регистрация / вход

Экологические преступления понятие виды проблемы назначения наказания

ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ ГОСУДАРСТВЕННОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНО УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ «ТАМБОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ

ГОСУДАРСТВЕННОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНО УЧРЕЖДЕНИЕ

ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ

«ТАМБОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

ИМЕНИ Г.Р. ДЕРЖАВИНА»

ИНСТИТУТ ПРАВА

КАФЕДРА УГОЛОВНОГО ПРАВА И ПРОЦЕССА

ЭКОЛОГИЧЕСКИЕ ПРЕСТУПЛЕНИЯ: ПОНЯТИЕ, ВИДЫ,

ПРОБЛЕМЫ НАЗНАЧЕНИЯ НАКАЗАНИЯ

Дипломная работа

Тамбов 2010

Обозначения и сокращения

ФЗ – Федеральный закон

УК РФ – Уголовный кодекс Российской Федерации

УК РСФСР – Уголовный кодекс Российской Советской Федеративной Социалистической Республики

БВС РФ – Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации

ст. – статья

ч. – часть

п. – пункт

ред. – редакция

изд. – издание

с. – страница

г. – год

см. – смотри

Введение

По существу вся деятельность человека экологична, ибо вся его жизнь связана с природой. В связи с этим характерная особенность вопросов охраны природы как в нашей стране, так и в любой другой состоит в том, что они не могут ставиться изолированно, а лишь в связи с решением организационных, хозяйственных, пропагандистских, идейно-воспитательных, образовательных, правовых задач.

Необходимость уголовно-правовой охраны природы обусловливается прежде всего объективными причинами, лежащими в сфере экологии: значительным повышением опасности антропогенного воздействия на природу, изменением его характера. Взаимодействие человека с природой достигло таких размеров, при которых последствия его хозяйственной и иной деятельности стали глобальными и оказались затронутыми основы самого существования человека. Общество наблюдает прогрессирующее истощение природных ресурсов. Теряется генофонд, между тем как генетическое однообразие ведет к возникновению эпидемий, эпизоотий, вырождению видов.

Уголовному праву, устанавливающему ответственность за наиболее общественно опасные посягательства в сфере экологии, среди других правовых мер борьбы с правонарушениями в этой области принадлежит значительная роль. В настоящее время в УК РФ действует около двух десятков уголовно-правовых норм об охране природы. Уголовный закон обеспечивает рациональное использование наиболее ценных природных богатств, защищает их от расхищения, гарантирует конституционное право граждан (ст. 42 Конституции РФ) на благоприятное для осуществления и развития человека состояние окружающей природной среды, достоверную информацию о ее состоянии и на возмещение ущерба, причиненного экологическим правонарушением, помогает сохранить такое ее качество, которое позволяет постоянно и неизменно осуществлять обмен веществ и энергии и воспроизводить жизнь на земле.

Правотворчество в сфере уголовно-правовой охраны природы также испытывает влияние политических, экономических, экологических явлений. Помимо этого оно определяется состоянием общественного правосознания, правоприменительной деятельности, состоянием и развитием других отраслей права, недостатками действующего уголовного природоохранительного законодательства, а также состоянием, структурой и динамикой экологической преступности.

Так, по данным Министерства внутренних дел Российской Федерации, в 2007 году в Российской Федерации было зарегистрировано 41242 экологических преступления, из которых раскрыто и передано на рассмотрение в суд – 22046, в 2008 году было зарегистрировано 44883 преступления, раскрыто – 21493, в 2009 году зарегистрировано 46607 преступлений, раскрыто – 24248, за период январь-сентябрь 2010 года было зарегистрировано 31030 преступлений, раскрыто – 16159 преступлений. [63]

Основными проблемами правотворчества в сфере уголовно-правовой охраны природы являются проблемы криминализации и декриминализации деяний. Можно утверждать, что они и составляют суть правотворчества. От решения этих проблем в значительной мере зависят пределы уголовно-правовой охраны природы и ее эффективность. [19, c. 78]

Однако, переоценка возможностей уголовного права может причинить вред. В условиях создания правового государства ограничение форм поведения его членов уголовно-правовыми средствами должно носить по возможности минимальный характер, сводиться к мерам борьбы с наиболее опасными для общества правонарушениями.

С другой стороны, необходимо избегать противоположной крайности, заключающейся в недооценке роли уголовного права как отрасли, защищающей природоохранительные отношения от наиболее общественно опасных посягательств – все это обусловливает актуальность выбранной темы дипломного исследования.

Для написания дипломной работы были изучены многочисленные нормативные и теоретические источники. Среди них особое значение имеют: Конституция РФ, действующий Уголовный кодекс РФ, Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях, Федеральные Законы в области охраны окружающей среды. Для освещения историко-правовых аспектов темы было изучено уголовное законодательство дореволюционного и советского периодов истории России.

Теоретическая база настоящей работы включает в себя труды С.А. Боголюбова, М.М. Бринчука, Г.А. Волкова, О.Л. Дубовик, Н.А. Духно, Б.В. Ерофеева, Э.Н. Желвакова, О.С. Колбасова, Е.В. Новиковой, В. Серебрянникова, А.П. Сухарева и других авторов.

Цель дипломной работы – с помощью специальной литературы изучить понятие, признаки, виды экологических преступлений, выявить проблемы, возникающие при борьбе с этими преступлениями, а также при назначении наказания виновным в их совершении лицам.

Цель исследования обусловила постановку и решение следующих задач :

- изучить историю развития законодательства в области уголовной ответственности за экологические преступления;

- определить понятие экологических преступлений, их основные признаки;

- охарактеризовать и систематизировать виды экологических преступлений;

- провести обобщенный уголовно-правовой анализ экологических преступлений;

- выявить основные проблемы борьбы с экологическими преступлениями и назначения наказания за их совершение;

- разработать предложения по совершенствованию экологического законодательства.

Объектом исследования выступают общественные отношения, направленные на охрану экологической безопасности населения и окружающей среды.

В рамках объекта предметом исследования являются нормы, предусматривающие уголовную ответственность за экологические преступления, а также практика их применения.

Методологическую базу исследования составляют такие методы познания, как сравнительно-правовой, исторический, аналитический, статистический и документальный.

Логическая структура работы полностью раскрывает тему исследования. Работа состоит из введения, трех глав, объединяющих шесть параграфов, заключения, списка использованных источников.

Практическая значимость результатов дипломного исследования состоит в возможности их использования:

1)в правоприменительной деятельности по квалификации экологических преступлений, а равно при разработке соответствующих методических рекомендаций;

2) в учебном процессе при подготовке специалистов в области юриспруденции;

3) в дальнейших научных исследованиях проблем квалификации экологических преступлений и назначения наказания за их совершение.

1 Экологические преступления: понятие, виды, история развития законодательства

1.1 История развития законодательства в области уголовной ответственности за экологические преступления

При решении проблемы уголовно-правовой охраны окружающей природной среды необходимо учитывать развитие уголовного законодательства, условия его формирования, тенденции и перспективы. Применение метода исторического анализа способствует более эффективному прогнозированию путей дальнейшего совершенствования уголовного закона.

Представление о необходимости охраны природы мы находим еще в законодательстве античных государств. В трактате Платона "Законы" земля рассматривалась как государственная собственность. Забота граждан о земле должна быть сильнее, чем любовь детей к матери. Запрещалась охота ночью, с помощью силков, тенет, добыча рыбы с помощью отравляющих веществ - "соков, мутящих воду", и т.д.

В России первые правовые нормы природоохранительного характера связывались с защитой частновладельческих прав на природные ресурсы. Впервые такие нормы появились еще в «Русской Правде». Так, ст. 69 «Пространной правды» за промысел («покражу») бобра предусматривала штраф в 12 гривен, что было равно наказанию за убийство холопа. Бобры и многие ценные пушные звери считались собственностью князя.

Законодательство России XV-XVI веков охраняло природные объекты великокняжеских, монастырских и общинных владений от посягательств на них со стороны иных лиц.

Уголовное право в России как система стало формироваться с конца XVII века в Уложении 1649 г. Охрана природной среды нашла отражение в разделе об ответственности за имущественные преступления, и касалась она в основном вопросов ограничения охоты и охраны лесов.

При Петре I также принимались меры по охране животных - объектов охоты. Особой охране подлежали лоси. В 1721 г. Петр I издал Указ об ограничении добычи жемчуга в северных реках России. [56]

Многие статьи Уложения о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. предусматривали ответственность чиновников лесного хозяйства и служащих за разрешение самовольной порубки леса или за участие в таких деяниях (штрафы, заключение в тюрьму, ссылка в Сибирь). Однако и эти меры не могли остановить интенсивное истребление лесов. Согласно отчету Министерства юстиции за 1860 г. за незаконную порубку казенных лесов было предъявлено обвинение 17 641 человеку, что составляло 25% от общего числа всех обвиняемых за различные преступления (72 489). 5 виновных были приговорены к ссылке и 34 - направлены в арестантские роты.

До конца XIX века в России не было закона об охоте. Такой закон был принят 3 февраля 1892 г. С его принятием были внесены изменения в ст. 949 Уложения о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. Она стала предусматривать, что «полевые, лесные и охотничьи сторожа, уличенные в ложном показании, подвергаются сверх наказаний, определенных в ст. 943, «удалению от должности с лишением всех прав на занятие».

Несмотря на наличие в законодательстве России XVII-XIX веков некоторых природоохранительных уголовно-правовых норм в целом развитие их существенно отставало от развития законодательства об охране и использовании природных ресурсов. Только в петровский период было принято 60 указов об охране природы, в постпетровский период - более 140 законов, а в период александровских и предреформенных преобразований - более 300 законов. Однако законотворческая деятельность не соответствовала практике применения закона, поскольку казенные ведомства, крупные частные промышленники не были заинтересованы в его реализации, так как оно лишало бы их основных доходов. Гарантией соблюдения норм природоохранительного законодательства было бы установление уголовной ответственности за наиболее опасные его нарушения. Вялотекущий процесс реализации уголовно-правовых установлений и запретов затянулся более чем на 100 лет. [46, c. 54-56]

Процесс создания советского уголовного законодательства об охране природы берет свое начало с принятого на Втором съезде советов Декрета о земле, заложившего основы природопользования в стране. Первоначально в сферу уголовно-правовой охраны попали те ресурсы, которые в условиях гражданской войны и разрухи стали объектом наиболее интенсивного разграбления: леса и животный мир.

Для защиты лесов общегосударственного значения уже в 1917 г. был принят Декрет, объявивший преступными лесопорубки без надлежащего разрешения. В 1918 г. была издана норма, устанавливающая ответственность за нарушения порядка производства лесных заготовок.

Уголовная ответственность за посягательства на фауну основывалась на Декрете СНК «О сроках охоты и праве на охотничье оружие» и Декрете об охоте.

Процессу создания и развития уголовного законодательства об охране природы были присущи все противоречия становления советского законодательства в этот период: неустойчивость возникающих отношений, отсутствие опыта законодательной деятельности, отсутствие общих теоретических представлений о путях развития права при необходимости ломки дореволюционного законодательства.

Не было какого-либо подобия системы, отвечающей традиционным представлениям о нормах права, и в уголовном законодательстве об ответственности за посягательства в сфере охраны ресурсов природы.

Уголовно-правовые нормы содержались в актах административно-правового характера, направленных на организацию пользования природными ресурсами.

В качестве критерия криминализации деяния выступало нарушение правомочий государства на пользование природными ресурсами. Этим определялась общественная опасность деяния. Характер и степень ее, как правило, не зависели от размеров причиненного природе ущерба и экологических свойств элемента природной среды.

Оценивая направление уголовной природоохранительной политики государства 20-х годов, следует отметить, что оно было определенным шагом назад. Дореволюционное уголовное законодательство содержало положения о признании объектов природы общечеловеческими ценностями (как мы указали бы сейчас) и соответствующем ограничении прав собственника на них. Например, Соборное Уложение 1649 г. разрешало «служивым людям» пользоваться лесом для личных нужд, устанавливая одновременно ответственность за порубку лесов в помещичьих и вотчинных угодьях. Устанавливались в законодательстве XVII-XVIII веков и иные формы собственности на леса (общинная, царская, государственная, частная), тем самым устанавливался и определенный объем правоограничений для каждой формы собственности. Статьи 246, 247 Уголовного Уложения 1903 г. уже конкретно предусматривали, что ответственность за нарушение правил охоты и рыбной ловли мог нести и владелец местности, на которой производится охота, не подчиняющийся установленным в законе ограничениям этого способа пользования своей собственностью. Аналогично решался вопрос и в отношении лесных пользований (ст. 255-257 Уложения). Причем, указанные нормы имели публичный характер, тогда как самовольное пользование природными ресурсами, нарушающее права собственника, преследовалось в уголовном порядке только по жалобе лица, права которого были ущемлены.

Дальнейшее послеоктябрьское развитие уголовного природоохранительного законодательства было связано с его кодификацией. Немаловажную роль сыграла отмена многих чрезвычайных мер и введение НЭПа, переход от сугубо административных мер управления социальными процессами к применению некоторых экономических методов. Так, устранялись абсолютные ограничения на производство охоты в ряде регионов. Позднее был разрешен лов рыбы для собственного потребления гражданами. Однако эти меры не улучшили состояние охраны природных ресурсов. В одной из докладных записок "О нуждах охраны природы в РСФСР" Государственного комитета по охране памятников природы, направленной во ВЦИК, подчеркивалось, что дело охраны природы в РСФСР находится в самом критическом положении.

С учетом сложившегося положения в УК 1922 г. была закреплена уголовная ответственность за нарушение правил охраны природы. Она предусматривалась в одной статье, но за три вида преступных посягательств: несоблюдение соответствующих законов и постановлений, принятых в целях сбережения лесов; охоту в недозволенном месте, в недозволенное время, недозволенными орудиями, способами и приемами; разработку недр с нарушением установленных правил (ст. 99).

Поскольку вопрос о систематизации уголовно-правовых природоохранительных норм в те годы не возникал, особенностью УК РСФСР 1922 г., сохранившейся до принятия в 1996 г. УК Российской Федерации, явилось то, что некоторые нормы об охране природы помещались в статьи, посвященные в целом охране иных социальных ценностей. Так, самовольный лов рыбы в районах государственной монополии рассматривался как одно из нарушений государственных монополий, ответственность за которые предусматривалась ст. 136 УК. Как умышленное уничтожение или повреждение имущества путем поджога (ст. 197 УК) рассматривались действия, вызвавшие лесные пожары. По этой же статье предлагалось квалифицировать истребление рыбы путем отравления воды.

До 30-х годов в уголовном кодифицированном законодательстве преобладала тенденция смягчения общих положений, определяющих преступность и наказуемость. Начиная с 30-х годов в нормах как Общей, так и Особенной частей стали отчетливо проявляться признаки расширения сферы преступного и усиления ответственности.

В сфере ответственности за нарушение правил природопользования в основном изменения коснулись ответственности за лесонарушения. Причем усиление ее было связано не столько с изменением редакции ст. 85 УК, сколько с квалификацией умышленного уничтожения или повреждения леса и лесных насаждений путем поджога, порубки леса, совершаемой «в организованном порядке» или «с контрреволюционным умыслом для подрыва общественной социалистической собственности или классово враждебными элементами» по Закону «Об охране имущества государственных предприятий, колхозов и кооперации и укреплении общественной собственности» от 7 августа 1932 г.

Вновь была введена уголовная ответственность за незаконную охоту (ст. 88.1 УК).

Следует отметить, что действие УК 1926 г. специальными постановлениями было распространено на Киргизию, Казахстан, а затем и на Прибалтийские республики до издания собственных уголовных кодексов. После принятия УК РСФСР 1922 г. на его основе были приняты уголовные кодексы в УССР, БССР, Грузинской ССР и Азербайджанской ССР, а после 1926 г. были введены в действие УК еще 5 республик.

В УК среднеазиатских республик, где водные ресурсы представляют большую ценность, была установлена уголовная ответственность за самовольный захват воды, нарушение правил водопользования и др. Лишь в УК Узбекской ССР существовала норма об ответственности за загрязнение воды.

Дальнейшее развитие уголовного законодательства об охране природы связано с принятием новых уголовных кодексов республик СССР в 1959-1961 гг. [24, c. 308-309]

Уголовный кодекс РСФСР был принят в 1960 г. Вначале он содержал 12 норм об ответственности за посягательства, которые могли затрагивать отношения по охране природной среды. Это нарушение ветеринарных правил (ст. 160 УК), нарушение правил, установленных для борьбы с болезнями и вредителями растений (ст. 161), незаконное занятие рыбным и другими водными добывающими промыслами (ст. 163), незаконный промысел котиков и морских бобров (ст. 164), производство лесосплава и взрывных работ с нарушением правил охраны рыбных запасов (ст. 165), незаконная охота (ст. 166), незаконная разработка недр (ст. 167), незаконная порубка леса (ст. 169), умышленное причинение вреда природным объектам, взятым под охрану государством (ст. 230), умышленное уничтожение или существенное повреждение лесных массивов путем поджога (ч. 2 ст. 98), уничтожение или повреждение лесных массивов в результате небрежного обращения с огнем или источниками повышенной опасности (ст. 99), загрязнение водоемов и воздуха (ст. 223 УК). [7, c. 274]

По сравнению с УК 1926 г. УК РСФСР 1960 г. дополнился четырьмя нормами, содержащими составы загрязнения водоемов и воздуха, производства лесосплава и взрывных работ с нарушением правил охраны рыбных запасов, причинения вреда природным объектам, взятым под охрану государства, и незаконной разработки недр. [7, c. 103]

Расширение круга норм об охране природы связано с началом осознания опасности неконтролируемого воздействия на окружающую среду в процессе расширения хозяйственной деятельности и усиления антропогенного давления. Был принят Закон «Об охране природы в РСФСР», который определил основные направления государственной политики в сфере природопользования. Однако он не вышел на необходимое для того периода понимание характера экологических проблем и последствий негативного воздействия НТР на природу. Опасность экологических нарушений рассматривалась, прежде всего, с точки зрения экономических потерь от нерационального природопользования.

Не случайно, в УК РСФСР большинство экологических преступлений было помещено в главу «Хозяйственные преступления», не было в УК их понятия и научно обоснованной системы.

Между тем уже в 1962 г. на специальной сессии ООН было обращено внимание на угрожающие для человечества масштабы антропогенного воздействия на окружающую среду. Для решения вопросов охраны природы от загрязнения на международном уровне и координации усилий государств в деле охраны природы была создана в рамках ООН международная организация (ЮНЕП).

Однако в рассматриваемый период наряду с расширением сферы преступного вновь отмечается общая тенденция к сужению объема принуждения, к смягчению его форм, к усилению воспитательной работы и все более широкому использованию силы общественности. Естественно, она коснулась и преступлений против природы.

Таким образом, уголовное природоохранительное законодательство, формировавшееся в 1960-1970 гг., испытывало влияние различных, порой противоречивых социальных процессов, что обусловило и специфику критериев криминализации того периода, и пути развития законодательства. [42, c. 356]

В период с 1980 по 1991 г. существенных изменений в содержании норм об экологических преступлениях в УК РСФСР и в УК других республик не произошло.

С распадом СССР единая система правовой охраны природы огромной территории распалась.

С провозглашением в декабре 1991 г. России суверенным государством начался процесс интенсивного обновления всех отраслей права, в том числе в сфере охраны природы. 19 декабря 1991 г. был принят Закон РСФСР «Об охране окружающей природной среды», задуманный как комплексный, головной нормативный акт прямого действия, в ст. 85 которого было сформулировано определение экологического преступления.

Уголовно-правовые нормы экологического характера до принятия в 1996 г. нового УК Российской Федерации существенных изменений не претерпели.

В условиях роста преступности, включая экологическую, появления новых ее форм шло параллельное, а иногда и с опережением изменение УК РСФСР 1960 г. Особенно интенсивно процесс обновления пошел с 1993 г. Только в 1994 г. было изменено и дополнено более 70 статей. С 1991 г., т.е. с момента, когда в России процессы обновления социально-экономических условий жизни общества стали происходить наиболее быстро, изменениям подверглись 167 статей (62% от имевшихся в УК), принято новых 38 (14,1%) и 42 статьи были исключены (15,1%). Самым существенным изменениям подверглась глава «Хозяйственные преступления», в которой наряду с преступлениями экономического характера содержалось большинство норм об охране окружающей природной среды.

В 1996 г. был принят вступивший в законную силу с 1 января 1997 г. новый УК РФ, закрепивший в главе 26 нормы об уголовной ответственности за экологические преступления. Само ее появление в УК следует считать важным шагом по совершенствованию правовой охраны природной среды. Ее введение является одной из новелл УК.

С позиции правовой науки и правоохранительной практики уголовно наказуемые деяния в сфере экологии имеют свои специфические родовые и видовые особенности, позволяющие определить их как самостоятельную группу преступлений. Именно поэтому выделение в специальную главу Уголовного кодекса экологических преступлений следует оценивать как весьма плодотворное достижение в области совершенствования уголовно-правового регулирования охраны природной среды и повышения ответственности за вред, причиняемый естественной основе существования человека.

Раньше в УК преобладали нормы, предусматривающие ответственность за незаконное завладение природными ресурсами, тогда как число норм об ответственности за гораздо более опасные деяния, состоящие в причинении вреда природной среде и здоровью человека, было незначительно, да и то они практически не применялись.

В новом УК число норм о преступлениях, связанных с причинением вреда природной среде, увеличилось более чем втрое (с 4 до 14).

Важнейшими направлениями в обновлении уголовного законодательства об охране природы следует считать: усиление его превентивной роли; дальнейшую гуманизацию с одновременным учетом новых методов совершения экологических преступлений, новых видов этих посягательств, возрастания их общественной опасности, качественного изменения экологической преступности, требований международных правовых норм и Конституции РФ, включая нормы о правах и свободах человека на жизнь, здоровье, экологически благоприятные условия проживания и развития, на информацию экологического характера, возмещение вреда, причиненного экологическим правонарушением (ст. 42 Конституции РФ). [21, c. 14]

Эти направления реализованы через сужение круга уголовно-правовых норм путем декриминализации ряда малозначительных экологических преступлений, граничащих по степени общественной опасности с административными проступками, а также путем сохранения и расширения института депенализации (установление ​условий, при которых принудительные меры, связанные с совершением ​преступления, не применяются), изменения в санкциях статей соотношения лишения свободы и других мер наказания, расширения числа альтернативных санкций, установления новых видов наказаний, не связанных с изоляцией осужденного от общества.

Одновременно усилены меры наказания в отношении лиц, совершивших опасные экологические преступления, организаторов и активных участников групповой преступности. Конкретно реализованы эти направления в уголовной политике государства путем введения квалифицирующих признаков, отражающих новое качественное состояние экологических преступлений (организованные формы преступности, использование новейших достижений НТР и т.д.), и путем установления уголовной ответственности за общественно опасные деяния, посягающие на экологическую безопасность общества, ранее не считавшиеся преступными (например, загрязнение и отравление земли, нарушение правил захоронения и утилизации ядерных отходов и других опасных веществ, нарушение правил охраны окружающей среды при производстве работ, нарушение режима особо охраняемых природных территорий и природных объектов).

1.2 Понятие и виды экологических преступлений

Опыт борьбы с экологическими правонарушениями других стран показывает, что без применения уголовно-правовых мер эта задача не решается. Все иные гарантии экологической безопасности населения будут мертвой буквой, если не опираются на угрозу применения репрессивных санкций. Причем в наиболее развитых демократических государствах с рыночной экономикой за преступное нарушение правил охраны природы предусмотрены гораздо более суровые наказания, чем в уголовном законодательстве нашей страны.

Понятия экологических преступлений в действующем Уголовном кодексе, как и в УК РСФСР 1960 г., не дается. Между тем формулирование его значимо для достижения многих важных целей. [53, c. 457]

Можно отметить, что в ст. 85 Закона РФ от 19 декабря 1991 г. «Об охране окружающей природной среды» давалось определение экологических преступлений как «общественно опасных деяний, посягающих на установленный в Российской Федерации экологический правопорядок, экологическую безопасность общества и причиняющих вред окружающей природной среде и здоровью человека». [32, c. 56] Строго говоря, данное понятие не является уголовно-правовым, но оно достаточно четко определяет сущность экологических преступлений, показывает их общественную опасность.

Общее понятие экологического преступления есть не что иное, как его родовое понятие, включающее в себя ряд родовых признаков. [33, c. 30] В литературе встречаются определения данных посягательств в соответствии с общими признаками преступления, указанными в уголовном законе. Как правило, они связаны либо вытекают из определения объекта преступного воздействия и строятся по схеме: «преступлением в сфере охраны природы признается деяние, посягающее на такие-то отношения (следует их изложение)». Многие авторы считают, что этого достаточно.

Поскольку среди ученых мнения по поводу объекта преступления против природы различны, то неодинаковы и их определения. Если объект обозначается как отношения собственности на природные ресурсы, рассматриваемые преступления характеризуются как «предусмотренные уголовным законом общественно опасные, виновные воздействия на природный ресурс, выразившиеся в его захвате (завладении), повреждении (порче), уничтожении (истреблении)».

Ряд ученых считают объектом отношения по хозяйственному использованию природных ресурсов. Соответственно, они относят эти посягательства к хозяйственным.

Можно встретить утверждения, что объектом являются сами природные богатства.

Попытка рассматривать экологические преступления как разновидность экономических не позволяет в должной мере вскрыть специфику преступлений в сфере охраны окружающей природной среды, переносит центр тяжести с отношений экологических на материальные, стоимостные, что недостаточно с точки зрения современных представлений о взаимодействии общества и природы.

Данные позиции, на наш взгляд, не отражают сущности экологических преступлений и не соответствуют действующему законодательству.

Концепция экологических преступлений предполагает в первую очередь освещение понятия экологических отношений. Они образуют единство трех направлений человеческой деятельности: по консервативной охране природы; рациональному использованию ее богатств как одному из способов охраны; сохранению надлежащих качественных природных условий жизнедеятельности человека (защита от загрязнения, отравления окружающей среды, шумового, вибрационного, теплового воздействия и т.п.), включая обеспечение экологической безопасности, улучшение и воспроизводство природных сред.

Сущность рассматриваемых преступлений заключается в том, что они, посягая на экологический правопорядок экологическую безопасность, рациональное использование компонентов окружающей среды, тем самым причиняют вред человеку, ухудшая природные основы его жизнедеятельности, умаляют экологические интересы общества, подрывают незыблемость природоохранительных и иных правовых норм. Они нарушают конституционное право каждого человека «на благоприятную окружающую среду, достоверную информацию о ее состоянии и возмещение ущерба, причиненного его здоровью или имуществу экологическим правонарушением». [1]

Понятие экологического преступления было выработано теорией уголовного права. В основу определения данной категории деяний положены ст. 14 и 75 Федерального закона от 20 декабря 2001 г. «Об охране окружающей среды».

Специфическим признаком данных деяний является их «экологичность», что позволяет, во-первых, систематизировать нормы о них в отдельную самостоятельную главу Уголовного кодекса и, во-вторых, отграничивать эти преступления от смежных посягательств.

Таким образом, экологическое преступление – это предусмотренное уголовным законом общественно опасное виновное деяние, посягающее на общественные отношения, обеспечивающие сохранение для нормальной жизнедеятельности человека благоприятной природной среды, рациональное использование ее ресурсов и экологическую безопасность населения.

В доктрине уголовного права предлагаются различные классификации экологических преступлений. Так, исходя из непосредственного объекта посягательства, их подразделяют на экологические преступления общего характера (ст. 246-248 УК) и специальные экологические преступления (все остальные).

Одни ученые предлагают, исходя из содержания гл. 26 УК, выделить преступления, посягающие на основы:

1) целостности природы (ст. 246-248, 250-252, 254, 262);

2) должной сохранности недр (ст. 253, 255);

3) целостности животного и растительного мира (ст. 249, 256-261).

Другие ученые - сторонники трехчленной классификации. В зависимости от объекта уголовно-правовой защиты, его предметной экологической выраженности они выделяют преступления:

1) нарушающие правила экологически значимой деятельности, непосредственным объектом которой является порядок деятельности;

2) посягающие на отдельные элементы окружающей среды (воды, атмосферу, почву, леса, недра, континентальный шельф, особо охраняемые природные территории и объекты);

3) посягающие на объекты флоры и фауны как составную часть окружающей среды, условия биологического разнообразия и сохранения биосферы земли.

В литературе предложена и шестичленная классификация. Это экологические преступления в области охраны:

1) общие их виды (ст. 246-248, 262);

2) вод (ст. 250, 252);

3) атмосферного воздуха (ст. 251);

4) земли и ее недр (ст. 254, 255);

5) животного мира (ст. 256-259);

6) растительного мира (ст. 249, 260, 261).

В литературе времен действия Уголовного кодекса 1960 г., когда экологические преступления как самостоятельная группа выделялись только в доктрине уголовного права, предлагались и иные классификации. Например, основу классификации составляли способ совершения преступления - путем загрязнения, повреждения, уничтожения, противоправного использования либо субъективные признаки - корыстные, вандалистские, должностные и пр.

Представляется, что каждая из классификаций экологических преступлений, включенных законодателем в гл. 26 УК, имеет право на существование.

Однако мы придерживаемся мнения, что логично взять в качестве основы систематизации непосредственный объект посягательства, который в экологических преступлениях непосредственно связан с предметом преступления.

Все составы преступлений, сформулированные в действующем УК РФ, с точки зрения выполняемых ими функций, относящихся к природопользованию, и охране окружающей среды, можно подразделить на три категории: специальные экологические составы, смежные, дополнительные.

Специальные экологические составы (их 17) сформулированы в отдельной главе «Экологические преступления» (гл.26), которая помещается в раздел IX «Преступления против общественной безопасности». Условно данные составы можно классифицировать по нескольким группам – соответственно объекта охраны окружающей среды.

Преступления общего характера – против охраны окружающей среды. Это – нарушение правил охраны окружающей среды при производстве работ, нарушение правил обращения с экологически опасными веществами и отходами, нарушение правил безопасности при обращении с микробиологическими агентами или токсинами, нарушение режима особо охраняемых природных территорий и природных объектов (ст.246 – 248, 262).

Посягательства на общественные отношения в области рационального использования и сбережения земли и ее недр. Это – порча земли, нарушение правил охраны и использования недр (ст.254, 255).

Охрана водных отношений. Это – загрязнение вод, загрязнение морской среды, нарушение законодательства Российской Федерации о континентальном шельфе и об исключительной экономической зоне Российской Федерации (ст.250, 252, 253).

Защита растительного мира (флоры). Это – незаконная порубка деревьев и кустарников, уничтожение или повреждение лесов, нарушение установленных для борьбы с болезнями и вредителями растений правил, незаконная добыча водных растений (ст.249, 256, 260, 261).

Наконец, преступления, посягающие на общественные отношения в области охраны животного мира и атмосферного воздуха. Это незаконная добыча водных животных, нарушение правил охраны рыбных запасов, незаконная охота, нарушение ветеринарных правил, нарушение критических местообитаний для организмов, занесенных в Красную книгу РФ, загрязнение атмосферы (ст.249, 251, 256-259).

К специальным экологическим составам относится ряд составов, сформулированных в статьях, содержащихся в других главах Уголовного кодекса:

- нарушение правил безопасности на объектах атомной энергетики (ст.215);

- сокрытие информации об обстоятельствах, создающих опасность для жизни или здоровья людей (ст.237);

- жестокое обращение с животными (ст.245);

- экоцид (ст.358). [57, c. 834]

Принимая во внимание изложенное, можно прийти к выводу о том, что в России первые правовые нормы природоохранительного характера появились еще в «Русской Правде». При Петре I также принимались меры по охране животных - объектов охоты. Однако система норм, обеспечивающих охрану природы, начала складываться лишь к концу XIX в.

В уголовных кодексах РСФСР нормы об экологических преступлениях не были систематизированы и содержались в различных разделах, в основном в главе «Хозяйственные преступления».

УК РФ не содержит понятия экологического преступления. Однако по мнению большинства правоведов под экологическим преступлением понимаются общественно опасные деяния, посягающие на природную среду, ее компоненты и общественные отношения по сохранению благоприятной для жизнедеятельности человека природной среды, рациональному использованию ее ресурсов и обеспечению экологической безопасности населения, и состоящее непосредственно в противоправном использовании природных объектов, как социальных ценностей, а также приводящие к негативным их изменениям.

2 Уголовно-правовая характеристика экологических преступлений

2.1 Объективные признаки экологических преступлений

Объектом экологических преступлений является сложный целевой комплекс фактических, общественных отношений, их правовые формы и материальные оболочки. Рациональное и соответствующее нормам экологического законодательства осуществление этих отношений обеспечивает жизнедеятельность человека, использования им окружающей среды как непосредственного базиса существования, удовлетворения разумных социальных потребностей и гарантирует его безопасность.

Поскольку среди ученых мнения по поводу объекта преступления против природы весьма различны, неодинаковы и их определения. Одни считают объектом отношения собственности на природные ресурсы.

Можно встретить утверждения, что объектом являются сами природные богатства, интересы народного хозяйства в сфере рыболовства, охоты и других пользований, порядок использования природных богатств, конституционное право граждан на благоприятную окружающую среду. [44, 49] Н.В. Свердюков высказал позицию, что им является «сложившееся равновесие (баланс), способность окружающей среды к самовосстановлению, природоресурсный потенциал, а также гарантированное ст. 42 Конституции РФ право каждого на благоприятную окружающую среду». [43]

Данные позиции, на наш взгляд, не отражают сущности экологических преступлений и не соответствуют действующему законодательству.

Дело в том, что проблема объекта преступления - одна из самых сложных и неоднозначно решаемых в теории уголовного права. Общепринято положение, что объектом преступления являются общественные отношения, охраняемые уголовным законом. Однако общий постулат ничуть не мешает исследователям давать самую разнообразную характеристику его структуры и содержания, считать, что родовой и непосредственный или родовой и видовой объекты могут совпадать, а при определении непосредственного объекта понятие «общественное отношение» подменять понятиями «имущество», «интерес» и др., то есть отождествлять их.

Концепция экологических преступлений предполагает в первую очередь освещение понятия экологических отношений. Они образуют единство трех направлений человеческой деятельности: по консервативной охране природы; рациональному использованию ее богатств как одному из способов охраны; сохранению и восстановлению надлежащих качественных природных условий жизнедеятельности человека (защита от загрязнения, отравления окружающей среды, шумового, вибрационного, теплового воздействия и т.п.), включая обеспечение экологической безопасности, улучшение и воспроизводство природной среды и ее ресурсов.

С позиций изложенного, родовым объектом экологических преступлений являются отношения в области обеспечения общественной безопасности и здоровья населения, поскольку глава 26 «Экологические преступления» помещена в УК РФ в раздел IX «Преступления против общественной безопасности и общественного порядка».

Видовым объектом, который следует выделять как один из элементов кодификации Особенной части нового УК, следует считать охраняемые уголовным законом комплексные общественные отношения по рациональному использованию природных ресурсов, сохранению качественно благоприятной для человека и иных живых существ природной среды и обеспечению экологической безопасности населения.

Непосредственными объектами являются конкретные общественные отношения по охране отдельных видов природных богатств, их рациональному использованию и обеспечению экологической безопасности населения. Например, объектом незаконной охоты являются отношения по охране и рациональному использованию диких зверей, птиц и иных животных, а объектом загрязнения водоемов и воздуха - отношения по охране вод и атмосферы и обеспечению экологической безопасности населения. [26, c. 541]

Предметом же экологических преступлений в широком смысле слова выступает природная среда в целом, поскольку все ее составные части находятся между собой во взаимодействии и во взаимосвязи и составляют единую экосистему, а в пределах конкретных участков суши или водоемов образуют единую общность организмов, растительности и т.п. - биоценоз. Причинение вреда одной из частей экосистемы немедленно отражается на состоянии других.

В более узком смысле предметом конкретных преступлений являются природные ресурсы: земля, ее недра, атмосфера, внутренние воды и воды открытого моря, животные, растительность.

В отдельных случаях в качестве предмета преступного воздействия предусматриваются редкие и достопримечательные ресурсы живой и неживой природы: природные ландшафты, урочища, ущелья либо единичные объекты природы - скалы, деревья, водоемы и др. (ст. 248 УК РФ).

Предмет преступления - это признак состава, который чаще всего используется для определения объекта экологического преступления. С установления предмета обычно начинается процесс выяснения характера посягательства и способов его воздействия на определенный объект. Однако, поскольку одни и те же элементы природной среды могут быть вовлечены в орбиту различных общественных отношений, необходимо выяснить социальную роль предмета посягательства.

Так, по-разному будет квалифицирован незаконный вылов рыбы в реке и в товарном прудовом хозяйстве. В первом случае это будет незаконная добыча водных животных или попросту рыбное браконьерство (ст. 256 УК), во втором - хищение. Поэтому в экологических преступлениях предмет посягательства всегда следует рассматривать в связи с объектом и наряду с ним. Изолированный анализ предмета не позволяет уяснить то отношение, которому наносится ущерб, порождает ошибки, путаницу в квалификации преступления.

Объективная сторона охватывает действия (бездействия), состоящие в нарушении правил охраны окружающей среды, рационального природопользования, экологической безопасности; наступление предусмотренных законом последствий (вред окружающей среде или здоровью человека); причинную связь между ними.

С объективной стороны рассматриваемые преступления выражаются в нарушении путем действия или бездействия общеобязательных правил природопользования и охраны окружающей природной среды. Диспозиции норм, описывающих такие преступления, являются бланкетными. Поэтому для установления конкретных признаков состава преступления необходимо обратиться к соответствующим законам и иным нормативным актам по охране природы и использованию ее ресурсов, принимаемым на уровне РФ, ее субъектов, органов местного самоуправления, министерств и ведомств.

Большинство составов экологических преступлений относятся к категории так называемых материальных (ст. 246, 248, 249, 254 УК РФ, например). Составы, не содержащие указания на последствия преступления как на его обязательный признак (ст. 252, 253, 260, например), относятся к формальным. Имеются и такие составы, которые предусматривают ответственность только в случае возникновения реальной угрозы причинения вреда («составы угрозы»). Их логично отнести к формальным (ч. 1 ст. 247 УК, например). Статьи 256 (незаконная добыча водных животных и растений) и 258 (незаконная охота) содержат разновидности преступлений и с материальным (в случае причинения преступлением крупного ущерба), и с формальным составами.

Материальными являются ряд квалифицированных составов преступлений (ст. 250, 251, 252, например). [57, c. 863]

Анализируя объективную сторону составов экологических преступлений, следует иметь в виду следующее.

Анализ уголовно-правовых норм об охране природы показывает, что в законодательстве используются различные технико-юридические приемы описания общественно опасного действия или бездействия. Иногда перечень и характер общественно опасных деяний точно и исчерпывающим образом указан в самом тексте закона. Например, в ст. 261 УК указывается на уничтожение или повреждение лесных массивов путем неосторожного обращения с огнем или поджога, либо иными общественно опасными способами, либо путем загрязнения.

Пределы судейского усмотрения в этих случаях ограничены уже самим законом. Процесс квалификации упрощается и состоит в сопоставлении фактических обстоятельств дела с признаками состава преступления, предусмотренными законодательной конструкцией нормы.

Но особенность объективной стороны экологических преступлений выражается в том, что все они совершаются путем нарушения специальных правил, а диспозиции статей, описывающих такие преступления, являются бланкетными. Закон указывает лишь на нарушение установленных правовых актов не уголовно-правового характера, описывает форму преступления и его признаки. Содержание же их, т.е. вид и характер нарушения этих правил, не раскрывается. Это обстоятельство очень важно иметь в виду при квалификации, так как законодательная конструкция ряда составов (например, незаконной охоты, незаконной добычи водных животных и растений, загрязнения водоемов, атмосферного воздуха) остается неизменной на протяжении длительного времени, тогда как содержание их периодически меняется вследствие обновления подзаконных нормативных актов.

При квалификации деяний, предусмотренных нормами, имеющими такие переменные признаки, следует проанализировать не только содержание самой уголовно-правовой нормы, но и ряд других источников нормативного и научно-практического характера, которые помогут составить правильное представление о терминах и понятиях, заключенных в диспозиции закона.

Конкретное деяние всегда причиняет ущерб определенным общественным отношениям. В общем виде этот ущерб может быть определен как разрыв деянием системы общественных отношений, в которой оно находится и неприкосновенность которой охраняется уголовным законом. То есть преступное последствие представляет собой наступление вредных изменений в объекте посягательства.

Ущерб, причиняемый объекту преступления, всегда реален, т.е. существует в объективной действительности, но не материален. О характере и размере ущерба, причиненного объекту, судят по характеру деяния и тем изменениям, которые оно производит во внешнем мире.

Последствия экологических преступлений, указанные в законе, можно назвать основным или первичным, а все иные последствия - дополнительными или вторичными. Основным последствием будет, например, ущерб, указанный в денежной форме в статье об ответственности за незаконную порубку леса (ст. 260 УК). Все же остальные последствия сведения древесно-кустарниковой растительности, как например, ухудшение состояние воздуха и почв, изменение климатических условий, потери урожайности сельхозкультур, потери животного мира, насекомых и других обитателей лесов и т.п., будут дополнительными, вторичными.

Причинение конкретного вреда конкретным элементам природы - это видимая часть рассматриваемых преступлений, вторичные же и последующие изменения в системе окружающей среды не всегда поддаются учету, измерению и количественной оценке. Ряд последствий преступной человеческой деятельности, очевидно, способны будут оценить лишь последующие поколения, как нынешнее отмечает последствия деятельности предыдущих.

Согласно действующему закону только основное последствие (в некоторых случаях и возможность его наступления - ч. 1 ст. 247 УК) является признаком объективной стороны состава. Если оно не наступило, уголовная ответственность за оконченное преступление исключается.

Таким образом, вторичные последствия уголовно-правового значения не имеют. Однако коль они реально существуют, в целях правильной квалификации и оценки степени общественной опасности преступления их необходимо отличать от первичных последствий.

Вторичные последствия могут явиться основанием для рассмотрения вопроса об изменении или о дополнении уголовного закона.

Преступными последствиями не исчерпывается весь социальный вред, причиняемый экологическими преступлениями. Поэтому в литературе обоснованно предлагается различать еще экономические последствия - все расходы, которые повлекло за собой совершенное преступление*(99). В частности, определение вторичных последствий служит основанием для предъявления требования о возмещении вреда в порядке гражданского судопроизводства.

Экономический вред причиняется материальным интересам природопользователя. Такой вред может быть причинен, в частности, рыбному, лесному, сельскому хозяйству.

Экологический вред причиняется отношениям по охране природы и обеспечению экологической безопасности. Он проявляется в загрязнении, истощении природной среды, разрушении ее экологических связей. Прямым следствием этих процессов является вред жизни и здоровью человека, что выражается в росте заболеваний, смертности, появлении неполноценного в физическом и умственном смысле потомства, снижении сопротивления организма к заболеваниям, снижении и утрате трудоспособности, формировании негативных наследственных качеств последующих поколений (вред на генетическом уровне). УК РФ 1996 г. в отличии от УК РСФСР 1960 г. учитывает такой вред в большинстве составов преступлений. [43, c. 638]

Для квалификации экологических преступлений большое значение имеет установление обстановки, времени, места, способа, орудий совершения преступления. Так, в статьях о незаконной добыче водных животных и растений (ст. 256 УК), незаконной охоте (ст. 258 УК) незаконность этих действий состоит в том, что они совершаются в запрещенных местах, запрещенными способами и орудиями, в запретное время.

Как факультативные признаки состава экологического преступления место, время, способ, орудия, средства и методы его совершения могут иметь такое же значение, как и последствия. Кроме того, некоторые из них, например способ и место, могут выступать в качестве обстоятельств, отягчающих ответственность.

2.2 Субъективные признаки экологических преступлений

Проблема определения субъективных признаков экологических преступлений - одна из актуальных задач, имеющая большое значение для правильного применения уголовного закона.

Теория уголовного права, уголовное законодательство и судебная практика исходят из принципа, что уголовная ответственность возможна лишь при наличии вины лица, совершившего преступление. Никто не может быть признан виновным в его совершении, а также подвергнут уголовному наказанию иначе как по приговору суда в соответствии с законом (ст. 49 Конституции Российской Федерации). Однако, соблюдая этот принцип, суды в приговорах по делам об экологических преступлениях зачастую избегают исследовать конкретное содержание субъективной стороны, указывать форму и вид вины.

Обусловлено это различными причинами.

Во-первых, процесс установления и доказывания признаков субъективной стороны, как правило, более сложен, чем процесс доказывания объективных обстоятельств.

Во-вторых, законодательное описание большинства экологических преступлений традиционно не содержит юридической характеристики субъективной стороны.

В-третьих, со стороны ряда работников правоприменительных органов наблюдается недооценка значения субъективных признаков преступления как факторов, оказывающих влияние на его квалификацию и на назначение наказания.

В-четвертых, исследователи не раз указывали на несовершенство законодательных определений умысла и неосторожности. Отмечается, что они не охватывают всех возможных вариантов интеллектуально-волевых процессов, связанных с совершением преступления, и не всегда позволяют провести четкие границы между различными модификациями умышленной и неосторожной вины. [52, c. 67]

Поскольку проблема до сих пор остается дискуссионной, неоднозначно она решается и применительно к составам экологических преступлений. В частности, различия в понимании содержания вины обусловлены неодинаковыми позициями ученых по определению вины и ее места в субъективной стороне преступления, определению момента окончания экологических преступлений, конструкции их составов, отношения виновного к квалифицирующим признакам, а также по вопросу о включении осознания противоправности в содержание интеллектуального элемента умышленной вины.

На наш взгляд, с субъективной стороны ряд экологических преступлений характеризуется умышленной виной (ст. 256, 258 УК РФ). Некоторые могут быть совершены как умышленно, так и по неосторожности (ст. 250, 251, 257, 261 УК, например), другие - только по неосторожности (ст. 247, ч. 3, 248, ч. 2, 249, например).

Мотивы и цели умышленных экологических преступлений для квалификации значения не имеют, но учитываются при назначении наказания.

Представляется, что в тех случаях, когда правила охраны природы нарушаются умышленно и само деяние является преступлением, а отношение к последствиям этих преступлений неосторожное, можно говорить о наличии двух форм вины при совершении преступления (ч. 3 ст. 251, ч. 3 ст. 252, например). Причем отношение к деянию (первому преступлению) у лица должно быть умышленным, а к его последствиям - только неосторожным.

В тех же случаях, когда законодатель специально не указывает на две формы вины, описывая преступление, вина определяется, исходя из отношения виновного к признаку состава, концентрирующему в себе общественную опасность преступления. В формальных составах - это деяние, в материальных - его последствия. Каково отношение к последствиям, такова и форма вины в целом при совершении данного преступления. Например, лицо умышленно производит сброс загрязняющих веществ в реку, рассчитывая, что такое количество загрязняющих веществ не может повлечь существенного вреда рыбным запасам или здоровью людей. Однако вследствие взаимодействия сбросов с другими загрязнителями в реке такие последствия наступили (ч. 2 ст. 250 УК, например).

Это преступление не с двумя формами вины, а неосторожное (имеет место преступное легкомыслие). Если же отношение виновного к последствиям умышленное - в целом и преступление следует считать умышленным.

Вина как уголовно-правовая категория представляет собой психическое отношение, проявленное лицом в определенном преступлении. [52, c. 21] Устанавливать такое отношение необходимо либо к деянию, либо к деянию и его последствиям (в зависимости от конструкции состава).

С точки зрения законодательного описания вины она представляет собой сочетание нормативных, формально-определенных элементов с оценочными элементами. Формальное определение форм и видов вины в некоторых составах экологических преступлений тем самым предопределяет психическое отношение виновного ко всем тем обстоятельствам, которые отнесены законом к объекту и объективной стороне преступления.

Так, повреждение или порча объектов природы, взятых под охрану государством (ст. 245 УК), уничтожение или повреждение лесных массивов путем поджога (ч. 2 ст. 266 УК) могут быть совершены только умышленно, а уничтожение или повреждение лесных массивов в результате небрежного обращения с огнем или источниками повышенной опасности (ч. 1 ст. 261 УК) - только по неосторожности.

Как известно, вина делится на формы и виды в зависимости от содержания ее интеллектуального и волевого элементов. Основное, определяющее значение при этом имеет волевой элемент. Он содержит наиболее характерные, существенные признаки рассматриваемого явления, позволяющие отграничивать конкретные виды вины.

По сути форма вины определяется волевым отношением субъекта к тому признаку состава, в котором концентрируется общественная опасность преступления: в формальных составах - к деянию, в материальных - к его последствиям. Психическое отношение виновного к другим объективным признакам на форму вины не влияет, хотя та и входит в ее содержание. Поскольку закон предписывает установление психического отношения лица как к деянию, так и к его последствиям, а объективная сторона преступления с формальным составом исчерпывается единственным признаком - общественно опасным деянием, то и волевое содержание умысла должно определяться отношением именно к этому признаку.

Для лица сознательное деяние всегда желаемо, если только оно не совершается под влиянием принуждения или непреодолимой силы. Субъект не может, совершая деяние, «допускать» его совершения. Отсюда следует, что при совершении преступления с формальным составом содержание умысла охватывает сознание общественно опасного характера совершаемого деяния и желание это деяние совершить. Такие преступления не могут быть совершены с косвенным умыслом, ибо его волевое содержание в виде сознательного допущения последствий связано законом только с этими последствиями. Последствия же входят в объективную сторону лишь материальных составов. В преступлениях с формальными составами отношение виновного к последствиям на квалификацию деяния не влияет, а потому и устанавливать его нет нужды.

Таким образом, чтобы правильно определить содержание вины, подлежащей доказыванию, необходимо прежде всего установить вид состава по конструкции. Большинство экологических преступлений, как указывалось, имеют формальные составы.

Исходя из изложенного, можно сделать вывод, что умышленные преступления с формальным составом совершаются только с прямым умыслом.

Однако следует признать, что законодательная формулировка умышленной вины (ст. 25 УК) в отношении преступлений с формальным составом требует уточнения.

Сторонники мнения, что уголовно наказуемое браконьерство (ст. 256, 258, 260 УК), незаконная разработка недр (ст. 255 УК) и другие преступления, связанные с нарушением специальных правил, могут быть совершены по неосторожности, обычно ссылаются на такие обстоятельства, как незнание виновным того, что данное место либо орудие являются запретными или что он действует в запрещенное время. Это мнение представляется недостаточно обоснованным. В частности, не учитывается, что в большинстве норм об охране природы законодатель указывает на незаконный характер совершенных субъектом действий. Думается, что это сделано не случайно, однако среди ученых нет единой позиции по вопросу о необходимости осознания противоправности поведения виновным. Одни отождествляют осознание противоправности с осознанием общественной опасности деяния и считают противоправность элементом умысла, поскольку она есть юридическое выражение общественной опасности. Другие возражают против включения этого понятия в содержание умысла. Третьи допускают такой вариант лишь в тех случаях, когда указание на правовую сторону деяния включено в диспозицию конкретной нормы уголовного права. Четвертые подходят к решению этого вопроса дифференцированно и связывают осознание противоправности с конструкцией состава. Если состав является формальным, то осознанные противоправные действия являются продуктом не только сознания, но и воли. Совершение заведомо незаконных действий указывает в этом случае на умышленную вину. В случае, если преступление имеет материальный состав, преднамеренное совершение незаконных действий не исключает неосторожной формы вины, поскольку форма вины определяется психическим отношением к указанным в диспозиции последствиям.

Незнание закона не исключает возможности совершения умышленного преступления, поскольку в тех случаях, когда противоправность не включена в число признаков состава преступления, достаточно осознания лишь общественной опасности деяния.

Вместе с тем осознание противоправности свидетельствует о наличии умысла на совершение противозаконного деяния.

В уголовно-правовых нормах об охране природы противоправность выражена в законе различным путем: путем прямого указания на незаконный характер действий в диспозиции норм (ст. 246, 248, 249, 251, 253, 255 УК РФ), в их названии (ст. 256, 258, 260 УК). Она вытекает из определения преступления как нарушения специальных правил (ст. 262, 257, 254 УК). Сознает виновный противоправность действий и в том случае, когда до совершения преступления он специально извещался о незаконности соответствующего поведения, при применении мер административного воздействия за аналогичный преступлению проступок. [34, c. 228]

Содержание субъективной стороны определяется содержанием всех обстоятельств, которые включены в законодательную характеристику объекта и объективной стороны. Если указание на противоправность содержится в законе, то интеллектуальный элемент психического отношения лица к содеянному включает также и осознание противоправности деяния.

В юридической литературе есть позиция, что отношение виновного к таким признакам объективной стороны основного состава преступления, как место, способ, обстановка, орудия его совершения не охватывается интеллектуальным элементом умысла.

Как справедливо отмечается, сторонники данной точки зрения упускают из виду, что эти признаки являются индивидуальными, имманентно присущими деянию признаками. В этом качестве их осознание является необходимым компонентом умысла и полностью охватывается понятием «осознание общественно опасного характера деяния». [53, c. 179]

Кроме того, существующие формы и методы природоохранительной пропаганды среди населения, ее масштаб, установленный порядок занятия рыбным и охотничьим промыслами, порядок разработки недр, рубки лесов и пользования ресурсами природы практически исключают в настоящее время возможность этих действий по таким причинам, как незнание сроков и мест охоты или рыбной ловли, мест извлечения драгоценных металлов и драгоценных камней и т.п. Они указываются лицу в лицензии или ином разрешительном документе. Члены обществ охотников и рыболовов, помимо этого, сдают обязательный минимум по знанию правил охоты, начал экологии, видов рыб и животных и т.п.

Нельзя не учитывать и того, в частности, что нормы об ответственности за браконьерство используются в борьбе с целенаправленным истреблением, а не случайным убоем или отловом птиц, рыб, зверей и иных животных.

Браконьерство, как правило, связано с предварительной подготовкой и использованием специально подобранных или изготовленных орудий: сетей, ружей, припасов, транспортных средств и т.д. Это также свидетельствует о предумышленном характере преступления. Лицо, не пожелавшее соблюдать установленные правила, сознательно идет на это нарушение, осознает противоправность своего поведения, поэтому оно не может нарушить правила по неосторожности.

В исследуемых нами преступлениях надо исходить из того, что лицо обязано знать содержание правил, относящихся к охоте, рыбной ловле, рубке леса, разработке недр, если оно решило заниматься этим.

Поскольку лицо, знающее о существовании правил, предвидит возможность причинения вреда природной среде, оно не может совершить преступление по неосторожности.

Указанные правила нельзя нарушить и по легкомыслию, его содержание заключается в предвидении возможности наступления общественно опасных последствий и в легкомысленном расчете на их предотвращение.

Сказанное позволяет нам прийти к следующему. При умышленном совершении экологических преступлений с формальным составом умысел может быть только прямым.

Осознание противоправности совершаемых действий подчеркивает наличие умышленной вины. Отсутствие осознания противоправности не типично, но и при этом наличие прямого умысла не исключается. Осознание противоправности не означает требования обязательного осознания содержания специальных правил; достаточно, что виновный знает о их существовании и сознает обязанность ознакомиться с ними.

В материальных составах экологических преступлений осознание виновным противоправности своих действий (бездействия) не исключает неосторожного отношения к последствиям. Поскольку в этом случае определяющим является отношение виновного к этим последствиям, в целом такие преступления могут быть совершены по неосторожности.

Сопоставительный анализ содержания ч. 2 ст. 24 УК и статей Особенной части УК позволяет сделать вывод, что если в статьях Особенной части отсутствует указание на то, что данное преступление может быть совершено только по неосторожности, оно может быть как умышленным, так и неосторожным, т.е. может быть совершено с любой формой вины.

Сложным и неоднозначно решаемым в теории уголовного права является вопрос о квалификации по субъективной стороне преступлений с квалифицирующими признаками. В составах экологических преступлений к таким обстоятельствам помимо указанного выше относятся: особые свойства предмета посягательства - животные, охотиться на которых полностью запрещено (ч. 1 ст. 259 УК), деревья и кустарники в определенных лесах (ч. 2 ст. 260 УК); последствия - крупный ущерб, существенный вред, тяжкие последствия (ст. 246, 247, 248, 249 и др.); место - заповедники, зоны экологического бедствия и чрезвычайной экологической ситуации, заказники (ст. 247, 250, 256, 258 и др.); способ - применение автотранспортных средств (например, ст. 258 УК); специальный субъект - лица, использующие свое служебное положение (ст. 256, 258, 260 УК). Отметим, что к квалифицирующим законодатель относит, как правило, объективные признаки состава, из которых, в свою очередь, наиболее часто встречаются последствия.

Единой точки зрения относительно вины в преступлениях с квалифицирующими признаками в науке нет. Различные подходы ученых к исследуемой проблеме, обусловленные различным пониманием содержания и сущности вины, изменениями в законодательстве, которых не учитывают те или иные позиции; условность отнесения ряда квалифицирующих признаков к определенному виду; неучет некоторых из них, например предмета, при формулировании выводов и иные причины того же порядка вызывают необходимость конкретизировать и дополнительно обосновать применение общих положений теории вины к квалифицированным составам экологических преступлений.

Для правильного решения вопроса о содержании психического отношения виновного к квалифицирующим признакам составов экологических преступлений необходимо использовать идею дифференцированного подхода: а) установить отношение к ним в неосторожных и умышленных преступлениях; б) в случаях, когда преступление совершается умышленными действиями (бездействием), установить отдельно отношение виновного к квалифицирующим последствиям и иным квалифицирующим признакам.

Мотивы и цели экологических преступлений в законе не предусматриваются.

Целью любого преступления принято считать представление о его конечном результате.

По общему правилу, под мотивом преступления понимается обусловленное потребностями и интересами осознанное лицом внутреннее побуждение, которое вызывает у него решимость совершить преступление и руководит им при его осуществлении.

Мотив является эмоционально пережитой потребностью к действию, «двигателем» деяния, толчком в психологическом механизме человеческого поведения.

Осознанность побуждений предполагает социальную оценку их лицом, понимание им того, к чему приведет их осуществление. Иными словами, формирование мотива подразумевает постановку цели преступления и обусловливает поведение, направленное на ее достижение.

Мотив может быть охарактеризован следующими признаками: это внутреннее, субъективное побуждение; он социально обусловлен, т.е. порожден внешней средой; в основе его происхождения лежат потребности, интересы, чувства и другие явления; в мотиве отражено единство интеллектуальных, волевых и эмоциональных свойств личности, взаимодействующих с социальной средой.

Из этих общих постулатов следует исходить и при рассмотрении мотивов преступного поведения в сфере экологии, ибо без решения общих вопросов невозможно рассмотрение проблемы в прикладном смысле.

Мотивы поведения можно разделить на преступные мотивы умышленных преступлений и мотивы деяний, приведших к совершению неосторожных преступлений.

Мотив экологических преступлений, как и других, - это антисоциальное побуждение. Мотивы и цели учитываются при квалификации преступлений.

Поскольку экологические преступления описаны таким образом, что мотив находится за пределами состава, следственные и судебные органы зачастую игнорируют его. Между тем степень общественной опасности личности преступника, совершившего преступление по различным мотивам, также различна даже при наличии одинаковых целей. Так, незаконная охота, совершенная по мотивам нуждаемости в продуктах питания, и совершенная из побуждений наживы отнюдь не равнозначны, что должно учитываться при решении вопросов ответственности и наказания виновных.

Ряд мотивов преступлений выступает в качестве общих смягчающих (ст. 61 УК) наказание обстоятельств. В ст. 61 УК указывается на совершение преступления по мотивам стечения тяжелых личных или семейных обстоятельств. Преступление против природы может быть совершено под влиянием угрозы или принуждения либо в силу материальной или служебной зависимости (п. «е» ч. 1 ст. 61 УК).

При решении вопроса о назначении наказания мотивы совершения преступления могут явиться основанием для применения ст. 64 УК, т.е. для назначения более мягкого наказания, чем предусмотрено санкцией конкретной природоохранительной нормы Особенной части УК, а также для решения вопроса об освобождении от уголовной ответственности с применением иных мер воздействия, либо условном осуждении, отсрочке исполнения приговора и иных мерах, не связанных с реальным отбыванием наказания.

Мотивы и цели преступлений связаны с причинами и условиями их совершения. Установление причин и условий позволяет вскрыть мотив и цель и наоборот - установление мотива и цели позволяет уяснить содержание и сущность причин и условий и, соответственно, - принять меры к их устранению.

Мотивы и цели поведения, приведшего к совершению неосторожного преступления, не имеют уголовно-правового значения, но они могут приниматься во внимание при определении направления профилактической работы. Эти мотивы и цели характеризуют личность правонарушителя, помогают выявить ее специфические особенности.

Определение круга лиц, ответственных за преступления, посягающие на отношения по охране природы, рациональному использованию ее ресурсов и обеспечению экологической безопасности населения, имеет существенное значение для правильного применения закона на практике.

В нормах Особенной части УК РФ, устанавливающих ответственность за посягательства в сфере экологии, о субъекте преступления, как правило, не говорится.

С позиций действующего законодательства субъектом экологического преступления может быть только физическое, вменяемое лицо, достигшее 16-летнего возраста. В некоторых статьях предусмотрен специальный субъект. Так, субъектами незаконной добычи водных животных и растений (ч. 3 ст. 256 УК), незаконной охоты (ч. 2 ст. 258 УК), незаконной порубки леса (п. «б» ч. 2 ст. 260 УК) могут быть лица, использующие свое служебное положение.

В случаях, когда субъект преступления в законе не обозначен в качестве должностного, частного или иного лица, нельзя дать однозначного ответа на вопрос, какое из них может быть субъектом экологического преступления. Рассмотрение проблемы предполагает дифференцированный подход.

На практике субъектами экологических преступлений, связанных с незаконным природопользованием (завладением природными ресурсами), признаются должностные лица, лица, выполняющие управленческие функции в коммерческих и негосударственных учреждениях, предприятиях и организациях, а также граждане.

В юридической литературе все преступления, совершаемые работниками с использованием служебного положения, делятся на три группы: общие, специальные и альтернативные. [26, c. 239]

Общие должностные преступления включены законодателем в главу 30 УК РФ, а совершенные работниками коммерческих и негосударственных структур с использованием своего служебного положения - в главу 23 УК.

Под специальными понимаются преступления, которые могут быть совершены указанными выше лицами не во всех, а лишь в отдельных сферах управленческой, хозяйственной и иной деятельности. Законодательно они не включены в главы 21 и 30 УК и являются разновидностью общих. Так, ч. 3 ст. 256 УК описывает по существу специальный вид преступления с использованием служебного положения (ст. 201 и 285 УК), тесно связанного с экологическим.

К альтернативным по субъекту относятся преступления, которые при определенных условиях могут быть совершены благодаря занимаемому субъектом служебному положению. Название это условное. В случае совершения преступлений должностными лицами или "управленцами" коммерческих и негосударственных структур, в связи с занимаемой должностью, они приобретают черты специальных видов преступлений, предусмотренных главами 23 и 30 УК.

Экологические преступления, которые могут быть совершены как лицами, использующими при этом свое служебное положение, так и любыми иными, составляют группу альтернативных по субъекту преступлений.

Представляется, что квалификация альтернативных экологических преступлений прежде всего зависит от описания признаков конкретного состава преступления в Уголовном кодексе.

Когда лицо совершает с использованием служебного положения экологическое преступление, но этот признак прямо не указан в конкретной норме, имеется идеальная совокупность должностного преступления (или преступления в сфере управления коммерческими и негосударственными структурами) и посягательства в области охраны природы.

При идеальной совокупности, как справедливо отмечает В.Н. Кудрявцев, начавшись одним действием, преступление затем как бы расщепляется: это действие приводит к двум различным последствиям, не охватываемым одной статей Особенной части УК. Вред причиняется двум разным группам общественных отношений, двум объектам преступного посягательства. В итоге совершается не одно, а два преступления. [41, c. 124]

Например, загрязнение водоемов, совершенное должностным лицом с использованием служебного положения, при наличии признаков состава должностного преступления должно квалифицироваться по совокупности с должностным преступлением (ст. 285 УК или 293 УК), а не просто как экологическое (по ст. 250 УК). А должностные лица, отдающие распоряжения о незаконной порубке леса, должны отвечать за злоупотребление властью или должностными полномочиями (ст. 285 УК) и за соучастие (организацию) в незаконной порубке леса.

Представляется правильным осуждение Мичуринским городским судом Тамбовской области по ч. 2 ст. 223 (загрязнение вод) и ст. 172 (халатность) УК РСФСР начальника цеха К. за то, что он не обеспечил надлежащее хранение хромового ангидрида. Химикат уходил в сточные воды, затем в реку Лесной Воронеж, что привело к массовой гибели рыбы и утрате химиката.

Приговором Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатской области от 14 октября 2003 года, Оразов А.Ш., осужден по ст. 201 ч. 2 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы, по ст. 253 ч. 2 УК РФ - к штрафу в сумме 600 минимальных размеров оплаты труда в сумме 60.000 рублей с лишением права занимать должность капитана-директора на производственных судах на срок 2 года.

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ окончательно назначено 1 год 6 месяцев лишения свободы со штрафом в сумме 500 минимальных размеров оплаты труда в сумме 50.000 рублей с лишением права занимать должность капитана-директора на производственных судах на срок 2 года. В соответствии со ст. 73 УК РФ постановлено наказание в виде лишения свободы считать условным с испытательным сроком 2 года.

Оразов А.Ш., занимавший должность капитана-директора МПБ «Остров-Итуруп», осужден за использование своих полномочий вопреки интересам коммерческой организации в целях извлечения выгод и преимуществ для себя и других лиц, что повлекло причинение существенного вреда охраняемым интересам государства и тяжкие последствия, и за разработку естественных богатств исключительной экономической зоны Российской Федерации без соответствующего разрешения.

Оразов А.Ш. не оспаривал, что, занимая должность капитана-директора плавбазы, он несет ответственность за все судно и за действия всех работников на судне.

Обязанности капитана-директора установлены «Уставом службы на судах рыбопромыслового флота Российской Федерации», Федеральным Законом РФ «Об исключительной экономической зоне РФ», «Правилами ведения рыбного промысла в экономической зоне, территориальных водах и континентальном шельфе РФ в Тихом и Северном Ледовитом океанах для советских промысловых судов, организаций и граждан».

В соответствии с положениями ФЗ РФ «Об исключительной экономической зоне РФ» лица, осуществляющие рыболовство и получившие разрешение на добычу водных биоресурсов (в это понятие входит не только непосредственный вылов добычи, но и погружение ее с других судов), обязаны представлять сведения об объемах вылова добычи, сроках, видах и район добычи, а также количество, качество и вид погруженных с других судов водных биоресурсов и продукции из них, а также о количестве, качестве и видах водных биоресурсов, выгруженных в иностранных портах.

Материалами дела установлено, что Оразов А.Ш. разрешение на ведение рыбного промысла в акватории Охотского моря имел. Промысел МПБ «Остров-Итуруп» под руководством Оразова А.Ш. заключался в приеме сырца минтая от промысловых судов, последующего выпуска готовой продукции и отгрузки готовой продукции на транспортные суда.

Вся деятельность по осуществлению промысла должна отражаться в судовых документах и соответствовать данным о количестве и качестве принятой на борт рыбы-сырца, о количестве изготовленной из принятого сырца готовой продукции и отгруженной готовой продукции на транспортные суда.

Вопреки этим требованиям, сведения, сообщаемые с МПБ «Остров-Итуруп» под руководством капитана-директора Оразова А.Ш. контролирующим рыбный промысел органам, не соответствовали действительности.

В ходе инспекторской проверки 25 марта 2002 года было установлено, что на борт МПБ «Остров-Итуруп» под руководством Оразова А.Ш. было незаконно принято и сокрыто от учета 1.731.367 кг минтая сырца, из которого изготовлено 1.240.206 кг сокрытой готовой продукции. Кроме того, выявлено, что за период с 28 февраля по 21 марта 2002 года с борта плавбазы осуществлялись перегрузы готовой продукции в адрес корейской фирмы без предоставления информации о перегрузе в органы, контролирующие рыбный промысел. [61]

Таким образом, объектом экологических преступлений являются конкретные общественные отношения по охране отдельных видов природных богатств, их рациональному использованию и обеспечению экологической безопасности населения.

Экологические преступления могут совершаться как в виде действия (например, загрязнение вод), так и в виде бездействия (например, невыполнение обязанностей, непринятие мер).

С субъективной стороны экологические преступления могут быть как умышленными, так и неосторожными, а субъектом экологического преступления может быть только физическое, вменяемое лицо, достигшее 16-летнего возраста. В некоторых статьях предусмотрен специальный субъект.

3 Проблемы применения уголовной ответственности за экологические преступления

3.1 Борьба с экологическими преступлениями и назначение наказания за их совершение

Конституция Российской Федерации 1993 г. в ст. 42 законодательно определила право каждого гражданина на благополучную окружающую среду и достоверную информацию о ее состоянии. [17, c. 31]

Владение этой информацией, свободный доступ к ней является той основой, которая реально может создавать и уже создает необходимые предпосылки к реализации каждым гражданином своего конституционного права на жизнь в условиях благоприятной окружающей среды.

В последние годы государством, его исполнительными властными структурами предприняты существенные усилия, чтобы граждане Российской Федерации владели этой информацией.

Ее анализ позволяет более точно определить не только общее состояние окружающей природной среды, но и сформулировать приоритетные задачи в области ее охраны, в том числе и с помощью правоохранительных органов.

Правоохранительные органы сами не владеют и не могут владеть в полном объеме необходимыми и средствами для борьбы с экологическими преступлениями. Поэтому в этой деятельности постоянно участвуют компетентные в соответствующей сфере работники многочисленных природоохранных органов и контрольных и надзорных служб. [34, c. 256]

В устранении угроз экологической безопасности, вызванных конкретными преступлениями, в рамках своей компетентности участвуют и органы исполнительной власти. [11, c. 20]

Борьба с экологическими преступлениями ведется на основании и в рамках законов, соответствующих им подзаконных актов. В них детально излагается порядок действий, направленных на предотвращение экологических преступлений, содержатся необходимые директивы правоохранительным и природоохранным ведомствам, инструкции по проведению первоочередных мероприятий, направленных на обеспечение мер экологической безопасности. Они определяют порядок передачи материалов об установленных фактах с признаками экологического преступления в органы милиции и прокуратуры.

Существенный вклад в борьбу с экологическими преступлениями вносят общественные экологические объединения, организации граждан, движение зеленых, российские, иностранные и международные неправительственные экологические организации, как правило, они активно взаимодействуют между собой и с государственными структурами по вопросам борьбы с экологическими преступлениями, оказывают помощь в этой деятельности природоохранным и правоохранительным органам, во многих случаях непосредственно сами предупреждают и выявляют также правонарушения.

Одним из важных условий повышений эффективности борьбы с экологическими преступлениями являются постоянное совершенствование правовой базы природоохранительной деятельности. В этом направлении проводится большая законотворческая работа, предпринимаются меры по консолидации усилий законодательной и исполнительной власти, общественных объединений федерального и регионального уровней.

Федеральные и региональные программы борьбы с преступностью, ранее не предусматривавшие мер по предотвращению экологических преступлений, стали в последние годы финансировать и обеспечивать соответствующее направление правоохранительной деятельности.

В борьбе с экологическими преступлениями и правонарушениями возрастает роль научно-практических конференций, совещаний, «круглых столов», проводимых по соответствующей проблематике. Они объединяют усилия, улучшают координацию в этой сфере деятельности в правоохранительных органов.

Наиболее распространенными формами содействия со стороны внутренних дел природоохранным органам являются: совместная разработка комплексных планов, участие в задержании правонарушителей, установлении его личности; проверка орудий и способов охоты и рыболовства; осмотр добытых животных и рыб: организация и проведение патрулирования, рейдов и засад; изъятие у браконьеров орудий незаконной охоты и рыболовства; получение от должностных лиц и граждан объяснения по поводу нарушений ими природоохранительного законодательства; составление протоколов и т.п. [58, c. 37]

Таким образом, органы внутренних дел относятся к числу специальных отраслевых государственных органов, решающих, в том числе в объеме своей компетенции, и задачи в области охраны природы с помощью организационно правовых средств, реализация которых направлена на укрепление экологического правопорядка и обеспечения экологической безопасности на территории РФ.

Важным направлением деятельности органов внутренних дел в области охраны природы является профилактика экологических правонарушений. Если исходить из того, что достижение наивысшей эффективности эколого-правовой деятельности органов внутренних дел проявляется в определенном снижении экологических правонарушений, то их важнейшей задачей становится выявление причин и условий, способствующих совершению экологических правонарушений, и разработка мер по их предупреждению.

Действенной формой профилактики нарушений природоохранительного законодательства является внесение органами внутренних дел представлений в соответствующие органы по фактам правонарушений. При этом в направляемом представлении необходимо конкретно и доходчиво указывать причины и условия, способствующие нарушению природоохранительного законодательства, и предложения по их устранению. [44]

Важнейшим звеном в сложном государственном механизме надзора за исполнением экологического законодательства и борьбы с экологическими преступлениями являются органы прокуратуры.

Они призваны вместе со специально уполномоченными на то государственными органами в области охраны окружающей природной среды обеспечивать экологический правопорядок.

В соответствии с Законом о прокуратуре РФ, органы прокуратуры осуществляют прокурорский надзор за единообразным и обязательным исполнением природоохранного законодательства органами представительной и исполнительной власти, государственного управления и экологического контроля, юридическими лицами, общественными объединениями, должностными лицами; проверку законности и полноты принимаемых ими мер по устранению выявленных нарушений и привлечению виновных к ответственности, а также защиту конституционных прав граждан на благоприятную окружающую природную среду, достоверную информацию об ее состоянии и на возмещение ущерба, причиненного их здоровью экологическими правонарушениями.

Каждый год прокурорами направляются в суды больше тысячи уголовных дел о варварском использовании природных ресурсов, загрязнении окружающей среды и других экологических преступлениях.

В зависимости от характера нарушений природоохранительного законодательства, их причин, распространенности правонарушений, их повторности, наступивших и возможных в будущем вредных последствий, степени вины правонарушителей, задач, которые стоят перед прокурором, применяется один из следующих актов прокурорского реагирования: протест, представление, постановление. [31]

Вместе с тем нельзя не заметить, что, предъявляя иски в суды и арбитражные суды, прокуроры нередко тем самым подменяют другие органы. Подавляющее число исков, если это не связано с рассмотрением судами уголовных дел, должны в первую очередь предъявляться уполномоченными на то органами: комитетами по охране природы, органами здравоохранения, местными органами власти и другими. Прокурорам же надлежит предъявлять иски преимущественно в случаях, когда это по какой-то причине не в состоянии сделать заинтересованные органы. Они должны всячески способствовать активизации и совершенствованию работы по возмещению материального ущерба этими органами, поддерживать, когда это необходимо, заявленные ими иски в судах и арбитражных судах.

В целях обеспечения правильного и единообразного применения судами законодательства об ответственности за экологические правонарушения судам рекомендовано обратить внимание на важность обеспечения правильного, единообразного и эффективного применения законодательства об ответственности за совершение экологических правонарушений. Высокая степень общественной опасности этого вида правонарушений обусловлена тем, что объектом посягательства являются стабильность окружающей среды и природно-ресурсный потенциал, а также гарантированное ст. 42 Конституции Российской Федерации право каждого на благоприятную окружающую среду.

Также судам следует иметь в виду, что при рассмотрении дел, связанных с нарушение экологического законодательства, особое значение приобретает установление причинной связи между совершенными деяниями и наступившими вредными последствиями или возникновением угрозы причинения существенного вреда окружающей среде и здоровью людей. [62]

Что касается принципов уголовной ответственности за экологические преступления, то Уголовным кодексом РФ предусматривается ряд принципов, которые имеют отношение к охране окружающей среды.

Прежде всего, преступность деяния, его наказуемость и иные уголовно-правовые последствия могут определяться только в УК РФ. Это означает, что никакие другие законы, в том числе и об охране среды, не могут предусматривать уголовной ответственности помимо УК РФ.

Законодательством предусматриваются задачи УК РФ, и хотя их немного, в них присутствуют экологические цели. Так, задачами УК РФ являются: охрана прав и свобод человека и гражданина (в том числе экологические), собственности (в том числе на природные ресурсы), общественного порядка и общественной безопасности (в том числе экологического правопорядка), окружающей среды, конституционного строя Российской Федерации от преступных посягательств, обеспечение мира и безопасности человечества (например, путем установления уголовной ответственности за экоцид), а также предупреждение преступлений (в том числе экологических).

Для обеспечения предупреждения и пресечения экологических преступлений немаловажное значение имеют принципы справедливости привлечения к ответственности и применения наказания, означающие необходимость установления виновности лица в общественно опасных действиях (бездействии) и наступлении общественно опасных последствий. Объективное вменение, то есть уголовная ответственность за невиновное причинение вреда, не допускается. Наказание должно быть справедливым: соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

Никто не может нести уголовную ответственность дважды за одно и то же преступление. Основанием уголовной ответственности является совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного УК РФ. Уголовное законодательство должно обеспечивать безопасность человека. [37]

При назначении наказания лицам, виновным в совершении экологических преступлений необходимо соблюдать принцип индивидуализации. Следует тщательно выяснять и учитывать всю совокупность обстоятельств дела, и, прежде всего, характер допущенных нарушений и данных о личности подсудимых, тяжесть последствий, размер причиненного вреда и др.

При этом виновному могут быть применены дополнительные наказания в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью.

За совершение экологических преступлений УК РФ предусматривает следующие виды наказаний:

- штраф, то есть «денежное взыскание, назначаемое в пределах, предусмотренных УК РФ, в размере, соответствующем определенному количеству минимальных размеров оплаты труда, установленных законодательством Российской Федерации на момент назначения наказания, либо в размере заработной платы или иного дохода осужденного за определенный период». Наказание в виде штрафа предусмотрено почти за все экологические преступления. Его размер зависит от характера совершенного преступления. Минимальный размер штрафа – 200 минимальных размеров оплаты труда, максимальный – до 700 минимальных размеров оплаты труда.

- лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью. «Данный вид наказания используется в виде основного или дополнительного в тех случаях, когда совершение преступления связано с должностным положением осужденного либо характером его профессиональной деятельности». Такое наказание предусмотрено за многие экологические преступления. Иногда установлен и срок действия данного наказания.

- обязательные работы, которые заключаются в выполнении осужденным в свободное от основной работы или учебы время бесплатных общественно полезных работ, вид которых определяется органами местного самоуправления. Они устанавливаются на срок от 60 до 240 часов и отбываются не свыше 4-х часов в день. Данный вид наказания установлен, в частности, за незаконную порубку деревьев и кустарников.

- исправительные работы. Отбываются по месту работы осужденного, при этом из его заработка производятся удержания в доход государства в размере, установленном приговором суда, в пределах от 5 до 20%. Такое наказание установлено, к примеру, за нарушение ветеринарных правил и правил, установленных для борьбы с болезнями и вредителями растений (до 1 года); за загрязнение атмосферы (до 2 лет); за порчу земли (до 2 лет); за нарушение режима особо охраняемых природных территорий и природных объектов (до 2 лет).

- ограничение свободы. Оно заключается в содержании осужденного, достигшего к моменту вынесения судом приговора восемнадцатилетнего возраста, в специальном учреждении без изоляции от общества в условиях осуществления за ним надзора. Такое наказание предусмотрено за порчу земли (до 3 лет); уничтожение критических местообитаний для организмов, занесенных в Красную книгу Российской Федерации (до 3 лет).

- арест. Он заключается в содержании осужденного в условиях строгой изоляции от общества. Предусматривается за загрязнение вод (до 3 месяцев); за загрязнение морской воды (до 4 месяцев).

- лишение свободы на определенный срок. Данный вид наказания предусматривается за многие преступления, в том числе за нарушение правил охраны окружающей среды при производстве работ (до 5 лет); за нарушение правил обращения экологически опасных веществ и отходов (от 3 до 8 лет); за нарушение правил безопасности при обращении с микробиологическими либо другими биологическими агентами или токсинами (от 2 до 5 лет); за загрязнение вод (до 5 лет); за загрязнение атмосферы (до 3 лет); за порчу земли (до 3 лет); за уничтожение критических местообитаний для организмов, занесенных в Красную книгу Российской Федерации (до 3 лет); за уничтожение или повреждение лесов (до 8 лет). Наиболее строгая уголовная ответственность предусмотрена за экоцид, то есть массовое уничтожение растительного и животного мира, отравление атмосферы или водных ресурсов, а также совершение иных действий, способных вызвать экологическую катастрофу. Данное преступление наказывается лишением свободы на срок от 12 до 20 лет.

Сейчас практику назначения уголовного наказания нельзя признать мерой, «сдерживающей преступность». Подавляющее большинство экологических преступлений общего характера отнесено законодателем к преступлениям средней и небольшой тяжести.

Отсюда следует, что законодатель, по-видимому, и не считает необходимым сдерживать экологическую преступность при помощи назначения наказания исключительно в виде лишения свободы.

3.2 Проблемы совершенствования уголовного законодательства в области охраны природы

Поскольку нормы уголовного права об ответственности за экологические преступления имеют бланкетные диспозиции, большое значение приобретает совершенствование норм экологического и иного законодательства, к которому отсылают нормы УК РФ.

С 1991 г. начался процесс обновления экологического законодательства. Попытка решить вопросы охраны природы с позиций приоритета человеческих ценностей, сбалансированности интересов экономики и экологии была предпринята в принятом 19 декабря 1991 г. Законе РСФСР «Об охране окружающей природной среды». Однако и после принятия этого Закона процесс обновления природоохранного законодательства в разные периоды шел с разной степенью интенсивности.

Законы природоохранного характера стали появляться на федеральном уровне лишь преимущественно с 1995 г., т.е. спустя два года после принятия новой Конституции РФ. [19, c. 73-74]

Сложившаяся к настоящему времени правовая база все еще не совершенна и не всегда способствует осуществлению необходимых мероприятий по охране окружающей среды и рациональному использованию природных ресурсов.

Все возрастающий пресс антропогенного воздействия на окружающую среду и увеличение в связи с этим количества экологических правонарушений; серьезность и многозначность их последствий; способность этих последствий «накапливаться» и проявляться лишь спустя длительное время; сложность устранения этих последствий, причинение вреда одновременно значительному числу граждан и т.д., - все это в настоящее время на порядок поднимает планку общественной опасности преступлений в сфере экологии. В связи с этим полагаем, что концепция ответственности за экологические преступления требует дальнейшей разработки. [22]

Относя экологические права граждан к разряду конституционных, законодатель тем не менее в целом считает экологические преступления преступлениями небольшой общественной опасности.

Санкции большинства норм об экологических преступлениях не только не адекватны общественной опасности деяния, но в силу своей «малозначительности» утратили даже превентивную функцию.

В целом главе «Экологические преступления» действующего УК присущи следующие недостатки:

- имеются пробелы в нормах УК, защищающих экологические интересы общества и государства;

- недостаточно полно отражены в УК положения норм международного права;

- наказуемость некоторых посягательств не приведена в соответствие с наказуемостью деяний, схожих по степени общественной опасности или являющихся менее общественно опасными;

- низок уровень юридической техники при формулировании ряда составов преступлений, что привело к созданию норм, заведомо «мертвых» в смысле их практического применения;

- имеет место неоправданная конкуренция ряда норм рассматриваемой главы между собой.

Имеющиеся в УК РФ существенные изъяны не только оказывают негативное влияние на формирование правоприменительной практики, но и отрицательно сказываются на эффективности борьбы с экологической преступностью. [15, c. 5]

В частности, в уголовном природоохранительном законодательстве имеется значительная пробельность в плане отражения норм международного права. Отсутствуют нормы об ответственности за некоторые посягательства, связанные с сохранением генофонда животного и растительного мира; за незаконную торговлю редкими и исчезающими животными; за незаконные трансграничные перевозки особо опасных веществ, хотя Россия как преемник СССР, взяла на себя соответствующие обязательства.

В действующем законодательстве не отражены либо неполно отражены вопросы ответственности за международные экологические преступления (экологический терроризм, загрязнение территории сопредельных государств, контрабанда природных ресурсов и представителей животного мира и др.). [14, c. 15]

В условиях перехода к рыночным отношениям и появления реальных предпосылок для установления частной собственности на землю и другие ресурсы природы в гражданское законодательство включены нормы, ограничивающие права собственника на пользование природными ресурсами, если он эксплуатирует их (или не использует) в ущерб общественным интересам. Поэтому за нарушение таких норм необходимо установить в соответствующих случаях уголовную и административную ответственность, т.е. предусмотреть правовые гарантии их соблюдения.

Представляется, что необходимо восстановить уголовную ответственность за самовольную добычу янтаря. Декриминализация ст. 167.2 УК 1960 г. вряд ли оправдана, так как расхищение янтаря с мест разработки приобрело массовый характер и причиняет значительный ущерб государству. По данным УВД Калининградской области, он составляет ежегодно более 500 млн. руб. [64]

Существует и такая проблема: как квалифицировать содеянное, если, умышленно загрязняя природный объект, виновный умышленно причиняет вред здоровью людей - как преступление против личности, поскольку они предусматривают более строгие санкции, или по статьям об экологических преступлениях? Полагаем, выход видится в том, чтобы в статьях об ответственности за экологические преступления прямо указать, что вред здоровью людей может быть причинен только по неосторожности. Например, ст. 246 УК после слов «за соблюдение этих правил» следует изложить в такой редакции: «если это повлекло по неосторожности причинение вреда здоровью человека», дополнить ее частями второй и третьей следующего содержания:

Часть 2. «Те же деяния, повлекшие существенное изменение радиоактивного фона, массовую гибель животных или иные тяжкие последствия».

Часть 3. «Деяния, предусмотренные частью первой настоящей статьи, повлекшие по неосторожности смерть человека».

Загрязнение вод является одним из наиболее опасных, распространенных и латентных экологических преступлений. Деяние подрывает биологические основы существования человека, вредит его здоровью, причиняет колоссальный экономический ущерб. Однако предусмотренное в ч. 1 ст. 250 УК наказание не соответствует степени общественной опасности преступления. Оно меньше, чем наказание за незаконную охоту (ст. 258 УК). Более опасно, чем незаконная охота, и преступление, предусмотренное ст. 259 УК. Эта статья устанавливает ответственность за гибель нескольких популяций особо охраняемых, редких и исчезающих видов растений и животных, занесенных в Красную книгу РФ, тогда как ст. 256 УК - за незаконный отстрел (отлов) хотя бы одного обычного животного. Наказуемо же деяние по ст. 259 УК чуть строже незаконной охоты. Преступление, предусмотренное ст. 257, опаснее деяний, предусмотренных ст. 256 и 258, а наказывается гораздо мягче. Полагаем, что эти несоответствия необходимо устранить.

На наш взгляд конструкция ст. 251 УК, также нуждается в существенной доработке. Статья предусматривает ответственность за нарушение правил выброса в атмосферу загрязняющих веществ или нарушение правил эксплуатации установок, сооружений и иных объектов, если эти деяния повлекли загрязнение или иное изменение природных свойств воздуха. Под нарушением правил выброса в атмосферу загрязняющих веществ понимается выброс их сверх предельно допустимых экологическим законодательством нормативов. Буквальное толкование закона позволяет привлечь к уголовной ответственности любое лицо (например, водителя автомобиля) за сам факт загрязнения воздуха сверх установленных нормативов. При такой конструкции не проводится разграничение административного проступка и преступления. В качестве последствия преступления предусмотрено загрязнение атмосферы или иное изменение ее свойств. Здесь имеет место тавтология, так как деяние - нарушение правил (загрязнение) влечет загрязнение воздуха (последствия).

Кроме того, в ч. 2 и 3 ст. 251 УК последствия связываются только с ухудшением здоровья или гибелью человека. Однако загрязнение воздуха может иметь и другие последствия: усыхание лесов и иной растительности, выпадение кислотных дождей, отравление земли, гибель животных и т.п.

Особую опасность представляет загрязнение воздушного бассейна в зонах острых экологических ситуаций и районах расположения особо охраняемых природных объектов.

В связи с этим в конструкцию ст. 251 УК необходимо, на наш взгляд, ввести последствия, аналогичные указанным в ст. 250 УК. Части 1 и 2 статьи предлагается изложить следующим образом:

Статья 251. Загрязнение атмосферы

1. Загрязнение атмосферы вследствие нарушения правил выброса загрязняющих веществ или нарушения правил эксплуатации установок, сооружений и иных объектов, повлекшее причинение вреда окружающей природной среде или здоровью человека, -

наказывается:

2. Те же деяния, повлекшие массовую гибель животных либо повреждение до степени прекращения роста лесов и сельхозрастений, а равно загрязнение особо охраняемой природной территории или объекта либо в зоне экологического бедствия либо в зоне чрезвычайной экологической ситуации или причинившие по неосторожности тяжкий вред здоровью человека, -наказываются:

3. Деяния, предусмотренные частями первой или второй настоящей статьи, повлекшие по неосторожности смерть человека, -

наказываются:

Установление последствий загрязнения воздуха на практике представляет большую сложность. В связи с этим можно предложить и альтернативный вариант проекта статьи, в которой ответственность предусматривается за само загрязнение воздуха выше допустимых пределов, кратное, например, определенному уровню загрязнения.

Превышение уровня ПДВ (предельно допустимых выбросов) до определенных пределов в таком случае влекло бы административную ответственность, а выше, и равно в зонах экологического бедствия и чрезвычайных экологических ситуаций, - уголовную.

На наш взгляд статья 259 УК малопонятна неспециалисту в сфере экологии и нуждается в совершенствовании с точки зрения юридической техники, поскольку:

а) содержит узконаучное специфическое понятие «критическое местообитание организмов, занесенных в Красную книгу РФ». Под «критическими местообитаниями» следует понимать пространство (местность), на котором обитают редкие и исчезающие виды животных и растений. Очевидно, так и следует изложить статью;

б) редакционно недоработана: речь идет о «местообитании для организмов», тогда как следовало бы по правилам русского языка говорить о «местообитании организмов»;

в) «краснокнижные» организмы есть ни что иное, как растения и животные (птицы, звери, рыбы, насекомые и др.). О них и следует вести речь;

г) под популяцией понимается совокупность особей одного вида, длительно занимающая определенное пространство и воспроизводящая себя в течение большого числа поколений. Популяция может занимать значительное пространство (ареал распространения) вплоть до пределов РФ. В связи с этим уничтожить площадь обитания популяции зачастую практически невозможно. Речь в статье должна идти о локализованном местообитании;

д) по смыслу статьи преступление окончено, когда уничтожены, как минимум, две популяции особо ценных животных и растений. Между тем высокую общественную опасность представляет уничтожение и одной популяции.

е) в статье речь идет только о Красной книге РФ, тогда как ее содержание следовало бы распространить и на Красные книги субъектов РФ, поскольку не все виды животных и растений, включенных в эти книги, одновременно находятся в Красной книге РФ.

В связи с изложенным полагаем, что ст. 259 УК можно было бы изложить следующим образом:

Статья 259. Уничтожение или повреждение мест обитания редких или исчезающих животных и растений

Уничтожение или повреждение места обитания животных и растений, занесенных в Красную книгу РФ либо в Красную книгу субъекта Федерации, повлекшие утрату вида таких животных и растений, -

наказываются исправительными работами на срок до двух лет, ограничением свободы на срок от одного до двух лет либо лишением свободы на срок от одного года до пяти лет.

Представляется целесообразным дополнить УК РФ новой статьей 259.1 следующего содержания.

Статья 259.1. Незаконная торговля животными и растениями, занесенными в Красную книгу Российской Федерации или подпадающими под действие международных договоров.

Незаконная торговля животными и растениями, занесенными в Красную книгу Российской Федерации или подпадающими под действие международных договоров, а равно организация такой торговли, продажа, скупка, дарение, транспортировка, пересылка этих животных и растений, их частей или дериватов, если это деяние совершено с причинением крупного ущерба, -

наказываются штрафом в размере от двухсот до пятисот минимальных размеров оплаты труда или ограничением свободы на срок до трех лет или лишением свободы на тот же срок.

Статья 262 УК предусматривает уголовную ответственность за нарушение режима заповедников, заказников, национальных парков, памятников природы и других особо охраняемых государством природных территорий, повлекшее причинение значительного ущерба.

Полагаем, что в ст. 262 УК необходимо указать, кому может быть причинен преступлением значительный ущерб. В принципе нарушением режима особо охраняемых территорий и объектов вред может быть причинен государству; субъекту Федерации, муниципальному территориальному образованию, в чьем ведении могут находиться особо охраняемые объекты; гражданину - работнику заповедника или национального парка, ведущему в них ограниченное хозяйствование; окружающей природной среде в целом и др. В тексте статьи адресат не обозначен. Между тем от этого зависит решение вопроса о содержании вреда как последствия преступления и о его размере, признаваемом существенным. Конечно же, в статье должны быть предусмотрены последствия экологического характера. В связи с этим целесообразно в данной статье после слов «повлекшее причинение» включить в текст слово «им».

Таким образом, одним из важных условий повышений эффективности борьбы с экологическими преступлениями являются постоянное совершенствование правовой базы природоохранительной деятельности. УК РФ, а именно глава 26 "Экологические преступления" нуждается в серьезной детальной доработке.

Заключение

Подводя итог проведенному исследованию, можно отметить следующее.

Антропогенное воздействие на природную среду приобрело такие масштабы, в которых оно уже подрывает естественную основу существования самого человека. Жизнеобеспечительные функции природных объектов и экосистем оказались нарушенными, что не замедлило сказаться на отношении человека к их качественному состоянию. Пришло понимание социальной ценности благоприятной окружающей среды.

Осознание обществом необходимости юридического регулирования отношений, возникающих в сфере реализации естественного права человека на жизнь в благоприятной природной среде, привело к созданию ряда законодательных норм, закрепивших экологические права граждан РФ, их гарантии и способы защиты, к введению в УК РФ специальной главы «Экологические преступления». Данная глава является одной из гарантий обеспечения предусмотренного ст. 42 Конституции РФ права каждого на благоприятную окружающую среду. По результатам исследования были сделаны следующие выводы и внесены предложения по совершенствованию действующего законодательства.

В России первые правовые нормы природоохранительного характера появились еще в «Русской Правде». При Петре I также принимались меры по охране животных - объектов охоты. Однако система норм, обеспечивающих охрану природы, начала складываться лишь к концу XIX в.

В уголовных кодексах РСФСР нормы об экологических преступлениях не были систематизированы и содержались в различных разделах, в основном в главе «Хозяйственные преступления».

УК РФ не содержит понятия экологического преступления. Нет единства по этому вопросу и в юридической литературе. Большинство авторов считают, что «экологическое преступление – это запрещенное уголовным законом под угрозой наказания виновное, общественно опасное деяние (действие или бездействие), посягающее на окружающую природную среду и ее компоненты, а также на экологическую безопасность населения и территорий, и состоящее в непосредственном противоправном использовании природных объектов или в противоправном воздействии на них, приводящее к негативным изменениям состояния и качества окружающей природной среды». Проанализировав различные мнения ученых можно сделать вывод, что под экологическим преступлением понимаются общественно опасные деяния, посягающие на природную среду, ее компоненты и общественные отношения по сохранению благоприятной для жизнедеятельности человека природной среды, рациональному использованию ее ресурсов и обеспечению экологической безопасности населения, и состоящее непосредственно в противоправном использовании природных объектов, как социальных ценностей, а также приводящие к негативным их изменениям. По характеру и степени общественной опасности экологические преступления, предусмотренные уголовным законодательством РФ, относятся к категории преступлений, не представляющих большой общественной опасности, либо преступлениям небольшой тяжести. Однако не стоит умалять общественную опасность экологических преступлений. Специфика экологических преступлений в том, что они не только представляют опасность в рамках одной страны, но и затрагивают интересы всего мирового сообщества.

Объектом экологических преступлений являются конкретные общественные отношения по охране отдельных видов природных богатств, их рациональному использованию и обеспечению экологической безопасности населения.

Экологические преступления могут совершаться как в виде действия (например, загрязнение вод), так и в виде бездействия (например, невыполнение обязанностей, непринятие мер).

Обязательным условием уголовной ответственности по ряду статей является наступление последствий. Часто экологический вред является необратимым, он не поддается восстановлению ни силами природы, ни деятельностью человека. Подсчитать экологический ущерб порой практически невозможно (например, выведение из оборота участка земли вследствие радиоактивного загрязнения).

Наступившие или возможные последствия могут быть различными, но всегда связанными либо с причинением вреда здоровью людей, либо с загрязнением природной среды. И здесь возникает вопрос о причинно-следственной связи. Установление причинной связи при совершении экологических преступлений требует специальных познаний в области экологии. С целью правильного разрешения уголовных дел органам предварительного расследования и судам в необходимых случаях следует назначать соответствующие экспертизы с привлечением к их проведению экологов, санитарных врачей и других специалистов.

Особую сложность в практике вызывает установление причинной связи в составах загрязнения природных компонентов, в которых в качестве квалифицированных последствий (вторичных последствий) названы смерть человека или заболевание людей. Причинная связь в таких случаях будет иметь место только тогда, когда вредное воздействие на природный объект (например, атмосферный воздух) точно установленного источника загрязнения повлечет изменение качественного состояния соответствующего природного объекта, а последнее окажет неблагоприятное воздействие на человека либо природную среду.

С субъективной стороны экологические преступления могут быть как умышленными, так и неосторожными.

Одним из важных условий повышений эффективности борьбы с экологическими преступлениями являются постоянное совершенствование правовой базы природоохранительной деятельности.

Наиболее распространенными формами содействия со стороны внутренних дел природоохранным органам являются: совместная разработка комплексных планов, участие в задержании правонарушителей, установлении его личности; проверка орудий и способов охоты и рыболовства; осмотр добытых животных и рыб: организация и проведение патрулирования, рейдов и засад; изъятие у браконьеров орудий незаконной охоты и рыболовства; получение от должностных лиц и граждан объяснения по поводу нарушений ими природоохранительного законодательства; составление протоколов и т.п.

Важным направлением деятельности органов внутренних дел в области охраны природы является профилактика экологических правонарушений.

Важнейшим звеном в сложном государственном механизме надзора за исполнением экологического законодательства и борьбы с экологическими преступлениями являются органы прокуратуры.

Они призваны вместе со специально уполномоченными на то государственными органами в области охраны окружающей природной среды обеспечивать экологический правопорядок.

К сожалению, УК РФ, а именно глава 26 «Экологические преступления» нуждается в серьезной детальной доработке. Ряд норм в ней (ст. 246, 255, 259, 262, например) в результате редакционных недоработок заведомо «мертвые» и практически не применяются на практике. Санкции отдельных схожих между собой по степени общественной опасности преступлений не приведены в соответствие, а наказание за некоторые опасные преступления предусмотрены более мягкие, чем за менее опасные (ст. 250, 251 и 258, например). Ущерб жизни, здоровью людей, природной среде, хозяйственной деятельности от экологических преступлений зачастую гораздо выше, чем от преступлений против личности, экономических и иных, но лишь два из них (ч. 2 ст. 247 и ч. 2 ст. 261 УК РФ) отнесены к тяжким. Другие, даже повлекшие гибель многих людей, к таковым не относятся. Отсутствуют нормы об ответственности за ряд общественно опасных деяний: экологическую контрабанду; незаконный ввоз с целью захоронения на территории РФ ядерных отходов; экологический терроризм; посягательства, связанные с уничтожением генофонда растений и животных; незаконную торговлю животными и растениями, занесенными в Красную Книгу РФ.

Список использованных источников

Нормативные правовые акты

1.Конституция российской Федерации (принята на всенародном голосовании 12 декабря 1993 г.) // Российская газета. – 1993. - № 237.

2.Водный кодекс РФ от 16 ноября 1995 г. // Собрание законодательства Российской Федерации. – 1995. - № 47. – Ст. 4471.

3.Земельный кодекс РФ от 25 октября 2001 г. // Российская газета. – 2001. – 30 октября.

4.Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях от 30 декабря 2001 г. // Российская газета. - 2001. – 31 декабря.

5.Комментарий к закону РФ «О животном мире» (постатейный) / Под ред. С.А. Боголюбова. – М.: Юрид.Дом «Юстицинформ», 2002. – 365 с.

6.Комментарий к закону Российской Федерации «Об охране окружающей природной среды» / Отв. ред. С.А. Боголюбов. – М.: Норма-ИНФРА-М, 2001. – 382 с.

7.Комментарий к УК РСФСР 1960 г. / Под ред. М.Д. Шаргородского, Н.А. Беляева. – Л., 1962. – 293 с.

8.Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 г. – М.: ИД Герда, 2006. – 163 с.

9.Федеральный закон «Об охране окружающей среды» от 10.01.2002 г. // Собрание законодательства Российской Федерации. – 2002. - № 2. – Ст. 133.

Научная и учебная литература

10. Андрейцев В.И. К модели экологических преступлений / В.И. Андрейцев // Вестник Московского университета. – 1998. - № 5. – С. 35-37.

11. Бакунина О.С. О некоторых проблемах борьбы с экологическими правонарушениями / О.С. Бакунина // Государство и право. – 1997. - № 1. – С. 18-22.

12. Боголюбов С.А. Некоторые проблемы экологического кодекса / С.А. Боголюбов // Журнал Российского права. – 2006. - № 5. – С. 3-11.

13. Боголюбов С.А. Экологическое право: Учебник для вузов. – М.: Норма-ИНФРА-М, 1999. – 433 с.

14. Боголюбов С.А. Экология: проблемы использования международного опыта \ С.А. Боголюбов // Московский журнал международного права. – 1992. - № 1. – С. 13-16.

15. Боголюбов С.А., Панкратов Л.Ф. Концепция развития экологического законодательства / С.А. Боголюбов, Л.Ф. Панкратов // Законодательство и экономика. – 1998. - № 8. – С. 3-8.

16. Бринчук М.М. Благоприятная окружающая среда – важнейшая категория права / М.М. Бринчук // Журнал Российского права. – 2008. - № 9. – С. 37-52.

17. Бринчук М.М. Обеспечение экологической безопасности как правовая категория / М.М. Бринчук // Государство и право. – 2008. - № 9. – С. 30-42.

18. Бринчук М.М. Правовая охрана окружающей среды от загрязнения токсичными веществами / Отв. ред. О.С. Колбасов. – М.: Наука, 1990. – 212 с.

19. Бринчук М.М. Теоретические проблемы формирования законодательства об окружающей среде / М.М. Бринчук // Государство и право. – 1998. - № 12. – С. 73-81.

20. Бринчук М.М. Теоретические проблемы экологизации законодательства: развитие идей О.С. Колбасова о концепции экологического права / М.М. Бринчук // Экологическое право. – 2008. - № 6.

21. Бринчук М.М. Экологические права граждан в контексте развития природоохранного законодательства / М.М. Бринчук // Вестник МГУ. Серия 11, Право. – 1996. - № 1. – С. 13-15.

22. Васильева М.Н. Концептуальные вопросы совершенствования экологической политики и законодательства об охране окружающей среды / М.Н. Васильева // Экологическое право. – 2007. - № 2.

23. Васильева М.Н. Природоохранные полномочия органов местного самоуправления: Проблемы реализации и правового регулирования / М.Н. Васильева // Конституционное и муниципальное право. – 2008. - № 19. – С. 24-32.

24. Вышинская З.А. Советское уголовное право. Часть Особенная. М., 1951. – 489 с.

25. Горбачев А.Н. Некоторые проблемы совершенствования законодательства о зонах экологического неблагополучия / А.Н. Горбачев // Государство и право. – 1999. - № 2. – С. 48-54.

26. Данилов Е.П. Уголовный кодекс Российской Федерации: Комментарии. Судебная практика. Справочные материалы / Е.П. Данилов. – М.: КНОРУС, 2004. – 768 с.

27. Демичев Д.М. Экологическое право. Особенная часть: учебник для вузов / Д.М. Демичев. – Минск: Вышэйш. шк., 2007. – 494 с.

28. Дубовик О.Л. Экологическое право: учебное пособие для студентов вузов / О.Л. Дубовик. – М.: Проспект, 2005. – 584 с.

29. Дубовик О.Л., Жалинский А.Э. Причины экологических преступлений / О.Л. Дубовик, А.Э. Жалинский. – М.: Юридическая литература, 1988. – 138 с.

30. Ефимова Е.Н. Развитие института юридической ответственности за экологические правонарушения в эколого-правовых исследованиях / Е.Н. Ефимова // Экологическое право. – 2007. – № 3.

31. Ергашев Е.Р. К вопросу о средствах прокурорского реагирования в сфере экологического законодательства / Е.Р. Ергашев // Экологическое право. – 2007. - № 5.

32. Желваков Э.Н. Экологические правонарушения и ответственность / Э.Н. Желваков. – М.: Юридическая литература, 1997. – 193 с.

33. Желваков Э.Н. Экологические преступления: понятие, виды, проблемы ответственности: Автореф. … докт. юр. наук. – М., 1991. – 41 с.

34. Желваков Э.Н. Уголовно-правовая охрана окружающей природной среды в РФ / Э.Н. Желваков. – М.: Зерцало, 2002. – 438 с.

35. Игнатов В.Г. Экологическое право: Учебник для вузов / В.Г. Игнатов, А.В. Кокин, В.Н. Кокин. – М., Ростов н/Д: МарТ, 2005. – 463 с.

36. Игнатьева И.А. Кодификация экологического законодательства: современные проблемы и условия применения / И.А. Игнатьева // Экологическое право. – 2008. - № 1.

37. Исмаилова П.У. Ответственность и наказание за загрязнение атмосферы / П.У. Исмаилова // Российский судья. – 2008. - № 7.

38. Казанцев В.П. Право граждан на информацию об окружающей среде / В.П. Казанцев //Российская юстиция. – 2000. - № 1. – С. 19-21.

39. Колбасов О.С. Охрана природы: правовые аспекты / О.С. Колбасов // Экологическое право. – 2008. - № 6.

40. Копылов М.Н. Юридическая ответственность за экологические преступления / М.Н. Копылов. – М.: РУДН, 2004. – 221 с.

41. Кудрявцев В.Н. Общая теория квалификации преступлений / В.Н. Кудрявцев. – М., 1972. – 328 с.

42. Курс советского уголовного права. Часть Особенная. Т. 4. – М., 1970. – 489 с.

43. Лопашенко Н.А. Экологические преступления: Комментарий к главе 26 УК РФ / Н.А. Лопашенко. – М.: Юридический центр Пресс, 2002. – 800 с.

44. Ляпунов Ю.И. Уголовно-правовая охрана природы органами внутренних дел / Ю.И. Ляпунов. – М.:ИНФРА-М, 2005. – 367 с.

45. Миронов О.О. Экология и нарушение прав человека: Специальный доклад Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации / О.О. Миронов. – М.: Юриспруденция, 2002. – 64 с.

46. Молчанов Б.А. Природное законодательство России (18 – начало 19 веков) / Б.А. Молчанов. – Архангельск, 2000. – 237 с.

47. Омигов В.И. Экологическая преступность / В.И. Омигов // СоцИс. – 2005. - № 7. – С. 104-106.

48. Петров В.В. Экология и право / В.В. Петров. – М.: Юридическая литература, 1981. – 224 с.

49. Плешаков А.И. Уголовно-правовая борьба с экологическими преступлениями: Автореф. …докт. юрид. наук. – М, 1994. – 48 с.

50. Поляков Ю. Надзор за исполнением экологического законодательства / Ю. Поляков, Д. Добрецов // Законность. – 2006. - № 2. – С. 14-16.

51. Правовые основы природопользования и охраны окружающей среды: учебное пособие для студентов вузов / И.В. Макарчук, А.В. Можаров, А.Н. Завершинский, А.В. Рязанов. – Тамбов: Изд-во ТГУ им. Г.Р. Державина, 2007. – 128 с.

52. Рарог А.И. Вина в советском уголовном праве / А.И. Рарог. – Саратов, 1987. – 148 с.

53. Российское уголовное право: учебник для студентов вузов / под ред. Л.В. Иогамовой-Хегай и др. – Изд. 2-е, перераб и доп. – М.: Проспект, 2008. – 660 с.

54. Сверчков В.В. Ответственность за экологические преступления по российскому уголовному законодательству / В.В. Сверчков. – Н.Новгород, 1998. – 269 с.

55. Сухарев А.Я. Экологическая преступность: ее социальные корни и общественная опасность. - М.:БЕК, 1996. – 146 с.

56. Тангиев Б.Б. История развития российского законодательства в области охраны окружающей среды / Б.Б. Тангиев // История государства и права. – 2006. - № 10. – С. 12-13.

57. Уголовное право. Особенная часть: учебник для вузов / ред. И.Я. Козаченко, Г.П. Новоселов. – 4-е изд., изм и доп. – М.: Норма, 2008. – 1006 с.

58. Чертова Н.А. Роль органов внутренних дел и перспективы их деятельности в обеспечении экологической безопасности России / Н.А. Чертова // Государство и право. – 2006. - № 5. – С. 35-40.

59. Экологическая безопасность. – М.: Юридическая литература, 1997. – 156 с.

60. Экологическое право: учебник для вузов / под ред. С.А. Боголюбова. – М.: Высшее образование, 2007. – 485 с.

Материалы судебной и иной практики

61. Определение Верховного Суда РФ от 08.04.2008 г. № 60-Д07-5 // Справочная правовая система «Консультант Плюс»

62. Постановление Пленума Верховного Суда РФ «О практике применения судами законодательства об ответственности за экологические правонарушения» от 5 ноября 1998 г. № 14 // Российская газета. – 1998. – 24 ноября.

Иные источники

63.www.mvd.ru/stats

64. www.uvd.westrussia.ru

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий

Другие видео на эту тему