Соучастие в преступлении 7

План Введение …. ….3 Глава I. Понятие соучастия в преступлении…. …6 1.1. Объективные признаки соучастия в преступлении ..10

План

Введение…………………………………………….…………………………….3

Глава I. Понятие соучастия в преступлении….…………………………………6

1.1. Объективные признаки соучастия в преступлении……………………..10

1.2. Субъективные признаки соучастия в преступлении…………………….11

Глава II. Виды соучастников…….……………………………………………….16

2.1. Исполнитель как один из видов соучастников в преступлении…………..17

2.2. Понятие организатора в совершении преступления……………………….18

2.3. Понятие подстрекателя в совершении преступления..…………………….19

2.4. Пособник и его роль в преступлении с соучастием…………………….….21

Глава III. Ответственность соучастников………………………………………..23

3.1. Характер и степень фактического участия как важнейший критерий определения размера уголовной ответственности………………………………24

3.2. Добровольный отказ соучастников по действующему Законодательству…………………………………………………………...26

3.3. Эксцесс исполнителя……………………………………………………….31

Заключение………………………………………………………………………...34

Список использованной литературы…………………………………………….37

ВВЕДЕНИЕ

Исторически служебная функция института соучастия, прежде всего, выражалась в обосновании уголовной ответственности лиц, которые сами непосредственно преступления не совершали, но в различных формах оказывали содействие его выполнению. В уголовном законодательстве это достигалось путем определения видов соучастников и дифференциации их ответственности.

Установления, определявшие ответственность соучастников в связи с совершением конкретных преступлений, ранее других были сформулированы в Русской Правде. Так, в ст. 31 Краткой редакции (по Академическому списку) сказано: «А если (кто-либо) украдет коня или волов или (обокрадет) дом, да при этом крал их один, то платить ему гривну (33 гривны) и тридцать резан; если воров будет 18 (даже 10), то (платить каждому) по три гривны и по тридцать резан платить людям (княжеским)1 ». В Уголовном уложении Российской империи 22 марта 1903 г. соучастию были посвящены всего 2 статьи, в которых соучастниками признавались исполнители, подстрекатели и пособники (ст.51), а также выделялись такие формы соучастия, как сообщество и шайка, и определялись условия ответственности их членов (ст.52). В Особенной части Уложения предусматривалась ответственность за участие в публичном скопище (ст.121-123), сообществе (ст.124-127), за участие в шайке, созданной в определенных целях (ст.279), а в качестве квалифицированных видов преступлений выделялось совершение их в составе сообщества (например, ст.102). Ответственность за недонесение о совершении тяжкого преступления и укрывательство предусматривалось в главе 7 Уложения.

В советский период законодательное определение понятия соучастия впервые было дано в Руководящих началах по уголовному праву РСФСР. Согласно ст.21 «за деяния, совершенные сообща группою лиц (шайкой, бандой, толпой), наказываются как исполнители, так и подстрекатели и пособники». Однако УК РСФСР 1922 г., 1926 г., Основные начала уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик 1924 г. определения общего понятия соучастия не содержали, а лишь выделяли соучастников (подстрекателей, пособников и исполнителей), в отношении которых устанавливались в качестве общих принципов применения наказания: а) степень участия лица в совершении преступления; б) степень опасности совершенного деяния и в) степень опасности лица, участвовавшего в данном преступлении. В Особенной части УК предусматривались групповые преступления, как элементы квалифицированных составов и отдельно устанавливалась ответственность за такие формы попустительства, как укрывательство и недонесение.

Вместе с тем в 30-50-е гг. правоприменительная практика нередко расширяла границы соучастия. Так, например, введенная в действие 8 июня 1934 г. ЦИК СССР ст.58-1а (измена Родине) в теоретическом плане и в практическом значении применительно к институту соучастия истолковывалась в виде «широкого» понятия соучастия, для которого не требовалось устанавливать ни наличия вины, ни причинной связи между действиями каждого соучастника и наступившим преступным результатом. Один из главных идеологов такой трактовки соучастия А.Я. Вышинский считал неприемлемым применение при ответственности за соучастие общих принципов уголовной ответственности. В своей работе он писал: «Правильный сам по себе, этот принцип неприменим в вопросе о соучастии, если соучастие понимать не в узком смысле этого слова, т. е не как участие нескольких лиц в совершении общими усилиями одного или нескольких преступлений, а понимать его в широком смысле слова, т. е как совокупность действий многих или нескольких лиц. Не только вызвавших данный преступный результат, но и в той или иной мере и степени, прямо или косвенным образом. Посредственно или непосредственно предопределивших или облегчивших наступление преступного результата»2 . Таким образом, умышленный характер соучастия выхолащивался, отрицалась необходимость причинной связи между действиями соучастников и преступным результатом, а институт соучастия заменялся некой безграничной и неопределенной причастностью к совершению преступления.

Итог активному, хотя и не всегда последовательному развитию института соучастия был подведен принятием в 1958 г. Основ уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик. Согласно ст.17 Основ, воспроизведенной без изменений в ст. 17 УК РСФСР 1960 г., соучастием признавалось «умышленное совместное участие двух или более лиц в совершении преступления». Кроме того, Основы ввели новую фигуру соучастников – организатора, а также признали пособничеством лишь заранее обещанное укрывательство.

Основы уголовного законодательства Союза ССР и республик 1991 г. редакционно и по существу уточнили понятие соучастия, определив его как «умышленное совместное участие двух или более лиц в совершении умышленного преступления». В 1994 г. УК РФСР 1960 г. был дополнен ст. 17-1, а которой шла речь о групповом совершении преступления. Понятие соучастия, сформулированное в Основах 1991 г., было воспроизведено в ст. 32 УК РФ 1996 г.

ГЛАВА I . ПОНЯТИЕ СОУЧАСТИЯ В ПРЕСТУПЛЕНИИ.

Случаи совместного совершения преступления несколькими лицами достаточно часто встречаются в реальной жизни. Как следствие, одним из наиболее значимых институтов уголовного права является институт соучастия.

Согласно ст. 32 УК РФ 2005 г. соучастием в преступлении признается умышленное совместное участие двух или более лиц в совершении умышленного преступления. В данном определении законодатель отражает специфические признаки, которыми характеризуются преступная совместная деятельность, в отличие от случаев индивидуального совершения преступления. На протяжении всей истории развития отечественного уголовного права, начиная с первого крупного исследования профессора О.С. Жиряева3 , институт соучастия является одним из наиболее сложных и дискуссионных в учении о преступлении и в целом в теории уголовного права. Еще известный российский ученый Г.Е. Колоколов отмечал, что соучастие составляет венец учения о преступлении и справедливо считается труднейшим разделом уголовного права4 . Соответствующая оценка института соучастия обусловлена тем, что, как и правомерная, преступная деятельность может выполняться не только одиночным лицами, но и несколькими лицами, объединяющими свои усилия. Анализ статистических данных за последнее десятилетие свидетельствует о постоянном росте преступлений, совершаемых в соучастии. В соучастии совершаются наиболее тяжкие и сложные преступления (насильственные, корыстно-насильственные)6 .

Соучастие в преступлениях следует отличать от случаев совершения преступлений вследствие стечения действий нескольких лиц, хотя и направленных на один и тот же объект, но действующих отдельно друг от друга и не объединенных единым умыслом. Существо соучастие известный русский ученый Н.С. Таганцев выразил следующим образом: «… к соучастию относятся лишь те совершенно своеобразные случаи стечения преступников, в коих является солидарная ответственность всех за каждого и каждого за всех; в силу этого условия учение о соучастии и получает значение самостоятельного института»7 .

Действующий УК РФ существенно расширил регламентацию института соучастия, введя новые, ранее неизвестные, нормы, в которых дается определение видов соучастников и форм соучастия, в том числе и новой – преступного сообщества (преступной организации). Кроме того, сформулированы правила квалификации соучастия, предусмотрена норма об эксцесс исполнителя (ст. 33-36), а групповое совершение преступления предусмотрено в качестве обстоятельства, отягчающего наказание (п. «в» ч.1 ст. 63). Недонесение о преступлении декриминализировано. Заранее не обещанное укрывательство рассматривается как конкретное преступление против правосудия. Групповое совершение преступления расценивается в качестве квалифицированного или особо квалифицированного вида конкретных преступлений (например, ст. 105. 158 УК), либо образует конститутивный признак отдельных преступлений (см., например, ст. 208, 209, 210 УК, которые предусматривают уголовную ответственность за само создание формирования, банды или сообщества или участие в них).

В специальной литературе ряд исследователей ограничивают сферу действия понятия соучастия только Общей частью Ук. Так. Ю.А. Красиков считает, что статьи УК о соучастии и условиях уголовной ответственности за соучастие в преступлении не могут распространяться на статьи Особенной части УК, в которых содержаться признаки преступления, совершенного группой лиц, организованной группой и т.д. Он полагает, что в этих случаях законодательство ограничивает сферу всеобщности, универсальности норм (ст. 32-36 УК) Общей части. Если в действиях каждого соучастника имеются признаки того или иного вида преступления, описанного в статье Особенной части, то содеянное виновным надлежит квалифицировать лишь по данной статье Особенной части. Нормы Общей части (ст. 32-36) на эти случаи не распространяются8 . Как представляется, высказанная точка зрения не имеет оснований в действующем УК РФ и не вписывается в современную доктрину уголовного права. Нормы Общей части УК потому и названы общими, что они относятся ко всем без исключения формам преступной деятельности.

Поэтому следует согласиться с мнением тех авторов, которые считают, что законодательное понятие соучастие является общим нормативным положением в отношении всех случаев преступной совместной деятельности9 . с другой стороны, признаки соучастия являются необходимыми для любой разновидности преступной совместной деятельности виновных, для любого группового образования, предусмотренного в качестве конструктивного признака конкретного состава преступления.

Критикуемая позиция отвергается судебной практикой.

Сложным является вопрос о юридической природе соучастия. В теории уголовного права сложились две устоявшиеся концепции юридической природы соучастия. Одна из них имеет в основе акцессорную природу ( от лат. Accessorium – «дополнительный», «несамостоятельный») характера соучастия. Сторонники другой теории рассматривают соучастие как самостоятельную форму преступной деятельности. Существо акцессорной природы соучастия выражается в том, что центральной фигурой соучастия признается исполнитель, деятельность же остальных соучастников является вспомогательной, лишенной самостоятельного значения. Оценка действий соучастников и их ответственность полностью зависят от характера действий исполнителя и его ответственности: наказуемы действия исполнителя – наказуемы и действия соучастников, если же исполнитель не привлекается к ответственности, то не может наступать ответственность и соучастников. Кроме того, наказуемость соучастников должна наступать по той статье, которая предусматривает действия исполнителя. Активным сторонником логической акцессорности в уголовном праве выступает М.И. Ковалев. В своей работе он приходит к выводу, что состав преступления выполняется непосредственным исполнителем, остальными же соучастниками «сам состав преступления не выполняется», а в действиях подстрекателей и пособников есть некий «общий состав преступления», который и определяет их ответственность10 .

Институт соучастия является неотъемлемой, органической частью системы норм и институтов уголовного законодательства. Следовательно, его цели и задачи определяются в соответствии с целями и задачами уголовного законодательства. Вместе с тем он имеет и свое специальное назначение, которое выражается в следующем. Во-первых, его закрепление в законе позволяет обосновать ответственность лиц, которые сами непосредственно не совершали преступление, но определенным образом способствовали его выполнению. Тем самым он позволяет определить круг деяний, непосредственно не предусмотренных в нормах Особенной части УК, но

представляющих общественную опасность и, следовательно, требующих уголовно-правового реагирования. Во-вторых, он позволяет определить правила квалификации действий соучастников. Наконец, в-третьих, выработанные им критерии позволяют индивидуализировать ответственность и

10 Ковалев М.И. Соучастие в преступлении. Понятие соучастия //Свердловский юридический институт. Ученные труды. Т. 3. 1960. с. 111, 166-169

наказание в отношении лиц, принимавших то или иное участие в совершении

преступления, в соответствии с принципами законности, виновности и

справедливости мер уголовного преследования.

1.1 ОБЪЕКТИВНЫЕ ПРИЗНАКИ СОУЧАСТИЯ В ПРЕСТУПЛЕНИИ.

В теории уголовного права при характеристике признаков соучастия их принято делить на объективные и субъективные11 .

При всех нюансах их определения в специальной литературе к объективным признакам относятся количественный (множество субъектов) и качественный (совместность их деятельности), к субъективным – совместность умысла в совершении умышленного преступления12 .

Объективные признаки: признак множественности субъектов означает, что в совершении преступления должно участвовать два и более лица. Причем следует оговорить, что законодатель использует термин «два и более лица» именно в списке главы 4 УК, т. е имея в виду лиц, подлежащих уголовной ответственности. Поэтому для привлечения к ответственности за соучастие в совершении преступления необходимым является не просто установленные наличия двух и более лиц, но и установление вменяемости и достижения возраста уголовной ответственности для каждого из соучастников вне зависимости от того, какую он роль выполнял в соучастии.

По моему мнению, установление совместности деятельности предполагает выявление, как минимум, трех обязательных элементов:

1) Взаимообусловленности деяний двух или более лиц. Конкретное участие отдельных лиц в преступлении по своему характеру может быть различными. Совершаться с различной степенью интенсивности и, более того, даже может быть направлено на различные объекты.

2) Единого для соучастников преступного результата. Суть этого обязательного элемента означает, что соучастники, совершая взаимно дополняющие действия, направляют их на достижение общего для каждого соучастника преступного результата (причинение смерти, завладение имуществом и т.п). Случаи, когда лица участвуют

в совершении одного посягательства, но при этом стремятся к достижению различных последствий, не могут расцениваться как соучастие;

3) причинной связи деяния каждого соучастника и наступившим общим преступным результатом. О соучастии как институте уголовного права можно говорить только тогда, когда преступный единый результат явился следствием совместных деяний двух или более лиц.

1.2 СУБЪЕКТИВНЫЕ ПРИЗНАКИ СОУЧАСТИЯ В ПРЕСТУПЛЕНИИ

Субъективные признаки включают в себя:

а) единство умысла участников. Одним из основополагающих принципов уголовного права является закрепленный в ст.5 УК принцип вины, согласно которому лицо подлежит уголовной ответственности только за те общественно опасные действия (бездействия) и наступившие общественно опасные последствия, в отношении которых установлена его вина. Применительно к институту соучастия вина, а точнее, умысел, является тем самым объединяющим началом психического отношения исполнителя и иных соучастников к совместно содеянному. По одному из конкретных дел судебными органами было указано, что «действие или бездействие, хотя и способствовавшие объективно преступлению. Но совершенные без умысла, не могут рассматриваться как соучастие»13 . Таким образом, без осведомленности о совместном совершении преступления не может быть и речи о соучастии. Вместе с тем по вопросу о характере такой осведомленности в юридической литературе высказываются две позиции. Согласно одной из них для соучастия необходима осведомленность каждого соучастника о присоединившейся деятельности других лиц (дву- или многосторонняя субъективная связь). Другие авторы полагают, что исполнитель в ряде случаев может не знать о присоединившейся деятельности подстрекателя и пособника (односторонняя субъективная связь)14 .

Проблем с основаниями и пределами ответственности исполнителя и соисполнителя не возникает, ибо он умышленно совершает деяние, предусмотренное соответствующей статьей Особенной части УК. Другое дело - пособник и подстрекатель, ответственность которых обусловлена совершенными ими действиями, способствовавшими выполнению преступления исполнителем. Для установления их ответственности за соучастие необходимо наличие умысла на совместное совершение преступления с исполнителем. При односторонней субъективной связи у пособника и подстрекателя такой умысел имеется.

Вместе с тем даже наличие двусторонней субъективной связи не требует в качестве обязательного элемента знание всеми соучастниками друг друга. Достаточно знания о наличии исполнителя преступления и о признаках, характеризующих предполагаемое деяние как преступление. Организатор, подстрекатель и пособник могут не знать о существовании друг друга.

Соучастие, как правило. Совершается с прямым умыслом, поскольку объединение психических и физических усилий нескольких лиц для совершения преступления трудно себе представить без желания совместного совершения преступления. Однако вместе с тем не исключена возможность совершения соучастия и с косвенным умыслом, например, при исполнительстве и пособничестве. Такой умысел возможен при совершении тех преступлений, в которых допускается прямой и косвенный умысел (материальные составы, в которых цель не предусматривается в качестве обязательного элемента, например, в простом убийстве).

В формальных составах, а также в тех случаях, когда цель прямо указана в диспозиции статьи или вытекает из содержания деяния (изнасилование, хищение, бандитизм), соучастие возможно только с прямым умыслом.

В отличие от индивидуально действующего лица для соучастника содержание умысла, как правило, шире, ибо предполагает включение в интеллектуальный и волевой моменты знания совместимости совершения преступления.

Интеллектуальный момент умысла соучастника отражает сознание общественно опасного характера действий, совершаемых другими соучастниками, а также предвидение возможности или неизбежности наступления общественно опасных последствий в результате объединенных действий, выполняемых совместно с другими соучастниками. Волевой момент умысла соучастника включает в себя желание наступления единого для всех преступного результат. Либо сознательное допущение или безразличное отношение к единому для соучастников последствию, наступившему в результате объединения их усилий.

Мотивы и цели, с которыми действуют соучастники, в отличие от общности намерения совершить преступление, могут быть и различными, что значения для квалификации не имеет, но учитывается при индивидуализации наказания. Однако в тех случаях, когда они предусматриваются в диспозиции конкретной статьи Особенной части УК в качестве обязательных, ответственность за соучастие в преступлении может наступать только для тех лиц, которые, зная о наличии таких целей и мотивов. Совместными действиями способствовали их осуществлению. Например, ответственность за корыстное убийство может наступать только для тех соучастников, которые осознают наличие корыстной цели и поддерживают ее. Для соучастника, который не осознавал этого обстоятельства, ответственность наступает за некорыстное убийство;

б) соучастие только в умышленном преступлении. Судебные органы в период действия УК РСФСР 1960 г. неоднократно обращали внимание на это обстоятельство. Так, в определении Судебной коллегии Верховного Суда РСФСП по делу З. указано, что при пособничестве лицо осознает, что оно способствует исполнителю в совершении конкретного преступления, предвидит, что преступный результат является для них общим и желает или сознательно допускает его наступление15 . В отличие от определения понятия соучастия в УК РСФСР 1960 г. УК 1996 г. подчеркнул, что совместное участие возможно только в умышленном преступлении. На первый взгляд данное уточнение представляется излишним. Однако такое редакционное уточнение положило конец длительным спорам о возможности соучастия в неосторожном преступлении (неосторожном соучастии). В свое время в монографии о соучастии.

В последние годы в силу увеличения технической оснащенности человеческой деятельности, появления новой техники и технологий, когда в сфере взаимодействия человека и техники возникают ситуации наступления значительно более тяжких общественно опасных последствий в результате недобросовестного или легкомысленного отношения к своим служебным обязанностям нескольких лиц (как это было, например, при Чернобыльской аварии), проблема ответственности за неосторожное сопричинение становится все более актуальной. Об этом же свидетельствует и все более частое обращение специалистов к этой проблеме при обсуждении теоретических вопросов института соучастия16 . В уголовно-правовой литературе в качестве специфических черт неосторожного сопричинения выделяют следующие: а) неосторожное сопричинение – это единое преступление; б) в таком преступлении участвуют несколько субъектов ответственности (множественность субъектов); в) характер поведения, обусловившего наступление результата, - взаимосвязанный и взаимообусловленный; г) создается угроза наступления или наступает единое для всех субъектов преступное последствие, предусмотренное конкретным составом; д) имеется причинная связь между допреступным поведением и наступившим последствием; е) посягательство совершается с неосторожной формы вины17 .

При этом авторы единодушны в трех основных положениях. Во-первых, неосторожное сопричинение обладает более высокой степенью общественной опасности в отличие от индивидуального неосторожного преступного деяния, во-вторых, в отличие от соучастия, неосторожное сопричинение представляет собой иное явление, поскольку оно не согласуется с концепцией соучастия как совместного умышленного участия нескольких лиц в совершении умышленного преступления. В УК РФ 1996 г. законодатель не воспринял идею выделения наряду с институтом соучастия и неосторожного сопричинения общественно опасных последствий как самостоятельного института, что создает определенные сложности для дифференциации ответственности и индивидуализации наказания сопричинителей вреда. Вместе с тем, учитывая более высокую степень общественной опасности такого рода действий по сравнению с индивидуальными неосторожными действиями субъектов, УК предусмотрел в ряде статей Особенной части в качестве квалифицирующих обстоятельств причинение вреда в результате ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей либо наступление последствий в отношении двух или более лиц (ст. 109, 118, 122, 238 и т.д.). Таким образом, правоприменительные органы получили возможность более строгой оценки случаев неосторожного сопричинения. В правовых системах зарубежных государств институт неосторожного сопричинения регулируется по-разному.

ГЛАВА II. ВИДЫ СОУЧАСТНИКОВ.

Согласно ч. 1 ст. 33 УК РФ в качестве соучастников в российском уголовном праве наряду с исполнителем признаются организатор, подстрекатель и пособник. Четырехчленная классификация соучастников была закреплена в отечественном уголовном праве с принятием Основ уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик 1958 г. Такая классификация позволяет дать конкретную юридическую оценку действиям каждого соучастника и максимально индивидуализировать их ответственность и наказание. Фигура организатора, несмотря на то, что она выделялась и в теории, и в судебной практике, тем не менее, в Уголовном уложении 1903 г. и в последующих законодательных актах вплоть до Основ 1958 г. не определялась. При этом следует отметить, что сущностные характеристики исполнителя, подстрекателя и пособника. Носящие принципиальный характер и сформулированные в ст. 51 Уложения 1903 г., затем были восприняты советским уголовным правом и впоследствии закреплены в УК РСФСР 1922, 1926 и 1960 гг.

Степень участия лица в совершении преступления зависит от его реального вклада в совместно совершаемое преступление, от интенсивности и настойчивости, с которыми тот или иной соучастник выполняет свои действия.

2.1 ИСПОЛНИТЕЛЬ КАК ОДИН ИЗ ВИДОВ СОУЧАСТНИКОВ В ПРЕСТУПЛЕНИИ.

Согласно ч.2 ст. 33 УК исполнителем признается лицо, непосредственно совершившее преступление либо непосредственно участвовавшее в его совершении совместно с другими лицами (соисполнителями), а также лицо, совершившее преступление посредством использования других лиц, не подлежащих уголовной ответственности в силу возраста, невменяемости или других обстоятельств, предусмотренных Уголовным кодексом. Применяя термин «непосредственное совершение преступления», законодатель тем самым ограничивает сферу исполнительства совершением действий, которыми: а) начинается выполнение объективной стороны и б) осуществляется объективная сторона.

Из законодательного определения исполнителя следует, что таковым признается три категории субъектов: а) лицо, которое единолично непосредственно совершает преступление; б) лицо, которое совместно с другими непосредственно участвует в совершении преступления; в) лицо, которое использует для совершения преступления других лиц, в соответствии с законом не подлежащих уголовной ответственности. Последние две категории лиц впервые закреплены в УК РФ, хотя в теории уголовного права они также относились к исполнителям. Однако отношение к ним в специальной литературе не однозначное.

Некоторые авторы высказывают сомнение в целесообразности выделения этих разновидностей соисполнительства18 .

Соисполнительство означает, что два и более лица непосредственно выполняют объективную сторону преступления.

2.2 ПОНЯТИЕ ОРГАНИЗАТОРА В СОВЕРШЕНИИ ПРЕСТУПЛЕНИЯ.

В соответствии с ч. 3 ст. 33 УК организатор – это лицо, организовавшее

совершение преступления или руководившее его исполнителем, а равно лицо, создавшее организованную группу или преступное сообщество (преступную организацию) либо руководившее ими.

Организатор преступления является самой опасной фигурой среди соучастников. Как правило, организатор является тем инициирующим фактором, с которого начинается подготовка преступления, его планирование. Именно он подбирает других соучастников, обеспечивает координацию и слаженность их действий в процессе реализации преступного намерения. Свои функции организатор может выполнять как в качестве самостоятельной фигуры совместно с другими соучастниками, так и выступая одновременно в качестве соисполнителя. Когда лицо выполняет только функции организатора, оно непосредственно не выполняет состава преступления, как это бывает, например, при найме другого лица на убийство за плату. Ответственность за такого рода организационные действия наступает на основании норм Общей части УК19 . Если же лицо одновременно является и исполнителем, а также, если оно действует в составе организованной группы или преступного сообщества, предусматриваемых в качестве квалифицирующих обстоятельств

________________________________________

18 Козлов А.П. Новое уголовное законодательство по УК РФ 1996 г. Понятие преступления. Соучастие. Назначение наказания. Красноярск, 1997. С. 13-14.

19 Рарог А.И., Нерсенянц В.А. Неосторожное сопричинение и его уголовно-правовое значение / Законодательство. 1999. № 12. С. 71-77

совершения преступления (п. «ж» ч. 2 ст. 105, п. «а» ч. 3 ст. 158 и т.д) или обязательного признака основного состава ( ст. 208-210), его ответственность определяется нормами Особенной части. Ссылаться в этих случаях на ст. 33 УК РФ нет необходимости.

Законодатель выделяет четыре вида организованной деятельности: а) организацию совершения преступления; б) руководство совершением преступления; в) создание организованной группы или преступного сообщества (преступной организации); г) руководство организованной группой или преступным сообществом.

2.3 ПОНЯТИЕ ПОДСТРЕКАТЕЛЯ В СОВЕРШЕНИИ ПРЕСТУПЛЕНИЯ.

Подстрекателем признается лицо, склонившее другое лицо к совершению

преступления путем уговора, подкупа, угрозы или другим способом (ч. 4 ст. 33 УК). Сущность подстрекательства проявляется в том, что он воздействует на сознание и волю исполнителя в целях склонения последнего к совершению преступления. Особенностью данного воздействия является то обстоятельство, что оно не парализует волю исполнителя, который по-прежнему остается свободным в выборе своего последующего поведения. Применяя различные способы и методы воздействия, подстрекатель стремиться не к тому, чтобы ввести в заблуждение подстрекаемого, а наоборот, вызвать в нем решимость сознательно принять решение о совершении преступления. Когда лицо внушает другому лицу какую-либо ложную информацию, под влиянием которой последний совершает преступление либо склоняет к совершению преступления несовершеннолетнего или невменяемого, то его действия не образуют подстрекательства, рассматриваются как посредственное причинение (см. 2 настоящей главы). Подстрекательство предполагает привлечение к совершению преступления других лиц в качестве соучастников, а не использование чужой невинной деятельности.

По форме выражения подстрекательство может совершаться словами, жестами, письменными знаками, носить открытый или завуалированный характер, но обязательно должно быть конкретным. Нельзя склонить к совершению преступления вообще, а лишь к конкретному преступлению, например, к убийству, краже и т.д. Склонение как сущностную характеристику подстрекательства следует отличать от случаев вовлечения, призывов, агитации, которые иногда образуют объективную сторону отдельных преступлений, например, ст. 150, ч. 3 ст. 212, ч. 1 ст. 280 УК РФ. Отличие здесь состоит, во-первых, в том, что склонение всегда адресовано одному или несколькими, но конкретно определенным лицам. Во-вторых, оно направлено на возбуждение желания совершения индивидуально определенных общественно опасных действий (бездействия), причиняющих вред конкретному объекту, в то время, как, например, в призывах к массовым беспорядкам адресатом является неопределенно широкий круг лиц, а характер деяния не всегда четко определен.

Действия подстрекателя всегда носят умышленный характер. Его сознанием должно охватываться то, что он вовлекает подстрекаемого в совершении конкретного преступления и предвидит, что в результате его действий и действий исполнителя неизбежно или возможно наступят общественно опасные последствия. Волевой момент умысла подстрекателя характеризуется чаще всего желанием наступления в результате действий (бездействия) исполнителя общественно опасного последствия (прямой умысел), в отдельных случаях он сознательно допускает его наступление или безразлично относится к нему (косвенный умысел).

Цели, преследуемые подстрекателем, могут не совпадать с теми целями преступления, которые он внушает подстрекаемому. Точно так же могут не совпадать и мотивы преступления. Квалификация содеянного подстрекателем в таких случаях будет зависеть, прежде всего, от целей и мотивов, которыми руководствовался исполнитель преступления20 .

2.4. ПОСОБНИК И ЕГО РОЛЬ В ПРЕСТУПЛЕНИИ С СОУЧАСТИЕМ.

Пособником признается лицо, содействовавшее совершению преступления советами, указаниями, преставлением информации, средств или орудий совершения преступления либо устранением препятствий, а также лицо, заранее обещавшее скрыть преступника, средства или совершения преступления, следы преступника либо предметы, добытые преступным путем, а равно лицо, заранее обещавшее приобрести или сбыть такие предметы (ч. 5 ст. 33 УК)21 .

От исполнителя пособник отличается тем, что он непосредственно не выполняет объективной стороны преступления, а либо в процессе подготовки преступления, либо на стадии его совершения оказывает помощь исполнителю путем создания реальной возможности завершения преступления.

Пособничество возможно на любой стадии преступления, но до его фактического завершения. Действия, совершенные после окончания преступления, не находятся в причинной связи с совершенным преступлением и, соответственно, не могут образовывать соучастие. Российское уголовное право, в отличие от английского и американского, не признает «соучастие после факта», т.е. после окончания преступления. Этим пособничество отличается от укрывательства преступления.

Иногда пособничество выражается в действиях, которые образуют признаки самостоятельного состава преступления, предусмотренного особенной частью, например, приобретение и передача исполнителю оружия для совершения убийства (ст. 222 УК). В таких случаях содеянное должно квалифицироваться по совокупности как самостоятельное преступление и соучастие в другом преступлении.

В специальной литературе пособничество традиционно делят на интеллектуальное и физическое. Интеллектуальное пособничество характеризуется психическим влиянием пособника на сознание и волю исполнителя в целях укрепления в нем решимости совершить преступление. Физическое пособничество характеризуется оказанием физической помощи исполнителю при подготовке или в процессе совершения преступления

ГЛАВА III. ОТВЕТСТВЕННОСТЬ СОУЧАСТНИКОВ.

Соучастие в преступления является особой формой преступной деятельности, в которой находит свое отражение объединение усилий нескольких лиц в целях достижения единого для соучастников преступного результата. Данная форма деятельности является при прочих равных условиях более опасной по сравнению с индивидуальными действиями отдельных лиц.

Такой вывод логически вытекает из того обстоятельства, что любое объединение людей является более производительным и эффективным, чем усилия одного человека. Кроме того, следует учитывать и психологический фактор – это не просто объединение действий, но и взаимная поддержка соучастников и объединенное давление на потерпевшего.

Вместе с тем соучастие не создает каких-либо особых оснований уголовной ответственности. На соучастников распространяются общие принципы ответственности по уголовному праву, согласно которым основанием уголовной ответственности является совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного УК (ст. 8 УК).

Данное положение имеет принципиальное значение как при установлении уголовной ответственности за единоличные действия, так и при установлении уголовной ответственности за совершение преступления в соучастии. В статьях Особенной части составы преступлений, как правило, описываются исходя из совершения их одним лицом. Вместе с тем по прямому указанию ч.2 ст. 34 УК диспозиция статьи Особенной части, определяющей конкретное преступление, одновременно описывает исчерпывающим образом и действия исполнителя (соисполнителя).

3.1 ХАРАКТЕР И СТЕПАНЬ ФАКТИЧЕСКОГО УЧАСТИЯ КАК ВАЖНЕЙШИЙ КРИТЕРИЙ ОПРЕДЕЛЕНИЯ РАЗМЕРА УГОЛОВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ.

Ответственность соучастников должна быть самостоятельной и строго индивидуальной. Любое из совместно действующих лиц должно отвечать только за свои деяния и лишь в пределах личной виновности. При описании института соучастия законодатель не указывает на обязательность ответственности соучастников лишь в пределах умысла. Однако это непреложное обстоятельство вытекает из основополагающего принципа уголовного права – принцип вины.

Основания ответственности иных соучастников определяется с учетом следующих обстоятельств. Во-первых, признаки состава преступления указываются не только в Особенной части, но и в Общей (характеристика субъекта, вины, признаки преступной неоконченной деятельности и т.д.). Во-вторых, как отмечалось ранее, преступная совместная деятельность нескольких лиц регламентируется тесно взаимосвязанными и образующими единую систему нормами Общей и Особенной частей УК РФ. В Общую часть применительно к соучастию выноситься характеристика «сложного субъекта» преступления и определяются правила его ответственности. Причем положения Общей части носят универсальный характер и имеют значение для конкретной общественно опасной совместной деятельностью, предусмотренной статьей Особенной части УК. В Особенной части описываются конкретные составы преступлений. Поэтому когда преступление совершается одним лицом для обоснования его ответственности, достаточно общих правил. Когда же преступления совершается несколькими лицами, то в действие вступают специальные нормы Общей части, и для наличия состава преступления каждого из участников нужно устанавливать не только признаки особенной части, но также и признаки, которые согласно положениям ст. 32-36 УК характеризуют деятельность нескольких лиц, совместно совершающих определенное преступление. Каждый из соучастников, какие бы действия в совместно совершенном преступлении он ни выполнял, подлежит уголовной ответственности на том основании, что он сам, действуя виновно, посягает на охраняемые уголовным законом общественные отношения, а его личный вклад носит характер общественно опасной деятельсности22 .

Ответственность соучастников определяется характером и степенью фактического участия каждого из них в совершении преступления (ч. 1 ст. 34 УК). Следовательно, ответственность лица зависит прежде всего от того. Какую функцию оно выполняло в совершении преступления. Если лицо полностью или частично, единолично или с кем-либо непосредственно выполняет объективную сторону преступления, то оно признается исполнителем (соисполнителем) и его действия квалифицируются только по статье Особенной части УК (ч. 2 ст. 34 УК).

Когда же соучастник не принимает непосредственного участия в выполнении объективной стороны, но содействует исполнителю различным образом в качестве организатора, подстрекателя или пособника, его действия квалифицируются по статье, вменяемой исполнителю совместно совершенного преступления со ссылкой на ст. 33 УК. Такая ссылка необходима по той причине, что иные соучастники сами непосредственно конкретного состава преступления не выполняют, а описание объективной стороны конкретных преступлений рассчитано на индивидуальные действия субъекта. Состав преступления организатора, подстрекателя и пособника, как отмечалось выше, слагается из признаков, указанных в ст. 33 и статье, охватывающей деяние исполнителя. Если лицо одновременно выполняет функции исполнителя и подстрекателя (пособника, организатора), квалификация осуществляется по правилам ч. 2 ст. 34 Ук (ч. 3 ст. 34).

Индивидуализация наказания соучастников осуществляется в соответствии с положениями ст. 67 УК на основе общих начал назначения наказания. В частности, совершение преступления в составе группы лиц, группы лиц по предварительному сговору, организованной группы или преступного сообщества (преступной организации), а также особо активная роль в совершении преступления учитываются в качестве обстоятельств, отягчающих наказание ( п. «в» и «г» ч. 1 ст. 63 УК).

3.2 ДОБРОВОЛЬНЫЙ ОТКАЗ СОУЧАСТНИКОВ ПО ДЕЙСТВУЮЩЕМУ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВУ.

В действующем УК понятие «неудавшееся соучастие» не употребляется, однако в теории уголовного права оно всегда выделялось. Вместе с тем в вопросе о том, какие случаи следует считать неудавшимся соучастием, единообразия не было, и мнения ученных разделились. Одни авторы полагали, что неудавшимся соучастием и, в частности. Подстрекательства следует считать случаи, когда подстрекатель не смог склонить подстрекаемого к совершению преступления. И наоборот, соучастие признается удавшимся, если предполагаемый исполнитель, дав согласие на совершение преступления, впоследствии, тем не менее, его не совершает23 . Другие авторы относят к неудавшемуся соучастию и случаи добровольного отказа исполнителя.24 В учебной литературе также высказываются разные подходы. В одних учебниках излагается позиция, согласно которой неудавшееся соучастие имеет место в случаях, когда предполагаемый исполнитель не только не приступил к подготовке преступления, но и не выразил своего согласия на совершение преступления25 . По мнению других авторов, оно имеет место в тех случаях, когда исполнитель уже на первоначальном этапе отказался совершить преступление, либо когда имеется добровольный отказ исполнителя, либо в случаях неиспользования предполагаемого со стороны иных участников содействия исполнителем26 .

Наиболее широко понятие неудавшегося соучастия трактует Ю.А. Красиков, по мнению которого организационную деятельность, подстрекательство и пособничество следует называть неудавшимися в случаях, когда они остались безрезультатными (исполнитель либо не собирался совершать преступление, либо собирался, но передумал и ничего не совершил). Исполнитель в этих случаях вообще не подлежит ответственности, а действия иных соучастников надлежит рассматривать как приготовление к соучастию в преступлении (ст. 30, 33 и статья Особенной части).

С неудавшимся соучастием мы сталкиваемся в тех случаях, когда, несмотря на все усилия соучастников, исполнитель отказывается от совершения преступления, а также при его добровольном отказе. В последнем случае оценка содеянного как неудавшегося соучастия обусловлена тем, что иные соучастники в отличие от исполнителя не отказываются от преступления. При недоведении преступления исполнителем до конца по не зависящим от него обстоятельствам действия всех иных соучастников, точно так же, как и исполнителя, должны квалифицироваться по норме о неоконченном преступлении (ст. 30). Действующий УК предусматривает правила квалификации лишь в отношении неудавшегося подстрекательства. Согласно ч.5 ст. 34 УК «за приготовление к преступлению несет уголовную ответственность также лицо, которому по не зависящим от него обстоятельствам не удалось склонить других лиц к совершению преступления». О неудавшихся организационных и пособнических действиях закон не упоминает. Полагает, что это пробел закона, ибо в практике возможны случаи, когда несмотря на все выполненные действия по организации преступления или пособничеству ему исполнитель либо не принял предложенную помощь, либо, первоначально согласившись с ней, затем отказался от выполнения преступления. Однако в отличие от подстрекательства организационные и пособнические действия могут совершаться как в процессе подготовки преступления, так и в процессе его совершения. Когда речь идет, например, о приискании соучастников либо о предоставлении орудий совершения преступления, то такие действия создают необходимые условия для совершения преступления и, следовательно, так же как и при неудавшимся подстрекательства, они должны расцениваться как приготовление к преступлению. Необходимо только отметить, что ответственность за приготовление наступает лишь в случаях, когда речь идет о тяжком или особо тяжком преступлении.

Добровольный отказ соучастников от совершения преступления. УК РФ 1996 г. в отличии от предыдущих уголовно-правовых актов достаточно подробно урегулировал на законодательном уровне условия добровольного отказа и правила квалификации действий соучастников. Положения, предусматривающие эти условия и правила, излагаются при закреплении института неоконченного преступления. Добровольный отказ соучастников означает, что один или несколько соучастников прекращают выполнение тех действий, которые они обязаны выполнить в силу исполняемой роли, при осознании возможности доведения их до конца. Как и в случаях индивидуального совершения преступления добровольный отказ соучастников должен характеризоваться признаками добровольности и окончательности. Он также является условием освобождения соучастников от уголовной ответственности, если в содеянном до принятия решения об отказе не содержится признаков иного состава преступления. Вместе с тем при совершении преступления в соучастии добровольный отказ имеет определенные специфические особенности, обусловленные фактом совместного совершения преступления27 .

Добровольный отказ соучастников возможен при любом виде и в любой форме соучастия на любой стадии исполнения преступления; но обязательно до момента наступления преступного результата. Одновременно следует иметь в виду, что добровольный отказ исполнителя является основанием для неприменения к нему уголовной ответственности, однако это не означает, что и в отношении других соучастников не применяется уголовная ответственность. Иные соучастники не подлежат уголовной ответственности лишь при установлении на их стороне добровольного отказа.

Согласно ч. 2 ст. 31 УК «Лицо не подлежит уголовной ответственности за преступление, если оно добровольно и окончательно отказалось от доведения этого преступления до конца». Нет сомнений, что данное положение, как и положение, предусмотренное ч. 1 ст. 31 УК, относятся только к исполнителю. На остальных соучастников данные правила распространяться не могут, поскольку их действия, как правило, совершаются до исполнения преступления исполнителем. Поэтому добровольный отказ других соучастников может быть только до или в самый начальный момент деятельности исполнителя.

Наиболее строгие требования предъявляет УК к добровольному отказу организатора и подстрекателя к преступлению, менее строгие – для пособника. Согласно ч. 4 ст. 31 УК «Организатор преступления и подстрекатель к преступлению не подлежат уголовной ответственности, если они своевременным сообщением органам власти или иными предпринятыми мерами предотвратили доведение преступления исполнителем до конца». Таким образом, добровольный отказ организатора и подстрекателя может быть совершен только в активной форме, когда их действия (в силу сообщения органам власти, предупреждения потерпевшего, остановки исполнителя, в том числе и путем физического воздействия) не позволили исполнителю выполнить задуманное28 .

3.3 ЭКСЦЕСС ИСПОЛНИТЕЛЯ.

Понятие эксцесса исполнителя впервые закреплено в уголовном законодательстве России. До вступления в действие УК РФ 1996 г. понятие эксцесса разрабатывалось доктриной уголовного права. В соответствии со ст. 36 УК эксцессом исполнителя признаются случаи «совершения исполнителем преступления, не охватывающего умыслом других соучастников». В такого рода ситуациях имеет место, отклоняющееся от общего умысла, договоренности поведение (от лат. еxcessus – отступление, уклонение) исполнителя. Эксцесс исполнителя возможен при любой из предусмотренных УК форм соучастия возможен при любой из предусмотренных УК форм соучастия. При эксцессе исполнителя он самостоятельно выходит за рамки ранее согласованного с другими соучастниками и совершает более тяжкое преступление. При совершении исполнителем менее тяжкого преступления по сравнению с тем, что было оговорено. У него имеется добровольный отказ от совершения более тяжкого преступления. Ответственность за эксцесс исполнителя несет только сам исполнитель, другие соучастники преступления отвечают лишь за деяние, которое охватывалось их умыслом (ст. 36 УК)29 .

При эксцессе самостоятельные действия исполнителя должны иметь юридическое значение (по тексту закона – совершение иного преступления). Не будет эксцессом в смысле рассматриваемого института кража, совершенная не днем, а вечером; убийство не с помощью пистолета, а ножа, поскольку эти обстоятельства не меняют характер содеянного – убийства, согласованного с другими соучастниками. Совершая эксцесс, исполнитель либо причиняет иной вред, чем было оговорено, либо совершает деяние при таких обстоятельствах, которые существенно изменяют юридическую природу деяния (например, не просто убийство, а квалифицированное убийство). При эксцессе отсутствует причиненная связь между действиями соучастников и совершенным преступлением. Кроме того, выходя за пределы заранее оговоренного, исполнитель тем самым изменяет содержание умысла и, следовательно, теряется субъективная связь между соучастниками. Отсутствие объективных и субъективных оснований упречности (совместности совершения) других соучастников делает возможны освобождение их от уголовной ответственности при эксцессе. Поэтому законодатель и формулирует в ст. 36 УК положение о том, что «за эксцесс исполнителя другие соучастники преступления уголовной ответственности не подлежат». По степени отклонения исполнителя от состоявшегося между соучастниками соглашения эксцесс исполнителя обычно подразделяют на два вида – количественный и качественный. При количественном эксцессе исполнитель выходит за рамки согласованного либо в части формы преступного посягательства – и тогда он сопряжен с совершением однородного с задуманным преступления (вместо кражи – грабеж), либо в части квалифицирующего обстоятельства - и тогда исполнитель совершает квалифицированный вид задуманного преступления (вместо простого убийства – убийство с особой жестокостью).

Количественный эксцесс не прерывает совместно начатого преступления и поэтому согласованное деяние в целом совершается.

Качественный эксцесс выражается в совершении абсолютно другого по характеру и степени общественной опасности преступления (вместо кражи – незаконное приобретение наркотических средств) либо когда наряду с задуманным совершается и другое, не охватываемое умыслом соучастников, преступление (разбой и вместе с ним изнасилование). При качественном эксцессе исполнитель прерывает исполнение совместно задуманного и выполняет действия, которые не охватывались умыслом других соучастников.

При количественном эксцессе соучастники отвечают либо за неоконченное преступление (приготовление, покушение), либо за оконченное преступление, которое охватывалось их умыслом. При качественном эксцессе исполнитель отвечает по совокупности за приготовление совместно задуманного преступления (если преступление является тяжким или особо тяжким) и другое, фактически совершенное преступление, либо по совокупности совершенных преступлений. Другие соучастники привлекаются к ответственности либо за приготовление к совместно задуманному преступлению, либо за то преступление, которое изначально охватывалось их умыслом30 .

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

УК РФ 1996 г. определяет соучастие как «умышленное совместное участие двух или более лиц в совершении умышленного преступления» (ст. 32). В данном определении законодатель отражает специфические признаки, которыми характеризуется преступная совместная деятельность, в отличие от случаев индивидуального совершения преступления.

В теории уголовного права при характеристике признаков соучастия их принято делить на объективные и субъективные.

Объективные признаки – признак множественности субъектов означает, что в совершении преступления должно участвовать два и более лица.

Субъективные признаки включают в себя:

а) единство умысла участников;

б) соучастие только в умышленном преступлении.

Согласно ч. 1 ст. 33 УК РФ в качестве соучастников в российском уголовном праве наряду с исполнителем признаются организатор, подстрекатель и пособник.

Согласно ч. 2 ст. 33 УК исполнителем признается лицо, непосредственно совершившее преступление либо непосредственно участвовавшее в его совершении совместно с другими лицами (соисполнителями), а также лицо, совершившее преступление посредством использования других лиц, не подлежащих уголовной ответственности в силу возраста, невменяемости или других предусмотренных обстоятельств.

В соответствии с ч. 3 ст. 33 УК организатор это лицо, организовавшее совершение преступного или руководившее его исполнением, а равно лицо, создавшее организованную группу или преступное сообщество (преступную организацию) либо руководившее ими.

Подстрекателем признается лицо, склонившее другое лицо к совершению преступления путем уговора, подкупа, угрозы или другим способом ( ч. 3 ст. 33 УК). Сущность подстрекательства проявляется в том, что он воздействует на сознание и волю исполнителя в целях склонения последнего к совершению преступления.

Пособником признается лицо, содействовавшее совершению преступления советами, указаниями, предоставления информации, средств или орудий совершения преступления либо устранением препятствий, а также лицо, заранее обещавшее скрыть преступника, средства или орудия совершения преступления, следы преступника либо предметы, добытые преступным путем, а равно лицо, заранее обещавшее приобрести или сбыть такие предметы (ч. 5 ст. 33 УК).

Ответственность соучастников должна быть самостоятельной и строго индивидуальной. Любое из совместно действующих лиц должно отвечать только за свои деяния и лишь в пределах личной виновности. При описании института соучастия законодатель не указывает на обязательность ответственности соучастников лишь в пределах умысла. Однако это непреложное обстоятельство вытекает из основополагающего принципа уголовного права – принципа вины.

Добровольный отказ соучастников означает, что один или несколько соучастников прекращают выполнение тех действий, которые они обязаны выполнить в силу исполняемой роли. При осознании возможности доведения их до конца. Как в случаях индивидуального совершения преступления добровольный отказ соучастников должен характеризоваться признаками добровольности и окончательности. Он также является условием освобождения соучастников от уголовной ответственности, если в содеянном до принятия решения об отказе не содержится признаков иного состава преступления.

В соответствии со ст. 36 УК эксцессом исполнителя признаются случаи «совершения исполнителем преступления, не охватывающего умыслом других участников».

При количественном эксцессе соучастники отвечают либо за неоконченное преступление (приготовление, покушение), либо за оконченное преступление, которое охватывалось их умыслом. При качественном эксцессе исполнитель отвечает по совокупности за приготовление совместно задуманного преступления (если преступление является тяжким или особо тяжким) и другое, фактически совершенное преступление, либо по совокупности совершенных преступлений. Другие соучастники привлекаются к ответственности либо за приготовление к совместно задуманному преступлению, либо за то преступление, которое изначально охватывалось их умыслом31 .

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ:

1. Бурчак Ф.Г. Соучастие, социальные, криминологические и правовые проблемы. Киев, 1986. С. 126;

2. Вишинский А.Я. Вопросы теории государства и права. М.: Госюриздат, 1949. С. 117;

3. Галиакберов Р.Р. Юридическая природа группы лиц в уголовном праве //Советская юстиция. 1970. № 20. С. 21-22;

4. Галиакберов Р.Р. Борьба с групповыми преступлениями. Вопросы квалификации. Краснодар, 2000. С. 9;

5. Галиакберов Р.Р. Квалификация многосубъектных преступлений без признаков соучастия. Хабаровск, 1987. С. 67;

6. Дурманов Н.Д. Стадии совершения преступления по советскому уголовному праву. М., 1955. С. 74;

7. Жиряев О.С. О стечении нескольких преступников в одном преступлении. Дерпт, 1850;

8. Иванов Н.Г. Организованная преступность и совершенствование уголовного законадательства о соучастии // Сов. государство и право. 1990. № 7 С. 65

9. Иванов Н.Г. Понятие и формы соучастия в советском уголовном праве. Саратов: Изд. СГУ, 1991. С. 120-121;

10. Иванов В.Д., Мазуков С.Х. Соучастие в преступлении. Ростов-на-Дону, 1999. С. 15;

11. Ковалев М.И. Соучастие в преступлении. Ч. 2 // Ученные труды Свердловского юридического института. Свердловск, 1962. С. 199-200;

12. Ковалев М.И. Соучастие в преступлении. Понятие соучастия//Свердловский юридический институт. Ученые труды. Т. 3 1960. С. 111, 166-169;

13. Колоколов Г.Е. Уголовное право. Лекции. М., 1896. С. 412;

14. Козлов А.П. Новое уголовное законодательство по УК РФ 1996 г.Понятие преступления. Соучастие. Назначение наказания. Красноярск, 1997. С. 13-14;

15. Наумов А.В. Уголовное право. Общая часть. Курс лекций. М., 1996. С. 308-313;

16. Пионтковский А.А. Учение о преступлении по советскому уголовному праву. М., 1961;

17. Рарог А.И., Нерсесянц В.А. Неосторожное сопричинение и его уголовно-правовое значение // Законодательство. 1999. № 12. С. 71-77;

18. Таганцев Н.С. Русское уголовное право. Лекции. Часть Общая. Т. 1. М., 1994. С. 329;

19. Тельнов П.Ф. Ответственность за соучастие в преступлении. М., 1974. С. 52;

20. Трайнин А.Н. Учение о соучастии. М., 1941. С. 112;

21. Тельнов П.Ф. ответственность за соучастие в преступлении. М. 1978. С. 38;

22. Уголовное право России. Учебник для вузов. Т.1 Общая часть. М., 2000. С. 227-228;

23. Хачатуров Р.Л. Источники права. Выпуск третий. Тольятти, 1997. С. 12;

24. Шаргородский М.Д. некоторые вопросы общего учения о соучастии// Правоведение.


1 Хачатуров Р.Л. источники права. Выпуск третий. Тольятти, 1997. С 12.

2 Вышинский А.Я. Вопросы теории государства и права. М.: Госюриздат, 1949. С. 117.

3 Жиряев О.С. О стечении нескольких преступников в одном преступлении. Дерпт, 1850.

4 Уголовное право. Курс лекций. Под ред. А.И. Рарога. М., 2005. С. 97.

6 Бурчак Ф.Г, Соучастиве. Социальные, криминологические и правовые проблемы. Киев, 1986. С. 126.

7 Таганцев Н.С. Русское уголовное право. Лекции. Часть Общая. Т.1 М., 1994. С.329

8 Уголовное право. Учебник для вузов. Т. 1 Общая часть. М., 2000. с. 227-228.

9 Иванов Н.Г. Понятие и формы соучастия в советском уголовном праве. Саратов, 1991. С. 44.

11 Наумов А.В. Уголовное право. Общая часть. Курс лекций. М., 1996. С. 308-313.

12 Шаргородский М.Д. Некоторые вопросы общего учения о соучастии// Правоведение. 1960. №1. С. 85.

13 Галиакбаров Р.Р. Юридическая природа группы лиц в уголовном праве // Советская юстиция. 1970. № 20. С. 21-22.

14 Тельнов П.Ф. Ответственность за соучастие в преступлении. М., 1974. С.52.

15 Пионтковский А.А. Учение о преступлении по советскому уголовному праву М., 1961.

16 Галиакберов Р.Р. Квалификация многосубъектных преступлений без признаков соучастия. Хабаровск, 1987. С. 67.

17 Рарог А.И., Нерсесянц В.А. Указ. Соч. С 75; Галиакберов Р.Р. борьба с групповым преступлениями. С. 41.

20 Трайнин А.Н. Учение о соучастии. М., 1941. С. 112

21 Галиакберов Р.Р. Борьба с групповыми преступлениями. Вопросы квалификации. Краснодар, 2000. С. 9.

22 Иванов Н.Г. Организованная преступность и совершенствование уголовного законодательства о соучастии // Сов. государство и право. 1999. №7. С. 65.

23 Трайнин А.Н. учение о соучастии. М., 1941. С. 124-127.

24 Дурманов Н.Д. Стадии совершения преступления по советскому уголовному праву. М., 1955. С. 74.

25 Уголовное право российской Федерации. Общая часть. М.: Юристъ, 1996. С. 277.

26 Иванов Н.Г. Понятие и формы соучастия в советском уголовном праве. Саратов: Изд-во СГУ, 1991. С. 120-121.

27 Иванов В.Д., Мазуков С.Х. Соучастие в преступлении. Ростов-на-Дону, 1999, с. 15.

28 Галиакбаров Р.Р. Борьба с групповыми преступлениями. С. 16.

29 Тельнов П.Ф. Ответственность за соучастие в преступлении. М., 1978. С. 38.

30 Ковалев М.И. Соучастие в преступлении. Ч. 2// Ученые труды Свердловского юридического института. Свердловск, 1962. С. 199-200.

31 Ковалев М.И. Соучастие в преступлении. Ч. 2// Ученные труды Свердловского юридического института. Свердловск, 1962. С. 199-200.


Ст.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ