регистрация / вход

Махатма Ганди

(МОХАНДАС КАРАМЧАНД) РЕФЕРАТ ученика 10-В класса средней школы №6 Шеянова Виктора г. Сосновый Бор 1999 «Возможно, грядущие поколения не поверят, что такой человек из обычной плоти и крови ходил по этой земле», — сказал Альберт Эйнштейн о Ма­хатме Ганди. История действительно знает немало людей, которые смогли изменить мир.

(МОХАНДАС КАРАМЧАНД)

РЕФЕРАТ

ученика 10-В класса средней школы №6

Шеянова Виктора

г. Сосновый Бор

1999


«Возможно, грядущие поколения не поверят, что такой человек из обычной плоти и крови ходил по этой земле», — сказал Альберт Эйнштейн о Ма­хатме Ганди. История действительно знает немало людей, которые смогли изменить мир. Но лишь немногие из них несли в себе дух, настолько чу­жеродный царствующему в этом мире, что казались пришельцами из мира другого.

Первая половина XX века... Вместо царства ра­зума, свободы и справедливости, которого ждали люди XIX века, наступила эпоха невиданного на­силия и бессилия.

Циничные или безумные вожди отдают приказы — и миллионы людей с готовностью идут убивать друг друга на мировых войнах. Несколько автомат­чиков ведут на смерть колонну из тысяч взрослых людей — и никто не пытается сопротивляться. Вос­торженные толпы приветствуют палачей. Бездум­ное подчинение, предательство, жестокость стано­вятся высшими добродетелями.

Насилие стало повсеместным и будничным, ста­ло нормой, смяло в человеке веру в собственную значимость, в способность что-либо изменить. Лю­дям уже нечего противопоставить произволу, и их бессилие утверждает возрастающее могущество на­силия.

Как разорвать замкнутый круг насилия и бес­силия? Возможна ли теперь вера в человека и что может стать её основой?

Ответом на эти вопросы стала вся жизнь Махат­мы Ганди.

ЮНОСТЬ ГАНДИ

Мохандас Карамчанд Ганди родился 2 октября 1869 г. в одном из маленьких княжеств Западной Индии.

Древний род Ганди принадлежал к купеческой касте бания, однако и дед, и отец Ганди были глав­ными министрами небольших княжеств. В семье Ганди строго соблюдались религиозные обряды — мать была глубоко верующей. Отец Ганди был по­читаем за справедливость и неподкупность и, несмотря на высокий пост, оставался не­богатым человеком. Он был противни­ком религиозно-общинных распрей, уважал людей независимо от их религиозной и кас­товой принадлежности, что нечасто встречалось в Индии в то время.

Мохандас был самым младшим ребёнком в семье и о своём детстве вспоминал так: «Я был очень ро­бок и избегал общества детей. Единственными друзьями были у меня книги и уроки... Я в бук­вальном смысле слова убегал домой (из школы), так как терпеть не мог с кем-нибудь разговаривать... Кроме того, я был трусом. Я боялся воров, при­видений и змей... Темнота приводила меня в ужас... Насколько помню, сам я был не очень хорошего мнения о своих способностях. Я обычно удивлялся, когда получал награды или стипендии. При этом я был крайне самолюбив, малейшее замечание вы­зывало у меня слезы».

Робкий, застенчивый мальчик отличался недет­ской твёрдостью и независимостью мысли. Ему бы­ло 11 лет, когда он понял, что не может согласиться с одной из индийских традиций. Издавна в Индии существовало сословие «неприкасаемых» — людей, выполняющих самую грязную работу. Им запреща­лось посещать индуистские храмы, пить воду из од­ного источника с кастовыми индусами. Они долж­ны были носить на шее колокольчик, предупреж­дающий об их появлении. Неприкасаемость переда­валась от родителей к детям, и покинуть это сос­ловие было невозможно.

Как и всем индийским детям, родители запре­щали Мохандасу общаться с «неприкасаемыми». «Я, естественно, подчинялся, но возражал с улыб­кой, что неприкасаемость не освящена религией и не может быть освящена. Я был очень послушным ребёнком, но, насколько позволяло мне почтение к родителям, вступал с ними в спор по этому поводу», — вспоминал Ганди. Через много лет именно он сумел убедить индийцев отказаться от этого жес­токого предрассудка.

Одним из самых сильных потрясений детства стала ранняя по индийской традиции женитьба — в 13 лет Мохандаса женили на девочке-ровеснице Кастурбай. К счастью, дети полюбили друг друга, и Кастурбай до конца жизни была другом и помощ­ницей мужа.

В 1888 г. Ганди по совету друзей семьи и род­ственников решил поехать в Англию, чтобы полу­чить серьёзное образование и профессию адвоката. Это решение вызвало резкий протест старейшин его касты. Религия запрещала покидать Индию, кроме того, старейшины были уверены, что в Европе не­возможно жить, не нарушая заветов веры. Ганди не подчинился их требованиям. За это он был отлучён от касты и не мог больше рассчитывать на её по­мощь и поддержку.

В Англии он чувствовал себя очень одиноким, всё вокруг было чужим. Вместе с тем общение с европейской культурой открыло для него новые го­ризонты. Он познакомился с буддизмом, был по­трясён Новым Заветом и мечтал объединить индуизм с учениями Будды и Христа.

В 1891 г., получив высшую адвокатскую сте­пень, Ганди возвращается в Индию. Однако надеж­ды родственников на его высокое положение и со­лидный доход не оправдались. Честность и ответст­венность Ганди не способствовали его карьере.

Вскоре молодой адвокат принимает предложе­ние индийской торговой фирмы вести её дела в Юж­ной Африке. Его привлекает возможность увидеть новую страну и приобрести опыт.

ЮЖНАЯ АФРИКА

Отправляясь в 1893 г. в Южную Африку, Ганди не подозревал, что едет навстречу своему под­линному призванию и своей судьбе.

С первых дней пребывания в Южной Африке ему пришлось столкнуться с откровенным расиз­мом. Его силой выволокли из вагона первого клас­са, не позволили сесть в дилижанс, где ехали белые;

полицейские сталкивали его на мостовую с тротуа­ров, предназначавшихся только для белых. Ганди узнал, что в этой стране унижения и притеснения — судьба всех индийцев (и всех «цветных»), не­зависимо от их образования и статуса.

Немедленно вернуться в Индию? Смириться на время пребывания здесь подобно остальным индий­цам?

«Лишения, которым я подвергался, были про­явлением серьёзной болезни — расовых предрас­судков. Я должен попытаться искоренить этот не­дуг, насколько возможно, и вынести ради этого все предстоящие лишения», — решает Ганди.

Ганди начинает с того, что вырабатывает личные принципы поведения при столкновении с проявле­ниями расизма. Он решает всякий раз оказывать произволу вежливое, но непреклонное сопротивле­ние и никогда не требовать возмездия за оскорб­ления, касающиеся лично его.

Постепенно Ганди осознаёт, насколько безыс­ходно положение индийцев в Южной Африке. Воз­вращение на родину было невозможно: в Индии миллионы таких же безземельных крестьян еже­годно умирали от голода. Здесь они были обречены на нищенскую жизнь в грязных резервациях и на рабский труд; их ежедневно унижали, могли бро­сить в тюрьму за отказ от работы и безнаказанно избить до смерти. Безысходность порождала покор­ность и чувство полного бессилия.

Стремление изменить это положение вещей и борьба за права индийцев становятся основным со­держанием жизни Ганди.

В мае 1894 г. Ганди созывает собрание всех ин­дийцев Претории. Впервые в своей жизни он про­изнёс публичную речь, в которой обрисовал поло­жение индийцев в Трансваале. Он подчеркнул не­обходимость забыть всякие различия между индий­цами разных каст, вероисповеданий и национальностей и предложил объединиться в ассоциацию, от имени которой можно было бы обращаться к влас­тям по поводу притеснений.

«Я... изъявил готовность отдать этому делу столько времени и сил, сколько смогу... Вскоре в Претории не было ни одного индийца, которого бы я не знал и с условиями жизни которого не был бы знаком».

Созданный Индийский конгресс южноафрикан­ской провинции Наталь ставил своей целью, дей­ствуя в рамках британского законодательства, до­биться равенства прав индийцев и европейцев. Его члены собирали и распространяли информацию о бедственном положении индийцев, обучали грамоте детей и занимались улучшением санитарных усло­вий жизни индийцев.

Ганди решает остаться в Южной Африке надолго и едет в Индию, чтобы забрать свою семью — Кас-турбай и двоих детей.

В Индии Ганди опубликовал работу о положении индийцев в Южной Африке — «Зелёную брошю­ру». Её обсуждали в Индии и в Англии, а в Южной Африке власти распространили слухи, что Ганди отзывается о европейцах предвзято и оскорбитель­но.

Когда два парохода с индийскими переселенца­ми, на одном из которых был Ганди с семьёй, при­были в порт Дурбан, белое население было одер­жимо одной идеей: «Сбросим цветных в море!» Вла­сти предложили пассажирам вернуться обратно, ес­ли им дорога жизнь. Индийцы сплотились вокруг Ганди, противостояние длилось 23 дня, пока на­конец белые не уступили. Дождавшись, когда все пассажиры и его семья окажутся в безопасности, Ганди один появился на берегу и был сразу же ок­ружён разъярённой толпой белых. Он был зверски избит, и только вмешательство отряда полиции предотвратило расправу и спасло его от смерти.

Дело получило широкую огласку, Лондон нас­таивал на наказании участников избиения. Один из членов правительства Наталя (который сам был ор­ганизатором расистских митингов и распространял клевету), теперь пригласил Ганди к себе и заявил, что арестует виновных, если Ганди опознает их. «...Я считаю, что осуждать следует не тех, кто на­падал на меня... Осуждать надо их руководителей и, прошу прощения, Вас», — ответил Ганди.

Принципиальный отказ Ганди привлечь к суду людей, напавших на него, произвёл сильное впе-| чатление на население Дурбана; у многих теперь он сам и борьба индийцев за свои права вызывали ува­жение и понимание.

Последующие годы стали для Ганди временем углублённого самопознания, поисков смысла жиз­ни и формирования принципов. «Если я оказался всецело поглощён служением общине, то причина этого заключалась в моём стремлении к самопозна­нию. Я сделал своей религией религию служения, так как чувствовал, что только так можно познать Бога... Я обрёл себя в поисках Бога и в стремлении к самопознанию... Именно здесь религиозный дух стал моей жизненной опорой».

Сколько бы ни делал Ганди для лю­дей, это не удовлетворяет его. Он вы­краивает время, чтобы два часа каж­дый день бесплатно работать братом милосердия в больнице. Во время эпидемий чумы он собирает добровольцев и вместе с ними сутками ухаживает за больными.

В эти годы, заново перечитывая мировую рели­гиозную и философскую литературу, Ганди откры­вает для себя Льва Толстого. Учение о непротив­лении злу насилием, непримиримость к угнетению, мучительные поиски выхода из состояния угнетён­ности потрясли Ганди. «Россия в лице Толстого да­ла мне учителя, который предоставил теоретичес­кую основу моего ненасилия», — писал он позднее.

Толстой проповедовал презрение к материаль­ным благам и возврат к простой жизни и физичес­кому труду. Эти идеи Ганди объединяет с древней индийской традицией ашрамов — колоний, в ко­торых единомышленники живут как одна семья, вместе работают и духовно совершенствуют себя. Во всех ашрамах, которые создавал Ганди в течение жизни, было принято довольствоваться самым не­обходимым, полностью обходиться собственным трудом. В каждом из вновь образовавшихся ашра­мов вместе с детьми и внуками Ганди и его друзей воспитывались приёмные дети, и Ганди считал од­ним из основных своих дел их обучение и воспи­тание. В общении с детьми он устанавливал прин­цип, которого всегда придерживался и в общест­венной деятельности: «Никогда не требуй от чело­века того, чего не делаешь сам».

22 августа 1906 г. правительство Трансвааля публикует проект закона, который индийцы наз­вали «чёрным». По этому закону все индийцы — мужчины, женщины и дети с восьмилетнего возрас­та —должны были пройти регистрацию в полиции, оставить отпечатки пальцев и получить особые удо­стоверения, иначе их ожидали арест и высылка. Такая регистрация приравнивала индийцев к ли­цам, подозреваемым в совершении преступления. Более того, полицейские получали право вторгать­ся в жилища индийцев и даже на традиционно не­прикосновенную женскую половину для проверки регистрации. Прочитав закон, Ганди сказал: «Луч­ше умереть, чем согласиться с подобным законом». Индийцы были взбешены, многие заявляли, что пристрелят любого, кто вломится в их дом. Ганди, обратившись к ним, предложил совершенно иной путь сопротивления. «Мы не будем обращаться к мировому общественному мнению, — сказал он, — индийцы сами способны постоять за себя. Пусть каждый, кто клянётся не подчиняться позорному закону, решит для себя, хватит ли у него твёрдости, несмотря ни на какие гонения и даже смерть, сдер­жать эту клятву. Борьба будет продолжаться долго, возможно, годы, но я смело и с полной уверенно­стью заявляю, что если даже небольшая часть лю­дей сохранит верность своему слову, наша борьба может завершиться только одним — победой».

Ганди впервые выдвигает идею совместного не­насильственного сопротивления произволу. Он ищет название для такого движения и останавли­вается на предложении своего младшего сына: са­тьяграха — твёрдость в истине. Слово точно выра­жало суть нового метода: это не вынужденная пас- ' сивность слабого перед более сильным и не принцип «око за око». Насилию противопоставляется сила духа, внутренняя уверенность в своей правоте и со­лидарность.

Ганди (и это станет потом обязательным перед началом выступлений) предупреждает правитель­ство, что в случае принятия закона индийцы объ­явят сатьяграху. Но, несмотря на предупреждение, закон был принят.

1 января 1908 г. сатьяграха начинается митин­гом в Иоганнесбурге, на котором индийцы демонст­ративно сжигают свои повестки на регистрацию. Ганди арестован и посажен в тюрьму, но движение разгорается. «Цветные» игнорируют закон, тюрь­мы переполнены, но репрессии ничего не дают.

Власти применяют подлый приём: прямо из тюрьмы Ганди доставляют к генералу Смэтсу. Тот заявляет, что «чёрный закон» будет отменён, если индийцы прекратят сатьяграху и один раз дадут о себе сведения, необходимые правительству для ус­тановления количества переселенцев. Полагая, что одержана победа, Ганди останавливает сатьяграху. Но «чёрный закон» не был отменён. Это явилось крушением всех надежд. Индийцы подавлены. Многие считают Ганди изменником. Всё приходит­ся начинать сначала...

Ганди публикует статьи с призывом возобновить гражданское неповиновение и надолго попадает в тюрьму. Выйдя из тюрьмы, Ганди начинает гото­вить сатьяграху уже в масштабах всей Южной Аф­рики. В 1913 г. ему удаётся поднять горняков На-таля на забастовку. Забастовка быстро распростра­нилась по всей стране. Против горняков применили оружие — несколько рабочих были расстреляны за отказ работать.

В тюрьмах оказались тысячи людей, в том числе женщины и подростки. От тесноты, антисанитарии и бесчеловечного обращения многие умирали. Ган­ди — тоже в тюрьме и пользуется любой возмож­ностью облегчить страдания больных заключён­ных.

Движение нарастало. Власти были вынуждены освободить Ганди, и он сразу идёт в наступление.

6 ноября 1913 г. он начинает знаменитый мир­ный поход протеста из Наталя в Трансвааль. Это было демонстративным нарушением закона, запре­щавшего индийцам перемещаться из одной провин­ции в другую. Нарушение закона каралось тюрем­ным заключением и высылкой.

Ганди шёл во главе многотысячной колонны, ко­торая росла с каждым днём. Вызванные правитель­ством войска не решились стрелять, но попытались рассеять демонстрантов лошадьми. Тогда участни­ки похода легли на землю, и кони не пошли по лежащим.

Вести из Южной Африки взорвали общественное мнение Европы и Америки. В поддержку индийцев выступили Альберт Эйнштейн, Бернард Шоу, Бертран Рассел и многие другие известные обществен­ные деятели.

Властям пришлось отступить. В течение месяца шли напряжённые переговоры, и наконец 30 июня 1914 г. было подписано соглашение. Все наиболее оскорбительные для индийцев расистские законы были отменены.

Двадцатилетняя работа Ганди в Южной Африке закончилась победой. Он возвращается на родину.

ИНДИЯ

Индия, страна сказочных богатств, всегда при­влекала завоевателей. Но ни одно завоевание не было столь разрушительным, как колони­зация её англичанами. Британская империя не просто грабила — была создана целая система выка­чивания всего, что было в Индии ценного. По­лезные ископаемые, сырьё, продукты труда мил­лионов индийцев переплавлялись в английское зо­лото. Непомерные налоги и потоки дешёвых анг­лийских товаров уничтожали древние ремёсла. По­боры колонизаторов приводили крестьян к сущест­вованию на грани голодной смерти. Пришла в упа­док жизненно важная система орошения земель. Многовековой уклад жизни стремительно рушился, сил на создание, нового у народа Индии не оста­валось. Колонизаторы утверждали, что, «осваивая» Индию, они несут ей блага современной культуры, но в действительности, обрекая индийцев на ни­щету, не оставляли им никаких возможностей при­общиться к медицине, образованию и другим дос­тижениям цивилизации.

Индия никогда не прекращала попыток найти выход из тяжёлого и унизительного положения. В 1885 г. представители индийской интеллигенции и национальной буржуазии создают Индийский на­циональный конгресс, чтобы вместе искать способы достижения независимости. Конгрессисты видели лишь два возможных пути. Одни надеялись под­нять народ на вооружённое восстание (подобно Ве­ликому восстанию сипаев в 50-х гг. XIX в.), изгнать колонизаторов и возродить индийские традиции. Другие конгрессисты считали, что для Индии было бы благом приобщиться к достижениям европей­ской цивилизации и добиться относительной неза­висимости в рамках Британской империи. Они бы­ли сторонниками британского либерализма и кон­ституционного строя и надеялись добиться самоуп­равления с помощью постепенных реформ, петиций и переговоров. На деле обе позиции были утопичны:

идея бунта не могла долго вдохновлять народ, а на полюбовное соглашение с колонизаторами рассчи­тывать не приходилось.

«И вот тогда пришёл Ганди. Он был подобен струе свежего воздуха, заставившей нас расправить плечи и глубоко вздохнуть; подобно лучу света, он прорезал мрак, и пелена спала с наших глаз; по­добно вихрю, он всё всколыхнул, и в первую оче­редь человеческое мышление. Ганди не спустился сверху; казалось, он вышел из миллионных масс индийцев, он говорил их языком», — вспоминал ближайший друг и соратник Ганди Джавахарлал Неру.

Ганди говорит нечто совершенно новое, но людям кажется, что они давно ждали именно этих слов:

«Дело не в политической независимости индийского государства, а в' возрождении духовной независи­мости народа Индии. Могучая сила духа, скрытая в индийской культуре, позволит нам найти собст­венный путь в истории и обрести единство и равно­правие с другими народами.

Народ Индии должен обрести независимость в своём сердце, и тогда внешнее угнетение будет бес­сильно. С помощью оружия можно на время добить­ся независимости, но с помощью оружия невозмож­но ни стать свободным самому, ни освободить дру­гих. Англичане не завладели Индией — мы им от­дали её. Они находятся в Индии не благодаря своей силе, а потому, что мы держим их здесь».

Ганди предлагает «третий путь»: путь ахимсы — ненасилия. Ахимса — это внутреннее решение чело­века, в основе которого — признание высшими цен­ностями жизнь и любовь к человеку и всему жи­вому. В мире идёт не борьба между хорошими и плохими людьми, а борьба между Жизнью и Смер­тью, Добром и Злом в душе каждого человека.

Каждый способен отказать Злу в своей поддерж­ке, и Зло бессильно против этого решения. И одно­временно отказ от соучастия в Зле приводит челове­ка на путь строительства нового мира — мира Добра.

Ганди предлагает индийцам программу несот­рудничества с колонизаторами: бойкоты правитель­ственных учреждений, иностранных товаров, отказ от уплаты налогов, неповиновение наиболее нетер­пимым законам. Это не только подрывало самую основу власти англичан, но и пробуждало в индий­цах дух свободы и солидарности. Метод Ганди был глубоко продуман и проработан в Южной Африке, впервые в истории ему удалось ненасильственное массовое движение. Сатьяграха проводилась в со­ответствии с твёрдыми принципами, основанными на самом духе ненасилия: полная гласность и от­крытость, предупреждение противника обо всех сво­их действиях, применение сильных средств только после того, как были испробованы более слабые. Са­тьяграха могла начаться только тогда, когда каж­дый участник точно представлял себе смысл и пос­ледовательность борьбы и был уверен в своей при­верженности духу ненасилия. Участники движения не должны были желать зла противнику, стремясь лишь к достижению поставленной цели. Именно эти принципы позволяли сохранять ненасильственный дух даже самых массовых кампаний.

Сатьяграха — это мирное восстание, неприми­римая война без злобы и выстрелов, в которой у людей нет иного оружия, кроме собственной жизни, и которую люди ведут потому, что не могут пос­тупить иначе.

Ганди всегда подчёркивал, что ненасилие не име­ет ничего общего со слабостью и трусостью: «Чело­век, который, столкнувшись с опасностью, ведёт се­бя подобно мыши, справедливо именуется трусом. Он лелеет насилие и ненависть в своём сердце и убил бы врага, если бы не получил вреда при этом. Он чужд ненасилию». Ганди терпимо относился к че­ловеческим слабостям, но трусость отвратительна ему именно как скрытое насилие.

Ненасилие — не только позиция сильных, но и очень сильная позиция. Ещё в Южной Африке один из английских чиновников признался Ганди: «Я иногда хочу, чтобы Вы прибегли к насилию. Тогда нам сразу стало бы ясно, как поступить с Вами».

Надо сказать, что даже многие из ближайших соратников Ганди видели в ненасилии только эф­фективное средство добиться политической незави­симости Индии. Для Ганди же ненасилие — это прежде всего борьба за Человека.

В январе 1915 г. 54-летний Ганди возвращается в Индию. Он решает действовать постепенно — пер­вое время не начинать никаких политических кам­паний, жить «с широко открытыми глазами, но закрытым ртом». Он объезжает почти всю страну (за ним неотступно следуют агенты тайной поли­ции). На него производят тягостное впечатление уныние и безысходность, которые царят всюду.

Через два года Ганди проводит две первые в Ин­дии сатьяграхи небольшого масштаба. Ненасильст­венно отстаивать свои права решились крестьяне двух округов, разорённые кабальными условиями аренды и непомерными налогами. Они отказались платить налоги и арендные сборы, и колониальные власти не смогли заставить их отступить. Перед уг­розой распространения движения власти вынужде­ны были отменить грабительские поборы.

Заканчивается Первая мировая война, в которой на стороне Англии сражались и погибли сотни ты­сяч индийцев. Военные расходы окончательно ра­зорили Индию. За годы войны от голода и эпидемий умерло более 13 млн человек. Надежды индийцев, что «в благодарность» за помощь в войне Англия предоставит Индии самоуправление, не оправда­лись.

Новый закон об управлении Индией не прибавил индийцам гражданских прав. Более того — в 1919 г. вступает в силу закон Роулетта, согласно которому власти могли арестовывать и подолгу дер­жать в тюрьмах всех подозреваемых в антиправи­тельственной деятельности, проводить суды за за­крытыми дверями. Сроки политического заключе­ния были сильно увеличены. Ганди обращается к вице-королю Индии, убеждая его не давать своего согласия на законопроект. Получив отказ, он осно­вывает «Союз сатьяграхов». Сатьяграхи дают клят­ву не повиноваться закону Роулетта. Ганди готовит широкую кампанию и 6 апреля 1919 г., сразу после вступления закона в силу, объявляет всеиндийский день траура — хартал. Призыв Ганди был услышан — в этот день замерла вся Индия. Индийцы были потрясены, осознав свои силы. В стране начались мощные демонстрации.

Власти были в панике и отдали приказ приме­нять оружие против демонстрантов. По всей Индии

людей давили лошадьми, кололи пика­ми, избивали до смерти. Самые траги­ческие события произошли в городе Амритсаре. Во время столкновения было убито не­сколько солдат и демонстрантов. В город были вве­дены карательные войска под командованием ге­нерала Дайера. Через несколько дней около 20 тыс. жителей собрались на городской площади на мир­ный митинг под лозунгами освобождения Индии. Внезапно площадь была окружена войсками, ко­торые стали в упор расстреливать безоружных лю­дей. На площади осталось лежать более тысячи уби­тых и раненых. Когда патроны кончились, окру­жённых людей убивали штыками. Английские сол­даты истребляли индийцев хладнокровно, словно находились на учениях. После бойни Дайер под страхом смерти запретил жителям выходить из до­мов. Люди в отчаянии слышали стоны родных и близких, умирающих на площади, и были не в си­лах им помочь. Карательная операция длилась ещё десять дней — проводились публичные порки, ин­дийцев заставляли под дулами ружей ползать на животе, всюду совершались казни.

Ганди тяжело переживал случившееся. Жесто­кость властей его не удивляла — он предупреждал индийцев, что каждый, ступивший на путь непо­виновения, должен быть внутренне готов к смерти. По-настоящему подавляло его то, с какой лёгкос­тью властям удавалось спровоцировать индийцев на насилие. Ганди приходит к выводу, что столь широкая кампания неповиновения была начата им преждевременно. Народ ещё не был достаточно под­готовлен к последовательному ненасилию. Ганди публично признаёт, что совершил «ошибку, огром­ную, как Гималаи».

Правительство отказалось наказать виновных в амритсарском расстреле. Ганди демонстративно возвращает вице-королю награды, полученные им от английского правительства за организацию са­нитарного отряда во время англо-бурской войны. Если ещё несколько лет назад он полагал, что бри­танская система правления несовершенна, то те­перь он считает её нетерпимой. Единственный дос­тойный выход для Индии — независимость.

В сентябре 1920 г. Ганди убеждает Индийский национальный конгресс принять программу нена­сильственного несотрудничества с колониальной администрацией. Конгресс призвал индийцев бой­котировать иностранные товары, а также выборы и английские суды, не записываться в армию, отка­зываться от всех государственных должностей.

Всё было готово к новой всеиндийской сатьягра-хе, когда в 1922 г. в одном из небольших посёлков произошёл кровавый инцидент. Полиция открыла огонь по демонстрантам, но, встретив сопротивле­ние, укрылась в казарме. Казарму подожгли, и по­лицейские погибли в огне.

Это было крушением. Ганди останавливает кам­панию неповиновения и берёт всю вину на себя. В знак раскаяния он объявляет многодневную голо­довку (см. сюжет «Ганди на суде»).

На несколько лет Ганди попадает в тюрьму, после выхода из которой он выдвигает конструктивную программу по созданию новой, независимой Индии. Ганди и его соратники обучают крестьян грамоте, занимаются возрождением традици­онных ремёсел, создают кооперацию в посёлках. Символом дви­жения становится ручная прялка — возрождённое ручное тка­чество давало индийцам работу и позволяло бойкотировать анг­лийские ткани. Ганди уверен, что дух свободы несовместим с жестокими предрассудками — сохранением сословия «неприка­саемых» и враждой между индусами и мусульманами. Когда в городе Кохоте вспыхнула индусско-мусульманская резня, Ганди объявил голодовку, которую проводил в доме своего друга-му­сульманина. Страх потерять Ганди остановил враждующих — в стране наступило спокойствие.

...Весной 1930 г. Ганди шёл по дорогам Индии во главе растущей с каждым часом колонны. Это был знаменитый «соляной поход» — начало новой, самой мощной сатьяграхи. На берегу моря участники похода древним ручным способом выпарили соль. Выпаривание соли стало новым символом независимости — индийцы доказали, что могут обойтись даже без жизненно важных английских товаров, и тем самым нарушили колони­альный закон о соляной монополии.

Вскоре соль выпаривали миллионы людей по всему побере­жью. В несколько дней всё изменилось. Торговля английскими товарами была полностью парализована. Все распоряжения пра­вительства просто игнорировались. Мирное восстание охватило всю страну.

Мир потрясли события в округе Дхаршан. Участники сатья­грахи под руководством младшего сына Ганди, Монилала, пы­тались занять соляные варницы. Их встретила полиция, воору­жённая латхи — толстыми палками с железными набалдаш­никами. Шеренга за шеренгой демонстранты шли на цепь поли­цейских и падали, скошенные латхи. Всё новые и новые люди вставали на место раненых и убитых и, не сопротивляясь, шли под удары. С одной стороны была жестокая сила оружия, с дру­гой — несокрушимая сила духа. Всему миру стало ясно, что порыв Индии к свободе уже невозможно остановить.

Арест Ганди и десятков тысяч активистов движения, кро­вавые расправы не смогли остановить сатьяграху. Впервые в истории Индии английским властям пришлось начать перего­воры с представителями индийского народа. В результате со­глашения были освобождены все политические заключённые и выполнено большинство требований Ганди. Ганди приостанав­ливает кампанию несотрудничества, чтобы люди могли восста­новить силы для новой борьбы.

Пришло время помочь индийскому народу преодолеть бесчело­вечную традицию неприкасаемости.

В 1932 г. Ганди (снова находясь в тюрьме) выступает против принятия избирательного закона, разделяющего «неприкасае­мых» и остальных индусов. Он объявляет бессрочную голодовку протеста. Его жизнь в опасности. Произошло невероятное — любовь к этому человеку и страх потерять его оказались сильнее убеждения, которое три тысячи лет передавалось из поколения в поколение. Люди шли в дома «неприкасаемых», принимали из их рук пищу. Обнять «неприкасаемого», побрататься с ним стало символом очищения, освобождения души. Заваленный письмами и телеграммами со всей страны, Ганди ждал изме­нения избирательного закона. Наконец отступил и Лондон — условия Ганди выполнены. К радости всей страны, он прекратил голодовку.

Способность Ганди убеждать людей, помогать им меняться к лучшему кажется сверхъестественной. Для многих индийцев он был Богом, сошедшим с небес, чтобы освободить Индию. Его давно уже называют Махатмой — «Великой душой». Малень­кий, очень худой человек, в любую погоду обёрнутый только куском домотканого холста, с детской улыбкой и большими от­топыренными ушами поражал своей внутренней силой, мудро­стью и бесконечной добротой.

Он всегда доверяет людям и абсолютно честен сам. Он терпим к человеческим слабостям, но себя считает в ответе за всё. Он страдает от своего несовершенства и вместе с тем глубоко верит в себя — эта вера позволяет ему всегда принимать справедливые и мудрые решения. Когда Ганди разговаривает с людьми, их оставляют страх, озлобленность и одиночество. Про него гово­рили, что «из глины он может делать героев».

У Ганди было и немало врагов среди индийцев. Прежде всего это были религиозные фанатики — как индусы, так и мусуль­мане. За их спиной стояли богатые индийские феодалы, хорошо понимавшие, что в случае победы Конгресса они потеряют своё могущество и огромные земельные владения.

Когда началась Вторая мировая война, индийцы были еди­нодушны. Они осуждали фашизм, однако на стороне Англии воевали с условием, что по окончании войны Индия станет независимой. Ганди почти все годы войны провёл в тюрьме. В феврале 1946 г. военные моряки Бомбея поднимают восстание за независимость Индии. Начинается всеобщая забастовка. Не­смотря на репрессии, выступления продолжаются по всей стра­не.

Английские колонизаторы начинают покидать Индию. Но не­ожиданно победа оборачивается трагедией — начинается индус-ско-мусульманская резня. Гибнут тысячи людей, миллионы ос­леплены злобой. «Взорвалась бомба» ненависти, которую под­готовили англичане. С самого начала завоевания Индии они пра­вили по принципу «разделяй и властвуй», сея рознь между ин­дусами и мусульманами и всячески поощряя их враждебность друг к другу. Ганди и его соратники, рискуя жизнью, снова и снова пытаются остановить враждующих.

15 августа 1947 г. на территории бывшей английской ко­лонии провозглашается независимость не одного, а двух госу­дарств: Индийского союза и мусульманского Пакистана. Начи­нается паническое переселение миллионов людей. В кровавых столкновениях, от голода и болезней во время этого переселения погибло 700 тыс. человек.

Ганди находится в состоянии полной подавленности. Все во­круг говорят, что его теория ненасилия потерпела крах. Он пе­чально возражает, что крах потерпел он лично, а ненасилию принадлежит будущее.

Резня и погромы начинаются в столице Индии — Дели. Ганди в укор религиозным фанатикам объявляет шестнадцатую в сво­ей жизни голодовку протеста. Он решает пожертвовать своей жизнью, если в столице не восстановится спокойствие. И снова происходит чудо — последнее чудо Махатмы. Погромы сменя­ются митингами и демонстрациями солидарности с Ганди. Ин­дусы и мусульмане братаются, их представители клянутся Ган­ди сохранить мир. В стране наступает спокойствие, но индусские религиозные фанатики не простили Ганди «предательства их священного дела».

30 января 1948 г. Ганди, как обыч­но, вышел из дома, чтобы говорить с людьми. Раздались выстрелы. Ганди медленно опустился на землю, молитвенно произ­нося: «Боже, Боже!»

«Я никогда не воображал, что моя миссия — быть странствующим рыцарем, вызволяющим людей из трудного положения. Моё скромное дело — пока­зать людям, что им самим под силу справиться с собственными трудностями». В этих словах — дух Ганди, его вера и его необыкновенная сила.

Одни считают его пророком, другие — мечта­телем-утопистом. Сам Ганди говорил о себе: «Я — просто человек, как любой из вас».

Список использованной литературы:

1. Исмаилова С. «Энциклопедия для детей»,–Москва:"Аванта+",1995 г.,597 стр.

2. М.И.Сладиславский «Страны и народы»,-«Мысль»,1982

3. "Детская Энциклопедия". –Москва: "Просвещение", 1968 г. 530 стр.

Оглавление

1. Юность Ганги............................................................... 2

2. Южная Африка............................................................ 3

3. Индия........................................................................... 6

4. Список литературы...................................................... 14

5. Оглавление.................................................................. 15

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий