отдель­ным городам, районам, населенным пунктам, предприятиям и т.д.

Статистические данные правоохранительных органов свидетельст­вуют, что за счет постоянного сокращения в течение длительного перио­да умышленных убийств, тяжких телесных повреждений, разбоев и ху­лиганств их совокупный удельный вес в общей структуре преступности несовершеннолетних снизился с 30% в период 1966—1970 гг. до 11% в период 1986—1990 гг., т.е. почти в 3 раза. Однако начиная с 1991 г. имен­но по этим видам преступлений наметился наиболее интенсивный рост. По сравнению с периодом 1986—1990 гг. увеличилось число совершен­ных несовершеннолетними умышленных убийств (с покушениями), умышленных тяжких телесных повреждений, разбоев[19] .

Множатся факты завладения и применения огнестрельного оружия, сопротивления и злостного неповиновения законным требованиям ра­ботников милиции. Возрастает вовлечение несовершеннолетних в сферу межнациональных конфликтов и войн, что стимулирует деятельность экстремистских национал-патриотических и шовинистически настроенных организаций и движений.

В среде несовершеннолетних все больше распространяются такие виды преступлений, которые ранее были присущи в основном взрос­лым: торговля оружием и наркотиками; притоносодержательство и су­тенерство; разбойные нападения на предпринимателей и иностранцев посягательство на жизнь и здоровье граждан с использованием пыток, других жестоких способов обращения; изготовление или сбыт фальши­вых денег; мошеннические действия с валютой и ценными бумагами; компьютерные преступления; торговля краденым; рэкет в своей среде; участие в насильственном перераспределении дефицитных товаров.

Все это позволяет сделать вывод, что рост преступности несовер­шеннолетних в Российской Федерации в 90-е гг. ХХ века, отражаемый статистикой, — это реальный факт, а не результат активизации деятельности правоохранительных органов, как часто пытаются его объяснить заинтересо­ванные ведомства и обслуживающие их исследователи. Больше того, есть основания утверждать, что сведения официальной статистики с каждым днем все меньше соответствуют картине действительного роста преступности.

С точки зрения криминологической оценки происходящего важно также ответить на вопрос, как в действительности складывалось в эти годы соотношение насильственной и корыстной преступности несовер­шеннолетних, какие реально происходили мотивационные изменения.

Корыстная мотивация преступлений, совер­шаемых несовершеннолетними, за последние годы присутствует прак­тически если не по всем, то по абсолютному большинству составов. Ее реальный удельный вес по сравнению с мотивацией иного порядка в на­стоящее время самый высокий (35—45%).

Реальный рост корыстной направленности в преступности под­тверждается и динамикой конкретных видов корыстных преступлений, их значительным увеличением, в том числе и в силу экономических трудностей, снижения жизненного уровня основной массы населения, утраты перспектив сохранить привычные материальные и бытовые ус­ловия.

90-е годы вновь стали периодом в жизни многих беспризорных детей, когда они вынуждены совершать хищения продуктов питания, одежды, чтобы обеспечить себе элементарную возможность просто вы­жить. Семьи, где они живут и воспитываются, во многих регионах стра­ны остались без самого необходимого — работы, зарплаты, пищи[20] .

Одной из типичных, сохраняющихся характеристик преступно­сти несовершеннолетних, является ее повышенная латентность. Пре­ступления подростков чаще остаются за пределами статистики и правового реагирования по целому ряду причин: многие содержа­щие признаки преступлений деяния совершаются ими в среде свер­стников, предпочитающих скрывать конфликты и проблемы от взрослых; нередко родители, педагоги не придают огласке извест­ные им факторы правонарушающего поведения подростков, наде­ясь на будущее исправление либо не желая «выносить сор из избы» из соображений престижа, возможной негативной оценки собствен­ной воспитательной деятельности, либо разуверившись в эффек­тивности применяемых мер. К тому же растущая распространен­ность тяжких, организованных, жестоких преступлений в обществе в целом снижает внимание правоохранительных органов и обще­ственности к сравнительно менее общественно опасным деяниям.

«Снисходительное» отношение к преступлениям несовершен­нолетних таит в себе между тем значительную опасность. Речь идет не об обязательном применении суровых мер наказания за деяния сравнительно невысокой степени общественной опас­ности (законодательством установлены и другие меры воздей­ствия, применимые к несовершеннолетним правонарушителям), а о необходимости реагирования на факты нарушения уголов­ного закона. Отказ от нравственной и правовой оценки преступ­ления способствует углублению деморализации личности, совер­шению несовершеннолетними новых, нередко более тяжких де­яний. Существенно, что безответственность нарушений форми­рует отношение к преступному поведению как к допустимому, что ведет к дальнейшей эскалации правонарушающего поведения среди молодежи[21] .

Статистика преступности последних лет свидетельствует о ее «омоложении». Аналогичное прослеживается и в рамках преступ­ности несовершеннолетних: доля подростков 14— 15 лет среди совершивших преступления увеличивается, составляет в настоя­щее время 30% по сравнению с 8 — 10% в середине 80-х годов[22] .

Криминологические исследования указывают еще на одну крайне негативную качественную характеристику преступности несовершеннолетних, ранее остававшуюся вне сферы внимания науки и практики, — связь с организованной преступностью.

Приведенные данные показывают, что принимавшиеся все прежние годы меры по борьбе с преступностью данного контингента оказались явно недостаточными, чтобы изменить такое развитие событий. В этой связи особенно важно отметить, по крайней мере, пять обстоятельств негативного свойства, доказывающих, что в настоящее время требуется во многом иной подход к решению наиболее важных проблем, сущест­вующих в данной области.

1. Российская Федерация все годы, в течение которых ведется ста­тистическое наблюдение, имела наиболее высокий уровень преступности несовершен­нолетних и отличавшихся наиболее интенсивными темпами ее роста по сравнению с республиками бывшего СССР.

2. Рост преступности несовершеннолетних происходил в периоды сокращения общей численности этой возрастной группы в населении России.

3. Он происходил вместе с общим ростом преступности в России, ох­ватывавшим и иные возрастные группы населения, но практически всегда был более интенсивным.

4. Преступность несовершеннолетних росла несмотря на то, что в от­дельные периоды карательная практика в отношении этой категории населения была достаточно суровой. В период 1973—1984 гг. темпы роста судимости несовершеннолетних опережали рост выявленной преступности этого контингента, а общая численность подростков, осужденных в этот период к мерам, связанным с лишением свободы, была значительной. В 1981—1985 гг. среднегодовое число осужденных несовершеннолетних было самым большим за все годы, когда велось статистическое наблюдение. Однако остановить рост преступности подростков так и не удалось.

5. Весьма существенную поправку в статистическую картину состо­яния и динамики преступности несовершеннолетних может внести более полный учет такого явления, как латентность. Из-за плохого вы­явления дефектов регистрации совершаемых подростками преступле­ний фактический уровень этой преступности, если судить по оценкам специалистов-экспертов, в 3—4 раза выше, чем официально отражае­мый статистикой.

§ 1. 3. Криминологическая характеристика преступности несовершеннолетних в региональном аспекте

Необходимо отметить, что наивысший уровень преступной активности несовершеннолетних все последние годы наблюдался в Еврейской а.о., Республике Коми, Сахалинской области, Приморском крае, Хабаровском крае, Республике Бурятия, (300— 500 преступников на 10 тыс. населения в возрасте 14—17 лет). Самые низкие показатели в Республике Дагестан, Кабардино-Балкарской Рес­публике, Республике Северная Осетия (75—90 преступников). Разница в уровне преступности несовершеннолетних между этими группами ре­гионов достигает 5—7 раз. Причем любые изменения, будь то годовые колебания либо устойчивая тенденция роста или снижения, фиксируе­мые в статистике на протяжении многих лет в перечисленных регионах, как правило, не влияют сколько-нибудь на эти количественные разли­чия.

Подробный анализ региональных особенностей преступности несо­вершеннолетних представлен в трудах Г. Забрянского[23] . Он делит регионы Российской Федерации по коэффициенту кри­минальной пораженности несовершеннолетних на шесть групп (клас­сов): низкой криминальной пораженности (от 481,5 до 1135,4 зарегист­рированных преступлений на 100 тыс. населения соответствующего возраста — 14-17 лет), в которую входят пять республик Северного Кавказа, Ульяновская область и Москва; низко-средней криминальной пораженности (от 1266,5 до 1523,1), куда входит десять регионов; сред­не-низкой пораженности (от 1577,1 до 2195,8) — 24 региона, включая Санкт-Петербург; средне-высокой пораженности (от 2324,7 до 3113,3) — 22 региона; высоко-средней пораженности (от 3075,1 до 3525,1) — 9 ре­гионов; высокой криминальной пораженности несовершеннолетних (от 3633,5 до 4584,1) — 6 регионов (Бурятия, Томская, Новосибирская, Са­халинская области, Хабаровский край, Еврейская АО). Таким образом, наблюдается разрыв между наиболее и наименее благополучными регионами в 10 раз[24] . Далее Г. Забрянский соотносит вышеназванные группы с эконо­мическими районами России. Экономическими районами с низ­кой криминальной активностью несовершеннолетних оказались Северо-Кавказский (коэффициент 1104,1), Поволжский (1473,0), Центрально-Черноземный (1613,0) и Центральный (1792,1). Райо­ны со средней криминальной пораженностью — Волго-Вятский (1991,6), Северо-Западный (2467,5), Уральский (2362,3), Западно-Сибирский (2457,5) и Северный (2630,1). К экономическим райо­нам с высокой криминальной пораженностью подростков относят­ся Восточно-Сибирский (2881,2) и Дальневосточный (3396,7)[25] . Таким образом, можно сделать вывод о том, что криминальная активность несовершеннолет­них достаточно точно отражает социально-экономические условия существования регионов.

В этой связи необходимо отметить, что Ивановская область относится к регионам с наибольшим удельным весом преступлений (от числа расследованных), совершённых несовершеннолетними или при их соучастии. По данным статистики за 2005 год он равнялся 13,6%, а в 2007 – 12,6%[26] (в г. Иваново – 14%[27] ). Несмотря на то, что последние годы милицейская статистика констатирует факт уменьшения числа преступлений несовершеннолетних, неверно говорить о снижении уровня преступности. Данное обстоятельство можно объяснить уменьшением численности подросткового населения[28] . Такие выводы я сделал на основании данных таблиц 4 и 5 (См. в Приложении).

Молодежная преступность последние годы меняется не только количественно, но и качественно: Возрастает доля корыстно-насильственных преступлений (грабежей, вымогательств, разбоев). Самым распространённым видом преступлений в Иванове по-прежнему остаются кражи (83,9%)[29] . Наблюдается тенденция криминальной специализации и рационализации молодежи. Распространение получают преступления, связанные с наркотиками.Динамика наркомании – 0,3 % в год[30] .В середине 90-х годов было отмечено понижение уровня алкоголизации подростков, сопровождаемое повышением уровня их наркотизации. Наблюдается связь между алкоголизацией и первичной наркотизацией. Возраст первой пробы за десятилетие снизился на 6 лет: в 1991 году средний возраст составлял 17 лет, в 2001 году – 11 лет. Снижение нижней возрастной границы до 11 лет – главная особенность современной наркотизации. Следствие разового потребления наркотиков представляет очень серьезную проблему. Число попробовавших во многих регионах страны составляет до 15 %, а в крупных городах – до 25 %. Максимальное число впервые попробовавших наркотики в группе 13-15 лет.

Обнаружены региональные отличия обстоятельств первой пробы наркотиков. Так, пусковым механизмом наркотизации на селе является более раннее и обязательное приобщение к алкоголю, причем сельские девочки по некоторым характеристикам алкопотребления опережают мальчиков.

Проблема заключается не в особенностях возраста, но в том, почему наркотизация не ограничивается первыми пробами, а продолжается. Структура мотивов первой пробы на протяжении годов осталась практически неизменной, но количественная частота указания при опросах на некоторые мотивы изменилась. Если в 1991 году прямое принуждение к пробе, прямое психологическое давление со стороны группы отмечалось крайне редко, то в последнее время чаще встречается мотив «заставляют пробовать», «пригрозили расправой», «в жизни надо все попробовать»[31] .

Остается высоким уровень групповой преступности, что вызывает особое опасение у сотрудников правоохранительных органов.Отмечены преступления, в которых участвуют как подростки, так и взрослые, количество таких преступлений увеличилось на 20%

По уровню несовершеннолетней преступности Ивановская область занимает 5 место в 10-ке регионов страны с наихудшими показателями по России и 1 место по ЦФО, а по «пьяной» преступности с показателем 33,4% – 1-е место в России[32] .

§ 1. 4. Понятие и общая характеристика личности несовершеннолетнего преступника

На вопрос, что такое личность, психологи отвечают по-раз­ному, и в разнообразии их ответов, а отчасти и в расхождении мнений на этот счет проявляется сложность самого феномена личности. Каждое из определений личности, имеющихся в ли­тературе (если оно включено в разработанную теорию и под­креплено исследованиями), заслуживает того, чтобы учесть его в поисках глобального определения личности[33] .

Личность чаще всего определяют как человека в совокупно­сти его социальных, приобретенных качеств. Это значит, что к числу личностных не относятся такие особенности человека, которые генотипически или физиологически обусловлены ни­как не зависят от жизни в обществе. Во многих определениях личности подчеркивается, что к числу личностных не относят­ся психологические качества человека, характеризующие его по­знавательные процессы или индивидуальный стиль деятельно­сти, за исключением тех, которые проявляются в отношениях к людям, в обществе. В понятие «личность» обычно включают такие свойства, которые являются более или менее устойчивы­ми и свидетельствуют об индивидуальности человека, опреде­ляя его значимые для людей поступки.

Итак, что же такое личность, если иметь в виду указанные ограничения? Личность — это человек, взятый в системе таких его психологических характеристик, которые социально обусловле­ны, проявляются в общественных по природе связях и отношениях, являются устойчивыми, определяют нравственные поступки челове­ка, имеющие существенное значение для него самого и окружающих[34] .

Преступность несовершеннолетних обусловлена взаим­ным влиянием отрицательных фактов внешней среды и личности самого несовершеннолетнего. Чаще всего пре­ступление совершают так называемые «трудные», педаго­гически «запущенные» подростки. В ряде исследований отмечается, что для подростков-правонарушителей харак­терен низкий уровень развития познавательных и обще­ственных интересов. На формирование идеалов такого подростка чрезмерное влияние оказывают сверстники, особенно старшие по возрасту, имеющие опыт антисоци­ального поведения. У большинства таких подростков в структуре личности доминируют отрицательные качест­ва: лень, безволие, безответственность, конформизм, не­чуткость, агрессивность и т. п.

Как правило, для трудновоспитуемых подростков ха­рактерно отрицательное отношение к учебе, которое, в конечном счете, противопоставляет их коллективу клас­са, школы, училища и т. п. Начало этого противопоставле­ния лежит в мотивах учебной деятельности. Если для большинства детей в учебном процессе преобладают познавательные мо­тивы, то для проблемных подростков в этом же процессе преобладает мотив принуждения. Это усугубляет конфликтные отношения неуспеваю­щего подростка с коллективом класса и педагогами, порождая в его пове­дении явление негативизма и бравады.

В нормальных условиях процесс усвоения моральных и правовых норм поведения заканчивается в подростковом возрасте (к 14—16 годам). Это обстоятельство учитывается законодателем, который установил частич­ную уголовную ответственность (за убийство, кражи, грабежи, разбои, из­насилования и другие опасные преступления) с 14 лет и полную уголов­ную ответственность за все преступления, предусмотренные уголовными законами, — с 16 лет.

Личность «трудового» подростка, прежде всего, характеризуется низким уровнем социализации и отражает пробелы и недостатки в трех основных сферах его воспитания: в семье, в школе (ПТУ) и на производстве. С дру­гой стороны, на личность трудного подростка, как правило, излишне боль­шое влияние оказывает особая сфера — улица, двор, «уличная группа с от­рицательной направленностью».

Под трудновоспитуемостью, прежде всего, понимают негативизм и со­противление педагогическим воздействиям, которое может быть обуслов­лено самыми разнообразными причинами, далеко выходящими за рамки педагогической и социальной запущенности.

В процессе развития ребенок переживает определенные кризисные пе­риоды, характеризующиеся качественно новыми скачками в развитии его психики и организма, приводящие к формированию определенных психо­логических новообразований.

В силу характера преступности несовершеннолетних на первое место при изучении данного явления выдвигается проблема личности преступника. Успех профилактической деятельности органов внутренних дел во многом зависит от того насколько всесторонне и глубоко изучена личность несовершеннолетнего преступника. Можно было бы избежать многих ошибок, если бы практические органы в центр своего внимания и профессиональных усилий всегда ставили личность, а не только условия ее жизни или иные влияния на нее. Это в полной мере относится к несовершеннолетним преступникам.

Главное при рассмотрении личности несовершеннолетнего преступника - возраст. С этим связаны определенные биологические, психологические и психические изменения в структуре личности. Как отмечал М.Н.Гернет, возрастом обусловлен определенный уровень развития сил, интеллекта, влечений, поскольку “физически” становится возможным совершение определенных преступлений". Процесс социализации человека начинается с раннего возраста. По словам И.С.Кона, “человек с самого раннего детства начинает усваивать роли, которые формируют его личностные качества”[35] . В детстве человек складывается как общественное существо, у него развиваются интеллект, умение анализировать и обобщать окружающие явления, способность предвидеть возможные последствия своих поступков; вырабатываются волевые качества: настойчивость, целеустремленность, самоконтроль, активность, инициатива; формируются самосознание, чувство собственного достоинства, стремление к самостоятельности. Все это связано с криминологическим изучением личности несовершеннолетнего.

Возрастное изменение личности не является причиной и не увязывается однозначно с динамикой основных жизненных отношений. Сохранность основных жизненных отношений сочетается с изменчивостью личности на протяжении жизни под влиянием событий, обстоятельств и т.д. Кроме хронологического возраста, различают психологический, педагогический и физический возраст, причем все они между собой не совпадают, что приводит к внутренним конфликтам личности, которые могут иметь и криминогенный характер­. Вообще, “так называемого среднестатистического возраста реально не существует... Общие закономерности подросткового возраста проявляют себя через индивидуальные вариации, зависящие не только от окружающей среды и условий воспитания, но и от особенностей организма или личности”. Г.М.Миньковский предостерегает от возведения общевозрастных свойств несовершеннолетних в степень криминогенных "[36] .

Обращение к характеристике личности несовершеннолетних, совершивших преступления, имеет своей задачей определение качеств и свойств, отличающих совершивших преступление от сверстников законопослушного поведения. В связи с этим прин­ципиальное значение имеет вопрос о роли общевозрастных осо­бенностей в правонарушающем поведении несовершеннолетних. Как известно, старшему подростковому и юношескому возрасту присущи неполнота сформированности собственных нравствен­ных установок, недостаток жизненного опыта, повышенная эмо­циональность, внушаемость, зависимость поведения от оценок ближайшего окружения. Рассмотрение возрастных особенностей как собственно криминогенных, способных породить преступ­ное поведение, безосновательно. И не только потому, что соот­ветствующие качества характерны для возрастной группы в це­лом, а преступления совершает лишь относительно небольшая ее часть. Отмеченные характеристики могут выражаться как в правомерных, так и в противоправных поступках. Определяю­щую роль здесь играет формирующаяся система ценностей лич­ности, собственная социальная практика, образцы поведения, усвоенные в семье и ближайшем окружении. Свойственные же возрасту особенности лишь усиливают значение средовых влияний, поскольку внутренняя сфера личности еще не сформирована окончательно.

Необходимо отметить, что значительно чаще, чем взрослые, несовершеннолетние совер­шают преступления в группе (примерно в 2 раза), что связано с типичностью для возраста в целом группового характера пове­дения. Поэтому наиболее характерно совершение преступлений со сверстниками, совместно проводящими свободное время. Та­кими группами совершается около 80% от общего числа группо­вых преступлений несовершеннолетних. Даже преступные груп­пы несовершеннолетних, объединенные сравнительно продол­жительной преступной деятельностью, имеющие определенную иерархию и другие признаки, присущие организованной преступ­ной группе, обычно трансформируются из досуговых группиро­вок сверстников[37] .

Пожалуй, из совершаемых в группе преступлений ни одному из значимых в структуре преступности несовершеннолетних виду не может быть отдан приоритет: кражи, грабежи, разбои, изнаси­лования, хулиганство являются групповыми с равной частотой.

Около четверти преступлений совершается несовершенно­летними совместно со взрослыми. Однако взрослые соучастни­ки — часто почти сверстники самих несовершеннолетних. Вов­лечение же несовершеннолетних в преступную деятельность представляет собой особо высоколатентное явление и данными статистики отражается крайне редко.

Низкий, по сравнению с преступностью в целом, уровень ре­цидива среди несовершеннолетних традиционно отмечался в ли­тературе. При этом в качестве характеристики рецидива рассмат­ривался так называемый легальный рецидив. Его уровень в пре­ступности несовершеннолетних действительно невысок и ныне составляет около 5 — 7%. Однако если новое осуждение лица, ра­нее осуждавшегося за совершение преступления (легальный ре­цидив), в рамках 4-летнего возрастного периода (14—18 лет) сохраняет известную исключительность, то совершение нового преступления несовершеннолетним, ранее совершившим преступ­ление (рецидив в криминологическом смысле), напротив, явление, чрезвычайно распространенное. Достаточно типичным является совершение подростками многоэпизодных краж, грабежей, раз­боев. По отдельным делам число преступлений, совершенных несовершеннолетними и остающихся долгое время латентными, доходит до 30 — 50 и более. Нередко за менее тяжкими следует совершение преступления большей общественной опасности.По выборочным данным, около 70% осужденных за корыстные пре­ступления несовершеннолетних на момент привлечения к уго­ловной ответственности совершили несколько преступлений[38] .

Таким образом, в центре внимания внутренней картины преступления подростка находится его личность, в процессе изучения которой необходимо выде­ление психологических детерминант антиобщественного поведения на различных этапах его формирования. Практика показывает, что знание психологических особенностей подростков способствует правильному решению задач расследования преступлений и их профилактики. Работники правоохранительных органов, используя эти знания, обес­печивают правильную диагностику личности несовершеннолетнего, ин­дивидуальный подход к нему, выбор и применение наиболее соответ­ствующих ситуации приемов профилактики и т. д.

Необходимо отметить, что личность трудного подростка прежде всего характеризуется низким уровнем социализации и отражает пробелы и недостатки в трех основных сферах его воспитания: в семье, в школе и на производстве. Кроме того, на личность трудного подростка, как правило, излишне большое влияние оказывает микросоциальное окружение: улица, двор, уличная группа с отрицательной на­правленностью.

§ 1. 5. Половозрастные характеристики несовершеннолетних, совершивших преступления

Исследователи постоянно отмечают, что удельный вес лиц мужского пола среди несовершеннолетних преступников всегда существенно выше (90-95%) их удельного веса в населении данной возрастной группы, проживающих в соответствующих регионах (48-52%). Доля девушек, совершающих преступления (6-10%), наоборот значительно меньше их удельного веса в населении.

Существенно также и то, что удельный вес лиц женского пола в преступности несовершеннолетних в 3-4 раза меньше по сравнению с аналогичными показателями взрослой женской преступности. Однако надо учитывать, что противоправная активность в совершении общественно опасных деяний у девушек тоже достаточно высока, но главным образом до достижения ими возраста уголовной ответственности.

По статистическим данным, удельный вес лиц женского пола среди несовершеннолетних, состоящих на профилактическом учете в органах милиции, всегда примерно в 2-2,5 раза выше удельного веса их среди несовершеннолетних, совершивших преступления. Еще выше он среди девушек, совершающих правонарушения и правонарушения и поставленных на внутришкольные, внутриучилищные учеты (25-30%). Каждая третья проститутка является несовершеннолетней. Нередко они выступают в роли наводчиц, соучастниц в кражах, грабежах, вымогательствах, мошенничестве и даже убийствах.

Многими исследователями отмечается более высокий, по сравнению с юношами, процент преступлений, совершаемых девушками в трезвом состоянии, в одиночку, в жилых помещениях, а не на улице. Их преступления носят более скрытый характер, менее дерзки и опасны. У девушек несколько иная, чем у юношей видовая структура преступлений. Наиболее часто они совершают кражи денег, ценностей, вещей.

Выборочные исследования свидетельствуют, что половину всех общественно опасных и иных асоциальных деяний, как в целом, так и практически по всем отдельно учитываемым составам, несовершеннолетние совершают в возрасте до 16 лет. Каждое четвертое правонарушение совершают лица, не достигшие 14-летнего возраста. Только в части употребления спиртных напитков 16-17 летние занимают доминирующее положение среди всех подростков, выявленных по этому основанию.

Среди преступников наибольший удельный вес (36-40%) всей совокупности совершаемых преступлений составляют лица в возрасте 16 лет. Максимальный удельный вес этой возрастной группы отмечен почти по всем составам преступлений. Исключения зафиксированы по кражам государственного и общественного имущества, хищениям огнестрельного оружия и боеприпасов, где доминируют 14-летние, а также по угонам авто-мотосредств, где явно преобладают 17-летние.

На протяжении ряда лет отмечается рост удельного веса среди несовершеннолетних 14-15-летних преступников с 19 % в период 66-70 гг. до 29 % в период 91-93 гг. По таким видам преступлений, как изнасилования, грабежи, кражи личного имущества, несовершеннолетними совершается каждое третье-четвертое преступление.

В структуре преступлений и иных общественно опасных деяний, совершаемых несовершеннолетними всех без исключения возрастных групп, наибольший удельный вес составляют различного рода хищения. Это особенно относится к 11-13-летним, но характерно и для подростков более старшего возраста. В возрасте 14-16 лет все больший вес приобретает употребление спиртных напитков. У 17-летних в структуре преступных деяний существенно выделяется по удельному весу хулиганство.

§ 1. 6. Социально - демографические характеристики несовершеннолетних преступников

Среди совершивших преступления несовершеннолетних устойчиво преобладают лица старшей возрастной группы. Несмотря на отмеченное омоложе­ние преступности несовершеннолетних, доля 16 — 17-летних составляет около 2/3 от числа подростков, осужденных за совер­шение преступлений. Однако этот показатель не должен рассмат­риваться как ориентирующий сосредоточение предупредитель­ной деятельности именно на старших несовершеннолетних. Не­достатки в нравственном, правовом воспитании, профилактике правонарушений детей и младших подростков детерминируют, наряду с другими факторами, повышенную распространенность правонарушений уголовно-правовых норм в юношеской группе несовершеннолетних.

Доля лиц женского пола среди совершивших преступления несовершеннолетних сравнительно невысока: по данным МВД РФ, она составляет 7-9%. Неслучайно поэтому на практике преступность несовершеннолетних традиционно рассматривается как проблема юношеской преступности. Однако выборочные ис­следования обнаруживают в последние годы увеличение доли девушек, совершивших преступления; в ряде регионов она дос­тигает показателей, близких к доле женской преступности (до 15 — 20%). Причем несовершеннолетние женского пола ныне со­вершают не только такие «традиционные» для них преступле­ния, как кражи, мошенничество, но и все чаще становятся участ­ницами хулиганства, тяжких преступлений против личности, грабежей и разбоев, в том числе и в группах, состоящих исклю­чительно из лиц женского пола.

Изучение несовершеннолетних, совершивших преступления по месту жительства, показывает, что доля городских жителей среди них составляет 75%, а сельской местности - 25 %. Указанные различия зависят от социально-экономических условий, а также от традиций и обычаев, исторически сложившихся в деревне и в городе[39] .

Более значительная доля несовершеннолетних преступников­ проживающих в городе, связана с ослаблением социального контроля, нерациональным использованием свободного времени, специфическими трудностями в обеспечении принципа неотвратимости наказания за совершенное преступление­. Однако на современном этапе процессы урбанизации, миграции сводят на нет различия между городом и деревней. Происходит интенсивное внедрение городского образа жизни в деревни, последние перерастают в поселки городского типа либо исчезают. В связи с этим наблюдается более быстрый рост сельской преступности по сравнению с городской, ­ кроме того­ все больше и больше селян совершают преступления в городе, что именуется “городской” преступностью.

Общая характеристика несовершеннолетних, совершивших преступ­ления в России, представлена в таблице 6 (См. в Приложении).

По данным таблицы 6 построим рисунки 6-8.

Рисунок 6. Доля несовершеннолетних, совершивших преступления по половому признаку

Рисунок 7. Доля несовершеннолетних, совершивших преступления по возрасту

Рисунок 8. Доля несовершеннолетних, совершивших преступления по роду занятий

Из приведенных данных можно сделать вывод о том, что доля девушек среди несовер­шеннолетних преступников в России относительно стабильна — 7-9% без выраженной тенденции (доля женщин среди преступников всех воз­растов 11-15%). Доля 14-15-летних среди несовершеннолетних пре­ступников в России - 32,8% в начале 90-х гг. и 28-30% - в начале 21 века. Их криминальная активность, разумеется, ниже, чем 16-17-летних. Доля рабочих и работников сельского хозяйства среди подростков, так же как и среди всех лиц, совершивших преступления, неуклонно снижается, что легко объяснить сокращением этих категорий в населении страны.

Доля же лиц, не имеющих постоянного источника доходов, выросла с 1991 по 2004 г. с 23 до 42,3%. Таким образом, около половины подрост­ков, совершивших преступления в конце 90-х гг. относятся к числу «ис­ключенных».

В юридической литературе часто указывается на взаимосвязь образовательного уровня и личности преступника. По этому признаку можно судить о потенциальных возможностях личности несовершеннолетнего правонарушителя в исполнении им своих социальных функций, зависящих в определенной степени от уровня его культуры, интересов. Говоря об уровне образования несовершеннолетних преступников, надо заметить, что он более низкий, чем у сверстников.

Принципиально различается распространенность преступле­ний в группах несовершеннолетних, выделенныхпо роду занятий: среди учащихся школ она ниже примерно в 3,5 — 4 раза, чем среди обучающихся в ПТУ; примерно в 10 раз — чем среди ра­ботающих несовершеннолетних. Наивысшей преступной актив­ностью характеризуется группа неработающих и неучащихся, где преступления совершаются примерно каждым пятым. «Вклад» этой группы в преступность несовершеннолетних в настоящее время уже превысил соответствующий показатель не занятых общественно полезной деятельностью в преступности в целом[40] .

Исследования экспертов[41] показывают, что именно неработающие и неучащиеся подростки обычно связаны с криминальной средой; ими совершается значительная часть тяжких, предумышленных преступлений несовершеннолетних; признанные до достижения 18 лет хроническими алкоголиками и наркоманами лица. как правило, нигде не работали и не учились. Вероятно, именно кри­минологический аспект проблемы незанятости несовершенно­летних способен привлечь к ней в ближайшее время серьезное внимание общества. Сегодня же можно отметить чрезвычайно высокую латентность, практическое отсутствие взаимного обме­на информацией по этому вопросу между субъектами воспита­ния и профилактики, низкую эффективность мер социальной помощи, контроля и предупреждения правонарушений среди не­учащихся и неработающих подростков.

Совершившие преступления несовершеннолетние проживают, как правило, в родительской семье. Сузившаяся в последние годы практика переезда подростков в крупные населенные пункты для учебы в ПТУ и работы в профилактическом отношении положи­тельна. Индивидуальная миграция несовершеннолетних снижает возможности воспитательного воздействия, социальный контроль, повышает риск негативных влияний на личность и поведение. Соответственно знание субъектами профилактики особенностей семейной ситуации подростков-правонарушителей, воспитатель­ных возможностей семьи, оказание помощи родителям (как и при­менение к ним в необходимых случаях предусмотренных зако­ном мер воздействия) значения никак не утрачивают.

В последние годы доля воспитывающихся в неполных семь­ях среди совершивших преступления сокращается, приближаясь к общестатистическим показателям. Типичной становится не структурная неполнота, а так называемое «семейное неблагопо­лучие» — недостатки воспитания, обусловленные личностными характеристиками и отношением к воспитательным обязаннос­тям со стороны родителей или заменяющих их лиц.

Особенности семейной ситуации, условий жизни и воспита­ния несовершеннолетних, находящихся в детских домах, интернатах, у родственников-опекунов, весьма специфичны. Про­филактические достижения практики в отношении этих групп более чем скромны, в то время как распространенность преступ­ности намного превышает общую среди несовершеннолетних. Так, по данным Прокуратуры РФ, в течение первого года после выхо­да из детского дома преступления совершают около 20% их вос­питанников5 . В теоретическом плане проблема предупреждения преступности несовершеннолетних, проживающих вне родитель­ской семьи, также пока ожидает своих исследователей.

Таким образом, подводя итоги, можно сделать вывод о том, что с криминологической точки зрения, особое значение имеет изучение семейного положения несовершеннолетних преступников. Это вполне понятно, ибо в семье формируются социально значимые качества личности и свойственные ей оценочные критерии. Исследования показывают, что более 2/3 несовершеннолетних преступников воспитывались в семьях, где постоянно присутствовали ссоры, скандалы, взаимные оскорбления, пьянство и разврат. Каждого 8-10 рецидивиста, вставшего на преступный путь в раннем возрасте, в пьянство и совершение преступлений вовлекли родители, старшие братья, близкие родственники[42] . Кроме того, неблагополучная семья оказывает негативное влияние не только на собственных членов, но и на других подростков, с которыми дружат их дети. Таким образом, происходит процесс “заражения” подростков, не принадлежащих непосредственно к данной семье. Характерные особенности имеет и круг общения несовершеннолетних правонарушителей. В основном это - ранее судимые, злоупотребляющие спиртными напитками, наркотиками.

§ 1. 7. Детерминанты преступности несовершеннолетних

Причины преступности и условия, ей способствующие, объединяются общим термином детерминации преступности, т.е. объ­ективной зависимости причинной обусловленности ее от других явле­ний природы и общества[43] .

Факторы, порождающие преступность в обществе, детерми­нируют и преступность несовершеннолетних. Механизм же их действия в отношении рассматриваемой возрастной группы спе­цифичен в силу общевозрастных психологических особеннос­тей, своеобразия социального статуса несовершеннолетних. Для этого возраста характерны неокончательная сформированность собственной системы ценностей, повышенная зависимость по­ведения от оценок и мнений ближайшего окружения, его эмо­циональность, неспособность критически оценить свои действия и поступки других.

Процессы и явления политического, экономического, идеологичес­кого, культурно-воспитательного, демографического, социально-пси­хологического характера, происходящие в обществе, главным образом и детерминируют поведение человека, определяют сущность и характер этого поведения. Названные процессы, определяя в самой общей форме условия жизни в обществе, придают своеобразие (в зависимости от кон­тингента, территории и т.п.) деятельности по обучению и воспитанию детей и подростков, формированию их личности, существенно влияют на характер межличностного общения граждан в семье и обществе. При определенных условиях именно они детерминируют и такие негатив­ные явления, как повышенный уровень заболевания и смертности, раз­воды, жестокое обращение с окружающими людьми, самоубийства, пьянство, проституция, наркомания, которые входят в комплекс соци­альных факторов, обусловливающих отклоняющееся, в том числе пре­ступное поведение[44] .

В России давно стало системой производить материальные затраты на развитие и воспитание, охрану здоровья детей и подростков по оста­точному принципу. Причем положение в данной сфере ежегодно ухуд­шается. Существенно уменьшены объемы бюджетного финансирова­ния на детские дошкольные и медицинские учреждения, общеобразо­вательные школы, число их катастрофически сокращается, помещения передаются коммерческим организациям. Кризис в экономике привел к тому, что отрасли обслуживающей сферы постоянно снижают объемы предоставляемых семьям социальных услуг. Они становятся практи­чески недоступными из-за их платности и роста цен. Дети не могут по­сещать клубы, спортивные секции, кружки, отдыхать в оздоровитель­ных лагерях и санаториях. В итоге их досуговая среда все чаще приобретает криминальные формы. Растет заболеваемость детей и подростков. Только 14% из них сегод­ня практически здоровы, половина имеет значительные отклонения в состоянии здоровья, 35% страдают хроническими заболеваниями. Это существенно ограничивает возможности несовершеннолетних в выбо­ре профессии, самостоятельном и бытовом обустройстве, ведет к пси­хическим расстройствам и противоправному поведению. Среди несо­вершеннолетних, осужденных в 2002 г. за совершение преступлений, более 23% имели отклонения в психическом здоровье, зафиксирован­ные медицинскими работниками[45] .

Эти, как и ранее приведенные данные о явном неблагополучии, кри­зисе российского общества, доказывают, что несовершеннолетние ока­зались в положении, когда государство должным образом не может обеспечить реализацию их основного конституционного права на вы­живание и развитие.

Криминологами достаточно полно проанализирован криминоген­ный характер этих процессов. Они создают негативные условия для жизни, воспитания детей и подростков, для возникновения острых меж­личностных конфликтов граждан в семье и вне ее, и тем самым способствуют совершению преступлений несовершеннолетними, а также со­вершению преступлений против них. К их числу исследователи причин преступности относят также: значительную социальную дифференциацию населения по уровню материальной обеспеченности, социальному статусу (в том числе и по происхождению); нарушения принципов оп­латы труда и потребления денежных, иных материальных благ (жизнь не по средствам, низкая или уравнительная оплата труда и др.); разли­чия в характере и содержании обучения, воспитания, труда отдельных групп населения, определяющие как реальные различия их сегодняш­них позиций в жизни общества, так и различия этих позиций на бли­жайшую перспективу; процессы разрушения семей, сопровождающие­ся существенными изменениями традиционных родственных отноше­ний, в том числе по воспитанию детей; отягощенность алкоголизмом, нервно-психическими, хроническими заболеваниями отдельных групп населения, включая родителей, иных лиц, ответственных за воспитание детей и подростков, сопровождающиеся нагнетанием жестокости в межличностных отношениях; противоречия между субъективным стремлением детей и подростков к самостоятельности и объективным сужением ее реальных границ с помощью мер, применяемых институ­тами социализации (семьей, школой и др.); противоречия между духов­ными и особенно материальными потребностями граждан и реальными возможностями их удовлетворения; низкий уровень правовой культу­ры, значительные деформации нравственного и правового сознания отдельных групп населения; традиционное осуществление основных вос­питательных и профилактических функций лицами, не имеющими не­обходимой профессиональной подготовки в этой области; недостаточ­ное ресурсное и кадровое оснащение сферы жизнедеятельности обще­ства, специализированной для проведения целенаправленной работы по исправлению и перевоспитанию правонарушителей и др.[46]

Специфичность воздействия перечисленных, как и иных социаль­ных процессов и явлений, на поведение детей и подростков, а также на поведение взрослых в отношении несовершеннолетних заключается в более опосредованном через ближайшее окружение характере их пози­тивного и негативного влияния.

Необходимо отметить, что условия жизнедеятельности несовершеннолетних также от­личны от взрослых. Контакты с социальной средой сужены: семья, школа, дружеское окружение их почти исчерпывают. При этом не только родительская семья, но и учебный коллектив определяют­ся по общему правилу, не зависящими от самого подростка об­стоятельствами. Первичная социально-профессиональная диффе­ренциация (выбор продолжения обучения, вида и конкретного учебного заведения либо поступления на работу) во многом чаще всего определяется внешними обстоятельствами. Специфику воз­растного статуса дополняют и противоречивые социальные ожи­дания: ответственность, самостоятельность предполагаются при со­хранении материальной зависимости, роли воспитуемого[47] .

Как известно, воздействие социальной среды на преступное поведение осуществляется как в сфере формирования личности, так и в условиях конкретной ситуации, определяющей превраще­ние возможности совершения преступления в действительность. При совершении преступлений отдельных видов и групп в правонарушающем поведении отдельных категорий несовершенно­летних значение обстоятельств ситуативного характера различно. Так, глубоко деморализованные, неоднократно совершавшие про­тивоправные поступки чаще сами создают ситуацию конфликта. Другой пример: известно, что немалая часть корыстных преступ­лений, совершаемых покинувшими семью или воспитательное учреждения несовершеннолетними младшей группы, совершает­ся для удовлетворения потребности в пище, теплой одежде, т. е. при существенной роли внешних, ситуативных факторов. Однако в целом в преступности несовершеннолетних, как уже отмечалось, роль обстоятельств ситуативного характера не является определя­ющей. Соответственно центром внимания субъектов профилак­тики должна быть сфера формирования личности.

В несовершеннолетнем возрасте преобладающее воздействие на личность оказывает микросреда (семейное окружение, друзья, приятельские компании). Воздействие на личность широкой со­циальной среды, институтов общества в целом существенно опосредуются ею. Данные исследований показывают, например, что предпочтение определенных форм досуга у несовершеннолетних правонарушителей зависит прежде всего не от собственного же­лания, а от выбора, сделанного ближайшим окружением, дружес­кой компанией; представление о досуге как праздности, о почти неразрывной связи свободного времени с употреблением алко­гольных напитков основывается на демонстрируемом в семей­ном окружении. Влияние микросреды дополняет воздействие воспитательно-образовательных учреждений (школы, ПТУ, тех­никума), длительные и непосредственные контакты с которыми поддерживает (или поддерживал) практически каждый несовер­шеннолетний, трудовых коллективов (в отношении работающих подростков). Семья, ближайшее окружение сверстников, школа не исчерпывают, конечно, связей с обществом ни одного конкретно­го лица несовершеннолетнего возраста, однако, по общему пра­вилу, личность каждого формируется под их воздействием[48] .

Микросреда испытывает на себе влияние общества, являясь его частью. Однако в силу относительной обособленности, само­стоятельности она может культивировать нормы поведения, тра­диции, прививать навыки и привычки, отличные от одобряемых обществом. Такая микросреда рассматривается как криминоген­ная. Для несовершеннолетних правонарушающего поведения кон­такты с криминогенной средой типичны; до 90% совершивших преступления подростков ранее испытывали ее воздействие.

Ведущая роль в формировании личности несовершеннолет­них принадлежит семье.Ее влияние продолжительно, осуществля­ется с самого раннего детства, поэтому стереотипы поведения, нормы общения, принятая в семейном окружении система цен­ностей усваиваются очень прочно и приобретают обычно лично­стный характер.

При всем многообразии факторов семейного неблагополучия выделение обстоятельств, объективно затрудняющих воспитание (структурная неполнота семьи, материальные, жилищные пробле­мы и т. п.) и обусловленных личностной позицией родителей, их отношением к воспитанию (пьянство, скандалы, безразличное от­ношение к детям, отказ от выполнения воспитательных функций, правонарушающее поведение в быту) показывает, что собствен­но криминогенное значение имеют субъективные факторы, а объективные лишь способны усугубить их проявление.

Те или иные дефекты внутрисемейной обстановки имеют место в значительной части семей. Специфика же неблагополу­чия родительских семей несовершеннолетних правонарушителей состоит в том, что типичным является наличие комплекса взаи­мосвязанных негативных характеристик. Примерно в 40% этих семей способом разрешения внутренних конфликтов являются скандалы, драки; почти в 35% — злоупотребляют алкоголем; до 80 — не выполняют функции надзора за детьми; члены каждой четвертой семьи подростков-правонарушителей привлекались к уголовной ответственности[49] .

Существенным отличием последних лет от предыдущих стало зна­чительное увеличение размеров социального сиротства детей, когда складывается обстановка, при которой они оказываются или чувствуют себя брошенными при живых родителях. Все чаще дает о себе знать так называемое скрытое сиротство, которое распространяется под влияни­ем ухудшения условий жизни значительной части семей, падения нрав­ственных устоев, следствием чего, в свою очередь, становится измене­ние отношения к детям, вплоть до полного вытеснения их из семей.

В итоге более 160 тыс. детей воспитывается сегодня в различных го­сударственных учреждениях и около 90% из них имеет родителей, ко­торые или уклоняются от выполнения своих обязанностей, или лишены родительских прав, либо находятся в местах лишения свободы. Каждый год выявляется дополнительно около 100—120 тыс. детей и подростков, оставшихся без попечения родителей.

Семья является необходимой средой нормального формирования и развития личности: психофизиологического, интеллектуального, нравственного. Дети, лишенные семьи, как правило, страдают теми или иными психофизиологическими аномалиями. В отдельных слу­чаях, к сожалению, семья может оказаться более травмирующим фактором, нежели сиротство.

Исследования психологов и психофизиологов показывают, что нежелательность беременности крайне отрицательно сказывается на формирующейся психике будущего ребенка. Отрицательное эмоцио­нальное состояние матери формирует особую гормональную, биохи­мическую среду, которая препятствует нормальному развитию эмб­риона. Следствием этого нередко оказываются такие криминогенные качества человека, как хроническая нервозность, подозрительность, эмоциональная напряженность, неосознанное ожидание агрессии со стороны окружающих. Указанные свойства личности подчас обу­словливают немотивированную (упреждающую) агрессию — совер­шение насильственных преступлений.

В раннем детском возрасте ребенку требуется постоянный контакт с матерью: визуальный, слуховой, эмоциональный. Ребенку необходимо слышать разговор близких, добрые слова, видеть их улыбки, ему требу­ется, чтобы его брали на руки. Последний аспект очень важен для нор­мального развития психики. Когда мать не имеет возможности общать­ся с ребенком, это негативно влияет на развитие его эмоциональной сферы - отрицательные эмоции могут приобрести устойчивый, доми­нирующий характер. Известны случаи, когда причиной устойчивых на­рушений детской психики оказывалось то, что родители надолго остав­ляли детей одних в доме, запирали их в темных комнатах.

Сложнейший аспект семейной педагогики – сохраняется равнове­сие между жесткими и мягкими мерами, положительными и отрица­тельными стимулами. Набалованный ребенок, каждое желание кото­рого родители и родственники спешили выполнять, часто становится нравственным уродом- Он мучает окружающих к сам не способен приобрести удовлетворенность и счастье в этом мире.

Грубость и жестокость родителей могут сформировать внешне по­слушного и исполнительного человека, который на уровне подсозна­ния имеет колоссальный заряд зла, обиды и агрессивности. Все это при случае изливается на более слабых.

Серьезный аспект криминогенности семьи — утрата связи между детьми и родителями. Родители перестают пользоваться у детей авто­ритетом, между ними утрачивается доверительность. Ребенок стано­вится практически неуправляемым. Главная причина утраты связи между детьми и родителями — дефицит общения. Причем время — не единственная характеристика объема общения. Главное, чтобы дети и родители «были настроены на одну волну», чтобы у них были об­щие интересы и взаимоуважение. В процессе воспитания и тем и дру­гим постоянно приходится поднастраиваться друг под друга. Иногда этот процесс идет легко, но бывают и кризисные периоды. Идеально, если их удается спрогнозировать и подготовиться к ним. В любом случае преодоление таких кризисов - сложнейшая творческая педа­гогическая задача. Если родители не могут или не хотят тратить вре­мя и силы на ее решение, это оказывается отправной точкой отчуж­дения.

Кризисная семья становится все более значительным фактором риска и неблагополучия детей. По официальным данным МВД только в сфере профилактического воздействия органов милиции сегодня нахо­дятся 113 тыс. родителей, отрицательно влияющих на поведение детей, среди них 30% систематически злоупотребляют спиртными напитками, 40% устраивают скандалы, ведут антиобщественный образ жизни[50] .

О явном неблагополучии семейного воспитания свидетельствуют и другие данные. До 70% всех детских травм имеют семейно-бытовой ха­рактер[51] . В отношении «формально благополучных» семей, имеющих скрытые дефекты в выполнении воспитательных функций, не про­являющиеся в очевидных характеристиках поведения их членов, профилактическая деятельность осложнена объективно. Однако в настоящее время среди семей несовершеннолетних, совершив­ших преступления, преобладают семьи с достаточно ярко выра­женной социально-негативной личностной и педагогической позицией родителей. Типичной для подростков — правонаруши­телей -продолжает оставаться семья, демонстрирующая и приви­вающая антиобщественные привычки, взгляды, потребности, не обеспечивающая контроля, эмоциональной поддержки и защиты от внешних негативных влияний и в силу этого вынуждающая подростка идти на поиск понимания и участия вне семейной среды (до 60% родительских семей несовершеннолетних, совершивших преступления).

В последние годы осложнил положение совершеннолетних и обо­стрил характер внутрисемейных отношений рост в стране числа безра­ботных, беженцев и вынужденных переселенцев. Практически все они испытывают не только материальные и бытовые трудности, но находятся в крайне тяжелом морально-психологичес­ком состоянии, отражающемся на характере их поведения.

Социальная несостоятельность родителей, аморальный образ жизни, рост алкоголизации, особенно женщин, привели к увеличению числа детей, находящихся в опасных для них условиях жизни, к невротизации большой массы населения в целом, к нарастанию конфликтности взаимоотношений во всех сферах жизнедеятельности граждан. Все это ведет к семейной патологии.

Вот иллюстрация сущности феномена семейной патологии: «Тот выходной день начался как обычно - вся семья напилась. И мать и род­ная сестра, и 12-летняя Любка, 8-летний Колька и Витек. Не пили толь­ко два его маленьких братика, А жили они у бабушки Витьки - в сво­ем доме дрова и уголь давно кончились, свет отключили... У бабушки, правда, вместо электричества коптила керосинка - электролампочка перегорела, на новую не было денег... Первый класс Витек так и не за­кончил. Во сколько лет он первый раз попробовал спиртное, теперь сказать трудно. Но судя по тому, что его родные братья 4 и 6 лет были пьяны, когда работники приезжали в неблагополучную семью, можно сказать, что где-то лет с пяти он пристрастился к выпивке... Когда од­носельчане, напоив Витька и Кольку, ночью совершили над ними на­силие, никто не пошел заявлять в милицию». После такой прелюдии вполне понятными становятся истоки насилия и агрессивности: «Дед неподвижно лежал на полу и не дышал. Витек начал бить его палкой, а Любка и Колька пинали ногами. Били долго... Витек взял топор, уда­рил деда по шее»[52] .

Ученые подчеркивают[53] , что динамика структуры преступности несовершеннолетних и в отно­шении несовершеннолетних напрямую связана с невовлеченностью детей и подростков в общественно полезную деятельность. Ежегодно в совершении преступлений участвует до 4—5 тыс. несовершеннолетних, официально признанных безработными, свыше 1 тыс. из них не имеют постоянного места жительства.

Среди всех категорий населения в последние годы в стране интен­сивно возрастает слой людей, для которых основная цель жизни сводит­ся к достижению материального благополучения, к наживе любыми способами. Труд утратил для них общественную ценность и значи­мость, стал носить прагматичный характер — больше получать благ и привилегий и меньше работать. Циничная позиция таких лиц приобре­тает все более открытые и воинствующие формы, отравляет сознание основной массы населения и прежде всего детей и подростков, порож­дает бездуховность и скептицизм, толкает к совершению корыстных и иных преступлений.

Проанализируем криминогенные группы несовершеннолетних. В старшем подро­стковом и юношеском возрасте общество сверстников выпол­няет чрезвычайно важные функции: обеспечивает эмоциональ­ный комфорт, является основой межличностных отношений, ин­формационным каналом. Признание в среде сверстников субъек­тивно особенно значимо в этом возрасте. Полноценное товари­щеское, дружеское общение несовершеннолетних правонаруша­ющего поведения с «благополучными» сверстниками сужено. Обычно несовершеннолетние правонарушающего поведения ус­танавливают контакты с лицами, имеющими сходные проблемы, трудности, одинаковый, почти не ограниченный объем свобод­ного времени. По мере углубления непонимания и конфликтов в других сферах жизнедеятельности субъективное значение тако­го общения возрастает. Поэтому и при расхождении собствен­ных взглядов, оценок с позицией группы подростки предпочита­ют солидарность с ней. Отмечено, что криминогенные группы сверстников не только являются базой формирования антиоб­щественных взглядов и установок, взаимного «обогащения» негативными привычками и навыками, не только служат психо­логической опорой для самооправдания при совершении право­нарушений («как все»), но и непосредственно вовлекают в анти­общественное поведение[54] .

Поведение большинства дворовых, уличных компаний отли­чает проявляющаяся в различной степени криминогенная де­формация. По выборочным данным, около 20% их членов не ис­ключают возможности добывания денежных средств преступ­ным путем, более 60% — рассматривают насилие как возможный способ разрешения конфликтов, а 30% — постоянно прибегают к нему на практике, более половины — всегда решают конфлик­ты с другими группами путем применения силы.

Имеющиеся данные позволяют сделать вывод о связи глуби­ны деформации группового поведения, во всяком случае, со сле­дующими характеристиками: предшествующее правонарушаюшее поведение отдельных членов группы; нравственная и правовая характеристика лидера, ядра группы; общественно по­лезная занятость ее членов; теснота контактов. Случаи соверше­ния преступления предполагают, конечно, уголовно-правовое воз­действие, изоляцию криминального ядра, части группы. Однако разобщение криминогенных группировок как профилактичес­кая мера малоэффективно: на их месте возникают новые, содер­жание поведенческих характеристик несовершеннолетних это не меняет, поэтому более перспективным является комплекс мер по переориентации групп. Так, по исследовательским данным, до 3/4 их участников согласны были бы заняться в свободное вре­мя какой-либо полезной для окружающих деятельностью, хотя инициативы в этом не проявляют.

Криминологическое значение недостатков в деятельности вос­питательных институтов (школы в широком смысле слова) со­стоит в том, что они, будучи специально предназначенными для выполнения функций обучения и воспитания несовершеннолет­них, реализуют их неполно либо не оказывают необходимого вли­яния, компенсирующего недостатки семейного воспитания и про­тиводействующего негативным воздействиям в среде неформаль­ного общения. В качестве криминологически значимых проблем школы отмечаются: недостаточное знание особенностей личнос­ти учащихся, источников отрицательного влияния на них, педаго­гические ошибки при использовании методов воспитания, недо­оценка различий «стартовых» (начальных) условий обучения и недостаточная помощь в их выравнивании, невнимание к про­фессиональной ориентации подростков и юношей и др. Профи­лактические резервы педагогических коллективов остаются нере­ализованными и потому, что школа склонна исключать предуп­реждение правонарушений из круга своих задач, в том числе и в силу отсутствия прямого нормативного предписания. Соответствен­но педагоги, по общему правилу, не уделяют должного внимания ранней профилактике правонарушений, индивидуально-предуп­редительную работу с состоящими на учете в милиции (осужден­ные условно или с отсрочкой исполнения приговора и т. п.) рас­сматривают как стороннюю функцию. В действительности же при­меняемые специализированными субъектами меры способны лишь дополнить, а не заменить общее воспитание[55] .

Исследования правонарушающего поведения несовершенно­летних, продолживших обучение после школы (ПТУ, техникума) показывают[56] , что отмеченные недостатки характерны и для учеб­ных заведений других типов. Что же касается работающих под­ростков, то воспитательно-профилактическая деятельность в тру­довых коллективах, еще недавно (пусть не во всех случаях) ока­зывавшая определенное влияние на формирование их личности и поведения, сейчас почти повсеместно свернута. При общем снижении объемов, уровня безвозмездной общественной деятель­ности, при росте безработицы внепрофессиональные проблемы работающих подростков все в большей степени становятся пред­метом внимания лишь специализированных (профессиональных) субъектов профилактики.

Отмеченное выше свидетельствует о типичности связей не­совершеннолетних правонарущающего поведения с криминоген­ной средой, об устойчивости таких связей. Преобладающая часть совершивших преступления подростков испытывала негативное воздействие со стороны семьи, в ближайшем бытовом окруже­нии при явной недостаточности (неуспешности) компенсирую­щего и коррегирующего воздействия субъектов общего воспита­ния и профилактики. Значение этого обстоятельства для профи­лактики трудно переоценить, поскольку личность и поведение субъекта практически не могут быть устойчиво изменены без воздействия на среду, продолжающую оказывать влияние на не­совершеннолетнего в процессе взаимодействия с ним.

Таким образом, подводя итог разделу, можно сделать вывод о том, что детерминантами преступности несовершеннолетних является следующее:

1. Неудовлетворительные условия воспитания детей в семье. Еже­годно около 50 тыс. граждан представляются к лишению родитель­ских прав. Органами МВД взято на учет 113 тыс. родителей, отрицательно влияющих на поведение детей (употребляют спиртное и наркотики, бьют супругов и детей, подают отрицательный пример). 70% всех детских травм - семейно-бытового характера. Ежегодно из-за жестокого обращения кончают жизнь самоубийством порядка 2 тыс. детей и подростков, около 30 тыс. детей уходят из семьи, 25-27 тыс. детей становятся жертвами преступ­ных посягательств, почти столько же пропадают без вести[57] .

2. Недостаточная помощь родителям в воспитании детей со сторо­ны школьных педагогов, специалистов МВД и общественности. Ре­формы педагогической и правоохранительной систем, инициирован­ные в 1991 г., были ориентированы на ликвидацию воспитательной функции школы и профилактической функции милиции. Жизнь по­казала ошибочность и порочность этого курса реформ. Сейчас ука­занные функции постепенно восстанавливаются, однако далеко не во всех регионах удается сделать это на должном уровне.

3. Низкий уровень воспитательной работы в школах, неподготов­ленность педагогических кадров к проведению эффективной воспи­тательной работы с трудными детьми, неадекватное стимулирование этой деятельности.

4. Распад семей, приводящий к тому, что ежегодно остается без одного из родителей 500 тыс. детей. Этот процесс усугубляется рос­том ранней смертности родителей, влекущим рост сиротства. В Рос­сии примерно 400 тыс. семей, где дети с одним отцом; примерно 5 млн семей с матерью, без отца (всего семей в стране порядка 12 млн.). Около 300 тыс. детей, рожденных вне брака[58] . Криминогенность данных процессов обусловлена тем, что вероятность стать пре­ступником в неполной семье возрастает почти в три раза.

5. Безработица, обнищание семей, неспособность родителей обес­печить детей полноценным питанием и одеждой. Бедная семья прак­тически утрачивает способность защищать детей от негативных вли­яний окружающей среды, в значительной мере она сама становится криминогенным фактором.

6. Приобретение массового характера уклонения детей от получе­ния образования в начальной и средней школе, раннее начало трудо­вой деятельности, которая в большинстве случаев носит теневой, полукриминальный или криминальный характер. Ежегодно бросают учебу около 60 тыс. детей.

7. Обнищание родительской семьи, безработица либо неполучение зарплаты родителями и значительные заработки детей в теневом и криминальном бизнесе исключают положительное отношение к чест­ному труду. В семьях, где малолетние дети содержат родителей, по­следние, как правило, утрачивают авторитет и оказываются неспособ­ными выполнять какие-либо позитивные педагогические функции.

8. Начавшие раннюю трудовую жизнь дети, обычно оказываются отрезанными от духовной жизни, физической культуры, спорта, здо­рового досуга и, вообще, здорового образа жизни. Через достаточно короткий срок они практически утрачивают способность к духовно­му развитию.

9. Идеологический вакуум после развала коммунистического ре­жима, ликвидации пионерских и комсомольских организаций в зна­чительной мере заполнился криминальной идеологией, культом на­силия, индивидуализма, корысти и цинизма.

10. Социальное расслоение, значительный разрыв в материальном обеспечении детей — выходцев из различных социальных групп (причем, если среди взрослых вуалирование несправедливости соци­ального распределения облегчается легендами о том, что наиболее богаты те, кто приносит больше пользы обществу, то единственная заслуга обеспеченных детей в том, что их родители богаты — а ничто не оказывает такого сильного криминогенного воздействия, как не­справедливость: она рождает зависть, переходящую в ненависть и аг­рессию, а также нейтрализует нравственные запреты при соверше­нии хищений).

11. Пороки социальной политики государства, деградация систе­мы здравоохранения влекут рост физических и психических заболе­ваний среди детей, различные психические аномалии, которые мож­но было бы скорректировать в раннем возрасте, из-за недостатка медицинского обслуживания приобретают устойчивый характер. Впоследствии они оказывают влияние на мотивацию преступного поведения.

12. Разрушение сети государственных организаций, обеспечиваю­щих культурный досуг подростков, которая была достаточно разви­той в советское время, коммерциализация в этой области сделали нормой жизни многих подростков бессмысленное времяпровождение на улицах, в подъездах, на чердаках и в подвалах. Все это оказы­вается благотворной почвой для развития наркотизма, употребления спиртного, беспорядочной половой жизни, изнасилований. Занятия в секциях борьбы заменяются групповыми драками.

Глава 2 . Профилактика преступности несовершеннолетних

§ 2.1. Понятие и система профилактики преступности несовершеннолетних

Идея о том, что предупреждение преступности должно иметь приоритет перед карательной политикой государства, была выс­казана в глубокой древности (IV в. до н. э., Платон), но ее прак­тическое воплощение произошло сравнительно недавно. Эта идея получила правовую аргументацию в работах юристов класси­ческой школы уголовного права (XVIII в.), которые заложили основу новой политики в борьбе с преступностью. Ее суть зак­репилась в короткой формуле: «Мудрый законодатель предуп­редит преступление, чтобы не быть вынужденным наказывать за него».

Прежде чем перейти непосредственно к рассмотрению системы профилактики преступности несовершеннолетних, необходимо предварительно уделить внимание общим положениям предупреждения преступности. Под предупреждением преступности буквально понимается предохранение людей, общества, государства от преступлений, а в более точном смысле – система государственных и общественных мер, направленных на устранение или нейтрализацию, ослабление причин и условий преступности, удержание от совершения преступлений и коррекцию поведения правонарушителей[59] .

По признаку целеполагания принято выделять общесоциальное (или общее) и специальное предупреждение преступности. В случае общесоциального предупреждения речь идет о том, что общее совершенствование различных сфер общества (экономических, социальных, политических), решая различные задачи, одновременно благоприятно воздействует на нейтрализацию роста преступности и даже на ее уменьшение. В отличие от общесоциальных, специальные предупредительные меры осуществляются целенаправленно в интересах предупреждения преступности (то есть здесь проходит различие по признаку цели). Однако более заметным признаком отличия общесоциального предупреждения от специального выступает участие специальных субъектов – органов, организаций, учреждений для которых предупреждение преступности является одной из основных целей деятельности.

В зависимости от масштаба применения различают меры предупреждения 1) общегосударственные, относящиеся к большим государственным группам 2) меры предупреждения, относящиеся к отдельным объектам или микрогруппам 3) индивидуальные. По содержанию меры предупреждения преступности могут быть экономическими, политическими, социальными, организационно-управленческими, культурно-воспитательными, правовыми и иными.

Каково соотношение понятий “профилактика” и “предупреждение” преступности? Анализ содержания этих понятий и литературы позволяет утверждать, что в плане общесоциальных мер борьбы с преступностью эти понятия являются синонимами. Выбор же термина “профилактика” для названия работы, а не “предупреждение”, объясняется, во-первых, довольно устойчивой тенденцией использования этого термина в криминологической литературе, и, во-вторых, сложившейся традицией законодателя: принятием в 1999 г. после серии президентских Указов и федеральных программ “отраслевого” для данного рода деятельности Федерального Закона “Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних”.

Однако в плане специального предупреждения преступности эти понятия не являются равнозначными: здесь профилактика выступает лишь одной из стадий предупреждения преступности. Сама профилактика, представляет собой меры по выявлению, устранению, нейтрализации, замещению (компенсации) причин и условий преступлений. Другими стадиями предупреждения преступности являются предотвращение и пресечения преступности. Под предотвращением понимается деятельность, направленная на недопущение замышляемых или подготавливаемых преступлений, а под пресечением – деятельность, обеспечивающая прекращение уже начатых преступлений на стадии покушения, либо последующих эпизодов при длящихся или так называемых серийных преступлениях[60] .

Как уже говорилось выше, главным нормативным актом, регулирующим деятельность по профилактике преступности несовершеннолетних является Федеральный Закон от 24 июня 1999 года № 120-ФЗ “Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних”. В соответствии с этим законом в стране складывается вся система профилактики. Применение этого закона на практике обеспечивается принятием на федеральном уровне специальных программ, утверждаемых постановлениями Правительства РФ. Так, например, 25 августа 2000 г. было принято постановление № 625 “О федеральных целевых программах по улучшению положения детей в Российской Федерации на 2001-2002 годы”, среди которых важное место занимает “Профилактика безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних (2001-2002 годы). Профилактические функции реализуют не только нормативные акты, направленные непосредственно на профилактику преступности несовершеннолетних, но и акты в сфере образования, социальной защиты, оказания медицинской и психологической помощи, трудоустройства. Традиционное общесоциальное предупредительное воздействие оказывают нормы уголовного права.

Учитывая, что в соответствии с п. б ч. 1 ст. 72 Конституцией РФ обеспечение законности, правопорядка относится к совместному ведению РФ и ее субъектов, на местном уровне принимаются законы и иные нормативные акты, регулирующие вопросы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних. Нужно отметить, что законодательство многих субъектов Российской Федерации в этой сфере опережает развитие федерального законодательства, как по уровню затрагиваемых вопросов, так и по соответствию происходящим в обществе изменениям. Так, например, в г. Москве 27 апреля 2001 г. был принят Закон № 20 “О комиссиях по делам несовершеннолетних и защите их прав”, в то время как на федеральном уровне еще действует постановление Президиума Верховного Совета СССР от 14 декабря 1966 года N 556-VII "О Примерном Положении о комиссиях по делам несовершеннолетних".

Какова складывающаяся на основании рассматриваемого Федерального Закона система профилактики преступности несовершеннолетних? Прежде всего, объектами мер ее воздействия являются несовершеннолетние, находящиеся в социально опасном положении вследствие безнадзорности, беспризорности, нахождения в обстановке, не соответствующей требованиям воспитания или содержания, а также вследствие совершения правонарушений или антиобщественных действий (ст. 1 закона). Субъектами этой системы в соответствии со ст. 4 Федерального Закона “Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних” являются комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав, органы и учреждения социальной защиты населения, образования, по делам молодежи, здравоохранения, внутренних дел, опеки и попечительства и службы занятости.

Несколько слов необходимо уделить каждому из этих названных субъектов профилактики. В соответствии со ст. 11 названного закона Комиссии по делам несовершеннолетних (далее - КДН), образуемые органами местного самоуправления, являются одним из основных институтов, обеспечивающих защиту прав и интересов несовершеннолетних. Основная задача КДН – предупреждение безнадзорности, правонарушений и антиобщественных действий этой возрастной группы населения. Эта задача должна достигаться путем организации контроля за условиями воспитания, обучения, содержания несовершеннолетних, применения мер воздействия в отношении несовершеннолетних и их законных представителей. На практике основное время в работе КДН уделяется рассмотрению дел о правонарушениях несовершеннолетних, подготовке материалов, представляемых в суд по вопросам, связанным с содержанием несовершеннолетних в учебно-воспитательных учреждениях закрытого типа, рассмотрению представлений органов образования об исключении несовершеннолетних из учреждения общего образования. Социальные функции КДН заключаются в оказании помощи в трудовом и бытовом устройстве, социальной реабилитации несовершеннолетних, нуждающихся в государственной помощи.

Необходимо отметить, что сами комиссии не имеют прямых полномочий в борьбе с правонарушениями несовершеннолетних и свои функции они выполняют, прежде всего, посредством осуществления координации с другими организациями, занимающимися “неблагополучными” подростками, которые были поставлены на учет комиссией по делам несовершеннолетних. Как было указано выше, деятельность КДН регулируется Постановлением Президиума Верховного Совета СССР от 14 декабря 1966 года N 556-VII "О Примерном Положении о комиссиях по делам несовершеннолетних".

Вторым элементом системы органов профилактики преступности несовершеннолетних являются органы социальной защиты (ст. 12) – это территориальные центры социальной помощи, психолого-педагогической помощи, центры экстренной психологической помощи (телефоны доверия). Главная особенность этих органов заключается в том, что они в большей степени нацелены на проведение индивидуальной содержательной профилактической работы с безнадзорными и беспризорными несовершеннолетними, с теми, кто оказался в трудной жизненной ситуации. В эту работу входит и бесплатное оказание социальных услуг, тесное сотрудничество с семьей, помощь в организации досуга несовершеннолетних и т.д. Нормативную основу деятельности органов социальной защиты составляют Федеральный Закон от 10 декабря 1995 г. 195-ФЗ "Об основах социального обслуживания населения в Российской Федерации", постановления Минтруда РФ от 19 июля 2000 г. N 52, 53, 54 об утверждении методических рекомендаций по организации деятельности государственных (муниципальных) учреждений "Центр социальной помощи семье и детям", "Центр психолого-педагогической помощи населению", "Центр экстренной психологической помощи по телефону".

Третьим элементом системы профилактики являются специализированные учреждения для несовершеннолетних, нуждающихся в социальной реабилитации. Особенность этих учреждений заключается в том, что они оказывают срочную экстренную помощь несовершеннолетним, оказавшимся в трудной жизненной ситуации преимущественно на “стационарной” основе (в то время как органы социальной защиты на “амбулаторной” основе). К таким учреждениям относятся а) социально-реабилитационные центры, б) социальные приюты, обеспечивающие временное проживание детей, в) центры помощи детям, оставшиеся без попечения родителей. Деятельность этих учреждений помимо Закона “Об основах системы профилактики…” регулируется постановлением Правительства РФ от 27 ноября 2000 г. N 896, утвердившего примерные положения о социально-реабилитационном центре для несовершеннолетних, о социальном приюте для детей и о центре помощи детям, оставшимся без попечения родителей.

Следующим элементом профилактики являются учреждения образования и органы управления образованием (ст. 14 закона). К компетенции этих институтов относится: введение и реализация методик, направленных на формирование законопослушного поведения; проведение комплексных психолого-медико-педагогических обследований для определения необходимых форм обучения и воспитания; выявление детей, пропускающих занятия, и помощь по получению образования; помощь семьям в воспитании и обучении детей; организация отдыха и досуга несовершеннолетних. Нормативными актами, регулирующими деятельность органов и учреждений образования являются Федеральный Закон от 13 января 1996 г. N 12-ФЗ "Об образовании", Типовое положение об общеобразовательном учреждении, утвержденное постановлением Правительства от 19 марта 2001 г. № 196, Типовое положение об образовательном учреждении для детей дошкольного и младшего школьного возраста, утвержденные постановлением Правительства РФ от 19 сентября 1997 г. № 1204.

К учреждениям образования, ответственным за профилактические функции также относятся детские дома и школы-интернаты для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения. Их деятельность регулируется ст. ст. 145-150 Семейного кодекса РФ, Типовым положением об образовательном учреждении для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, утвержденным постановлением Правительства РФ от 1 июля 1995 г. N 676.

Особенную роль среди учреждений образования в деле индивидуальной профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних имеют специальные учебно-воспитательные учреждения открытого и закрытого типа органов. В открытые учебно-воспитательные учреждения принимаются дети по постановлениям КДН в целях проведения их психолого-медико-педагогической реабилитации (фактически перевоспитания). В учреждения же закрытого типа, имеющие более строгий режим, принимаются несовершеннолетние, которые за совершение общественно-опасных деяний были освобождены от наказания в порядке ст. 92 УК РФ, или не достигли возраста уголовной ответственности, либо в силу отставания в психическом развитии не могли в полной мере сознавать общественную опасность своих действий (бездействий) и руководить ими. В учреждениях закрытого типа также проводится психолого-медико-педагогическая реабилитация несовершеннолетних. Деятельность данных учреждений регулируется Типовым положением о специальном учебно-воспитательном учреждении для детей и подростков с девиантным поведением, утвержденным постановлением Правительства от 25 апреля 1995 г. № 420.

Пятым элементом профилактики преступности несовершеннолетних являются органы и учреждения по делам молодежи, учреждения культуры, спорта, туризма, молодежные объединения, другие общественные организации и движения. В пределах своей компетенции они участвуют в организации воспитания, отдыха, досуга и занятости несовершеннолетних. Основными задачами органов по делам молодежи является координация деятельности молодежных организаций, оказание им финансовой поддержки на конкурсной основе (ст. 17 Закона). Нормативной основой деятельности этих субъектов профилактики является федеральные законы от 19 мая 1995 г. N 82-ФЗ "Об общественных объединениях", от 28 июня 1995 г. N 98-ФЗ "О государственной поддержке молодежных и детских общественных объединений", Типовое положение об образовательном учреждении дополнительного образования детей, утвержденным Постановление Правительства РФ от 7 марта 1995 г. N 233 и многие другие.

Деятельность шестого элемента системы профилактики - органов управления и учреждений здравоохранения (ст. 18 закона), - в последнее время становится все более существенной. В условиях неуклонного роста психических отклонений, алкоголизации и наркотизации, социальная роль оказания психиатрической и наркологической помощи, осуществления лечебно-восстановительного лечения существенно возрастают. Нормативными актами в этой сфере деятельности является закон РФ от 2 июля 1992 г. N 3185-I "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании”, приказы Минздрава РФ от 23 августа 1999 г. N 327 "Об анонимном лечении в наркологических учреждениях (подразделениях)", от 5 мая 2000 г. N 148 "О создании организационно-методического центра Минздрава России по медико-социальной помощи несовершеннолетним с проблемами развития и поведения", от 20 апреля 2001 г. N 124 "О федеральных целевых программах по улучшению положения детей в Российской Федерации на 2001-2002 годы" и многие другие.

Седьмым элементом профилактики преступности несовершеннолетних являются органы и учреждения внутренних дел, среди которых ведущими являются подразделения органов внутренних дел по делам несовершеннолетних (ст. 21 Закона – далее ОППН). Среди многочисленных функций ОППН особенно выделяются две. Прежде всего, это проведение индивидуальной профилактической работы с теми несовершеннолетними, которые находятся не просто в трудной жизненной ситуации, а представляют общественную опасность для общества. К таковым закон относит: несовершеннолетних, употребляющих наркотические средства или психотропные вещества без назначения врача, либо употребляющих одурманивающие вещества; совершивших административное правонарушение, как до, так и после достижения возраста, с которого наступает административная ответственность; освобожденных от уголовной ответственности или не подлежащих ей по разным основаниям; обвиняемых или подозреваемых, в отношении которых не была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. К компетенции ОППН также относится профилактика рецидивной преступности: эти органы должны работать с несовершеннолетними, освобожденными от отбывания наказания или получивших отсрочку отбывания наказания или исполнения приговора по разным основаниям; освобожденных от наказания за совершение преступления с применением принудительных мер воспитательного воздействия; осужденных условно или осужденных к наказаниям, не связанных с лишением свободы; освобожденных из учреждений уголовно-исполнительной системы, или вернувшихся из специальных учебно-воспитательных учреждений закрытого типа, если они в период пребывания в них допускали нарушения режима и (или) после освобождения (выпуска) находятся в социально опасном положении и (или) нуждаются в социальной помощи и (или) реабилитации. Кроме того, ОППН обязаны проводить работу с законными представителями, не исполняющими своих обязанностей по воспитанию указанных выше категорий несовершеннолетних.

Второй, может быть еще более важной функцией ОППН является выявление лиц, вовлекающих несовершеннолетних в совершение преступления и (или) антиобщественные действия.

Среди органов внутренних дел профилактическую роль выполняют также центры временной изоляции для несовершеннолетних правонарушителей (фактически играющих роль изоляторов временного содержания или приемников-распределителей). Кроме того, задачи профилактики решают и подразделения криминальной милиции ОВД, к компетенции которых относится предотвращение, пресечение преступлений, выявление несовершеннолетних правонарушителей или групп, состоящих из них, а также лиц этой возрастной группы, входящих в организованные преступные группы и преступные сообщества. Нормативными актами, регулирующими деятельность указанных органов внутренних дел, являются Закон РФ от 18 апреля 1991 г. N 1026-I "О милиции", постановление Правительства РФ от 7 декабря 2000 г. N 926 "О подразделениях милиции общественной безопасности", приказ МВД РФ от 11 августа 1998 г. N 490 "Об утверждении нормативных актов о деятельности органов внутренних дел по предупреждению преступлений" (п.п. 8.1-8.8, 15.4-15.6).

Вспомогательными элементами профилактики преступности несовершеннолетних являются органы опеки и попечительства и органы служб занятости. Эти элементы профилактики названы вспомогательными, так как их деятельность в профилактике носит преимущественно распорядительно-контрольный характер, не связанный с содержательной работой с несовершеннолетним и (или) его семьей.

Центральным органом, координирующим деятельность министерств и ведомств по профилактике безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних является Межведомственная комиссия по делам несовершеннолетних при Правительстве РФ, положение о которой было утверждено постановлением Правительства от 5 июня 1994 г. № 646[61] . На уровне многих субъектов РФ созданы не только комиссии субъектов РФ по делам несовершеннолетних, но и также окружные комиссии (например, в соответствии со ст. 4 Закона г. Москвы от 27 апреля 2001 г. № 20 “О комиссиях по делам несовершеннолетних и защите их прав”).

В систему профилактики преступности несовершеннолетних также входит и прокуратура РФ, которая в соответствии с 1, 8, 10 и другими статьями Федерального Закона от 17 ноября 1995 г. № 168-ФЗ “О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации “О прокуратуре Российской Федерации” выполняет, во-первых, осуществляет надзор за соблюдением прав и свобод несовершеннолетних, а во-вторых, координирует деятельность правоохранительных органов по борьбе с преступностью несовершеннолетних.

Деятельность каждого из субъектов этой группы имеет об­щегосударственную нормативную основу, регулируется и ведом­ственными актами, однако большинство из них было принято, по сути, в другую историческую эпоху, не основывается на совре­менных криминологических представлениях и объективно не может учитывать нынешние реалии: распространенность правонарушающего поведения, его общественную опасность, типич­ные особенности характеристики личности, поведения подрост­ков. Так, Положение о комиссиях по делам несовершеннолетних было утверждено Указом Президиума Верховного Совета РСФСР в 1967г.; позже изменялось и дополнялось. Они создавались, прежде всего, как территориальные органы координации профи­лактики и правового воспитания. Впоследствии основное содер­жание их деятельности по преимуществу стало сводиться к при­менению в отношении несовершеннолетних принудительных воспитательных мер; другие функции либо частично компенси­ровались иными субъектами, либо оставались нереализованны­ми, причем преимущественно по объективным обстоятельствам. Однако и в современных условиях, когда очевидна неконститу­ционность внесудебного применения мер, связанных с серьез­ными правоограничениями, без гарантии права на защиту, необ­ходимость в обеспечении взаимодействия субъектов профилак­тики в регионах, помощи учебно-воспитательным учреждениям в организации предупреждения и ряд других функций комиссий значения не утрачивают. Переход профилактических функций к более широкому кругу государственных и негосударственных структур, к приоритету раннепрофилактических мер еще только начинается[62] .

§ 2. 2. Понятие ранней профилактики преступности несовершеннолетних

При рассмотрении вопроса о предупреждении преступности выше были выделены три ее стадии: профилактика, предотвращение, предупреждение. В то же время сама профилактика преступности, как писал Аванесов Г.А., состоит из двух форм: ранней и непосредственной профилактики. Эти формы отличаются друг от друга по двум критериям: времени, “отделяющим лицо от момента возможного совершения преступления” и степенью “социальной испорченности” личности[63] . Выделение этих двух форм профилактики вызвано, прежде всего, необходимостью более успешного предупреждения преступлений, а сама дифференциация связана с участием разных субъектов и применением различных методов работы при ранней и непосредственной профилактики преступности. Если, например, ранняя профилактика использует методы охранения, “сбережения” лица от негативного воздействия, создания условий для позитивного воспитания, развития личности, то непосредственная профилактика – преимущественно методы коррекционные. В западной криминологии ранней профилактике соответствует термин primaryprevention, под которой понимается улучшение физической и социальной окружающей подростка социальной среды, а непосредственной профилактике – secondaryprevention, заключающейся во вмешательстве в жизнь подростков, групп, находящихся в состоянии склонности к деликвентности[64] .

Анализ норм упомянутого Федерального Закона “Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних” позволяет сделать вывод, что он направлен преимущественно на непосредственную профилактику безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних. В ст. 5 этого Закона указаны категории лиц, в отношении которых проводится индивидуальная профилактическая работа: это безнадзорные и беспризорные, несовершеннолетние, употребляющие наркотические средства или психотропные вещества, лица, совершившие правонарушения и т.д. Названных лиц объединяет одно – то, что все они находятся в крайнем социально опасном положении. В то же время, норм, направленных на предотвращение появления этих социально опасных положений в законе нет. Поэтому, в литературе с позиций эффективности справедливо встречается критика данного закона. Например, в статье Незвановой О. этот закон, несмотря на всю гуманность, назван репрессивным, так как формы работы согласно закону направлены на ограничение, запрещение, надзор, контроль в то же время не предусматривает создание условий, не допускающих общественно опасного поведения, условий, восстанавливающих нравственное здоровье детей[65] . Цитирующийся в этой статье д.юр.н. Колосов Ю. полагает, что закон производит слишком большое сужение круга несовершеннолетних и оснований работы с ними, в то время как всем 36 миллионам детей нужно внимание, что в профилактике должна превалировать образовательная и воспитательная часть, а не надзорная.

В отличие от федерального законодательства, законодательство некоторых субъектов федерации пошло немного по другому пути, более эффективному: существенному уделению внимания и проблемам ранней профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних. В общей системе предупреждения преступности ранняя профилактика преступности несовершеннолетних относится к общесоциальным культурно-воспитательным мерам. Как указано в учебнике по криминологии под общей редакцией Долговой А.И.[66] , по содержанию меры предупреждения преступности подразделяются на экономические, политические, социальные, организационно-управленческие, культурно-воспитательные, правовые и иные. Под культурно-воспитательными мерами авторы упомянутого учебника по криминологии понимают “разнообразные усилия по утверждению в жизни общества идей добра и справедливости, законов высокой нравственности, по устранению явлений моральной безнормативности и деградации, эффективному противостоянию так называемой массовой культуре, пропаганде эгоцентризма, насилия, жестокости, сексуальной распущенности”[67] . К названным культурно-воспитательным мерам необходимо также отнести и усилия по формированию правовой культуры и правосознания, осуществляемыми, прежде всего, учреждениями среднего общего образования.

Действие культурно-воспитательных мер как мероприятий по ранней профилактике преступности несовершеннолетних построено на действии принципа замещения негативного позитивным, так как криминологию интересуют не только “криминогенные обстоятельства, (способные порождать преступление и преступность) но и антикриминогенные (препятствующие такому порождению)”[68] . Постановка акцентов на одном или другом обстоятельстве соответственно и формулирует разные подходы к политике профилактики преступности. Первый, условно называемый “нейтрализующий” подход ориентируется на нахождение ответов на приблизительно следующие вопросы: “Можно ли воспитывать своих детей так, чтобы предупредить в будущем их конфликты с законом? Можно ли их так воспитывать, чтобы выработался своего рода иммунитет ко злу, к нарушениям закона? Можно ли, наконец, воспитать детей так, чтобы они в будущем не попали в “группу риска” и не стали жертвой преступления”, - как их формулирует, например, Мельникова Э.Б. в начале своей книги[69] . Второй подход, условно называемый “позитивным” может ставить следующие вопросы: “Можно ли воспитать детей, имеющих социально-полезные потребности и интересы? Можно ли их воспитать трудолюбивыми, отзывчивыми, правильно понимающими слова и поступки других людей? Можно ли воспитать их так, чтобы всегда, несмотря на возможные трудные жизненные обстоятельства, они были бы готовы следовать своим нравственным и правовым убеждениям?” Предлагаемые в работе культурно-воспитательные меры ранней профилактики преступности относятся преимущественно именно к этому второму “позитивному” подходу.

При рассмотрении предложенной концепции ранней профилактики преступности несовершеннолетних может возникнуть оправданный вопрос о том, не выходят ли данные представления из предмета криминологии, вступая в сферу действия других наук? Действительно, в уже цитированном учебнике по криминологии указывается, что криминолог не является универсальным специалистом и в его задачу и компетенцию входит лишь “анализ изменений преступности; выявление того, что непосредственно (выделено у авторов) стоит за преступностью, ее изменениями… По мере того как криминолог углубляется в анализ экономической, политической и других сфер жизни общества, он начинает сотрудничать с другими специалистами, и в свою очередь они разрабатывают конкретные пути устранения причин и условий, детерминирующих преступность”[70] . В то же время в этом же учебнике четко выражена мысль о том, что выявление во взаимосвязи различных явлений и процессов, непосредственно порождающих преступность, является областью, присущей только криминологии[71] .

И тут возникает проблема изучения “непосредственной” причины. Найти ее для криминолога часто не составляет труда, после чего перед ним открывается некая более “отдаленная” от преступления причина, которая в свою очередь сама является непосредственной причиной к первой причине, а потом обнаруживается еще более “дальняя” и т.д. Поэтому, исходя из предложенной выше концепции предмета криминологии, при встрече с “дальней” причиной криминолог должен передать ее изучение и профилактику к психологии, педагогике, философии. Однако, допустив такую посылку, можно сразу увидеть ее недостатки. Педагог-психолог, занимающийся “фамилистикой”, и показывающий, какие факторы приводят к негативному воспитанию ребенка, не занимается тем же самым в отношении школы. Ученый, специализирующийся на проблемах образования и трудных школьниках, не занимается негативным воздействием на ученика факторов макроуровня и т.д. Единственным, кто изучает эти сферы жизни и их воздействие на детерминацию преступного поведения в совокупности, является криминолог. И ему совершенно ненужно, как правильно было сказано выше, быть специалистом во всех названных областях, но что криминологу под силу, так это синтезировать результаты исследований в разных сферах, обращая внимание не только на “непосредственны” причины, но и “дальние”. И только при таком подходе профилактика преступности может быть более или менее эффективной.

Таким образом, в соответствии с излагаемой концепцией под ранней профилактикой преступности несовершеннолетних понимается целенаправленная социально-педагогическая деятельность семьи и учебных заведений дошкольного и среднего общего образования, иных государственных и общественных учреждений и организаций, направленная на предупредительное устранение риска возникновения отклоняющегося поведения несовершеннолетних посредством формирования у них здорового правосознания, социально-полезных навыков и интересов.

§ 2. 3. Ранняя профилактика преступности несовершеннолетних в семье

Основным методом правового регулирования РППН в рамках семьи является диспозитивный метод. Императивный метод, хотя и используется, занимает подчиненное значение к диспозитивному.

Само половое воспитание в школе имеет непосредственную связь с ранней профилактикой преступности несовершеннолетних. Можно сказать, что это есть ее самая ранняя стадия. В криминологии является общепризнанным, что основной причиной преступности несовершеннолетних является неблагополучие семей, в которых они воспитывались, и как следствие этого педагогическая запущенность таких несовершеннолетних. Ситуация такова, что в условиях объективного кризиса семьи, дети, часто получая на примере родителей образцы их не жизнеутверждающего, а самоутверждающегося поведения, эгоизма, высокой конфликтности, пьянства, морального разложения, крайне высокого количества разводов повторяют то же самое уже в своих собственных семьях. Все это усугубляется агрессивной массовой культурой, насаждающей преимущественно гедонистический образ жизни, крайне мало способствующий возможности нести и переносить тяготы семейной жизни, которые обязательно будут возникать. В такой обстановке школьное половое воспитание является определенной попыткой либо рационализировать сложившиеся подсознательные негативные установки подростков о семейной жизни, либо откорректировать идеалистические настроения (“уж, у меня-то в семье все хорошо будет”), показать образцы семейных отношений, которые ведут к стабильному браку и успешному воспитанию детей, прежде всего, на основе исторического опыта традиционных семейных отношений. В таком половом воспитании должен быть посвящен большой раздел собственно воспитанию детей, освещению тех традиционных ошибок, которые приводят к педагогическому риску или педагогической запущенности детей, а главный упор сделан на создании того благоприятного семейного уклада, который и является ключом к воспитанию нравственно здоровых детей.

Итогом полового воспитания в школе, его основной раннепрофилактической функцией должно стать глубокое осознание важности и огромной ответственности (вступления в брак и рождения детей, требующее от человека самоотдачи, соответствующих знаний, чуждых легкомыслия и ложной мечтательности). И через понимание этой ответственности учащийся может сам сугубо добровольно сделать для себя выбор: либо он решается на рождение детей и берет на себя несения “креста” по их воспитанию, либо принимает для себя решение не рожать детей, понимая, что это ему по силам. Ведь изучение материалов уголовных дел показывает, что педагогическая запущенность несовершеннолетнего всегда является следствием либо нежелания родителей воспитывать ребенка, либо их незнанием, как это делать, либо неимением возможности систематически заниматься воспитанием. А в основе нежелания, незнания, неимения возможности лежит (в социологическом отношении, а не в отдельных судьбах людей), прежде всего, глубинное родительское легкомыслие по отношению к рождению и воспитанию детей. Еще талантливейший Ушинский К.Д. писал: “Искусство воспитания имеет особенность, что почти всем оно кажется делом знакомым и понятным, а иногда даже делом легким, и тем понятнее и легче кажется оно, чем меньше человек с ним знаком, теоретически и практически”[72] . Дать основы теоретических и практических знаний воспитания детей и построения жизнеутверждающих семейных отношений, вызвать у учащихся добрую обеспокоенность об этом – вот профилактическая задача полового воспитания в школе.

В настоящий момент существует несколько классификаций семейного неблагополучия. Сибиряков С.Л., изучая основные разновидности неблагополучия в отношениях ребенка с родителями называет: 1) игнорирование родителями (лицами, их заменяющими) ребенка, пренебрежительное отношение к нему, заброшенность, отчужденность; 2) конфликты – взаимные непонимания детей и родителей, переходящие во временные или постоянные столкновения; 3) дурной пример членов семьи по отношению к ребенку, которые косвенно или прямо вовлекают несовершеннолетнего в девиантное поведение; 4) разрушение семьи – прежде всего, развод родителей, в большинстве случаев негативно влияющий на развитие ребенка[73] .

Другой типологией семейного неблагополучия является классификация, в основу которой положен критерий причин педагогической запущенности несовершеннолетних. В соответствии с такой типологией существуют семьи: 1) не умеющие воспитывать своих детей; 2) не желающие их воспитывать; 3) не умеющие и не желающие воспитывать[74] . Желание и умение воспитывать детей (умение не только в смысле интеллектуальных знаний и навыков, но, совокупность духовных, душевных, эмоционально-волевых качеств родителей) – сочетание, все реже встречаемое в современности. В этом отношении можно говорить о высокой вероятности педагогического риска при воспитании детей. Ситаров В.А и Маралов В.Г., например, пишут, что в воспитании детей основными трудностями являются проблемы нахождения необходимой степени психологической дистанции между ребенком и родителем и проблемы необходимого уровня контроля за ребенком[75] . Всякие недо- или пере-, в конце концов, приносят негативные результаты при воспитании ребенка, имеющие, в свою очередь, криминогенное значение.

Контроль как проявление родительской власти над ребенком ответственен за волевую сторону осуществления воспитания. К данной весьма удачной классификации типов воспитания Ситарова и Маралова следует добавить третий критерий, а именно критерий интеллектуальный или мыслительный. В воспитании “третьим” важным китом помимо чувства и воли, является мысль, идея, которая передается ребенку через воспитание.

Отчужденно-контролирующий тип воспитания сегодня довольно распространен. Это такая приблизительно семья, в которой родители (родитель) заняты профессиональной деятельностью, имеют широкий круг интересов, ребенок же осознанно или неосознанно является “приложением” к их жизни, которое необходимо контролировать и правильно воспитать, чтобы не “ударить лицом в грязь” перед обществом. Именно про такое восприятие воспитания писал Макаренко А.С.: “Есть такие отцы, да и матери, которые серьезно убеждены: чтобы дети слушались, нужно поменьше с ними разговаривать, подальше держаться, изредка только выступать в виде начальства”[76] .

Одновременно, это может быть семья, например, с жестоким отцом, основным методом воспитания которого является “крепкое слово” и ремень. В общем, это семья, в которой ребенка не любят, но держат “в черном теле”. Итогом является то, что взрослеющему человеку в такой семье неуютно, и он стремится на улицу, в компанию сверстников. Если же такой ребенок совершает преступление, то для родителей оно становится внезапным, иногда шоковым, они не понимают, чем оно бывает вызвано. Для ребенка же это вызов ханжеству родителей, акт свободы и освобождения от их гнета.

Отчужденно-безразличный тип воспитания среди преступности несовершеннолетних имеет наибольшее распространение. Он соответствует семье, в которой родители не только живут своей жизнью, но и также считающие себя свободными от всякого влияния и воздействия на ребенка. Такие родители часто не знают, где и с кем проводит свободное время их ребенок.

Тревожно-контролирующий тип в настоящее время получает большее распространение, чем раньше. Любящие родители, оправданно обеспокоенные ростом потенциальной опасности для их ребенка от окружающего мира, стараются создать вокруг него искусственную атмосферу изоляции от внешней среды. Такой ребенок, постепенно начинающий тяготиться избыточной любовью родителей, подспудно ищет свободы, но так как из-за авторитета родителей он не имеет опыта этой свободы, то при обретении ее, делает много ошибок. Например, начинает употреблять наркотики, или за компанию, чтобы показать, что он тоже не “пай-мальчик” или “пай-девочка”, участвует в хулиганском деянии или краже.

Опасность такого воспитания заключается в том, что в ребенке не развивается чувство самостоятельности, ответственности, так как он привык к тому, что за него всегда думают родители. При неблагоприятном стечении обстоятельств привычка к послушанию без одновременного развития навыка самостоятельного анализа, самоконтроля окажет недобрую службу: вместо родителей ребенок может подчиниться преступному предложению товарищей, приятелей, знакомых, случайных людей и т.д. Еще важно отметить, что такой тип воспитания одновременно формирует и виктимные черты характера ребенка.

Попустительский тип воспитания на практике может проявлять себя в двух, казалось бы, мало чего имеющих между собой общего, видах семей. Так, в одном случае родители не отвергают ребенка, любят его, но сами ведут антиобщественный или даже преступный образ жизни, и тем самым прямо или косвенно втягивают ребенка в пьянство, воровство и так далее. В другом случае правопослушные, добропорядочные родители также любят ребенка, часто даже слишком сильно, во всем потакают, балуют, исполняют все его желания, не настаивают на своей позиции в случае разногласий, в результате чего воспитывают из ребенка эгоиста. Так потерпевшая Кононенко И.В., квартиру которой обокрал несовершеннолетний Андреев В.В., (дело № 1-59/2001, л.д. 175) показала, что “ее дочь Кононенко Мария, примерно девять месяцев встречалась с молодым человеком по имени Андреев Виталий. Ей данное общение не очень нравилось, поскольку Андреев ничем не был занят и, живя с родителями в Серпухове, все время находился в Москве и постоянно названивал ее дочери. Однако, с другой стороны, она не препятствовала их общению, поскольку не хотела повредить дочери” (л.д. 175).

Наконец, последний вид воспитания, упоминающийся в классификации Маралова и Ситарова это непоследовательный тип, педагогический риск которого очень высок. Для такого воспитания характерно отсутствие какой-либо системы, оно преимущественно зависит от эмоционального настроения родителей, их отношение к детям подвержено значительным колебаниям: они то проявляют большую привязанность к детям, то меньшую; то все спускают им с рук, то строго наказывают. Жизнь по чувству, влечению сегодня начинает, по крайней мере, внешне преобладать над жизнью по разуму, по укладу, что особенно заметно в межличностных отношениях. Этим объясняется то, что родители с непоследовательным типом воспитания не могут систематически заниматься ребенком – не хватает душевных и духовных сил заниматься этим постоянно.

Особенно непоследовательность воспитания может ярко проявляться в таком важном вопросе, как наказание, которое за совершенный проступок может быть очень жестким, очень мягким, либо отсутствовать совсем. Отсутствие же в такой ситуации принципов “законности” и “неотвратимости ответственности” неблагоприятно сказывается на формировании важнейших первичных элементов в правосознании ребенка. Например, исследования американских ученых показывают, что у ребенка ни в коем случае не должно возникать ощущение, что в некоторых случаях родители могут игнорировать отклоняющееся поведение или позволять ему вести себя таким образом, тогда как в других случаях могут угрожать физическими наказаниями, не осуществляя свои угрозы. Если же это происходит, то, как пишут Бэрон Р. и Ричардсон Д., такая непоследовательность воспитания разлагающе действуют на поведение детей[77] .

Вышеприведенный краткий анализ отчужденно-контролирующего, отчужденно-безразличного, тревожно-контролиурющего и попустительского типов воспитания позволяет легко увидеть, что вместе образуют две полярных друг другу группы семей: семьи, где мало любят детей, или вообще не любят, и семьи, где, наоборот, любовь к детям сильна, однако содержит в себе нравственный изъян.

Остановимся на первом случае, когда родители ребенка любят слишком мало. Такая ситуация отчужденности в отношениях между родителями и ребенком, существования психологической дистанции между ними является наиболее распространенной в биографиях несовершеннолетних преступников.

Становится неудивительным, что агрессивные эгоцентричные подростки, выросшие в отчужденной семейной обстановке, равнодушны к бедам других, равнодушны к несправедливости (они сами в ней выросли – для них это норма), невосприимчивы к критике, испытывают проблемы в общении, безынициативны, не участвуют в общественных делах[78] . На их сознании действительно лежит как бы некоторая печать – они закрыты для нравственного духовного слышания, делания. Из всего перечисленного выше таким эгоцентрическим подросткам крайне трудно формировать позитивное правосознание, потому что одним из его важнейших элементов, как указывает Ильин И.А., является чувство социальной целостности, включенности в социум[79] , что является необходимым для добровольного принятия и подчинения себя его правовым и иным социальным нормам. У эгоцентричного подростка мало предпосылок для осознания целостности и включенности в социум из-за неразвитости диалогизма сознания.

Однако при этом неправильно было бы предполагать, что такой подросток совсем не включается в социум – реализация естественной потребности в общении (пусть даже в ограниченной, урезанной форме) происходит через включение в референтную группу таких же эгоцентричных подростков, у которых первый корень этого слова меняется с “эго” на “группо”, - появляется “группоцентризм”. Как уже хорошо исследовано в литературе[80] , сами неформальные объединения подростков строятся по семейному принципу и являются естественной формой компенсации той отчужденности и нелюбви, которые существуют в их настоящих семьях и связаны, прежде всего, с фактическим или социальным отсутствием отцов в их жизни (подробнее о криминологическом аспекте проблемы “отцовства” чуть ниже).

В то же время необходимо отметить, что отчужденный ребенок не ведет себя пассивно, но всеми доступными способами борется за право на внимание к себе. Неся в себе глубокий дефицит родительской любви, он на личном опыте вдруг обнаруживает, что если он досадит чем-либо родителю, то обеспечивает к себе его внимание. Например, есть родители, которые способны только на раздражение, больше у него ничего нет к ребенку. И дитя, вызвав родителя на раздражение, получает его внимание к себе. Родитель может его бранить, кричать, но при этом, как пишет А. Гармаев, эмоциональность ребенка, жаждущая родительского участия, будет удовлетворяться (это характерно примерно до семи лет)[81] . Привыкая таким образом вызывать к себе внимание в семье, такой же образ отношений этот ребенок переносит и в школу.

Существует обоснованное предположение, что на подсознательном уровне дети воруют для того, чтобы компенсировать какую-то душевную недостачу. Как пишет Гармаев А., переживание радости от того, что “у меня наконец-то есть то, что по праву должно мне принадлежать” (если украсть удалось) сводит на нет все педагогические попытки объяснить, что “воровать нехорошо”.[82]

В качестве предварительного вывода о криминологическом значении отчужденности необходимо говорить об исключительной чувствительности детей к эмоциональной атмосфере семье: если она напряжена, отчужденна, то психическое развитие младенца идет по пути не только психических отклонений, но и физических заболеваний. Мир для ребенка становится опасным, угрожающим, ребенок замыкается в себе и в своей референтной группе.

Американская исследовательница Най Ф. также обнаружила, что счастье в браке является ключом того, чтобы дети не оказались вовлеченными в делинквентное поведение.[83]

Неблагоприятные супружеские отношения, заканчивающиеся разводом, – это наиболее сильная форма стресса для ребенка, и чем в более раннем возрасте это происходит, тем существует большая вероятность последующего возникновения девиантного поведения. По данным Д. Баера в тех случаях, когда отец ушел из семьи до того, как ребенку исполнилось 6 лет, процент рецидива преступлений составил 39%, а если это произошло после семи лет – лишь 10%.[84] И эти данные вполне закономерны, так как ребенку для нормального развития нужно две любви, которые сами связаны друг с другом любовью жены и мужа. Одной любви матери или отца для нормального развития ребенка в большинстве случаев бывает недостаточно.

Необходимо сдержанно относится к проявляющейся тенденции стабилизации преступности несовершеннолетних, еще и потому, что основной комплекс социальных причин преступности не изменился. Прежде всего, не изменяется к лучшему и не стабилизируется соотношение брачности и разводимости. В 1998 г. на 1000 человек населения приходилось 5.8 брака и 3.4 развода, в 1999 г. – соответственно 6.3 и 3.7 (для сравнения в 1979 г. заключалось 11.1 брака и регистрировалось 4.3 развода на 1000 населения)[85] . Из-за распада семей ежегодно более полумиллиона детей до 18 лет остаются без одного родителя[86] .

Криминологическое значение воспитания несовершеннолетних в неполных семьях, возникших в результате развода, подробно исследовано в литературе[87] . Также можно заметить, что в неполных семьях агрессивное поведение детей встречается гораздо чаще, так как единственный родитель или лицо, его замещающее, не может в силу многих причин создать необходимые условия для гармонического развития ребенка, идеалом воспитания которого является полная моногамная семья с разделенными в ней функциями отца и матери[88] .

В традиционной семье гармония воспитания обеспечивалась активным участием отца и матери, что было одинаково важно. Так все действия матери, активно воспитывавшей детей в раннем возрасте, освящались авторитетом отца, не позволявшим игнорировать детям мать или манипулировать ей. Сам отец, передававший сыну трудовой опыт и воспитывавший мужественность, а дочери – представления о мужчине, необходимые для ее правильной половой социализации, тем самым выполнял крайне важные задачи. Кроме того, традиционная семья изначально была избавлена от избытка межсупружеских конфликтов, так как ее устройство изначально предполагало иерархичность отношений – безусловной главой семьи был муж.

Однако начиная с советского семейного права, утвердились демократическая модель отношений мужа и жены, представления о равенстве их прав и обязанностей. В то же время, эмансипация женщин привела к несколько неожиданным результатам: на практике оказалось, что одновременно при увеличении прав и обязанностей женщины, мужчина вместо того, чтобы занять равное с ней положение в семье, как бы самоустранился и перестал играть столь активную роль в воспитании, какую он играл раньше. На сегодняшний момент кризис “отцовства” привлек внимание и криминологии. В исследовании Двойменного И.А. и Лелекова В.А., занимавшихся изучением семей несовершеннолетних преступников, указывается, что в абсолютном большинстве случаев в таких семьях были неправильно распределены роли между супругами: женщина оказывалась перегружена многочисленными заботами.[89] В 72,9% случаев весомый вклад в воспитание детей вносила мать, и только в 29,6% - отец. Двойменный И.А. и Лелеков В.А. на основании этого приходят к закономерному выводу о том, что в воспитании детей с отрицательными последствиями преимущественную роль играет матриархальный тип семьи.

В таких матриархальных семьях (согласно устному опросу учителей и изучению литературы по социологии семьи они получают сегодня наибольшее распространение) участие отца в жизни ребенка фактически заключается только в материальном обеспечении, всем остальным занимается мать. В результате этого ребенок получает “половинчатое” воспитание – если это сын, то в нем, как правило, развивается повышенная эмоциональность (то, что передает мать от себя), слабая дисциплинированность, неправильно развитая мужественность (сочетающая в себе ложную отвагу и подлинную трусость), своеволие (как познанная возможность манипулировать матерью). Если же это дочь – то она, не получая должных правильных образцов поведения мужчины и отношения к нему, при половой социализации обладает достаточным риском возникновения либо половой распущенности, либо неудачной семейной жизни (последствием которой опять, например, будут дети, воспитывающиеся в неполной семье). Поэтому одной из самых важных задач РППН является повышение роли отца в семейной жизни и воспитании детей, восстановлении тех функций, которые он удачно выполнял в традиционной модели семьи.

Укрепившись в духовном совестливом отношении к отцу, дети намного легче смогут перенести эту семейную трагедию. Однако часто все бывает наоборот: женщина, не осознавая этого даже как следует, настраивает детей против пьющего отца, которого они потом начинают ненавидеть, что тяжело сказывается на всей их последующей жизни. Ненавидя отца, оказывая потом почему-то неповиновение матери, которая, вроде бы, так их любит, они все меньше проводят времени в семье, попадают в неформальные молодежные компании.

Таким образом, показ негативных последствий неправильного построения семейных отношений и распределения полоролевых функций, предложение более эффективных, опирающихся на отечественный традиционный опыт – это еще одна тема для школьных занятий по половому воспитанию детей, а также центров семейного консультирования и помощи. Таким был общий обзор отчужденно-контролирующих и отчужденно-безразличных типов воспитания, которых объединяет либо недостаточная любовь к ребенку, либо ее отсутствие.

Теперь необходимо уделить внимание противоположным случаям тревожно-контролирующего и попустительского типов (вместе их можно назвать условно “детоцентристскими”), когда ребенка в семье любят слишком сильно, что также имеет криминогенное значение. Нужно отметить, что массовое появление такого типа воспитания относится к периоду становления индустриального общества, когда многие европейские страны медленно, но неотвратимо пошли по пути защиты интересов ребенка, удлиняя срок обязательного обучения, отодвигая от него момент вступления в ряды профессиональных работников. Социальной эмансипации ребенка сопутствовало формирование нового “детоцентристского” восприятия семьи. В новейшей истории социальный возраст пребывания в “детстве” был удлинен на многие годы.

В современности “детоцентризм” преимущественно встречается в семьях с одним ребенком, которому собственно и уделяется вся любовь и забота родителей. Единственный ребенок в семье, будучи естественным образом в центре внимания родителей, с ранних лет ощущает чрезмерную заботу о себе. Еще Макаренко А.С. писал, что воспитать единственного сына или единственную дочь гораздо труднее, чем воспитание нескольких детей: “Даже в том случае, если семья испытывает некоторые материальные затруднения, нельзя ограничиваться одним ребенком. Единственный ребенок очень скоро становится центром семьи. Заботы отца и матери, сосредоточенные на этом ребенке, обыкновенно превышают полезную норму. Любовь родительская в таком случае отличается известной нервозностью… Очень часто единственный ребенок привыкает к своему исключительному положению и становится настоящим деспотом в семье. Для родителей очень трудно бывает затормозить свою любовь к нему и свои заботы, и волей-неволей они воспитывают эгоиста”[90] .

Макаренко вполне обоснованно полагал, что только в семье, где есть несколько детей, родительская забота может иметь нормальный характер – распределяться равномерно между всеми. Ребенок, привыкая с малых лет к тому, что он “один из…”, а не центр всего внимания, приобретает опыт взаимной связи (так необходимой для здорового правосознания!). Сама жизнь с братьями и сестрами предоставляет маленькому человеку возможность упражняться в различных видах человеческих отношений (в любви к старшему и младшему брату или сестре – это разные чувства) и не быть единственным потребителем любви и заботы. Становление единственного ребенка в семье как потребителя – это высоко вероятное следствие воспитания любящими родителями или родителем.

Помимо эгоизма вырабатывается лживость. Родители же все разрешают детям, им ничего не жаль, они не скупые. Они боятся всяких конфликтов, предпочитают семейный мир, готовы чем угодно пожертвовать, только бы все было благополучно. Очень скоро в такой семье дети начинают, как пишет Макаренко, просто командовать родителями, родительское непротивление открывает широкий простор для детских капризов, желаний, требований, движимых эгоизмом[91] . Когда же родители поймут, что сопротивление оказывать нужно, часто бывает слишком поздно.

Будучи разными типами воспитания, “отчужденное” и “детоцентристское” отношение к ребенку парадоксальным образом приводит к одним и тем же результатам: к искаженному восприятию мира исключительно через призму своего “Я”, к неразвитости диалогизма сознания в ущерб гипертрофирующейся монологичности. Все это, конечно же, не является благоприятной почвой для формирования здорового правосознания. Кроме того, как и в случае с эгоцентризмом, установлена присущая детям-эгоистам из однодетных семей более высокая агрессивность. По данным Базарова Р.А., 40% из числа опрошенных несовершеннолетних, осужденных за тяжкие насильственные преступления, воспитывались в семьях, где бы они были единственным ребенком, 34,8% - в семьях, где было двое детей, 17,3% - в семьях с тремя детьми, менее 8% - в семьях, в которых воспитывалось более трех детей.[92]

Подводя итоги этой главы можно было бы сделать несколько принципиально важных выводов и рекомендаций по ранней профилактике преступности несовершеннолетних в рамках семьи:

1. Недопущение родителями формирования развитых эгоцентризма и эгоизма детей, является главной задачей семьи. Основными условиями для этого является установление гармоничных психологической дистанции (то есть достаточной родительской любви) и контроля поведения (без допущения авторитаризма или попустительства). Однако осуществление гармоничного воспитания в семье сегодня становится все более и более затрудненным, так как вступающие в брак супруги часто сознательно или подсознательно запечатлевают негативный опыт построения семейных отношений (почерпнутый из их собственных семей).

Таким образом, одним из перспективных вариантов профилактики семейного неблагополучия является включение в систему общего образования предметов (предмета) по духовно-нравственным основам семьи, содержащие в себе компоненты психологии, культуры и традиции семейных отношений.[93]

Выдвижение такого рода рекомендации связано с тем, что сегодня существует значительная социальная потребность в таком обучении и воспитании, использующей школу как наиболее удобный для этого социальный институт. Необходимость такого курса по изучению духовно-нравственных основ семьи связана с тем, что сама семья из-за своего кризиса, ломки ее традиционных социальных механизмов (например, упадка расширенной семьи) не справляется с важной задачей передачи жизнеутверждающего опыта брачных отношений.

2. Второй по важности задачей семейного воспитания (помимо недопущения эгоизма и эгоцентризма) является его последовательность, о значении которой многократно говорилось на страницах этой главы. Самым важным в этом отношении является принцип единства слов и дел родителей. Дело в том, что наличие несоответствия между ними умаляет все попытки успешного воспитания ребенка, закладывает основы цинизма, лицемерия, лживости и других подобных им качеств. Противоречие же между словами и делами родителей в современных семьях являются очень частыми. Так, согласно проведенному школьному опросу, на вопрос: “Следуют ли родители в своей жизни тому, чего сами требуют от вас?”, - 60, 18% ответило утвердительно и 39,81% отрицательно. Нельзя не признать, что цифра в 40% является очень высокой.

3. В целях утверждения в ребенке дара свободы семье необходимо целенаправленно приучать его к труду с самого детства. Участие в помощи родителям, другим членам семьи, выполнение посильных для возраста заданий – все это, как ничто другое формирует чувство взрослости, ответственности, дисциплинированности. Само формирование этих качеств является благотворным для здорового правосознания, а также для профилактики, имеющих криминогенное значение, потребительских установок личности.

К этому вполне очевидному тезису о важности трудового воспитания можно добавить только то, что современные родители часто привлекают ребенка только к такому делу, которое, как им кажется, будет занимательным и интересным. Еще Макаренко такую позицию признавал неправильной: в трудовом усилии решающее значение имеет не занимательность, а польза и необходимость. Он писал: “Родители должны воспитывать у ребенка способность терпеливо и без хныканья выполнять работы неприятные. Потом, по мере развития ребенка, даже самая неприятная работа будет приносить ему радость, если общественная ценность работы будет для него очевидна”[94] .

4. Ранняя профилактика преступности несовершеннолетних в рамках семьи предполагает раннюю диагностику семейного неблагополучия в целях оказания своевременной поддержке семьи. Как сообщают многие авторы,[95] одной из основных проблем профилактики преступности несовершеннолетних является слишком позднее установление семейного неблагополучия, происходящее обычно только по факту совершения подростком каких-либо правонарушений или антиобщественных поступков.

Ранняя диагностика семейного неблагополучия по мере совершенствования сети государственного социального обслуживания в идеальном варианте могла бы начинаться с самого рождения в семье ребенка. Выглядеть это могло бы следующим образом. Каждая семья, в которой родился ребенок, закрепляется по месту жительства за определенным социальным работником, чья работа может быть территориально, даже вплоть до нахождения рабочего кабинета, связана с функционированием детских поликлиник. Это является наиболее удобным, так как практически все родившиеся дети ставятся на учет в поликлиниках, в детские же дошкольные учреждения ходят не все дети (если же ходят, то наблюдением за их развитием могут заниматься социальные работники уже этих учреждений).

Сама же деятельность такого “семейного” социального работника была бы преимущественно связана с диагностикой психологического развития детей и выяснения социальных условий их проживания и воспитания, консультировании семьи. Опыт такого рода работы имеется в некоторых штатах США: там одной из форм превентивной работы по месту жительства является заведение специальных психологических карт на каждого ребенка конкретного микрорайона с момента рождения с тем, чтобы своевременно осуществлять необходимые предупредительные меры на всем протяжении его взросления: в семье, детском саду, школе.[96]

С момента попадания ребенка в общеобразовательную школу функции такого “семейного” социального педагога целесообразно было бы передавать социальному работнику школы.

5. В первом пункте выводов этой главы говорилось о необходимости формирования социально-психологических основ государственной семейной политики. В то же время требуют восполнения и социально-экономические компоненты поддержки семьи. И в этом отношении следует прислушаться к мнению Бланкова А.С., Бурмистрова И.А., Крюковой Н.И., Плешакова В.А., Фокина В.М., считающих, что добросовестный труд родителей по воспитанию детей должен на законодательном уровне приравнен к наиболее важным формам высоквалифицированного общественно полезного производительного труда.[97] Например, эти авторы предлагают предоставлять адресную компенсацию всем семьям, имеющим детей, так, чтобы ее размер мог позволять одному из родителей временно не работать (в настоящее время размер компенсации и налоговых льгот совершенно неудовлетворителен). В дальнейшем, по мере возрастания бюджетных возможностей государства, эта дотация могла бы полностью компенсировать затраты времени и труда на воспитание детей в семье. Это реально позволило бы каждому родителю либо отдавать ребенка в государственное учреждение, либо самому осуществлять воспитание. “При таком подходе граждане, отказавшиеся от рождения и воспитания детей, должны в необходимом объеме постоянно и в обязательном порядке возмещать обществу расходы по воспитанию подрастающего поколения”[98] .

При этом некорректным является мнение о том, что такая помощь порождает социальное иждивенчество – воспитание детей это труд, и труд тяжелый. Само появление такой идеи масштабной поддержки семьи неслучайно. Сегодня в обществе отчетливо проявляются люди, создающие семьи и несущие груз основных забот, и те, кто не рожает детей, или рожает только одного ребенка. Данная ситуация отлична от прошлых лет, когда создавали семьи и рожали детей практически все население. Авторы “Актуальных проблем профилактики…” пишут: “Сегодня существует принцип, нарушающий социальную справедливость, когда люди, родившие ребенка, сразу приобретают весьма обширные и тяжелые обязанности по повседневному уходу за ним, его питанию, воспитанию, в полном объеме несут ответственность за их ненадлежащее исполнение. Лица (же), которые добровольно отказываются дать обществу нового гражданина, и одновременно пользующиеся всем, что дают государству люди, выращенные и воспитанные без их участия, оказываются свободными и от соответствующих расходов на воспитание подрастающего поколения и от ответственности за неудачи в этом трудном деле”[99] . Поэтому, по мнению этих авторов, вполне справедливым будет, если граждане, отказавшиеся от рождения и воспитания детей, “должны в необходимом объеме постоянно и в обязательном порядке возмещать обществу расходы по воспитанию подрастающего поколения”[100] .

6.Заключительным выводом этого параграфа являются предложения по внесению изменений в законодательство.

Анализ норм Конституции РФ, содержащей основополагающие направления государственной семейной политики, позволяет утверждать об определенной непоследовательности законодателя в одном весьма важном вопросе. В ч. 2 ст. 38 Конституции, как пишет Каневский Л. Л.[101] , содержится расплывчатая формулировка о том, что: “Забота о детях, их воспитание – равное право и обязанность родителей”. С точки зрения теории права соединение права и обязанности в правообязанность превращается в бессмыслицу, уничтожающую смысл одного и другого. Это все равно, что сформулировать норму: уплата налогов – это право и обязанность налогоплательщиков. Изучение же норм семейного права показывает совершенно определенным образом, что забота о детях и их воспитание – это обязанность родителей, а право на это принадлежит самим детям. Поэтому в соответствии с требованиями юридической техники эту обязанность по заботе о детях нужно поместить в раздел 57, 58, 59, 60 статей Конституции, где установлены обязанности граждан. Этот “перенос” с точки зрения понимания неслучайности юридических формулировок, наличия определенной логики и смысла в четком структурировании текста нормативно-правовых актов несомненно увеличит и прояснит социальную важность необходимости заботы о детях, их воспитания как обязанности родителей. Помещение обязанности в раздел прав личности, ее смешения с правомочием закономерно создает впечатление о какой-то ущербности этой обязанности по сравнению с “чистыми” обязанностями. Поэтому следует признать более точной и социально-оправданной формулировку Конституции РСФСР 1978 г. в ст. 60 которой было указано: “Граждане РСФСР обязаны заботиться о воспитании детей, готовить их к общественно-полезному труду, растить достойными членами российского общества”.

Вторую часть нормы ст. 60 Конституции РСФСР об обязанности родителей готовить детей к общественно-полезному труду, воспитании их достойными членами общества было бы тоже целесообразно вернуть в российскую Конституцию. И неоправданной была бы критика с либеральных позиций о том, что это означает возвращение к советской системе принудительного труда и нарушения прав человека. Это неправда. Во многих конституциях развитых стран содержатся гораздо более консервативные, чем в российской Конституции, нормы типа: “Все имеют право труда и обязаны трудиться” (ст. 27 Конституции Японии), в ч. 1 ст. 35 Конституции Испании содержится такое же правило. В ст. 4 Конституции Италии указано: “Каждый гражданин в соответствии со своими возможностями и по своему выбору, обязан осуществлять деятельность или выполнять функцию, способствующую материальному или духовному развитию общества”[102] .

Обязанность родителей по подготовке детей к общественно-полезному труду детей следует дополнить органичной обязанностью по воспитанию в них высоких нравственных качеств.[103] Внесение этих норм в Конституцию способствовало бы приведению Основного закона в соответствии с изменившимися общественным мнением и коррекции “радикального” либерализма начала 90х годов. Выше уже приводились примеры этого из нормативно-правовых актов. В преамбуле новейшего закона “Об основных гарантиях прав ребенка в РФ” от 24 июля 1998 г. № 124-ФЗ указывается новое направление государственной молодежной политики: “Государство признает детство важным этапом жизни человека и исходит из принципов приоритетности подготовки детей к полноценной жизни, развития у них общественно значимой и творческой активности, воспитания в них высоких нравственных качеств, патриотизма и гражданственности”.

Исходя из вышесказанного, ч. 2 ст. 38 Конституции РФ (без учета ее переноса в раздел об обязанностях) следовало изложить следующим образом:

“Родители обязаны заботиться о детях, готовить их к общественно-полезной деятельности и воспитывать в них высокие нравственные качества”.

Аналогичные изменения должны быть внесены в ч.1 ст. 63 Семейного кодекса, которая может быть сформулирована так:

“Родители обязаны воспитывать своих детей. Родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей. Они обязаны заботиться о здоровье, физическом и психическом развитии своих детей, формировании в них высоких нравственных качеств, а также готовить их к общественно-полезной деятельности”.

Санкции за нарушение этих норм, помимо правил предусмотренных в ст.ст. 69, 73 Семейного кодекса РФ (лишение и ограничение родительских прав) должны быть дополнены уголовной ответственностью, положение о которой могло быть сформулировано в ч. 2 ст. 156 Уголовного кодекса РФ:

“Неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего родителем или иным лицом, на которое возложены эти обязанности, приведшие к педагогической запущенности несовершеннолетнего и совершению им умышленного общественно-опасного деяния, предусмотренного ч.ч. 2, 3, 4 ст. 15 и Особенной частью УК РФ, если эти обстоятельства установлены судом и признано, что несовершеннолетний осознавал общественную опасность совершенного им деяния, наказывается штрафом в размере от пятидесяти до трехсот минимальных размеров оплаты труда или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до трех месяцев, либо ограничением свободы на срок до трех лет, либо лишением свободы до трех лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового”.

В примечании к ч. 2 ст. 156 Уголовного кодекса должно быть указано: “1. Под педагогической запущенностью в данной статье понимается нравственные, психические или физические отклонения в развитии несовершеннолетнего, ставшие следствием виновного неисполнения обязанностей родителей или иных лиц, на которые возложены обязанности по воспитанию несовершеннолетнего, а также осуществления контроля за его поведением. 2. Уголовная ответственность родителей или иных лиц, на которых возложены обязанности по воспитанию несовершеннолетних, наступает, если общественно опасное деяние предусмотренное ч.2 этой статьи, совершено с момента достижения несовершеннолетним (малолетним) десятилетнего возраста”.

§ 2. 4. Ранняя профилактика преступности несовершеннолетних в общеобразовательном учреждении

Выдвижение тезиса об общеобразовательном учреждении как одном из наиболее активных субъектов РППН связано с представлениями, что наиболее эффективным способом предупреждения преступности является создание системы профилактики применительно к основным сферам жизнедеятельности, а не формирование специализированных институтов. Для несовершеннолетних в возрасте 6 (7) - 15 (17) лет такой сферой является школа.

В литературе уже много было высказано обоснованной критики, что в сравнении со своим высоким профилактическим потенциалом, школа играет низкую роль в предупреждении преступности несовершеннолетних[104] . Острие этой критики традиционно еще с советских времен связано с выдвижением тезиса о преимущественной ориентированности школы на интеллектуальное обучение учащихся в ущерб присущей ей также функции воспитания, которая в учебном процессе осуществляется не на должном уровне. Так Прозументова Г.Н. в 80-е годы писала о том, что анализ педагогической литературы показывает, что цели воспитания в практической деятельности школ крайне слабо структурированы и представляют собой набор, сумму равнозначных направлений всестороннего развития учащихся (с тех пор это не изменилось) и сумму качеств личности[105] . При таком определении цели воспитания еще в советские годы многими педагогами понимались как “потребление” и “воспроизведение” передаваемого ими опыта “узнавания достижений культуры”, что в свою очередь предопределило конкретизацию цели воспитания к “воспитывающему обучению”.[106] Поэтому, в соответствии с таким подходом содержание воспитания воспринималось как разносторонность знаний, а сам процесс воспитания и обучения – как динамика словесной передачи знаний. И как результат такого подхода – наличие большого числа школьников, которые могут готовить прекрасные выступления и сообщения на темы “дружбы”, “любви”, “альтруизма”, но быть мстительными, жестокими, эгоистичными, корыстными в межличностных отношениях и поведении.

В психологии уже давно замечено, что “чрезмерное увлечение вербальными методами в процессе нравственного воспитания тормозит развитие нравственных убеждений, приводит к расхождению между знаниями и проявлениями убеждений в поведении”[107] . И сегодня, как пишет Беляева В.А., задача воспитания личности в ее целостности в рамках образовательного процесса в большей мере трактуется подменой высоких духовных ценностей бытия ценностями искусства и культуры, морализмом отношений[108] . Основной проблемой современного образования (а это имеет самое непосредственное отношение к РППН) является отсутствие целостного, систематического процесса, ориентированного на духовно-нравственное воспитание учащихся.

Отсутствие целостных философских основ социального воспитания и образования сегодня не позволяет дать ответ на ключевой вопрос социальной педагогики: кого воспитывает современная система общего образования? Делового человека рыночной экономики с утилитарным правосознанием, либо гражданина России, патриота своей Родины, либо личность с широким диапазоном либерально-демократических убеждений, просто культурного и образованного человека, либо высоко-нравственную духовную личность с активным здоровым правосознанием? И сегодня подход сугубо образовательной функции школы на практике приводит к тому, что, как пишет Сукало А.А., вакуум социального воспитания заполняется параллельной делинквентизацией общественной жизни детей и подростков[109] .

Беляева В.А. справедливо указывает, что современная учеба в школе формирует у учащегося противоречивую картину знаний, не формирует целостного мировосприятия, которое невозможно без системного подхода в отборе и конструировании знаний. “Так, например, уже в начальной школе в содержании естественных дисциплин сама постановка проблемы рассмотрения отличия человека от животных и акцентирование внимание на его биологической сущности оставляет за пределами внимания духовный мир человека (с расчетом, видимо, на последующее изучение его в других структур в других дисциплинах) и формирует у детей, таким образом, долговременную установку (образ) видения человека как биологического вида”.[110] А правосознанию, как уже неоднократно говорилось выше, необходимо осознание не биологического, а именно духовного достоинства личности. Или: в общественных дисциплинах изучение вопроса о месте религии в жизни людей, в зависимости от того, как его будет рассматривать учитель (от его духовно-нравственного потенциала) может способствовать формированию у школьников представлений о духовном мире человека как особой важной сфере бытия, а может и не способствовать и даже искажать эти представления, поскольку целевых установок по этому поводу в учебных программах нет. Или: в образовательной программе по литературе в основной школе высшие ценности бытия человека растворены в контексте общего содержания образования, не выделена православная культура как особый многовековой идеал российской цивилизации, не выражены знания, ориентированные на воспитание высокой духовной любви к Отечеству и готовности служения ему. Примеров нецелостной и несистематической организации знаний в цикле гуманитарных и естественных наук можно привести множество.

Что является результатом такого обучения? При отсутствии системности и целостности у школьников не формируется ценностное и целостное миропонимание, основанное на исторической культуре своего народа. Беляева В.А., указывая на разрозненность педагогических мероприятий, пишет: “Изученные нами в ряде лучших школ города (Рязани – прим.) области планы и технология воспитательной работы, как в масштабах всей школы, так и классов, показали, что множество интереснейших мероприятий (экскурсии в музеи, посещение театров, путешествия по знаменательным места родного края, паломнические путешествия по святым местам и другое) не связаны между собой невидимой нитью системности, а поэтому представляют собой разрозненные воспитательные действия, которые, как правило, не имеют продолжения и следовательно мало способствуют формированию духовных и нравственных ценностей у большинства учащихся”[111] .

Поэтому, вполне естественным оказывается, что, если интеллектуальные ценности безусловно осознаются учащимися как значимые, поскольку вся жизнедеятельность в школе ориентирована на эти ценности, то духовные ценности рассматриваются лишь на уровне ценностей искусства, являющихся для подавляющего большинства школьников сторонними. Если же эти ценности и оказываются значимыми, то все равно не воспринимаются учащимися как личностно значимые, так как образовательный процесс не ориентирован для воспроизводства их в собственной творческой деятельности ребенка. А о значительном приоритете интеллектуальных ценностей над всеми остальными можно утверждать, например, после анализа тарифно-квалификационных характеристик учителя, определяющих должностные обязанности и требования к уровням квалификации, профессионализма и продуктивности деятельности (Приложение 2 к приказу Минобразования и Минвуза от 14.12.1995 № 622 (1646). Изучение этих тарифно-квалификационных характеристик показывает, что главной результативной составляющей аттестации являются способности учителя развивать только интеллектуальные способности учащихся.

Высказанные выше рассуждения о важности целостного подхода к обучению совпадают с выводами, к которым пришел философ В. Розанов в 1893 году, тогда еще мало кому известный учитель гимназии в статье “Три главные принципа образования”.[112] Размышляя над трудностями, которые испытывало общее среднее образование после гимназической реформы Толстого Д. и Каткова М., Розанов пишет, что гимназиям помимо индивидуального подхода к учащимся не хватает принципов “целости” и “единства типа” обучения. Хотя критика Розановым устройства гимназии относится к столетней давности, его основные замечания актуальны и для современной школы, которым также не хватает реализации упомянутых принципов. Что же это за принципы “целости” и “единства типа”?

По Розанову в соответствии с принципом “целости” необходимо, “чтобы всякое входящее в душу впечатление не прерывалось до тех пор другим впечатлением, пока оно не внедрилось, не окончило своего взаимодействия с нею... Отсутствие разорванности в группах знаний, в художественном чувстве, в волевом стремлении - вот требование этого принципа; он указывает, что нельзя сильно дробить знания, ощущения; что, так раздробленные... они уже вовсе не оказываются тем, чем были вначале... Именно культурного, образующего, воспитывающего значения они не удерживают в себе при этом”. Принцип же единства типасостоит в требовании, “чтобы все образующие впечатления, падающие на данную единичную душу, или, что то же, исходящие из данной единичной школы, были непременно одного типа, а не разнородные или не противоположные...”.

В качестве своеобразного вывода этих рассуждений о необходимости целостности (гармонии) среднего образования можно говорить о следующем. Исключительное преобладание интеллектуальных ценностей в средней школе как единственно имеющих признанную значимость создает своеобразный “перегрев” мотивации учащихся в образовательной среде. Что под этим понимается? В любом общеобразовательном учреждении есть всегда приблизительно две группы учащихся. Первые - это те, кто имеет достаточные умственные способности, на основе которых этими школьниками достигается академического успех с дальнейшей перспективой получения престижного высшего образования. Эта группа всегда признанна, имеет высокий социометрический статус в школе, и, как правило, для ее членов крайне редким является отклоняющееся (или преступное) поведение. Вторая же группа состоит из учащихся с менее выраженными умственными способностями, слабо развитым интеллектом и низкой учебной поддержкой семьи, - все это объективно мешает достичь академического успеха в школе. Но так как средняя школа ориентирована преимущественно на работу с первой группой учащихся и признания их высокого статуса и успеха, то вторая с самого начала учебного процесса начинает ощущать себя ущербной, неудовлетворенной своим положением и статусом. Нередко педагоги таких неуспевающих учащихся “стигматизируют” как лентяев, неудачников, второсортных, и в результате чего многие из них пытаются реализовать себя в девиантном поведении и неформальных объединениях, что автоматически переводит их в группу риска.

Это явление исключительной ориентированности средней школы на интеллектуализме (что вообще должно быть свойственно только высшему образованию) и создает ситуацию “перегрева” учебной мотивации и фактической дискриминации учащихся. Целостное же образование, построенное на гармоничном соотношении нравственного, духовного и интеллектуального обучения учащихся, имеет в своем потенциале значительные ресурсы не допускать подобной дискриминации. При такой целостной организации обучения для учащегося создается понимание, что успехи в учебе не являются единственно важными и решающими в жизни, и тот, кто не может реализовать себя в ситуации учебного успеха, может реализовать себя по-другому без возникновения чувства ущербности и попадания в группу риска.

Дополнительно ситуация “перегрева” учебной мотивации приводит к тому, что многие учащиеся со средними или низкими умственными способностями, не достигнув ни академического, ни нравственного и духовного полноценного развития, продолжают учебу после окончания 9 класса в ПТУ и подобных им заведениях. В результате возникает ситуация резкой полярности между характеристикой учащихся в вузах и системе ПТУ, в которой потенциальная “криминогенность” и реальная преступность являются неимоверно высокими.

Одновременно “перегрев” учебной мотивации сказывается неблагоприятно и на “отличниках”, потому что, по словам Ильина И.А., знания без соответствующего воспитания сердца и души, представляют одно из наиболее опасных социальных явлений, вредное и для здорового правосознания. Итак, как право существует не только для удовлетворения и защиты субъективных прав и интересов, но, прежде всего, для обеспечения мирного сожительства людей[113] , так и образование существует также и для того, чтобы каждый учащийся мог выполнять впоследствии функцию, способствующую материальному или духовному развитию общества. А это в полной мере возможно только при целостном подходе к образованию.

§ 2. 5. Предупреждение преступности несовершеннолетних

органами внутренних дел

Если семья и школа не смогли всё-таки правильно воспитать и несовершеннолетний совершает преступление, им занимаются уже специальные органы. Органы внутренних дел непосредственно занимаются исправлением и перевоспитанием несовершеннолетних, совершивших преступления. Кроме того, предупредительная деятельность органов внутренних дел предполагает обязательное включение в нее других субъектов.

Органы внутренних дел занимаются предупреждением преступности несовершеннолетних как на общем, так и на индивидуальном уровне. Работа проводится в основном по следующим направлениям :

1. ограничение влияния негативных социальных факторов, связанных с причинами и условиями преступности несовершеннолетних;

2. воздействие на причины и условия, способствующие данному виду преступности;

3. непосредственное воздействие на несовершеннолетних, от которых можно ожидать совершения преступлений;

4. воздействие на группы с антиобщественной направленностью, способные совершить или совершающие преступления, участником которых является несовершеннолетний, подвергающийся предупредительному воздействию.

Предупредительная деятельность, организованная с учетом этих направлений, должна обеспечивать всестороннее профилактическое воздействие на несовершеннолетних, склонных к совершению преступлений, на микросреду и социальные условия, в которых они находятся.

В процессе предупреждения преступности несовершеннолетних органы внутренних дел должны направлять свои усилия на выявление причин, условий, способствующих преступлениям, а также на их устранение, ограничение и нейтрализацию.

В этих целях органы внутренних дел организуют взаимодействие с государственными, общественными и иными организациями и учреждениями, участвующими в предупредительной деятельности, проводят комплексные операции, рейды, целевые проверки и другие мероприятия.

Большое значение имеет предупредительное воздействие на личность несовершеннолетнего, то есть индивидуальная профилактика.

Относительно несовершеннолетних профилактическая деятельность может иметь место в двух случаях: когда негативные явления находятся в зародышевом состоянии; когда такие явления еще не имеют места, но существует возможность их возникновения. Решение вопроса заключается в своевременной постановке “диагноза”, наличии указанных явлений. Это наиболее важно с практической точки зрения, так как позволяет определить соответствующие меры профилактического воздействия, в том числе и медицинского характера: выявить детей с аномалиями в психике, определить прогноз их развития и принять меры по нейтрализации и смягчению наслоений аномального развития­­.

Меры индивидуальной профилактики должны воздействовать как на саму личность несовершеннолетнего преступника, так и на окружающую ее среду. Основными элементами системы предупредительного воздействия являются:

1. тщательное изучение несовершеннолетних, способных совершить преступления;

2. определение основных мер и мероприятий, опираясь на которые, на практике можно было бы добиться поставленных целей;

3. выработка рациональных методов организации, контроля и определения эффекта индивидуального профилактического воздействия.

Целью индивидуальной профилактики преступлений, совершаемых несовершеннолетними, являются исправление и перевоспитание подростка либо изменение его криминогенной ориентации. Отсюда вытекает необходимость решения задачи установления закономерностей отклоняющегося поведения, механизма его формирования и изменения.

Для этого необходимо:

· выявлять несовершеннолетних, поведение, взгляды, мотивы поступков которых свидетельствуют о возможности совершения преступлений;

· изучать личности этих подростков;

· определять и устранять источники отрицательного влияния на них;

· исследовать возможности создания благоприятной обстановки, с тем чтобы не допустить реализации преступных намерений;

· осуществлять контроль за поведением таких несовершеннолетних и образом их жизни;

· периодически анализировать полученные результаты и вносить соответствующие коррективы в работу.

Сотрудники органов внутренних дел выявляют и ставят на учет несовершеннолетних, способных к совершению преступлений из числа:

- подростков, ведущих антиобщественный образ жизни (употребляющих спиртные напитки, наркотики, не занятых учебой и общественно полезным трудом);

- несовершеннолетних, группирующихся на антиобщественной основе;

- вернувшихся из специальных школ и профтехучилищ;

- осужденных условно или к мерам наказания, не связанным с лишением свободы, а также тех, к кому применена отсрочка исполнения приговора:

- освобожденных из воспитательных колоний.

Полное решение этой задачи возможно только при высоком уровне взаимодействия между всеми органами внутренних дел, как по вертикали, так и по горизонтали, а также со всеми субъектами предупреждения преступности несовершеннолетних.

Вопросы могут быть решены в полном объеме при психолого-педагогической диагностике личности несовершеннолетнего преступника. Наиболее оптимальный и экономичный путь решения данного вопроса - создание психолого-педагогических центров. Таким образом, обеспечивалась бы психолого-педагогическая диагностика личности несовершеннолетних, склонных к совершению преступлений, а работники милиции получили бы конкретные рекомендации по проведению с ними профилактической работы.

Различные методы и приемы воздействия на сознание, чувства и волю несовершеннолетнего, способного к совершению преступлений, могут быть использованы двояким образом: непосредственно или через иных лиц, участвующих в предупредительной деятельности. Основными организационно-тактическими формами применения методов и приемов индивидуального воздействия на несовершеннолетних являются беседы, проводимые сотрудниками органов внутренних дел, вовлечение их в социально полезные занятия трудового, общественного, спортивного, культурного и иного характера.

Эффективность профилактики в отношении несовершеннолетних во многом зависит от учета того обстоятельства, что в большинстве случаев преступления совершаются несовершеннолетними в группах. Это требует от работников, занимающихся такой профилактикой, высокого профессионализма, глубоких социально-психологических, психолого-педагогических и право­вых знаний, организаторских способностей, настойчивости. Как и любой вид деятельности,­ предупреждение преступности несовершеннолетних требует определенной последовательности. Практика обычно идет по следующему пути: выявление групп правонарушителей, криминологическая диагностика группы, учет групп и их участников. Для воздействия на группу в целом, а также и на каждого ее участника применяются различные методы предупреждения групповой преступности несовершеннолетних. В литературе в­ числе таких методов выделяются: изоляция группы; расформирование группы; переориентация группы­.

В процессе предупреждения преступлений несовершеннолетних необходимо оказывать воздействие и на их семьи, поскольку во многих случаях антиобщественное поведение подростка связано с семейным неблагополучием. Для успешной профилактической работы в семье несовершеннолетнего, способного к совершению преступлений, необходимо изучить такую семью во всех аспектах. Важно также владеть методами, разработанными специалистами в области психологии и психиатрии, использовать сведения из других областей знаний и опыт органов внутренних дел в индивидуальной профилактической работе.

Для предупреждения преступности несовершеннолетних большое значение имеет выявление взрослых лиц, вовлекающих подростков в преступную деятельность. Главное - своевременность. Это позволяет быстро предотвратить готовящееся преступление или пресечь преступную деятельность.

Прямое отношение к предупреждению преступлений несовершеннолетних имеет также своевременное возбуждение уголовного дела, быстрое и полное раскрытие преступлений, изобличение виновных, а также правильное применение мер пресечения.

Среди субъектов предупреждения преступлений несовершеннолетних особое место занимают воспитательные колонии. Данные учреждения решают задачу предупреждения преступности специфическим способом: посредством исправления и перевоспитания несовершеннолетних. Это - довольно сложный и противоречивый процесс. В связи с этим Б.С.Утевский писал: “Колония, тюрьма - самое неблагоприятное место для воспитательной работы... Принуждение - не самый лучший метод воспитания... Для того чтобы перековать преступников, требуются призвание, любовь к этому трудному делу, энтузиазм, душевная теплота, вера в человека, умение терпеливо, шаг за шагом, кусочек за кусочком, отвоевать уголки в душе заключенного, закреплять их и идти дальше, пока перед воспитателем не встанет новый человек”. Однако необходимость исправления и перевоспитания несовершеннолетних в условиях изоляции нужно признать как реальность и использовать для этого современные формы и методы.

§ 2. 6. Меры профилактики, осуществляемые в нашем регионе

Начну, пожалуй, с Комитета по делам молодёжи. Его деятельность основывается на положениях Городской целевой программы «Молодёжь города Иванова 2006 – 2010 г.г.», «Комплексные меры противодействия злоупотреблению наркотиками и их незаконному обороту в городе Иванове».

Ниже мною приведены направления и предпринятые по ним меры[114] :

1. Формирование культуры здорового образа жизни, профилактика асоциальных явлений в молодёжной среде.

- Проведен кинофестиваль «Молодёжь России выбирает жизнь» для учащихся сузов, воспитанников детских домов, подростков, состоящих на учёте в комиссии по делам несовершеннолетних.

- Совместно с управлением по делам наружной рекламы, информации и управления города открыт социальный баннер по проблеме сохранения здоровья «Живи без наркотиков».

- Стали участниками областного научно-практического семинара для специалистов по методике профилактической работы с различными категориями молодёжи и областного семинара для руководителей и активистов волонтёрских общественных организаций, клубных объединений и движений по методике организации «уличной» работы в учебных заведениях, учреждениях культуры и спорта.

- Налажен контакт с категорией молодёжи, прошедшей реабилитацию в областном наркологическом диспансере. На базе одного из клубов по месту жительства работают объединения «Ассорти» (реабилитация бывших наркоманов) и «Алланон» (реабилитация созависимых – родственников, близких). С данной категорией проводят занятия врачи-специалисты, психологи, существует также разнообразная досуговая программа.

2. Гражданско-патриотическое и духовно-нравственное воспитание молодежи.

- Слёт военно-патриотических клубов г. Иваново «Отечество - 2007» (17.03.2007 г. на базе ГОУПУ№8). В ходе прохождения слёта в течение пяти часов соревновались команды ивановских патриотических клубов (в том числе коллективы профессиональных учебных заведений города, дети – сироты и.т.д.). Соревнования проходили по четырём номинациям: смотр строя и песни; конкурс на лучшее знание отечественной истории; конкурс на лучшее знание воинских уставов; военно-спортивная эстафета. Слёт является итоговым мероприятиями соревнований воспитанников военно-патриотических клубов. Данное мероприятие администрации города направлено на организацию позитивных форм досуга и занятости, формирования здорового образа жизни молодёжи. Фестиваль поможет привлечь внимание подростков к военно-прикладным видам спорта.

- Ежегодный военно-патриотический слёт «Юнармеец 2007». Слёт проходил 03.11.2007 на базе военного городка 98 ВДД (м. Балино). В мероприятии приняли участие 100 представителей ВПК города (возраст участников от 14 до 22 лет).

- Патриотический праздник для воспитанников клубов по месту жительства «Презентация деятельности ассоциации военно-патриотических клубов города для участников акции «Письмо солдату», посвящённая Дню памяти воинов интернационалистов в России и Дню защитников Отечества» прошёл 24.02.2007 г. (на данное мероприятие были приглашены подростки, состоящие на учёте в ОВД и КДН и ЗП).

- Турнир по мини-футболу, посвящённый Дню защитника Отечества. Соревнования проводились 17-23.02.2007 г. Район ЖБК Клуб по месту жительства «Восток» на базе подросткового центра «Восток», (являющегося единственным клубом по месту жительства, осуществляющим работу с «трудными» подростками в районе ЖБК). В турнире приняли участие 16 подростковых команд.

3. Трудоустройство молодежи, развитие молодежного предпринимательства.

- В течение летнего периода продолжена работа по организации работы трудовых подростковых отрядов. Совместно с ЦЗН, городским фондом молодёжи, МОУ ДОД «Молодёжный центр», ТОСами с мая по август 2007 года 1026 подросткам были предоставлены рабочие места.

- Расширен опыт взаимодействия с лечебными учреждениями: кроме организации ежегодных отрядов младшего лечебного персонала на базе больниц №3, №5, подростки задействованы на базе строящегося родильного дома (м.Бухарово).

- С октября по декабрь студенты сузов (в том числе и подростки группы риска) обучались в группе экономической социализации молодежи. В ходе реализации образовательных проектов по развитию экономических знаний молодёжи наблюдалось повышение мотивации молодых людей к работе посредством развития системного мышления как способности видеть связи между различными частями организации и их взаимосвязь. Это было достигнуто посредством ролевых игр, компьютерных занятий, тренингов.

- Организованный семинар по обсуждению вопросов социальной адаптации молодежи помог привлечь специалистов по трудоустройству и фирмы-работодатели. Важным итогом семинара явилось то, что молодые люди получили рабочие места, среди которых молодёжь с ограничениями по здоровью.

4. Работа с молодежью по месту жительства, профилактика правонарушений в молодёжной среде.

- В 2007 году комитет по делам молодёжи администрации города принял участие в разработке Межведомственной целевой программы «Дети города Иванова 2008-2010 годы» В соответствии с данной программой. Объём финансирования в 2008 году мероприятий, курируемых комитетом по делам молодёжи администрации города составит 1 000 000,00 (один миллион) рублей.

- 3 программы профилактической направленности, разработанные педагогическим коллективом МОУ ДОД «Молодёжный центр» получили финансирование (80 000,00 рублей) в рамках городских конкурсов программ и молодёжных проектов и были успешно реализованы в течение года.

- Завершёна реализация нового проекта с категорией молодёжи средних специальных учреждений по развитию экономических знаний и первоначальному опыту предпринимательской деятельности. В состав участников проекта включены и представители подростков, состоящих на учёте в КДН. Считаем полезным внедрение активных форм работы с работающей молодёжью.

- На данный момент разрабатывает проекты «Герой нашего времени» и «Тургеневские женщины», направленные на социальную адаптацию подростков с девиантным поведением.

- Осуществлена разработка программного пакета документов МОУ ДОД «Молодёжный центр», регламентирующего, в том числе и работу в сфере профилактике безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних.

- Проведено 12.03.2007г. совещание с педагогами – организаторами по месту жительства по вопросу работы с подростками «группы риска» На совещании были поставлены и обсуждены основные проблемы работы по месту жительства с подростками, требующими особой заботы. Намечены основные мероприятия и формы работы в этом направлении. Совещание позволило произвести реальную оценку ситуации по профилактической работе с подростками в микрорайонах, расположенных вблизи подростковых клубов.

- Организованы в течение марта 2007 г. семинары - практикумы для групп волонтеров, занимающихся на базе МОУ ДОД «Молодёжный центр» «От сверстника к сверстнику». Семинары удачно сочетали лекционный курс и практические занятия, проводимые участниками в своих учебных заведениях. Учащиеся смогли задать свои вопросы и лично побеседовать со специалистами по профилактике наркомании и алкоголизма. Внедрение активных форм работы способствовало максимальному привлечению молодежи к проблемам охраны здоровья, отвлечению от негативного влияния улицы, развитию дальнейших сотруднических связей молодёжи и специалистов, различных ведомств, связанных с профилактикой наркомании в молодёжной среде;

- Информационная встреча творческой группы «Интересы молодых» с несовершеннолетними правонарушителями «Рука помощи» (27.03.2007) В рамках данной встречи подростки ознакомились с возможностями современных средств электронной связи и информации.

- Тренинги для подростков по программе «Здоровая Россия» - «Молодежь на перепутье» (16-30.03.2007 г. Клубы «Перспектива», «Юность») Воспитанникам клубов, в том числе из неблагополучных семей, представлены статистические данные по проблеме наркомании. Участие в ролевых играх и ситуационных тестах, направленных на выработку навыков противостояния негативному влиянию и умению говорить «Нет!» позволило расширить сведения по обозначенной теме.

- На базе всех клубов по месту жительства ведётся работа по выявлению и учёту подростков, находящихся в социально опасном положении. С этой целью администрацией МОУ ДОД «Молодёжный центр» разработаны Карточка учёта воспитанника клуба по месту жительства и тематические анкеты.

- Индивидуальная профилактическая работа с несовершеннолетними, находящимися в социально опасном положении на базе МОУ ДОД «Молодёжный центр» осуществляется с 54 подростками. Кроме того, все мероприятия общегородского формата, разрабатываются и проводятся с учётом возможности участия в них сводных коллективов подростков, состоящих на учёте в ОВД и КДН и ЗП. В будущем году следует особое внимание уделить категории условно осужденных подростков.

5. Поддержка молодых людей, находящихся в трудной жизненной ситуации.

- В течение всего летнего периода по линии комитета функционировало 11 профильных лагерей (2006 г. – 7, 2005 г. 5). 4 лагеря были организованы на загородной базе, 7 профильных молодёжных лагерей функционировало на территории нашего города. Заслуживает поощрения молодёжная смена «Сочи» (ДБО «Озёрная»), по ходатайству общественной организации «ШАГ» перед Главой города реализована программа «Импульс».

- Расширено содержание деятельности лагерей дневного пребывания. В целях вовлечения в организованный досуг и оказание практической помощи подростками и молодёжью родному городу, функционировал лагерь «Молодо – зелено» (совместный проект с ИВГУ), молодёжные смены на базе МОУ ДОД « Молодёжный центр», клубов по месту жительства. Системная работа позволила отвлечь подростков « группы риска» от негативного влияния улицы, разнообразить занятость детей, а самое главное задействовать подростков в благоустройстве территории, клубных помещений.

- Положительным в работе лагерей стало привлечение квалифицированных кадров к организации деятельности, яркий старт летней кампании, вовлечение в лагеря молодёжь из социально – незащищённых категорий семей (72 % - малообеспеченные семьи, подростки, требующие особой заботы). В 2007 году произошло обновление системы гражданского – патриотического направления. Дополнительно к действующему лагерю «Юный автомобилист» (ОТШ «Росто») был открыт лагерь на базе автотранспортного колледжа, что позволило расширить места для допризывной молодёжи на 100% (по сравнению с прошлым годом), продумать активных формы работы между молодёжными лагерями данного профиля.

Как видно работы проделано немало и это радует.

Ещё я хотел бы уделить внимание Ученической Думе созданной у нас в городе. В неё входят самые активные представители из учащихся ивановских школ. И одна из депутатов этой Думы написала социальный проект, посвящённый преступности среди несовершеннолетних. Этот проект носит название «Операция «Бдительность»» и в нём разработаны меры по профилактике преступности несовершеннолетних. Зовут автора этого проекта Пятерикова Ксения, она является ученицей школы №42. Вообще создание Ученической Думы, на мой взгляд, является хорошим способом правового воспитания и привлечения школьников к законотворческой деятельности. Ознакомиться со структурой Ученической думы и её деятельностью можно на сайте http://www.ivgorduma.ru/igud/.

Что касается законодательства, то у нас был принят закон «О внесении изменений в Закон «Об административных правонарушениях в Ивановской Области», который ограничивает время нахождения несовершеннолетних на улице в вечернее время без сопровождения взрослых. Так же этот закон запрещает находиться несовершеннолетним без сопровождения взрослых в ночное время в развлекательных заведениях и возлагает ответственность на владельцев этих заведений.

2 апреля 2008 г. в Тейкове состоялся второй областной обучающий семинар по вопросам профилактики преступности среди несовершеннолетних,в котором приняли участие специалисты областных государственных учреждений социального обслуживания семьи и детей, представители управления внутренних дел и управления Федеральной службы исполнения наказаний по Ивановской области.
В рамках семинара работали 2 секции. Участники первой секции - «Социально-правовая деятельность учреждений социального обслуживания семьи и детей» - рассмотрели вопросы развития межведомственного взаимодействия и объединения усилий в сфере защиты и охраны прав детей, оказавшихся в трудной жизненной ситуации.
В ходе работы второй секции обсуждались вопросы организации психолого-педагогической деятельности учреждений. Специалисты центра психолого-педагогической помощи семье и детям рассказали о возможностях применения новых методик в организации реабилитационного процесса. Так, психолог центра Светлана Кузнецова провела тренинг «Управление агрессией», способствующий приобретению специальных практических навыков. По завершению тренинга специалисты учреждений – участники семинара отметили, что данная технология заслуживает внимания, а полученные практические навыки они будут применять в работе по реабилитации детей с девиантным поведением.

А с 14 апреля на территории Ивановской области проводилась операция «Безнадзорные дети», которая является вторым этапом межведомственной комплексной профилактической операции «Несовершеннолетние». Операция проводилась в целях профилактики безнадзорности и беспризорности несовершеннолетних; осуществления мер по выявлению и предупреждению семейного неблагополучия и детской безнадзорности, противоправного поведения подростков; оказания социальной, медицинской и др. видов помощи несовершеннолетним, семьям с детьми, оказавшимся в трудной жизненной ситуации, а также защиты прав и законных интересов несовершеннолетних.

И так, можно сказать с полной уверенностью, что у нас в городе и области с проблемой преступности несовершеннолетних работают и разрабатываются новые и эффективные меры по её профилактике.

Заключение

Подводя итоги проделанной работы, я хочу отметить что, преступность несовершеннолетних, не смотря на её изученность, остаётся и будет оставаться актуальной темой. Поколения сменяют друг друга. Способы и методы воспитания видоизменяются под влиянием макро- и микро- среды, видоизменяется и сама преступность. Следовательно, необходимо вносить изменения и в систему профилактических мер. Этим надо заниматься, заниматься серьёзно и вплотную. Общество не может прямо влиять на ситуацию, оно лишь косвенно вмешивается. Необходимо, чтобы государство четко организовало работу в этом направлении. Мало внесения изменений в законодательство, надо отслеживать, как оно работает и как оно исполняется на местах. Так же немаловажно иметь на службе квалифицированные кадры, которые не только юридически подкованы, но и обладают познаниями в области психологии, педагогики и др. областях, для объективной оценки и работы с несовершеннолетними.

Ещё один рычаг управления, который я хочу выделить в результате исследования – это семья. Этому социальному институту тоже необходимо уделять немалое внимание, поскольку семья оказывает основное влияние на воспитание. Не зря этот год в России объявлен «годом семьи». Именно правильное семейное воспитание – залог здорового правосознания и законопослушности. Именно семья должна вкладывать в своего ребёнка задатки морали и этики и взращивать их в нём. Но зачастую это не так и семья является источником девиантного поведения у несовершеннолетних. Государству необходимо больше вмешиваться в урегулирование внутрисемейных отношений, в процесс воспитания путём внесения изменений в законодательство. Необходимо воспитывать не только детей, но и их родителей.

Так же не малый отпечаток в воспитании накладывает учебное заведение. Отношение между преподавателями и учащимися, отношения между учащимися, всё это то же требует урегулирования и контроля. Необходимо установить определённые требования в отношении преподавателей, дабы отстранения от образовательного процесса некомпетентных лиц. Преподаватель должен быть образцом воспитанности. Педагогическая деятельность должна обрести престижность и государство должно позаботиться об этом.

Профилактика преступности несовершеннолетних должна находить в процессе постоянной модернизации, улучшения и эта деятельность не должна приостанавливаться ни на миг.

Это мои взгляды на данную проблему. И я хотел бы продолжить работу в сфере деятельности направленной на профилактику преступности несовершеннолетних и продолжить её изучение, поскольку тема эта неисчерпаема и имеет перспективы дальнейшего ёё развития.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Нормативно-правовые акты:

1. Конвенция о правах ребенка ООН от 20 ноября 1989 г.

2. Руководящие принципы ООН для предупреждения преступности среди несовершеннолетних 1990 г., принятых в Эр-Рияде и утвержденных резолюцией 45/112 на 45 сессии Генеральной Ассамблеи ООН.

3. Минимальные стандартные правила ООН, касающиеся отправления правосудия по делам несовершеннолетних («Пекинские правила»)

4. Конституция РФ 1993 г.

5. Семейный кодекс РФ 1996 г.

6. Уголовный кодекс РФ 1996 г.

7. Уголовно-процессуальный кодекс РФ.

8. Федеральный Закон от 19 мая 1995 г. N 82-ФЗ "Об общественных объединениях"

9. Федеральный Закон от 28 июня 1995 г. N 98-ФЗ "О государственной поддержке молодежных и детских общественных объединений"

10. Федеральный Закон от 10 декабря 1995 г. 195-ФЗ "Об основах социального обслуживания населения в Российской Федерации".

11. Федеральный закон от 13 января 1996 г. "Об образовании" N 12-ФЗ.

12. Федеральный Закон от 24 июля 1998 г. “Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации” № 124-ФЗ.

13. Федеральный Закон от 24 июня 1999 года “Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних” № 120-ФЗ.

14. Закон РФ от 18 апреля 1991 г. N 1026-I "О милиции"

15. Закон РФ от 2 июля 1992 г. N 3185-I "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании”

16. Постановление Президиума Верховного Совета СССР от 14 декабря 1966 года N 556-VII "О Примерном Положении о комиссиях по делам несовершеннолетних".

17. Концепция национальной безопасности Российской Федерации (утв. Указом Президента РФ от 17 декабря 1997 г. N 1300, в редакции Указа Президента РФ от 10 января 2000 г. N 24).

18. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 14 февраля 2000 г. № 7 “О судебной практике по делам о преступлениях несовершеннолетних”.

19. Постановление Правительства РФ от 25 августа 2000 г. “О федеральных целевых программах по улучшению положения детей в Российской Федерации на 2001-2002 годы” № 625, среди которых есть “Профилактика безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних (2001-2002 годы).

20. Постановление Правительства от 4 октября 2000 г. “Об утверждении Национальной доктрины образования, утвержденной. № 751.

21. Постановление Правительства РФ от 7 декабря 2000 г. N 926 "О подразделениях милиции общественной безопасности"

22. Постановление Правительства РФ от 19 марта 2001 г. “Об утверждении Типового положения об общеобразовательном учреждении” № 196.

23. Распоряжение Правительства РФ от 29 декабря 2001 года “Об утверждении концепции модернизации образования на период до 2010 года” № 1756-р.

24. Приказ МВД РФ от 11 августа 1998 г. N 490 "Об утверждении нормативных актов о деятельности органов внутренних дел по предупреждению преступлений"

25. Приказ Минобразования РФ от 26 июня 2000 г. “Об экспертизе настольных, компьютерных и иных игр, игрушек и игровых сооружений для детей” № 1917.

26. Постановления Минтруда РФ от 19 июля 2000 г. N 52, 53, 54 об утверждении методических рекомендаций по организации деятельности государственных (муниципальных) учреждений "Центр социальной помощи семье и детям", "Центр психолого-педагогической помощи населению", "Центр экстренной психологической помощи по телефону".

27. Приказы Минздрава РФ от 23 августа 1999 г. N 327 "Об анонимном лечении в наркологических учреждениях (подразделениях)", от 5 мая 2000 г. N 148 "О создании организационно-методического центра Минздрава России по медико-социальной помощи несовершеннолетним с проблемами развития и поведения", от 20 апреля 2001 г. N 124 "О федеральных целевых программах по улучшению положения детей в Российской Федерации на 2001-2002 годы

Учебники:

1. Актуальные проблемы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних: Учебное пособие / Бланков А.С., Бурмистров И.А., Крюкова Н.И., Плешаков В.А., Фокин В.М. – М., ВНИИ МВД РФ, 1999.

2. Криминология: Курс лекций / Гилинский Я.И. – СПб., 2002

3. Криминология: Учебник / Под ред. Герцензона А.А., Карпеца И.И., Кудрявцева В.Н. – М., 1966

4. Криминология: Учебник / Под ред. Долговой А.И. – М., 1997

5. Криминология: Учебник / Под ред. Кузнецовой Н. Ф., Миньковского Г. М. – М.: Инфра-М, 2004

6. Криминология: Учебник / Под ред. Кузнецовой Н.Ф., Миньковского Г.М. – М., 1994.

7. Криминология: Учебник / Под. ред. Кудрявцева В.Н., Эминова В.Е.. – М., 1999.

8. Криминология: Учебник для вузов / Под ред. Долговой А.И. – М., 2001

9. Криминология: Учебник для юридических вузов / Под ред. Бурлакова В. Н., Сальникова В. П. – СПб., 1998.

10. Криминология: Учебное пособие / Под ред. Иншакова С.М. – М., 2002

11. Общее учение о праве и государстве: Учебник / Ильин И.А.. – М., 1994.

12. Педагогика и психология ненасилия в образовательном процессе: Учеб. пособие для студ. выс. пед. учеб. заведений /Ситаров В.А., Маралов В.Г.; под ред. В.А. Сластенина. – М., 2000.

13. Юридическая психология:Учебник / Под ред. Васильева В.Л. – М., 2001

Книги:

1. Bartollas Clemens. Juvenile deliquency. – N.Y., 1985.

2. Nye F.I. Family relationships and delinquent behavior. – N. Y., 1958.

3. Аванесов Г. А. Криминология и социальная профилактика. – М., 1980.

4. Антонян Ю.М. Жестокость нашего времени. – М., 1995

5. Базаров Р.А. Преступность несовершеннолетних: криминальное насилие, меры противодействия. – Екатеринбург, 1995.

6. Беляева В.А. Духовно-нравственное становление и развитие личности учителя в контексте светской и православной и педагогической культуры. – Рязань, 1998

7. Бэрон Р., Ричардсон Д. Агрессия. – Спб., 2000.

8. Гармаев А. Обрести себя. Нравственная психология и педагогика. – Иваново, 1999.

9. Гармаев А. От зачатия до рождения. – Волгоград, 2001.

10. Ермаков В.Д., Крюкова Н.И. Преступность несовершеннолетних в СССР и Рос­сийской Федерации. – М., 2003.

11. Ильин И.А. Большевизм и кризис современного правосознания. – М., 1998.

12. Кон И. С. Открытие «Я». – М., 1978.

13. Кон И. С. Социология личности. – М., 1967.

14. Лепин В. М. Материалы для контроля и оценки физического состояния подростков. – Л., 1966.

15. Макаренко А.С. О воспитании. – М., 1988

16. Маркс К., Энгельс Ф. Манифест коммунистической партии. Полное собрание сочинений. Изд. 2. – М., 1955.

17. Мельникова Э.Б. Как уберечь подростка от конфликта с законом. Советы юриста. – М., 1998.

18. Пилипенко Л.М., Плакун В.Н., Хорунжий С.Н. Роль нравственных убеждений профилактике правонраушений несовершеннолетних // Психолого-педагогические условия повышения эффективности воспитательной работы по предупреждению правонарушений среди учащейся молодежи. – Киев, 1980.

19. Плешаков В.А. Взаимовлияние организованной преступности и преступности несовершеннолетних. – М.: Юниверс, 1998

20. Прозументов Л.М. Груповая преступность и ее предупреждение. – Томск, 1993.

21. Прозументова Г.Н. Теоретическое обоснование цели и сущности системы коммунистического воспитания. – Томск, 1986.

22. Семенюк Л.М. Психологические особенности агрессивного поведения у подростков. – М., Воронеж, 1996.

23. Сибиряков С.Л. Предупреждение девиантного поведения молодежи. – Волгоград, 1998.

24. Сукало А.А. Педагогические основы профилактики правонарушений в сфере подростково-молодежного досуга. – СПб. , 1996.

25. Сухарев А. Л. Феномен российской преступности в переходный период: тенденции, пути, средства противодействия. – М.: Норма-М, 1996.

26. Сухомлинский В.А. О воспитании. – М., 1975.

27. Усманова Л.Ф. Некоторые особенности причин преступлений несовершеннолетних женского пола // Проблемы профилактики преступности на современном этапе. – Свердловск, 1983.

28. Ушинский К.Д. Человек как предмет воспитания. Соч. Т. 9. – М.- Л., 1948.

29. Юсупов М.Р. Криминологическая характеристика преступности среди несовершеннолетних женского пола. – М., 2000.

Справочные и информационные издания:

1. Тихомирова Л.В., Тихомиров М.Ю. Юридическая энциклопедия. М., 1998.

Сборники материалов конференций идр.:

1. Материалы международной научно-практической конференции: «Будущее российской молодежи», Москва, 23–24 мая 2003 г. // Доклад Т.В. Подсухиной (Иваново) «Преступность несовершеннолетних в современной России». – М., 2003

2. Материалы международной научно-практической конференции: «Будущее российской молодежи», Москва, 23–24 мая 2003 г. // Доклад М. Е. Поздняковой (Москва) «К оценке распространения наркомании в молодёжной среде». – М., 2003

3. Молодежь Российской Федерации: положение, выбор пути. Основные выводы и предложения Государственного доклада Правительству Российской Федерации // Государственный комитет РФ по молодежной политике. Рук. авт. колл. Ручкин Б.А., Родионов В.А. Отв. ред. Луков В.А.и др. М., 2000

4. Материалы по физическому развитию детей и подростков городов и сельских местностей СССР. — Л., 1965.

5. Сборник материалов по реализации муниципальной молодёжной политики в городе Иванове в 2007 году и планы работы на 2008 год «Вектор развития»/ Под ред.: С.А. Шмелевой, Издательство «Молодёжь города Иванова», 2008

Авторефераты:

1. Аванесова Л. А. К вопросу нормирования переноски тяжестей подростками 14–17 лет. — Автореф. дис. … канд. мед. наук. — М., 1966.

2. Ермаков В.Д. – Криминологическая характеристика условий семейного воспитания и социально-правовые аспекты совершенствования ранней профилактики правонарушений несовершеннолетних. Автореферат на соискание ученой степени кандидата наука. М., 1977.

3. Коваленко В. С. Физическое развитие и состояние здоровья подростков 14–18 лет — учащихся школ и ремесленных училищ г. Омска. — Автореф. дис. … канд. мед. наук. — Омск, 1964.

4. Кузнецов П. П.Исследование внешнего дыхания, адаптивных реакций к гипоксемии и мышечным нагрузкам в связи с индивидуальными темпами развития подростков (12–16 лет). — Автореф. дис. … канд. биол. наук. — Смоленск, 1972.

5. Панов С.Л. Криминологическая характеристика и предупреждение наркотизма среди несовершеннолетних: Автореф. дисс. канд. юрид. Наук, Омск, 1998

Социологические исследования:

1. Агентство Социальной Информации // Социологическое исследование "Преступление и наказание несовершеннолетних правонарушителей" Координатор исследования - Центр независимых социологических исследований (Санкт-Петербург), 2004.

2. Алексеева В. Г. Возраст в социологическом исследовании // Социологические исследования. 1977. — № 3.

3. Двойменный И.А., Лелеков В.А. Влияние семьи на преступность несовершеннолетних // Социс. 1993. -№ 10.

4. Забрянский Г. И. Наказание несовершеннолетних и его региональные особен­ности: статистико-криминологическое исследование, М., 2004.

5. Ярошенко Т. М. Возраст в социологическом исследовании // Социологические исследования. 1977. — № 1.

Периодические издания:

1. Воронин А. «Безопасность: плюсы и минусы», «Рабочий край» 25 апреля2007 год №74 (24520) «Безопасность: плюсы и минусы»

2. Новикова 3. Насилиеза насилие, Аргументы и факты. 1995. № 16. С.

3. Незванова О. Если честно посмотреть правде в глаза // Юридический вестник. –1999. -№ 3

4. Богданов Л.Ф. Криминологическая характеристика правонарушений несовершеннолетних женского пола // Вестник МГУ. Сер. 11. Вып. 2, 1979

5. Каневский Л.Л. Актуальные проблемы совершенствования ранней профилактики преступности и иных правонарушений несовершеннолетних // Известия вузов. Правоведение. –1999. -№ 1.

6. Выступление министра образования РФ Филиппова В.М. на X Международных Рождественских образовательных чтениях // Церковный вестник. –2002. –№ 2 (231)

7. Goetting A. Patterns of homicide among children // Criminal Justice and Behavior. –1989. -№ 16.

Из интернета:

1. Ермаков А. Записки из мертвой школы. Работа опубликована на сайте http://www.pravoslavie.ru

2. Просвирнин В.Г. Тенденции преступности несовершеннолетних: социально-правовые аспекты. Работа опубликована на сайте http://www.law-clinic.info

3. С текстом этой концепции можно ознакомиться в базе данных Минобразования: http://db.informika.ru

4. Статистические сведения Министерства внутренних дел РФ. Режим доступа: http://www.mvdinform.ru

Приложение (таблицы)

Таблица 1

Динамика роста количества несовершеннолетних, совершивших преступления в 1966 – 1990 гг. (тыс. чел.)

Временные периоды Среднегодовое число несовершеннолетних, совершивших преступления
1966-1970 гг. 81,1
1971-1975 гг. 90,1
1976-1980 гг. 104,7
1981-1985 гг. 110,8
1986-1990 гг. 134,3

Таблица 2

Основные показатели преступности несовершеннолетних в России [115]

1988 1990 1992 1994 1996
Количество зарегистрированных преступлений, чел. 133422 162718 199291 221649 202935
Уровень (на 100 тыс. жителей в возрасте 14-17 лет), чел. 1691 1974 2405 2563 2295
Доля в общей преступности, % 15,4 17,2 16,4 14,0 11,0

Продолжение таблицы

1998 2000 2002 2004
Количество зарегистрированных преступлений, чел. 189293 195426 177518 154414
Уровень (на 100 тыс. жителей в возрасте 14-17 лет), чел. 2029 2094 1902 1755
Доля в общей преступности, % 10,3 10,1 9,9 9,8

Таблица 3

Доля несовершеннолетних, совершивших различные преступления в России, в общем количестве зарегистрированных преступлений (в процентах) [116]

1988 1990 1992 1994 1996 1998 2000 2002 2004
Умышленные убийства с покушениями 3,4 4,1 4,0 5,4 5,6 5,2 5,7 5,1 4,9
Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью 3,4 3,9 3,8 5,4 5,7 5,7 5,8 5,6 5,4
Изнасилование (с покушениями) 33,9 30,0 23,7 22,4 20,1 15,1 16,3 15,8 15,2
Разбой 22,6 20,1 20,0 21,0 18,3 15,3 16,1 15,2 15,3
Грабеж 40,6 35,1 32,2 29,8 26,7 23,6 24,2 23,8 23,1
Кража 40,5 35,7 26,8 21,0 18,5 17,4 19,3 18,8 19,1
Взяточничество 0,4 0,0 0,2 0,1 0,0 0,0 0,1 0,0 0,0
Преступления, связанные с наркотиками 8,8 9,9 8,7 7,1 7,6 7,2 8,2 7,8 7,7

[1] Кузнецова Н.Ф. Преступление и преступность. М., 1969. С. 173.

[2] Криминология / Под ред. А.А. Герцензона, И.И. Карпеца, В.Н. Кудрявцева. М., 1966. С. 55-57.

[3] Криминология / Под ред. Н.Ф.Кузнецовой, Г.М. Миньковского. М. 1994. С.63-65.

[4] См.: Материалы по физическому развитию детей и подростков городов и сельских местностей СССР. — Л., 1965.

[5] См.: Лепин В. М. Материалы для контроля и оценки физического состояния подростков. — Л., 1966.

[6] См.: Коваленко В. С. Физическое развитие и состояние здоровья подростков 14–18 лет — учащихся школ и ремесленных училищ г. Омска. — Автореф. дис. … канд. мед. наук. — Омск, 1964.

[7] См.: Кузнецов П. П. Исследование внешнего дыхания, адаптивных реакций к гипоксемии и мышечным нагрузкам в связи с индивидуальными темпами развития подростков (12–16 лет). — Автореф. дис. … канд. биол. наук. — Смоленск, 1972.

[8] См.: Аванесова Л. А. К вопросу нормирования переноски тяжестей подростками 14–17 лет. — Автореф. дис. … канд. мед. наук. — М., 1966.

[9] См.: Ярошенко Т. М. Возраст в социологическом исследовании // Социологические исследования. — 1977. — № 1. — С. 137.

[10] См.: Алексеева В. Г. Указ. статья // Социологические исследования. — 1977. — № 3. — С. 61.

[11] См.: Кон И. С. Социология личности. — М., 1967. — С. 103; Открытие «Я». — М., 1978. — С. 295.

[12] См.: Кон И. С. Социология личности. — С. 145.

[13] См.: Криминология / Под ред. Н. Ф. Кузнецовой, Г. М. Миньковского. М.: Инфра-М, 2004 С. 158

[14] Криминогенная ситуация в Российской федерации в начале XXI века / Под общей ред. проф. Кикотя В.Я. М.: ВНИИ МВД, 2001. –С. 7, 8.

[15] См.: В.Г. Просвирнин «Тенденции преступности несовершеннолетних: социально-правовые аспекты». Работа опубликована на сайте http://www.law-clinic.info/

[16] См.: Криминология / Под ред. Н. Ф. Кузнецовой, Г. М. Миньковского. М.: Инфра-М, 2004 С. 159

[17] См.: Криминология / Под ред. Н. Ф. Кузнецовой, Г. М. Миньковского. М.: Инфра-М, 2004 С. 159

[18] См.: См.: Криминология: Учебник / Под. ред. В.Н. Кудрявцева и В.Е. Эминова. М., 1999. С. 404.

[19] См.: Криминология. Учебник для юридических вузов / Под редакцией проф. В. Н. Бурлакова, проф., академика В. П. Сальникова. СПб., 1998. С. 428

[20] См.: Ермаков В.Д., Крюкова Н.И. Преступность несовершеннолетних в СССР и Рос­сийской Федерации / В.Д. Ермаков, Н.И. Крюкова. М., 2003. С. 78

[21] См.: Криминология. Учебник для юридических вузов / Под редакцией проф. В. Н. Бурлакова, проф., академика В. П. Сальникова. СПб., 1998. С. 431

[22] См.: Ермаков В.Д., Крюкова Н.И. Преступность несовершеннолетних в СССР и Рос­сийской Федерации / В.Д. Ермаков, Н.И. Крюкова. М., 2003. С. 81

[23] См.: Забрянский Г. И. Наказание несовершеннолетних и его региональные особен­ности: статистико-криминологическое исследование / Г.И. Забрянский. М., 2004. С. 89

1 См.: Забрянский Г. И. Указ. соч. С. 91

2 См.: Там же. С. 93

[26] См.: Статистические сведения Министерства внутренних дел РФ. Режим доступа: www.mvdinform.ru

[27] См.: Сборник материалов по реализации муниципальной молодёжной политики в городе Иванове в 2007 году и планы работы на 2008 год «Вектор развития»/ Под ред.: С.А. Шмелевой, Издательство «Молодёжь города Иванова», 2008, С. 3

[28] См.: Доклад Т.В. Подсухиной (Иваново) «Преступность несовершеннолетних в современной России»

Материалы международной научно-практической конференции: «Будущее российской молодежи», Москва, 23–24 мая 2003 г.

[29] Андрей Воронин «Безопасность: плюсы и минусы», Ивановская областная газета «Рабочий край» 25 апреля2007 год №74 (24520) «Безопасность: плюсы и минусы»

[30] См.: Сборник материалов по реализации муниципальной молодёжной политики в городе Иванове в 2007 году и планы работы на 2008 год «Вектор развития»/ Под ред.: С.А. Шмелевой, Издательство «Молодёжь города Иванова», 2008, С. 3

[31] См.: Доклад М. Е. Поздняковой (Москва) «К оценке распространения наркомании в молодёжной среде»

Материалы международной научно-практической конференции: «Будущее российской молодежи», Москва, 23–24 мая 2003 г.

[32] Андрей Воронин «Безопасность: плюсы и минусы», Ивановская областная газета «Рабочий край» 25 апреля2007 год №74 (24520) «Безопасность: плюсы и минусы»

[33] См.: Васильев В.Л. Юридическая психология / В.Л. Васильев. - М., 2001 с. 117

[34] См.: Васильев В.Л. Указ. соч. С. 118

[35] См.: Бурлаков В. Н., Сальников В. П. Указ. соч. С. 437

[36] См.: Кузнецова Н. Ф., Миньковский Г. М. Указ. соч. С. 167

[37] См.: Плешаков В.А. Взаимовлияние организованной преступности и преступности несовершеннолетних / В.А. Плешаков - М.: Юниверс, 1998. С. 57

[38] См.: Ермаков В.Д., Крюкова Н.И. Указ. соч. С. 80

[39] См.: Бурлаков В. Н., Сальников В. П. Указ. соч. С. 439

[40] См.: Ермаков В.Д., Крюкова Н.И. Указ. соч. С. 87

[41] Панов С.Л. Криминологическая характеристика и предупреждение наркотизма среди несовершеннолетних: Автореф. дисс. канд. юрид. наук. / С.Л. Панов. Омск, 1998 С. 32

[42] См.: Бурлаков В. Н., Сальников В. П. Указ. соч. С. 441

[43] См.: Кудрявцев В.Н., Эминов В.Е. Указ. соч. С. 178

[44] См.: Сухарев А. Л. Феномен российской преступности в переходный период: тенденции, пути, средства противодействия, М.: Норма-М, 1996. С. 66

[45] См.: Иншаков С.М. Криминология: Учебное пособие / С.М. Иншаков. М., 2002 С. 146

[46] См.: Кудрявцев В.Н., Эминов В.Е. Указ. соч. С. 412

[47] См.: Долгова А.И. Криминология. / А.И. Долгова. М., 1997. С. 184

[48] См.: Бурлаков В. Н., Сальников В. П. Указ. соч. С. 447

[49] См.: Иншаков С.М. Указ. соч. С. 150

[50] См.: Гилинский Я.И. Криминология. Курс лекций / Я.И. Гилинский. СПб., 2002 С. 260

[51] См.: Гилинский Я.И. Указ. соч. С. 260

[52] Новикова 3. Насилиеза насилие / 3. Новикова // Аргументы и факты. 1995. № 16. С. 6

[53] См.: Гилинский Я.И. Указ. соч. С. 262

[54] См.: Долгова А.И. Указ .соч. С. 187

[55] См.: Бурлаков В. Н., Сальников В. П. Указ. соч. С. 449

[56] См.: Там же. С. 450

[57] См.: Панов С.Л. Указ. соч. С. 42

[58] См.: Сибиряков С.Л. Предупреждение девиантного поведения молодежи / С.Л. Сибиряков Волгоград, 1998. С. 28.

[59] Тихомирова Л.В., Тихомиров М.Ю. Юридическая энциклопедия. М., 1998. –С. 351.

[60] Криминология. Учебник для вузов / Под общей редакцией Долговой А.И. М., 2001. –С. 342. Прим.: далее сноски на этот учебник будут даваться как: Криминология. М., 2001.

[61] Создание самой Межведомственной комиссии было предусмотрено указом Президента РФ от 6 сентября 1993 г. N 1338 "О профилактике безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних, защите их прав".

[62] См.: Забрянский Г. И. Наказание несовершеннолетних и его региональные особен­ности: статистико-криминологическое исследование М., 2004 С. 84

[63] Аванесов Г. А. “Криминология и социальная профилактика”. М., 1980. –С. 459.

[64] Bartollas Clemens. Juvenile deliquency. N.Y., 1985. – P. 530.

[65] Незванова О. Если честно посмотреть правде в глаза // Юридический вестник. –1999. -№ 3. –С. 12-13.

[66] Криминология. Учебник для вузов / Под общей редакцией Долговой А.И. М., 2001. –С. 340.

[67] Криминология. Учебник для вузов / Под общей редакцией Долговой А.И. М., 2001. –С. 341.

[68] Там же. –С. 25.

[69] Мельникова Э.Б. Как уберечь подростка от конфликта с законом. Советы юриста. М., 1998. -С. 38.

[70] Криминология. Учебник для вузов / Под общей редакцией Долговой А.И. М., 2001. –С. 24.

[71] Там же.

[72] Ушинский К.Д. Человек как предмет воспитания. Соч. Т. 9. –М.-Л., 1948. –С. 117-118.

[73] Сибиряков С.Л. Предупреждение девиантного поведения молодежи, Волгоград, 1998.– С. 34-35.

[74] Там же. – с. 34.

[75] Ситаров В.А., Маралов В.Г. Педагогика и психология ненасилия в образовательном процессе: Учеб. пособие для студ. высш. пед. учеб. заведений / Под ред. В.А. Сластенина. М., 2000. –С. 94.

[76] Макаренко А.С. О воспитании. М., 1988. –С. 111.

[77] Бэрон Р., Ричардсон Д. Агрессия. Спб., 2000. –С. 100.

[78] Обобщенные характеристики 12 психологических портретов агрессивных подростков (см.: Семенюк Л.М. Психологические особенности агрессивного поведения у подростков. М., Воронеж, 1996. –С. 52-62.

[79] Ильин И.А. Большевизм и кризис современного правосознания. М., 1998. -Т.7. –С. 10.

[80] Антонян Ю.М. Жестокость нашего времени. М., 1995 –С. 280; Сибиряков С.Л. Указ. соч. –с. 35.

[81] Гармаев А. От зачатия до рождения. Волгоград, 2001. –С. 37.

[82] Гармаев А. От зачатия до рождения. Волгоград, 1996. –С. 59.

[83] Nye F.I. Family relationships and delinquent behavior. NewYork, 1958. pp. 47, 51.

[84] Сибиряков С.Л. Указ. соч. –С. 44.

[85] Молодежь Российской Федерации: положение, выбор пути. Основные выводы и предложения Государственного доклада Правительству Российской Федерации // Государственный комитет РФ по молодежной политике. Рук. авт. колл. Ручкин Б.А., Родионов В.А. Отв. ред. Луков В.А.и др. М., 2000. –С. 28.

[86] Базаров Р.А. Преступность несовершеннолетних: криминальное насилие, меры противодействия. Екатеринбург, 1995. –С. 107.

[87] Базаров Р.А. Преступность несовершеннолетних: криминальное насилие, меры противодействия. Екатеринбург, 1995. –С. 108-114. Влияние на девушек преступниц: Богданов Л.Ф. Криминологическая характеристика правонарушений несовершеннолетних женского пола // Вестник МГУ. Сер. 11. Вып. 2, 1979 –С. 94-95; Усманова Л.Ф. Некоторые особенности причин преступлений несовершеннолетних женского пола // Проблемы профилактики преступности на современном этапе. Свердловск, 1983. –с. 75-76.

[88] Исследователь Геттинг А., например, обнаружил, что малолетние убийцы зачастую происходят из неполных семей (GoettingA. Patternsofhomicideamongchildren // CriminalJusticeandBehavior. –1989. -№ 16. –P. 63-80)

[89] Двойменный И.А., Лелеков В.А. Влияние семьи на преступность несовершеннолетних // Социс. –1993. -№ 10. –С. 54-59.

[90] Макаренко А.С. О воспитании. М., 1988. –С. 106.

2 Там же – с. 113.

[92] Базаров Р.А. Преступность несовершеннолетних: криминальное насилие, меры противодействия. Екатеринбург, 1995.– С. 111.

[93] В литературе много исследователей высказывалось о необходимости массового повышения педагогической компетентности родителей как одного из профилактических мероприятий. Например: Актуальные проблемы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних: Учебное пособие / Бланков А.С., Бурмистров И.А., Крюкова Н.И., Плешаков В.А., Фокин В.М. М., ВНИИ МВД РФ, 1999 -С. 101. О необходимости этого в 70е годы еще писал Ермаков В.Д. – Криминологическая характеристика условий семейного воспитания и социально-правовые аспекты совершенствования ранней профилактики правонарушений несовершеннолетних. Автореферат на соискание ученой степени кандидата наука. М., 1977.–С.12.

[94] Макаренко А.С. Указ. соч. – С. 133.

[95] Юсупов М.Р. Криминологическая характеристика преступности среди несовершеннолетних женского пола. М., 2000. -С. 85.

[96] Сибиряков С.Л. Указ. соч. – С. 68.

[97] Актуальные проблемы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних: Учебное пособие / Бланков А.С., Бурмистров И.А., Крюкова Н.И., Плешаков В.А., Фокин В.М. М., ВНИИ МВД РФ, 1999. –С. 26.

[98] Актуальные проблемы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних: Учебное пособие / Бланков А.С., Бурмистров И.А., Крюкова Н.И., Плешаков В.А., Фокин В.М. М., ВНИИ МВД РФ, 1999. – С. 27.

[99] Там же.

[100] Там же. – С. 27.

[101] Каневский Л.Л. Актуальные проблемы совершенствования ранней профилактики преступности и иных правонарушений несовершеннолетних // Известия вузов. Правоведение. –1999. -№ 1. –С. 154.

[102] Цит. по: Каневский Л.Л. Указ. соч. -С. 154.

[103] Каневский Л.Л. по этому поводу пишет: “Мировая практика свидетельствует о том, что рыночные отношения предусматривают честный и добросовестный труд. А нравственное отношение к труду надо воспитывать с детства, и эта обязанность должна лежать прежде всего на родителях” (Каневский Л.Л. Указ. соч. –Там же).

[104] См. например: Сибиряков С.Л. Указ. соч. –С. 44; Прозументов Л.М. Групповая преступность и ее предупреждение. Томск, 1993. –С. 76-78; Сукало А.А. Педагогические основы профилактики правонарушений в сфере подростково-молодежного досуга. СПб. 1996. – С. 99-104.

[105] Прозументова Г.Н. Теоретическое обоснование цели и сущности системы коммунистического воспитания. Томск, 1986. –С. 37-40.

[106] Там же.

[107] Пилипенко Л.М., Плакун В.Н., Хорунжий С.Н. Роль нравственных убеждений профилактике правонраушений несовершеннолетних // Психолого-педагогические условия повышения эффективности воспитательной работы по предупреждению правонарушений среди учащейся молодежи. Киев, 1980. –С. 50.

[108] Бепяева В.А. Указ. соч. –С. 3.

[109] Сукало А.А. Указ. соч. -С. 101.

[110] Там же. –С. 53.

[111] Беляева В.А. Духовно-нравственное становление и развитие личности учителя в контексте светской и православной и педагогической культуры. Рязань, 1998. –С. 58.

[112] Цит. по: Ермаков А. Записки из мертвой школы // www.pravoslavie.ru/jurnal/society/mertvshkola.htm

[113] Ильин И.А. Общее учение о праве и государстве. М., 1994. –Т. 4. –С. 81.

[114] Сборник материалов по реализации муниципальной молодёжной политики в городе Иванове в 2007 году и планы работы на 2008 год «Вектор развития»/ Под ред.: С.А. Шмелевой, Издательство «Молодёжь города Иванова», 2008

[115] См.: Статистические сведения Министерства внутренних дел РФ. Режим доступа: www.mvdinform.ru

[116] См.: Статистические сведения Министерства внутренних дел РФ. Режим доступа: www.mvdinform.ru

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий