Развитие организационно-управленческой мысли в России и за рубежом

РАЗВИТИЕ ОРГАНИЗАЦИОННО-УПРАВЛЕНЧЕСКОЙ МЫСЛИ В РОССИИ И ЗА РУБЕЖОМ Научную основу становления и развития организационно-управленческой мысли составляют образ жизни, система ценностей и смена парадигм социальных наук.

РАЗВИТИЕ ОРГАНИЗАЦИОННО-УПРАВЛЕНЧЕСКОЙ МЫСЛИ В РОССИИ И ЗА РУБЕЖОМ

Научную основу становления и развития организационно-управленческой мысли составляют образ жизни, система ценностей и смена парадигм социальных наук.

Образ жизни - это не только труд, общественная деятельность, семейно-бытовая сфера, досуг, но и упорядоченное взаимодействие людей, исполнение социальных ролей на основе их общественного статуса. Исполнение ролевых функций людьми в процессе их взаимодействия - жизненно необходимое условие самоорганизации общества, его функционирования как системы.

Под парадигмой понимаются признанные всеми научные достижения, которые в течение определенного времени дают научному сообществу модель постановки проблем и организации их решения.

Образ жизни, смена парадигм социальных наук, являясь основой организаторской мысли, находятся во взаимодействии, синтезе и соразвитии.

Образ жизни и система ценностей - это последующие звенья, которые являются организующими составляющими общества, соединяющими его с индивидом и поэтому становящимися главными механизмами включения человека в систему глобальной общественной организации. При этом если образ жизни есть сфера непосредственной реализации социальных функций человека, то система ценностей, прежде чем выявить себя в роли организатора внешнего поведения индивидов и их взаимных общественных связей, порождает в сознании специальную систему ценностных ориентации и только через ее посредство проявляет свою социально-организаторскую функцию. Поэтому даже при наличии единства между образом жизни и системой ценностей не всегда направления их воздействий на чело века совпадают, гармонируют между собой. Зачастую наблюдается их конфронтирующие влияния, когда, напри­мер, человек, будучи вынужденным, в силу своего статуса, вести определенный образ жизни, усваивает неадекватную систему ценностей.

Жизнедеятельность человека, всегда связанная с реализацией его витальных функций, направлена на овладение, усвоение адекватных ему материальных и духовных объектов (идеи, принципы, эталоны деятельности), которые суть ценности. Жизнь людей, а все существенные аспекты ее являются социальной реальностью, есть практическое развитие организаторской мысли, опосредованное материальными и духовными ценностями, как в процессе производства, так и за его пределами (общественная деятельность, семейно-бытовые отношения, сфера досуга). При всем разнообразии позиций и установок взаимодействующих индивидов в пределах данного общества люди, исходя из некоторой единичной системы ценностей, преобразуют ее каждый в свою личностную структуру ценностных ориентации. Для упорядочения этих ориентации взаимодействующие индивиды должны ориентироваться на ценности, имеющие организационно единую систему знаний.

В силу того, что ценности предназначены для удовлетворения потребностей и являются продуктами производства, они опосредуют взаимодействие людей в их жизнедеятельности. Не опосредованных ценностями связей между людьми почти не существует. Прогресс человека, развитие цивилизации, а на их основе и организационно- управленческой мысли, представляет собой создание все увеличивающегося и дифференцирующегося мира ценностей и все большее усложнение ценностных связей людей между собой. Всякая ценность характеризуется двумя свойствами - значением и личностным смыслом. Личностный смысл ценности - ее отношение к потребностям человека. Оно определяется как объектом, выполняющим функцию ценностей, так и самим человеком.

Началом научного становления организаторской мысли в обществе считается период формирования античной парадигмы, возникшей в Древней Греции в IV в. до н. э. Ее творцами были Платон (427 - 347 гг. до н. э.) и Аристотель (384 - 322 гг. до н. э.). В классических трудах Платона «Государство». «Законы», «Политика» заложены основы не только философии, но и теории организации государства и права. В трудах Аристотеля - ученика Платона, превзошедшего своего учителя (диалог «О философии», «Органон», «Категории», «Политика», «Риторика», «Метафизика», «О душе»), излагаются основы логики и теории познания, политическо-правовых наук и этики, искусствознания, политической экономии. Это была подлинная энциклопедия накопленных за время трех первых цивилиза­ций знаний о рациональной организации общества.

Античная, платоно-аристотелевая система знаний в области организации была общепризнанной в течение почти двух тысячелетий, пережив последний взлет в период Ренессанса, что доказывает жизненность этой системы, основанной на целостном восприятии форм организационного, социального, политического и государственного устройства, правовых и этических норм. В Римской империи, Византии, арабских халифатах эти взгляды развивались и дополнялись в частностях, но основы их сохранялись.

Другая, более ранняя разновидность античной парадигмы, возникшая в Китае, была сформулирована в трудах Конфуция (551 - 470 гг. до н. э.) и его последователей. Центральное место в учении Конфуция занимает человек, концепция гуманности, человечности отношений в семье, обществе, государстве, в основе чего лежит уважение к родителям, старшим, властям. Конфуций разрабатывал основы философии, политики, этики. Элементы учения конфуцианства сохранились в Китае до наших дней, равно как и реликты парадигмы обществоведения, сложившейся и Индии в IV - III вв. до н..

Преобладание средневековой парадигмы обществоведения относится к периоду расцвета феодализма. Не отличительной чертой было господство мировых религий (христианской, буддийской, мусульманской, иудейской), признание божественных законов, предопределявших поведение и судьбу человека, народа, государственное устройство, незыблемость правовых и этических норм, освященных религиозными канонами.

Как отмечал Й. Шумпетер,[1] была предпринята попытка соединения средневековой схоластики, церковных догматов с учением Аристотеля. Преуспел в этом Фома Аквинский (1225 - 1247), который, объединив естественную и сверхъестественную (результат божественного откровения) теологию, стремился приспособить философию Аристотеля к нуждам церкви. Юридические науки развивали римское право. Постепенно менялось отношение схоластов к собственности, цене (учение о справедливой цене), коммерческой деятельности, кредиту, отражая развитие рынка и рождение капиталистических отношений.

В период утверждения капиталистической организации общественного развития, формирования основ инду­стриальной цивилизации общественные науки освобождаются от религиозных догм или признают их формально. Лидирующая роль переходит к экономическим доктринам, которые выражали менталитет «экономического человека» и отражали разные подходы к пониманию организации рыночно-капиталистических экономических отношений. При всем различии классической буржуазной политической экономии, марксистской и вульгарно-марксистской экономических теорий, кейнсианства, либерализма и неолиберализма - все это, по сути, разновидности организации экономической парадигмы индустриальной цивилизации на разных этапах ее жизненного цикла. То же самое можно сказать о философии, начиная с гегельянско-фейербаховских

научных школ, которые модифицировались и дифференцировались в марксистской философии, позитивизме, в многообразии философских течений XX в., отражавших разброд и хаос организации индустриального общества.

Крупным событием стало рождение социологии, как фундаментальной, так и многочисленных прикладных направлений, помогавших объяснить и более успешно решать практические задачи организации усложнявшейся социальной структуры и общественной жизни позднеиндустриальной цивилизации.

Политология выражала системы взглядов и интересов основных классов капиталистического общества, этапов становления, развития буржуазной демократии.

Юридические науки исповедовали организацию государственно-правового строя индустриального общества с минимальным огосударствлением в период его расцвета (XIX в.) и с максимальным - в фазе его заката (особенно во второй и третьей четверти XX в.).

Исторические науки, подпитываемые нарастающим потоком археологических находок, выражали парадигму стадиальной организации развития общества с вершиной в индустриальную эпоху и с разными школами теории организации, имевшими, при всем их различии, отпечаток господствовавшей парадигмы на разных стадиях ее становления, развития и упадка.

Господствовавшая система взглядов индустриального общества оказалась в состоянии нарастающего кризиса в XX в., что выражает состояние всеобщего кризиса, неустойчивости и противоречивости организации самого этого общества. Смена фундаментальных основ организации на всех ступенях пирамиды общества породила множество научных фактов, не укладывавшихся в привычную систему взглядов, не способных успешно решать возникающие проблемы теории организации и организации науки. Все большая дифференциация обществоведческих наук и умножение научных школ отражали усилия найти решение задач, но общая картина радикально меняющегося общества становилась вес более неясной.

Сквозь истончившееся полотно индустриальной парадигмы начинают проступать элементы новой парадигмы, которая отражает зачатки фундаментальных теоретических основ организации постиндустриального общества.

Формирование организационных основ новой постиндустриальной парадигмы проходит в несколько этапов. Первый из них относится к 20 - 30-м годам XX в., когда итоги Первой мировой войны, волны революций и мирового экономического кризиса 1929- 1933 гг. подорвали веру в прочность основных положений господствовавшей индустриальной доктрины и подтолкнули научную мысль к активному поиску новых подходов, способных объяснить происходящие перемены. Вторым этапом ухода от этой доктрины считается время после Второй мировой войны. Глобальные кризисы, охватившие все стороны организации жизнедеятельности общества в последней четверти нашего столетия, поставили точку в судьбе индустриальной парадигмы.

Новым шагом в развитии организационно-управленческой мысли становится примат человека в системе источников саморазвития общества. Это не исключает признания того факта, что человек как существо биосоциальное является высшим продуктом эволюции природы, что его существование невозможно без окружающей среды, материального производства. Но не это главное в современном человеке. Главное - накопленные усилиями десятков и сотен поколений научные знания, культурное наследие, нормы нравственности, идеологические установки. Созданный человеком искусственный мир (включая средства и предметы труда) — не более чем материализированные организационный опыт, знания и труд, преобразующие окружающий мир применительно к потребностям и интересам общества. Утверждение «сознание определяет бытие» становится столь же правомерным, как и обратная аксиома «бытие определяет сознание». И с каждой очередной ступенью развития общества роль сознания, духовной жизни возрастает, социальное в человеке берет верх над биологическим. Это можно считать общесоциологической закономерностью развития теории организации на рубеже XX - XXI веков. Уходит в прошлое господство вульгарно материалистической доктрины, превращавшей человека в винтик, придаток саморазвивавшейся гигантской машинной системы. Человек - творец своего настоящего и будущего, вынужден считаться с законами окружающего мира, умело (или бездарно) использовать эти законы для достижения сознательно поставленных целей.

Лидирующая роль гуманитарных и общественных наук в системе истоков организации познания логично вытекает из сказанного. Так было на заре зарождения научного познания в Древней Греции, где главное внимание уделяли изучению человека, общества, роли государства, демократии. Так было и в средневековом обществе, где первенствовали теология, схоластика, философия, исторические и правовые науки, и лишь во времена научно-технических и промышленных революций XIX-XX вв. первенство перешло к естественным наукам, а в обществоведении - к экономическим, отражавшим реалии индустриального хозяйства.

Конец XX в, характеризуется становлением основ гуманистического постиндустриального общества, в связи с чем на передний план выдвигаются науки о человеке и обществе. От выяснения сути перемен, происходящих в потребностях и способностях человека, его знаниях, навыках, интересах: закономерностей народонаселения и его взаимоотношений с окружающей средой; тенденций дина­мики технологических систем: экономических и социально-политических отношений; духовного мира зависит будущее общества: сумеет ли оно дать достойный ответ на крупнейший в своей истории вызов, преодолеть самое опасное противоречие индустриальной эпохи - поляризацию богатства между народами, странами, социальными группами внутри государств. Если эта тенденция не будет остановлена и повернута вспять, то столкновение локальных цивилизаций в XXI и. может стать неизбежным, что грозит катастрофой для всего человечества и для биосферы и целом. Земля может вновь стать безжизненной планетой. Только гуманитарные и общественные науки могут вывести общество из этого прогнозируемого тупика, помочь выбрать новую систему глобальных и национальных приоритетов и создать эффективный организационный механизм их реализации.

Происходит смена лидеров и внутри системы общественных наук. Экономические науки уступают лидерство социологии и философии истории, которые помогают выявить главные причины и закономерности в хаосе катастрофических перемен переходного периода, с большей достоверностью предвидеть будущие сдвиги. Возрастает значение политологии, юридических наук, культурологии, организации.

В методологии обществоведения на первое место выходит познание закономерностей циклической динамики, социогенетики, эволюции общества. Н.Д. Кондратьев отмечал, что «основными разделами номографической экономической теории служат статика, динамика и генетика».[1]

Статика изучает структуру общества, взаимодействие образующих его элементов в состоянии покоя, точнее, относительно равновесного движения. Эта стадия познания необходима, без нее невозможно понять суть изучаемого объекта, его внутреннюю структуру, важнейшие взаимодействия. Но это только первый этап познания. Затем следует исследование закономерностей и тенденций развития общества, что неизбежно приводит к пониманию закономерной неравномерности движения, волнообразно-спиралевидной траектории, - центр тяжести переходит к выявлению циклической динамики, периодической смены кризисов, оживления, подъема, зрелости и снова кризиса. Обнаруживается всеобщность циклических ритмов, их многообразие, резонирующее взаимодействие. Это более высокая ступень развития обществоведения, но не последняя.

Вершиной познания тонких механизмов эволюции общества является социогенетика, позволяющая раскрыть суть и взаимодействие наследственности,

изменчивости и отбора в переходе общества от ступени к ступени, содержание и последствия саморазвития человечества.

На стадиях становления и зрелости индустриального общества преобладал статический подход к изучению различных его сторон, хотя уже тогда наблюдались элементы цикличной динамики и социогенетики.

Обострение противоречий, кризис преобладавшей парадигмы обществоведения в фазе заката индустриального общества послужили мощным толчком к исследованиям цикличной динамики и социогенетики. Их основателями являются: П. Сорокин. Н. Кондратьев, О. Шпенглер. Й. Шумпетер, А. Тойнби, А. Чижевский; вторая волна - Ф. Бродель. Г. Менш. У. Ростоу, А. Шлезингер, Э. Тоффлер, И. Дьяков, В. Келле, Л. Абалкин, В. Маевский, Ю. Яковец, Ю. Осипов.

Попытки объединить статический и динамический подходы предпринимаются современной эволюционной теорией, особенно в организации. Следовательно, само обществоведение, чтобы ответить на вызов эпохи и занять лидирующее место в системе наук, должно во многом преобразоваться, адекватно отражая структуру, циклическую динамику и генетику постиндустриальной цивилизации.

Центральное место в обществоведении начинает занимать теория трансформации переходных процессов, диагностики и предвидения, неизбежных в цикличной динамике кризисов и путей выхода из них с наименьшими потерями. Подобно медицине, которая дает возможность диагностировать разнообразные болезни организма и выбирать наиболее эффективные средства и способы их лечения, теория кризисов и трансформаций становится важнейшей составной частью теории организации в целом. Она помогает выявить диагностические признаки и причины кризисных потрясений, бифуркаций, катастроф, которыми столь богато общество переходного периода, прогнозировать ход и исход этих социальных болезней и выбирать эффективные методы их лечения.

Преобладающей тенденцией становится синтез званий, взаимное обогащение наук как внутри обществоведения, так и со смежными гуманитарными, общественными и техническими науками. Единая в античном обществе научная картина мира сменилась в средневековом и индустриальном стремительной дифференциацией наук, глубокой специализацией ученых. В переходные эпохи появлялись ученые-энциклопедисты (Аль-Бируни, Леонардо да Винчи, М.В. Ломоносов, К. Маркс, В.И. Вернадский, А.Л. Чижевский), но они были исключением, а не правилом. Углубленное разделение научного труда способствовало накоплению научных факторов и обобщений, но росли стена непонимания «на стыках» разных наук, их отчуждение друг от друга.

Для конца XX в. характерна новая волна синтеза наук. Это находит выражение в усилении резонансного взаимодействия различных научных школ, появлении «гибридных» наук на стыках различных отраслей знаний, усилении роли философии, истории, разработке общеметодологических проблем (теории циклов, социогенетики. синергетики, теории кризисов, теории организации), исходных подходах в использовании математических методов и т.п. Такая тенденция служит важнейшей предпосылкой научной революции, которая откроет дорогу для новой волны развития организационной мысли, так как теория организации - междисциплинарная наука, и она изучает достижения других наук с организационной точки зрения.

Интеграционные тенденции наблюдаются не только внутри системы общественных и гуманитарных наук, но и в смежных группах наук - естественных и технических. Здесь также происходит, хотя и не столько ярко выраженный, процесс смены парадигм, как общих, так и частных, формируя новую картину мира, процесс выбора между негативным и позитивным вариантами развития ноосферы, отражая развертывающийся процесс демилитаризации. В и юге общенаучной революции в начале следующего века сформируется система взглядов, адекватных постиндустриальному обществу, и в этой системе одно из ведущих мест будет принадлежать всеобщей теории организации.

Происходит перемещение географического эпицентра переворота в обществоведении, как это не раз случалось в прошлом. Эпицентром античной парадигмы были Средиземноморье. Древняя Греция, с последующим перемещением в Александрию, а затем — в Древний Рим. Затем наблюдалось новое перемещение эпицентра на Восток - в Византию, арабский мир. Среднюю Азию, Китай, Индию. Однако в годы научной революции XIV - XVII вв. и Ренессанса лидерство вернулось в Европу - Италию. Францию, Нидерланды. Великобританию, где были заложены фундаментальные основы индустриальной парадигмы обществоведения во всех его звеньях - экономике, философии, истории, социологии, праве, культурологии. При всем обилии и внешней несовместимости научных школ они отражали те или иные стороны или этапы формирования индустриальной цивилизации, присущие ей противоречивые механизмы саморазвития и самоорганизации.

Конец XX в. характеризуется новым движением маятника научного познания общества на Восток, прежде всего в Россию, которая становится эпицентром формирования постиндустриальной парадигмы обществоведения.