регистрация / вход

Полномочия Конституционного Суда РФ 2

Оглавление Оглавление 1 ВВЕДЕНИЕ 2 § 1. История возникновения института Конституционного суда 6 § 2. Особенности правового статуса Конституционного Суда РФ 12

Оглавление

ВВЕДЕНИЕ. 3

Глава I. МЕСТО КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ В СУДЕБНОЙ СИСТЕМЕ. 7

§ 1. История возникновения института Конституционного суда. 7

§ 2. Особенности правового статус Конституционного Суда РФ.. 15

Глава II. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ПОЛНОМОЧИЙ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ.. 26

§ 1. Толкование Конституции Российской Федерации. 26

§ 2. Проверка нормативно правовых актов на их соответствие Конституции Российской Федерации. 32

§ 3. Участие в процедуре выдвижения обвинения Президента РФ в государственной измене или совершении иного тяжкого преступления. 39

§ 4. Разрешение споров о компетенции. 43

Глава 3. ПРОБЛЕМЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ.. 53

§ 1. Ограничение полномочий Конституционного Суда Российской Федерации от полномочий иных органов государственной власти. 53

§ 2. Теоретические проблемы определения места и роли решений Конституционного Суда РФ в системе источников российского конституционного права. 58

ЗАКЛЮЧЕНИЕ. 67

БИБЛИОГРАФИЯ.. 71

ВВЕДЕНИЕ

Актуальность исследования. Конституционный контроль относится к числу эффективных средств обеспечения верховенства конституционных предписаний, которое является главным атрибутом любого демократического государства. Основное назначение конституционного контроля состоит, прежде всего, в выявлении правовых актов и действий государственных органов или должностных лиц, противоречащих конституционным предписаниям, а также в принятии мер по устранению выявленных отклонений. Практически конституционный контроль возник там и тогда, где начали появляться законы, именуемые конституциями. Как и другие законы, конституции нуждались в гарантиях их реального исполнения всеми в условиях конкретных государств.[1] Конституционный контроль в Российской Федерации осуществляет Конституционный Суд.

Сегодня, в соответствии с новой Конституцией и Федеральным Конституционным Законом «О Конституционном Суде РФ»[2] , Суд является судебным органом конституционного контроля, самостоятельно и независимо осуществляющим судебную власть посредством конституционного судопроизводства.

Конституционный Суд Российской Федерации решает вопросы исключительно конституционного права. Однако среди отечественных правоведов вызывает много споров вопрос о целесообразности наделения Конституционного Суда Российской Федерации правом толкования не только Конституции, но и законов, а также других нормативных актов, в том числе по собственной инициативе. Одни (например, Варламова Н., Нерсесянц В.) считают, что Конституционный суд, прежде всего, является «хранителем Конституции» и должен придерживаться только ее текста, другие (Поленина С., Лазарев В.) убеждены, что Конституционный Суд должен иметь полномочия активного правотворца, выражающиеся в использовании при необходимости защиты прав и свобод граждан, как законодательных нормативных актов различного вида, так и прогрессивных норм международного права.

Федеральный закон о Конституционном Суде по этому поводу высказывается весьма однозначно. Тем не менее, как показывает практика, Конституционный Суд РФ в своей работе опирается не только на Конституцию, но и на обычные законы, а также на международные пакты о правах человека, исходя при этом, однако, из посылок самой Конституции. Верх в данном вопросе на сегодняшний день одерживают сторонники той позиции, которые утверждают, что, действуя на основе разделения властей, Конституционный Суд не должен подменять собой другие государственные органы, превращаясь в «суперинстанцию», но своими решениями он должен как бы очерчивать границы «конституционного поля»[3] .

Целью настоящей дипломной работы выступает анализ действующего законодательства Российской Федерации, определяющего статус, функции, сущность, полномочия и проблемы их реализации, место и принципы организации Конституционного суда России. В задачи работы входит:

1. изучение истории формирования конституционного судопроизводства в России;

2. описание процесса образования Конституционного Суда РФ: процедуры избрания членов суда, их полномочий и обязанностей;

3. анализ организации деятельности Конституционного Суда;

4. определение полномочий Конституционного Суда РФ как специализированного органа конституционного контроля, а также некоторых проблем текущей практики конституционного судопроизводства;

5. определение демократических принципов современного конституционного судопроизводства в России;

6. определение основных видов решений, принимаемых Конституционным Судом, выявление теоретических и практических проблем их реализации.

В современной России проблемы конституционного контроля оказались в сфере повышенного научного внимания. В течение нескольких последних лет по этой теме переведены книги, отражающие зарубежный опыт, проведены сравнительно-правовые исследования, вышли работы с анализом отечественного опыта конституционного контроля и надзора. Такая активность вполне объяснима: этот институт является важнейшим элементом построения правового государства, и в современной России он стал наиболее зримым его воплощением.[4]

Объектом исследования дипломной работы являются: общественные отношения, которые складываются в сфере конституционного судопроизводства, предметом является правовое закрепление властных полномочий Конституционного Суда Российской Федерации в нормативных правовых актах и механизм их реализации.

Степень научной разработанности. Функционирование Конституционного суда Российской Федерации вызывает большой интерес в научной литературе. Но, несмотря на это ряд вопросов в настоящие время остается не достаточно изучен. В частности вопросам деятельности Конституционного Суда посвящены научные работы таких видных авторов как: Стрекозова В.Г., Баглая М.В., Витрука Н.В., Страшуна Б.А., Лазарева В.В. и др. Основными источниками сведений, необходимых для выполнения данной дипломной работы, являются законодательные акты Российской Федерации - Конституция России 1993 г., Федеральный Конституционный закон о Конституционном Суде Российской Федерации от 21 июля 1994 г., некоторые постановления Конституционного Суда РФ, а также научные статьи и работы известных ученых – юристов.

Методологическая основа исследования сформировалась в результате изучения и использования теоретического материала, официальных документов, законодательных и иных правовых источников, публикаций по вопросам реализации норм юридической ответственности за нарушение избирательного законодательства в Российской Федерации. Главными инструментами исследования являются диалектико-материалистический подход, его категориальный аппарат, принципы научного познания. Наряду с юридическими методами исследования были использованы методы системно – структурного и функционального анализа, логического моделирования. Также были применены частно–научные методы: нормативный, логический, сравнительно – правовой, социологический, анализ предмета исследования и синтез его составляющих.

Структура работы обусловлена целями и задачами исследования. Дипломная работа состоит из введения, трёх глав, объединяющих семь параграфов, заключения, списка использованной литературы и нормативных актов.


Глава I. МЕСТО КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ В СУДЕБНОЙ СИСТЕМЕ

§ 1. История возникновения института Конституционного суда

Конституционный Суд в нашей стране в его нынешнем виде появился в 1994 г. Заметим, что сама Конституция РФ была принята 12 декабря 1993 г., ФКЗ «О Конституционном Суде в РФ» был принят 21 июля 1994 г., т.е. практически спустя полгода после Конституции РФ, а ФКЗ «О судебной системе в РФ», к примеру, был принят в 1996 г. 31 декабря (спустя 3 года) после Конституции РФ. Так почему же потребовалось столь скорое принятие именно в форме ФКЗ закона, определяющего правовое положение Конституционного Суда?

Во-первых, сама Конституция РФ предусматривает, что деятельность Конституционного Суда должна регулироваться именно Федеральным конституционным законом, а не просто федеральным законом. Напомним, что для принятия или внесения изменения в любой ФКЗ необходимо получить его одобрение не менее, чем 2/3 от голосов Федерального собрания РФ, в которое входят Государственная Дума РФ и Совет Федерации (нижняя и верхняя палаты парламента). Таким образом, принятие именно в форме ФКЗ акта, регулирующего деятельность (правовой статус Конституционного Суда РФ), объясняется тем, что такую форму законодательного акта очень трудно изменить, что придает законодательную стабильность основных положений деятельности Конституционного Суда РФ.

Во-вторых, причина такого скорейшего принятия ФКЗ «О Конституционном Суде в РФ» заключается в той политической ситуации, которая существовала в стране на тот период времени.

Россия, проводя демократические преобразования, стала первой на территории СССР страной, учредившей в декабре 1990 г. специализированный орган судебного конституционного контроля, внеся изменения в ст. 119 Конституции РСФСР (ВВС РСФСР. 1990. № 29. Ст. 395). 12 июля 1991 г. был принят Закон РСФСР «О Конституционном Суде РСФСР» (ВВС РСФСР. 1991. № 30. Ст. 1017), в октябре 1991 г. избран его первый состав.

В период с 1992 г. до 1993 г. деятельность Конституционного Суда РФ внесла значительный вклад в становление конституционного правосудия в нашей стране, хотя реакция общественности была неоднозначна. Учитывая ситуацию острой конфронтации между органами законодательной и исполнительной власти, Конституционный Суд РФ оказался вовлеченным в водоворот политических страстей. Все эти факторы привели к приостановлению деятельности Конституционного Суда РФ осенью 1993 г[5] .

Конституция России 1993 г. сохранила Конституционный Суд как самостоятельный институт власти, хотя и внесла изменения в его компетенцию. Однако на момент вынесения Конституции РФ на всенародное голосование между авторами - составителями проекта не было единого мнения по поводу точной характеристики Конституционного Суда. Этот пробел в Конституции восполнил ФКЗ «О Конституционном Суде РФ», который на основе ст. 128 Конституции РФ установил полномочия, порядок образования и деятельности Конституционного Суда (СЗ РФ. 1994. № 13. Ст. 1447; 2001. № 7. Ст. 607).

Статья 165 Конституции, которая действовала ранее, давала Конституционному Суду чрезвычайно широкую характеристику. Она характеризовала его как высший орган судебной власти по защите конституционного строя. Статья 1 ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации» дает более четкое определение Конституционного Суда РФ - это судебный орган конституционного контроля, самостоятельно и независимо осуществляющий судебную власть посредством конституционного судопроизводства. В этом определении отражены основные черты Конституционного Суда РФ: правовой статус - судебный орган, функция - осуществление конституционного контроля, главные принципы деятельности - самостоятельное и независимое осуществление судебной власти, процессуальная форма деятельности - конституционное судопроизводство[6] .

Таким образом, Конституция РФ дала Конституционному Суду РФ особые полномочия, которые значительно отличают его от других судебных органов власти, более подробно мы поговорим об этом при рассмотрении ст. 3 комментируемого Федерального конституционного закона.

Являясь специальным органом судебной власти, Конституционный Суд РФ, учитывая возлагаемые на него функции и полномочия по обеспечению верховенства и непосредственного действия Конституции РФ и баланса властей, выступает еще и как высший конституционный орган одного уровня с федеральными звеньями президентской, законодательной и исполнительной властей. В этом выражается его двуединая правовая природа. По сравнению с предшествующим законом о Конституционном Суде и действовавшей ранее Конституцией комментируемый ФКЗ не использует термин «высший» при определении Конституционного Суда.

И он действительно не является высшим органом в том понимании, что он не возглавляет какую-либо систему судебных органов, в том числе конституционные (уставные) суды субъектов РФ и не является для судебной системы надзорной, кассационной либо апелляционной инстанцией.

Однако не следует упускать из вида и то обстоятельство, что Конституционный Суд РФ все же можно назвать высшим органом в том смысле, что он занимает высшее положение в механизме конституционного контроля в стране, не поднадзорен никаким инстанциям, его решения носят обязательный характер, в том числе для всех других высших государственных структур, связан при осуществлении судопроизводства только Конституцией РФ как вершиной правовой системы и ФКЗ «О Конституционном Суде». В силу такого особого статуса Конституционного Суда из всех высших судебных органов только его компетенция наряду с компетенцией Президента РФ, палат Федерального Собрания, Правительства РФ определена непосредственно и развернуто в Конституции РФ[7] .

Конституционное судопроизводство - это процессуальная форма деятельности конституционных судов, которые применяют и интерпретируют конституционные нормы и решают различные юридические дела, относящиеся к их компетенции. Результат конституционного судопроизводства - устранение неопределенности в вопросе о соответствии нормативного акта либо договора Конституции РФ, подтверждение или отрицание полномочий соответствующего органа государственной власти издать акт или совершить действие правового характера либо дать официальное истолкование Конституции РФ. Конституционное судопроизводство - это регламентированная ФКЗ «О Конституционном Суде РФ» и законодательными актами субъектов РФ о конституционных (уставных) судах деятельность конституционных судов по осуществлению целей и задач правосудия в соответствии с предоставленными этим судам правомочиями.

Закрепление в Конституции России принципа ее высшей юридической силы и прямого действия (ч. 1 ст. 15), что сделано впервые, его конкретизация в признании прав и свобод человека и гражданина непосредственно действующими (ст. 18) и гарантирование каждому судебной защиты его прав и свобод (ст. 46)[8] создало необходимые юридические предпосылки для превращения Конституции из декларативного документа в непосредственно действующее право. Признание верховенства, высшей юридической силы и прямого действия Конституции означает, прежде всего, что государство считает себя связанным конституцией, правом, подчиняется им. Это означает также, что каждый субъект права - государственный, общественный орган, организация, должностное лицо, гражданин - должен сверять свои юридически значимые действия, прежде всего с Конституцией. Указанные принципы приобретают особый смысл в федеративном государстве: как федеральные законы, конкретизирующие конституционные положения, так и конституции (уставы), законы, иные правовые акты субъектов Федерации должны соответствовать Конституции. Конституция является реальным правовым основанием для отмены актов и пресечения действий, которые ей противоречат.

Конституционный Суд - не единственная составляющая механизма правовой защиты Конституции. Ответственность за ее соблюдение и охрану лежит на всех органах публичной власти и должностных лицах. Гарантом Конституции Российской Федерации является Президент Российской Федерации (ст. 80, ч. 2, Конституции Российской Федерации). В конституционном контроле участвуют (должны участвовать) Федеральное Собрание, Правительство Российской Федерации, законодательные и исполнительные органы субъектов Федерации, судебные, прокурорские и иные органы федерального и регионального уровня в пределах своей компетенции. Вместе с тем конституционный контроль для большинства из них не основная, а дополнительная функция, нормотворческая же деятельность государственных органов является в свою очередь объектом специального конституционного контроля - судебного. Поэтому именно судебный конституционный контроль, осуществляемый Конституционным Судом России, конституционными (уставными) судами субъектов Федерации, призван занять ведущее место в правовой защите Конституции[9] .

§ 2. Особенности правового статуса Конституционного Суда РФ

Под судебной системой принято понимать совокупность государ­ственных судов, построенную в соответствии с их компетенцией и поставленными перед ними задачами и целями. Основополага­ющими актами, в общих чертах определяющими российскую су­дебную систему, являются Конституция РФ и Федеральный кон­ституционный закон от 31 декабря 1996 г. «О судебной системе Российской Федерации»[10] .

Нетрудно заметить, что Конституционный Суд РФ занима­ет здесь обособленное положение среди иных федеральных су­дов. У него весьма специфические задачи, и он не осуществля­ет надзор и контроль ни над какими федеральными судебными[11] .

Можно задаться вопросом, а зачем контролировать законодательство, тем более конституции, уставы субъектов РФ? Марат Викторович Баглай на этот счет говорит: «Нет ни одной страны мира, какой бы демократической она себя не признавала, где бы законодатель не ошибался, где бы не принимались правовые акты, которые рано или поздно оказывались несоответствующими конституции, посягали на права граждан. Поэтому необходим тщательный анализ. Вот для чего требуется механизм, который выявлял бы дефекты и противоречия».[12]

Деятельность Конституционного Суда способствует обеспечению демократического характера Российского государства. Это нелегкая задача. У нас в стране сильны традиции прошлого, когда власть принадлежала самодержавному монарху, а в течение семи десятилетий ХХ века – политической партии. Как отмечает Б. Топорнин, «…Демократия в ее современном состоянии, отражающем условия и потребности нового общества, где развиваются особые технологии, создается огромный информационный материал, модернизируется система управления, остается первейшей заботой Конституционного Суда»[13] .

Конституционный Суд РФ в системе органов судебной власти. Конституционный Суд был создан в Российской Федерации в 1991 г.

Закон о «Конституционном Суде РФ» определяя его место в системе судебной власти, четко регламентирует (в отли­чие от других высших судов) его состав, компетенцию, юри­дическую силу решений. Полномочия Конституционного Суда также регламентируются в ряде статей Конституции РФ: ст. 100 (о посланиях Конституционного Суда Федеральному собранию), ст. 104 (о праве законодательной инициативы), ч. 2 ст. 82 (о присутствии судей Конституционного Суда при принесении присяги Президентом РФ)[14] .

Помимо этих специ­альных норм, организация и деятельность Суда регламенти­руются общими для всех судебных органов конституционны­ми положениями. Конституционный Суд не наделяется в Конституции эпитетом «верховный» или «высший», посколь­ку он учреждается как федеральный суд в единственном чис­ле, а не возглавляет федеральную систему органов конститу­ционной юстиции. Конституционный Суд РФ — судебный орган конституционного контроля, самостоятельно и незави­симо осуществляющий судебную власть посредством консти­туционного судопроизводства. Полномочия придаются ему в целях защиты основ конституционного строя, основных прав и свобод человека и гражданина, обеспечения верховенства и прямого действия Конституции РФ на всей территории Рос­сийской Федерации.

Одна из наиболее важных черт статуса Конституционного Суда РФ состоит в том, что он призван решать исключитель­но вопросы права, что является своеобразной преградой для вторжения в политику. Суд ни при каких обстоятельствах не должен отдавать предпочтение политической целесообразно­сти, пытаться оценивать, чьи бы то ни было практические действия вне их правовых форм. При осуществлении консти­туционного судопроизводства Суд воздерживается от установ­ления и исследования фактических обстоятельств, когда это входит в компетенцию других судов или иных органов. Это существенно суживает правомочия Суда, но создает четкий водораздел с другими судами. Полномочия Конституционного Суда РФ не ограничены определенным сроком, вследствие чего состав судей никогда не должен смениться одновременно, а суд — прекратить свою деятельность по каким-либо причинам[15] .

Решения Конституционного Суда обяза­тельны на всей территории Российской Федерации для всех представительных, исполнительных и судебных органов госу­дарственной власти, органов местного самоуправления, пред­приятий, учреждений, организаций, должностных лиц, граж­дан и их объединений. Следовательно, не существует органа государственной власти и какого-либо должностного лица, включая главу государства, который бы мог давать какие-либо указания Суду, если Суд действует в пределах своей компетенции. Конституционный Суд РФ действует на основе Конституции РФ и Федерального конституционного закона, изменение которых является делом весьма сложным.

Феде­ральный конституционный закон закрепляет не только и структуру Конституционного Суда, но и принципы конституционного судопроизводства, поскольку не существует соответствующего процессуального кодекса или закона для регла­ментации этого вопроса (другие высшие суды действуют на основании специальных процессуальных кодексов — уголовного, гражданского, арбитражного).

Поскольку осуществление Судом его полномочий способно затронуть интересы самых сильных органов государства, за­кон предусматривает гарантии независимости Суда, призван­ные обезопасить его от любых влияний. Установлено, что Конституционный Суд независим в организационном, финан­совом и материально-техническом отношениях от любых дру­гих органов. Финансирование Суда производится за счет фе­дерального бюджета и обеспечивает возможность независимо­го осуществления конституционного судопроизводства в полном объеме. Необходимыми для обеспечения своей дея­тельности средствами Суд распоряжается самостоятельно. Он ни от кого не зависит в отношении информационного и кад­рового обеспечения и распоряжения имуществом.

Президент РФ, Государственная Дума РФ, Совет Федера­ции и Правительство РФ назначают своих постоянных пред­ставителей в Конституционном Суде РФ, которые участвуют в заседаниях Суда, представляя соответствующую правовую позицию по конкретному делу. Они не вправе оказывать ка­кое бы то ни было давление на Суд или предпринимать дей­ствия, способные нарушить независимость Конституционного Суда в принятии решений.

Компетенция. Конституционный Суд РФ обладает так на­зываемой связанной компетенцией, что означает возможность осуществления Судом своих полномочий только по запросам или жалобам лиц, упомянутых в Конституции РФ. Суд, сле­довательно, не вправе рассматривать какое-либо дело по соб­ственной инициативе. Он, однако, может самостоятельно ре­шать вопрос об использовании права законодательной иници­ативы по вопросам его ведения, что предусмотрено ч. 1 ст. 104 Конституции РФ. Ниже мы рассмотри все полномочия Конституционного Суда.

На современном этапе осуществления судебной реформы все большее значение в деле реализации прав личности в судопроизводстве, в том числе в уголовном, приобретает деятельность Конституционного Суда РФ по защите основных прав и свобод человека и гражданина.

История Конституционного Суда в России показала востребованность конституционного судопроизводства. С созданием Конституционного Суда судебная власть впервые получила полномочие сказать законодателю «нет» и смогла реально стать его противовесом[16] . Конституционный Суд в порядке абстрактного нормоконтроля проверяет конституционность федеральных законов и всех иных нормативных актов федеральных органов законодательной и исполнительной власти, конституций и уставов субъектов Федерации, а также их законов и иных нормативных актов, если они не отнесены к исключительному ведению регионов; государственные федерально-региональные и межрегиональные договоры; не вступившие в силу международные договоры Российской Федерации. Акты, признанные неконституционными, теряют юридическую силу[17] .

Из 36 определений Конституционного Суда РФ по вопросам о проверке конституционности уголовно-процессуального законодательства 9 определений содержат прямое указание о пересмотре конкретных уголовных дел граждан, т.е. около 30%. Таким образом, исследование резолютивных частей решений Конституционного Суда, принятых в период с 1995 по 2005 гг., показало, что ряд из них содержит указания на необходимость в установленном уголовно-процессуальным законом порядке пересмотра уголовных дел граждан или на обеспечение их конституционных прав. Нам кажется не совсем удачным тезис о том, что по своим задачам Конституционный Суд стоит выше обычных судебных органов ввиду того, что «планка законности» в его деятельности поднята на самый высокий уровень – уровень конституционной законности[18] . Можно согласиться с мнением, что деятельность суда оказывает значительное воздействие на поддержание высоких стандартов соблюдения прав человека[19] .Европейские стандарты защиты прав личности в уголовном судопроизводств отражаются, например, в следующих решениях Конституционного Суда РФ, содержащие применение положений Конвенции: 1) Постановление КС РФ № 9-П от 16 марта 1998 г., признавшим несоответствующим Конституции РФ и Конвенции ряд процедурных норм УПК РСФСР и ГПК РСФСР о передаче дела по подсудности без судебного акта; 2) Постановление КС РФ № 27-П от 10 декабря 1998 г., признавшим несоответствующим Конституции РФ и Конвенции ряд процедурных норм УПК РФ, не представлявших возможность осужденному изложить свою правовую позицию в кассационной инстанции; 3) Постановление КС РФ № 1-П от 15 января 1999 г., признавшим несоответствующими Конституции РФ и Конвенции ряд норм УПК РФ, на основании которых потерпевший не допускался к участию в судебных прениях; 4) Постановление КС РФ № 5-П от 23 марта 1999 г., признавшего несоответствующим Конституции РФ и Конвенции положения части 1 ст. 218 и ст. 220 УПК РСФСР, поскольку они по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой исключали в ходе предварительного расследования судебное обжалование обыска, наложение ареста на имущества и другие решения; 5)постановление КС РФ № 7-П от 20 апреля 1999 г., признавшего несоответствующим Конституции РФ и Конвенции ряд процедурных норм УПК РФ, возлагавших на суд несвойственную ему функцию обвинения, выражавшейся в обязанности суда по собственной инициативе возвращать уголовные дела на дополнительное расследование и обосновывать обвинение при отказе прокурора от обвинения; 6)Постановление КС РФ № 11-П от 27 июня 2000 г., признавшего несоответствующим Конституции РФ и Конвенции ряд процедурных норм УПК РСФСР, которые по их буквальному смыслу представляли право на защитника лишь подозреваемому, а не только лицам, чьи права и свободы могут быть существенно затронуты действиями и мерами, связанными с уголовным преследованием; 7)Постановление КС РФ № 6-П от 14 марта 2002 г., признавшего несоответствующим Конституции РФ и Конвенции ряд процедурных норм УПК РСФСР, допускающих задержание до судебного решения на срок свыше 48 часов; 8)Постановление КС РФ № 13-П от 17 июля 2002 г., признавшего несоответствующим Конституции РФ и Конвенции ряд процедурных норм УПК РСФСР, допускавших пересмотр и отмену в порядке надзора по протесту прокурора вступившего в законную силу оправдательного приговора (nonbisinidem)[20] .

Глава II . ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ПОЛНОМОЧИЙ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

§ 1. Толкование Конституции Российской Федерации

Прежде, чем исследовать конкретные полномочия Конституционного Суда РФ, нужно отметить, что Конституционный Суд России относится к Европейской модели конституционного правосудия. Он не возглавляет инстанционную систему судов, но по процедуре формирования относится к американской модели.

Далее, конституционный контроль в РФ абстрактный, т.е. перечисленные в Конституции государственные органы и высшие должностные лица[21] имеют право обратиться с запросом в Конституционный Суд без какого-либо предварительного обращения в другой суд и даже в ряде случаев безотносительно к наличию конкретного спора или конфликта.

Толкование это разъяснение смысла текста Конституции РФ которое направленно на единое понимание и применения конституционных положений. Толкование Конституционным Судом РФ:

· направлено на единое понимание Конституции РФ.

· может приспосабливать норму к реальным условиям.

· устранять неопределенность в понимании норм.

Толкование Конституционным Судом Конституции осуществляется при рассмотрении любых вопросов, относящихся к его компетенции. В этом случае толкование Конституции является правом Конституционного Суда.

Вместе с тем законом прямо закрепляется обязанность толкования Конституции в случае запроса компетентными должностными лицами или государственными органами[22] .

В Российской Федерации полномочие по толкованию Конституции РФ реализуется по запросу Президента РФ, Совета Федерации, Государственной Думы, Правительства РФ, органов законодательной власти субъектов Федерации (ст. 105 Конституции РФ). Таким образом, толкование Конституции, в первую очередь, ограничено кругом субъектов, имеющих право поставить вопрос относительно толкования тех или иных Конституции.

Непосредственное толкование Конституционным Судом Российской Федерации конституционных норм по запросам строго определенного круга субъектов имеет высшую юридическую силу по отношению к любым правоприменительным актам. В отличие от иных видов толкования оно имеет преимущественное значение для правотворческой деятельности. И, наконец, конституционное толкование, несмотря на возможность его опровержения научной доктриной, не может быть проигнорировано ни в какой другой правовой деятельности. Данный пункт будет посвящен толкованию норм Конституции, в котором будет рассмотрены границы (пределы) толкования.

Теоретической основой границ (пределов) интерпретации являются две доктрины: субъективная (статическая) и объективная (динамическая). Каждая из них по-разному определяет пределы действия норм права. Статическая направлена на то, чтобы обосновать интерпретирование нормы в точном соответствии с «буквой закона», и, соответственно, всецело поддерживает максимальную стабильность правовой нормы, а тем самым правовую безопасность, от неоправданно широкой трактовки. Это значит, что при интерпретации нормы раскрываются лишь основные постоянные ее элементы. Важнейшей является задача определить содержание и цели, которые ставились в момент принятия нормы, какова была воля законодателя. Интерпретатор не должен корректировать, изменять смысл закона под каким-либо предлогом. Другими словами, субъективная доктрина направлена на то, чтобы раскрыть неизменную волю законодателя, хотя одновременно возникает множество вопросов: как определить первичную волю законодателя, как она была определена и т.д.

Суть объективной (динамической) теории сводится к обоснованию адекватности нормы права существующей реальности в период действия закона. Очевидно, что общественная жизнь меняется гораздо быстрее воли законодателя, в связи с чем возникает несоответствие между нормой права и жизнью. Процедура подготовки и принятия четко обоснованных изменений в законодательстве очень сложна. Именно поэтому конфликт между законом и реальностями жизни будет настолько широк, насколько далеко ушло вперед развитие общества. Он может быть устранен двумя способами: либо принятием новой нормы, либо раскрытием содержания правовых норм таким образом, чтобы ликвидировать возникшую коллизию. В последнем случае, интерпретация обусловлена необходимостью соответствия правовой нормы требованиям жизни. При этом в последнем случае норма права определенным образом отрывается от воли ее создателя и начинает «собственную жизнь».

В Российской Федерации на сегодняшний день также сложились две концепции толкования конституционных норм. Сторонники первой настаивают на том, что толкование не вносит и не может вносить поправок и изменений в действующие нормы. Оно призвано лишь объяснять и уточнять то, что сформулировано в норме, раскрывать юридическую волю законодателя. Естественно, нормативное толкование не может осуществляться в отрыве от окружающей обстановки, но это вовсе не должно означать, что в процессе толкования под предлогом учета изменившихся условий, потребностей политического и экономического развития можно отходить от точного смысла правовых норм, вкладывать в норму то содержание, которое расходится со смыслом, вложенным в нее законодателем. В условиях становления правового государства, укрепления законности нормативные акты изменяются и приспосабливаются к новым условиям не в процессе их толкования и применения, а в установленном порядке самим правотворческим органом.

Вместе с тем, следует согласиться с мнением Н.В. Витрука о том, толкование отдельных положений Конституции РФ практически невозможно осуществить, не формулируя новых положений нормативного характера, имеющих юридическую силу, равную юридической силе самой Конституции[23] .

При этом он отмечает, что в своей деятельности Конституционный Суд не подменяет законодателя. Однако он активно участвует в законодательном процессе, формирует позитивное конституционное право, способствует совершенствованию и развитию отраслевого законодательства.

Во-первых, Конституционный Суд обладает негативными полномочиями, отменяя законы и другие нормативные акты, либо их отдельные положения в силу их несоответствия Конституции РФ по содержанию, по форме и порядку принятия, опубликования или введения в действие. По этим же основаниям Конституционный Суд может дисквалифицировать международные и внутригосударственные договоры.

Во-вторых, Конституционный Суд РФ в известной мере обладает позитивными законодательными полномочиями. Он активно содействует Федеральному Собранию, представительным органам субъектов Федерации в осуществлении их законодательных полномочий. Это выражается, прежде всего, в рекомендациях законодателю осуществить необходимое нормативно-правовое регулирование в соответствии с правовыми позициями Конституционного Суда РФ. В этих случаях его правовые позиции выступают материальными критериями нового правового регулирования, задают ему известные параметры, являются своеобразными моделями будущих правовых норм. Как считает Н.В. Витрук, изменение правовой позиции возможно и допустимо в случаях дополнений и изменений действующей Конституции. Вместе с тем, в литературе высказывается и другая позиция[24] .

Так, в частности, Б.С. Эбзеев полагает, что изменение правовой позиции Конституционного Суда вполне допустимо. Однако при этом «пределы собственного усмотрения Конституционного Суда ограничены тем, что изменение ранее выраженной позиции должно иметь в своей основе, как правило, не «озарение» судей, продиктованное сиюминутной политической или социально-экономической конъюнктурой или иными субъективными факторами, а быть обусловлено объективными процессами развития самого права и регулируемых им отношений[25] .

С данной точкой зрения вряд ли можно согласиться. Постановления Конституционного Суда вступают в силу немедленно после их провозглашения и обжалованию или опротестованию не подлежат. И, соответственно, не могут быть пересмотрены никакими государственными органами, в том числе, самим Конституционным Судом.

Ю.Л. Шульженко отмечает наиважнейшую роль Конституционного Суда РФ по обеспечению сдерживания и противодействия властей, их сбалансированности в законодательной сфере, полагает, что именно Конституционный Суд РВ в наибольшей степени способен осуществлять такой род деятельности.[26] По мнению В.О. Лучина необходимо было закрепить аутентичное[27] толкование Конституции, таким толкованием могло стать Федеральное Собрание (поскольку Конституцию РФ принимал народ.) В.О. Лучин полагает, что лишение разработчиками Конституции РФ парламента такого права не было случайным и отвечало стратегической цели – не допустимости усиления представительной власти.[28]

Свойством обязательности обладает все решение Конституционного Суда, а не только его резолютивная часть[29] . Именно поэтому правовые позиции Конституционного Суда, высказанные и зафиксированные в мотивировочной части решения, не могут быть изменены им впоследствии. Это возможно лишь при внесении изменений и дополнений в текст Конституции.

Изложенное позволяет сделать два основных вывода:

1. Толкование Конституции ограничено кругом субъектов, имеющих право ее официального толкования.

2. При толковании Конституции Конституционный Суд ограничен собственными правовыми позициями, сформулированными в ранее принятых решениях. Он не вправе изменять их по собственному усмотрению.

§ 2. Проверка нормативно правовых актов на их соответствие Конституции Российской Федерации

В ст.125 Конституции и в ст.3 Федерального конституционного закона закреплены следующие полномочия Конституционного Суда РФ:

Проверка конституционности законов, нормативных актов и договоров, осуществляемая по 3-м видам запросов и жалоб:

- от органов государственной власти;

- от судов;

- от граждан.

Полномочия по рассмотрению запросов от органов государственной власти, судов относится к контролю Конституционного Суда за соответствием Конституции иных правовых актов. В ст. 84 приведён чёткий перечень субъектов возбуждения дел в Конституционном Суде. Это Президент РФ, Совет Федерации, Государственная Дума, одна пятая членов Совета Федерации или депутатов Государственной Думы, Правительство, Верховный Суд, Высший Арбитражный Суд РФ, органы законодательной и исполнительной власти субъектов. Ст. 3 ч. 1 определяет объём конституционного контроля. С точки зрения соответствия Конституции Конституционный Суд проверяет акты федерального уровня: федеральные законы, нормативные акты Президента, Совета Федерации, Государственной Думы, Правительства РФ; акты субъектов федерации: конституции республик, уставы, законы и иные акты субъектов Федерации. Ч.2 ст.85 оговаривает, что проверка конституционности законов и иных нормативно-правовых актов субъектов Федерации допустима только по вопросам, относящимся к ведению органов государственной власти РФ и совместному ведению органов государственной власти РФ и органов государственной власти её субъектов. Далее, согласно ст.3 ч.1 п.п. “в” и “г” Конституционный Суд проверяет на соответствие Конституции внутригосударственные и внутрифедеративные договоры РФ и международные договоры РФ. Ч.1 ст.85 говорит о двух случаях допустимости запроса о проверке конституционности нормативных актов государственной власти, договоров между ними и отдельных положений этих договоров: во-первых, если заявитель считает их не подлежащими действию из-за неконституционности и, во-вторых, если заявитель считает эти акты подлежащими действию вопреки официально принятому решению федеральных государственных органов, высших органов государственной власти субъектов и их должностных лиц об отказе принять и исполнить эти акты по причине их несоответствия Конституции РФ.

Ст. 86 определяет пределы проверки по данным вопросам. Конституция РФ имеет высшую юридическую силу, прямое действие и применяется на всей территории РФ, поэтому законы и иные правовые акты РФ не должны ей противоречить. Конституционный Суд обязан проверять конституционность нормативно-правового акта или государственно-правового договора, в том числе путем проверки того, на сколько установленные ими права и обязанности субъектов соответствуют требованиям Конституции, соблюдена ли установленная конституционная форма и выдержана ли процедура законодательного процесса. Если нормативный акт или договор не соответствует хотя бы одному пункту ч.1 ст.86, Конституционный Суд вправе признать его неконституционным.

Полномочия по рассмотрению дел о конституционности законов по жалобам на нарушения конституционных прав и свобод граждан. Глава 12 раздела третьего подробно регулирует этот вопрос, имеющий важное значение для реального обеспечения законных прав и свобод граждан. Согласно ст. 96 жалоба может быть индивидуальной и коллективной. Обращаться с жалобой имеют право граждане, чьи права и свободы нарушены законом, применяемым или подлежащим применению в конкретном деле. Ст. 97 определяет условия допустимости жалобы. Их два:

1. Если закон затрагивает конституционные права и свободы граждан;

2. Если закон применён или подлежит применению в конкретном деле, рассмотрение которого завершено или начато в суде или ином органе, применяющем закон.

При этом Конституционный Суд не устанавливает фактические обстоятельства, подтверждающие нарушение прав и свобод граждан, он проверяет конституционность закона и решает исключительно вопросы права. По Закону 1991 г. Конституционный Суд так же рассматривал индивидуальные жалобы граждан, которые считали, что их права и законные интересы нарушены или не защищены. Но гражданин, согласно ст. 66 Закона от 1991 г. мог обжаловать в Конституционный Суд лишь судебное решение, вынесенное в последней судебной инстанции, а не примененный закон. В ч. 2 ст. 66 была оговорка, что дела о конституционности правоприменительной практики рассматриваются в том случае, когда оспариваемое решение принималось в соответствии с обыкновением.

А решение считается принятым в соответствии с обыкновением, когда с точки зрения существующей правоприменительной практики обстоятельства дела, установленные в том виде, как они установлены этим решением, должны получать такую же юридическую оценку и влечь за собой такие же юридические последствия, какие были определены этим решением. Также по Закону 1991 года правом на обращение с жалобой обладали и иностранцы. Настоящий закон об этом прямо не говорит, так как в отношении иностранцев действует предписание ч.3 ст.62 Конституции, согласно которому они пользуются в России правами наравне с ее гражданами.[30] Гражданин, права которого нарушены, прежде чем обращаться в Конституционный Суд должен был пройти множество инстанций. Теперь эта процедура упрощена.

Ст. 98 определяет последствия принятия жалобы к рассмотрению. Конституционный Суд уведомляет об этом суд или иной орган, рассматривающий данное дело, в котором применён или подлежит применению обжалуемый закон. При этом производство по делу может не прекращаться. Но суд или иной орган, рассматриваемый данное дело праве приостановить производство до решения Конституционного Суда. Ст. 100 определяет, что если Конституционный Суд признал закон, применённый в конкретном деле, не соответствующим Конституции, дело в любом случае должно быть пересмотрено компетентным органом в обычном порядке. Пределы проверки в данном случае аналогичны пределам проверки при установлении соответствия Конституции РФ нормативно-правовых актов органов государственной власти и договоров между ними. Отмечу ещё раз, что данное полномочие Конституционного Суда имеет огромное значение для каждого гражданина. Его эффективное претворение в жизнь является надежной гарантией обеспечения прав и свобод граждан. Граждане видят, что могут защитить свои права, нарушенные неконституционным законодательством.

Выше уже говорилось, что Конституционный Суд РФ осуществляет последующий, а не предварительный контроль за конституционностью законов, но по смыслу частей 2 и 4 ст. 125 Конституции видно, что это так называемый «смешанный контроль», т.е. Суд проверяет конституционность закона, примененного или подлежащего применению в конкретном деле. В п.3 Постановления Пленума Верховного суда содержится следующее указание: «в случае неопределенности в вопросе о том, соответствует ли Конституции РФ примененный или подлежащий применению по конкретному делу закон, суд обращается в Конституционный Суд с запросом о конституционности этого закона».

Из этого следует, что при отсутствии такой неопределенности, т.е. сомнений в неконституционности закона, судья применяет Конституцию, не сообщая об этом в Конституционный Суд. Таким образом, норма права, которую судья посчитал неконституционной, продолжает действовать. Но суды общей юрисдикции не признают, что закон не соответствует Конституции, - это прерогатива Конституционного Суда РФ. В таком случае возникает вопрос: как узнать судьям Конституционного Суда о том, что противоречащий Конституции закон не применяется? Такой закон продолжает действовать, его применяют другие судьи, не обнаружившие противоречия между законом и Конституцией. Некоторые авторы видят опасность в том, что обращение в Конституционный Суд по поводу закона, противоречащего Конституции, подрывает принцип прямого действия Конституции. Но это не так. Судья напрямую применяет Конституцию, отвергая противоречащий ей закон. В его обязанность входит лишь сообщить об этом в Конституционный Суд с тем, чтобы этот закон официально был признан неконституционным, и чтобы его не применяли другие судьи.

Как отмечает В.Г.Стрекозов, в целях деполитизации Конституционный Суд решает исключительно вопросы права.[31] С ним соглашается Овсепян, но говорит, что ««было бы неискренним отрицать свойственность политического начала функционирования конституционного контроля».[32] Автор говорит о том, что политика находится в сфере внимания Конституционного Суда лишь в той мере, объеме, части, которые совпадают с формальным правом, закрепляющим полномочия Суда с юрисдикционной формой его деятельности.

В процессе деполитизации она выделяет 2 стороны:

1) общая политизация судебного конституционного контроля в сравнении с обеими политическими ветвями власти, вместе взятыми. Это, как считает Овсепян, ««положительная и неизбежная политизация, если не нарушается специализация контроля в механизме разделения властей в качестве правовой ветви»«;[33]

2) односторонняя – ориентация Конституционного Суда на ««сдерживание»« или ««поддержку»« какой-либо одной из политических ветвей власти. Эта политизация более опасна, так как создает угрозу дестабилизации власти. Иную точку зрения высказывает Б.А. Страшун: ««…суд – один из высших органов государственной власти независимо от того, как он определен в Конституции и законе, и поэтому одной из имманентных (неотъемлемых) функций конституционного правосудия является политическая».[34]

Следовательно, нужно найти ту золотую середину, которая определяет юридическую деятельность Конституционного Суда от его интеграции в текущую политику.

Законом установлены пределы вмешательства Конституционного Суда в сферу исполнительной власти, когда речь идет о проверке конституционности соответствующих нормативно-правовых актов. Определен исчерпывающий перечень оснований для такой проверки, а именно: по содержанию норм; по форме нормативного акта; по порядку подписания, заключения, принятия, опубликования или введения акта в действие; с позиций разделения властей; с точки зрения разграничения компетенции между федеральными органами государственной власти; под углом зрения разграничения предметов ведения и полномочий между органами государственной власти РФ и её субъектов, в том числе между соответствующими органами исполнительной власти. Таким образом, можно сделать вывод, что Конституционный Суд не имеет возможности оценить целесообразность принятия того или иного акта, а решает лишь один главный вопрос – о законности такого акта по отношению к нормам Конституции. Он вправе признать такие акты неконституционными, в результате чего акт в целом или отдельные его положения утрачивают силу.

Дело в том, что количество обращений в Конституционный суд частных лиц насчитывает более тысячи в месяц и не может быть в установленные сроки изучено ограниченным количеством членов Суда. Такая работа требует большого аппарата специалистов, но даже самый универсальный аппарат, в свою очередь, не может подменять собой Суд: если обращение гражданина соответствует всем требованиям, предъявляемым Законом к индивидуальной жалобе, решение по нему может быть принято только Конституционным судом. С подобной проблемой сталкивается не только российское судопроизводство. В частности в США для решения соответствующих вопросов правом конституционного контроля наделены все суды, что позволяет “отсеивать” большой процент необоснованных жалоб на ранних стадиях.

Так что проблема обеспечения конституционного права граждан на судебную защиту пока еще не нашла адекватного решения.

§ 3. Участие в процедуре выдвижения обвинения Президента РФ в государственной измене или совершении иного тяжкого преступления

В соответствий с ч. 7 ст. 125 Конституции РФ и п. 5 ч. 1 ст. 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» Конституционный Суд Российской Федерации дает заключение о соблюдении установленного порядка выдвижения обвинения Президента РФ в государственной измене или совершении иного тяжкого преступления.

На основании ст. 93 Конституции РФ возбуждение процедуры импичмента Президента принадлежит Государственной Думе. Она должна выдвинуть обвинение Президенту в государственной измене или совершении иного тяжкого преступления. Решение Государственной Думы о выдвижении обвинения должно быть принято двумя третями голосов от общего числа депутатов по инициативе одной трети депутатов и при наличии заключения специальной комиссии, образованной Государственной Думой.

Обвинение, выдвинутое Государственной Думой, должно быть подтверждено заключением Верховного Суда РФ о наличии в действиях Президента РФ признаков преступления. Заключением Конституционного Суда РФ должно быть подтверждено соблюдение установленного порядка выдвижения обвинения.

Регламентом Государственной Думы предусмотрено, что до принятия решения о выдвижении обвинения против Президента Государственная Дума заслушивает заключение Верховного Суда РФ. Принятое Государственной Думой решение оформляется постановлением и направляется в Совет Федерации вместе с заключением специальной комиссии, образованной Государственной Думой для оценки обоснованности обвинения против Президента, стенограммой заседания и заключением Верховного Суда РФ.

В соответствии со ст. 107 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» обращение с запросом о даче заключения о соблюдении установленного порядка выдвижения обвинения Президента РФ в государственной измене или совершении иного тяжкого преступления направляется в Конституционный Суд РФ Советом Федерации.

Статья 109 названного Закона предусматривает, что запрос о даче заключения о соблюдении установленного порядка выдвижения обвинения Президента РФ в государственной измене или совершении иного тяжкого преступления направляется в Конституционный Суд РФ не позднее месяца со дня принятия Государственной Думой решения о выдвижении обвинения. К запросу прилагается текст решения Государственной Думы о выдвижении обвинения, протокол или стенограмма обсуждения этого вопроса на заседании Государственной Думы и тексты всех связанных с этим обсуждением документов, а также текст заключения Верховного Суда Российской Федерации.

Согласно ст. 108 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» запрос в Конституционный Суд РФ о даче заключения о соблюдении установленного порядка выдвижения обвинения Президента РФ в государственной измене или совершении иного тяжкого преступления допустим, если обвинение выдвинуто Государственной Думой и имеется заключение Верховного Суда РФ о наличии в действиях Президента РФ признаков соответствующего преступления.

Конституционный Суд проверяет не сущность и содержание предъявленного Президенту обвинения, не характер совершенного им правонарушения, а лишь соблюдение самой процедуры выдвижения обвинения Президента РФ в государственной измене или совершении иного тяжкого преступления.

В соответствии с ч. 2 ст. 109 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» заключение должно быть дано Конституционным Судом не позднее десяти дней после регистрации запроса.

Такой срок принятия и рассмотрения запроса Совета Федерации обусловлен тем, что в соответствии с ч. 3 ст. 93 Конституции РФ решение Совета Федерации об отрешении от должности должно быть принято не позднее чем в трехмесячный срок после выдвижения Государственной Думой обвинения против Президента.

По итогам рассмотрения дела Конституционный Суд РФ, как устанавливает ст. 110 вышеназванного Закона, дает одно из следующих заключений:

1) о соблюдении установленного порядка выдвижения обвинения;

2) о несоблюдении установленного порядка выдвижения обвинения.

При положительном заключении Конституционного Суда процедура импичмента в Совете Федерации продолжается.

В случае принятия Конституционным Судом решения о несоблюдении установленного порядка выдвижения обвинения Президента РФ в государственной измене или совершении иного тяжкого преступления предусмотренное Конституцией РФ рассмотрение обвинения прекращается (ч. 2 ст. 110 вышеназванного Закона).

В соответствии с п. 3 ч. 2 ст. 21 данного Закона заключение выносится только в пленарном заседании. Оно (как и всякое другое решение) излагается в виде отдельного документа с обязательным указанием мотивов его принятия. При проверке порядка выдвижения обвинения Президента Конституционный Суд наряду с Конституцией РФ, Данным Законом руководствуется уголовно-процессуальным законодательством Российской Федерации, Регламентами палат Федерального Собрания РФ.

Заключение Конституционного Суда вступает в силу немедленно после его провозглашения в Конституционном Суде.

В соответствии со ст. 175 Регламента Совета Федерации Председатель Конституционного Суда оглашает заключение Конституционного Суда на заседании Совета Федерации. Какое-либо комментирование заключения Конституционного Суда Председателем Суда, а также ответы на вопросы, затрагивающие содержание заключения обсуждение заключения не допускаются.

В Российской Федерации была лишь попытка на основании ст. 93 Конституции РФ выдвинуть обвинение Президенту РФ Б.Н. Ельцину в совершении ряда тяжких преступлений. Решение о выдвижении такого обвинения Государственной Думой не было принято.

§ 4. Разрешение споров о компетенции

В соответствии с Конституцией Российской Федерации и Федеральным Конституционным Законом «О конституционном суде» Конституционный Суд РФ в заседаниях палат разрешает споры о компетенции:

· между федеральными органами государственной власти;

· между органами государственной власти РФ и органами государственной власти субъектов РФ;

· между высшими государственными органами субъектов РФ.

Конституционный Суд РФ, так же как и органы конституционной юстиции в регионах России, точнее, в субъектах Российской Федерации, играет значительную роль в процессе реализации принципа разделения властей и системы сдержек и противовесов. Разрешая споры о компетенции, конфликты между различными органами государственной власти на разных уровнях, он представляется как орган-миротворец, который способен разрешить возникший конфликт сторон посредством внушения последним определенной системы конституционных ценностей, целей и принципов, на основе которых должен быть улажен всякий спор[35] . Вместо понятий «политические амбиции и целесообразность» Конституционный Суд РФ предлагает конфликтующим органам единой государственной власти понятия «правомерность, конституционность, законность, мир и порядок»[36] , тем самым беспристрастно, независимо от расстановки различных средоточий власти (семейных кланов, партийно-рыночных или всякого рода лоббистских группировок) утверждая верховенство идеи права и конституции над мелкоэгоистическими правилами различных политических и экономических игр. Поэтому наибольшая опасность для правомерной деятельности органов конституционной юстиции таится в вольном или невольном сползании с высоких вершин идеи права и конституции в политические ущелья или меркантильные овраги.

На основании п. 3 ст. 125 Конституции РФ, п. 2 ст. 3 Федерального конституционного закона от 21 июля 1994 г. № 1-ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации» в целях защиты конституционного строя, основных прав и свобод человека и гражданина, обеспечения верховенства и прямого действия Конституции РФ на всей территории России Конституционный Суд РФ разрешает споры о компетенции между федеральными органами государственной власти, между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти ее субъектов, между высшими государственными органами субъектов Федерации.

Статья 92 Федерального конституционного закона от 21 июля 1994 г. № 1-ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации» предоставляет право обращения в Конституционный Суд РФ с ходатайством о разрешении спора о компетенции любому из участвующих в споре органу государственной власти, указанному в ч. 3 ст. 125 Конституции РФ. Органы государственной власти реализуют это право в случае безуспешности предпринятых Президентом РФ согласительных процедур, предусмотренных ч. 1 ст. 85 Конституции РФ. В соответствии со ст. 93 Закона ходатайство органа государственной власти допустимо, если его компетенция конституционно закреплена, спор не подведомствен иному суду, кроме Конституционного Суда РФ, и если все ранее предпринятые меры для мирного разрешения данного спора оказались безрезультатными. К примеру, Конституционный Суд РФ своим Определением[37] отказал в рассмотрении спора между Московской областной Думой и Московской городской Думой по определению территориальной и, стало быть, экономической принадлежности аэропорта «Шереметьево». Дело в том, что заявитель, т.е. Московская областная Дума, на основании требований ст. 85 Конституции РФ и п. 7 ч. 1 ст. 93 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» предварительно не обращался к Президенту РФ с тем, чтобы посредством использования примирительных процедур главы государства мирно разрешить возникший с Московской городской Думой спор об организационно-хозяйственной компетенции.

--------------------------------

<4>

Общий контур смежных полномочий органов государственной власти представлен в ст. 10 Конституции РФ, которая закрепляет принцип разделения единой государственной власти на законодательную, исполнительную и судебную ветви. Тем не менее отсутствие четкости в вопросах разграничения компетенция между президентскими, правительственными и законодательными структурами власти приводит зачастую к излишним противоречиям и смешиванию функций этих структур, снижению стабильности и действенности реализации властных полномочий.

Принцип разделения властей с правовых позиций Конституционного Суда РФ[38] означает не только распределение властных правомочий между органами различных ветвей государственной власти, но и взаимный баланс ветвей власти, исключение возможности какой-либо из них подчинить себе другие ветви власти. В своем Постановлении от 18 января 1996 г.[39] Конституционный Суд РФ разъяснил, что органы законодательной и исполнительной власти в пределах своей компетенции действуют независимо друг от друга. Каждая власть формируется как самостоятельная, а полномочия одной власти по ограничению или прекращению деятельности другой допустимы только при условии сбалансированности таких полномочий, гарантируемых на основе законодательных решений.

На основании ч. 3 ст. 125 Конституции РФ и п. 2 ч. 1 ст. 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» Конституционный Суд РФ вправе решать споры о признании, отрицании или присвоении компетенции между федеральными органами государственной власти, между федеральными и региональными органами государственной власти и между высшими органами государственной власти субъектов России.

В одном из своих решений Конституционный Суд РФ напомнил органам законодательной власти о том, что их компетенция в сфере законотворчества и принятия нормативно-правовых актов не является неограниченной. Согласно Постановлениям Конституционного Суда РФ от 23 декабря 1997 г. и от 24 января 2002 г.[40] законодатель не вправе принимать нормативные акты, которые могли бы способствовать злоупотреблению правом. Напротив, согласно ч. 3 ст. 17 Конституции РФ он всегда обязан стремиться к тому, чтобы свести возможности для такого злоупотребления к минимуму.

Так же предупредительно Конституционный Суд РФ относится к органам исполнительной власти государства. Так, например, в Постановлении Конституционного Суда РФ от 6 апреля 1998 г.[41] было разъяснено, что Президент РФ сам должен соблюдать требования положений Конституции РФ и федеральных законов. Поэтому он, хотя и имеет право накладывать вето на принятые Федеральным Собранием РФ законопроекты, тем не менее не вправе выносить решения об их несоответствии Конституции РФ. В частности, Президент РФ не вправе решать вопросы о конституционности регламентов палат Федерального Собрания РФ, которые являются нормативными актами. Он только может обратиться с соответствующим запросом в Конституционный Суд РФ о проверке конституционности указанных нормативных актов. В прерогативу Президента РФ не входит также предварительный конституционный контроль законопроектов, не подписанных и не обнародованных им и потому не вступивших в юридическую силу.

Таким образом, в попытках давать конституционное толкование федеральному закону Президент РФ рискует неправомерно вторгнуться в пределы исключительной компетенции Конституционного Суда РФ, чего не допускает Конституция РФ. Разумеется, недовольный своей безуспешной попыткой препятствовать принятию того или иного закона Президент РФ имеет дополнительное право распустить Государственную Думу. Однако такое чрезвычайное право Президента РФ для разрешения законодательных междоусобиц ни разу не было реализовано в политико-правовой жизни страны.

Несмотря на то что Президент РФ согласно ст. 85 Конституции РФ в качестве высшего арбитра имеет возможность использовать согласительные процедуры для разрешения разногласий между всеми указанными органами, тем не менее, он сам может оказаться стороной в споре о компетенции, разрешаемых Конституционным Судом РФ в порядке ст. 125 Конституции. Например, 1 декабря 1999 г. Конституционный Суд РФ рассматривал дело о праве Президента РФ принимать решения о временном отстранении Генерального прокурора от должности в связи с возбуждением против него уголовного дела. Вопреки ожиданиям Совета Федерации Конституционный Суд РФ подтвердил[42] , что издание указа о временном отстранении Генпрокурора от должности входит в круг полномочий и обязанностей главы государства. С правовых позиций Конституционного Суда РФ Президент РФ согласно ч. 1 и ч. 2 ст. 80, ч. 1 ст. 85 и ст. 90 Конституции РФ «несет ответственность за согласованное функционирование органов государственной власти» и при отсутствии специально предусмотренных законодательством механизмов для решения подобных проблем правомочен издавать правовые акты, которые обеспечивают исполнение Конституции РФ. В частности, Конституционный Суд РФ констатировал, что предусмотренные законодательством полномочия Совета Федерации по назначению и отстранению от должности Генерального прокурора РФ в случае совершения последним дисциплинарного проступка являются недостаточными для решения Советом Федерации Федерального Собрания РФ вопроса об окончательном отстранении от должности Генерального прокурора РФ.

В своих Постановлениях от 30 апреля 1996 г. от 31 июля 1995 г. Конституционный Суд РФ, сославшись на ч. 2 ст. 80 Конституции РФ о Президенте РФ как гаранте Конституции РФ и согласованном функционировании и взаимодействии органов государственной власти, признал конституционным правомочие Президента РФ восполнять своими указами пробелы действующего законодательства до принятия соответствующих законов Федеральным Собранием РФ при условии, если они не противоречат положениям Конституции РФ и федеральных законов. Напомним, что указанными решениями Конституционный Суд РФ попытался обосновать правомерность и конституционность Указа Президента РФ от 9 декабря 1994 г. «О мерах по пресечению деятельности незаконных вооруженных формирований на территории Чеченской Республики и в зоне осетино-ингушского конфликта»[43] . Не стремясь к оценке степени правомерности данной правовой позиции Конституционного Суда РФ в нормальных условиях социального бытия, отметим только, что такие экстренные меры, не соответствующие принципу разделения государственной власти на законодательную и исполнительную ветви, в общем оправданны при чрезвычайных обстоятельствах. В данном случае Конституционный Суд РФ из двух зол выбрал меньшее зло: он дал свое предпочтение изданию временных законозаменительных указов Президента РФ перед их отсутствием или противоречивостью[44] . Такая позиция Конституционного Суда РФ об общих или подразумевающихся полномочиях Президента РФ как созаконодателя не получила широкой поддержки у правоведов-конституционалистов. В своих Особых мнениях члены Конституционного Суда РФ Б.С. Эбзеев и Н.В. Витрук, отмечая то, что согласно Конституции РФ органам публичной власти дозволено лишь то, что предписано, заявили, что действующая Конституция Российской Федерации не предусматривает появления в периоды кризисов исключительных или скрытых полномочий главы государства на основе надпозитивного права государственной необходимости. В условиях нормального действия российской Конституции и законодательства импровизированные указы Президента РФ по соображениям политической целесообразности суть не что иное, как неправомерное расширение конституционных полномочий Президента РФ за счет Федерального Собрания РФ[45] .

По делу о проверке конституционности Указа Президента РФ от 28 октября 1992 г. «О мерах по защите конституционного строя Российской Федерации» Конституционный Суд РФ в Постановлении от 12 февраля 1993 г.[46] указал, что Президент РФ не обладает правом роспуска оргкомитета Фронта национального спасения как общественного объединения и что любая попытка органов прокуратуры, милиции или юстиции воспрепятствовать созданию общественных объединений является нарушением конституционного права граждан на объединение. Такое право предоставлено только судебным органам.

При спорах о назначении Председателя Правительства РФ и о компетенции между Государственной Думой и Правительством очень важно правомерное и конституционное согласование воли российского законодателя и главы государства. Роль Конституционного Суда РФ при разрешении таких разногласий существенна, поскольку она заключается в недопущении противоборства между различными ветвями единой государственной власти. Об этом свидетельствует Постановление Конституционного Суда РФ от 11 декабря 1998 г. «По делу о толковании положений части 4 статьи 111 Конституции Российской Федерации»[47] .

Помимо разделения властей на федеральном уровне, между Президентом РФ, Федеральным Собранием РФ, Правительством РФ и судебной властью, разделение властей конституционно проводится также между федеральным центром и субъектами - регионами России. Согласно ч. 3 ст. 11 Конституции РФ «разграничение предметов ведения и полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти субъектов Российской Федерации осуществляется настоящей Конституцией, Федеративным и иными договорами о разграничении предметов ведения и полномочий». Часть 3 ст. 11 Конституции РФ предусматривает возможность заключения договоров о разграничении предметов ведения и полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти ее субъектов. Разграничение полномочий между федеральным центром и субъектами Российской Федерации более детально регулируется Федеральным законом от 24 июня 1999 г. «О принципах и порядке разграничения предметов ведения и полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти субъектов Российской Федерации»[48] . Споры между федеральным центром и субъектами РФ могут возникнуть в случаях несоответствия конституций, уставов и договоров субъектов положениям Конституции РФ или федерального законодательства. Не секрет, что не все договоры между субъектами российского государства соответствуют Конституции РФ. Например, некоторые положения договоров между Республикой Башкортостан и Республикой Татарстан противоречат Конституции РФ[49] .

Итоговое решение по рассматриваемому делу принимается Конституционным Судом РФ в закрытом совещании, в котором участвуют только судьи, рассматривающие данное дело.

Итоговое решение Конституционного Суда РФ по вопросам о спорах о компетенции именуется постановлением. Постановления выносятся именем Российской Федерации.

По итогам рассмотрения споров о компетенции Конституционный Суд РФ выносит одно из следующих решений:

· подтверждающее полномочие соответствующего органа государственной власти издать акт или совершить действие правового характера, послужившие причиной спора о компетенции;

· отрицающее полномочие соответствующего органа государственной власти издать акт или совершить действие правового характера, послужившее причиной спора о компетенции.

В случае если Конституционный Суд РФ признает издание акта не входящим в компетенцию издавшего его органа государственной власти, акт утрачивает силу со дня, указанного в решении.

Решение Конституционного Суда РФ принимается открытым голосованием путём поимённого опроса судей, большинством голосов. Решение провозглашается в полном объёме в открытом заседании немедленно после его подписания. Решение Конституционного Суда РФ окончательно, не подлежит обжалованию и вступает в силу немедленно после его провозглашения. Решение подлежит немедленному исполнению после его опубликования либо вручения его официального текста, если иные сроки специально в нём не оговорены. Решение Конституционного Суда РФ может быть официально разъяснено только самим Конституционным Судом РФ в пленарном заседании или заседании палаты, принявшей это решение, по ходатайству органов или лиц имеющих право на обращение в Конституционный Суд РФ, других органов и лиц, которым оно направлено.

Б.А.Страшун отмечает, что это является «наитруднейшей функцией Конституционного Суда, хотя практика здесь по сути еще отсутствует».[50] Такие споры возникают тогда, когда один орган берет на себя полномочия другого органа, т.е. присваивает чужие полномочия. По итогам рассмотрения спора о компетенции Суд принимает решение, подтверждающее или отрицающее полномочие соответствующего органа государственной власти издать акт или совершить действие правового характера, послужившее причиной спора о компетенции: налицо решение вопроса о законности действия органа государственной власти.

Глава 3. ПРОБЛЕМЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

§ 1. Ограничение полномочий Конституционного Суда Российской Федерации от полномочий иных органов государственной власти

Если провести сравнительный анализ полномочий Конституционного Суда РФ по законодательству 1991 г. и его полномочий по Федеральному закону 1994 г. можно сделать вывод, что сузилась сфера контроля Конституционного Суда за актами исполнительной власти. Изъята, содержавшаяся в ст.165 Конституции РФ (ред. 21.04.92) норма о разрешении Конституционным Судом РФ дел о конституционности не только актов Президента, правительства и т.д., но наряду с ними и актов «федеральных органов исполнительной власти», что давало основания говорить об ориентации судебного конституционного контроля и на акты министерств, ведомств, и т.д. В то же время это ограничение сферы юрисдикции Конституционного Суда может быть оценено как «работающее» не только на его деполитизацию, но, прежде всего - его разгрузку с целью эффективной работы по иным основным направлениям. Во-вторых, конституционный контроль актов федеральных органов ограничен актами высших звеньев законодательной и исполнительной ветвей власти и актов главы государства. В отличие от унитарных европейских стран сфера юрисдикции Конституционного Суда РФ не распространяется на акты местного самоуправления. В том числе и в проекте Закона РФ «Об общих принципах организации местного самоуправления в РФ « соответствующие вопросы отнесены к общему судебному порядку (ст.46.2 проекта). Акты субъектов федерации требуют особого анализа. Говоря о перечне актов, хотелось бы обратить внимание на нерешенность вопроса о федеральных конституционных законах - новой разновидности законов в РФ, впервые предусмотренной Конституцией 1993 г. Являются ли они объектами охраны Конституционным Судом либо объектами проверки в Конституционном Суде, т.е. конституционно-контрольной экспертизы? Как известно, по своей юридической силе (процедуре принятия) они весьма близки, но полностью не совпадают с законами об изменении и дополнении Конституции. Затрагивая тему о перечне актов, хотелось бы остановиться и на проблеме предварительного конституционного контроля. Специфика России не просто в сдержанном, но и в отрицательном отношении к проектам нормативных актов. В новом Законе о Конституционном Суде проекты актов не упоминаются в перечне подлежащих проверке в Конституционном Суде. А в прежнем законе 1991 г. содержался прямой запрет на такое полномочие. В ст.32.6 говорилось, что Конституционный суд не вправе осуществлять предварительный контроль и рецензирование проектов договоров и нормативных актов, высказывать суждения о конституционности неподписанных договоров, не принятых нормативных актов и т.д. Это одно из немногих своеобразий, которые должны быть учтены как корректирующие к общему выводу о предельно широком круге актов, могущих стать объектами проверок в Конституционном Суде РФ.[51]

Закон о Конституционном Суде РФ более ясно и детально урегулировал вопросы касающиеся дел о конституционности законов по жалобам на нарушения конституционных прав и свобод граждан. Данное полномочие суда имеет важнейшее значение в деле правовой защиты личности. Положения предыдущего акта, касающиеся конституционности правоприменительной практики, связанной с деятельностью суда по охране конституционных прав и свобод граждан были весьма сложны. Значительно упрощена ныне и процедура возбуждения такого рода дел. Жалобы на нарушения конституционных прав и свобод граждан могут быть индивидуальными или коллективными. Они допускаются при двух условиях: если закон затрагивает конституционные права и свободы граждан: если закон применен или подлежит применению в конкретном деле, рассмотрение которого завершено или начато в суде, или ином органе, применяющем такой Закон. Налицо преодоление ранее существовавшего положения, когда гражданин, чьи права нарушены, перед обращением в Конституционный Суд должен был пройти множество инстанций. Важное значение имеют и предусмотренные последствия принятия жалобы к рассмотрению. Прежде всего, Конституционный Суд уведомляет об этом рассматривающий дело суд или иной орган, в котором применен или подлежит применению обжалуемый закон. Это не обязывает приостановить производство по делу, но вместе с тем суд или иной орган, рассматривающие дело, вправе приостановить производство до принятия решения Конституционным Судом. Установлено, что если последний признает закон, примененный в конкретном деле, не соответствующим Конституции РФ, дело во всяком случае подлежит пересмотру компетентным органом в обычном порядке.[52]

Изменены полномочия Конституционного Суда, связанные с процедурой отрешения Президента от должности. Теперь Конституционный Суд дает лишь заключение о соблюдении установленного порядка выдвижения обвинения Президенту в государственной измене или совершении иного тяжкого преступления, а не о наличии оснований для отрешения от должности, как это было ранее. Такие действия Конституционный Суд принимает по запросу Совета Федерации. Если Суд принимает решение о несоблюдении установленного порядка выдвижения обвинения Президенту РФ в государственной измене или совершении иного тяжкого преступления, то предусмотренное Конституцией рассмотрение обвинения прекращается. Во всех остальных случаях окончательное решение об отрешении Президента РФ от должности принимает Совет Федерации.

Конституционный Суд РФ согласно новому законодательству утратил ряд полномочий, имевшихся у него ранее. Из компетенции этого органа исключено рассмотрение дел о конституционности партий, общественных объединений, действий и решений всех высших должностных лиц РФ и ее субъектов, о даче заключений о наличии оснований для их отречения от должности. Теперь нет у Конституционного Суда и права давать заключения о наличии у соответствующих должностных лиц стойкой неспособности по состоянию здоровья осуществлять связанные с их деятельностью полномочия. По-новому решен ряд вопросов, связанных с субъектами, которые вправе возбуждать дела в Конституционном Суде. Ранее действовавшее законодательство предоставляло Суду право рассмотрения вопросов по собственной инициативе. Такая практика имеет место и в некоторых зарубежных государствах, новое законодательство не предоставляет Конституционному Суду права рассмотрения вопросов по собственной инициативе.

Таким образом, обеспечивается принцип объективности и беспристрастности в деятельности этого органа. Ранее с запросами в Конституционный Суд РФ о проверке конституционности мог обратиться любой депутат парламента, теперь - пятая часть состава каждой из палат парламента. Право возбуждения дел в Конституционном Суде общественными организациями ограничивается в настоящее время лишь возможностью подачи жалоб на нарушения конституционных прав и свобод граждан. Все это призвано предотвратить перенесение политических вопросов и дебатов в зал Конституционного Суда.[53]

Проведенный анализ свидетельствует о том, что новое законодательство расширило полномочия Конституционного Суда путем предоставления ему новых прав. Речь идет о проверке конституционности законов по запросам судов и праве толкования Конституции Российской Федерации. В арсенале Конституционного Суда РФ две формы толкования конституционных норм.

§ 2. Теоретические проблемы определения места и роли решений Конституционного Суда РФ в системе источников российского конституционного права

Конституционный Суд Российской Федерации, являясь специализированным органом судебного конституционного контроля, призван осуществлять охрану и защиту конституционных положений. Ст. 71 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" регламентирует вопрос о видах решений Конституционного Суда Российской Федерации, указывая, в частности, что решением Конституционного Суда Российской Федерации является решение, принятое в пленарном заседании, а также в заседании палаты Конституционного Суда Российской Федерации. В зависимости от их сущности все решения Конституционного Суда Российской Федерации подразделяются на постановления, заключения и определения.

По нашему мнению, одним из значимых коллизионных вопросов современной юриспруденции является вопрос о месте и роли в российской правовой системе актов Конституционного Суда Российской Федерации. Как справедливо пишет по этому поводу И.А. Дудко, "... написано уже достаточно", "однако действие и применение решений и правовых позиций Конституционного Суда вызывают больше вопросов, нежели ответов по поводу их юридической силы и значения для деятельности органов государства..."[54] .

Примечательно, что изначально авторы учебной литературы по дисциплине "Конституционное право Российской Федерации" постсоветского периода, характеризуя вопрос об источниках российского конституционного права, фактически шли двумя основными путями:

- либо вообще не рассматривали вопрос об актах Конституционного Суда Российской Федерации среди источников права[55] ,

- либо, в лучшем случае, лишь называли акты Конституционного Суда Российской Федерации среди источников права, не конкретизируя их конкретное место и значение, не высказывая свое видение по данной проблематике[56] .

В настоящее время при исследовании данного вопроса предлагается несколько подходов. В частности, решение Конституционного Суда Российской Федерации рассматривается как:

- конституционная доктрина[57] ;

- правовой акт[58] ;

- конституционный судебный прецедент[59] ;

- решение преюдициального характера[60] ;

- нормативно-интерпретационный акт[61] ;

- новый нетрадиционный источник права[62] и др.

Чтобы наиболее полно и аргументированно ответить на вопрос: "Каковы же по своей природе решения Конституционного Суда Российской Федерации, какое место занимают они в российской правовой системе в целом и системе источников конституционного права, в частности?", полагаем целесообразным остановиться на характеристике некоторых из обозначенных выше подходов. В соответствии с первой концепцией, решения Конституционного Суда РФ представляют собой не что иное, как конституционную доктрину. Так, Е.В. Тарибо отмечает, что судебные доктрины Конституционного Суда Российской Федерации - это формулируемые при интерпретации конституционных и иных законодательных норм принципы в процессе рассмотрения и разрешения близких по характеру дел, при этом данные принципы являются общеобязательными в силу обязательности решений Конституционного Суда РФ[63] .

Отдельная группа авторов называет решения Конституционного Суда Российской Федерации правовыми актами[64] . Например, по мнению Д.В. Петровой, это такие правовые акты, которые принимаются Конституционным Судом Российской Федерации в пределах собственной компетенции в порядке конституционного судопроизводства, констатируют установление определенных фактов и обстоятельств, содержащих государственно-властное веление, а также имеют обязательный характер для субъектов права[65] .

Сторонники следующего направления рассматривают акты Конституционного Суда Российской Федерации исключительно как правоприменительные. Так, О.Е. Кутафин указывал, что Конституционный Суд РФ (в том числе и при осуществлении толкования Конституции РФ) не создает новых правовых норм, его решения не относятся к источникам права, а являются лишь актами применения права. В.С. Нерсесянц отмечает, что "...повышение роли судебной власти в современных условиях состоит вовсе не в наделении ее законодательными полномочиями, а в том, что она стала независимой и полновластной защитницей права и правового закона..."[66] . Автор также подчеркивает, что суд, отправляя правосудие, применяет право, другими словами - судебная практика является не правотворческой, а правоприменительной деятельностью[67] .

Согласно подходу, сформулированному Л.В. Лазаревым, "...свойства решений Конституционного Суда РФ позволяют сделать вывод, что, не относясь в полной мере ни к одному из существующих источников права, они одновременно вбирают в себя те или иные их черты (признаки) и приобретают тем самым новое качество, становясь самостоятельным источником права. Если следовать традиционному пониманию источников права в юридическом смысле как формы нормативного выражения права, то источником права являются решения Конституционного Суда как нормативно-интерпретационные акты, а правовые позиции - выраженным в них "правом"...[68] . В подтверждение нормативно-интерпретационного характера правовых позиций Конституционного Суда РФ, Л.В. Лазарев пишет, что "...они являются результатом судебного конституционного толкования, правовым основанием итогового решения Конституционного Суда РФ, имеют общий и обязательный характер. Они выражают правопонимание Конституционным Судом РФ конституционных принципов, норм, общепризнанных принципов и норм международного права и в этом контексте - должного конституционного содержания оспоренного законоположения. Нормативность правовых позиций проявляется в том, что они являются официальными установлениями общего и императивного характера... Закрепление правовых позиций как нормативно-интерпретационных установлений в решениях Конституционного Суда РФ в единстве с нормативными предписаниями резолютивной части и придает этим решениям качество не индивидуального, правоприменительного, а нормативно-интерпретационного акта..."[69] .

В соответствии со следующей концепцией акты Конституционного Суда Российской Федерации признаются судебными прецедентами[70] . Как отмечает по этому поводу В.Д. Зорькин, необходимо признать, что решения Конституционного Суда Российской Федерации приобретают характер судебного прецедента и становятся источником российского права[71] . Ученый также подчеркивает, что, "...создавая значимые прецеденты в самых болевых точках проводимых реформ, Конституционному Суду удается сохранять стабильность в обществе и вместе с тем не препятствовать инновациям"[72] . В учебнике курса "Теория государства и права" утверждается, что Конституционный Суд РФ официально, фактически довольно часто создает судебный прецедент, то есть является в определенном отношении своего рода субъектом правотворчества[73] . О самостоятельной правотворческой функции Конституционного Суда Российской Федерации пишут и другие авторы. Например, М.И. Байсин отмечает, что правотворческая функция Конституционного Суда Российской Федерации представляет собой "творение права" в форме судебного прецедента[74] . В развитие подобного подхода Ж.И. Овсепян предлагает законодательно придать постановлениям Конституционного Суда Российской Федерации прецедентный характер[75] . Однако считаем, что обозначенный выше подход не является бесспорным и не в полной мере соответствует самой сущности судебного прецедента.

Исследование учебной и научной литературы по конституционному праву последних нескольких лет позволяет констатировать, что доминирующим подходом современности является отнесение актов Конституционного Суда Российской Федерации[76] к самостоятельным источникам конституционного права[77] (а также источникам права в целом[78] ). В частности, в одном из последних учебников "Конституционное право России", изданном в 2010 году, особо подчеркивается, что "решения и правовые позиции Конституционного Суда РФ занимают самостоятельное место в правовой системе и служат источником конституционного права и иных отраслей российского права, имеют общий характер и обязательны для всех субъектов права"[79] . Аналогичный подход предложен и в учебном пособии С.А. Авакьяна по конституционному праву России[80] .

Сторонником подобного подхода является и Ю.В. Линская, отмечающая, что "...действующее законодательство и сложившаяся правоприменительная практика уже сейчас позволяют выделить некоторые категории судебных решений, которые de facto признаются источниками российского права". Помимо решений Конституционного Суда Российской Федерации, Ю.В. Линская также называет постановления Пленумов Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ, которые принимаются по вопросам разъяснения законодательства и обобщения судебной практики, а также решения судов общей юрисдикции и арбитражных судов по делам о признании нормативных правовых актов не соответствующими законодательству[81] . Весьма справедливо, что у подобного подхода имеются не только сторонники, но и противники. В.Д. Зорькин, в свою очередь, не разделяя подобного подхода, отмечает, что "... вряд ли можно согласиться с теми учеными, которые рассматривают Верховный Суд Российской Федерации и Высший Арбитражный Суд Российской Федерации в качестве субъектов правотворчества, а их разъяснения по вопросам судебной практики - в качестве источников права... Решения и разъяснения этих судов... не содержат правовых норм как таковых..."[82] .

Весьма часто ученые высказывают мнение о самостоятельной правотворческой функции высших судебных органов, в том числе Конституционного Суда Российской Федерации. При этом подчеркивается, что Конституционный Суд Российской Федерации фактически выступает в роли "законодателя", при этом используются такие термины, как "негативный" и "позитивный законодатель". Например, как отмечают В.А. Кряжков и Л.В. Лазарев, Конституционный Суд РФ "...выбраковывает юридически дефектные нормы из правовой системы и выступает как "негативный законодатель"[83] . Называя Конституционный Суд Российской Федерации негативным законодателем, Н.А. Богданова исходит из того, что при отсутствии у Конституционного Суда РФ нормотворческих прав он оказывает весьма существенное императивное влияние на состояние правовой системы[84] . Отнесение Конституционного Суда к "законодателю" обусловлено тем, что нередко он вынужден устранять неопределенности, выяснять и разъяснять смысл конституционных положений, давать им собственную интерпретацию. М.А. Митюков и А.М. Барнашев указывают, что, поскольку Конституционный Суд Российской Федерации (например, при толковании Конституции Российской Федерации) конкретизирует конституционные положения, это объективно обусловливает появление дополнительных уточняющих положений, тем самым осуществляется восполнение правовых норм, исходя из общего конституционного смысла и логики.

При этом, как подчеркивает Е.А. Лукьянова, в подавляющем большинстве случаев Конституционный Суд РФ шел намного дальше простой интерпретации, фактически формировал новую конституционно-правовую доктрину и предлагал свое, зачастую существенно отличавшееся от изначального, понимание тех или иных положений Конституции[85] , выполняя несвойственную ему правотворческую функцию[86] .

Правотворческую функцию Конституционного Суда РФ на современном этапе исследуют и другие авторы[87] .

Нельзя не обратить внимания на верное замечание А.Б. Венгерова, указывающего на особый характер решений Конституционного Суда РФ как источников права и подчеркивающего, что решения Конституционного Суда Российской Федерации однако нельзя ставить в один ряд с актами нормотворчества, поскольку конкретизация правовой нормы в процессе ее неоднократного применения в судебной деятельности не является нормотворчеством, это совершенно особый процесс реализации и развития права, существующий в действительности.

Между тем не все ученые относят акты Конституционного Суда РФ к самостоятельным источникам конституционного права. Например, М.Н. Марченко делает акцент на конституционно закрепленный принцип разделения властей[88] , согласно которому Конституционный Суд Российской Федерации не является законодательным органом, а выступает специализированным органом судебного конституционного контроля.

Анализ приведенных точек зрения и подходов к вопросу о месте и роли актов Конституционного Суда РФ в системе источников российского конституционного права позволяет сделать вывод, что до настоящего момента в теории и практике данный вопрос остается дискуссионным и не находит однозначного решения. Однако считаем, что наиболее верным является подход, согласно которому решения Конституционного Суда РФ отнесены к самостоятельным источникам российского конституционного права. Полагаем, что научная мысль по данному вопросу в будущем будет развиваться именно в обозначенном выше направлении.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Подводя итог можно сделать ряд выводов и предложений по дальнейшему совершенствованию работы Конституционного Суда, проследив этапы его развития и состояния на современном этапе.

Среди сюрпризов, которые преподнесли после 1989 года страны Восточной и Центральной Европы, мы обнаруживаем появление такого нового для них института, как конституционные суды. Все без исключения страны бывшего советского блока отводят этим судам важную роль. Но уже с первых шагов существования они оказались втянутыми в острейшие политические и социальные проблемы.

О судебной защите в России всегда было много риторики, но мало дела. Положение существенно изменилось после избрания Съездом народных депутатов в октябре 1991 года Конституционного Суда Российской Федерации – высшего органа судебной власти по защите конституционного строя. Работа и компетенции его деятельности значительно изменились и дополнились новой конституцией 1993 года и федеральным конституционным законом 1994 года «О Конституционном Суде Российской Федерации», которые являются базовыми законами. Механизм защиты гражданских прав и свобод Конституционным Судом, основанный на проверке конституционности нормативных актов и правоприменительной практики, достаточно подробно урегулирован законом. Уже одно это обстоятельство родило надежду, что человек может опереться на судебную власть, когда государственные органы попытаются отказать ему в праве быть личностью. Особенно это важно, когда мы сейчас строим гражданское общество, когда личность, человек стоит во главе угла.

Но в целях своего существования 1992-1993 г.г. основной упор был сделан на разрешение споров между звеньями политической системы, в том числе на изучение ходатайств, в той или иной мере касающихся вопросов:

· Разделение властей и разграничение компетенции между высшими органами государственной власти и управления в Российской Федерации 42% дел

· Предметов ведения между федеральными и республиканскими органами 25%

· Соответствие Конституции Российской Федерации постановлений, нормативных актов и действий различных органов государственной власти и управления 40%

Доля постановлений выполненных по индивидуальным жалобам составила около 20%. В 1993 году более чем в 1.6 раза возросло количество особых мнений суда (13 против 8 в 1992 году). Это было вызвано в тот период большими противоречиями в Конституции и Законе «О Конституционном Суде» 1991 года.

Первая научно-практическая конференция по проблемам конституционного контроля приуроченная к пятилетию образования Конституционного Суда подвергла резкой критике этот орган конституционного контроля, особенно резко выступил А.Л. Комалов судья Конституционного Суда Российской Федерации кандидат юридических наук, где он в своём докладе обобщал опыт работы данного органа за 5 лет. Он обвинял его в слишком неопределённых двусмысленных решениях. В современных условиях у Конституционного Суда остаётся ещё почти безбрежное поле деятельности.

Анализ полномочий и деятельности Конституционного Суда Российской Федерации позволяют сделать следующие выводы:

1. Конституционный Суд Российской Федерации – высший орган судебной власти по защите конституционного строя, по проверке конституционности нормативных актов и правоприменительной практики, по защите основных прав и свобод граждан

2. Обеспечивает взаимодействие властей при президентской форме правления

3. Эффективно устраняет конфликты, возникающими между различными ветвями власти, в частности между исполнительной и законодательной, между федеральными органами и органами субъектов федерации

4. Охраняет незыблемость общих принципов права и основанных на них прав и свобод личности

5. Создал почву для перехода к правовому государству, при котором люди приобретают безопасность от произвола со стороны государства, его органов и могущественных экономических организаций

6. Это независимый суд, подчиняемый только закону и оценивающий подзаконные акты сточки зрения их законности эффективное действие которого зависит от степени сформированного гражданского общества.

В настоящий период Россия только строит гражданское общество и правовое государство, но, используя свой опыт, опыт зарубежных стран постепенно совершенствует.

На наш взгляд, для улучшения деятельности Конституционного Суда можно внести следующие предложения:

1. Конституционный Суд сильно зависит от политического руководства страны. Поэтому как можно дальше его отдалить от политики и сделать менее зависимым от политического руководства страны.

2. Особое мнение судьи Конституционного Суда не влияет на решение, а лишь приобщается к материалам дела, а мне кажется, решение должно быть принято, когда достигнуто полное согласие

3. В Постановлении Верховного Суда Российской Федерации от 31 октября 1995 года «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия» должна идти речь не о праве, а об обязанности суда обращаться в Конституционный Суд с запросом, ибо только он вправе проверить и сделать заключение о конституционности того или иного закона, иначе могут возникнуть ситуации, когда суды станут приходить к выводу о не конституционности.

БИБЛИОГРАФИЯ

Нормативно-правовые акты и официальные документы:

1. Конституция Российской Федерации от 12.12.1993. – М.: Приор, 2010. – 32 с.

2. Федеральный конституционный закон «О Конституционном Суде Российской Федерации» от 21.07.1994 № 1-ФКЗ (ред. от 28.12.2010) // Собрание законодательства РФ. - 25.07.1994. - № 13. - Ст. 1447.

3. Федеральный конституционный закон «О судебной системе Российской Федерации» от 31.12.1996 № 1-ФКЗ (ред. от 27.12.2009) // Собрание законодательства РФ. - 06.01.1997. - № 1. - Ст. 1.

4. Указ Президента РФ №1612 «О Конституционном Суде РФ» от 7 октября 1993 года // СПС «Консультант Плюс», раздел «Законодательство», 2011.

5. Указ Президента РФ от 9 декабря 1994 г. «О мерах по пресечению деятельности незаконных вооруженных формирований на территории Чеченской Республики и в зоне осетино-ингушского конфликта» // Собрание законодательства РФ. - 1996. - № 19. - Ст. 2320; 1995. - № 33. - Ст. 3424.

6. Договор «О разграничении предметов ведения и взаимном делегировании полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти Республики Башкортостан» (Закон Республики Башкортостан. 1995. Выпуск 9.); Договор «О разграничении предметов ведения и взаимном делегировании полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти Республики Татарстан» // Известия Татарстана. - Февраль 1994. - № 30 - 31.

7. Ведомости СНД и ВС СССР. - 1991. - № 30. - Ст. 1017.

8. Ведомости Съезда народных депутатов РСФСР и Верховного Совета РСФСР. - 1993. - № 9. - Ст. 344.

9. Вестник Конституционного Суда РФ. - 1995. - № 5. - С. 26, 60.

10. Определения КС РФ по делам о проверке конституционности положений УПК РСФСР и УПК РФ // Российская газета. - 8.05.2002, 13.01.2003, 10.07.2003, 14.10.2003, 17.12.04.

11. Постановление от 29 мая 1998 г. // Собрание законодательства РФ. - 1998. - № 23. - Ст. 2626.

12. Постановления КС РФ по делам о проверке конституционности положений УПК РСФСР и УПК РФ // Российская газета. - 14.11.2001, 21.03.2002, 31.07.2002, 5.12.2002, 18.03.2003, 3.06.2003, 7.07.04.

13. Решения Конституционного Суда РФ по делам о проверке конституционности уголовного и уголовно-процессуального законодательства России 1995-2001. – М.,2002. – 388 с.

14. Собрание законодательства РФ. - 1996. - № 4. - Ст. 409.

15. Собрание законодательства РФ. - 1997. - № 52. - Ст. 5930; 2002. - № 7. - Ст. 745.

16. Собрание законодательства РФ. - 1998. - № 16. - Ст. 1879.

17. Собрание законодательства РФ. - 1998. - № 52. - Ст. 6447.

18. Собрание законодательства РФ. - 1999. - № 26. - Ст. 3176.

19. Собрание законодательства РФ. - 1999. - № 51. - Ст. 6364.

Монографии и научные статьи:

20. Анисимов А.П., Мельниченко Р.Г. Судебный прецедент: от теории к практике // Российской судья. - 2009. - № 3.

21. Баглай М.В. Конституционное правосудие в России: становление и развитие // Журнал Российского Права. - 2001. - №10. - С. 3.

22. Байсин М.И. О юридической природе решений Конституционного Суда Российской Федерации // Государство и право. - 2006. - № 1. - С. 9.

23. Барри Д. Конституционный Суд глазами американского юриста. // Государство и право. - 1993. - № 10. - С.77-79.

24. Богданова Н.А. Конституционный Суд РФ в системе конституционного права // Вестник Конституционного Суда Российской Федерации. - 1997. - № 3. - С. 64.

25. Богдановская И.Ю. Судебный прецедент как категория общего права // Право и политика. - 2002. - № 7(31).

26. Бондарь Н.С. Конституционное правосудие как фактор модернизации российской государственности // Журнал российского права. - 2005. - № 11.

27. Васильева Т. Становление федеральных отношений и практика Конституционного Суда РФ. // Конституционное право: Восточно-европейское обозрение. - 1999. - №4. - С.122-126.

28. Витрук Н.В. Правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации: понятие, природа, юридическая сила и значение.// Конституционное право: Восточно-европейское обозрение. - 1999. - №3. - С.103.

29. Гаджиев Г.А. Кряжков В.А. Конституционная юстиция в Российской Федерации // Государство и право. - 1993. - № 7. - С.3-8

30. Дудко И.А. Еще раз к вопросу о юридической силе решений Конституционного Суда Российской Федерации // Журнал конституционного правосудия. - 2008. - № 6. - С. 14.

31. Зорькин В.Д. Прецедентный характер решений Конституционного Суда Российской Федерации // Журнал российского права. - 2004. - № 12. - С. 4 - 6.

32. Интервью с заместителем Председателя Конституционного Суда Российской Федерации Т.Г. Морщаковой // Законодательство. - 1999. - № 5. - С. 3.

33. Кряжков В.А. Ю.Л. Шульженко Конституционный контроль в России // Государство и право. - 1995. - № 10. - С.157.

34. Лазарев Л.В. Конституционный Суд РФ и развитие конституционного права // Журнал российского права. - 1997. - № 11. - С. 10 – 12.

35. Лазарев Л.В. Правовые позиции Конституционного Суда России. - М., 2003.

36. Линская Ю.В. Судебный прецедент как источник конституционного права // Конституционное и муниципальное право. - 2006. - № 6. - С. 16.

37. Лукьянова Е.А. Конституция в судебном переплете // Законодательство. - 2000. - № 12. - С. 47 - 58.

38. Лучин В.О. Конституция Российской Федерации. Проблема реализации. – М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2002.

39. Лучин В.О., Доронина О.Н. Жалобы граждан в Конституционный Суд РФ. - М.: Издательство "Закон и право"; ЮНИТИ, 1998.

40. Малюшин А.А. Конституционное правотворчество в аспекте взаимодействия Конституционного Суда РФ, судов общей юрисдикции и арбитражных судов // Российский судья. - 2008. - № 9. - С. 6.

41. Марченко М.Н. Является ли судебная практика источником российского права? // Журнал российского права. - 2000. - № 12. - С. 14 - 15.

42. Митюков М.А. Акты Конституционного Суда Российской Федерации и конституционных (уставных) судов субъектов Федерации: общая характеристика и статистический анализ // Журнал российского права. - 2001. - № 6. - С. 15.

43. Морщакова Т.Г. Разграничение компетенции между Конституционном Судом и другими судами РФ // Вестник Конституционного Суда Российской Федерации. - 1996. - № 6. - С. 29.

44. Овсепян Ж.И. Из опыта Российской Федерации по разрешению конституционных споров о компетенции // Конституционное правосудие. Вопросы теории и практики. - Ереван, 2000.

45. Овсепян Ж.И. Пробелы и дефекты как категории конституционного права // Конституционное и муниципальное право. - 2007. - № 15. - С. 15.

46. Овсепян Ж.И. Судебный конституционный контроль в Российской Федерации: проблемы деполитизации. // Государство и право. - 1996. - № 1. - С.23..

47. Осипян Б.А. Проблемы толкования конституционных положений // Конституционное и муниципальное право. - 2007. - № 7. - С. 28.

48. Сасов К.А. Конституционный Суд в судебной системе: Общность задач правосудия и различия в их решении // Конституционное и муниципальное право. - 2007. - № 7.

49. Страшун Б.А. Судебный конституционный контроль в России: уроки, проблемы, перспективы. // Государство и право. - 1997. - № 5. - С. 6-8.

50. Топорнин Б. Конституционный Суд РФ – эффективный фактор развития права // Российская юстиция. - 2010. - № 10. - С.35.

51. Туманов В.А. Материалы о рассмотрении дел в Европейском суде // Государство и право. - 1999. - № 12. - С.23

52. Шульженко Ю.Л. Форма российской конституционности и её толкование // Теоретические проблемы российского конституционализма. – М., 2000. - С.29.

53. Эбзеев Б.С. Толкование Конституции Конституционным Судом РФ: теоретические и практические проблемы // Государство и право. - 2008. - № 5. - С. 5–11.

Учебники, учебные пособия, лекции, авторефераты:

54. Абдулаев М.И., Комаров С.А. Проблемы теории государства и права: Учебник. - СПб.: Питер, 2003.

55. Авакьян С.А. Конституционное право России. Учебный курс: Учебное пособие. 4-е изд., перераб. и доп. Т. 1. - М.: ИНФРА-М, 2010.

56. Андраш Шайо. Самоограничение власти (краткий курс конституционализма). - М., 2001.

57. Баглай М.В. Конституционное право РФ. - М.: НОРМА, 2009.

58. Баглай М.В., Габричидзе Б.Н. Конституционное право Российской Федерации: Учебник для вузов. - М.: Издательская группа ИНФРА-М-КОДЕКС, 1996.

59. Баглай М.Н. Конституционное право Российской Федерации: Учебник для ВУЗов. 5-е изд. – М.: Норма, 2006.

60. Ведерникова О.Н., Ершов В.В. Судебная система России. - М., 1998.

61. Витрук Н.В. Конституционное правосудие. – Белгород, 2007.

62. Гуценко К.Ф. Ковалев М.А. Правоохранительные органы. - М.: Издательство БЕК, 2005.

63. Зорькин В.Д. Россия и Конституция в XXI веке. 2-е изд., доп. - М.: Норма, 2008.

64. Климович Е.А. Механизм реализации решений Конституционного Суда Российской Федерации: Автореф. дис. канд. юрид. наук. - Челябинск, 2004.

65. Ковешников Е. М., Марченко М. Н., Стешенко Л. А. - Конституционное право стран СНГ. - М., 1999.

66. Козлова Е.И., Кутафин О.Е. Конституционное право России: Учебник. 2-е изд., перераб. и доп. - М.: Юристъ, 2001.

67. Комментарий к Конституции Российской Федерации. - М.: Издательство БЕК, 1994.

68. Комментарий к постановлениям Конституционного Суда РФ. В двух томах. - М., 2000. Т. 1.

69. Конституционное право Российской Федерации: Учебник / Под общ. ред. Н.В. Витрука. - М.: Норма; ИНФРА-М, 2010.

70. Конституционный Суд РФ. Постановления. Определения. 2000. - М., 2001.

71. Кряжков В.А., Лазарев Л.В. Конституционная юстиция в Российской Федерации: Учебное пособие. - М.: Бек, 1998.

72. Кутафин О.Е. Источники конституционного права Российской Федерации. - М.: Юристъ, 2002.

73. Лозовская С.В. Правовой прецедент: вопросы теории и практики: Автореф. дис. канд. юрид. наук. – Екатеринбург. 2005.

74. Мазуров А.В. Комментарий к Федеральному Конституционному Закону «О Конституционном Суде Российской Федерации». - М.: «ЮрИНФОРМ», 2007.

75. Максимовская И.Н. Конституционный Суд в государственно-правовом механизме России: Автореф. дис. канд. юрид. наук. - Чебоксары, 2006.

76. Научно-практический комментарий к Конституции Российской Федерации / Отв. ред. В.В.Лазарев – М.: «Экспо», 2003.

77. Нерсесянц В.С. Суд не законодательствует и не управляет, а применяет право (о правоприменительной природе судебных актов) // Судебная практика как источник права / Под ред. Б.Н. Топорнина. - М.: ИГП РАН, 1997.

78. Петрова Д.В. Правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации по вопросам его деятельности и конституционного судопроизводства: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. - Пенза, 2008.

79. Петрухин И.Л Судебная власть Ин-т гос.и пр. РАН – М.: Проспект: ТК Велби , 2003.

80. Свечникова Н.В. Решения Конституционного Суда Российской Федерации как источник конституционного права: Автореф. дис. канд. юрид. наук. - М., 2004.

81. Степченко В.В. Решения Конституционного Суда Российской Федерации в уголовном праве: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. - М., 2007.

82. Стрекозов В.Г. Конституционное право РФ. - М., 2008

83. Судебная власть / под. ред. И.Л. Петрухина. - М., 2003.

84. Тарибо Е.В. Доктрины Конституционного Суда Российской Федерации в сфере налогообложения (теоретический и практический аспекты): Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. - М., 2005.

85. Теория государства и права: Учебник / Под ред. В.В. Лазарева. 2-е изд., перераб. и доп. - М.: Право и закон, 2001.

86. Федеральный Закон РФ о Конституционном Суде РФ // Комментарий. - М.: Юрид. лит. 2006.

87. Хабриева Т.Я. Правовая охрана Конституции – Казань, 1995.


[1] См.: Гуценко К.Ф. Ковалев М.А. Правоохранительные органы. - М.: Издательство БЕК, 2005. - С. 158-170.

[2] Федеральный конституционный закон «О Конституционном Суде Российской Федерации» от 21.07.1994 № 1-ФКЗ (ред. от 28.12.2010) // Собрание законодательства РФ. - 25.07.1994. - № 13. - Ст. 1447.

[3] См.: Васильева Т. Становление федеральных отношений и практика Конституционного Суда РФ. // Конституционное право: Восточно-европейское обозрение. - 1999. - №4. - С.122-126.

[4] См.:Кряжков В.А. Ю.Л. Шульженко Конституционный контроль в России // Государство и право. - 1995. - № 10. - С.157.

[5] Мазуров А.В. Комментарий к Федеральному Конституционному Закону «О Конституционном Суде Российской Федерации». - М.: «ЮрИНФОРМ», 2007. - С. 15.

[6] Мазуров А.В. Комментарий к Федеральному Конституционному Закону «О Конституционном Суде Российской Федерации» - М.: «ЮрИНФОРМ», 2007. - С. 19.

[7] Мазуров А.В. Комментарий к Федеральному Конституционному Закону «О Конституционном Суде Российской Федерации» - М.: «ЮрИНФОРМ», 2007. - С. 20.

[8] Научно-практический комментарий к Конституции Российской Федерации / Отв. ред. В.В.Лазарев – М.: «Экспо», 2003. -С. 96.

[9] Научно-практический комментарий к Конституции Российской Федерации / Отв. ред. В.В.Лазарев – М.: «Экспо», 2003. - С. 90.

[10] Федеральный конституционный закон «О судебной системе Российской Федерации» от 31.12.1996 № 1-ФКЗ (ред. от 27.12.2009) // Собрание законодательства РФ. - 06.01.1997. - № 1. - Ст. 1.

[11] Ведерникова О.Н., Ершов В.В. Судебная система России. - М., 1998. - С. 150.

[12] См.: Баглай М.В. Конституционное правосудие в России: становление и развитие.//Журнал Российского Права. - 2001. - №10. - С. 3.

[13] См.: Топорнин Б. Конституционный Суд РФ – эффективный фактор развития права // Российская юстиция. - 2010. - № 10. - С.35.

[14] См.: Сасов К.А. Конституционный Суд в судебной системе: Общность задач правосудия и различия в их решении // Конституционное и муниципальное право. - 2007. - № 7.

[15] См.: Бондарь Н.С. Конституционное правосудие как фактор модернизации российской государственности // Журнал российского права. - 2005. - № 11.

[16] Судебная власть / под. ред. И.Л. Петрухина. - М., 2003. - С. 321.

[17] См.: Судебная власть / под. ред. И.Л. Петрухина. - М., 2003. - С. 336-337.

[18] См.: Хабриева Т.Я. Правовая охрана Конституции – Казань, 1995. – С.99.

[19] См.: Туманов В.А. Материалы о рассмотрении дел в Европейском суде // Государство и право. - 1999. - № 12. - С.23

[20] Барри Д. Конституционный Суд глазами американского юриста. // Государство и право. - 1993. - № 10. - С.77-79.

[21] ч.2 ст. 125 Конституции РФ.

[22] См.: Эбзеев Б.С. Толкование Конституции Конституционным Судом РФ: теоретические и практические проблемы // Государство и право. - 2008. - № 5. - С. 5–11.

[23] Витрук Н.В. Правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации: понятие, природа, юридическая сила и значение.// Конституционное право: Восточно-европейское обозрение. - 1999. - №3. - С.103; Витрук Н.В. Конституционное правосудие. – Белгород, 2007.

[24] См., например: Витрук Н.В. Конституционное правосудие. – Белгород, 2007.

[25] См.: Эбзеев Б.С. Указ. раб. – С.7.

[26] Шульженко Ю.Л. Форма российской конституционности и её толкование // Теоретические проблемы российского конституционализма. – М., 2000. - С.29.

[27] Аутентичное толкование - это толкование органом, который принимал данный нормативно- правой акт.

[28] Лучин В.О. Конституция Российской Федерации. Проблема реализации. – М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2002. - С. 533-534.

[29] Баглай М.В. Конституционное право РФ. - М.: НОРМА, 2009. - С 354.

[30] Федеральный Закон РФ о Конституционном Суде РФ // Комментарий. - М.: Юрид. лит. 2006. - С.297.

[31] См.: Стрекозов В.Г. Конституционное право РФ. - М., 2008. - С. 217.

[32] См.: Овсепян Ж.И. Судебный конституционный контроль в РФ: проблемы деполитизации // Государство и право. - 1996. - № 4. - С. 34-39.

[33] Там же. - С. 35.

[34] См.: Страшун Б.А. Судебный конституционный контроль в России: уроки, проблемы, перспективы. // Государство и право. - 1997. - № 5. - С. 6.

[35] См.: Овсепян Ж.И. Из опыта Российской Федерации по разрешению конституционных споров о компетенции // Конституционное правосудие. Вопросы теории и практики. Ереван, 2000.

[36] См. подробнее: Осипян Б.А. Проблемы толкования конституционных положений // Конституционное и муниципальное право. - 2007. - № 7. - С. 28.

[37] Конституционный Суд РФ. Постановления. Определения. 2000. - М., 2001. - С. 317 - 319.

[38] См.: Постановление от 29 мая 1998 г. // Собрание законодательства РФ. - 1998. - № 23. - Ст. 2626.

[39] Собрание законодательства РФ. - 1996. - № 4. - Ст. 409.

[40] Собрание законодательства РФ. - 1997. - № 52. - Ст. 5930; 2002. - № 7. - Ст. 745.

[41] Собрание законодательства РФ. - 1998. - № 16. - Ст. 1879.

[42] Собрание законодательства РФ. - 1999. - № 51. - Ст. 6364.

[43] Указ Президента РФ от 9 декабря 1994 г. «О мерах по пресечению деятельности незаконных вооруженных формирований на территории Чеченской Республики и в зоне осетино-ингушского конфликта» // Собрание законодательства РФ. - 1996. - № 19. - Ст. 2320; 1995. - № 33. - Ст. 3424.

[44] См.: Комментарий к постановлениям Конституционного Суда РФ. В двух томах. - М., 2000. Т. 1. - С. 245 - 246.

[45] См.: Вестник Конституционного Суда РФ. - 1995. - № 5. - С. 26, 60.

[46] См.: Ведомости Съезда народных депутатов РСФСР и Верховного Совета РСФСР. - 1993. - № 9. - Ст. 344.

[47] См.: Собрание законодательства РФ. 1998. № 52. Ст. 6447.

[48] Собрание законодательства РФ. - 1999. - № 26. - Ст. 3176.

[49] Договор «О разграничении предметов ведения и взаимном делегировании полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти Республики Башкортостан» (Закон Республики Башкортостан. 1995. Выпуск 9.); Договор «О разграничении предметов ведения и взаимном делегировании полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти Республики Татарстан» // Известия Татарстана. - Февраль 1994. - № 30 - 31.

[50] Страшун Б.А. Судебный конституционный контроль в России: уроки, проблемы, перспективы, стр. 8.

[51] Овсепян Ж.И. Судебный конституционный контроль в Российской Федерации: проблемы деполитизации. // Государство и право. - 1996. - № 1. - С.23..

[52] См.: Шульженко Ю.Л. Закон о Конституционном Суде Российской Федерации. - С. 5-6.

[53] Страшун Б.А. Указ. раб. - С. 15.

[54] Дудко И.А. Еще раз к вопросу о юридической силе решений Конституционного Суда Российской Федерации // Журнал конституционного правосудия. - 2008. - № 6. - С. 14.

[55] Например, см. подробнее: Козлова Е.И., Кутафин О.Е. Конституционное право России: Учебник. 2-е изд., перераб. и доп. - М.: Юристъ, 2001. - С. 18 - 23.

[56] Например, см.: Баглай М.В., Габричидзе Б.Н. Конституционное право Российской Федерации: Учебник для вузов. - М.: Издательская группа ИНФРА-М-КОДЕКС, 1996. - С. 33.

[57] Например, см.: Тарибо Е.В. Доктрины Конституционного Суда Российской Федерации в сфере налогообложения (теоретический и практический аспекты): Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. - М., 2005. - С. 13 - 14.

[58] См.: Лазарев Л.В. Конституционный Суд РФ и развитие конституционного права // Журнал российского права. - 1997. - № 11. - С. 10 - 12; Петрова Д.В. Правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации по вопросам его деятельности и конституционного судопроизводства: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. - Пенза, 2008. - С. 9.

[59] Например, см.: Свечникова Н.В. Решения Конституционного Суда Российской Федерации как источник конституционного права: Автореф. дис. канд. юрид. наук. - М., 2004; Зорькин В.Д. Прецедентный характер решений Конституционного Суда Российской Федерации // Журнал российского права. - 2004. - № 12. - С. 4 - 6.

[60] См.: Морщакова Т.Г. Разграничение компетенции между Конституционном Судом и другими судами РФ // Вестник Конституционного Суда Российской Федерации. - 1996. - № 6. - С. 29; Интервью с заместителем Председателя Конституционного Суда Российской Федерации Т.Г. Морщаковой // Законодательство. - 1999. - № 5. - С. 3; Лазарев Л.В. Конституционный Суд РФ и развитие конституционного права // Журнал российского права. - 1997. - № 11. - С. 10 - 12.

[61] См.: Максимовская И.Н. Конституционный Суд в государственно-правовом механизме России: Автореф. дис. канд. юрид. наук. - Чебоксары, 2006. - С. 17.

[62] См.: Митюков М.А. Акты Конституционного Суда Российской Федерации и конституционных (уставных) судов субъектов Федерации: общая характеристика и статистический анализ // Журнал российского права. - 2001. - № 6. - С. 15.

[63] Например, см.: Тарибо Е.В. Доктрины Конституционного Суда Российской Федерации в сфере налогообложения (теоретический и практический аспекты): Дис. ... канд. юрид. наук. М., 2005. С. 13 - 14.

[64] См.: Лучин В.О., Доронина О.Н. Жалобы граждан в Конституционный Суд РФ. - М.: Издательство "Закон и право"; ЮНИТИ, 1998. - С. 124 - 125; Петрова Д.В. Правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации по вопросам его деятельности и конституционного судопроизводства: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. - Пенза, 2008. - С. 9.

[65] См.: Петрова Д.В. Там же.

[66] См.: Нерсесянц В.С. Суд не законодательствует и не управляет, а применяет право (о правоприменительной природе судебных актов) // Судебная практика как источник права / Под ред. Б.Н. Топорнина. М.: ИГП РАН, 1997. С. 34.

[67] См.: Кутафин О.Е. Источники конституционного права Российской Федерации. - М.: Юристъ, 2002. - С. 145.

[68] Лазарев Л.В. Правовые позиции Конституционного Суда России. - М., 2003. - С. 59.

[69] Там же. С. 74 - 75.

[70] Лозовская С.В. Правовой прецедент: вопросы теории и практики: Автореф. дис. канд. юрид. наук. - Екатеринбург, 2005; Анисимов А.П., Мельниченко Р.Г. Судебный прецедент: от теории к практике // Российской судья. - 2009. - № 3 и др.

[71] См.: Зорькин В.Д. Прецедентный характер решений Конституционного Суда Российской Федерации // Журнал российского права. - 2004. - № 12. - С. 4.

[72] Зорькин В.Д. Россия и Конституция в XXI веке. 2-е изд., доп. - М.: Норма, 2008. - С. 129

[73] См.: Теория государства и права: Учебник / Под ред. В.В. Лазарева. 2-е изд., перераб. и доп. - М.: Право и закон, 2001. - С. 166.

[74] См.: Байсин М.И. О юридической природе решений Конституционного Суда Российской Федерации // Государство и право. - 2006. - № 1. - С. 9.

[75] См.: Овсепян Ж.И. Пробелы и дефекты как категории конституционного права // Конституционное и муниципальное право. - 2007. - № 15. - С. 15.

[76] См. подробнее: Абдулаев М.И., Комаров С.А. Проблемы теории государства и права: Учебник. - СПб.: Питер, 2003. - С. 291.

[77] Климович Е.А. Механизм реализации решений Конституционного Суда Российской Федерации: Автореф. дис. канд. юрид. наук. - Челябинск, 2004. - С. 7.

[78] Например, Степченко В.В. Решения Конституционного Суда Российской Федерации в уголовном праве: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. - М., 2007. - С. 8.

[79] Конституционное право Российской Федерации: Учебник / Под общ. ред. Н.В. Витрука. - М.: Норма; ИНФРА-М, 2010. - С. 77.

[80] См.: Авакьян С.А. Конституционное право России. Учебный курс: Учебное пособие. 4-е изд., перераб. и доп. Т. 1. - М.: ИНФРА-М, 2010. - С. 85.

[81] См.: Линская Ю.В. Судебный прецедент как источник конституционного права // Конституционное и муниципальное право. - 2006. - № 6. - С. 16.

[82] Зорькин В.Д. Россия и Конституция в XXI веке. 2-е изд., доп. - М.: Норма, 2008. - С. 126.

[83] Кряжков В.А., Лазарев Л.В. Конституционная юстиция в Российской Федерации: Учебное пособие. - М.: Бек, 1998. - С. 242.

[84] См.: Богданова Н.А. Конституционный Суд РФ в системе конституционного права // Вестник Конституционного Суда Российской Федерации. - 1997. - № 3. - С. 64.

[85] См. подробнее: Лукьянова Е.А. Конституция в судебном переплете // Законодательство. - 2000. - № 12. - С. 47 - 58.

[86] См. подробнее: Богдановская И.Ю. Судебный прецедент как категория общего права // Право и политика. - 2002. - № 7(31).

[87] См. подробнее: Малюшин А.А. Конституционное правотворчество в аспекте взаимодействия Конституционного Суда РФ, судов общей юрисдикции и арбитражных судов // Российский судья. - 2008. - № 9. - С. 6.

[88] См.: Марченко М.Н. Является ли судебная практика источником российского права? // Журнал российского права. - 2000. - № 12. - С. 14 - 15.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ  [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий

Другие видео на эту тему