Смекни!
smekni.com

Роль Североамериканского соглашения о свободной торговле (НАФТА) в международных отношениях (стр. 2 из 6)

Самое время подробнее остановиться на важном различии между двусторонними и регио­нальными соглашениями. С подачи Внешне-Торговой организации (ВТО) сложи­лась практика рассматривать обе эти категории вместе под рубрикой регионализма (regionaltradeagreements),без какого-либо разграничения или классификации. Этого принципа придерживается большинство крупных исследований по рассмат­риваемой теме.

Первый и очевидный факт заключается в том, что региональные соглашения - это объединения в пределах регионов, более или менее четко опре­деленных по географическому, этнокультурному, цивилизационному признакам, либо изначально охватывающие все страны региона (НАФТА, Ассоциация регионального сотрудничества Юж­ной Азии - СААРК,), либо стремящиеся к постепенному их включению в свой состав (ЕС, АСЕАН).[17] В то же время двустороннее соглашение объединяет две страны, которые могут принадлежать как к одному, так и к разным регионам. Одна из важ­нейших предпосылок (но, разумеется, не един­ственная) создания устойчивого и успешного ре­гионального блока — культурная (с точки зрения языковой общности, этнического происхожде­ния, религии) однородность и историческая бли­зость входящих в него стран. В случае с ДССТ это явно не относится к главным критериям успеха; для их заключения важно, прежде всего, другое – экономическая и политическая совместимость партнёров.[14, c.61] Более того, создание региональных союзов часто преследует цель преодоления разногласий и отчужденности между странами-участницами, которые готовы пожертвовать взаимными пре­тензиями ради некоей региональной общности. Такие мотивы прослеживаются в истории созда­ния многих ныне крупных и авторитетных орга­низаций, включая ЕС, АСЕАН, МЕРКОСУР. То есть две страны одного региона, заключение ДССТ между которыми было бы проблематично, могут в то же время входить в общерегиональное интеграционное объединение. Приведем пример с Малайзией и Сингапуром. Можно с изрядной до­лей уверенности предположить, что если бы в от­сутствие АСЕАН две эти страны попытались прийти к ДССТ, то переговоры были бы сильно осложнены, а может и блокированы комплексом давних взаимных споров и претензий, затрагива­ющих известные хозяйственные вопросы. Точно так же Китай и Япония, или Китай и Южная Ко­рея, имея очевидные конфликтные темы в дву­сторонних отношениях, серьезно рассматривают возможность участия в региональном экономиче­ском союзе, будь то формализованный АСЕАН + 3 или более широкое восточноазиатское объедине­ние.[1, c.356] Суммируя эти доводы, можно констатиро­вать: если региональные соглашения часто при­званы способствовать преодолению разногласий между участниками, то двусторонние соглашения возникают там, где разногласий нет.

Во-вторых, одной из основных, а может быть, и важнейшей движущей силой взаимного притя­жения экономик в прогрессивных региональных объединениях, интенсификации торговых и ин­вестиционных потоков между ними служила фрагментация производств с разнесением от­дельных его фаз по разным странам региона, ве­дущая, в свою очередь, к возникновению так называемых региональных производственных цепочек. В первую очередь это свойственно та­ким крупным отраслям обрабатывающей про­мышленности, как автомобильная, электронная и электротехническая, где в упрощенном виде более капиталоемкая часть производства (выпуск частей и компонентов) может базироваться в передовых в технологическом отношении странах, а более тру­доемкая (сборка готовой продукции) - как правило, в странах менее развитых с относительно де­шевой рабочей силой.[11, c.44]

Рост производственных цепочек сопутствовал и способствовал становлению наиболее экономи­чески динамичных группировок в мире - ЕС, НАФТА, МЕРКОСУР, АСЕАН, причем самые широкие их масштабы отмечались при наиболь­шем разбросе в уровнях социально-экономиче­ского развития участников того или иного объ­единения и возникновении внутриотраслевых связей по линии Север-Юг. Так, региональные производственные цепочки могут быть мощным катализатором реальной интеграции соприкаса­ющихся рынков, превращения их в единую произ­водственную базу. Однако для географически удаленных стран, вступающих в ДССТ, они, как мы отметили, становятся все более распростра­ненными - такое преимущество регионализма оказывается, скорее всего, недоступным. Фраг­ментация производств между двумя рынками, расположенными зачастую на разных континен­тах (например, Южная Корея-Чили, Сингапур-Новая Зеландия, Сингапур-ЕАСТ и др.), вряд ли рентабельна, эффективна, а может быть, и вооб­ще невозможна. Для полноценного развития ин­тегрированных производственных цепочек - опять-таки, заметим, при прочих равных услови­ях - географически компактное пространство предоставляет более широкие возможности.[18]

В связи с последними из изложенных сообра­жений возникает вопрос: насколько вообще пра­вомерно говорить о ДССТ как проявлении эконо­мической интеграции? Ведь интеграция - это объединение рынков или сращивание националь­ных хозяйств, а рассматриваемые соглашения на­целены скорее на расширение экономических об­менов и облегчение доступа на рынки. Речь в ДССТ идет не о слиянии отдельных рынков-эко­номик в один, функционирующий в соответствии с унифицированными правилами, а об уравнива­нии иностранных предпринимателей (экспорте­ров товаров и услуг, инвесторов) в правах с наци­ональными. Таким образом, как представляется, необходимо четкое понимание различия между интеграцией рынков и облегчением доступа на рынки как основными мотивами в создании, соот­ветственно, региональных блоков и двусторон­них соглашений. Более того, билатерализм было бы полезно выделить из общей тематики регио­нальных торговых соглашений и рассматривать как самостоятельное экономическое явление.[5, c.201] Нетрудно заметить, что участие различных стран в ДССТ не одинаково: одни заключили уже более десятка соглашений, другие только изуча­ют перспективы их подписания. Как показывает практика, соглашения о свободной торговле за­ключают в первую очередь страны, которым это позволяет сравнительно либеральная внешнеэко­номическая политика, выражающаяся, в частно­сти, в низком уровне торговых барьеров, а также зрелая структура валового производства и по­требления и эффективная система органов госу­дарственной администрации, в том числе тамо­женных органов. Не удивительно, что среди наи­более активных приверженцев билатерализма, особенно "нового поколения", - государства ЕС, ЕАСТ, США, Сингапур, Чили.[20]

Серьезным препятствием для вступления в полноценное ДССТ является наличие в экономи­ческой структуре страны обширных секторов, особо чувствительных к конкуренции со стороны импортных товаров, - сельского хозяйства, про­изводства текстиля и одежды. По этой причине довольно тяжело даются переговоры о ДССТ развивающимся странам, пусть даже морально для них готовым, однако до сих пор имеющим Значительные с точки зрения объемов производ­ства, экспорта и, что особенно важно, занятости, аграрные отрасли. В таком случае торговая либе­рализация непосредственно затрагивает интере­сы большой доли населения страны. Наиболее наглядные примеры - Индия и Таиланд, где, не­смотря на сдвиги в структуре валового производ­ства в пользу обрабатывающей промышленно­сти, аграрная занятость в начале 2000-х годов все еще составляла, соответственно, 65-70 и 45-50%общей занятости, и сельскохозяйственный сектор был защищен сравнительно высокими тарифами (2003-2004 гг.) - в среднем 37% в Индии и 30% в Таиланде.[7, c.76]

Интересный факт - отсутствие трансрегио­нальных соглашений о свободной торговле меж­ду различными группами развитых стран или от­дельными развитыми странами, то есть США, Канадой, участниками ЕС/ЕАСТ, Японией, Ав­стралией и Новой Зеландией. Исключением явля­ется лишь ДССТ США-Австралия, заключенное в 2004 г.[14, c.70] Казалось бы, развитые страны - родо­начальники экономического регионализма, обла­дающие богатым опытом торговых переговоров, прекрасно подготовленными таможенными кад­рами и созревшими для интеграции структурами производства и потребления должны вступать в ДССТ друг с другом. Однако практика показыва­ет другое, что, вероятно, свидетельствует о слож­ности накопившихся взаимных претензий, торго­вых споров, о прочно укрепившейся практике протекционизма в отношении отдельных това­ров, от которой эти страны не могут отказаться, а в некоторых случаях - и об опыте торговых войн. Крупные развитые страны, видимо, предпо­читают взаимодействовать между собой через многосторонний процесс ВТО, нежели посред­ством заключения двусторонних соглашений.[2, c.419]

В итоге, рассматривая региональные и двусто­ронние ССТ отдельно, можно констатировать: между развивающимися и между развитыми и развивающимися странами либерализация взаим­ных экономических связей (не считая взаимодей­ствия в ВТО) развивается как через регионализм, так и через билатерализм, а между самими разви­тыми - почти исключительно через регионализм.

1.2 Вредоносный эффект двусторонних соглашений о свободной

торговле

Появление комплекса двусторонних ССТ, на­слоившихся на уже действующие региональные экономические союзы, естественно, стало объек­том многочисленных исследований. Большин­ство экономистов считают своего рода идеалом, ккоторому должна стремиться мировая торговля, глобальную недискриминационную либерализацию, а ее инструментом - ВТО, и потому ДССТ стали рассматривать как негативное явление. При этом любопытно, что чем более настойчиво звучали эти оценки, тем более популярными на практике становились ДССТ. Образовался значи­тельный разрыв между теорией и практикой.