Смекни!
smekni.com

Международный терроризм мифы или реальность (стр. 4 из 7)

Одним из них стало превращение Балкан в расположенный в центре Европы очаг напряженности и международного тер­роризма. В годы гражданской войны практически все сторо­ны (албанцы, боснийцы, македонцы, сербы, словенцы, чер­ногорцы, хорваты и др.), принимавшие в ней участие, был в той или иной степени замешаны в подготовке и совершении терактов в отношении своих противников. В последствии различные национал-сепаратистские формирования послу­жили основой для создания вооруженных сил и сил правопо­рядка вновь образованных государств на территории бывшей Югославии.

В этой связи не вызывает удивления тот факт, что в 90-х го­дах разразилось немало скандалов, связанных с почти откры­той деятельностью международных террористических орга­низаций в этой части Балкан. Аналогичная ситуация скла­дывалась и на Северном Кавказе, которая тем не менее не была доведена США и другими странами НАТО до югославс­кого варианта благодаря жесткой позиции руководства Рос­сии. Наряду с этим на европейском континенте сохранили остроту и другие ранее неурегулированные национально-се­паратистские конфликты. Одни из них приобрел и форму открытого противостояния властям с использованием ши­рокого арсенала террористических методов борьбы, как, например, в Испании, Франции или Великобритании, а дру­гие - характер скрытого национального недовольства, в частности, в ряде стран Бенилюкса.

Схожие процессы протекают в некоторых регионах Се­верной и Центральной Африки (берберский сепаратизм в Марокко и Алжире), в Средней, Южной, Юго-Восточной Азии, (борьба уйгуров в Синьцзян-Уйгурском автономном районе Китая; вооруженное выступление сикхов против фе­деральных властей или волнения в штате Ассам в Индии; во­енные действия, развязанные тамилами в Шри-Ланке) и Азиатско-Тихоокеанском регионе (борьба народности моро в южной части Филиппинского архипелага; партизанское дви­жение народности ачех на северной оконечности индоне­зийского острова Суматра или сепаратистские тенденции на Молуккских островах, расположенных в восточной части Ма­лайского архипелага и также принадлежащих Индонезии).

Мировоззрение и деятельность практически всех религи­озных организаций и групп, сект и культов, прибегающих к террористическим действиям, характеризуются многими схожими признаками. Они исходят из параноидальных апо­калипсических представлений о ходе развития человечества, лишь части которого уготовано спасение в виде ниспослан­ного Богом мессии. Мистицизм и таинство, пронизывающие их мировоззрение, толкают их не только к подготовке к Ар­магеддону, но и к активным, зачастую упреждающим действиям в грядущей или уже начавшейся «битве добра и зла». В этих условиях право разграничения между силами зла и добра безапелляционно отдается мессии, который ведет свое «божье воинство» во имя торжества «истинной веры». Немаловажное место в воззрениях религиозных организаций и сект, обращающихся к насилию, играет теория заговоров, острие которых направлено против истинно верующих, вы­нужденных вести активную оборону. Для религиозно моти­вированного терроризма присуще обращение к текстам Свя­щенного Писания, в которых его приверженцы ищут оправ­дание своим насильственным действиям. Такое освященное обоснование, зачастую подкрепленное вердиктом полномоч­ного клерикала (применительно к исламу речь идет о фетве), не только стимулирует террористическую активность, но и ведет к ее большей ожесточенности и нацеленности на уве­личение числа жертв теракта. Ведь речь идет о неравной бит­ве в условиях угрозы торжества Зла, и каждому воину «сил добра» воздастся Богом.

Таким образом, конец ХХ - начало ХХI в. не дали осно­ваний надеяться на уменьшение угрозы международного тер­роризма в современном мире. Террористическая активность в мире имеет своей питательной средой множество условий и факторов. Среди них - обострение противоречий различных субъектов политики, вызванных борьбой за ресурсы, господ­ство в решении ключевых международных проблем совре­менности, старые этнополитические, расовые, конфессио­нальные и религиозные противоречия и конфликты. Вместе с тем все отчетливее про слеживается тенденция некоторых государств использовать корреризм как средство реализации своих национальных интересов.

2. Государственная поддержка международногo терроризма

На протяжении ХХ в. многие государства продолжали ис­пользовать террористические методы для подавления своих политических оппонентов, находившихся в эмиграции. Госу­дарственный терроризм играл важную роль в обеспечении стабильности находившихся у власти режимов путем сниже­ния антиправительственной активности за пределами их го­сударственных границ. Традиционно эти карательные функ­ции возлагались на государственные спецслужбы, которые организовывали весь комплекс мероприятий, включая выяв­ление антиправительственных элементов и определение их местонахождения, материально-техническую подготовку те­ракта и подбор его исполнителей, наконец, совершение ак­ции и обеспечение вывода из-под удара своих агентов. В 70-90-е годы прошлого столетия эта практика нашла ши­рокое применение в деятельности многих спецслужб, на­пример, государств Ближнего и Среднего Bocтока. В отдельных случаях мишенями их деятельности становились граждане других стран, как правило, находившихся в конф­ликтной ситуации с государством, представляемым спецс­лужбой.

Иллюстрацией этого могут служить двусторонние отно­шения между Сирией и Ираком, которые оказались в ситуа­ции острого соперничества за региональное господство во второй половине ХХ в. В обоюдной борьбе обе стороны ак­тивно использовали тайные операции спецслужб, включая убийства дипломатов и нападения на дипломатические мис­сии друг друга в «третьих странах». Такие примеры характер­ны для многих стран мира, и страны Арабского Востока не являются исключением. Особой активностью отличались спецслужбы Израиля, пытавшиеся подорвать мощь ООП и ее боеспособность. Израильская спецслужба Моссад, опираясь на поддержку внешнеполитического ведомства, армии и во­енной разведки, осуществляла точечные тайные операции по уничтожению ведущих лидеров ООП. Так, 16 апреля 1988 г. в Тунисе, где размещалась штаб-квартира ООП, агентами из­раильских спецслужб был убит второй по значимости чело­век в организации и близкий соратник Ясира Арафата Ха­лиль аль-Вазир (псевдоним Абу Джихад).

Однако вовлеченность государственных спецслужб в по­добного рода акции международного терроризма таит серьезные опасности для санкционирующих их властей, главной из которых является высокая вероятность разоблачения и угроза подвергнуться санкциям со стороны мирового сообщества. В этих обстоятельствах некоторые страны следовали апроби­рованным путем, когда в качестве исполнителей терактов выступали лица, не имеющие какого-либо официального статуса, бросающего тень на государственные органы. Так произошло во время захвата 52 американских дипломатов в Тегеране в ноябре 1979 г. «исламскими студентами», удержи­вавшими их в неволе в течение 444 дней. При этом как новые власти Ирана, так и сами «студенты» неоднократно заявляли о непричастности правительства к этим действиям, якобы «частной инициативе» иранских граждан к подобной практике часто прибегало правительство Из­раиля, пытавшееся подавить сопротивление палестинцев. Наиболее известным случаем государственного терроризма Израиля стало внесудебное преследование и целенаправлен­ная ликвидация членов палестинской террористической группы, ставших виновниками мюнхенской трагедии 1972 году, и их вдохновителей. Израильские «мстители» были набраны из числа сотрудников Моссад, армейских спецподразделений и других силовых структур страны, которые на время выпол­нения операции формально вышли «в отставку». Несмотря на то что их действия были санкционированы правительством страны и лично премьер-министром, они выступали как «частные лица».

Однако эти примеры опосредованного участия офици­альных властей государств, в том числе специальных служб и армейских подразделений, в терактах, носящих международ­ный характер, представляли собой лишь одну и не самую главную сторону новой внешнеполитической деятельности некоторых стран, получившей название «государственной поддержки международного терроризма». Значительно более распространенной стороной такой политики является стиму­лирование государствами международной террористической деятельности в выгодном для себя направлении. Междуна­родный терроризм превратился в идеальный инструмент ре­ализации внешнеполитических интересов государства. Этот инструмент привлекателен целым рядом характеристик: ма­лозатратность, эффективность, анонимность, уход от воз­можных санкций мирового сообщества или ответных действий потерпевшей стороны.

За последние десятилетия накопилось множество фактов, подтверждающих реальность государственной поддержки некоторыми странами международного терроризма. В боль­шинстве случаев объектами такой поддержки выступают ра­дикальные движения, организации или группы, деятельность которых обусловлена националистическими или сепаратист­скими, светскими идеологическими, религиозными или иными мотивами. Очень часто критерием выбора государством такого объекта выступает комплекс его побудительных мотивов к действию. Обоснованием привлечения этих субъектов международной террористической деятельности к не формальному сотрудничеству могут служить различные причины: общность идеологических позиций, религиозная идентичность, определение «общего врага» и пр.

Важен для осознания опасности государственной поддерж­ки международного терроризма тот факт, что резко увеличи­вается угроза, исходящая от террористических организаций, переходящих под покровительство государства. IIреступное партнерство государства и террористов дает последним массу преимуществ, связанных с материально-техническим обеспе­чением терактов, которые были бы труднодоступным и даже немыслимым в условиях их самостоятельных действий. Использование государственной ресурсной базы позволяет террористическим группам существенно облегчить все этапы организационно-подготовительной работы, необходимой для совершения теракта. Кроме того, за свои тайные услуги террористы получают государственные базы для обучения боевиков с привлечением высокопрофессиональных инструк­торов из различных силовых структур, не говоря уже о «фи­нансовых компенсациях» за выполненную заказную работу.