регистрация / вход

Психология допроса подозреваемого

Оглавление Оглавление 2 Введение 3 Глава 1. Основные положения допроса 4 1.1 Понятие, задачи и виды допроса 4 Глава 2. Психологические особенности допроса подозреваемого 5

Оглавление

Введение. 3

Глава 1. Основные положения допроса. 3

1.1 Понятие, задачи и виды допроса. 3

Глава 2. Психологические особенности допроса подозреваемого. 3

2.1 Психология допроса подозреваемого (обвиняемого)3

2.2. Тактические приемы допроса подозреваемого. 3

Глава 3. Биоритмология и допрос подозреваемого. 3

Заключение. 3

Список использованной литературы.. 3


Введение

Подозреваемый и обвиняемый отнюдь не обязательно могут быть преступниками. Поэтому, решая основной вопрос по делу, совершено ли преступление данным лицом, нужно ясно понимать его психологию. Стремясь уклониться от ответственности и скрыть свое участие в преступлении виновный старается утаить от окружающих и связанные с этим переживания.

В теории уголовного процесса сущность допроса определяется во многом его ролью в процессуальном доказывании, под которым принято понимать осуществляемую в процессуальных формах деятельность следователя, прокурора, суда и лица, производящего дознание, с участием других субъектов уголовного процесса, по собиранию, закреплению, проверке и оценке фактических данных, необходимых для установления истины по уголовному делу и решения задач уголовного судопроизводства.

По моему мнению, данная тема актуальна в наше время как никогда, и поэтому я постараюсь ее рассмотреть более подробно во второй главе своей работы.

Цель - рассмотреть психологические особенности допроса подозреваемого и в чем заключается их сущность.Задачи: 1. Осуществить анализ литературы по проблеме допроса. 2. Исследовать протоколы допроса. Предмет исследования: психологические особенности допроса подозреваемого. Объект исследования: допрос подозреваемого.


Глава 1. Основные положения допроса

1.1 Понятие, задачи и виды допроса

Допрос можно определить как следственное действие, состоящее в личном общении следователя с допрашиваемым с целью получения у него сведений об обстоятельствах, подлежащих доказыванию по уголовному делу.

Формируемые в рамках криминалистической тактики научные основы допроса не могут не учитывать достижений смежных отраслей знаний. Поскольку допрос является специфической формой межличностных отношений, большое значение имеют закономерности психической деятельности людей, изучаемые общей и социальной психологией. Так, общая психология раскрывает сущность и механизм таких важных для понимания допроса психических процессов, как восприятие человеком окружающей действительности с помощью органов чувств, запоминание воспринятого, воспроизведение воспринятой информации. С учетом достижений социальной психологии разрабатывается проблема психологического контакта следователя с допрашиваемым и другие. Важным в тактике допроса является организационный аспект, учитывающий достижения таких наук, как теория управления, научная организация труда.

По процессуальному положению допрашиваемого различают допрос потерпевшего, допрос свидетеля, допрос подозреваемого или обвиняемого. Такая классификация удобна при рассмотрении процессуальных аспектов этого следственного действия, а также некоторых его тактических приемов.

В зависимости от возраста допрашиваемого выделяют допрос взрослого, несовершеннолетнего или малолетнего лица. Допросы делятся на первичные, дополнительные, повторные. Исходя из личной позиции, занятой допрашиваемым, различают допросы лиц, дающих правдивые показания, и допросы лиц, заведомо не желающих говорить правду. Могут быть предложены и иные основания для классификации допросов и, соответственно, их виды.


Глава 2. Психологические особенности допроса подозреваемого

2.1 Психология допроса подозреваемого (обвиняемого)

Подозреваемый и обвиняемый отнюдь не обязательно могут быть преступниками. Поэтому, решая основной вопрос по делу, совершено ли преступление данным лицом, нужно ясно понимать его психологию. Стремясь уклониться от ответственности и скрыть свое участие в преступлении, виновный старается утаить от окружающих и связанные с этим переживания. Он оберегает свои воспоминания от внешнего проявления и тем самым постоянно оживляет их, а подавляя переживания, еще более их обостряет. В конце концов, тенденция скрыть свои чувства и мысли вносит сильнейшую дезорганизацию в его психические процессы.

Если процессуальное положение подозреваемого и обвиняемого имеет существенные различия, то в психологическом аспекте эти различия представляются значительно менее важными. В частности, у подозреваемого происходит частая смена состояний, сопровождаемая то появлением уверенности в себе, стремлением к активному противодействию, недооценкой возможностей следствия, самоуверенностью, то, напротив, возникновением подавленного, депрессивного состояния, растерянности, безволия.

В отличие от подозреваемого обвиняемый чаще всего имеет больше сведений о положении дел, о содержании имеющихся доказательств у следствия.

Однако на предварительном следствии, у подозреваемого и обвиняемого наблюдаются многие сходные психологические состояния, мотивы, побуждения, а отсюда и особенности поведения.

Психические состояния, мотивы действий, личностные качества допрашиваемых определяют их поведение на предварительном следствии и тем самым обуславливают психологический подход к ним, избрание наиболее эффективных, тактических и психологических приемов. На допросе обвиняемый может испытывать самые разнообразные чувства.

На допросе обвиняемый может быть в состоянии душевного потрясения, стыда, опасаясь, что о лучившемся узнают родные и близкие, друзья, сослуживцы, соседи. Моральные оценки и суждения окружающих небезразличны даже для людей с устоявшимися антиобщественными взглядами. Нежелание огласки является весьма сильным мотивом, во многом определяющим поведение обвиняемого. При выявлении такого мотива задача следователя — убедить допрашиваемого в необходимости дать правдивые и полные показания. Только это хоть в какой-то степени поможет сохранить понимание близких ему людей.

Следователю иногда приходится встречаться и с обвиняемыми (чаще рецидивистами) для которых мнение других людей ничего не значит. Они руководствуются принципами «не пойман — не вор», «деньги не пахнут» и т.д.

Для отдельных обвиняемых типична боязнь утраты достигнутого им социального, служебного и материального положения. Поэтому на допросе такой обвиняемый чаще всего уклоняется от дачи правдивых показаний. Здесь следователь, чтобы преодолеть указанное психологическое состояние обвиняемого, должен убедить его в возможности честным и добросовестным трудом восстановить социальное положение, стать полноправным членом общества.

Сильным психологическим состоянием, формирующим мотивы поведения обвиняемого, является страх лишения свободы, привычного образа жизни, оказаться среди преступников. Такое чувство, особенно присущее лицам, впервые совершившим преступление и привлеченным к уголовной ответственности, обычно приводит их в состояние глубокой депрессии. В такой ситуации подозреваемый полагает, что избежать задержания, ареста, содержания под стражей, приговора, связанного с лишением свободы, можно, только отрицая свою вину, давая ложные показания, у него возникает соответствующее психологическое состояние, формируется позиция, которую следователю необходимо преодолеть. Для этого требуется убедить подозреваемого, что доказывание вины мало зависит от его признания, а в решающей мере — от всей совокупности доказательств. Здесь требуется разъяснить подозреваемому, что чистосердечное раскаяние, а также активное способствование раскрытию преступления является для суда обстоятельством, смягчающим ответственность.

Практика показывает, что в преступлениях, совершаемых группой, обвиняемый по-разному относится к соучастникам. Если кому-то он многим обязан, то старается скрыть причастность к преступлению этого человека, надеясь на его помощь и поддержку. Гораздо чаще система психологических отношений в преступной группе построена на подчинении силе, страхе, иных низменных побуждениях и инстинктах. Поэтому в процессе расследования, когда участники преступной группы изолированы друг от друга, построенные на такой основе отношения распадаются. У обвиняемого крепнет неприязнь к лицам, втянувшим его в преступную группу, по чьей вине он оказался привлеченным к уголовной ответственности. Следователь вправе использовать подобное психологическое состояние обвиняемого, раскрыть перед ним систему отношений, существовавших в преступной группе, показать, на чем построено ложное чувство товарищества среди преступников, использовать эти знания для выбора наиболее эффективных тактических приемов допроса. Однако следует помнить о необходимости очень осторожного их выбора с учетом психологических взаимоотношений участников преступной группы, поскольку недопустимы приемы, основанные на использовании, разжигании низменных чувств и побуждений.

Хочется отметить, что допрашиваемые могут испытывать одновременно целый комплекс чувств, тесно связанных между собой.

Особое место занимают психологические состояния, переживаемые невинным человеком, который в силу стечения обстоятельств оказался в положении подозреваемого или даже обвиняемого. Безусловно, он испытывает чувства возмущения, гнева, обиды, стремится скорее избавиться от необоснованных, с его точки зрения, подозрений, доказать свою невиновность; он также может ощущать беспомощность, невозможность опровергнуть имеющиеся против него улики, преодолеть предубеждение окружающих.

Эффективность допроса во многом зависит от того, в каком психологическом состоянии находится допрашиваемый, от осознания обвиняемым своей вины, от готовности дать правдивые показания. Следователь должен тактически умело ослабить или нейтрализовать отрицательные психологические состояния и усилить, поддержать положительные.

Поведение человека в значительной степени определяется воздействием на него доминанты[1] — господствующего в данный момент очага возбуждения в коре больших полушарий головного мозга, который обладает повышенной чувствительностью к раздражению и способен оказывать тормозящее влияние на работу других нервных центров. В очаге при этом происходит концентрация возбуждения. Доминанта, как правило, возникает у человека в связи с более или менее серьезными событиями в его жизни, за исход которых он переживает, в связи с которыми испытывает чувство страха, неуверенности, беспокойства.

Зачастую доминанта воздействует и на преступника. Испытывая чувства тревоги, сожаления, страха, раскаяния и т. д., правонарушитель мысленно многократно возвращается к событию преступления, обдумывает возможные неблагоприятные последствия. Этот процесс приводит к еще большему усилению переживаний, к постоянному подкреплению очага возбуждения — доминанты.

Замечено, что чем тяжелее преступление, тем ярче изменения в поведении преступника.

Родственники К., подозреваемого в убийстве, сообщили на допросе, что начиная с весны (времени совершения преступления) он постоянно находится в очень подавленном состоянии, кричит во сне, вскакивает по ночам. Товарищи по службе на допросе показали, что К. пытался повеситься, заявляя, что он недостоин быть среди них.

Среди юристов и психологов в последнее время проявляется интерес к исследованию защитной доминанты правонарушителя[2] . Под воздействие доминанты преступник стремится к совершению поступков, которые, как он думает, обеспечат ему, помогут избежать изобличения и последующего наказания. Его действия носят своеобразный защитительный характер. В то же время именно эти действия преступника зачастую привлекают к себе внимание органов следствия, дают основания для предположений о его причастности к совершенному преступлению. Такие действия получили название «улики поведения».

Улики поведения бывают самых различных видов. Наиболее распространенными являются: подготовка инсценировок, создание ложного алиби, немотивированный и внезапный отъезд, попытки направить следствие по ложному пути; проявление повышенного интереса к процессу расследования преступления; распространение заведомо вымышленных слухов о личности преступника, мотивах преступного деяния; нарочитость, демонстративность поведения, призванного всячески убедить окружающих в полной непричастности к преступлению, отрицание даже точно установленных фактов («не видел», «ничего не слышал» и т. д.); попытки уговорить, подкупить потерпевших, свидетелей; поиски лиц, которые бы дали ложные показания; изменение привычных стереотипов поведения после совершения преступления; осведомленность о таких деталях, которые мог знать только виновный, возвращение, порой неоднократное, на место совершения преступления[3] .

В различных следственных ситуациях улики поведения проявляются по-разному.

Среди лиц, возможно причастных к преступлению, внимание следователя привлек Н. Он проявлял в связи с расследованием заметное беспокойство, расспрашивал свидетелей о допросах, интересовался, зачем следователь и работники милиции осматривают у подозреваемых одежду, можно ли по следам рук обнаружить преступника. Именно Н. и оказался разыскиваемым преступником.

Умение разбираться в психофизиологической природе улик поведения, их сущности, видов, особенностей проявления помогает следователю и работникам дознания успешно решать оперативно-тактические задачи: выдвигать обоснованные версии и вести их продуманную разработку, осуществлять целенаправленный, всесторонний поиск доказательств, избирать правильную тактику допроса подозреваемых (обвиняемых), проведение других следственных действий и т. д.

Однако этим значение доминанты не исчерпывается. Давно замечено, что человек, совершивший тяжкое преступление, испытывает сильное психологическое напряжение. Стремление скрыть причастность к преступлению, необходимость маскироваться, чтобы выглядеть спокойным, приводят к усилению торможения в клетках коры головного мозга. После этого начинает преобладать процесс возбуждения. Оно становится все более устойчивым, а потом и постоянным. Безусловно, преступник испытывает острое желание снизить напряженность, снять с себя бремя тайны преступления, посоветоваться, как быть дальше, какую линию поведения избрать, просто выговориться хотя бы и постороннему человеку. Выявление таких состояний, «поддержание» указанных процессов на допросе, проведенном в строгих рамках правовых и этических норм, способствуют получению правдивых показаний, скорейшему раскрытию преступлений.

На предварительном следствии допрос обвиняемого нередко проходит в условиях конфликтной ситуации. Причины конфликта возникают от принудительного характера общения, так как обвиняемый понимает, что каждый проведенный следователем допрос приводит к изобличению в совершении преступления, но не считает возможным отказаться от дачи показаний, не может избежать общения со следователем. Подозреваемый понимает сложность положения, в котором уже находится, и зачастую связывает с деятельностью следователя избрание меры пресечения, изменение привычного образа жизни, нравственные переживания, лишение возможности общаться с близкими людьми и т. д.

Следователь в ходе допроса стремится установить истину, наделен значительными властными полномочиями, а обвиняемый старается скрыть истину, но обязан подчиняться требованиям закона. Данный конфликт не должен носить личностного характера, взаимоотношения надо строить в строгом соответствии с нормами уголовного судопроизводства и морали. При допросе необходим индивидуально-психологический подход к обвиняемому.

В сложной ситуации следователю нужно знать все основные социальные роли, которые исполнял допрашиваемый в жизни, и научиться направлять допрашиваемого к занятию такой ролевой позиции, которая бы наиболее соответствовала ситуации данного допроса. Для следователя далеко не безразлично, какую из всего арсенала ролей будет играть допрашиваемый.

Исследуя личность опрашиваемого, следователь должен планировать обращение к ее лучшим сторонам, т. е. к социально положительным ролевым позициям данной личности. Этически и тактически недопустимо, чтобы следователь для установления контакта с допрашиваемым использовал отрицательные стороны его личности, даже если следователь хорошо знает их.

Возникновение в ходе допроса психологической общности показывает обвиняемому, что его допрашивает компетентный, внимательный и чуткий человек, и является первой ступенькой перестройки допрашиваемого в социально правильном направлении.

Отношение обвиняемого к совершенному преступлению, предъявленному обвинению, возможному наказанию зависит от мотивов, которыми обвиняемый руководствуется в период расследования уголовного дела. Изучению и анализу должны подвергаться не только мотивы, обусловленные ситуацией расследования, но и сформировавшиеся в течение жизни обвиняемого направленность личности, нравственно-этические представления, сохраняющие и в условиях расследования свою мотивирующую роль.

Бесконфликтность ситуации не гарантирует полной откровенности подозреваемого. Он может добросовестно заблуждаться, ошибаться, неправильно понимать сущность тех или иных событий, наконец, обвиняемый, чистосердечно признавая свою вину, может подсознательно стремиться к ее преуменьшению. Поэтому подготовка к допросу даже в бесконфликтной ситуации в некоторых случаях должна включать элементы основанного на знании психологии обвиняемого прогнозирования ошибок. Учет таких особенностей обвиняемого, как завышенная самооценка, некритичность к собственной личности, недоброжелательное отношение к окружающим, позволяет предвидеть вольное или невольное стремление обвиняемого к смягчению своей вины.

На практике мнимая бесконфликтность ситуации допроса часто возникает в случае самооговора подозреваемого. Вероятность самооговора повышается, если обвиняемый отличается повышенной внушаемостью, податливостью к внешнему воздействию, неумением отстаивать свою позицию, слабоволием, недостаточной выносливостью к психическому напряжению.

Наиболее типичным мотивом самооговора является стремление избавить от наказания действительного виновника (под влиянием родственных или дружеских чувств), либо самооговор продиктован определенными групповыми интересами или же достигается угрозами и воздействием заинтересованных лиц в отношении тех, кто находится в какой-либо зависимости от них.

Допускаемое со стороны обвиняемого ложное признание может быть продиктовано его стремлением уклониться от ответственности за более тяжкое преступление. Таким путем он рассчитывает усыпить бдительность, создать себе алиби по другому делу, доказать наличие обстоятельств, смягчающих или исключающих его ответственность, и т. п. Полный вымысел сравнительно легко опровергается. Детализация и последующая проверка места, времени и других обстоятельств вымышленного события неминуемо ведут к разоблачению лжи.

Если допрашиваемый упорно скрывает достоверно известные ему сведения по делу либо сообщает заведомую ложь, то в отношении него следователь вправе применить метод изобличения. Изобличать допрашиваемого в сокрытии каких-то фактов или заведомой лжи — значит опровергнуть его утверждения, показать их несостоятельность, несоответствие установленным по делу фактам.

Достигается это путем предъявления доказательств, вскрытия противоречий, использования логической аргументации.

Все доступные следователю и допустимые приемы воздействия на обвиняемого невозможно перечислить[4] . Важно только отметить, что, следователь не должен прибегать к запугиванию, унижению человеческого достоинства, необоснованным обещаниям и т. д. Задача юридической психологии как науки заключается в подведении теоретической базы к творческим находкам следователей.


2.2. Тактические приемы допроса подозреваемого

Понятие «подозреваемый» имеет несколько значений: общежитейское, оперативно-розыскное и процессуальное. В общежитейском понимании подозреваемый — это лицо, в отношении которого возникло предположение о его возможной причастности к преступлению. Подозреваемый в оперативно-розыскном смысле — лицо, в отношении которого имеются достоверные сведения, служащие основанием для принятия оперативно-розыскных и иных мер с целью предотвращения подготовляемого и раскрытия совершенного им преступления. Подозреваемым в уголовном процессе является лицо, задержанное по подозрению в совершении преступления, или лицо, к которому применена мера пресечения до предъявления ему обвинения[5] .

В положений подозреваемого лицо может находиться в течение 72 часов, если оно задержано в порядке ст. 91 УПК, либо до 10 суток, если к нему применена мера пресечения до предъявления обвинения. По истечении указанного срока подозреваемый становится обвиняемым, если подозрения в отношении него подтвердились, в противном случае мера пресечения отменяется и он освобождается.

Допрос подозреваемого, как правило, производится сразу же после задержания или избрания меры пресечения и лишь в исключительных случаях — не позднее 24 часов с момента задержания или применения другой меры пресечения. Это требование закона имеет тактическое значение: чем раньше будет допрошен подозреваемый, тем больше гарантий получить от него правдивые показания. Страх перед разоблачением, растерянность и подавленность от всего случившегося, чувство неизвестности наиболее сильны сразу после совершения преступления и способствуют получению искренних показаний.

Общий процессуальный порядок допроса подозреваемого не отличается от порядка допроса обвиняемого. Так, статья 173 УПК указывает, что вызов и допрос подозреваемого производятся с соблюдением правил, установленных соответствующими статьями Кодекса для допроса обвиняемого. Однако тактика допроса подозреваемого и обвиняемого неодинакова. Допрос подозреваемого характеризуется особыми психологическими моментами.

Во-первых, у подозреваемого ярко выражена оборонительная доминанта, установка на сокрытие объективной информации.

Во-вторых, к следователю он относится с предубеждением и настороженностью.

В-третьих, для последующей ориентировки подозреваемый стремится получить информацию о степени осведомленности следователя.

В-четвертых, он находится в состоянии возбуждения и растерянности. Подозреваемый, задержанный по «горячим следам», психологически не готов к допросу.

Дача показаний подозреваемым — это его право, а не обязанность, так как своими показаниями он защищается от возникшего подозрения. При допросе подозреваемого в первую очередь проверяются обстоятельства, вызвавшие подозрение. Иногда подозреваемому предъявляются доказательства, еще недостаточно проверенные, поэтому они оцениваются прежде всего с точки зрения обоснованности подозрений.

Нередко подозреваемый допрашивается сразу же после совершения преступления, когда еще не продумана линия поведения. Фактор внезапности при допросе лишает его возможности придумать ту или иную версию, оценить значение имеющихся у следователя доказательств. Здесь чрезвычайно важное значение имеют момент и обстоятельства задержания. Задержанный с поличным должен быть немедленно опрошен, если обстоятельства не позволяют пока его допросить и показания оформить протоколом. Он должен как-то объяснить ситуацию. Не будучи психологически готовым, не продумав ложную линию своего поведения до конца, подозреваемый может рассказать правду. Многое зависит и от того, насколько тактически правильно и уверенно в момент задержания действовали лица, его производившие.

Например, участковый инспектор при задержании подозреваемого на квартире взял в руки его сапоги и стал рассматривать рисунок на подошве, после этого сапоги отложил в сторону. За действиями милиции внимательно наблюдал подозреваемый. На допросе он рассказал: «Я понял, что меня выдали сапоги: ведь я бежал через огороды, где мягкая земля, а на подметках моих сапог имеется рисунок».

Подозреваемый должен быть обыскан и здесь же допрошен о принадлежности найденных у него вещей, предметов, содержании записей. Они могут свидетельствовать о местах, где он бывал, его специальности. Выяснение этих обстоятельств способствует установлению личности задержанного, раскрытию преступлений, которые не были известны следователю.

Допрос подозреваемого начинается с установления его личности. Следственной практике известны многочисленные случаи, когда задержанные называют вымышленные фамилии. Личность подозреваемых может быть удостоверена документами, лицами, хорошо знающими подозреваемых, и с помощью специальных учетов МВД РФ. При заполнении анкетной части протокола следует расспросить, где допрашиваемый жил в последнее время, где работал, почему выезжал из данного города, подробнейшим образом проследить каждый его шаг. Затем срочно запросить органы милиции этих городов, не совершены ли им там преступления, задерживался ли он органами милиции, разыскивается ли и т.п. Часто по неопытности либо, считая, что проверить его показания невозможно, подозреваемый охотно рассказывает, где жил и работал, так как не видит получить информацию об обстоятельствах дела, особенно о доказательствах, имеющихся против них. Некоторые подозреваемые пытаются вывести следователя из равновесия, спровоцировать его на резкий тон, сбить с намеченного плана допроса и заставить закончить допрос психологическим срывом. Если подозреваемый отказывается давать показания в форме свободного рассказа, следует перейти к постановке вопросов, причем таких, которые уже выяснены другими путями и в правдивости ответов на которые следователь не сомневается.

Подозреваемый, не будучи осведомлен о деталях дела, не зная, какими доказательствами его вины располагает следователь, чтобы избежать ответственности, прибегает к различным уловкам: пытается дать ложные показания, делает массу оговорок, называется вымышленными фамилиями, заявляет о своем алиби. Каждое такое заявление должно быть проверено. Основное средство проверки — детальный допрос подозреваемого и сопоставление его показаний с материалами уголовного дела. Иногда опытные преступники на случай задержания заранее подготавливают доказательства своего алиби: ссылаются на вымышленные события или на те, которые имели место в действительности, но по времени перемещают их так, что они совпадают со временем преступления.

Проверка алиби подозреваемого проводится следующим образом. Подозреваемого подробно допрашивают по обстоятельствам, связанным с его алиби. Если, несмотря на значительный промежуток времени, отделяющий допрос от преступления, он последовательно и подробно описывает то, что делал на всем протяжении дня, когда совершено преступление, это должно насторожить следователя. Человек не в состоянии запомнить подробно все факты своей жизни. Запоминаются лишь наиболее яркие, необычные. И так как преступление, совершенное подозреваемым, относится к разряду необычной деятельности, оно запоминается исключительно хорошо. Принимая во внимание желание подозреваемого удержать в памяти обстоятельства преступления и подготовить алиби, становится понятно, почему так ярко описываются им события того дня.

С целью разоблачения подозреваемого можно использовать и следующий тактический прием. Прежде всего, самым подробным образом фиксируются его показания о дне, когда произошло преступление. Эта часть протокола дается на подпись подозреваемому. Затем предлагается подробно описать, как он провел один из дней, предшествующих или следующих за днем преступления. Показания подозреваемого по этому вопросу будут менее подробными и определенными. После этого следователь спрашивает, чем объяснить, что такой-то день он запомнил самым подробным образом, а как провел дни, прошедшие недавно, не помнит. Использование этого приема позволяет установить ложность алиби. Затем следует немедленно допросить лиц, названных подозреваемым, показания которых могут подтвердить или опровергнуть его алиби.

При допросе необходимо соблюдать ряд требований. Указанных подозреваемым лиц тщательно допрашивают, подробно выясняют, где прямой связи между данными биографии и совершенными преступлениями.

Перед допросом подозреваемому разъясняются его права: давать показания и объяснения на родном языке, пользоваться помощью переводчика, собственноручно записать свои показания, требовать немедленного допроса в случае задержания или избрания меры пресечения в виде заключения под стражу. Подозреваемый вправе давать объяснения по поводу обстоятельств, послуживших основанием для его задержания или избрания к нему меры пресечения, а также обо всех других известных ему и подлежащих установлению по данному делу. Кроме того, ему объявляется, в совершении какого преступления его подозревают. На практике это процессуальное требование иногда нарушается под тем предлогом, что якобы сообщение подозреваемому оснований задержания, объявление ему. в совершении какого преступления он подозревается, тактически обезоруживает следователя, затрудняет последующий допрос.

Перед допросом следователь должен уяснить, о каких фактах пока нецелесообразно допрашивать подозреваемого, в отношении каких подробностей следует оставить его временно в неведении. Это в большинстве случаев способствует уличению допрашиваемого во лжи. Такая тактика допроса способствует тому, что подозреваемый, совершивший несколько преступлений, может рассказать о тех, которые еще не известны следователю. Чтобы сформировать у подозреваемого мнение о том, что следователю известны обстоятельства преступления, нужно намекнуть о каком-либо совершенно достоверном факте, имеющем отношение к преступлению и допрашиваемому, что создаст впечатление, будто следователю известны и другие обстоятельства преступления.

Важно при первой встрече с подозреваемым предупредить дачу ложных показаний, затем от них ему труднее будет отказаться. Допрос подозреваемого предполагает выяснение не только обстоятельств, которые послужили основанием для задержания или заключения под стражу, но и всех других данных, входящих в предмет доказывания. Допрос подозреваемого иногда может походить на беседу, лишенную ненужной в первое время официальности. Цель этой беседы — познакомиться с основными психологическими чертами допрашиваемого, наметить тактику его допроса.

Следователь должен попытаться оценить показания подозреваемого, определить, насколько они соответствуют действительности. Как правило, непричастное к преступлению лицо не только дает развернутые показания по обстоятельствам, послужившим причиной его задержания и подозрений, но и указывает пути их проверки. Подозреваемый же, причастный к преступлению, пытаясь уйти от ответственности, нередко опровергает подозрения с помощью наивных аргументов либо вовсе отказывается давать показания. Действенным средством изобличения и получения правдивых показаний является очная ставка подозреваемого с потерпевшим, особенно в тех случаях, когда они были знакомы до преступления.

Подозреваемые внимательно следят за следователем, стараются находился подозреваемый и чем занимался в тот момент, когда было совершено преступление; какое расстояние отделяло его от места преступления, кто может еще подтвердить показания данного свидетеля; почему свидетелю так хорошо запомнился этот день и т.д. Этот прием продиктован тем обстоятельством, что ложь до конца продумать нельзя. Человеку трудно, почти невозможно вспомнить спустя некоторое время, где он был и что делал, если этот день чем-то особым не запомнился, если он не старался специально удержать в памяти все события данного дня. Подозреваемый, совершивший преступление, старается запомнить детали этого дня на случай задержания. Если он заранее условился с указанным лицом, какие следует давать показания, то детальный допрос всегда выявит расхождения, свидетельствующие об их ложности. Допрос таких лиц ведется по принципу от общего к частному, вопросы ставятся в такой последовательности, чтобы допрашиваемый не мог догадаться о желательном для него ответе. Наряду с допросом свидетелей, названных подозреваемым, устанавливаются и допрашиваются другие свидетели, чья объективность не вызывает сомнения. Следователь предпринимает меры, направленные на то, чтобы свидетели не могли договориться между собой и с подозреваемым.

Также для проверки показаний подозреваемого можно рекомендовать проведение ряда повторных допросов по обстоятельствам, связанным с алиби, меняя при этом последовательность в изложении фактов. Сопоставление показаний подозреваемого даст возможность выявить неточности и противоречия, изобличающие его.

Для допроса подозреваемого, проверки его показаний приобретает особое значение установление его преступной осведомленности. Для этого могут использоваться такие приемы, как создание у допрашиваемого преувеличенного представления об осведомленности следователя; сокрытие следователем своей осведомленности по факту преступления; постановка вопросов, отвечая на которые допрашиваемый выдает свою причастность. Также в ходе допроса важно выяснить такие обстоятельства, которые может знать только тот, кто действительно совершил преступление, и которые не могли быть известны другим лицам. Для этого может быть использован такой тактический прием, как глубокая детализация его показаний с последующим их сопоставлением с имеющимися в деле материалами. Для этих же целей следует допросить лиц, с которыми общался подозреваемый после совершения преступления, выяснить, не заметили ли они каких-либо отклонений в поведении подозреваемого, не проявлял ли он повышенного интереса к ходу расследования преступления, или наоборот, не старался ли подавить в себе вполне понятное в таких случаях обывательское любопытство.

Если подозреваемый сознался в совершенном преступлении и дал правдивые показания, его следует допросить самым подробным образом для того, чтобы эти показания можно было перепроверить и подтвердить с помощью других доказательств. При получении показаний, в которых подозреваемый сознается в преступлении, нельзя исключать самооговора, не так уж редко встречающегося на практике. Его мотивы: желание быть осужденным за преступление менее тяжкое, чем то, которое совершено в действительности; уберечь от уголовной ответственности близких людей; выгородить соучастников; показать себя бывалым преступником; ввести следователя в заблуждение; попасть в места заключения и тем самым избавиться от алкоголизма, наркомании и т.п. Причинами самооговора могут быть также неправильное поведение следователя, применение незаконных приемов допроса, необъективное ведение следствия в целом.

Во время допроса обращается внимание не только на то, о чем говорит подозреваемый, но и как он это говорит; на связь между его словами и поступками. Переживания, волнения, боязнь изобличения и наказания проявляются и вовне. В частности, от страха «пересыхает во рту», при волнении более обильно выделяется пот. Наблюдая за поведением подозреваемого во время допроса, можно заметить, что чем больше задевает его предмет допроса, тем больше он нервничает.

Обнаружение физиологических сигналов психологического состояния подозреваемого может рассматриваться в качестве указателей тактики допроса, но лишенных какой бы, то, ни было доказательственной силы. То или иное поведение подозреваемого и обвиняемого на допросах, тон ответов, манера держаться и т.п. не могут рассматриваться как доказательства виновности, поскольку могут быть вызваны и причинами, не связанными с исследуемым по делу событием. Допрашиваемый может выражать признаки беспокойства, теряться, давать путанные объяснения, проявлять неуверенность не потому, что в чем-то виновен, а от психического напряжения, непривычности обстановки, наконец, боязни, что ему не поверят, не разберутся объективно по всем случившемся. На один и тот же раздражитель у разных людей реакция будет различной, сугубо индивидуальной. Здесь все зависит от личные свойств, от темперамента, от состояния нервной системы, впечатлительности, обстановки допроса и т.д. Но не учитывать эти психические признаки состояния человека нельзя. Именно они позволяют установить, в каком месте допроса подозреваемого покидает спокойствие, чем вызывается его волнение, какова его энергия и воля сопротивления в данный момент.

«Их нельзя положить в основу процессуальных решений, так как они не являются доказательствами, но, давая материал для предположений, они могут быть основой решения тактического характера, определения линии поведения следователя, выбора тех или иных тактических приемов, построения плана конкретного следственного действия». Именно они помогают следователю выяснить психическое состояние подозреваемого, определить пути установления с ним контакта, наметить тактику допроса.

Глава 3. Биоритмология и допрос подозреваемого

Практика показывает, что в одном психологическом состоянии обвиняемый признает себя виновным после предъявления ему доказательств, а в другом состоянии оказывается совершенно невосприимчивым к предъявлению ему точно таких же доказательств. Почему так происходит?

Биоритмологами установлено, что в организме человека имеется более ста биологических ритмов, отражающих различные физиологические процессы. Это суточные ритмы сна и бодрствования, изменения температуры тела, работы сердечно-сосудистой системы и т.п. Существуют биоритмы, цикличность которых составляет месяцы и даже годы. Многие из них связаны с воздействиями ритмически изменяющегося излучения Солнца, фазами Луны, колебаниями электромагнитного поля Земли. Так, исследователи в различных странах пришли к выводам, что при увеличении геомагнитной активности увеличивается число больных в психиатрических лечебницах, растет частота случаев самоубийств и некоторых видов преступлений. Отмечена зависимость между количеством умышленных убийств и фазами Луны.

Все эти факты свидетельствуют, что различные физиологические процессы и воздействия энергии, обладающие чрезвычайно слабой силой, способны, тем не менее, изменить ритм и содержание человеческой деятельности в довольно значительной степени.

Следователю важно уметь использовать при допросе обвиняемого не просто отдельные эмоции, а его настроение. В отличие от эмоционального процесса настроение не связано с каким-либо частным событием, а представляет собой разлитое общеличностное состояние. Оно зависит от обстоятельств, сопровождающих сознательную деятельность, но человек осознает эту зависимость. И в этом ему могут помочь биоритмологи. Они в состоянии выявить наиболее благоприятный период для допроса правонарушителя, препятствующего установлению истины.

Как правило, к такой консультативной помощи приходится прибегать лишь тогда, когда традиционные приемы допроса не помогают. Квалифицированный специалист определяет временной интервал - месяц, какой-либо его период, наиболее благоприятный с точки зрения эффективности тактического воздействия на обвиняемого. В эти дни интенсивно проводятся следственные действия (в основном - допросы).


Заключение

В проделанной мною работе были подробно рассмотрены все важнейшие психологические особенности допроса подозреваемого. Цель данной работы достигнута, все задачи решены, из чего можно сделать некоторые выводы.

Если процессуальное положение подозреваемого и обвиняемого имеет существенные различия, то в психологическом аспекте эти различия представляются значительно менее важными.

Дача показаний подозреваемым — это его право, а не обязанность, так как своими показаниями он защищается от возникшего подозрения. При допросе подозреваемого в первую очередь проверяются обстоятельства, вызвавшие подозрение. Иногда подозреваемому предъявляются доказательства, еще недостаточно проверенные, поэтому они оцениваются прежде всего с точки зрения обоснованности подозрений.

Обнаружение физиологических сигналов психологического состояния подозреваемого может рассматриваться в качестве указателей тактики допроса, но лишенных какой бы, то, ни было доказательственной силы. То или иное поведение подозреваемого и обвиняемого на допросах, тон ответов, манера держаться и т.п. не могут рассматриваться как доказательства виновности, поскольку могут быть вызваны и причинами, не связанными с исследуемым по делу событием.

Все доступные следователю и допустимые приемы воздействия на обвиняемого невозможно перечислить[6] . Важно только отметить, что, следователь не должен прибегать к запугиванию, унижению человеческого достоинства, необоснованным обещаниям и т. д. Задача юридической психологии как науки заключается в подведении теоретической базы к творческим находкам следователей.


Список использованной литературы

1. Белкин Р.С. Лившиц Е.М. Тактика следственных действий. - М.: "Новый Юрист", 2002

2. Васин Д.К., Кошеева Л.Г. Тактика допроса при расследовании преступлений. М., 2002.

3. Доспулов Г.Г. Психология допроса на предварительном следствии. М., 1976г.

4. Еникеиев. Юридическая психология. Норма, М., 2000.

5. Ефимов А.Н. Особенности допроса несовершеннолетних потерпевших// Дальневосточные криминалистические чтения.- Владивосток, 2005.- Вып.2.

6. Общая психология. Под редакцией Петровского А.В. М., 1977.

7. Справочная книга криминалиста. / Отв. ред. Н.А. Селиванов. М.: Норма, 2001.

8. СПС «Консультант – Плюс».

9. Чуфаровский Ю.В. Юридическая психология. Право и закон, М., 1997.


[1] См.: Ухтомский АА. Доминанта. М.-Л., 1966.

[2] См.: Ратинов А.Р. Судебная психология для следователей. С. 196—198; Глазырин Ф.В. С. 74—75.

[3] Глазырин Ф.В. Психология следственных действий. С. 76.

[4] См.: Доспулов Г.Г. Психология допроса на предварительном следствии. М., 1976, с. 75—84;

[5] ст. 46, 108 УПК

[6] См.: Доспулов Г.Г. Психология допроса на предварительном следствии. М., 1976,

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

Комментариев на модерации: 1.

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий

Другие видео на эту тему