Смекни!
smekni.com

Фразеологизмы русского языка (стр. 3 из 6)

В языке писателей XIX в. у этого фразеологизма отмечалась другая форма употребления: приходить на мысль кому (видовая пара: прийти на мысль кому). Например: «Она вздрогнула, ей пришло на мысль, что она будет плясать перед убийцею отца своего; эта мысль как молния ворвалась в ее душу и озарила там следы минувшего» (Лермонтов, Вадим). «Приходило мне тоже на мысль: неужели ему не к кому ходить, кроме меня?» (Достоевский, Подросток).

Фразеологизм не идет на ум кому (видовая пара: не пойдет на ум кому) также имеет форму употребления не идет в голову кому и не пойдет в голову кому. Его обычное значение 'нет желания или возможности делать что-либо, думать о чем-либо; кому-либо не до того, чтобы заниматься чем-нибудь': «Ужин, однако, на ум не шел; минуту спустя, не сговариваясь, мы оба потянулись к папиросам» (Н. Почивалин, Летят наши годы).

Но в русском языке XIX в. у этого фразеологизма, возможно, была еще одна форма употребления не пойдет в ум кому что, которая восходит, по всей вероятности, к языку XVIII в. В одних случаях, когда фразеологизм употреблялся со значением 'нет желания, возможности делать что-либо', отрицательная частица опускалась. Ср.: «Стрекоза уж не поет: И кому же в ум пойдет На желудок петь голодный!» (И. А. Крылов, Стрекоза и Муравей). «[Простакова:] Век живи, век учись, друг мой сердешный! Такое дело. [Митрофан:] Как не такое! Пойдет на ум ученье. Ты б еще навезла сюда дядюшек!» (Д. И. Фонвизин, Недоросль). В других (и, видимо, чаще всего) употребление этой формы связывалось со значением фразеологизма ?не усваивается, не запоминается, не воспринимается что-либо': «Я, Варенька, старый неученый человек; смолоду не выучился, а теперь и в ум ничего не пойдет, коли снова учиться начинать» (Достоевский, Бедные люди).

В мгновение ока. Современный трехкомпонентный фразеологизм в мгновение ока 'моментально, вмиг, очень быстро' употребляется в неизменяемой форме: «Жухрай, которого молодой Литке перебросил в мгновение ока из одного конца города в другой, не мог не выразить своего одобрения» (Н. Островский, Как закалялась сталь). «Как только войска прорывают мощно укрепленные районы противника и выходят в менее подготовленную к обороне местность, век обстановка жизни в мгновение ока преображается» (Э. Казакевич, Весна на Одере). В такой форме фразеологизм отмечается давно. «Разгоняет он [ветер] во мгновение ока все тучи» (Ш. Роллен, Римская история, 1761). Однако окончательная утрата выражением в мгновение ока внутренней формы относится, видимо, к XIX в. Для XVIII в. были естественны еще такие словосочетания, как в мгновении ока, в одно мгновение ока, в одном или едином мгновении ока, во вся и во всяком мгновении ока и т. д. «И се во мгновении ока огненная колесница вознесла апостола и витязя по воздуху» (А. Д. Кантемир, О множестве миров). «В войне никогда в безопасности быть неможно, и солдаты всегда надобны, такожде должно им во вся мгновения ока в готовности быть» (Артикул воинский, 1715). «Я не могу вам описать всю мою радость, какову я тогда имел, когда из сахарных ея уст произнеслися сия речи: ибо я себя увидел в едином мгновении ока, что из всех безчастливейших человеков стал я быть наищастливеишим всех» (В. К. Тредиаковский, Езда в остров любви). «Никого нет, кто бы во всяком мгновении ока не чувствовал, в коль точном соединении душа со своим телом находится, и коль исправно движения телесныя мыслям души или сии оным преследуют» (Примечания к «Ведомостям», 1741).Поэтому не случайны для литературного языка первой половины XIX в. употребления этого фразеологизма в форме в одно мгновение ока, исторически объяснимые: «Чуткий нос его слышал за несколько десятков верст, где была ярмарка со всякими съездами и балами: он уж в одно мгновение ока был там» (Гоголь, Мертвые души) • «Парнишка с быстротою и ловкостью белки проскользнул между верхними сучьями и в одно мгновение ока очутился на земле подле дяди» (Григорович, Антон-Горемыка).

В число исторически обусловленных отклонений от современной нормы в употреблении фразелогизмов относятся случаи проявления парадигматических форм, а также форм выражения грамматических категорий у фразеологизмов, которые сейчас этих форм совсем не имеют или имеют ограниченный набор.

Фразеологизм как пить дать и по своему значению 'без всякого сомнения, безусловно, наверняка, непременно', и по своей синтаксичской функции в предложении не нуждается в парадигматических формах: «На фронте не церемонятся: самовольный уход расценивается как дезертирство — если не расстреляют, то, как пить дать — упекут в штрафную роту» (В. Тендряков, Рассказы радиста). Однако эти формы — явление обычное в языке XIX в. «[Фамусов:] Тебя уж упекут под суд, как пить дадут» (Грибоедов, Горе от ума). «[Кречжнский:] Запишет! Как пить даст, запишет; влепит своим хамским почерком имя мое в книгу [должников], и... все кончено! Свадьба пошла на фу-фу» (Сухово-Кобыллн, Свадьба Кречинского). «О, да! —ответил за Палена Лопухов, — вполне; это дело личной мести, и присяжные ее [Засулич] обвинят, как пить дадут» (А. Ф. Кони, Воспоминания о деле Веры Засулич).

Фразеологизм как рукой сняло 'сразу, «совершенно, бесследно прошло (о недомогании, болезни, чувствах, переживаниях)' употребляется сейчас в форме или прошедшего или будущего времени: «Опять с Настей любовь закрутил. И всю тоску как рукой сняло» (Новиков-Прибой, Рассказ боцманмата). «Зайдет в купе парень, растянет меха у аккордеона или трехрядки, и все заботы как рукой снимет» (В. Солоухин, Рождение Зернограда). Между тем у писателей прошлого века отмечаются и иные формы: «Бывал ли кто болен чем, тотчас призывал Пацюка; а Пацюку стоило только пошептать несколько слов, и недуг как будто рукою снимался» (Гоголь, Вечера на хуторе близ Диканьки). «[Ортигоса:] Против зубной болезни я знаю такие слова, которые всякую боль как рукой снимают» (А. Островский, Ревнивый старик). «Служба как рукой сняла с него дурь» (Бестужев-Марлинский, Фрегат «Надежда»).

Единственной современной форме фразеологизма куда глаза глядят 'не выбирая пути, куда попало, куда захочется, куда угодно (идти, ехать, брести и т. д.) соответуствует в XIX в. еще одна форма: куда глаза глядели. Ср.: «Заплакал тут Петька от горькой обиды и пошел, куда глаза глядят (Л. Пантелеев, Часы). «Бывало зарычит [Лев], так стонет лес кругом, И я, без памяти, бегом, Куда глаза глядят, от этого урода» (И. А. Крылов, Лисица и Осел). «Пошла Дамаянти медленным шагом, куда глядели глаза» (Жуковский, Наль и Дамаянти). «[Вера:] Отрах обуял: Я побежала шибче, Куда глаза глядели, без пути» (Л. Мей, Псковитянка). «[Христя] выбежала из избы, как только подняли с постели не успевший еще окоченеть труп бабушки, и побежала куда глядели глаза» (И. Салов, Не тот коленкор).

Естественно поставить вопрос, почему исторически были возможны иные формы употребления у фразеологической единицы, иные значения, иная сочетаемость со словами и т. д., которых нет сейчас; в результате чего они утрачены языком: было ли это связано с какими-то общими закономерностями употребления фразеологических единиц в языке или индивидуальными особенностями становления и развития конкретных фразеологических единиц, отдельных разрядов, групп их, или, наконец, с неопределенностью для ранних периодов истории языка самих языковых норм употребления фразеологизмов, с большей авторской свободой пользования ими. Думается, что правильный ответ на все эти вопросы сможет дать лишь историческая фразеология русского языка, включающая сведения не только о формировании состава фразеологизмов в целом, о возникновении и становлении той или иной конкретной единицы, но и о закономерностях изменений, относящихся к качественной стороне фразеологической единицы и к отношениям и связям ее со словами в речи.

2 ИНДИВИДУАЛЬНО-АВТОРСКИЕ ОТКЛОНЕНИЯ ОТ НОРМЫ

По существу своему они представляют собой авторское преобразование фразеологической единицы, употребление ее в измененном виде, не соответствующее общеотринятому, преобразование, к которому писатели прибегают в особых целях. И хотя эти преобразования могут касаться в равной мере всех существенных сторон фразеологической единицы, категориально определяющих ее, они не выходят за границы нормы, где уже утрачивается восприятие и понимание фразеологической единицы как таковой. Здесь важно, с одной стороны, подчеркнуть пределы допустимых преобразований писателями фразеологической единицы, которые определены потенциальными возможностями языка, с другой — выделить, каких сторон качественной, категориальной сущности фразеологической единицы они касаются, ибо от этого зависят приемы преобразования ее, к которым прибегают писатели.

1.Отклонения от нормы в семантике фразеологизма. Употребление фразеологизма в необычном для него значении обусловлено, как известно, прежде всего нарушением обычных отношений и связей со словами в речи, т. е. возможностью сочетаний со словами такого лексического ряда, с которыми фразеологизм как единица языка, имеющая свое определенное лексическое значение, в пределах нормы сочетаться не может. Допущение таких сочетаний всегда связано с какими-то сдвигами в семантике: или значение фразеологизма понимается расширительно, или подчеркиваются какие-то особые оттенки этого значения, или, наконец, просто одно значение подменяется другим. Приемом ввода таких необычных сочетаний фразеологизма со словами в речь часто пользуются писатели.

Так, например, можно бежать, мчаться, гнаться и т. п. во все лопатки — очень быстро', но нельзя любить, целовать и т. п. или читать, писать и т. п. во все лопатки. Тем не менее можно отметить примеры таких сочетаний. «Природа постановила, чтобы человек в известный период своей жизни любил. Настал этот период, ну и люби во все лопатки» (Чехов, Счастливчик). «Если вы и в самом деле написали комедию, то вы молодец и умница. Пишите во все лопатки и так, как вам в данную минуту писать хочется» (Чехов, Письмо И. М. Леонтьеву [Щеглову], 18 июля 1888).