Смекни!
smekni.com

Способы модификации поведения и типология речевых актов (стр. 4 из 4)

Упрек может быть адресован участнику общения, если выполнение им определенной социальной роли не совпадает с ролевыми ожиданиями:

Сначала бы сесть предложили, хозяин. У меня ноги не казенные. (Брагинский, Рязанов, «Аморальная история»)

Вот, скажем, у вас тут написано «убегал». И рядом - «бегал». Неужели так трудно поискать что-нибудь еще? (Володин, «Осенний марафон»)

В данной ситуации гостья ожидает от хозяина приглашения сесть. Это действие обязательно для носителя социальной роли «хозяин» в ситуации приема гостей. Так как сесть не предлагают, гостья напоминает адресату высказывания о его ролевых обязанностях.

Необходимо также отметить, что экспрессивные речевые акты, одновременно с эмоциями выражающие побудительную интенцию, в процессе общения могут влиять на взаимоотношения между коммуникантами.

Речевой акт упрека – наиболее распространенный среди экспрессивных речевых актов в ситуации модификации поведения собеседника в российской коммуникативной культуре. Среди всех зафиксированных высказываний доля речевого акта упрека – 4,5 %.

Третьей разновидностью недирективных способов модификации поведения или состояния собеседника являются комиссивные речевые акты, среди которых мы выделяем речевой акт обещания и речевой акт угрозы. Используя комиссивный речевой акт в описываемой ситуации, говорящий смещает коммуникативный фокус на те действия, которые он обязуется выполнить.

Используя речевой акт обещания, т.е. принимая на себя некоторые обязательства, говорящий тем самым может воздействовать на поведение собеседника:

Я все объясню после урока! – прекратил вопросы Соломатин. (Брагинский, «Учитель пения»)

Позже я тебе все объясню. Сейчас некогда. (Брагинский, Рязанов, «Берегись автомобиля»)

Речевой акт обещания является периферийным способом модификации поведения собеседника. На его долю приходится 0,5% от общего количества собранных нами высказываний-модификаторов.

Угроза. Этот речевой акт по своей сути является гибридным, поскольку сочетает в себе признаки директива и комиссива. От предупреждения он отличается прямым называнием неблагоприятных для адресата последствий, вероятность которых в случае невыполнения действия весьма велика. Использующий данный речевой акт коммуникант находится в приоритетной коммуникативной позиции и, как правило, угроза приводится в действие самим говорящим.

Не хотите предъявлять документы, я запишу номер машины, установим владельца и сообщим на работу! (Брагинский, Рязанов, «Аморальная история»)

Если ты ее хоть пальцем тронешь, я тебе все ребра переломаю! (Брагинский, Рязанов, «Гараж»)

А вы, девушка, топайте отсюда, пока по хлебальнику не схлопотали, - сказал водитель. (Володин, "Осенний марафон")

Пой, Павка! – пригрозил Шура. – А не то мы тебе так набьем! (Брагинский, «Учитель пения»)

Если ты еще раз кинешь книжку на пол, я у тебя ее совсем заберу и больше не дам. (Устная речь)

Речевой акт угрозы используется российскими коммуникантами в 0,9 % зафиксированных нами ситуаций модификации поведения собеседника.

Количественный анализ фактического материала показал, что речевые акты просьбы (16,3 % от общего количества высказываний), совета (9,3 %), распоряжения (7,7 %), требования (8,3 %), а также приказа (7,2 %) в российской коммуникативной культуре являются основным средством управления поведением собеседника. Необходимо также отметить распространенность использования экспрессивных речевых актов в ситуации вербального воздействия на поведение собеседника. По нашему мнению, экспрессивы составляют ближнюю периферию поля высказываний - модификаторов. К дальней периферии относятся некоторые типы директивных речевых актов, а также ассертивы и комиссивы (см. таблицы 1 и 2).

Помимо перечисленных выше речевых актов в российской коммуникативной культуре существует гибридный речевой акт, широко используемый с целью коррекции поведения адресата. Этим речевым актом является замечание.