Смекни!
smekni.com

Третье отделение собственной его императорского величества канцелярии (стр. 1 из 3)

СОДЕРЖАНИЕ

Введение 2

Глава 1 «Образование III отделения» 6

Глава 2 «Деятельность III отделения» 12

Заключение 17

Приложение 18

ВВЕДЕНИЕ

Обоснование темы:

Несколько поколений наших соотечественников росли, находясь в плену хорошо продуманной мифологии, исключавшей самостоятельные суждения. В «исторических» исследованиях нам предлагали строго выверенный набор «героев», столь же тщательно отобранный набор «злодеев». Белым пятном для нас остается по-прежнему практически весь XIX век и тем более, такая тема, как история русской политической полиции. Эту тему тщательно не исследовали дореволюционные историки, советские же исследователи подходили к архивам III отделения и Департамента полиции только как к материалу по истории революционного движения. Между тем выяснение социальной природы и функций полицейской организации является чрезвычайно существенным для понимания политики царского правительства. Эта задача еще не разрешена. Тем труднее дать очерк по истории хотя бы ограниченного промежутка времени жизни политической полиции. Я не претендую дать исчерпывающую характеристику III отделения времен Николая I. Задача моя заключается в том, чтобы в отдельных очерках сделать беглую сводку известного уже о III отделении материала, по возможности представить общие очертания этого учреждения.

Историография

История русской политической полиции остается до конца не изученной. Дореволюционные историки тщательно не исследовали эту тему. Созданному 3 июля 1826 года III отделению собственной его императорского величества канцелярии известный русский историк, современник императора Николая I, автор 29-томного собрания сочинений, Соловьев С.М. дает лишь поверхностную оценку, характеризуя общую структуру николаевского аппарата.

Другой не менее известный наш историк Ключевский В.О. в своем «Курсе русской истории» дает беглую характеристику III отделения, не раскрывая при этом сущность деятельности организации.

В отличие от двух вышесказанных историков, основоположник народничества, Герцен А.И., также современник Николая I, в своих работах дает подробнейшую характеристику структуры III отделения, называя его «центральной шпионской конторой»1 и жестоко обличая его деятелей: Бенкендорфа и даже самого императора. Герцен, ненавидевший Николая с той испепеляющей душу силой, с какой можно ненавидеть только тирана, утверждал, что император постоянно пробовал, имеет ли его взгляд свойство гремучей змеи – останавливать кровь в жилах. Из приведенной цитаты становится ясным, какова была оценка Герцена.

Исключительно описательный характер носит работа «История Министерства внутренних дел» Варадинова Н, опубликованная в Петербурге в 1859 году. Автор не выходит за рамки изложения событий, не пытаясь сделать ни анализа, ни обобщений, ни выводов хотя бы по основным направлениям работы III отделения.

Нельзя не отметить также барона Корфа М.А., чья саркастичная оценка Бенкендорфа, стоящего долгое время во главе III отделения, дает возможность совсем с другой стороны взглянуть на исследуемую проблему.

Важное место среди работ, посвященных XIX веку и непосредственно деятельности III отделения, занимает книга историка Шильдера «Император Николай. Его жизнь и царствование», впервые изданная в 1903 году. Обстоятельное исследование образования III отделения, его структуры и деятельности, а также применение мемуарных источников (письма Бенкендорфа в III отделение) делает эту книгу поистине уникальной в изучении данного вопроса.

Позиции советских историков существенно отличаются от позиций дворянских историков. В XX веке история III отделение рассматривается в русле революционного движения и социального неравенства, что уводит далеко в сторону от изучения самой сущности вопроса.

Взгляд на историю III отделения как на историю революционного движения и политической борьбы в I половине XIX века освещается в работе Мироненко С.В. «Страницы тайной истории самодержавия». И несмотря на то, что позиция, с которой выступает автор не совсем соответствует духу исследуемой эпохи, широкое применение мемуаров и документов того времени делает эту книгу бесспорно интересной для исторической науки.

Работа историка Троцкого И.М. «III отделение при Николае I», переизданная в 1990 году, посвящена малоизученной теме – сыскной и провокаторской деятельности политической полиции I половины XIX века. Ярко описаны фигуры руководителей печально знаменитого III отделения: Бенкендорфа, Дубельта, фон Фока, и самого императора. Исследования Троцкого доказывают, что в деятельности политической полиции всегда отражаются фундаментальные черты режима, который она защищает.

На широком фоне российской истории раскрываются события в работе двух современных авторов: Головкова Г. и Бурина С. – «Канцелярия непроницаемой тьмы», изданная в Москве в 1994 году. На основе многочисленных документов и материалов, в том числе малоизвестных, историки исследуют взаимоотношения русского революционного движения и политической полиции, их взаимопроникновение и взаимоподмену.

Список источников

Мемуарные:

1. Никитенко А.В. Записки и дневник. Т.1. СПБ., 1905.

2. Милютин Д.А. Воспоминания графа Д.А. Милютина. М., «Студия ТРИТЭ Никиты Михалкова «Российский архив». 1997.

Делопроизводственные:

3. Рейтблат А. И. Письма и агентурные записки Ф.В.Булгарина в III отделение. М., «Новое литературное обозрение».1998.

.

ГЛАВА 1

ОБРАЗОВАНИЕ III ОТДЕЛЕНИЯ.

Еще до окончания суда над декабристами император Николай I принял весьма важную меру, положившую известную печать на все последовавшие годы его царствования и находившуюся в прямой связи с событиями

14 декабря 1825 года: речь идет об учреждении III отделения собственной его императорского величества канцелярии и назначении генерал-адъютанта Бенкендорфа шефом жандармов.

В январе 1826 года Бенкендорф представил записку об учреждении высшей полиции, предлагая в ней назвать главу ее министром полиции и инспектором корпуса жандармов. За этой запиской последовали еще другие об организации корпуса жандармов. Однако, император Николай не пожелал присвоить задуманному новому учреждению название министерства полиции; вероятно, этому воспрепятствовали воспоминания наполеоновской эпохи, связанные с именами Фуше и Савари. Окончательно придумано было для нового учреждения и новое дотоле небывалое название: III отделение собственной его величества канцелярии.

25 июня 1826 года, в день рождения императора Николая, появился высочайший приказ о назначении начальника 1-й кирасирской дивизии, генерал-адъютанта Бенкендорфа, шефом жандармов и командующим императорской главной квартирой.

Директором канцелярии III отделения назначен был Михаил Максимович Фок, человек, несомненно, умный, разносторонне образованный и светский. Обширное знакомство и связи в высшем петербургском обществе давали ему возможность видеть и знать, что делалось и говорилось в среде тогдашней аристократии, в литературных и прочих кружках столичного населения. Вместе с тем Фок пользовался самой предупредительной дружбой и доверием генерал-адъютанта Бенкендорфа, о чем свидетельствует сохранившаяся переписка.

3 (15) июля 1826 года, состоялся высочайший указ на имя управляющего министерством внутренних дел Ланского, на основании которого уничтожалась особая канцелярия этого министерства и преобразовывалась в III отделение собственной его величества канцелярии, и повелено было уничтожить нужные по сему распоряжения. Во исполнение этого указа предписано было гг. начальникам губерний, чтобы они по предметам, в состав, помянутого Отделения вошедшим, доносили уже не по министерству внутренних дел, а прямо его императорскому величеству.

Генерал-адъютант Бенкендорф объясняет в своих записках появление III отделения следующим образом; он пишет: «император Николай стремился к искоренению злоупотреблений, вкравшихся во многие части управления, и убедился из внезапно открытого заговора, обагрившего кровью первые минуты нового царствования, в необходимости повсеместного, более бдительного надзора, который окончательно стекался бы в одно средоточие; государь избрал меня для образования высшей полиции, которая бы покровительствовала утесненным и наблюдала за злоумышлениями и людьми, к ним склонным. Число последних возросло до ужасающей степени с тех пор, как множество французских искателей приключений, овладев у нас воспитанием юношества, занесли в Россию революционные начала своего отечества, и еще более со времени последней войны, через сближение наших молодых офицеров с либералами тех стран Европы, куда заводили нас наши победы. Никогда не думая готовиться к этому роду службы, я имел о нем лишь самое поверхностное понятие, но благородные и благодетельные побуждения, давшие повод к этому учреждению, и желание быть полезным новому нашему государю не позволили мне уклониться от принятия образованной им должности, к которой призывало меня высокое его доверие.

Решено было учредить под моим начальством корпус жандармов.

Учрежденное в то же время III отделение представляло под моим начальством средоточие этого нового управления и вместе высшей секретной полиции, которая, в лице тайных агентов, должна была помогать и способствовать действиям жандармов. Государь, чтобы сделать эту должность более приятной в моих глазах, благоволил присоединить к ней и звание командующего своей главной квартиры.

Я неотложно приступил к делу, и Бог помог мне исполнить мои обязанности к удовольствию государя и не восстановив против себя общественного мнения. Мне удалось делать добро, оказывать многим одолжения, открыть много злоупотреблений и, в особенности, предупредить и отвратить много зла».1