регистрация / вход

Русская идея - идея духовного развития России

План работы Введение 3 1. Истоки и внутреннее содержание раскола христианской церкви. Особенности православия и католицизма 4 2. Русская идея как проблема самоидентичности русской культуры 14

Русская идея - идея духовного развития России

План работы

Введение 3

1. Истоки и внутреннее содержание раскола христианской церкви. Особенности православия и католицизма 4

2. Русская идея как проблема самоидентичности русской культуры 14

Заключение 19

Список литературы 20

Введение

Проблема «русской идеи» в настоящее время заняла умы многих мыслящих людей, хотя мало кто из них четко представляет, что это такое «русская идея». Толкований «русской идеи» много, от православного понимания до имперских амбиций, что делает понимание смысла «русской идеи» затруднительным для простого человека, не обремененного обширными познаниями в философии и культурологи.

Но на самом деле актуальность проблемы «русская идея» настолько значительна, что внимание этой проблеме уделяют и люди, которых «русская идея», на первый взгляд, не должна интересовать. Это наши западные «друзья» - поляки, британцы и американцы, что сразу привлекает внимание к смыслу «русской идеи». Видимо осознание национальной идентичности и смысла поставленных целей для России очень тревожит наших «друзей», раз они в СМИ и в частных беседах стараются принизить значение «русской идеи».

Фактически русская идея является идеей духовности, православия, что уже само по себе является очень важным для русского народа.

Поэтому необходимо знать и особенности православия, как одного из христианских религиозных течений. В чем различие между православием и католицизмом и какие причины привели к церковному расколу в 1054 году.

1. Истоки и внутреннее содержание раскола христианской церкви. Особенности православия и католицизма

Первоначальное христианство не представляло собой единого течения. Образование самостоятельных христианских церквей началось в самые первые века его существования: Александрийская церковь, Антиохийская церковь, Иерусалимская церковь, Константинопольская и т.д. От Антиохийской отделились Кипрская и Грузинская. Со временем, особенно с созывом Вселенских соборов и провозглашением христианства государственной религией Римской империи, происходило объединение самостоятельных церквей в единую христианскую церковь.
В 395 г. произошло разделение Римской империи на Восточную и Западную, и если Восточная на протяжении еще тысячи лет была единым государством, то Западная вскоре распалась и стала объединением различных германских королевств. Разделение империи повлияло и на ситуацию в христианской церкви. Если церковь в восточной части империи всегда была подчинена власти, то на западе церковь фактически стала независимой и со временем римские первосвященники стали претендовать не только на духовную, но и на светскую власть. Но в традициях той эпохи политическая борьба за светскую власть велась в рамках религиозных догматов.[1] К тому же сказались и накопившиеся за прошедшие столетия различия между восточной и западной христианскими церквями. Например, восточные церкви не видели ничего зазорного в том, чтобы священники вступали в брак, а на западе обет безбрачия должны были давать не только монахи (как на востоке), но и все священники. Это правило получило название целибат. В восточной церкви во время таинства причастия (или его ещё именуют «евхаристия») использовали «квасной» хлеб, т.е. выпеченный из заквашенного теста, а в западной, по древней иудейской традиции – пресный (опресноки).[2] Одним из самых серьёзных различий было так называемое «filioque» – филиокве – дословно - «и Сына», что означало, что в церквях по-разному понимают божественную Троицу: в восточной богословы и верующие считают, что Дух святой исходит от Бога Отца и проходит через Бога Сына (Иисуса Христа), а в западной исходит от Отца «и Сына». Если на взгляд современного человека это не так важно, то в то время это был вопрос принципиальный. Ведь фактически стоял вопрос о правильности понимания основ христианства, Бог является источником святого Духа или же вместе Иисусом Христом. Ведь дело касалось признания Иисуса равноценным Богу-творцу, хотя общепризнанно, что он человек и умер на кресте. А это означало, что в христианстве признаются явные элементы многобожия (язычества).

Но проблема филиокве вовсе не была единственной и главной, на самом деле главной причиной раскола христианской церкви была политика. Римские папы стремились расширить сферу своего влияния, Константинопольский патриархат старался сдержать устремления римских пап и расширить свою сферу влияния. В этом противостоянии каждая сторона выдвигала свои доводы в пользу признания прав на главенство в христианском мире. Римские папы утверждали, что Рим является первой имперской столицей, а Константинополь – только второй. В Риме казнен и похоронен апостол Петр и все это дает римскому папе право быть первым среди христиан. В Константинополе в ответ на эти претензии говорили, что центр христианства там, где сейчас столица Римской империи, а не в оккупированном варварами Риме. Поэтому первые разногласия между Римом и Константинополем начались вовсе не в XI веке, а в V веке, когда серьезно ослабла власть императоров Западной Римской империи. Если до поры до времени разногласия удавалось гасить, то к IX веку положение обострилось настолько, что потребовалось созвать два церковных Собора для нормализации отношений. Только в 879 году на Большом Свято-Софийском соборе удалось договориться о сохранении единства христианской церкви.[3] Но фактически причина разногласий между Римом и Константинополем не была ликвидирована, ведь политика не подчинялась церковным постановлениям. Риму удалось поставить под свой контроль не только церковные организации в различных странах Западной Европы, но в ряде случаев и светскую власть. А Константинополь не смог удержать свои территории в войнах с арабами. Но, как это, ни покажется парадоксальным, церковный раскол начался со сближения римского папы с константинопольским императором.

Причина взаимного интереса заключалась в том, что и Риму и Константинополю было крайне необходимо защитить свои земли от набегов норманнов. Император Константин IX Мономах предпринял попытку договориться с папой о совместной защите Италии от норманнов, за что обещал вернуть в юрисдикцию папы южные итальянские епархии, входившие как часть империи в юрисдикцию Константинопольского патриархата. Но в плане государственном эти области император предпочел оставить за Византией. Этот договор долго скрывался от тогдашнего Константинопольского патриарха Михаила Керулария. Узнав о тайных переговорах императора с папой, Михаил Керуларий решил показать силу Константинопольского патриархата. По его поручению архиепископ Лев Охридский написал сочинение против латинских обрядов (в то время предметом полемики между Востоком и Западом были не догматические вопросы о папстве и филиокве, а обрядовые различия).[4] В ответ легаты папы привели доказательство особой власти, ссылаясь на дар Константина. В заключение послания папа рисовал Константинопольскую церковь, как заблуждающуюся, грешную, скандальную, которую Римская церковь лишь по снисхождению, а не по заслугам удостоила второго места после себя. Фактически это было открытое оскорбление, что делало затруднительным сотрудничество между Римом и Константинополем.

Дальнейшая переписка ничего не смогла изменить. Летом 1054 г. в Константинополь прибыли папские легаты: кардинал Гумберт, епископ Петр Амальфитанский и кардинал Фридрих Лотарингский (будущий папа Стефан IX). Император Константин Мономах все еще надеялся на политическую договоренность с папой. Он торжественно принял легатов, оказывал им покровительство. Им в угоду был подвергнут духовной казни монах Никита Стифат, который должен был сжечь публично на площади свои сочинения против латинян. Патриарх Михаил Керуларий спокойно принял папское послание от легатов, ни оказал им ни какого почета, отказался видеться с ними. После пяти недель ожидания встречи с патриархом легаты не выдержали и решились на открытую демонстрацию против патриарха.

Утром 16 июля 1054 г. они вошли перед Литургией в храм Святой Софии и положили на Престол отлучительную грамоту на Михаила и на всех с ним единомысленных. Грамоту эту написал Гумберт, имея на то полномочия от папы. Она была полна фальсификаций и наговоров. Легаты надеялись на императора, но переоценили его возможности. В Константинополе возник народный бунт, и император был вынужден ретироваться. Официально же было заявлено, что греческие переводчики извратили текст грамоты, и она была сожжена; что, мол, греческий текст был смягчен, и император, ознакомившись с ним, не увидел козней легатов, а когда узнал суть, нашел «виновных переводчиков» и наказал их.

Император занял православную позицию. 20 июля 1054 года состоялся собор под председательством Михаила Керулария в составе 2 архиепископов, 12 митрополитов и 7 епископов. На этом «домашнем соборе» были отлучены легаты и все с ними единомысленные. В решении собора не было обвинений против западных христиан даже по обрядовым вопросам. Михаил Керуларий в окружном послании сообщил о соборе и его решениях восточным патриархам, которые поддержали решение собора. Собор носил защитительный характер, а не обвинительный.[5]

Папа Лев IX умер в 1054 г., а следующий папа был избран только в 1055 г. (Виктор II, 1055-1057 гг.). Факт отсутствия на кафедре папы позволил в 60-х годах XX столетия снять взаимные отлучения между Константинополем и Римом, так как по смерти папы должны были бы закончится и полномочия легатов. Создалась иллюзия, что последует дальнейшее сближение церквей (патриарх Афиногор до чтения Евангелия участвовал в папской мессе). Но прошло уже 40 лет, а сближения не произошло.

Разрыв 1054 г. не был абсолютным рубежом в разделении церквей. Современниками он осмысливается как временный разрыв между двумя кафедрами, как было и ранее. Трагичности еще не было: церковные связи не были сразу и везде порваны. Династические браки, например, продолжали заключаться (французы не воспринимали латинян как еретиков; дочь одного из русских князей в XII в. вышла замуж за католика и др.), то есть не было отношения церквей друг к другу, как к запрещенным. Английский хронограф XII в., писавший летописи, не отметил разрыва 1054 г. Окончательно разрыв перерос в разделение церквей в следующую эпоху. Решающую роль сыграли крестовые походы. Известно, что в 1204 г. в итоге IV Крестового похода Константинополь взят, разграблен, и на 60 лет была установлена так называемая Латинская империя. Был поставлен латинский патриарх, а сами греки ютились в Никейском и Эпирском деспотатах (княжества на севере Византии). Именно в эту эпоху разделение церквей перестало быть спором иерархов и богословов, и вошло в плоть и кровь церковного народа. Латинство на Востоке и греки на Западе эти слова стали синонимами зла и вражды. Теперь встречались уже не иерархи, а народные массы. И в их психологии разделение часто превращалось в стихийную ненависть, в которой верность своей вере, обиды за поругание своих святынь смешивались с элементарным отталкиванием от всего чужого без различения в нем хорошего и плохого.

Основу православного вероуче­ния составляет Никео-Цареградский символ веры - изложение главных христианских догматов, безусловное признание кото­рых является обязательным для каждого православного хри­стианина. Он был утвержден Никейским (325 г.) и Константи­нопольским (381 г.) Вселенскими церковными соборами.

Символ веры предусматривает веру в единого Бога, кото­рый существует в трех равносущных ликах (ипостасях), составлявших Святую Троицу - Бога-Отца, Бога-Сына и Бога - Духа Святого; в вочеловечение Бога-Сына - Иисуса Христа, его крестную жертву ради преодоления первородного греха, воскресение, вознесение на небеса, последующее пришествие на Землю для суда над живыми и мертвыми; а также спаси­тельную силу «единой святой соборной апостольской Церкви».[6]

Особое значение в православном богословии отводится догмату о Святой Троице. Различие православия с вероучени­ем других христианских исповедании - учение о Божествен­ном единоначалии в Святой Троице: Бог-Отец как Первона­чало рождает Сына и изволит через него Святой Дух. Главной священной книгой православ­ных христиан, как и всех христиан мира, является Библия, традиционно именуемая в России Священным писанием. Непосредственно за Священным писанием по значимости православная церковь ставит Священное предание, В состав Священного предания входят: решения первых семи Вселен­ских соборов; решения Поместных соборов автокефальных церквей, признанных общезначимыми; так называемая патри­стика (святоотеческая литература) - сочинения восточных «от­цов церкви», установившие чины, каноны и апостольские пра­вила православия. Авторитет западных «отцов церкви» в пра­вославии признается, но не канонизируется; их сочинения в православное Священное предание не включены.

В Русской церкви в богослужении и молитвословии ис­пользуется церковнославянский текст Библии, установленный и неизменный с 1751 г. В мирском обращении и чтении ис­пользуется русский текст Библии, впервые полностью издан­ный в 1876 г. Православная церковь в отличие от католической не осуж­дает самостоятельное чтение Библии, полагая это достойным и богоугодным делом. В то же время она считает такое чтение трудным для неподготовленных людей и потому предостерега­ет их от попыток толкования священных текстов.

В православии основными считаются семь таинств: кре­щение, миропомазание, покаяние, причащение (евхаристия), священство, брак и елеосвящение (соборование).[7]

Развитая традиция иконопочитания яв­ляется характерной особенностью православного христианст­ва. Иконопись в правосла­вии - не только искусство священных изображений, но и сви­детельство потустороннего мира в его образах. Помимо икон почитанием в православной церкви пользу­ются мощи (останки тел) святых угодников. Согласно право­славному вероучению существует мистическая связь Святого Духа с телесными останками святых, до конца не разрушаемая смертью. Сами мощи обычно находятся в раке - металлическом ларце, помещаемом в храме. Богослужение в православ­ных церквах совершается обычно на национальных языках (славянских, греческом, сирийском, грузинском, английском).[8] В Русской церкви используется церковно-славянский язык - искусственный язык-интерлингва, созданный на основе южно­славянских говоров и диалектов IХ века, который иногда оши­бочно отождествляется со старославянским и древнерусским.

Основой католического вероучения, как и всего христианства, приняты Священное писание и Священное предание. Однако, в отличие от православной церкви, католическая церковь считает Священным преданием постановления не только семи первых Вселенских соборов, но и всех последующих соборов, а кроме того - папские послания и постановления.

Организация католической церкви отличается строгой централизацией. Римский папа - глава этой церкви. В образе Папы сосредотачивается апостольская власть и учительный авторитет Римско-Католической Церкви.[9]

Католицизм рассматривает христианское предание скорее как «семена», которые Христос, апостолы и т.д. заронили в души и умы людей для того, чтобы те могли найти свои пути к богу.

Число таинств у католиков такое же, как и в древней Церкви, то есть семь. В Православной Церкви формула крещения такова: «Крещается раб Божий имя во имя Отца, аминь. И Сына, аминь. И Святого Духа, аминь». У католиков же происходит перенос внимания на фигуру совершающего таинство. Католический священник говорит: «Я крещаю тебя».[10] У католиков со средних веков введено обливательное или окропительное крещение.

В Католической церкви таинство миропомазания называется конфирмацией. Совершается оно, в отличие от Православной Церкви, как правило, епископом. Существенным отличием является то, что конфирмация не совершается над младенцем сразу после крещения, а лишь по достижении отроческого возраста. В католической мессе нет эпиклезы (призывание Духа Святого). В этом проявляется различие богословского подхода. Для католиков главное - произнесение формулы, даже если в роли этой формулы выступают слова Христа Спасителя. Главное - чтобы формула была вовремя произнесена.

Таинство брака. Первое отличие состоит в том, что совершителями брака в Католической церкви признаются сами брачующиеся, а не священник. Брак совершается в храме, перед алтарем. Священник дает жениху и невесте кольца. Но священник нужен лишь для признания канонической законности брака. Второе отличие - признание абсолютной нерасторжимости брака. Развод у католиков недопустим ни по какой причине - даже по той, которая указывается самим Спасителем в Евангелии (то есть по причине нарушения супружеской верности). В Католической церкви супруг, который является пострадавшей стороной, не имеет права на развод и, следовательно, на вступление в другой брачный союз при жизни изменившей ему стороны.[11]

Таинство священства. Во второй половине XI века у католиков был введен обязательный целибат (то есть безбрачие) священства. Целибат не надо путать с монашеством. Священников и епископов из католических монашеских орденов не так много. Целибат - это просто обет отказа от семейной жизни.

Рукоположение у католиков сохраняется. Единственное отличие - в том, что рукоположение епископа у них совершается одним епископом, а в Православной Церкви - не менее чем двумя. А прочее по форме достаточно похоже.

Таинство покаяния. Католики учат, что грехи подразделяются на простительные и смертные. А в таинстве исповеди, учат католики, все происходит по-другому: смертные грехи прощаются и в отношении вины, и в отношении наказания, но вот простительные грехи прощаются только в отношении вины, а наказание при этом остается. Наказание человек непременно должен понести. Отсюда и индульгенции, и учение о чистилище и о разного рода канонических наказаниях. Понести наказание - это способ дать Богу удовлетворение. Поэтому после исповеди, как правило, духовник выдает католику точный перечень канонических наказаний, которые тот должен понести за грехи. Духовник здесь выступает как судья, а не как душепопечитель.

Наиболее ярко отражает сущность католицизма слово папизм. Кто же такой Римский Папа и как о нем учат сами католики? Его официальный титул: «Епископ Рима, Заместитель Христа, Преемник Князя Апостолов, Верховный Первосвященник Вселенской Церкви, Патриарх Запада, Примас Италии, Архиепископ и митрополит провинции Романии, Суверен государства-града Ватикан, раб рабов Божиих».[12] Латинское слово викарий буквально переводится как «заместитель» или «наместник» - именно в таком смысле понимается католиками роль Римского Епископа. Примас – это значит «старейший», «первенствующий» из епископов. Слово суверен означает независимый светский правитель. Очень симптоматично, что даже сейчас папа решительно настаивает на том, чтобы оставаться независимым главой светского государства, хотя бы такого маленького, территория которого занимает меньше гектара. Что же вытекает из этого титула на практике? В католическом праве записано: «Верховная кафедра никем не может быть судима». Из этой короткой фразы следует, что Римский Первосвященник не подлежит суду Вселенского Собора, и что в самой Католической Церкви нет такого органа, который мог бы сказать папе, что он заблуждается, поступает неправильно, и осудить его. Из учения о том, что папа стоит выше Вселенской Церкви, что он неподсуден не только человеческому, но и церковному суду, католики сделали еще один очень вывод. У них существует догмат о папской непогрешимости.

2. Русская идея как проблема самоидентичности русской культуры

Термин «русская идея» родился под пером Достоевского. В объявлении о подписке на журнал «Время» на 1861 год он писал: «Мы знаем, что не оградимся уже теперь китайскими стенами от человечества. Мы предугадываем, что характер нашей будущей деятельности должен быть в высшей степени общечеловеческий, что русская идея, может быть, будет синтезом всех тех идей, которые с таким упорством, с таким мужеством развивает Европа в отдельных своих национальностях». К этой идее Достоевский впоследствии возвращался неоднократно. В 1888 году Соловьев выступил с лекцией в парижском салоне княгини Витгенштейн с призывом к объединению христианских конфессий. Лекция была опубликована (сначала на французском языке) под названием «Русская идея». Соловьев писал, что русская идея «не имеет в себе ничего исключительного и партикуляристического, что она представляет собой лишь новый аспект самой христианской идеи, что для осуществления этого национального призвания нам не нужно действовать против других наций, но с ними и для них». Перу Н.А.Бердяева также принадлежит книга под названием «Русская идея», смысл которой – «братство народов, искание всеобщего спасения». Есть у Бердяева еще более лапидарная формула русской идеи: «все ответственны за всех». Верить надо, видимо, создателям и носителям русской идеи, а не ее тенденциозным интерпретаторам. Главные носители русской идеи – Достоевский, Соловьев, Федоров. Их предшественники – Карамзин, Хомяков. Их последователи – Розанов, Бердяев, Булгаков, Франк, Лосский, Карсавин, Ильин, Вышеславцев, Флоренский, Лосев и многие другие.

В настоящее время словосочетание «русская идея» не имеет конкретного единственного определения, русская идея - это скорее символ. Разработкой этой темы занимались очень многие философы, общественные деятели России, и в наши дни эта тема привлекает большое количество сегодняшних мыслителей.[13] Говоря о разных смыслах русской идеи, следует говорить скорее о разных подходах к её определению, нежели о действенной разнице смысла - реального содержания понятия. Философия русской идеи - это философия о сущности России. Что есть Россия? В чём её сущность и задача (или идея)? Каковы специфические черты присущи России, её культуре? Вот вопросы, на которые пытались и пытаются по сей день ответить философы.

Иногда уверяют, что русская идея – «идеология русского империализма». Подтверждение этому можно найти на страницах бывшего «Коммуниста», где прямо сказано, что: «Русская идея» – в значительной степени государственная имперская идея». Фонд Горбачева провел в 1992 году конференцию на тему «Русская идея и новая российская государственность». Вот характерные заявления. О.Р.Лацис: «Мы не знаем, что такое русская идея». Д.В.Драгунский: «Когда говорят о русской идее, у меня по коже пробегает легкий мороз. Потому что на самом деле это просто идея российской империи, не более того и не менее». И из-за рубежа приходят призывы забыть о русской идее, отказаться от нее, отречься как от устаревшей затеи, вносящей лишь рознь между народами. В марте 1993 года состоялась международная конференция по русской философии. Американский славист Дж.П.Скэнлан рекомендовал нам избавиться от «невроза уникальности», русскую идею пора сдать в архив, «она ставит только преграды между Россией и цивилизованным миром». Известный польский (а ныне американский) специалист по русской политической истории ХIХ века Анджей Валицкий солидаризировался с ним: «Нет необходимости замыкаться в рамках какой-то русской идеи».

Но если задаться вопросом о практической сути понятия «русская идея», то придется ориентироваться на слово «русская», т.е. то, что относится к России. Важнейшая проблема – судьба родины. Должна ли Россия идти дорогой западного прогресса или искать собственные пути? Еще в XIX веке ответ на этот вопрос разделил русскую интеллигенцию на два стана – славянофилов и западников. Бердяев хорошо сказал о них: «И те, и другие любили Россию, славянофилы как мать, западники как дитя» Мать оберегают, дитя воспитывают. К чему это привело? Наследники западников – нигилисты и революционеры всех мастей апеллировали к воспитательной роли насилия. Здесь многое пришло из Германии (Маркс и Энгельс), многое по-русски утрировано. В ХХ веке они одержали победу, завели страну в тупик и уходят в небытие. Поэтому русские отвернулись от этого искажения «русской идеи». Русская идея возникла как преодоление односторонностей западников и славянофилов, синтез двух позиций в единую теорию мировой культуры.

Но это понимание русской идеи уже в прошлом, опыт истории ХХ века показывает, что смысл русской идеи кроется не в осознании пути развития России, а в том, какую культурную доминанту развития выберет наш народ. Вот это и волнует наших западных «друзей», ведь выход русского народа из идеологического поля Запада означает создание национальной культурной идеи, которая может стать привлекательной для других народов, так же занятых подобной проблемой. Подобный вариант развития событий крайне не устраивает тех, кто пропагандирует ценности западного мира, это приведет Запад к неизбежному краху идеологии. Что будет прологом и к краху всей системы, как это произошло в СССР, где вначале произошел крах идеологии коммунизма, а затем и крах самого СССР.

Уже в XIX веке философы утверждали, что именно православие является основой русской национальной идеи, то часто сталкивались с возражениями следующего рода: современный русский народ в конфессиональном, мировоззренческом смысле - неоднороден. Помимо православных, среди русских имеется много представителей других конфессий, велико число атеистов. Каким образом можно их всех объединить на основе православной идеи, если они ее отвергают и противопоставляют ей свои собственные религиозные или атеистические идеи, будучи убежденными в их правильности? Но здесь следует дать такой ответ. Несмотря на нынешнее широкое распространение среди русского народа атеизма и иных религий и сект, Православие продолжает оставаться русской национальной идеей в силу своего статуса традиционной религии, пришедшей с крещением Руси от самого Бога и обусловившей само возникновение русской нации.[14]

В сущности, это идея религиозного и национального выживания, самозащиты от агрессивных восточных и западных соседей, пытавшихся поработить Русь либо в прямом, либо в духовном смысле.

В более широкой трактовке русская идея - это идея особой православной, русской цивилизации, отличной от цивилизаций как Запада, так и Востока. Несмотря на все западные влияния, русскую культуру невозможно рассматривать лишь в качестве части общеевропейской культуры. Тем более не является она частью какой-то надуманной евразийской культуры. Сам термин «евразийская культура» с большой долей условности можно использовать лишь по отношению к национальным культурам азиатских народов, входивших в состав России и Советского Союза и испытавших в большей или меньшей степени воздействие русской цивилизации (а через нее - и общеевропейской). Русская же культура сколько-нибудь значительного ответного влияния азиатских культур не испытала и представляет собой совершенно уникальное явление. Развиваясь на православной основе, она является неким симбиозом собственно русских начал и творчески переработанных компонентов византийской и европейской культур. Все это в сочетании с уникальным опытом государственного строительства позволяет говорить о существовании самостоятельной православной русской цивилизации.

В современных условиях для сохранения своей национальной культуры, надо начать, прежде всего, с преодоления безверия, апатии и материализма. В этом - главная цель и спасение русского народа. Все остальное (включая политическое, военное и экономическое могущество) приложится, ибо материальное является производным от духовного.

В этих условиях духовное возрождение народа не может произойти само по себе, и реализация русской национальной идеи в огромной степени зависит как от энергичной деятельности Церкви и активности самого народа, так и от соответствующей государственной политики. В конечном итоге, само крещение Руси в православную веру и сохранение этой веры на протяжении веков -- это прежде всего заслуга русского государства (в лице князя Владимира и русских самодержцев), которое служило инструментом в руках Господа. Нынешние поиски русской национальной идеи совершенно бессмысленны: такая идея у нас есть уже тысячу лет. Это - Православие и народность. Искать нужно те формы общественной самоорганизации русского народа, а также те формы политического и экономического устройства, которые могли бы на практике реализовать нашу национальную идею наиболее быстро и эффективно. Восстановить историческую форму нашей государственности -- самодержавие, -- как предлагают иные монархисты, в современных условиях не представляется возможным, учитывая те огромные изменения, которые произошли в России после 1917 года. Необходимо также учитывать нынешние демографические тенденции, которые выражаются в непрерывном возрастании доли нерусского, неправославного населения, в частности мусульман, в общей численности населения России и, что особенно тревожно, на территории собственно русских областей (при одновременном быстром снижении доли русских).

Заключение

Христианство в своем первоначальном виде не было монолитным вероучением, поэтому в последующие века усилиями Церковных Соборов христианское вероучение было приведено к единому знаменателю. Но распад Римской империи привел к тому, что христианство восточное и западное стали различаться друг от друга. Поводом к разногласию формально оставался вопрос об истечении Духа Святого, православные считают источником Святого Духа Бога, а католики – Бога и Иисуса Христа. Остальные различия православия и католицизма касаются уже обрядности и некоторых основ догмата веры. В православии существует иконопочитание, крестят младенцев, допускается развод, священники могут жениться и т.д. В католицизме крестят уже в сознательном возрасте, священника брак запрещен, существует положение о непогрешимости римского папы и т.д.

Русская идея является идеей духовного развития России, что невозможно без развития русской культуры. Поэтому русскую идею необходимо рассматривать как идею духовности, т.е. она является идеей религиозности, идеей православия.

Список литературы

1. История религии: В 2т. /Под общ. ред. И.Н. Яблокова. – Т.2. – М., 2004.

2. Кудрявцев В.В. Лекции по истории религии и свободомыслия. Учебное пособие. М., 2007. 304 с.

3. Кожинов В. Русская идея. Диалог, 1991 №7-8

4. Лобазова О.Ф. Религиоведение. – М., 2003.

5. Поликарпов В.С. История религий. Лекции и хрестоматия. М., 2007.

6. Радугин А.А. Введение в религиоведение: теория, история и современные религии. Курс лекций. М., 2006.

7. Рашкова Р.Т. Место и роль католицизма в истории европейской цивилизации. Протестантизм. Словарь. - М. 2005.

8. Русская идея / сост. и авт. вступ. статьи М.А. Маслин. - М.: Республика, 1992

9. Чернокозов А.И. История мировой культуры. Учебное пособие. Ростов-на-Дону, 2004.


[1] Радугин А.А. Введение в религиоведение: теория, история и современные религии. Курс лекций. М., 2006. С. 83

[2] Рашкова Р.Т. Место и роль католицизма в истории европейской цивилизации. Протестантизм. Словарь. - М. 2005. С. 114

[3] Кудрявцев В.В. Лекции по истории религии и свободомыслия. Учебное пособие. М., 2007. С. 104

[4] Радугин А.А. Введение в религиоведение: теория, история и современные религии. Курс лекций. М., 2006. С. 108

[5] Лобазова О.Ф. Религиоведение. – М., 2003. С. 93

[6] Поликарпов В.С. История религий. Лекции и хрестоматия. М., 2007. С. 135

[7] Поликарпов В.С. История религий. Лекции и хрестоматия. М., 2007. С. 137

[8] Поликарпов В.С. История религий. Лекции и хрестоматия. М., 2007. С. 138

[9] Рашкова Р.Т. Место и роль католицизма в истории европейской цивилизации. Протестантизм. Словарь. - М. 2005. С. 158

[10] Лобазова О.Ф. Религиоведение. – М., 2003. С. 127

[11] Лобазова О.Ф. Религиоведение. – М., 2003. С. 131

[12] Рашкова Р.Т. Место и роль католицизма в истории европейской цивилизации. Протестантизм. Словарь. - М. 2005. С. 14

[13] Русская идея / сост. и авт. вступ. статьи М.А. Маслин. - М.: Республика, 2002. С. 12

[14] Кожинов В. Русская идея. // Диалог, 2001 №7-8. С. 56

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ  [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий